Текст книги "Хорошие девочки не умирают"
Автор книги: Кристина Генри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава вторая
allieoop: вы забыли горячих жеребцов без футболок, у которых на уме только секс
ghostwife: о да, и еще одинокую подружку-зубрилу или друга-ботаника, у которого нет девушки
eatersofthedead: этого героя всегда убивают первым
tyz7412: ага, одиночки в таких фильмах не выживают
Элли не поняла, что ее разбудило. Она очнулась от глубокого сна и лежала с открытыми глазами. Сердце отчаянно колотилось, но она не знала, в чем дело: может быть, услышала что-то странное, а может быть, просто внезапно проснулась. Она перевернулась на другой бок и присмотрелась, пытаясь разглядеть что-нибудь среди теней.
Занавески на единственном окне были задернуты. Оно находилось между койкой Элли и двуспальной кроватью. С улицы не проникал свет. Окно было открыто, и Элли почувствовала на лице дуновение ветра, уловила запах дыма от костра.
Постепенно глаза привыкли к темноте. Мэдисон и Стив спали на кровати, Элли различила нечто, напоминавшее два тела, прижавшихся друг к другу, услышала негромкий храп Мэдисон. Элли жила в одной комнате с Мэдисон два года и знала этот звук. Он не мог разбудить ее.
Элли взяла телефон, который поставила заряжаться от внешнего аккумулятора на тумбочке у кровати. Экран загорелся. Было 3:13 ночи.
«Может, мне просто приснился кошмар, но я его не помню», – подумала она, потирая лицо. На вид все было в порядке. Все спали, снаружи не доносилось ни звука – даже сверчки не трещали.
«Вот это совсем непонятно, – подумала она, снова разворачиваясь лицом к стене. – Даже если бы Брэду каким-то чудом удалось отыскать местность, где не водятся комары, то должны же здесь трещать сверчки, бегать еноты, хрустеть ветки под ногами у животных. Не нравится мне это. Очень не нравится. Не знаю, что именно здесь неладно, но я ухожу отсюда на рассвете».
Подъем на рассвете не вызывал трудности. Элли обычно просыпалась очень рано и заканчивала тренировку еще до того, как обитатели общежития поднимались с постелей, чтобы успеть в относительно чистый душ. Ее биологические часы были настроены на подъем в 5:30 утра, даже в середине зимы, когда приходилось возвращаться из спортзала в темноте. Она была уверена в том, что сможет проснуться и незаметно выскользнуть из домика прежде, чем остальные сообразят, что произошло.
Элли натянула на голову одеяло и закрыла глаза. Она знала, что для пешего перехода понадобятся силы, а значит, необходимо было выспаться.
Раздалось какое-то царапанье. Кто-то скребся в стену снаружи.
Элли открыла глаза и села, глядя в окно. Занавески шевелились на ветру, но видно никого не было. Она нашарила очки и пригляделась.
Скорее всего, просто какое-то животное.
(только животных здесь нет и ты уже не один раз удивлялась этому)
Значит, это ветка царапает по крыше или что-то типа того. Нечего психовать.
Однако она не легла снова, а продолжала вглядываться в темноту, пытаясь различить движение за окном.
Элли слышала стук своего сердца, слышала, как кровь шумит в ушах. Безобидное царапанье не должно было встревожить ее, но она все-таки встревожилась. Все пошло не так с того момента, когда она села в машину, но вот это было уже слишком. Она знала, что это царапанье не предвещает ничего хорошего.
Но я не выйду на улицу посмотреть, в чем дело, потому что в фильмах ужасов именно так всякие идиоты и погибают. Выходят в одиночку из домика, услышав странный звук, или несут бред типа: «Ты пойди посмотри там, а я поищу тут». Еще не хватало самой лезть на рожон. Мое место здесь, в кровати, здесь я и останусь.
Снова этот зловещий звук – долгий, негромкий. Элли представилось, как кто-то проводит ножом по бревенчатой стене дома.
«Да вы что, издеваетесь? – подумала она. Потом: – Ничего страшного не происходит. Это просто Брэд придуривается».
Мысль успокоила ее. Ну конечно, это дебил Брэд. Разозлился ее отказом играть в тупые игры и теперь издевается над ней, пытается напугать. Так вот, Элли не собиралась ему уступать. Она решила сделать вид, будто ничего не слышала.
В стену три раза постучали, потом наступила тишина.
Мэдисон всхрапнула, втянула ртом воздух и пробормотала:
– Чего?
Элли с трудом различила в темноте ее силуэт.
Снова постучали – трижды.
«Потому что три – магическое число, – подумала Элли и вздрогнула. – Три желания, которые исполняет джинн, три ведьмы вокруг котла, три крика в ночи, которые решают твою судьбу».
– Какого черта? – проговорила Мэдисон. – Стив, просыпайся.
Элли услышала шорох, потом рядом с Мэдисон появилась тень побольше – Стив.
– Что такое? – хриплым со сна голосом спросил он.
– Там снаружи кто-то есть, – сказала Мэдисон.
– Что?
– Снаружи кто-то есть, – повторила девушка. – Кто-то хочет нас напугать, стучит в стену.
– Наверное, это просто Брэд или Кэм. Или оба сразу, – пробормотал Стив. – Давай спать.
И он снова лег.
Стук повторился с небольшими интервалами.
– Так, это начинает меня раздражать, – сказал Стив, отбросил одеяло, поднялся и направился к окну.
– Погоди, – прошептала Элли.
Стив застыл посреди комнаты, повернувшись в ее сторону. Элли разглядела белки его глаз и белую футболку, в которой он спал.
– Элли? – произнес он таким тоном, словно только сейчас вспомнил о ее присутствии.
Наверное, и правда забыл, потому что он вспоминает о моем существовании только тогда, когда кто-то показывает на меня пальцем.
– Да, Элли, – съязвила она. – А ты думал, кто это?
– Ты давно проснулась? – спросил он.
– Не знаю, какое это имеет значение, но достаточно давно, чтобы услышать стук уже в третий раз, – ответила Элли. Потом она сообразила, что произнесла это противным голосом, но ей было плевать. Иногда ее так утомляла обязанность быть вежливой с людьми, которые ей не нравились.
– Так зачем мне ждать? – спросил Стив.
– Потому что если это Брэд или Кэм, им нужно привлечь наше внимание, и ты пойдешь у них на поводу, если начнешь кричать из окна. А если это не они… – Она замолчала, не зная, хочется ли ей продолжать.
– А если это не они? – спросила Мэдисон писк-лявым от страха голосом.
– Ну, тогда это явно человек, который не желает нам добра, – сказала Элли. – Поэтому я думаю, что тебе не стоит высовываться из окна.
Стив помолчал, явно размышляя над ее аргументами. Элли буквально чувствовала, как дурацкая мужественность у него в душе ведет борьбу со здравым смыслом. С одной стороны, он хотел доказать, что сильнее и круче того – или тех, – кто ждал в темноте; с другой стороны, понимал, что Элли права.
Как и предполагала Элли, дурацкая мужественность одержала верх.
– Я выйду и посмотрю, что там такое, – объявил он.
– А это еще глупее, – возразила Элли. – Ты что, нарочно напрашиваешься на неприятности?
Царапанье возобновилось. Да, кто-то определенно точил нож о стену. И еще Элли показалось, что звук приближается к окну. Внезапно до нее дошло, что окно открыто, а если оно открыто, то человек, производящий эти звуки, может слышать их разговор.
Он – а Элли была уверена в том, что это «он», что это не Кэм решила над ними подшутить, – мог также забраться в окно, если бы у него возникло такое желание. Подоконник находился всего в сорока-пятидесяти сантиметрах от земли.
– Ну все, хватит с меня, – рявкнул Стив, распахнул дверь спальни и вышел в общую комнату. Мэдисон побежала за ним.
– О, ради бога, – пробормотала Элли, слезая с койки. Ей не нравился Стив, и бывали дни, когда Мэдисон тоже не слишком нравилась, но она все-таки не хотела, чтобы им поотрубали руки и ноги.
Однако она недооценила Стива. Вместо того чтобы сразу выйти на веранду, он подошел к двери Брэда и Кэм и забарабанил в нее кулаком. А по дороге включил свет.
– Эй, вы там или нет? – спросил он.
Мэдисон остановилась на пороге, Элли застыла у своей кровати, глядя в окно и прислушиваясь изо всех сил. Если Брэд был на улице, она должна была услышать, как он забирается в окно соседней спальни. Он без труда мог прикинуться, что все это время мирно спал, потому что все окна в доме были открыты из-за духоты.
И на окнах нет противомоскитных сеток, которые могли бы задержать его – или постороннего.
Но Элли не услышала ни звука шагов, ни характерного глухого стука из соседней комнаты. Скрипнула дверь, и Брэд произнес:
– Какого хрена, вы чего тут?
У него был сонный голос, как будто он еще не пришел в себя.
Это ничего не значит. Сонный голос очень легко имитировать. Брэд вполне мог все это время находиться снаружи. Если ты не услышала, как он забирается к себе, то…
Элли похолодела от ужаса. У нее едва не остановилось сердце. Кто-то прошел мимо окна, направляясь к веранде.
– Там снаружи кто-то есть, – прошептала она.
– Что? – ахнула Мэдисон, оборачиваясь к Элли.
– Я видела человека за окном, – сказала Элли и вышла в общую комнату. После кромешной темноты спальни свет ослепил ее. – Он идет к входной двери.
– Элли говорит, что кого-то видела, – громким шепотом произнесла Мэдисон, обращаясь к Стиву.
– Ах, ну конечно, если Элли говорит, что кого-то видела, – протянул Брэд, и при звуке его ехидного голоса Элли захотелось наброситься на него и врезать по морде.
Однако помешал Стив, неожиданно пришедший ей на помощь.
– Там точно кто-то есть, – сказал он. – Какой-то гад стучал в стену и скребся под окнами. Ты что, не слышал?
– Нет, дружище, я спал как убитый, моя девушка меня вымотала, – ответил Брэд.
Элли подняла глаза к потолку. Ну почему парням всегда, всегда обязательно хвастаться тем, что у них был секс?
– Я сейчас выйду и надаю ему по шее, – продолжал Стив.
– Не надо, – перебила Элли. – Ты же не знаешь, кто там бродит и что ему нужно.
– Мы не в твоем гребаном фильме, Эллисон, – возразил Брэд. – Мы со Стивом вполне в состоянии разобраться с этим чуваком, не знаю, кто он там.
Брэд протиснулся мимо Стива и вышел в общую комнату; только после этого Элли заметила, что на нем ничего нет, кроме трусов-боксеров.
– Ты бы штаны все-таки надел, – посоветовала она.
– Это еще зачем? Увидела что-то интересное? Я тебя смущаю?
– Блин, да хватит уже, – простонала Элли и попыталась взглядом дать Брэду понять, что не прикоснется к нему, даже если все остальные мужчины на Земле вымрут. Должно быть, он понял намек, потому что по его шее расползлось красное пятно.
– Брэд, что там такое? – раздался из соседней комнаты жалобный голос Кэм. Элли знала, что Кэм спит крепко; разбудить ее мог только необыкновенно сильный шум.
– Ничего особенного. Спи, детка, – сказал Брэд и скрылся в спальне.
Элли услышала шорох одежды. В доме и в окрестностях стояла такая тишина, что слышны были любые звуки. Не было ни далекого успокаивающего гудения машин, мчащихся по шоссе, ни голосов людей. И опять же – казалось, что в лесу не было животных. Как будто они попали в какую-то наглухо запечатанную камеру, отделенную от остального мира звуконепроницаемой перегородкой.
– Ты куда? – спросила Кэм.
– Выйду на минутку на улицу, проверить кое-что, – сказал Брэд.
– Зачем?
– Потому что твоей подруге, – последнее слово было произнесено презрительным тоном, – показалось, что кто-то ходит вокруг дома.
– Знаешь, Элли не показалось, – возмутилась Мэдисон. – Мы со Стивом тоже слышали шум.
– Наверное, вам всем просто кошмар приснился, – крикнул Брэд из спальни.
– Что за чушь? – сказала Мэдисон. – Как нам мог присниться один и тот же кошмар?
– Может, вы все пойдете уже спать, а? – заныла Кэм. – Я так устала.
К этому моменту Элли тоже хотелось только одного: пойти и лечь спать. Она не знала, реальной была виденная ею тень или нет, но по-прежнему подозревала Брэда. Наверняка это он стучал или каким-то образом все подстроил. Может, какой-то его друг прячется в лесу, думала она. А может, на самом деле здесь было не так уж безлюдно, где-то неподалеку находился похожий домик, и сообщник Брэда остановился там.
Да, это объясняло настойчивые уговоры Брэда сыграть в нелепых «призраков на кладбище» – он просто хотел выманить их в лес после захода солнца. Скорее всего, придумал какой-то тупой розыгрыш. Теперь понятно было, почему он сразу согласился пойти осмотреть территорию. Он прекрасно знал, что никакой опасности нет.
А если стук и прочее – это часть розыгрыша, тогда мы все должны сделать вид, будто ничего не происходит, и разойтись.
– Да, знаете, давайте просто забудем об этом, – заговорила Элли. – Неважно, кто это был, – все равно он уже ушел.
– Еще чего, – заупрямился Стив. – Если там в лесу кто-то шляется, я не собираюсь ждать, пока он вернется и начнет заново.
Из спальни вышел Брэд в серой толстовке и джинсах. Стив был одет в пижамные штаны и футболку – Элли решила, что он не стал раздеваться до трусов ради приличия, потому что она спала в одной комнате с ним. И подумала, что не так уж он плох, в конце концов, хотя и туп, как бревно.
Парни – мужчины, напомнила себе Элли, они уже совершеннолетние, взрослые мужчины – пошли к выходу.
– Стойте, – неуверенно окликнула их Мэдисон, которая топталась на пороге спальни. – Может, вам взять с кухни нож или что-то такое?
– Ты думаешь, там кто, Майкл Майерс? – рассмеялся Брэд. – Ну уж нет, я не буду драться на ножах. Там какой-то урод, который случайно наткнулся на наш домик и решил поприкалываться. Если там вообще кто-то есть.
– Пойдем спать, Мэд, – сказала Элли, обнимая подругу за плечи. Мэдисон трясло. Таинственные звуки сильно напугали ее. – Я думаю, Брэд прав и никого там нет.
Элли почти удалось убедить себя в том, что вся эта история – розыгрыш ублюдочного Брэда. Она разволновалась просто потому, что в этом лесу было необычно тихо и очень темно, и потому, что она внезапно проснулась. Нет там никаких маньяков, повторяла она мысленно.
Оглушительный звон битого стекла заставил ее замереть на месте.
– Какого?.. – рявкнул Брэд и рванул на себя входную дверь. Включив свет на веранде, он выругался. – Моя машина! Какого хрена? Что с моей машиной?
Он бросился на улицу, Стив побежал за ним.
– Не надо, Стив! Не ходи туда! – взвизгнула Мэдисон и устремилась к двери.
– Нет! – воскликнула Элли, но не потому, что ее волновала судьба Стива или Брэда. Она вовсе не хотела, чтобы Мэдисон последовала за Двумя Очень Мужественными Мушкетерами навстречу неизвестной опасности.
Она догнала Мэдисон и вцепилась подруге в руку.
– Стой.
– Но… – начала Мэдисон.
Элли не расслышала ее возражений – их заглушили непристойные ругательства. Выглянув на улицу, Элли увидела Брэда и Стива, которые ходили вокруг машины.
– Ты, гребаный псих! Козел вонючий! – орал Брэд. – Еще раз сюда сунешься, я из тебя все дерьмо выбью!
Ветровое стекло БМВ было разбито вдребезги. Это было уже само по себе нехорошо, но Элли заметила, что передние две покрышки кто-то разрезал. Присмотревшись, она поняла, что другие покрышки постигла та же судьба.
– И как нам теперь выбираться отсюда? – воскликнул Стив. – Что нам, пешком идти, или автостопом ехать, или как?
– А я откуда знаю, мать твою? – прорычал Брэд. – Это полное дерьмо. Дерьмо собачье.
Потрясение и злоба Брэда выглядели искренними. Возможно, вандализм не был частью его плана. А возможно, Брэд обладал недюжинным актерским талантом. Элли пока не пришла к окончательному выводу. Она по-прежнему не доверяла ему. Он вполне мог договориться с сообщником, чтобы тот повредил машину; а через неделю издевательств, когда он доведет их всех до психушки, появится его дворецкий на отцовском вертолете.
И вообще, ты же все равно собиралась утром уходить отсюда пешком. Теперь тебе не придется тайком выбираться из дома, пока все спят.
«Хотя, – размышляла Элли, – одной было бы намного проще».
Элли представляла, как им всем достанется от Кэм, если придется тащиться через лес пешком. Максимальным расстоянием, которое она соглашалась пройти, были несколько метров от машины до дверей ресторана; ее нытье и жалобы могли сделать любой более или менее длительный переход просто невыносимым.
Но во всем этом была и позитивная сторона: Элли надеялась на то, что инцидент, пусть даже подстроенный, раз и навсегда положит конец этому фальшивому «празднованию дня рождения». А когда все закончится и Элли окажется в безопасности в кампусе, она прямо заявит Кэм и Мэдисон, что не намерена больше терпеть сюрпризы в виде бойфрендов. Если они будут таскать с собой на «девичники» Брэда и Стива, на Элли могут не рассчитывать.
При этой мысли ей стало не по себе. Для нее не было ничего более трудного и неприятного, чем возражать девушкам, которых она считала лучшими подругами. Намного проще было притворяться, что все отлично, находить оправдания для того, чтобы остаться в общежитии, – она слишком занята, надо подготовиться к уйме тестов, надо перечитать кучу учебников. Это было так легко, не требовало душевных сил; столько людей исчезли из ее жизни после этих отговорок – далеко ездить, напряженное расписание. Иногда она думала об этих людях, жалела о том, что в свое время не приложила больше усилий для того, чтобы сохранить дружбу. А иногда радовалась тому, что не нужно было спорить, выяснять отношения. Бывшие подруги без слов понимали, что их дороги расходятся.
– Ну все, – рявкнул Брэд, и Элли вернулась к реальности. – Я найду гада, который это сделал.
– Я с тобой, – поддержал его Стив. – Когда найдем, переломаем ему все кости.
– Отличная идея, – сказала Элли. – И что, после этого машина магическим образом сделается как новенькая? А может, вы оба окажетесь в камере за нанесение тяжких телесных повреждений – если, конечно, сумеете выследить этого человека в темноте?
– Да, да, не надо уходить в лес, – дрожащим голосом произнесла Мэдисон. – Это опасно, вы не знаете, куда идти, не знаете местность, и вообще, тот, кто это сделал с машиной, может напасть на вас и ранить.
– Что ты, детка, – воскликнул Стив, поднялся на веранду и обнял Мэдисон. – Не волнуйся. Эта сволочь способна только стучать в стенку и резать покрышки. Жалкое ничтожество. Мы с ним живо разберемся.
– Все равно, в лесу с вами что угодно может случиться, – причитала Мэдисон, уткнувшись лицом в грудь Стива. – А вдруг ты упадешь в овраг и сломаешь ногу? И разве вы знаете, как выслеживать человека?
Брэд подошел к ним и, презрительно скривившись, смотрел на то, как Стив утешает Мэдисон. С каждой минутой он нравился Элли все меньше и меньше. Стив был еще ничего, но он таскался за другом как хвост, а Элли в глубине души надеялась на то, что Брэд все-таки уйдет в лес и свалится там в овраг.
– Ты не веришь, что мы сможем найти эту мразь? – процедил Брэд, не сводя взгляда с Элли.
– Нет, не верю, – отрезала она. Какой смысл врать? – Темно, как в могиле. Вы понятия не имеете, откуда он взялся, куда ушел. Вы не знаете, кто это: просто какой-то дебил, который случайно проходил мимо и решил по-дурацки развлечься, или настоящий преступник, насильник, убийца? Если верно последнее, одному богу известно, что он затеял. Начнете наугад ломиться через лес, это плохо кончится. Вы можете пострадать.
Она не стала говорить «или погибнуть», потому что это прозвучало бы как в кино.
– «Если верно последнее», – передразнил ее Брэд. – Не обязательно каждую минуту демонстрировать нам свое интеллектуальное превосходство, Эллисон.
– Не обязательно каждую минуту демонстрировать нам, что ты не можешь двух слов связать на родном языке, Брэдли, – таким же тоном ответила она.
В его глазах зажглись нехорошие огоньки, и Элли показалось, что она на миг заглянула в бездонный колодец, увидела злобу и подлость, которые он скрывает от окружающих. Скрывает кроме тех случаев, когда указывает Кэм, куда идти, что делать и как. Когда требует, чтобы она сменила одежду, или настаивает на том, чтобы она поменяла свои планы. Может быть, он вовсе не старается скрывать мерзкий нрав. Может быть, никто, кроме меня, просто не желает этого замечать.
За спиной у Элли раздались шаги, и, резко обернувшись, она увидела на пороге спальни Кэм, одетую только в футболку Брэда. Ее волосы, обычно безупречно уложенные, топорщились на затылке.
Она обогнула длинный диван, стоявший спинкой к двери спальни, и остановилась с таким видом, как будто это действие лишило ее последних сил.
– Что здесь происходит? – произнесла она и с нарочито тяжким вздохом упала на диван. – Почему вы все орете и ссоритесь?
– Мы не орем, – заметила Элли.
– Нет, орете. Вы зверски шумите и не даете мне уснуть. Брэд, пошли в постель. – Кэм откинула голову на спинку дивана и прикрыла глаза.
Элли перехватила его жесткий, расчетливый взгляд и догадалась, что он колеблется. Уступить Кэм означало отказаться от идиотского плана мести хулигану. Он мог бы остаться, но только в случае, если бы это была его идея, а не Кэм. Элли подумала: интересно, как он выпутается из положения.
– Не могу, детка, – сказал он. – Нам со Стивом надо поймать козла, который порезал мне колеса и разбил стекло.
Кэм открыла глаза.
– Что? Кто-то разрезал покрышки?
Она вскочила с дивана, протиснулась мимо Элли и вышла на веранду.
– Какого хрена?
– Ага, именно так, – фыркнул Брэд.
– Но как мы отсюда уедем? – взвыла Кэм. – У меня телефон не ловит, ни у кого из нас не ловит! Ни такси, ни «Убер» не вызвать.
– Сейчас не помешали бы новые прибамбасы Мэтисона, – заметил Брэд. – Телефоны, которые получают сигнал не от вышки, а от спутника.
– Эта технология находится в стадии разработки, – напомнила Элли. – И потом, Мэтисон – наглый ворюга; я не собираюсь у него ничего покупать.
Брэд открыл рот, но Кэм опередила его:
– Мы знаем, Элли. Ты терпеть не можешь богатых успешных технарей. Но это не отменяет тот факт, что наши телефоны сейчас не работают.
– Я просто считаю, что мы не должны называть богатых белых мужчин провидцами, когда они всего лишь пользуются достижениями других людей.
– Ну хорошо, понятно, – нетерпеливо перебила ее Кэм. – Что нам-то дальше делать?
– Придется идти пешком до шоссе, – ответила Элли.
– Вы можете сколько угодно идти пешком до шоссе, – отрезала Кэм. – Я останусь здесь и буду ждать помощь.
– Одна? – спросила Элли. – Пока какой-то псих шастает вокруг по лесу?
Кэм помолчала.
– Может, ребята пойдут за подмогой, а мы подождем здесь?
– А куда девался твой феминизм, Кэм? – усмехнулся Брэд. – Ты же еще неделю назад втирала мне насчет равенства мужчин и женщин?
– Равенство полов здесь ни при чем, – чопорно ответила Кэм. – Просто я не люблю долго ходить пешком.
– То есть вы втроем собираетесь здесь сидеть на заднице и пить вино, пока мы со Стивом будем топать по лесу черт знает куда, искать шоссе и какого-нибудь навозного фермера, чтобы он вас спас?
– Не будь идиотом, – прошипела Кэм. – Никто, кроме тебя, не знает, где мы находимся. Мы почти сразу отрубились, а ты был за рулем. И этот дурацкий дом в лесу – твоя дурацкая идея.
– Ага, только ты согласилась на мою дурацкую идею, – прорычал Брэд.
Элли видела злобу в его взгляде, устремленном на Кэм, и у нее что-то сжалось в груди от страха. Она должна спасти Кэм от этого человека. Брэд будет убеждать ее в том, что он неплохой парень, просто иногда теряет над собой контроль, и он так виноват перед ней; если Кэм будет с ним поласковей, то все будет замечательно. А потом, в один прекрасный день, он изобьет Кэм. Ей будет больно, она будет плакать, но скажет себе, что это ее вина, что он прав, надо постараться не злить его, и вообще это больше не повторится.
А потом он изобьет ее снова.
– О боже, – воскликнула Кэм и воздела руки к потолку. – Ну хорошо. Я согласилась приехать в этот гребаный дом. А теперь давайте уже все согласимся, что надо выбираться отсюда на хрен, и желательно на машине.
Элли уставилась на Кэм во все глаза.
– Ты согласилась приехать сюда и ничего не сказала мне? Мы же собирались на пляж!
Кэм не смотрела на Элли.
– Ну, это… это было сегодня утром, типа того, ну, и…
– Ага, – сказала Элли.
– Вот прямо перед тем, как мы сели в машину, – бормотала Кэм. – Брэд сказал, что он знает такое суперское местечко, в сто раз лучше пляжного домика.
– Ага, – повторила Элли. – И все мои планы на выходные и день рождения должны были катиться к чертовой матери только потому, что у Брэда возникла эта мега-идея завезти нас неизвестно куда, и ты сразу согласилась? А когда мы приехали, прикинулась, что удивилась?
– Нет, все было не так, – прошептала Кэм.
Все смотрели на нее. Мэдисон нахмурилась.
– Так ты что, знала, что мы едем в лес? – спросила она.
– Ой, только ты не начинай, – простонала Кэм. – Это не мой дом, я его в первый раз вижу, и машину вела не я. Я не виновата. Я только…
– Уступила Брэду, – перебила ее Элли. – Потому что ему лучше знать, так? Потому что ты его рабыня, всегда во всем его слушаешься?
– Подождите, так что, все знали про этот домик, кроме нас с Элли? – воскликнула Мэдисон и ткнула Стива в плечо. – Я же знаю, ты соглашаешься на все, что он предложит.
Стив надулся.
– Слушайте, не надо меня втягивать в ваши идиотские бабские разборки.
– Это не бабские разборки, – повысила голос Элли. – Я недовольна – и не без оснований, как мне кажется. Кэм соврала мне и Мэдисон.
– Ты, значит, не злишься на меня за то, что я тебе соврал? – спросил Брэд, внимательно наблюдая за Элли.
– Брэд, я знаю, что ты считаешь себя пупом земли, но поверь, мне наплевать с высокой колокольни на то, что ты делаешь или говоришь, – сказала Элли.
– Эй, не надо хамить моему парню, – возмутилась Кэм.
– Знаешь, Кэм, ты поступила нехорошо, так что не тебе меня учить. С ним все ясно, но от тебя я такого не ожидала.
– Ой, да пошла ты, Элли, со своими обидами, – огрызнулась Кэм. – Думаешь, я не вижу, как ты на меня смотришь? Как ты на всех нас смотришь? Ты считаешь себя лучше меня, Брэда, Мэдисон и Стива вместе взятых – вечно ты учишься, вечно трудишься, спортом занимаешься, вся такая правильная, серьезная, и парни тебя не интересуют. Я вообще не знаю, зачем до сих пор общаюсь с тобой, пытаюсь дружить.
– Хороший вопрос, – сказала Элли. Конечно, слова Кэм задели ее, она не могла этого отрицать, но потом решила, что лучше наконец откровенно высказать друг другу все. Ей надоело притворяться.
– Послушайте, девчонки, – робко заговорила Мэдисон. – Давайте не будем. А то наговорите такого, о чем завтра пожалеете.
– Мне кажется, Кэм не пожалеет, – ровным голосом произнесла Элли.
– Нет, не пожалею, – выплюнула Кэм. – Я-то думала, что оказываю тебе услугу, хотела, чтобы ты расслабилась хотя бы на один гребаный уик-энд, а ты разозлилась потому, что все прошло не так, как запланировала Элли, у которой всегда все должно быть под контролем.
– Как я уже сказала, не тебе меня учить. Это ты поступила неправильно, а не я.
– О да, Элли, ты всегда поступаешь правильно, – сказала Кэм и, оттолкнув Элли и Мэдисон, вошла в дом. – Святая Элли, покровительница идеальных девушек.
Кэм в несколько шагов пересекла комнату, размахивая светлыми волосами. Она, очевидно, считала, что сразила их наповал этой заключительной фразой, что последнее слово осталось за ней.
Она скрылась за дверью спальни.
А потом раздался пронзительный вопль.
