Текст книги "Дерзкие игры. Поиграем? (СИ)"
Автор книги: Кристина Римшайте
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава третья
Саша крутила ручку и задумчиво смотрела в окно, пока Орлов выжимал педальку газа в сторону головного офиса «Мегаполиса».
На основную пресс-конференцию можно было и не ходить, там и без неё отлично справились. Вопросы стандартные, ответы банальные. Так, кое-что набросала, сделали несколько кадров, засняли небольшой материал на минуту не больше, для вечернего выпуска…
Корнев Виктор Сергеевич уходит на пенсию. Ха-ха два раза. Человек, который потом выстилал себе дорогу в думу, не может так просто уйти на пенсию. Сколько было им проведено кампаний, чтобы занять этот пост? А сколько человек уволено? Сколько взято коррупционеров и воров?
Саша усмехнулась собственным мыслям. Ситуация с отставкой мэра становилась всё более странной. Может, его вынудили? Это, конечно, возможно, но совсем не просто. Виктор Сергеевич так просто не отступает.
Год назад сама подслушала разговор Корнева с неизвестным, так как из-за угла не видно кто там ещё. «Потопите меня, я потащу за собой на дно остальных…»
Выходит, если головы политических деятелей всё ещё на месте, действительно сам уходит? Тогда зачем покидать пост «Мегаполиса», а все акции переводить на сына. И откуда вообще этот сын взялся? Ах, да! Вернулся из «штатов». Возвращение блудного Шарика…
«Корнев Станислав Викторович», – про себя прочла Саша и ощутила неприятный холодок, пробежавший по спине, как и тогда в зале, когда это имя слетело с губ мэра.
«– Кто займёт ваше место во главе строительной индустрии? Вы уже назначили преемника?
– Да, – слабо улыбнувшись, ответил мэр. – Мой сын. Станислав Викторович…»
Может ли быть такое совпадение? Ночь она провела с неким Стасом, сегодня встречается со Стасом… А что ждёт завтра? Тоже Стас?
– Приехали, госпожа репортёр, – улыбнулся Орлов.
– Меня не жди. Плёнку отвези Славе, пусть монтирует, с остальным потом. Девочки пока отдыхают, – Саша отстегнула ремень и подхватила сумку.
– Снимать больше не будем? – удивился Орлов.
– Нет. Только интервью для «Обозревателя» и «форбс». С этим сама справлюсь.
– Фотоаппарат не забудь, – спохватился оператор и протянул зеркальный «кэнон» в компактном чехле на ремешке, чтобы можно было повесить на шею.
– Спасибо, – улыбнулась Саша и захлопнула дверцу потрёпанного жизнью «рено». На своей красавице «вольво» она ездила только в офис и обратно, в остальном пользовалась услугами коллег. А то люди могут подумать, что журналисты много зарабатывают… Да и машина была куплена для души, а не для работы.
Как и положено, в приличном бизнес-центре, Калинину встретила охрана. Уточнили цель визита, проверили документы, записали данные в журнал и вежливо послали в нужном направлении.
Чтобы подняться на второй этаж, не было смысла ждать лифт с девятого, и Саша направилась к лестнице. Откуда ей было знать, что именно в этом здании, между этажами находятся площадки для курения. И ведь не остановил никто…
Стас нервничал, хотя давно привык к журналистам, вспышкам камер и дебильным вопросам. Здесь уровень ответственности другой. Необходимо следить за речью, манерами и показать себя только с выгодного ракурса. Первое впечатление играет очень важную роль.
Он достал припрятанную на особый случай сигарету, но так и не прикурил. Лучше сделать это после встречи с репортёром.
Только Стас спрятал папиросу назад в пачку, как раздался цокот каблуков. Совсем близко. Кто-то из сотрудников вышел покурить? Но ведь предупреждали, что выходить можно только после ухода журналиста…
Мужчина уже приготовился отчитать нерадивого работника, как замер в немом изумлении, чуть было не разинув рот.
Это она… Забилась тревожная мысль в мозгу. Точно она! Сердце сорвалось в пятки и разбилось насмерть. От нахлынувшего адреналина заложило уши.
Невозможно не узнать эти волнистые волосы, которые при дневном свете выглядят ещё красивее, пусть и убраны в хвост. Лукавые каре-зелёные глаза смотрят настолько безразлично и холодно, что создаётся впечатление неправдоподобности. Может, сегодняшняя ужасная ночь привиделась?..
Удивление сменилось гневом.
– Пришла потребовать выкуп за фотографии? – сорвались злые слова, а руки мелко затряслись. И почему она притащилась именно сейчас, именно сюда, перед такой важной встречей? – Шантажировать меня станешь? Может, тебе дом на Багамах нужен? Или я должен стать отцом твоего ребёнка, которого мы зачали, пока целовались?.. – язвительные фразы закончились под убийственно-спокойным взглядом.
Саша мысленно посыпала голову пеплом. Иначе и быть не могло. Это наказание за её дурость. Натворила, пожинай плоды… Но зато всё встало на свои места.
– Вы, я так полагаю, Станислав Викторович Корнев, – спокойно поинтересовалась она, заставив «незнакомца» поражённо приоткрыть рот и моргнуть.
– Издеваешься? – процедил Стас, желая придушить стерву… – Давай быстрей, у меня нет времени! – заорал он, нервно глянув на наручные часы.
Саша молча достала удостоверение.
– Калинина Александра Ильинична. Журналист-корреспондент печатного издательства «Невский дом». Мне назначено. Где мы можем поговорить?
Стас продолжал недоумённо хлопать глазами и хватать ртом воздух. Это конец… Неужели, правда?
И только сейчас заметил классические брюки со стрелками, белую блузку, бейдж на груди и фотоаппарат. Александра Ильинична подготовилась основательно в отличие от него.
– Пройдёмте в мой кабинет, – Стас оправил полы пиджака и пропустил… журналистку вперёд. Сердце всё ещё колотилось, отдавая болью в висках. Нельзя так нервничать, должен быть способ уладить конфликт…
Как?! Как, чёрт возьми, если он только что наорал на неё? А ведь отец говорил, что приглашённый журналист имеет большее влияние в Москве.
Саша нервничала, но виду не подавала. Просто привыкла в силу специфики работы влипать в разные… неприятные ситуации. А это, можно сказать, мелочи жизни.
Она огляделась и устроилась в кресле перед полукруглым рабочим столом нового директора.
Стас поправил галстук и несколько раз выдохнул, прежде чем занять место напротив. В эти наглые лживые глаза смотреть невыносимо, но и не смотреть не получится. Правила этикета…
– Виктор Сергеевич присоединится чуть позже. Он предупредил, что задерживается.
Саша кивнула и достала блокнот, отложила на стол, и извлекла камеру.
– Несколько снимков для журнала и газеты «Московский обозреватель», – пояснила она и так же равнодушно щелкнула аппаратом.
Как так можно? Поразился Стас. Она что, робот?
– Где снимки? – вопрос вырвался сам собой. Просто мысли о его триумфальном позоре не давали покоя.
Рука Саши замерла над блокнотом.
– Я здесь по другому вопросу, – холодно пояснила она. – Расскажите, чем вы занимались в «штатах»?
– Ты шутишь? – опешил Корнев, снова перейдя на «ты» и поморщился. Нет, он свихнётся, если сейчас же не получит позорные фотографии. – Где фотки? – процедил он, подавшись вперёд. И ему не понравилось, как большие глаза хищно сузились.
– Вы планируете вносить изменения в корпоративную политику «Мегаполиса»? Какие у вас на него планы? Где вы обучались? – Саша невозмутимо выполняла свою работу, хотя ей вовсе не трудно ответить на вопросы Корнева. Просто его дерзость, грубость и несдержанность… Ну, это раздражает. Как он собирается занять пост отца с такими-то расшатанными нервами?
Стас стиснул край стола и шумно выдохнул. Убийственное спокойствие этой,… этой журналистки вымораживало!
– Фотографии, – угрожающе произнёс он, желая прожечь нахалку взглядом.
– Я удалила их. Вам стало легче? Теперь мы можем приступить к интервью? У нас осталось пятнадцать минут. Десять вы потратили впустую…
Саша наслаждалась. Кто-то вечно может смотреть на воду, кто-то, как горит соседский дом, а вот ей нравится смотреть, как мужчина задыхается яростью, не в силах ничего предпринять. Особенно, если учесть, что именно она является объектом этой самой ярости. Есть что-то привлекательно в том, когда люди бесятся по твоей вине. Если это малознакомые люди.
– Удалила? – просипел Стас, не поверив. Протянуть руку… схватить за тонкую шею и душить на этом столе. Труп можно спустить в мусоропровод и сказать, что сама упала…
Саша сдалась. Время тикало.
– Послушайте, Станислав Викторович. Произошло досадное недоразумение. Знай, что вы – это вы, я бежала бы сверкая лабутенами. Без оглядки. Ваши фотографии никогда бы не вышли и не выйдут за пределы моего телефона, возьмите себя уже в руки. Проявите профессионализм, который так присущ вашему отцу, – на одном дыхании, не мигая произнесла она, и сделала пару заметок в блокнот.
Самооценка Стаса сильно пошатнулась, споткнулась об уязвлённое самолюбие, и чуть не разбилась на радость этой самоуверенной нахалки. Никогда его так ещё не оскорбляли. Сбежала бы? Он не обладает достаточным профессионализмом?.. Пф-ф…
– Что вы пишите? – сквозь зубы выдохнул он, борясь с желанием стать преступником.
Саша подавила вздох. Скорей бы этот день закончился.
– Пишу, что вы не обладаете нужными навыками руководителя такого большого холдинга. Боюсь, у «Мегаполиса» возникнут серьёзные проблемы. Вы чересчур вспыльчив, действуете и говорите необдуманно. Смешиваете личные отношения и рабочие. Чем вы занимались? Пели? – иронично поинтересовалась Саша, даже не представляя, как попала в точку.
Стас нахмурился. Интервью накрывалось и грозило вылиться в проблему. И всё из-за его несдержанности. Но если фотки, где он в зайчих ушках, с красными следами от помады… попали бы в прессу… Всё бы закончилось совсем плачевно. И его карьера генерального директора оборвалась, так и не успев начаться.
Они и так попали в руки прессы… Ядовито усмехнулся про себя Стас и вздохнул.
– То, что вы говорите совсем не так. Я просто не ожидал встретиться с вами при таких обстоятельствах, хотя не скрою, что желал… это встречи, – чтобы открутить тебе голову, мысленно добавил он. – Я закончил Оксфорд и уже имел опыт работы с недвижимостью. Отец готовил меня к этому с двенадцати лет. И хоть я занимался… музыкой, никогда не забывал о своём предназначении.
Саша сделала ещё несколько заметок. Время интервью давно истекло. Но у неё достаточно материала и без помощи слабонервного Корнева…
Журналистка не успела ответить: в кабинет вошёл Корнев Старший. Саша ещё в конференц зале отметила болезненную худобу мэра, внезапно пожелтевшую кожу рук, морщин, словно прибавилось и щеки впали…
– Сашечка! – радостно воскликнул Виктор Сергеевич. – Рад встречи. Рад, – повторил он, кивая, и протянул руку.
Калинина поднялась на встречу, широко и искренне улыбаясь.
– Три месяца не виделись, – посетовал мэр и придвинул для себя стул. – Слышал, тебя повысили?
– Да, Виктор Сергеевич, – робко ответила девушка, заметно смущаясь. Саша никогда не могла притворяться в присутствии этого сухого, с суровыми чертами лица, человека. Он словно сканер, рентген. От его пронзительных голубых глаз невозможно укрыться. – Как вы поживаете? Здоровье?
Стас уже устал поражаться за сегодняшнее утро, но журналистка в очередной раз удивила. Как у неё получается так резко меняться? С ним в машине, она была страстная, развратная, легкого поведения, девушка. Минуту назад – это была амбициозная стерва, с зубами, как у белой акулы, сейчас же, она, словно тихая мышка: вежливая и милая до тошноты…
– Спасибо. Сказал бы всё хорошо, но промолчу, – расплывчато ответил мэр, как часто это любил делать. Саше иногда казалось, что этот человек в Госдуму попал случайно. Просто вышел за хлебом и вдруг стал мэром. – Потихоньку, – после неловкой паузы добавил он.
– В нашу прошлую встречу, – подавив вздох начала Саша. – Вы забыли упомянуть… Да и вообще за эти шесть лет, что мы друг друга знаем, вы ни разу не обмолвились о сыне. Вы его стесняетесь? Это из-за увлечения музыкой?
Стас поперхнулся и закашлялся. Что она творит? Ничего, что он тоже тут присутствует? Как так можно? Или журналистам мораль не свойственна?
Виктор Сергеевич отрывисто рассмеялся.
– Признаться, я уже отвык общаться с такими прямолинейными людьми, но тебе, приятно рад. Нет, – улыбнулся он и продолжил. Я не стесняюсь сына и его увлечений, но на тот момент, когда я только шёл к посту мэра, было лучше, чтобы о существовании Стаса никто не знал. Его известность в мире, могла сыграть против меня, да и вообще… Знаешь же, что должность не далась мне легко, – мужчина поджал губы, словно что-то вспоминая.
Саша понимала.
– И ещё… – добавил мэр. Теперь уже бывший. – Информация том, что Стас известный певец, не должна всплыть в вашей газете. Она всё равно уйдёт в массы, как ни крути, но лучше без участия моего любимого издательства.
– Я поняла, Виктор Сергеевич, всё сделаю в лучшем виде, – заверила Саша, желая о многом расспросить этого человека, но в присутствии его сына, который надоел уже сверлить её взглядом, делать это некомфортно. А ведь каждая их встреча не обходилась без трапезы и задушевной беседы.
– Вы ведь не скажите правду, почему покидаете пост? – напоследок поинтересовалась Саша, убирая вещи в сумку.
Мэр улыбнулся.
– Извини, Солнышко. Не могу.
Стаса уже стало откровенно мутить от этих любезностей и расшаркиваний. С чего отец такой добрый с этой выскочкой?
– Папа, – осторожно вмешался он. – Мне, кажется, для интервью следует пригласить более опытного журналиста. Не уверен, что Александра справится с поставленной задачей. У меня есть знакомые, и если ты позволишь, я свяжусь с ними. Мы пригласим более компетентного сотрудника прессы, а не студентку, желающую отличиться.
Виктор Сергеевич вскинул бровь и покосился на Сашу, вдруг рассмеявшись.
– А я тебе ещё год назад говорил: начинай вести вредный образ жизни. Люди не воспринимают тебя всерьёз. А ты? Мне двадцать семь, мне двадцать семь… Теперь тебе двадцать восемь, а всё за студентку принимают…
Стас нахмурился, разглядывая журналистку по-новому. Двадцать восемь? Этой пигалице почти тридцатка?
– Спасибо, Виктор Сергеевич, но я добиваюсь успеха не внешними данными, а профессионализмом, – вежливо ответила Саша и улыбнулась Стасу, который не сводил с неё подозрительного взгляда.
Корнев старший посерьёзнел.
– Стас. Я хочу, чтобы ты работал только с этим человеком. На это есть свои причины… Саша самый опытный и компетентный журналист из всех кого я знаю…
– Не надо… – смутилась Калинина. Она до зубного скрежета не выносила похвалы в её присутствии. – К тому же, я теперь не веду репортажи и не беру интервью. Сегодняшний день исключение.
Корнев сузил глаза, давая понять, что глубоко сомневается в этом. Саша вздохнула. Стоит начать этому человеку просить… как он умеет, и она не сможет отказать. Кому угодно, но не ему. Никогда не получалось.
– Мне уже пора, извините. Я услышала и увидела достаточно. Статья выйдет в конце недели. Я помещу вас на первую полосу, – доброжелательно улыбнулась она и поднялась.
– А как же обед? Сашечка, разве ты не останешься? – изумился мэр.
Калинина покосилась на Стаса и отрицательно мотнула головой.
– Хочу успеть сделать макет сегодня. Спасибо за предложение, – она кивнула, ещё раз улыбнулась и направилась к выходу.
Как только дверь за девушкой захлопнулась, Стас выдохнул, а вот Виктор Сергеевич нахмурился.
– Что между вами произошло?
Стас устало откинулся на спинку кресла и ослабил галстук.
– Кажется, я провалил интервью.
– Как? – удивился Корнев старший. – Как это вообще можно было сделать? Ты уверен?
Стас кивнул.
– Думаю, эта Калинина ничего хорошего не напишет. Лепетала, что-то про мои навыки, как руководителя… Можно подумать, много знает.
– Странно, – хмыкнул мужчина. – Вообще Саша профессионал своего дела и не раз это доказывала. Но, как говорится, кто предупреждён, тот вооружён. Отправляйся завтра к ней: купи цветы, пригласи в ресторан, извинись, если требуется. Сделай всё, чтобы ни твоя, ни моя репутация не пострадала. Понял?
– Понял… – вздохнул Корнев, уже рисуя в голове радужную картину. Не хватало только извиниться перед этой сумасшедшей…
***
В редакцию Саша возвращалась на такси в смешанных чувствах. Удача устала терпеть её выходки и повернулась к ней… задом, даже не помахав на прощание.
Какова вероятность встретится со случайным незнакомцем в таком большом городе? Верно, практически никакой. А какова вероятность, что он окажется знаменитостью? Но хуже всего и позорно от этого, что она, как опытный журналист ни разу не слышала и не видела известного поп-исполнителя Стаса Корнева. Но она ведь не виновата, что предпочитает джаз современной попсе? И работа заключается в другой сфере деятельности. За культурную жизнь – отвечает Света и она обязана знать звёзд не только в лицо, но и узнавать по цвету волос и родинке на лице…
Саша вздохнула и ввела имя «знаменитости» в поисковик. Ещё новенький и блестящий «айпад» быстро выдал нужную информацию.
– Ого, – журналистка тихо присвистнула. – Да он и, правда, хорош…
Немереное количество фотографий и заметок. «Внезапный уход Стаса из шоу-бизнеса. С чем он связан?» «Последний клип Корнева взбудоражил общественность и оставил незабываемый след в девичьих сердцах…»
Интересно, что такого выдающегося можно сделать на камеру, чтобы так «наследить» в сердцах? Снялся голым? Нет, слишком банально. Может, пел в окружении маленьких панд, качая их на руках, и кормил из бутылочки? Или плыл верхом на синем ките, а дельфины выступали сопровождающими? И всё это под шелест ветра и брызги волн…
Саша потрясла головой, пытаясь, избавиться от «мусора» в ней. Нет. Это были котики. Точно. Девушки любят эти забавные шерстяные клубки.
Воображение тут же нарисовало парня, обнажённого по пояс, босого, лежа на широкой кровати в окружении ласковых кошечек… Бр-р-р…
А какова вероятность, что Станислав Викторович создаст ей проблем? Он ведь мог обидеться на «невинную» шалость? Может, распечатать ему эти фотки, поставить в рамочку и подарить? Вдруг, понравятся…
Нет. Это не лучшая идея. Судя по сегодняшней «тёплой» встрече, о снимках лучше вообще не заикаться. Да. Он определённо зол. Хватит ли у «знаменитости» ума поверить ей и не развивать конфликт?
Саша тяжело вздохнула, расплатилась с водителем и направилась в офис, где её наверняка уже поджидают прибывшие коллеги. Бодрые до безобразия, отдохнувшие ей на зло, и довольные до зубного скрежета…
Мысленно Калинина прошептала три раза магическое «Ом» и переступила порог «Невского дома». Её действительно поджидали.
Улыбающаяся Вера поймала подругу ещё в холе и почётно вручила чашку ароматного чая с бергамотом.
– Как всё прошло? – девушка пристроилась рядом, пытаясь что-нибудь прочитать по лицу угрюмой Саши.
– Отлично. Займись фотографиями, я набросаю статью для нас и «форбс». Женя пусть начинает стряпать макет. У нас же есть дополнительный материал? Света оформила колонку?
Изящная бровь Веры поползла вверх.
– Всё настолько плохо? – уточнила она.
Калинина бросила на подругу раздражительный взгляд.
– Ладно, я поняла. Не надо только испепелять меня искрами, – отшутилась Вера, потому что больше ничего не оставалось. – Только тебе всё равно предстоит объясниться. Наши уважаемые коллеги уже собрались в общем зале и жаждут получить все подробности о вчерашнем твоём «посвящении», – как бы невзначай добавила она и развела руками: – Традиция…
Саша чуть не запнулась и едва заметно поморщилась, но план в голове нарисовала ещё вчера, пока ехала домой на такси, поэтому нет причин для беспокойства.
За круглым столом собрались доблестные рыцари вчерашнего корпоратива. Женя, как самый не выспавшийся, подпирал голову кулаком, словно она весит пару центнеров и медленно моргал. Света зевала, бездумно глядя в окно, и только Орлов светился и сгорал от нетерпения.
Заметив Калинину, Света тихонько толкнула печатника, отчего его голова сорвалась с «подставки» и чуть не встретилась с ровной поверхностью стола.
– А, Калина… – сонно протянул он и зевнул. – Мы тут уже час тухнем. Доказательства принесла?
Коллеги уставились внимательным взглядом, но Саша привыкла и не к такому.
– Нет, – спокойно ответила она и бросила сумку на кушетку возле окна. – Не справилась.
Если бы поражённая тишина могла оглушать, слуха лишились бы все.
– Э-э, сейчас первое апреля или я что-то пропустил? – изумился печатник, окончательно проснувшись.
– Кризис среднего возраста, – тихо буркнула Вера и перевела взгляд на шкафчики, якобы она не при делах.
Саша натянуто улыбнулась, проигнорировав шпильку, и достала из кармана брюк приготовленные деньги.
– Я просто испугалась, – спокойно прокомментировала она и раздала коллегам по тысячи новеньких российский рублей.
Орлов изумлённо закашлялся.
– Испугалась?! Мы видели, как ты с каким-то типом из клуба выходила…
– И что? – невозмутимо отозвалась Калинина. – На большее, я так и не решилась, – достала флэшку, извлечённую из фотоаппарата и протянула Свете. – Сделай Корнева старшего крупным планом, пожалуйста, на разворот. Снимок с сыном помести на вторую страницу под заголовком…
Женя тряхнул головой и моргнул.
– Тормози, Калина, – опешил он. – Чем больше ты говоришь и заговариваешь нам зубы, тем больше твоя история напоминает передачу «очевидное – невероятное». Давай остановимся на том, что ты просто не справилась? И деньги свои забери. Ещё не хватало у начальства брать, – проворчал печатник и поднялся. Весь его вид говорил о явном недовольстве и только глаза выдавали поддержку.
Саша украдкой благодарно кивнула. Остальные сделали вид, что не видели этого…
– Да, и деньги свои забери, – проворчала Света: протянула купюру и забрала флэшку.
– И, кстати, – уже радостно спохватилась Калинина. – С этого дня, традиции меняются. Отныне и во веке веков, мы будем, как все нормальные рабочие отмечать праздники и любые поводы в караоке, гейм-зоне, в веревочном городке…
– Чтобы проще повеситься было… – усмехнулся печатник, уже представляя это «незабываемое» веселье. – А шутить-то можно? Или тоже поменяем эту традицию? – язвительно поинтересовался он.
Саша хохотнула, скомкала салфетку, что лежала на столе и запустила её в друга.
– Шутим как раньше, ничего не меняется.
– А я люблю караоке… – мечтательно протянула Вера и тоже подсунула подруге её же деньги. Орлов, не задумываясь, последовал примеру коллег.
– А работать любишь? – иронично поинтересовалась Саша и постучала наманикюренным ногтём по циферблату часов. – Тик-так… Тик-так…
– Лучше бы командовать боялась, а не мужиков соблазнять, – буркнул печатник, махнул всем на прощание и удалился к себе, лепить макет для свежего номера «обозревателя».
***
Саша не страдала над статьёй для журнала «форбс», которая должна быть полностью посвящена Корневу младшему. Нечего тут страдать. Обычная работа, как и любая другая, поэтому закончила раньше обычного, стрелка только подползала к девяти вечера.
«Неужели смогу нормально принять ванну и даже посмотреть новую дораму?» – мечтательно улыбалась она, закрывая кабинет.
– Подкинешь? – раздался Верен голос позади. Саша даже не уточнила, закончила ли она работу и кивнула. Профессионализм подруги не позволял усомниться в её компетентности. – Всё сделала, включила рекламу на последнюю страницу. Новости спорта – на предпоследней. Не хочу расстраивать мужскую часть населения, но сборная России по футболу заняла первое место с конца в рейтинге команд на чемпионате мира.
– Потому что нечего им платить за проигрыш, – искренне возмутилась Саша и направилась к лестнице. Подруга следом. – Выиграли – получи зарплату, проиграли – заплати штраф. Тогда был бы результат.
– Ты жестока, – усмехнулась Вера, придерживая стеклянную дверь и ахнула, когда врезалась в огромный букет цветов.
Саша притормозила, давая возможность незнакомцу пройти, но он не спешил.
– Может, тогда выпустите нас? – вежливо попросила Вера.
– Ах, да, конечно! Засуетился человек с букетом. – Простите…
– Ничего, – улыбнулась Вера и вышла. Саша тоже, но не успела сделать и три шага, как была остановлена.
– Александра Ильинична! Уделите мне минутку, пожалуйста, – приторно вежливо произнёс уже знакомый голос.
Калинина замерла и выдохнула. Вера бросила на неё непонимающий взгляд и посмотрела на незнакомца с букетом. По её широкой улыбке, Саша поняла, что подруга оценила экземпляр минимум на девять баллов.
Тихо фыркнула и развернулась.
– Я слушаю вас, Станислав Викторович, – ровно произнесла она, стараясь не облизывать взглядом букет волнующих кровь тигровых орхидей.
– Можно просто Стас, – произнёс знакомый-незнакомец и протянул цветы. – Это вам, – он улыбнулся, видимо, своей самой очаровательно улыбкой изо всех сил стараясь, но Калинина продолжала смотреть равнодушно, испытывая некое раздражение, хоть и понимая Корнева.
– Не утруждайтесь, Станислав Викторович, – спокойно произнесла она и протянула Вере ключи. – Жди в машине, – приказала она, таким тоном, словно сейчас начнутся самые настоящие разборки.
Вера послушно кивнула и быстро скрылась на парковке.
– Я уже напечатала статью, утвердила её у главного редактора…
Стас опешил, ощущая испарину на лбу. Может, просто летняя жара так сказывается?
– Но ведь главный редактор – вы… – заторможено произнёс он, уже сомневаясь в собственном здравомыслии. К кому он вообще с цветами пришёл? К этому аллигатору?
– Вот именно, – подтвердила Саша и отошла от крыльца подальше, чтобы не смущать других сотрудников издательства, которые тоже хотят домой. – Поэтому всё получилось гораздо быстрее, чем обычно…
Стас на секунду прикрыл глаза. И он хотел прийти завтра? С такими темпами, как у этой Калининой, завтра уже вышла бы газета.
– Хотите посмотреть? – вежливо произнесла журналиста и достала из сумки планшет. – Это то, что я пошлю в «форбс».
Стараясь дышать ровнее, уже мысленно похоронив карьеру великого бизнесмена, Стас принял устройство.
– Вот, – Саша нашла нужную вкладку и достала тонкую сигаретку, чтобы спокойно покурить в сторонке. Делала она это не часто, скорее баловалась, но сейчас момент просто обязывает устроить «перекур».
Стас сглотнул, вытер вспотевшую ладонь о брюки, даже не задумываясь об этом неприличном жесте, и уставился на экран.
«Станислав Викторович Корнев. Молодой. Предприимчивый. Успешный. Можно много рассуждать о его неоспоримых достоинствах, а по мимо привлекательной внешности, у него их достаточно, лишь одно то, что молодой человек является сыном мэра столицы нашей страны, уже говорит о многом.
Станиславу всего двадцать четыре, а за плечами уже огромный опыт работы не только в сфере необъятного бизнеса, но и шоу-бизнесе. Да-да! Вы не ослышались. Молодой Корнев знаменит, не только на просторах интернета, но и среди широкой публики, а в частности, за границей. В Нью-Йорке, где Станислав проживал последние шесть лет, певца и музыканта узнают на улицах, просят автографы, и толпы фанаток не дают Корневу прохода.
Не верите? Тогда наберите его имя в браузере, как это сделала я, и сами убедитесь. Прекрасный музыкальных слух, волнующий хорошо поставленный голос… Это учитывая, что Станислав не имеет музыкального образования. Мужчина успешно закончил Оксфорд по направлению «большой и малый бизнес», а играть на гитаре учился сам, ещё сидя на школьной скамье.
Корнев младший не просто талантливый и красивый «мальчик», он человек. Человек – в широком смысле. Он занимается благотворительностью и ежемесячно переводит крупную сумму денег в фонд помощи больным и нуждающимся детям. Сотни благодарственных писем приходят на его почтовый ящик…
Станислав станет прекрасным руководителем «Мегаполиса». У него есть для этого все необходимые данные. Деловая хватка, ответственный подход, целеустремлённость и главное – чувство справедливости. Он никогда не обманет рабочих, не оставит их без «хлеба» и точно не станет закупать дешёвый строительный материал, потому что Станислав, в душе немного перфекционист и привык всё делать на совесть.
Можно с уверенностью сказать одно: всеми нами любимый Виктор Сергеевич Корнев вырастил и воспитал достойного преемника.
С вами была Калинина Саша. До новых встреч, друзья, и пока-пока!»
Стас поражённо молчал, ощущая только стук собственного сердца. От волнения пересохло во рту. Что сказать? Что сделать? Как реагировать? Почему с этой женщиной всё неоднозначно и совсем непросто? Казалось, он должен испытать облегчение, но откуда тогда это странное раздражение?
– Как?.. – голос предательски сел, пришлось прочистить горло. – Как вы?.. я ведь ничего не говорил…
Саша выбросила бычок в урну и достала дезинфектор для рук.
– На вашем столе я увидела распечатанную выписку из счёта. Одна и та же сумма дублировалась каждый месяц десятого числа. Заглянула одним глазом на монитор компьютера, а там открытая почта. Увидела несколько писем, сложила в уме два плюс два, подметила пригласительный билет на благотворительный вечер, торчащий из стопки документов…
Обратила внимание, что вы попросили принести папки с личными делами всех сотрудников «Мегаполиса», а значит, к новой должности подошли ответственно. Запасные костюмы в шкафу, душевая за стенкой: вы планируете много работать и часто задерживаться.
Про образование вы мне сами сказали, и уже зная ваше имя, несложно было найти остальную информацию. Нам журналистам, знаете ли, редко дают развёрнутое интервью.
Намеренно пошла вопреки воле вашего отца и упомянула про музыку. Вы гордитесь своими достижениями и это похвально. Люди должны знать, что вы не очередной бессердечный хапуга, а вполне себе человек. Творческая, разносторонняя личность. Думаю, это ваше достоинство, а не недостаток.
А Виктор Сергеевич говорил, чтобы наша газета не давала никаких сведений касательно вашего «хобби», про «форбс» – разговора не было, – девушка улыбнулась и бросила жалостливый взгляд на букет. Саша уже представляла, как он украсит её скромную обитель и долго будет радовать глаз. И совсем неважно от кого они. Цветы ни в чём не виноваты.
– Я не об этом… – поморщился Стас, немало удивившись. Такого ответа он точно не ожидал. – Точнее и об этом тоже, но почему ты… вы написали… эту статью. Ты же… Вы же говорили… – мужчина выдохнул, сознавая, что и пары фраз связать не может, настолько эта непредсказуемая бестия выбила из равновесия. – Мне показалось, что наша встреча прошла несколько… неудачно, – наконец, вымолвил он и с замиранием уставился в большие и выразительные глаза девушки. Даже мысленно, Стас никак не мог назвать Калинину женщиной и до сих пор не верил в подлинность её возраста.
Саша бросила печальный взгляд на машину и решила, что проще ответить сейчас, чем потом.
– Наша встреча прошла предсказуемо. Ничего другого от человека вашего возраста и темперамента, я и не ожидала, – максимально беспристрастно произнесла, но судя по прищуренным синим глазам Корнева, поняла, что перестаралась или недостаралась. – Но!.. Я никогда не смешиваю личные и рабочие отношения. Для меня это неприемлемо, как и попить воды из унитаза, простите за столь грубое сравнение, но это так. Вы что-нибудь слышали о корпоративной этике журналиста? – выгнув бровь, поинтересовалась Саша, не ожидая ответа, и продолжила. – Нам запрещается лгать, пользоваться служебным положением и использовать информацию из неподтверждённых источников. Об этом мало кто знает, и мало кто верит, но мы соблюдаем это правило с большим рвением и самоотдачей, чем врачи остаются верны клятве Гиппократа.
