Текст книги "Подкидыши для олигарха (СИ)"

Автор книги: Ксения Фави

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Глава 22

Ямаев

Сегодня у меня встреча с владельцем одной из крупнейших строительных компаний столицы. Я еще не придумал точно, что сделаю с Кирюшей, и не вычеркнул из своего окружения семейку Рудовых. Так что самое время запустить работу над благотворительной гостиницей. А дальше она пойдет без моего участия.

Я вызвал Вартана, чтобы он был на подхвате у Марики. Прыгнул сам за руль – так будет меньше времени для дурных мыслей. Все еще не представляю, во что выльется наша ситуация…

Офис давнего приятеля располагается в самой современной части центра. После своих "выселок" словно попадаю в другой мир. Хотя роскошь меня давно перестала поражать.

Паркуюсь у нужного здания. Его, кстати, тоже строила компания Степана Арбатова. Не к слишком ли важному человеку я пришел с проектом отеля при больнице? Да нет, в самый раз. Нам нужно построить качественно и надолго.

Поднимаюсь на двадцатый этаж. Киваю секретаршам и вхожу в кабинет, отделанный темным деревом. Здесь двое мужчин.

– Арбатов, почему не сделаешь панорамную стену? У тебя ж там такой вид. Здравствуйте.

Мне навстречу встает и шагает толстяк в сером костюме. Другой мужчина – помоложе, наоборот словно сошедший с рекламы спортзала, поднимается из кресла и остается на месте.

– Здравствуй, дорогой! – Арбатов раскрывает мне дружеские объятья. – Я знаешь ли, как тридцать лет назад на стройке с высоты слетел, так больше видов не хочется.

Обнимаемся. Степан кивает на зону с черными кожаными креслами. Иду за ним.

– С тех пор ты и решил свою стройку мутить? Чтоб сидеть в закрытом кабинетике.

Степан смеется.

– А у тебя котелок как всегда варит. Помнишь, моего сына?

На вид молодому мужчине лет тридцать с небольшим. Мы не так сильно отличаемся по возрасту, вряд ли я знал его ребенком.

– Мы виделись?

Арбатов-младший со сдержанной улыбкой протягивает мне руку.

– Один раз, мельком. Меня зовут Демид.

– Не помню, честно. Очень приятно.

– Взаимно.

У меня с недавних пор аллергия на сынков приятелей. Но Демид держится с достоинством и без снобизма. Хоть он и сын одного из богатейших лиц в стране.

Впрочем, я тоже не последний человек в этом городе.

– Я бы смог сказать тебе "да", еще по телефону, – внимание на себя перетягивает старший Арбатов, – но честно, захотел встретиться.

Обсуждение личных новостей и проекта занимает около часа. После Демид извиняется и покидает нас. А мы с его отцом остаемся еще выпить кофе. Все же встречаемся очень редко.

– Слышал, ты у нас теперь молодой папа, – с улыбкой произносит Арбатов, – поздравляю. Не стал говорить при Демиде, для него это больная тема.

Не задаю бестактные вопросы про сына Арбатова. Мне и своих заморочек хватает.

– Да, я стал отцом, – киваю, – спасибо за поздравление. Я рад. Свободное время, правда, сократилось в разы. А времени, которое провожу не дома, стало еще меньше. Почему и хочу отдать проект в надежные руки.

– Не волнуйся, Демид лично им займется. Он как раз хотел расширить благотворительность.

К сынкам у меня отношение не очень, повторюсь. Но Демид вызывает оптимизм.

– Будет просто отлично.

– Насчет времени понимаю, – Степан прихлебывает из чашечки, – пока детям не было года, мне до странности не хотелось вылезать из берлоги. Сам качал, купал. Не то что бы нравилась эта рутина. Просто было как-то здорово что ли видеть, как растет твоя плоть и кровь. Кто-то, кому ты дал жизнь и кого только ты можешь в эту жизнь вывести. А еще рядом с ними как будто сам впадаешь в детство. Становится так спокойно, хорошо.

– У тебя и супруга очень позитивная, – вспоминаю.

– Да, Иришка – золото, – Степан с улыбкой кивает, – а как у тебя с матерью детей?

Челюсти сами собой сжимаются.

– Сложно.

– Не на ту поставил? – Арбатов щурится. – Извини, если я шибко любопытный стал под старость лет.

Качаю головой.

– Между нами все сложно. А так… лучше неё я бы не нашел.

– Тогда наладится! Главное, чтоб вы все были здоровы.

У Арбатовых что-то произошло с одним из пацанов. Еще в детстве. Конечно, вслух я про это ничего не говорю.

– Надеюсь. Спасибо.

Тот улыбается.

– А Кирюшка-то Рудов не женился? Отец ему все дом готовый искал… Да про Демида спрашивал. Вот мол, возобновили бы парни общение. А мы про его "парня" уже наслушались. У кого мог, денег позанимал. Демиду явно не нужны такие друзья. И выросли давно они из песочницы.

– Ну, твой, может и вырос, – хмыкаю, – а Кирюше все нянек ищут. А у кого конкретно он занимал?..

Мы еще немного поговорили о "Кирюшке", и я спустился в персональном лифте Арбатова вниз. По пути как раз немного обмозговал беседу в одиночестве. Я не мстительный по натуре, не люблю носить внутри мусор. Но Рудовых мне хочется проучить.

Детали обдумаю позже. Пока прыгаю за руль и беру направление к дому. Тем более, мне успел написать Вартан.

"Марика очень расстроена, что не может уехать из дома".

Куда она собралась?! Я не могу позволить, чтобы она наделала глупостей от эмоций. Даже из страха девушка может влипнуть в неприятности. Ловлю себя на том, что за нее беспокоюсь не меньше, чем за детей… Черт.

Во всяком случае, попробую поговорить с ней спокойно.

По дороге я, правда, успеваю растерять последние крохи покоя. Резко паркуюсь на территории особняка. Чуть ли не вбегаю в дом. Тишина…

Никто из охраны мне по пути не встретился. Сам я никого не искал – раз Вартан не звонил, все более-менее в порядке. Однако уже наверху на меня наваливается тревога. Детская пуста! Ни мелких, ни их прекрасной… мамы.

Слетаю вниз. По-другому просто не скажешь. В кухне-столовой пусто, в гостиной тоже никого нет. Только подушки в беспорядке. Значит, на них все же кто-то лежал! Но где она сейчас?!

Я даже заглядываю во вторую, большую столовую. Надо ли говорить, что и там меня встречает пустота?

Захожу в кабинет, чтобы кинуть папку с бумагами. И чтобы в порядке бреда проверить и там. Правильно делаю, к слову! Потому что один взгляд в окно расставляет точки. Они гуляют! Ну конечно… Мои нервы становятся совсем ни к черту.

Прирастаю на некоторое время к месту у окна. Смотрю на Марику. Какая же она… Как я мог не понять, что именно она и есть моя нежная незнакомка? Такая легкая, невинная по своей сути. Кхм… По всей логике я не должен ей больше доверять ни секунды! Но мое подсознание восстает против этого.

Она укатила коляску с детьми в дальнюю часть моей территории. Там у забора растет несколько диких яблонь. А на пространстве между последней дорожкой из плитки и окончанием имения самый обычный луг. Нескошенная трава, какие-то цветы. Племянники находили там даже ягоды. В общем, я не стал трогать первородную природу. Ландшафта хватает и у дома.

Почему-то не удивлен, что Марику потянуло именно в тот край участка. Девушка подставляет лицо ветру, встряхивает волосами. На ней какое-то простецкое платье в цветочек. А на голове – венок из полевых цветов. Не знаю, что такого в этом зрелище, но я залипаю так, что не могу сдвинуться с места.

– Булат Романович.

Голос Вартана заставляет вздрогнуть. Как будто меня поймали за постыдным занятием. Дьявол! Я же взрослый мужик.

– Она успокоилась? – киваю на окно.

Начальник охраны вздыхает.

– Не думаю. Я еще никогда ее такой не видел. Хотела вызвать полицию – я отговорил.

Трясу головой. Отговорил… Наверняка она испугалась после недавнего разговора с юристом.

– Ладно, я сам поговорю с ней.

– Хорошо, Булат Романович.

Нужно уже отмереть и заняться проблемами. Спускаюсь вниз. По дороге я так и не придумал, с чего начать разговор. Но это и не требуется.

Марика еще издали замечает меня на дорожке. Оставляет коляску – дети, скорее всего, спят. Быстро шагает мне навстречу. Ветер все так же ласкает ее волосы, ткань платья струится вдоль стройных ножек. Нет, мое тело в такой момент не реагирует. А вот в душе что-то сжимается на миг.

Но уже скоро становится не до этого.

– Булат, как ты мог запереть меня?!

Ко мне подходит не моя скромная помощница. Ко мне подлетает фурия.

– Я сделал это для твоего же блага, – говорю медленно, в надежде, что и она успокоится.

– Какого еще к черту блага?! – не тут-то было. – Я всего лишь хотела поехать к своей маме! Она вернулась с моря и очень соскучилась по малышам! Или только тебе можно показывать их всем родственникам?! Я уже молчу про то, что я не твоя собственность, Булат Ямаев!

Ого-го-го. Выставляю вперед ладони. Марика хватает ртом воздух.

– Успокойся, пожалуйста.

В ответ девушка задыхается.

– Ты не в курсе, что от этого вот "успокойся" человек еще больше нервничает?! Особенно, когда вокруг творится какая-то дичь! Да, я обманывала тебя, Булат. Но я не твоя собачонка!

Теперь мне нужно глубоко вздохнуть.

– Я просто хотел, чтобы вы были здесь. В безопасности!

– С каких пор город для меня опасен? Кирилл нас больше не тронет!

Меня подкупает, конечно, ее вера в то, что этот идиот побоится подходить к ним из-за меня. Но ее тон в итоге и меня заводит.

– Ты сама можешь натворить дел по глупости!

– Значит, я глупая?! Не боишься, что твои наследники пойдут в мать? Может, надо было сдавать тест на интеллект перед постелью?

Делаю шаг к этому искрящемуся гневом и чувственностью созданию. Беру ее руку выше локтя. Приближаюсь к уху.

– Ты сама видела, что в тот момент мой собственный интеллект ушел в минус.

Губки Марики приоткрываются в возмущении.

– Значит, ты по дурости переспал со мной?

Теперь я сам готов искрить.

– Не смей так говорить о той ночи…

Она хочет еще что-то сказать, но я пользуюсь ее открытым ротиком в своих целях. Врываюсь туда и проглатываю все ее претензии и безумные аргументы. Пробую ее дыхание. Упиваюсь этой мягкостью, нежностью. Подавляю так, что она едва стоит на ногах. Обнимаю поверх плеч и сгребаю в объятья. Что мне после придется выслушать…

Целую ее долго, как будто хочу, чтобы она забыла все претензии. На самом деле мне просто до безумия это нужно. Я был в ступоре все эти дни, но вся моя суть рвалась к ней. Этот процесс уже не остановить.

– Булат… – она успевает позвать меня, когда даю ей глотнуть воздух.

– Ты сводишь меня с ума, – нисколько не вру.

– Значит, ты все-таки со мной не обдуманно…

На ее губах проступает улыбка. Я же рычу.

– Сейчас укушу.

И я кусаю. А потом зализываю и дальше смакую этот уникальный на всем свете вкус.

В прошлый раз мы остановились в разгар близости. И я не про набухшее тело. К этому мне в последние недели не привыкать. Я о том, что готов был открыть для этой женщины душу. Сказал, что хочу быть с ней. И черт возьми, ничего не изменилось…

– Булат, давай договорим…

Чувствую, она отрывается от меня с таким же трудом, как и я ее выпускаю.

– Ты хочешь уйти отсюда?

Стараюсь унять бешеное дыхание. Она молчит, опустив глаза. Венок из разнотравья слетел, когда я запускал пальцы в ее волосы. Наклоняюсь и поднимаю его. Вдыхаю аромат.

– Я всего лишь дал приказ остановить тебя, если ты решишь сбежать на эмоциях. Пока мы не поговорили бы. Естественно, охрана выполняла указание. Может быть, я перегнул. Но если бы что-то случилось… В общем, прости, но я не жалею.

– Ты каждый раз будешь запирать меня, когда мы поссоримся?

На меня поднимается вопросительный серо-зеленый взгляд. Моя малышка.

– Я больше не буду тебя удерживать. Можешь закрыть меня в ванной в отместку.

Она широко улыбается.

– Булат…

– Ты такая красивая.

Я честно думал, что между нами будет серьезный разговор родителей детей. Мы к чему-то придем. Решим, как она будет вывозить их и при каких условиях. Думал, мы пообщаемся отстраненно и холодно. Цивилизованно, в лучшем случае.

Однако вместо этого я просто растаял.

* * *

Марика

Если бы мне сказали, что я так буду разговаривать с Ямаевым, я бы умерла от страха. Но только увидела его, как меня затопило возмущение. Как он мог?!

Я вылила на него все, что хотела. Ну, почти. Потому что этот мужчина прервал меня самым вероломным, самым обезоруживающим способом. И я растеклась, как пломбир.

Вот и сейчас в животе сладко ноет. Булат надел венок мне на голову и осторожно берет лицо в свои ладони. Касается губами губ. Мы медленно смакуем друг друга.

У меня внутри как будто развязался узел. Холодный, болезненный, пугающий. Мне стало легче дышать. Может быть, я слишком наивна…

Он отстранился от меня и лезет за телефоном в карман. Набирает и поглядывает на домик охраны. Становится тревожно.

– Вартан, выйди. Побудь с детьми.

А если он так решил отомстить? Я расслабилась, улетела на облака, и он просто возьмет и вышвырнет меня из имения. Ведь я та самая наглая и ненавистная ему мать его детей. Вряд ли эти его чувства испарились.

Хмурю лоб, что становится больно.

– Я сама могу присмотреть за малышами.

Дергаюсь в сторону коляски. Мужчина ловит меня. Бережно, но твердо держит запястье.

– Не сможешь, – ловит мой изумленный взгляд, – тебе нужно присмотреть за мной.

Ямаев усмехается и… подхватывает меня на руки. Задыхаюсь от волны адреналина. Мужчина прижимает меня к своему сердцу. Да, так не выбрасывают на улицу…

– Ты сказал, что тебе лично я больше не нужна, – прикусываю губу, скрывая улыбку.

Выдыхает не то со стоном, не то с рыком.

– Мы вроде уже выяснили, что я иногда не пользуюсь мозгом.

Вдали появился Вартан. Машет шефу. Ему не впервой оставаться с близнецами. Однако мне все же не по себе.

– Как-то это неудобно, он поймет…

Ямаев вскидывает брови.

– Ты подкинула мне в офис детей. В кабинет, куда многие без дрожи не входят. Не строй из себя такую уж скромницу!

Хмурюсь, но вижу в его глазах огоньки. Он дразнит меня.

– Мм…

– Я хочу быть с тобой, Марика.

Очерчиваю пальцем линию роста его волос. Невинно уточняю.

– Сейчас мозг тоже отключен?

Взгляд мужчины напротив становится совсем мутным. Булат только качает головой.

– В каком-то смысле он только начал работать.

Не знаю, как настолько быстро мы оказались наверху. Наверное, с отключенным мозгом мы скорее бы упали прямо в луг. Но на улице камеры и… Ямаев как будто дал мне время подумать. Хоть и небольшое время.

Он принес меня в свою спальню, в которую я никогда не заглядывала. Здесь большая низкая кровать и… больше ничего. Не считая узкой прикроватной полки сбоку.

Смотрю на этот полигон, и в голову лезут ненужные картинки. Морщусь. Булат нависает сверху и видит мое выражение лица.

– Что-то не так?

Прикусываю губу.

– Ты… Был здесь с кем-то?

Мне становится холодно от своего же вопроса. Конечно же, да! Этот мужчина не из тех, кто вечно засыпает в одиночестве. Взглянуть только, как Божена охотится за ним.

Я уже готова сбежать, когда сверху опускается приятная тяжесть. А на мои щеки и лоб сыплются горячие поцелуи.

– Ты единственный человек, кроме меня, кто ложился на эту кровать. Входили сюда лишь уборщики. А если ты вдруг… Случайно ревнуешь и имеешь в виду других женщин – никто даже не поднимался на второй этаж. Это мое логово.

Мои глаза распахиваются от удивления. Он так оберегал свою территорию… И так естественно привел сюда меня и детей. Кажется, сейчас у меня выкатится слезинка.

– Ну что такое, малышка?

Мотаю головой.

– Я тоже хочу быть с тобой. Прости, что так поступила… Что врала…

– Замолчи.

Он снова "затыкает" меня поцелуем. И я выбрасываю из головы всё. Остаются только его сильные руки на моем теле. Горячие жадные губы, заставляющие забыть себя. Его запах, который окутывает меня словно сетью.

Боялся, что я сбегу… Господи, да он давно запер меня в этом доме без всяких замков.

Вскрикиваю, когда он меня заполняет. Не думала, что еще раз переживу это упоительное ощущение. Он такой… внушительный. И так идеально мне подходит. Хотя в первый раз я испугалась на миг. Сейчас уже просто ловлю это крышесносное чувство.

Минуты в его объятьях плавят меня и возрождают. Я чувствую, как через его безудержную страсть пробиваются забота и нежность. И это лучше любых слов говорит о его отношении. Вряд ли он забудет мою ложь по щелчку, но… Врагом он меня явно не считает. Я его. И именно это он шепчет мне на ушко.

– Я еще раз рад, что ты сегодня никуда не уехала, – хрипло признается он, лежа на мне, когда мы возвращаемся на землю.

Глажу его плечи.

– Булат…

Усмехается.

– Да, дорогая?

– Я бы все равно вернулась, – прижимаю его к себе, хотя куда бы крепче, – это лучшее место для меня.

Говорю и сама пугаюсь. Настолько сильно я открылась перед ним. Теряю последние капли независимости… Сжимаю губы.

– Что-то не так?

Вижу его лицо над своим. Мотаю головой.

– Нет. Страшно немного.

С лица мужчины пропадает улыбка.

– Ты еще не поняла, что со мной тебе нечего бояться?

– Мне страшно, что все это очень быстро закончится, – решаю признаться, – а я мало того, что не такой статусный родитель, так еще и влюбилась в тебя.

Мое лицо опаляет его дыхание.

– Закончится?! Да сейчас! Не для того я столько терпел. И… Что ты там сказала? Ты в меня влюбилась?

Хитрый прищур, улыбка. Этот мужчина никогда не перестанет быть самолюбивым. Но мне это нравится.

– Слишком уж не задавайся, Ямаев, – усмехаюсь.

Он зарывается лицом в мои волосы.

– Я тоже очень сильно в тебя влюблен, Марика, – шепчет на ухо, – за это можешь не волноваться.

А еще мне по вкусу его несдержанность. Он так искренне признается мне в чувствах, что я успокаиваюсь. Зачем портить себе жизнь мыслями о будущих несчастьях, которых вполне может не быть?.. Булат еще ни разу не делал мне плохо.

Мы лежим некоторое время, крепко обнявшись и поглаживая друг друга. Верится с трудом, что еще час назад все было совсем-совсем по-другому.

– Нам нужно принять душ и идти к детям, – улыбаюсь.

– Да, "нам", – Булат вздергивает бровь, – душевая у меня такая же просторная, как кровать.

Закатываю глаза, но чувствую себя безумно счастливой.

– Не могу спорить с шефом.

Ямаев дарит мне хитрый взгляд.

– Признайся, ты тайно мечтала обо мне, когда у нас были деловые отношения?

– Да, – прикусываю губу, – причем не вспоминала… Это были совсем новые мысли.

Откровенные фразочки еще больше распаляют нас, и в душ мы буквально врываемся. Булат не обманул, здесь много пространства. Светлый мрамор, стеклянная перегородка. И большое зеркало на одной из стен, в которое нас видно… Мм… Именно с этим мужчиной во мне просыпается вкус к интимной стороне жизни.

Когда мы вновь можем дышать, используем душ по назначению. Это тоже определенный вид близости – водные процедуры рядышком. Вижу крепкую фигуру в пене, и мне кажется, я вместе с этим человеком уже давно-давно.

Хотелось бы еще полежать в халатах, но ко всему прочему мы еще родители. Вартан там, наверное, уже обалдел от роли няньки.

– Мне кажется, нам нужна помощница с детьми, – говорит Булат, прежде чем отпустить меня переодеваться, – у тебя теперь дел прибавилось.

Смущаюсь.

– Можно поговорить на эту тему с крестной…

– Да, в агентстве Пелагеи персонал на высоте, – смеется Ямаев.

– Что? – хмурюсь и тоже не могу сдержать улыбку. – Я хорошо работала! Предугадывала желания шефа, была ненавязчива. Почти незаметна! Я – профи!

Булат шагает ко мне. Берет за руку.

– Рад, что ты так высоко себя оцениваешь, – он говорит серьезно, – и да, я не замечал тебя до появления в доме двойняшек. А потом как обратил внимание…

Он прижимает меня к своей груди.

– Мне не верится, что все так разрешилось. Просто не верится.

Булат целует меня в макушку.

– Уже в день знакомства было понятно, что мы должны быть вместе. Только я отмахнулся от этого чувства, а ты испугалась. В итоге все разрулили Андрюша и Ваня. Парни просто появились на свет.

Смеюсь от такой интерпретации.

– Пойдем скорее к ним.

Глава 23

Вартан выглядел слегка ошалевшим, когда мы спустились в гостиную. Но думаю, за свою карьеру он попадал и не в такой переплет. Благодарим его и отпускаем. Маленьких нужно покормить.

Готовим бутылочки в четыре руки. Берем каждый по сыну, несем в детскую. Не думала, что можно стать еще счастливее. Но чувствую сейчас какой-то просто неземной восторг. А кажется, такая банальность…

Так, надо бы хоть немного вернуться в реальный мир. Иначе совсем потеряю голову.

– С мамой все-таки нужно встретиться, – смотрю на Булата, который в светлом спортивном костюме и с Ванькой на руках расположился в кресле.

– Я не против. Водитель отвезет тебя, куда скажешь.

Собираюсь с мыслями.

– А ты… Ты не хотел бы познакомиться с моей матерью? Ведь при любом раскладе она бабушка твоих сыновей.

Ямаев поправляет сыну соску. Вскидывает взгляд.

– При каком еще раскладе? Марика!

– Ну-у… – криво улыбаюсь. – Неважно.

– Может, ты сама против, чтобы мы жили все вместе?

Ахаю. Как он вырулил "переговоры". Сразу видно – бизнесмен.

– Я очень хочу, чтобы мы были все вместе!

Булат хитро на меня поглядывает.

– Тогда съездим и познакомимся. Или пригласи ее сюда, вместе с отцом. Я в курсе, что они в разводе. Но ведь живут оба в столице.

Задумываюсь.

– Да, но не факт, что папа сможет. Он строитель и почти всегда на работе. Но я позвоню… Мама, кстати, может приехать с новым мужем и детьми. Если папа откажется.

Булат кивает.

– Если у всех нормальные отношения, то почему бы и нет? А я позову Белку. Моих родителей уже нет в живых.

Он говорит спокойно, скорее всего, прошло уже много времени. Но у меня все равно сжимается внутри от сочувствия. Плюс, это в какой-то степени касается меня.

– Мне очень жаль… – смотрю на отца своих малышей. – Думаю, они были бы замечательными бабушкой и дедушкой.

– Да, – Булат еле заметно дергает желваками, – спасибо. И за поддержку тоже.

Мы обмениваемся немного грустными улыбками. Решаю перевести тему.

– Мои родители еще не очень старые, их другие дети младше меня. Папа и мама развелись, когда я поступила в колледж гостиничного дела. Разменяли квартиру, где была моя детская комната. Я сразу поняла – детство закончилось. Переехала к прабабушке, той как раз нужна была помощь. Через три года она оставила мне свою однушку. В целом все было нормально. Но рассчитывала я с тех пор только на себя. Даже во время глупой влюбленности в Кирилла я по сути чувствовала себя независимой.

Перевожу дыхание.

– Ты молодец, Марика. Теперь я понимаю, неправильным решением было тебя запирать. Прости.

– Хорошо, что все это позади.

Булат кивает.

– Только имей в виду, что ты теперь далеко не одна.

* * *

Ямаев

Она действительно очень сильная. Мне совестно, что заставил ее почувствовать себя пленницей. Да так с любым человеком не нужно поступать! Сделаем скидку, что мой мозг тогда был напрочь взорван.

Сейчас он в некотором тумане. Самому не верится, что ситуация развернулась вот так.

Ванька уже доел и потихоньку засыпает у меня на руках. Смотрю на его желтый трикотажный костюмчик, потом на кровать, где такого же "утенка" держит Марика. И чувствую себя инопланетянином.

Из жизни со строгим распорядком я словно прилетел в другую – с теплым детским запахом, пронзительным "и-и-и-и", постоянным вниманием к этим маленьким существам. А еще с чувствами к их маме, которые оказались гораздо сильнее меня. Впрочем… Не то что бы я ощущаю к Марике такую обиду, что нужно себя ломать. Она шокировала меня, но никак не предала и не подставила. И почему-то уверен, она никогда не сделает мне плохо.

– Я знаю, что не одна, Булат. Хоть пока и непривычно.

Улыбаемся друг другу. Я, наверное, за сегодня переплюнул по количеству улыбок прошедший год.

Перекладываю мелкого в кроватку. С Вартаном дети, конечно же, не спали ни секунды. Так что нагуляли сон. Еще и подкрепились как следует. Марика тоже уносит Андрея в постель.

– Иди сюда.

Снова сажусь в кресло и утягиваю ее к себе на колени. Девушка забрасывает руку мне на плечи, гладит.

– Мм?

– Ты очень красивая, во-первых… Кхм, – фраза вылетает сама собой, даже я удивляюсь, – а во-вторых, пора бы поужинать. Составишь компанию как в старые добрые времена.

Марика широко улыбается.

– С удовольствием.

После ужина Марика идет в гостиную обзванивать своих родителей. Я решаю не мешать и уединяюсь в кабинете. В принципе мне тоже нужно позвонить. Я до сих пор не сказал сестре, кто же родил ее племянников…

Дозваниваюсь быстро, Белка как раз закончила прием.

– Булат! Говори, я еду домой, – велит сестра после приветствия.

Прокашливаюсь. Стучу пальцами по столу.

– У меня есть новости.

– Да?.. – уточняет Бэлла радостно. – Надеюсь, хорошие?

– Именно. Нашлась мать моих детей.

Белка реагирует мгновенно.

– Да ты что? Кто она?!

– Марика.

А вот после этих шести букв повисает пауза.

– Как же так вышло?.. – отмирает сестра.

Я вкратце рассказываю ей нашу историю. Без интимных подробностей, без чего-то личного насчет Марики. С сестрой я всегда был откровенен. Но теперь появилось то, что обсуждению не подлежит.

– Так что мама Ваньки и Андрюши всегда была рядом, – подвожу я итог.

Бэлла под впечатлением.

– Ну надо же! Ты там не сильно бедняжку ругал? Где она? Где ты их поселишь?

Хмыкаю.

– Детей в детской, а Марику в своей спальне.

– В ее спальне?..

– В моей спальне.

Сестра ахает.

– Ничего себе, Булат!

– А еще, – продолжаю удивлять сестрицу, – неплохо бы нам было познакомиться с ее родней. Когда сможете выбраться?

– Булат!

Через охи и ахи договариваемся собраться на неделе. Сестра под огромным впечатлением.

– Знаешь, брат, я так надеялась, что ты найдешь маму мальчиков и наладишь с ней спокойные отношения. Но что вы будете вместе?.. О таком и не мечтала! Ты уже сделал Марике предложение? Детей записал на себя?

Белка-танк прет напролом.

– Дети зарегистрированы. До предложения еще не…

– Только не говори, что ты и не думаешь жениться на бедняжке?

– С чего она бедняжка?! – возмущаюсь.

– Ямаев, прекращай носиться со своей свободой! – угрожает сестра.

– Было бы, с чем носиться! Поздно уже… – ворчу. – Просто давай не гнать лошадей? Нам всем надо немного прийти в себя.

Белочка вздыхает.

– Я не хочу превращаться в сестру, которая лезет в дела взрослого брата, – признается она, – ты не дашь соврать, такого никогда не было. Я поддержала Божену из благих намерений… Которыми сам знаешь, что делается. Это появление в твоей жизни детей так повлияло. Я не смогла оставаться в стороне… Что касается тебя и Марики, вмешиваться не буду. Лишь надеюсь, ты не станешь сильно тормозить.

Не могу сдержать улыбку.

– Рад возвращению своей адекватной сестренки, – слышу, как она фырчит, – в отношении Марики у меня давно слетели тормоза. За это можешь не волноваться.

Бэлла смеется.

– Булат!

Рад, что мы заканчиваем на веселой ноте. И что откровенно поговорили. Белка – самый мой близкий человек после Марики и детей. После Марики и детей… Когда успело появиться это уточнение? Раньше сестра просто была самой близкой.

Но думаю, она не будет на меня в обиде.

Выхожу из кабинета, прислушиваюсь. Из гостиной вроде не раздается звуков. Значит, Марика уже пообщалась со своими. Иду туда. Внутри какой-то странный непривычный восторг. Как у ребенка, который получил желаемое и теперь не может на него налюбоваться. Застываю в дверях.

Марика на одном из светлых матерчатых диванов. На ней желтое, похожее на льняное летнее платье. Не короткое, без глубокого выреза. Но эти пуговицы от верха до подола весь ужин сводили меня с ума.

Девушка перебирает пальцами волнистые волосы, мечтательно смотрит в окно.

– О чем думаешь?

Чуть ли не впервые мне захотелось задать такой вопрос человеку. Она поворачивает голову. Дарит мне широкую улыбку. Стало быть, мысли не мрачные.

– О том, как счастлива, – поднимает брови.

Теперь моя очередь улыбнуться от души.

– Мне приятно это слышать, – говорю честно.

Она вдруг хмурится. Снова устремляет взгляд вдаль.

– Ты знаешь, все это время мне казалось, я совершила очень плохой поступок. Я обманула тебя. Я подкинула младенцев – что многие посчитали бы безответственным. Мне было стыдно…

– Давай не будем об этом, – прерываю, – я бы поспорил, да и что было, то прошло!

Подхожу к ней и сажусь рядом. Хочу обнять, придвинуться ближе. Но Марика мягко останавливает меня ладошкой.

– Погоди, – просит она, – я продолжу… Так вот, сейчас я уверена, по-другому бы у нас не вышло. Ничего бы не получилось. Ты просто не сблизился бы со мной. А может, с малышами тоже.

Сейчас я могу сказать твердо – я люблю своих сыновей. Хочу быть отцом для них во всех смыслах этого слова. Но что было бы, не столкни нас Марика нос к носу…

– Я бы все равно помогал.

Она грустно усмехается и кивает.

– Правильно. Помогал! – смотрит на меня с улыбкой. – Но Булат, со своими детьми не надо "помогать". Не то слово, совсем не то… А уж между нами вообще бы ничего не было.

– Ну, ты мне понравилась! Я мог бы все равно…

– Да ты бы и не заметил меня.

Выдыхаю с шумом.

– Хорошо, сдаюсь. Ты права, переиграть мои принципы можно было только вот так. Как говорится, шоковой терапией.

Чертовка ослепительно улыбается.

– Я впервые в жизни пошла на такой риск. И рада, что все закончилось хорошо.

Не могу отвести от нее взгляд. А потом вспоминаю еще об одном нюансе истории.

– Тебя кое-что толкнуло на риск, – говорю серьезно, – вернее, кое-кто. И я этого так не оставлю.

Марика распахивает глаза.

– Булат, только не надо мести! Кирилл, он… Может, не стоит мараться?

Сжимаю челюсти. Тянусь к ее руке и беру в свою прохладные пальчики. Потираю в попытке согреть.

– Во мне нет лютой ненависти. Но и спускать Кирюше я не намерен. Мало того, что он доставлял неприятности тебе, так еще и ко мне хотел вбиться в доверие. А после подставить. Напиши ему. Сообщи, что дашь мой ежедневник.

– Ты с ума сошел? Кто знает, как он использует информацию!

Щурюсь.

– Я знаю, к каким людям он хочет подобраться. Ему нужно втереться в крупный холдинг, который согласился взять благотворительный объект. Я ему изначально не доверял и не подпустил к Арбатовым и нашему договору. Но Кирюша решил прыгнуть через голову. Пусть прыгает. Только приземлится он не там, где ожидал.

Марика качает головой.

– Хорошо, пойду возьму телефон. Заодно гляну, как там дети. А ты еще раз хорошо подумай! Я волнуюсь за тебя.

От последней фразы меня кидает в жар. Да, Белка точно может не беспокоиться. Никакие тормоза здесь не помогут. Простые слова от этой девушки, и я плавлюсь как масло на сковороде.

– Иди, – хриплю.

Пока Марика ходит, еще раз прокручиваю в голове свой план. Мой помощник для особых поручений уже готовит дубликат записной книжки. Той самой, за которую меня можно обвинить в старомодности. Той, которую так хочет заполучить Кирилл.

Что-то в новом экземпляре останется тем же. Что-то исчезнет или изменится. А самые свежие страницы будут переписаны полностью.

Вместо личных контактов Арбатова будет телефон того самого моего сотрудника Ивана. А еще будет написано, что Демид Арбатов пригласил меня обсудить проект в одном из своих ресторанов. В конце будет стоять – послать на встречу Кирилла? И словно я сам себе отвечу – нет. Еще будет дата, будущая. Так что бьюсь об заклад, Кирюша рванет звонить и врать, что я попросил его пойти вместо меня. А еще перенесет место встречи. Иван, разумеется, со всем согласится.