Текст книги "Хорошие девочки не умирают"

Автор книги: Кристина Генри

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава третья

allieoop: Вот именно, одиночки в таких фильмах не выживают, но самое главное: герои всегда делают именно то, чего не следует делать

eatersofthedead: Они разделяются. «Я сейчас схожу и посмотрю, откуда этот странный звук; а ты оставайся здесь». В следующий раз, когда друзья видят этого персонажа, все его внутренности, как говорится, становятся внешностями

finalgirl: Первое правило выживания: держаться вместе. Либо идут все, либо не идет никто

allieoop: Точно. Убийца не может уничтожать жертвы по одной, если они ни на шаг не отходят друг от друга

tyz7412: Знаете, некоторые могут

Они услышали вопль, потом какое-то бульканье, потом глухой стук, очень похожий на звук падения тела на пол.

– Кэм? – пискнула Мэдисон. – Кэм?

Брэд вломился в дом. У него был вид человека, перепуганного насмерть, тем не менее он ухитрился «случайно» задеть локтем грудь Элли. «Ну что за козел», – подумала Элли, но в следующую секунду протянула руку и схватила его за запястье. Ей очень не хотелось прикасаться к нему, даже на мгновение, потому что при этом у нее мурашки бежали по коже от отвращения. Но если в спальне был неизвестный, который ударил или, возможно, убил Кэм – а Элли считала, что это вполне вероятно, – то Брэд ей уже ничем помочь не мог, а его самого могли убить или покалечить.

– Ну что? – нетерпеливо воскликнул он, пытаясь стряхнуть руку Элли.

Но она только сильнее сжала пальцы.

– Нельзя заходить туда одному, – сказала Элли. – Мы должны держаться вместе.

– Какого хрена, ты думаешь, там Фредди Крюгер прячется или кто?

– Может быть, – ответила Элли. – А может быть, урод, который расколотил тебе стекла и изрезал покрышки, а до этого стучал к нам в стену. Может, он только и ждет, что мы начнем заходить в спальню по одному. Так что не будем этого делать.

– Да плевать! – рявкнул Брэд и снова попытался выдернуть руку; на этот раз Элли отпустила его.

– Она права, – сказал Стив, догоняя Брэда. – Не ходи туда один.

Элли до этого момента не подозревала, что у Стива есть зачатки разума. Сегодня он проявил себя с неожиданной стороны.

Брэд продолжал двигаться к двери спальни, но уже медленнее. Может быть, подумала Элли, предупреждение все-таки дошло до его сознания, затуманенного тестостероном. Мэдисон, естественно, пошла за Стивом, как щенок на поводке, поэтому Элли очутилась в хвосте процессии – после того, как плотно закрыла за собой дверь. Мало ли кто мог наблюдать за ними из темноты.

И все окна я тоже сейчас закрою. Ведь этот мужик – а может, это была женщина? – короче, он забрался в дом через окно. Конечно, если кто-то на самом деле напал на Кэм. Может, она просто споткнулась о кроссовки или зацепилась за стул.

«Может быть», – сказала себе Элли, но в глубине души знала: все гораздо хуже.

Брэд медленно приблизился к двери, остальные следовали за ним. На мгновение он замер на пороге, потом распахнул дверь, включил свет и с воинственным криком прыгнул вперед.

Услышав крик Брэда, Мэдисон подскочила на месте и вцепилась в плечи Стива. Стив фыркнул и попытался схватить ее за ноги, но она не успокаивалась. Повиснув на спине бойфренда, она орала:

– Ее убили? О боже мой, ее убили?

Брэд застыл в дверях. Вопли Мэдисон, казалось, вывели его из транса; он опустил занесенную над головой руку и скрылся в комнате. Элли оттолкнула Стива и Мэдисон и вошла вслед за ним.

Он опустился на колени рядом с Кэм, распростертой на полу. Прижав пальцы к ее шее, пытался нащупать пульс, но Элли не нужно было спрашивать, жива она или нет. Она уже заметила, что Кэм дышит.

– Она жива, – сказала Элли.

– О, слава богу! – Мэдисон разрыдалась. – Слава богу, слава богу. Я думала, ее убили.

Брэд взял Кэм за плечо и потряс.

– Эй, не надо так делать, – воскликнула Элли. – Мы не знаем, что с ней произошло. Давай перевернем ее на спину, только осторожно.

Элли не заметила ран на спине Кэм, на полу не расплывалась пресловутая багровая лужа, поэтому она помогла Брэду перевернуть Кэм на спину.

Сначала ей показалось, что никаких ран и синяков нет, но потом она заметила розовое пятно на горле Кэм.

– Смотрите, – прошептала она. – Ее ударили по шее.

Элли огляделась. На дощатом полу валялись какие-то листья; грязные следы вели от тела Кэм к открытому окну. Она быстро выпрямилась.

– Закройте окна, – велела она. – Закройте все окна, сейчас же. И выключите везде свет.

– Зачем? – удивился Стив.

Элли указала на грязь и листья.

– Кто-то забрался в окно, сидел в комнате, пока мы отвлеклись на машину, а потом напал на Кэм. А вдруг он сейчас ждет, пока мы успокоимся и ляжем спать, а потом вернется? Надо запереться изнутри.

– Ясно, – сказал Стив и шагнул назад, в общую комнату.

Элли услышала его голос:

– Детка, я поставлю тебя на пол. Мне надо закрыть окна.

Элли подошла к окну спальни и опустила раму. В этот момент она заметила вторую странность в конструкции домика.

– А где задвижки?

– Что значит «где задвижки»? – переспросил Брэд. Пока Элли закрывала окно, он поднял Кэм, отнес ее на кровать и сейчас накрывал простыней.

– Именно то и значит. – Элли кивнула на окно. – Задвижек нет. Здесь все окна такие?

Когда они приехали, Брэд обошел дом и открыл окна, заявив, что необходимо проветрить комнаты.

Он подошел к Элли, оглядел раму.

– Не знаю. Не обратил внимания.

– Ты же открывал их вечером. Как мог не обратить внимания?

Он пожал плечами с беспечным видом, который всегда так раздражал Элли.

– Ну вот так. Не обратил, и все.

– Ни задвижек на окнах, ни сеток от комаров. А стекла тогда зачем? Можно было просто прорубить дыры в стенах, и все.

– Слушай, а ты знаешь, что здесь окна изнутри не закрываются? – крикнул из общей комнаты Стив.

– Оставайся тут и присмотри за Кэм, – велела Элли.

– Зачем? – возмутился Брэд. – Она жива и здорова, а окно закрыто.

– Затем, что у нее может быть сотрясение мозга или что похуже, – сказала Элли. Ей не хотелось больше находиться в одном помещении с Брэдом. От него пахло перегаром, сексом и наполовину выветрившимся дезодорантом, и еще он старался при любой возможности подойти к ней чуть ли не вплотную и глазел на ее грудь. Ей это надоело.

– Ее стукнули по шее, а не по голове, – возразил Брэд.

– Но она без сознания. Она не издала ни звука, когда ты перевернул и поднял ее. Мне это не нравится. С ней что-то серьезное.

– Ничего, поспит, и к утру все пройдет.

– Слушай, тебе что, вообще плевать на то, что на твою девушку напали? – воскликнула Элли. Она была в такой ярости, что казалось, будто у нее сейчас лопнет череп. – Ты сильнее расстроился, когда увидел, что в твоей машине побили стекла.

– Да что ты выдумываешь? Я волнуюсь, – сказал Брэд.

– Волнуешься насчет машины, ты это хотел сказать, – отрезала Элли.

Она пошла к двери, но он двигался быстрее и загородил ей дорогу. Элли хотела обойти его, но он тоже шагнул в сторону.

– Отвали.

– Ты что-то имеешь против меня, Эллисон? Постоянно обвиняешь меня в чем-то, грубишь, обзываешься.

– Отвали, я сказала. Уйди с дороги сейчас же.

– Нет, сначала ответь на мой вопрос, – сказал Брэд и потянулся к ней.

Элли не знала, что собирался сделать Брэд. Может, он хотел схватить ее за локоть, или коснуться ее лица, или еще что. Но она знала, что сказала ему уйти с дороги, причем дважды, а теперь его руки – которые она совершенно точно не хотела видеть поблизости от себя – находились совсем рядом.

Она дала ему коленом в пах. Сильно.

– Какого х-х-х… – прошипел он и покраснел, потом отшатнулся, и Элли, обойдя его, выбежала из комнаты.

– Я сказала, чтобы ты меня пропустил, – произнесла она, обернувшись.

Мэдисон сидела на диване. Увидев Элли, она обернулась. Ее бледное лицо было мокрым от слез.

– Элли, что же нам теперь делать? Что делать? Там, в лесу, бродит какой-то псих, который хочет нас всех поубивать, а у нас в доме даже окна не закрываются, и дверь тоже.

Стив поставил под окнами стулья. Он несколько смущенно объяснил Элли:

– Мне ничего лучше в голову не пришло.

– Очень хорошая мысль, – сказала Элли, потому что Стив по крайней мере пытался что-то предпринять. Видимо, он наконец поверил в то, что им угрожает опасность, что они должны хоть как-то защитить себя. Вдруг до нее дошел смысл слов Мэдисон.

– Так на двери тоже нет замка? – воскликнула она. Она не могла поверить в это. Кому принадлежит этот дом? Неужели хозяева всерьез верят в то, что никто не проникнет в здание без замка на двери и задвижек на окнах? Неужели мы настолько далеко от цивилизации?

Элли помогла Стиву пододвинуть обеденный стол к двери. К сожалению, мебели было немного, и она решила поискать что-нибудь еще – поленья, какие-нибудь предметы, которые можно было бы использовать вместо клиньев. Она начала шарить по кухонным шкафам. Стив уселся рядом с Мэдисон, у которой, похоже, начиналась настоящая истерика.

– Это дурдом какой-то, – всхлипнула она. – Дурдом. Мы сидим в сарае среди леса, неизвестно где, а вокруг ходит какой-то маньяк, который собирается всех перерезать, а Брэд привез нас в эту проклятую хижину, где ни окна, ни двери не запираются, и нас теперь всех убьют.

– Ничего не бойся, я же с тобой, – утешал ее Стив, и Элли подумала, что надо отдать ему должное – у него получилось произнести это искренне.

Она выпрямилась и обернулась как раз в тот момент, когда Мэдисон стукнула бойфренда по плечу.

– Ты со мной, и что дальше? Ты что, супергерой, собираешься победить психопата-убийцу в одиночку, а потом умереть у меня на руках? Ты думаешь, мне это надо?

– Э-э, нет, я не… – начал Стив и замолчал: Мэдисон уткнулась ему в грудь и зарыдала. Стив беспомощно посмотрел на Элли поверх ее плеча.

Она вздохнула про себя. По мнению Элли, Стив должен был найти способ утешить девушку, если она была испугана и расстроена. Иначе для чего вообще нужен бойфренд? Но Мэдисон явно не желала слушать утешений и решила довести себя до истерики.

«Истерия, – подумала Элли. – Слово, которое раньше означало женскую болезнь, якобы ученые и образованные люди считали, что ею болеют только глупые, легковозбудимые дамочки, ищущие внимания. Но я думаю, что Мэдисон сейчас не до внимания. Думаю, что она напугана до смерти».

(Кстати, я тоже)

Последняя мысль была похожа на шепот из темноты, на шепот, который Элли не желала слышать, поэтому она загнала эту мысль подальше, обратно во тьму, заглушила предательский голосок. Сейчас у нее было полно других забот, поважнее собственных страхов. Она знала, что страх – это контрпродуктивная эмоция. Им необходимо было сохранять бдительность, позаботиться о собственной безопасности, дожить до утра. Элли считала, что это возможно, если все будут настороже. Увы, Кэм лежала в обмороке, а от Мэдисон не было никакой пользы. Таким образом, оставались Элли, Стив (который, по крайней мере, продемонстрировал способность выполнять указания) и Брэд, который – Элли была в этом абсолютно уверена – не будет выполнять никаких указаний, а может быть, даже начнет активно препятствовать действиям, направленным на спасение.

Особенно если этими действиями буду руководить я. Он не слишком приветствует мысли, исходящие от женщин, если эти мысли не вращаются вокруг него.

Элли села с другой стороны от Мэдисон и взяла подругу за руку. Мэдисон оторвалась от Стива и уставилась на Элли. Глаза у нее покраснели, по щекам текли слезы.

– Все будет хорошо, – сказала Элли и почувствовала, что слова прозвучали бессмысленно.

Никто не мог гарантировать, что «все будет хорошо» даже в обычный день, в нормальной обстановке, а тем более в потенциально опасной ситуации, в которой они очутились. Эту ничего не значащую фразу говорили друзьям, чтобы обмануть их, притвориться, что никакой угрозы не существует, что прямо у них под ногами не разверзлась бездна, готовая поглотить всех.

И тем не менее Элли машинально повторяла эти слова, когда Мэдисон вцепилась в ее руку, всматривалась в ее лицо, пыталась прочесть ее мысли.

– Все будет хорошо. Просто надо успокоиться и действовать сообща. Мы справимся.

– Ты уверена? – шмыгнула Мэдисон, вытирая слезы. – Извини, я расклеилась. Просто меня трясет от мысли о том, что кто-то хочет войти в дом, напасть на нас. Мы никому ничего плохого не сделали!

– Я не уверена в том, что этот человек хочет на нас напасть и вообще желает нам зла, – сказала Элли, хотя это была явная ложь. Она знала, что неизвестный, забравшийся в дом через окно, желал им зла. – Может, это какой-то идиот решил подшутить над нами, посмотреть, насколько сильно мы испугаемся.

– Вот уж не знаю, – вмешался Стив. – У чувака, который разбил стекла в машине, явно с головой не в порядке. Мне не показалось, что это шутка.

Мэдисон обернулась к Стиву, но Элли успела состроить многозначительную гримасу, глядя на него; после этого до него дошло, что он сказал и как его слова могут подействовать на Мэдисон.

– Но вообще, я думаю, Элли права, – быстро поправился он. – Это просто пранк, который слишком далеко зашел.

– Может, и так, – ответила Мэдисон, и по ее тону было ясно, что она не верит Стиву. Она снова обернулась к Элли. – А тебе не кажется, что это точь-в-точь как в том фильме, ну, где были психи в масках? Ну, который тебе нравится?

Элли нравилось огромное количество фильмов, в которых действовали психи в масках, но она догадалась, на что намекает Мэдисон.

– «Незнакомцы»?[16]16
  «Незнакомцы» – американский фильм ужасов 2008 г.


[Закрыть] – спросила она.

– Да, вот именно, тот самый! Пара приезжает в какой-то домик отдохнуть или что-то такое, а потом появляются три человека в масках и всю ночь пугают их, а в конце закалывают без всякой причины. И у нас то же самое.

– Нет, – возразила Элли. – Не то же самое. В жизни люди не убивают без причины.

– Что-то верится с трудом, – буркнул Стив. – А как же банда Мэнсона и прочие?

Элли выпустила руку Мэдисон.

– Стив, может, не надо сейчас про серийных убийц, а?

– Да, правда, – покорно пробормотал он, поднимая руки. – Зря я это, извини. У меня длинный язык, и он болтает глупости, когда я нервничаю.

– Ты нервничаешь? – спросила Мэдисон.

– А как же, – сказал Стив. – Ну сами подумайте: то, что у нас тут творится, это ненормально. Элли, скорее всего, права, и там просто какой-то малолетний придурок, который со смеху загибается, глядя на то, как мы тут трясемся от страха. Не думаю, что нам действительно угрожает опасность. Но я вам вот что скажу: я совершенно не так собирался провести эти выходные.

– О-о, – простонала Мэдисон и обняла его. Услышав о том, что Стив нервничает, она немного успокоилась, что казалось Элли бессмыслицей; но, если это означало, что Мэдисон перестанет рыдать и визжать, это было к лучшему.

– Ну хорошо, – сказала Элли. – Мы все согласны, что бояться на самом деле нечего, но все-таки давайте будем осторожны. Мы все должны оставаться в этой комнате до утра. Нужно закрыть двери спален и забаррикадировать их мебелью. Если кто-то попытается влезть в окно этой комнаты, мы сразу его увидим. Но мы будем вместе. Вместе безопаснее, так?

Мэдисон кивнула.

– Я знала, что ты придумаешь, как быть. Ты самая умная из всех, кого я знаю, Элли.

Элли покраснела, вспомнив, как про себя не очень лестно отзывалась о Мэдисон вчера вечером.

– Не такая уж я и умная. Я просто пересмотрела много фильмов ужасов и знаю, чего не следует делать ни в коем случае.

– Не следует обращать внимания на странные звуки, – сказал Стив.

– И выходить на улицу в одиночку, – продолжала Мэдисон.

– Ну вот, видите, ребята, вы и без меня знаете, как себя вести, – весело сказала Элли. – Будем дежурить по очереди? Кто-нибудь хочет спать?

– Я сейчас не смогу уснуть, даже если от этого будет зависеть моя жизнь, – сказала Мэдисон.

– Ну… я смогу, – пробормотал Стив, – только, по-моему, мне сейчас надо вас сторожить.

– До рассвета всего пара часов, – сказала Элли. – Как только солнце взойдет, мы все пойдем к шоссе и попробуем остановить машину.

– Кэм никуда не пойдет, – возразила Мэдисон. – Ты же знаешь, как она относится к пешим прогулкам.

– У нее нет выбора; ей придется идти пешком. Если она, конечно, не хочет остаться одна в лесу, – сказала Элли, хотя на самом деле ее тревожило состояние Кэм. Она опасалась, что через пару часов та не сможет идти куда бы то ни было. – Кстати, насчет Кэм. Я сейчас схожу и посмотрю, как она там, а потом попрошу Брэда перенести ее сюда. А вы пока придвиньте мебель к двери спальни и ванной и еще раз проверьте окна. Может быть, удастся еще чем-нибудь укрепить рамы.

Стив и Мэдисон принялись за дело, а Элли пошла к спальне Брэда и Кэм. Ее немного удивило, что Брэд все это время сидел в комнате и не вышел, чтобы наорать на Элли. Это было на него не похоже. Брэд не из тех, кто сидит и дуется в темноте вдали от публики.

«Может, он потерял сознание от боли», – предположила Элли. Если так, она не чувствовала никаких угрызений совести.

Она лишь на долю секунды задержалась на пороге, прежде чем войти.

Так вот почему он не вышел, чтобы разобраться со мной.

Брэд исчез.

Элли бросилась к окну, чтобы посмотреть, нет ли его снаружи, но вовремя остановилась. А вдруг он поджидает ее там, чтобы схватить? Или неизвестный, который стучал в стену? Маньяк мог захватить Брэда – хотя Элли предполагала, что в таком случае слышалась бы возня, шум борьбы. Она не видела никаких ее признаков. Ни перевернутого стула, ни разбросанных вещей, ни грязных следов на полу, ни брызг крови на стенах. Занавески колыхались – окно было открыто. Как будто Брэд бесшумно перешагнул через подоконник и исчез в ночи.

«Скорее всего, так оно и было. Решил изобразить героя, вылез на улицу и оставил свою девушку одну», – в бешенстве думала Элли, осматривая подругу. Лоб Кэм был прохладным на ощупь, она дышала глубоко. Но никак не отреагировала, когда Элли попробовала ее разбудить.

Элли услышала шаги и шум из общей комнаты – это Мэдисон и Стив проверяли окна, двигали мебель.

– Стив! – позвала она. – Зайди сюда ненадолго!

Они подошли оба, как и ожидала Элли. Она знала, что Мэдисон не захочет остаться одна даже на полсекунды.

Очень хорошо. Так безопаснее. Для нее и для нас тоже.

– Что случилось? – спросил Стив, озираясь. – А где Брэд?

– Откуда мне знать, к чертовой матери, – буркнула Элли. – Мне нужно, чтобы ты помог мне перенести Кэм в общую комнату. Сможешь ее поднять?

– Конечно, – сказал Стив, но не тронулся с места. – Но ведь надо искать Брэда. А вдруг с ним что-то случилось?

– Подозреваю, – ответила Элли, стараясь не показывать раздражения, – что он выбрался на улицу и пошел искать типа, повредившего его машину, а нам ничего не сказал, потому что знал, что мы будем против. Нет смысла идти его искать – на улице еще темно, и мы не знаем, в какую сторону он пошел.

– Но что, если на него нападут, ранят или он сломает себе ногу в темноте? – возразила Мэдисон. – Я знаю, ты считаешь его дебилом, Элли, но ты же не можешь желать ему зла?

«Итак, плохо у меня получается скрывать неприязнь к Брэду. Все только и делают, что упрекают меня», – подумала Элли и сказала:

– Ну конечно, я не желаю ему зла. Я никому не желаю зла. Но ты уже забыла, что мы тут недавно говорили насчет фильмов ужасов? Ты же знаешь, как люди попадаются в лапы серийного убийцы. Они отделяются от остальных. По лицу Стива я уже вижу, что он собирается углубиться в лес в поисках Брэда.

Стив покраснел и с виноватым видом пробормотал:

– Я просто хотел быстро обойти вокруг дома.

– Ну вот, я же сказала, – кивнула Элли. – Мы будем ждать здесь, ты не вернешься, а потом что? Никто не знает, где мы находимся, кроме тебя и Брэда; только вы двое можете вывести нас отсюда.

– Я не знаю, как вывести нас отсюда, – сказал Стив, и на его лице отразилась тревога при мысли о том, что от него ожидают какой-то инициативы.

– Что? – хором воскликнули Элли и Мэдисон.

– Ну да, не знаю. Я вырубился. Я всегда засыпаю, когда долго еду в машине.

– Ну здорово, – вздохнула Элли. – Просто здорово. Брэд завозит нас на край света, никто, кроме него, не знает, где мы, а теперь он скрылся в неизвестном направлении. Стив, ты никуда не пойдешь. Найдем его, когда станет светло. Или он сам найдется. Если его не избил наш чокнутый сталкер, или если он не сломал ногу, споткнувшись о корень, он, скорее всего, скоро приползет обратно.

– А если он не вернется? – прошептала Мэдисон. – А вдруг это не шутки и не розыгрыш и Брэда убьет маньяк?

Элли поняла, что Мэдисон сейчас снова впадет в истерику.

– Лично я в это не верю. Кино – это очень хорошо и все такое, но в жизни такого обычно не случается. Обычно.

– Обычно не случается, – повторила Мэдисон. – Но может случиться.

– Согласна, может, – признала Элли. – Но такое бывает крайне редко. Пока что я придерживаюсь теории «тупого пацана, которому просто захотелось поприкалываться». У нас нет никаких доказательств того, что в лесу орудует маньяк. Слушай, давай сейчас не будем это обсуждать. Нам надо перенести Кэм на диван в общую комнату.

Стив шагнул к кровати, поднял бесчувственную Кэм и понес ее из комнаты. Мэдисон и Элли последовали за ним. Элли хотела опустить раму, но передумала. Если кто-то действительно подстерегал их под окнами, он мог сцапать ее. Кроме того, Брэд вылез в окно – а может, он захочет вернуться обратно тем же способом.

И в любом случае на этих чертовых окнах все равно нет задвижек.

Она плотно закрыла за собой дверь спальни, потом подтащила к обеим дверям по стулу и поставила их так, чтобы спинки мешали повернуть дверные ручки. Если Брэд вернется, они всегда смогут его впустить. Зато если неизвестный «шутник» залезет в окно одной из спален и попытается проникнуть в общую комнату, он не сможет застать их врасплох.

Мэдисон забрала из спальни одеяла и соорудила на полу рядом с диваном нечто вроде «гнезда» для себя и Стива. Она прихватила одеяло и для Элли. Стив рылся в кухонных шкафах, вытаскивал пакеты чипсов и прочую дрянь. Элли не знала, как он может есть в такой ситуации. У нее не было никакого аппетита, нервы натянулись, казалось, что она никогда не сможет расслабиться.

Мэдисон, которая укрывала Кэм одеялом, внезапно замерла и нахмурилась.

– Элли, посмотри на это, – сказала она и взяла руку Кэм.

– Что? – спросила Элли, подойдя.

– Вот здесь, – объяснила Мэдисон и присела перед диваном, чтобы получше рассмотреть руку Кэм. – У нее на сгибе локтя какой-то синяк.

Элли прищурилась, потом опустилась на пол рядом с Мэдисон. Заметив крошечное багровое пятнышко на вене, она ахнула.

– Ей вкололи наркотик, – прошептала Элли. – Так вот почему она не пошевелилась после того, как упала в обморок.

– Какого черта? Зачем кому-то колоть ей наркотик? – воскликнула Мэдисон. – И кто это сделал? Тот тип?

– Если ты имеешь в виду нашего загадочного незнакомца, то да, я думаю, что это он. Если, конечно, Кэм не приобрела каких-то привычек, о которых я не знаю.

Мэдисон покачала головой.

– Только не это. Она никогда бы не стала колоться. Ничего сильнее травы.

– Значит, если это не она сделала себе укол, и не Брэд это сделал, то…

– Чего Брэд не сделал? – спросил Стив, с хрустом пережевывая кукурузные чипсы.

Элли объяснила насчет синяка на руке Кэм. Стив хмуро смотрел на нее.

– Зачем Брэду колоть ей снотворное?

Элли развела руками.

– А кто его знает? Для начала, зачем он привез нас в этот дом? Откуда он вообще узнал о нем? Почему на окнах нет задвижек и почему он ни слова об этом не сказал? Вы, ребята, смотрите на меня как на идиотку, потому что я не считаю Брэда святым. Но ведет он себя отнюдь не как святой.

– Ты хочешь сказать, что он привез нас сюда с какими-то дурными намерениями? – спросила Мэдисон, глядя при этом на Стива. Элли догадалась, о чем она думает: заподозрила, что Стив, лучший друг Брэда, участвует в заговоре. – Что он хочет нас попугать? Или что-то похуже?

– Я хочу сказать только одно: мне не совсем ясно, чего он этим добивался, – сказала Элли. – А теперь он исчез.

– Нет, я не верю в то, что он усыпил Кэм, – упрямо произнес Стив. – Я еще могу себе представить, что он устроил здесь какой-нибудь розыгрыш, но всадить иголку в руку своей девушке – нет, ни за что.

– Вот-вот, а еще машина, он бы не дал расколошматить свою машину. Это не в его духе, – поддержала Стива Мэдисон. – Он ее просто обожает.

– Папочка всегда может купить ему новую, – отмахнулась Элли. Несмотря на возражения друзей, ее подозрения только усиливались. – И кстати, вы не забыли, что по дороге мы все уснули…

Она не договорила. Раздался звон стекла, все трое обернулись к окну и увидели на полу рядом с входной дверью кирпич.

Мэдисон завопила, но Элли не смотрела на кирпич. Ее гораздо сильнее встревожила тень, промелькнувшая за занавесками.