Текст книги "Темное желание"

Автор книги: Кристин Фихан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Дарий взглянул в небо, и там, между двумя тучами сразу же засверкали извилистые молнии. Некоторое время он концентрировал энергию, забирая ее у молний и превращая в огненный шар, который вскоре и направил в густую массу шевелящихся скорпионов. Насекомые вспыхнули и мгновенно обуглились. Карпатцы опустились на землю, и Дарий продолжил свою работу так, как будто и не было у него никакого перерыва, и никто не отвлекал его. Черноглазый брат певицы уверенно разбирал лабиринт рисунка на камне, не колеблясь ни секунды. Свирепый молча наблюдал за ним, а сердце его бешено колотилось. В голове рождались очень беспокойные мысли: А вдруг это и есть тот самый? Неужели сейчас где-то в глубине скалы его ждет тот самый древний враг, готовый достойно встретить своего ученика.

– Земля, – негромко произнес Дарий, так, что погруженный в свои раздумья Юлиан не расслышал его.

– Что-что? – рассеянно переспросил он и тут же стал внимательно приглядываться к почве под ногами, пока Дарий заканчивал сражаться с замком-головоломкой. Щель в скале расширилась, и камень застонал, открывая охотникам путь внутрь. В следующее мгновение что-то стрелой пронеслось на глубине в полдюйма под землей в сторону Дария. Движение было настолько слабым, что Юлиан чуть не прозевал опасность.

Уже в следующее мгновение в трех дюймах от ног Дария из земли высунулось отвратительное щупальце. Оно пыталось обвить карпатца за лодыжку, но Юлиан вовремя подскочил на помощь и принялся уничтожать отростки дьявольского корня-щупальца, один за другим вырывающиеся из-под земли. При этом Дарий продолжал работать, словно не замечая происходящего рядом боя. Вскоре с отвратительной тварью было покопчено.

Когда последний корень превратился в пепел, возле Юлиана из-под земли вырвался клубень и тут же разинул свою омерзительную пасть, изрыгая струю зеленовато-желтой кислоты в сторону Дария. А тот все так же невозмутимо продолжал расширять трещину в скале, чтобы открылся вход в каменную крепость вампира, и полностью положился на Юлиана, доверив ему свою жизнь. Свирепому и на этот раз удалось сжечь клубень с помощью огненной молнии, перенесенной им с небес на землю, прежде чем брызги кислоты достигли брата певицы.

– Солнце, – мрачно напомнил Юлиан, наблюдая за красновато-розовыми пятнами, разукрасившими предзакатное небо.

– С таким важным делом торопиться не следует, – назидательно произнес Дарий. – Эта тварь понимает, что мы здесь, а потому делает все возможное, чтобы задержать нас.

Юлиан мысленно связался с вампиром и передал ему свое послание:

– Ты слишком слаб и бросил вызов тем, кто гораздо могущественнее тебя. Я принадлежу к древнему роду, и всегда побеждал таких, как ты, и тех, кто был значительно сильнее тебя. Ты уже побежден.

Из пещеры выбежала огромная стая крупных крыс и сразу же набросилась на карпатцев. Подгоняемые приказом своего хозяина и измученные голодом, они рванулись вперед с огромной скоростью и отчаянием. Вампир мысленно подгонял их, и Юлиан скоро понял, что эти твари нацелились на Дария. Очевидно, живой мертвец был готов к атаке только со стороны защитника Дезари, а потому и направил на него свой гнев. Воспользовавшись моментом, Юлиан перепрыгнул через массу мохнатых телец и рванулся в самое сердце пещеры.

Однако в логове лежал не тот древний вампир, которого долгое время тщетно пытался отыскать Юлиан. Тот сразу бы узнал голос Свирепого и почувствовал его присутствие задолго до этого момента. Тем не менее Юлиан не собирался отпускать и эту тварь.

Стены пещеры были истыканы острыми шипами, которые вдруг начали угрожающе поворачиваться в ту сторону, где оказывался отважный карпатец. Вампир в отчаянии выстраивал все новые препятствия, стараясь замедлить приближение охотника. Он прекрасно сознавал, что солнце скоро сядет и силы снова вернутся к нему.

Юлиану пришлось сделать свое тело длинным и очень узким, чтобы пробраться через лабиринт острых шипов. Он уже чувствовал отвратительный запах зла и понял, что логово где-то рядом. Как только он вступил в потайную нишу в пещере, с ее стен и потолка с отчаянными пронзительными криками сорвалась стая летучих мышей. Юлиан тут же мысленно приказал им успокоиться, и они послушно вернулись в глубь пещеры. Иначе они могли бы сейчас вылететь на свет и сами стать жертвами хищников.

Вампир уставился на незваного гостя ненавидящим взглядом. Его красные глаза сверкали от ненависти, губы оттянулись назад, обнажая гнилые длинные зубы. Кожа его иссохла и туго обтягивала череп, делая тварь схожей со скелетом. Юлиан хотел бы испытать жалость к этому проклятому созданию, но не мог, слишком уж сильно было его отвращение к вампирам. К тому же в детстве ему пришлось слишком близко соприкоснуться с одним из этих чудовищ, и омерзительный запах зла навсегда запомнился Свирепому.

Вампир лежал в углублении на земле, в полусгнившей, когда-то роскошной одежде, едва прикрывающей его худощавое тело. Когда Юлиан приблизился к нему, у твари расплылись губы в злорадной улыбке.

– Ты опоздал, охотник. Солнце уже ушло за горизонт. – С этими словами вампир одним движением поднялся со своего ложа и принял вертикальное положение.

Юлиан неопределенно пожал плечами, словно данное сообщение его ничуть не заботило.

– Разве ты не узнаешь меня? Мы же росли вместе. Ты когда-то был великим мужчиной, Ренальдо. Как же получилось, что ты так низко пал?

Голова вампира начала конвульсивно раскачиваться из стороны в сторону.

– Зачем ты явился сюда, Свирепый? Ты, кажется, никогда нами не интересовался.

– Ты выбрал себе плохой путь. Ты уже не тот, кем когда-то был рожден. А я уже давно уничтожаю тех, кто предпочел проклясть свою душу и теперь несет угрозу чистым созданиям. – Чистый и ясный голос Юлиана звучал так искренне, что казалось, вонь в склепе растворялась.

– А ведь были времена, Ренальдо, когда мы с тобой охотились бок о бок. Но и тогда ты не мог сравниться со мной в силе и могуществе. Почему же теперь ты решил, что можешь бросить мне вызов и рассчитывать на победу? – Со стороны могло показаться, что вопрос прозвучал вполне невинно, но он действовал на врага гипнотически, сковывая его движения и делая практически неподвижным.

Дарий последовал в пещеру за Юлианом, но не стал приближаться к вампиру, а следил за тем, не устроил ли живой мертвец им дополнительных ловушек. С такими тварями нужно было постоянно быть настороже и ожидать нападения в любую секунду и с любой стороны. К тому же вампиры имели привычку, умирая, затягивать за собой и охотников, и это тоже нельзя было выпускать из виду, Дария заинтересовал такой осторожный и можно даже сказать, нежный подход к вампиру. Дарий был охотником прямолинейным. Обнаружив вампира, он сразу начинал яростный бой, который практически всегда заканчивался очень быстро. Юлиан же сам был в чем-то схож с вампирами, обманывал противника, вводил его в заблуждение, усыплял его бдительность и уводил в сторону разговорами о прошедших днях. Дарий неодобрительно покачал головой, но вмешиваться на этом этапе не стал, оставаясь невидимым и неслышимым. Друг жизни его сестры оказался весьма интересным мужчиной, жившим исключительно по своим правилам. Кроме всего прочего, он обладал удивительным чувством юмора, которое проявлялось у него почему-то в самые неподходящие моменты.

Дарий не стал помогать Юлиану еще и потому, что хотел получше узнать мужчину, заявившего свои права на его младшую сестру. Что-то было в нем темное и таинственное, что не нравилось Дарию, хотя он сам точно не мог сказать, что это такое и почему оно отталкивает его.

Вампир начал перемещаться по пещере кругами, стараясь оказаться ближе к выходу. Но Юлиан не позволял ему сделать это и неустанно двигался вслед за злобной тварью, точно повторяя каждый ее шаг. Со стороны можно было подумать, что эти двое сейчас репетируют какой-то странный танец, скорее всего менуэт.

– Ты ведь знаешь, что я не могу позволить тебе жить дальше, Ренальдо. С моей стороны это было бы бесчеловечно, – сладким голосом заявил Свирепый.

– А зачем тебе заботиться о людях, Юлиан? Ты ведь и раньше никогда не обращал на них внимания, – заметил вампир. – Ты не следуешь ни за кем, включая князя карпатцев. Думаешь, я не чувствую, как в тебе растет тень? Мыс тобой одной крови. И мой вызов был брошен не тебе, а тому, второму охотнику, которого никто не знал у нас на родине. Он захватил себе больше одной женщины, а это уже против наших правил.

Острые зубы Юлиана блеснули в полумраке пещеры.

– А ты сам следуешь нашим законам? – И хотя голос Юлиана прозвучал мягко, слова живого мертвеца больно задели его. Мы с тобой одной крови.

В тот же момент он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног, вампир начинал свою последнюю отчаянную атаку. Свирепый не стал больше ждать, а рванулся на врага и, пробив ему грудь, вырвал сердце и тут же проворно отпрыгнул в сторону.

Его движения и действия были настолько молниеносны, что даже Дарий едва успел заметить, что произошло. Вампир покачнулся, задыхаясь от удара, и лицо его исказилось в страшной гримасе. В следующую секунду он начал медленно опускаться на землю, оседая у ног Юлиана.

Свирепый швырнул сердце на приличное расстояние от тела и тут же собрал энергию в руках, чтобы немедленно смыть с них грязную кровь. Затем он направил оранжевое пламя на все еще пульсирующий орган, сжигая его до пепла. После этого пламя перенеслось на тело вампира, кремируя его так, чтобы мертвец не смог больше восстать.

И снова земля под ногами охотника начала дрожать и вспучиваться. Зловеще загрохотали камни, и огромные плиты начали сдвигаться. Дарий мгновенно бросился к выходу, схватился руками за края трещины и начал что-то негромко напевать, замедляя таким образом действие последней ловушки погибшего вампира. Юлиан не стал заставлять себя ждать. Ему вовсе не хотелось оставаться погребенным в этой пещере. Превратившись в крохотное крылатое создание, он быстро вылетел из склепа наружу. К нему тут же присоединился Дарий. Они взмыли вверх, в то время как позади них с чудовищным треском и шумом захлопнулись потайные каменные двери.

– А мне показалось, что ты решил заболтать его до смерти, – заметил Дарий, обращаясь к золотистой летучей мыши, и тут же сам изменил свою форму, превращаясь в огромную хищную птицу.

– Ну, нужно же было чем-то заняться, пока ты возился со своими камнями, – как бы между прочим заметил Юлиан, и из его тела выросли длинные крылья, он тоже превратился в мощного крылатого хищника, чтобы было удобнее лететь рядом с Дарием.

Они направлялись к лесу, туда, где недавно оставили Дезари.

– Мне не оставалось ничего другого, как защищать мужчину, которого выбрала моя сестра, – произнес Дарий так, как будто его сестра предпочла какого-то убогого и недостойного партнера.

– Защищать меня? – хмыкнул Юлиан. – Думаю, ты неправильно выразился. Ведь ты сам оставался позади меня, так сказать, в тени, пока я сражался с чудовищем и уничтожал его.

– Я должен был следить за тем, чтобы ты невзначай не попался в очередную западню, поставленную вампиром. Впрочем, ты потратил на него немало времени, – негромко произнес Дарий. Он повернул влево и полетел над верхушками деревьев куда-то в сторону. Но Юлиан продолжал держать прежний курс, а потому Дарию пришлось описать полукруг и вернуться к нему.

– Разве ты не хочешь вернуться вместе со мной к моей семье?

– Сначала я должен разбудить Дезари, – самодовольно напомнил Юлиан.

– Дезари встала час назад, – равнодушно ответил Дарий.

От такого неожиданного признания Юлиан, находившийся в теле совы, чуть не шлепнулся на землю. Однако он не мог заподозрить Дария в злорадстве. Да и чувством юмора тот не обладал, так как был лишен каких-либо эмоций. Юлиану было очень больно думать, что этот карпатец очень скоро сам превратится в вампира и скорее всего Свирепому придется выслеживать его и пытаться уничтожить брата Дезари.

– Дезари.

Юлиан прошептал ее имя в ночном небе, и в этом звуке слышалось нечто среднее между нежностью и яростью. Значит, ей все же удалось проснуться самой, несмотря на его приказ. Он должен был почувствовать момент ее пробуждения. Ведь он теперь ее друг жизни. Они были соединены навсегда, две половинки одного целого. А вот Дарий почему-то знал, что ее уже нет на прежнем месте. Может быть, они контактировали друг с другом? Несколько секунд пернатое тело Юлиана сотрясалось от гнева. Дезари, видимо, не поняла, что это означает, когда мужчина заявляет о своих правах на женщину. Теперь она должна быть навсегда привязана к нему. И душой, и телом. Кроме того, ей следовало бы узнать больше о своем друге жизни. И он не станет мириться с ее своенравием. Она, наверное, решила вот так мелочно отомстить ему за то, что он навязал ей свою волю, заставив спать. Нет, это невыносимо!

– Невыносимо? – зазвенел у него в мозгу насмешливый голос Дезари. – Я не обязана беспрекословно повиноваться тебе, Юлиан. Я не глупый ягненок, что бы следовать за тобой, куда бы ты меня ни повел. Я имею право задавать вопросы. Это ты должен побольше узнать о женщине, на которую заявил свои права.

Юлиан закрыл свое сознание так, чтобы доступ к его мыслям стал невозможен. Сейчас он сражался с незнакомым ему доселе чувством нарастающего гнева. Нет, никогда ему раньше не приходилось так обижаться на женщину. Не было причин. Атак как он был карпатцем, то полагал, что его подруга жизни должна сама измениться так, как это будет удобно для него. Она приспособится к его образу жизни, а не станет заставлять его адаптироваться к ней. Но теперь выяснилось, что у Дезари на этот счет существует свое мнение.

Юлиан специально отлетел на некоторое расстояние от Дария, чтобы подавить гнев. Ему нужно было немного побыть одному и все обдумать. Дезари, оказывается, не собиралась безропотно подчиняться ему. Она прожила много веков, имела достаточно жизненного опыт и требовала к себе уважения. Она способна сама отдавать приказы и принимать решения.

Свирепый полетел в горы, которые всегда успокаивали его. Именно там он все обдумает и решит, как ему лучше поступить.

Мы с тобой одной крови. Вот что сказал ему вампир. И он был прав. Так как же Свирепый осмелился думать, что может заявлять свои права на женщину и жить, как почтенный карпатец? Без сомнений, Михаил, их князь, знал правду. И Грегори тоже. Видимо, и Дарий сумел почувствовать это в нем. Но, что еще хуже, Дезари знала все то, что было известно Дарию.

– Мы с тобой одной крови.

Дезари бесцельно бродила по палаточному лагерю, который выбрал Дарий. Они находились радом с другими отдыхающими, простыми людьми, но были надежно защищены от любопытных глаз. Но сейчас Дезари испытывала некоторый дискомфорт и нервничала. Поначалу она думала, что обижена на Юлиана за то, что он принял ее за послушного бессловесного барашка. Потом решила, что сердится на себя, поскольку поддалась уговорам Свирепого. Так или иначе, она уже несколько раз тщетно пыталась связаться с Юлианом. А ей требовалось найти его. Дотронуться до него. Увидеть его.

Она подошла к невысокому столику, на котором разлегся Форест, леопард, который принадлежал ансамблю и постоянно «гастролировал» вместе с ним.

– Пошел вон! – в сердцах выругалась Дезари.

Леопард угрожающе обнажил клыки, но с места не сдвинулся.

– Что на тебя нашло? – удивился находившийся поблизости Дайан.

– Ничего. Или все сразу. Сама не знаю. Автобус ломается уже в четвертый раз в течение последнего месяца. Берек понятия не имеет, как ремонтировать машины. Никто не хочет покупать новый автобус. Мне уже надоело повторять, что надо либо купить новую машину, либо нанять механика, который мог бы путешествовать вместе с нами. Как будто мы не можем себе этого позволить!

– Наши кошечки не потерпят смертного в своей компании, – заметил Дарий, внезапно материализовавшийся возле столика.

– А придется, – огрызнулась Дезари и принялась вглядываться в небо. Ну куда запропастился Юлиан? И почему это ее так волнует? Да кто он такой, в конце концов? Любовник. А о любовниках не нужно так переживать. Все. Надо перестать даже думать о нем.

– Дара, успокойся, – негромко произнес Дарий. – Твое беспокойство не имеет ничего общего с автобусом.

– Какая разница, о чем я так беспокоюсь? – нахмурилась сестра. – Сотый раз повторяю, что нам нужен новый автобус. Это ведь наш дом. Может, кто-нибудь займется этим вопросом? Синдил некогда, она постоянно прячется, Берек тоже шатается неизвестно где. А тебе и Дайану вообще неинтересны такие мелочи.

– Между прочим, я выхожу на сцену каждый вечер, – попробовал защититься Дайан. – Кроме того, я пишу тебе песни, музыку, и слова. А о машинах я ничего не знаю и знать не желаю. Мы не смертные, чтобы заниматься такими вещами.

Дарий молча наблюдал, как нервно Дезари потирает руки, словно ей холодно. Кроме того, она была необычайно бледна.

– Выступать на сцене и устранять бытовые и прочие проблемы – совсем не одно и то же, Дайан, – сообщила Дезари.

– Помимо всего остального еще нужно устраивать гастроли, вести бухгалтерию, разрабатывать маршруты, не забывать о наших леопардах, кормить и лечить их. И еще следить за тем, чтобы у нас всегда был в запасе бензин и всё необходимое, если мы сломаемся по дороге в какой-нибудь щи. И при этом надо помнить, что мы должны вести себя, как простые люди, и ничем от них не отличаться. Итак, нам нужно либо самим научиться чинить автобус, либо нанять механика. И если вы сами не в состоянии разобраться с этой проблемой, тогда прошу всех заткнуться и слушаться меня. Дарий приподнял бровь.

– И как же ты собираешься поступить, Дара? Я полагаю, наши кошечки сожрут любого претендента на место механика прежде, чем он успеет пройти у нас собеседование. Но если ты отыщешь такого, который бы не вызвал у них аппетит, то мы, наверное, смогли бы позволить ему путешествовать вместе с нами.

– Простого смертного? Мужчину? – возмутился Дайан. – Но это невозможно! У нас есть женщины, и присутствие рядом с ними мужчин недопустимо.

Дезари гневно сверкнула глазами.

– Мы, женщины, не являемся вашей собственностью, Дайан.

– И потому имеем право общаться с теми, с кем пожелаем, мужчинами и женщинами, смертными и бессмертными. И вы нам приказывать не будете.

Дайан поморщился.

– По-моему, ты заразилась от своего вчерашнего спутника, Дезари. У тебя портится характер.

– Дайан, – начал Дарий, вставая между спорщиками, – хочу сообщить тебе, что Юлиан Свирепый является могущественным карпатцем и замечательным охотником на вампиров. Нам есть чему у него поучиться. И если он придет в наш лагерь, ты будешь вести себя с ним, как с достойным мужчиной и равным всем нам.

– Конечно, я сделаю все так, как ты скажешь, – неодобрительно покачал головой Дайан, – но только мне кажется, что незнакомец обманывает Дезари.

– Почему? – возмутилась Дезари. – Ты делаешь такие выводы только потому, что я требую от тебя помощи в решении наших общих проблем? Но вы ведь не дикие звери, в обязанности которых входит охрана своего прайда, и не более того. Вы должны больше помогать и участвовать в нашей жизни.

– Разберись с этим делом, – вздохнул Дайан, обращаясь к Дарию. И прежде чем ему смогли ответить, куда-то исчез.

Дезари осталась наедине с братом.

– Не надо лишних слов, Дарий. Я сама не знаю, что со мной происходит. Похоже, я схожу с ума. Причем я испытываю дискомфорт не только на физическом уровне, но и на ментальном тоже.

– Позови его, – властно произнес Дарий, хотя ему самому хотелось, чтобы его слова прозвучали мягче, как совет или даже просьба.

Дезари зажмурилась.

– Не могу, Дарий. И ничего не спрашивай.

– Позови его к себе, – повторил брат.

– Если я это сделаю, он подумает, что я согласна всегда и во всем подчиняться ему.

– Ты страдаешь зря. Он привязал тебя к себе, и пока не узнаем о нем больше, мы с этим ничего поделать не сможем. А я не могу смотреть, как ты мучаешься, Дезари. Позови его.

– Не могу. Ты же слышал, что я только что сказала Дайану. Женщины имеют свои права.

Он поймал ее взгляд.

– Я всегда нес ответственность за тебя и Синдил. И так будет и дальше. Сейчас я чувствую твою боль. Делай так, как я говорю.

– Но, Дарий, я не хочу игнорировать твои слова. – Она так разнервничалась, что начала грызть ногти.

– Ты уже выказала свое неповиновение несколько раз, с тех пор как познакомилась с этим мужчиной, – осторожно напомнил Дарий. – И я все это стерпел. Но я не могу видеть твои страдания. Позови Свирепого.

На глазах Дезари выступили слезы. В отчаянии она присела на скамейку у столика и опустила голову.

В этом нет необходимости, – раздался мужской голос, и Юлиан, внезапно материализовавшись рядом с певицей, обнял ее за плечи. – Я не вынесу разлуки с тобой, Дезари, – искренне добавил он, не смущаясь присутствия брата певицы.

Что ты натворил? – воскликнула певица и сжала руки в кулаки так, что ногти впились ей в ладони. – Что ты сделал такого, что я теперь не могу без тебя существовать?

Он осторожно разжал ее кулаки, палец за пальцем и, поднеся ее руки к своему рту, нежно поцеловал каждую ладонь.

В тот же миг Дезари почувствовала, как ком внутри нее, который так мучил ее с момента расставания с Юлианом, постепенно тает и исчезает. Мир и спокойствие заполнили пустоту в ее душе и сердце. Теперь, когда они снова были вместе, она ощущала себя полноценной личностью.

– Я чувствую твой страх, Дезари, – продолжал Юлиан. – Но тебе не нужно ничего бояться. Я твой друг жизни и отвечаю за то, чтобы ты всегда была счастлива.

– Но как же так получается, что я не могу вынести даже короткой разлуки с тобой? Объясни, – взмолилась Дезари и бросила на брата многозначительный взгляд, прося оставить ее наедине со Свирепым.

– Дарий подозвал к себе леопардов и вместе с ними отправился на охоту. Юлиан подождал, пока они углубятся в лесную чащу, и только после этого заговорил, нежно поглаживая Дезари сзади по шее. Наши физические тела могут находиться в разных местах, piccolo, но при этом мы должны постоянно обмениваться мыслями.

– Так ты знал об этом, но оставался для меня не досягаемым. Я всего лишь хотела отстоять свою независимость, а ты наказал меня за это. – И она гордо вскинула подбородок.

– Ты легкомысленно отнеслась к своей безопасности, cara miа, – нежно проговорил Юлиан.

– И не поверила мне, хотя должна знать, что я говорю только правду. Ведь я твой друг жизни, и между нами не может быть никакой лжи.

Дезари принялась нервно крутить пуговицу на его безукоризненной сорочке.

– Нет, дело даже не в этом. Ты считал, что говоришь правду, но для меня все это казалось ненастоящим, какой-то фантазией, вымыслом. Ну как могут одни лишь слова связать нас навеки? Каким образом мужчина может так круто изменить жизнь женщины?

– Мы связаны с рождения, сага, – пояснил Юлиан. – Мы две половинки одного целого. Карпатец может иметь только одного истинного друга или подругу жизни. Мне повезло, что моя подруга настолько талантлива и прекрасна. И не повезло в том, что ты своенравна и несговорчива и не желаешь знать того, что от тебя ожидают.

Дезари отпрянула от него.

– Ты называешь меня своенравной лишь потому, что я предпочитаю сама руководить своей судьбой? И не надо мне рассказывать про каких-то подруг жизни. Для меня эти слова ничего не значат. Ровным счетом ничего. Ты врываешься в мою жизнь, каким-то образом связываешь нас и теперь считаешь, что можешь диктовать мне свои правила?

– Я принадлежу к древнему карпатскому роду, – заметил Юлиан, – и я не мог предположить, что тебе ничего не известно о наших традициях.

– Это, надо полагать, очередная отговорка? – нахмурилась Дезари и сложила руки на груди.

– Мне наплевать на ваши традиции.

– Наши традиции, – осторожно поправил Свирепый.

– Меня интересуют лишь те, с кем я живу. Например, мой брат, которого ты пытался убить.

– Если бы я попытался его убить, сага mia, то он сейчас был бы мертв. – Свирепый поднял руку, требуя молчания.

– Я не утверждаю, что он не смог бы забрать меня с собой. Наверное, так бы все и получилось. Но мне кажется, что он не имел намерения убивать меня, поскольку считал, что я все же способен защитить тебя. Наверное, это была проверка с его стороны.

– Дарий тебя проверял? – неуверенно произнесла Дезари. – Это ваши мужские забавы? И мне это должно понравиться?

Видимо, она решила убежать от него, но Юлиан в одно мгновение очутился рядом с ней.

– Дезари, сага, у нас нет другого выхода, и теперь нужно постараться узнать как можно больше друг о друге. Пойми, отныне я должен обеспечивать твою безопасность. Наше племя не может себе позволить потерять хотя бы одну женщину, Дезари. Мы близки к полному вымиранию. Остается только надеяться на женщин. Надо сказать, что я не всегда следую традициям и правилам нашего племени, но что касается этого, то выбора у меня не остается. Да и у тебя тоже. Твоя безопасность и твое здоровье бесценны и должны всегда стоять на первом месте. И вторую женщину, которая путешествует вместе с вами, нужно также тщательно охранять.

– Получается, что мы нужны лишь для того, что бы производить на свет детей? – Дезари в отчаянии взмахнула рукой. – Так это и есть наше единственное предназначение?

– Нет, сага, ты нужна для того, чтобы приносить в мир радость, что ты и делала в течение веков. Бог не стал бы одаривать тебя таким чудесным голосом, если бы ты не использовала его. Но со временем… Да, я рассчитываю на то, чтобы у нас с тобой родятся девочки. Правда, я не знаю, какой из меня получится отец, потому что весьма смутно представляю себя в этой роли. Но, с другой стороны, я же не предполагал, что сумею отыскать свою подругу жизни.

Юлиан привлек ее к себе, и его губы медленно приблизились к ее устам. Ему хотелось прочувствовать сладость ее губ. Сердце Дезари забилось в предвкушении удовольствия, тело ее буквально таяло от истомы. Она ощутила его силу, его жгучее желание. Он словно поддразнивал ее, чуть касаясь губами уголка се рта.

– Но кое-что у меня получается совсем не плохо, – уверенно произнес он, нежно покусывая ее за подбородок.

– Это должно тебя оправдать? – закрыв глаза, прошептала Дезари.

– А я не пытаюсь оправдаться. В этом деле я новичок, Дезари, как и ты. Ведь раньше я проводил все свое время в полном одиночестве. – Его губы скользнули по шее женщины.

– И мне тоже будет нелегко приспособиться к новой жизни. Если тебе необходимо оставаться вместе со своей семьей, пусть будет так.

– Но тогда и мне придется присоединиться к вам. Могу сказать тебе сразу, что, во-первых, я не потреплю присутствия возле тебя посторонних мужчин, и, во-вторых, я требую, чтобы ты не судила мои поступки, когда дело касается твоей безопасности.

Дезари открыла рот, намереваясь что-то возразить, но он легонько встряхнул ее и предупредил.

– Сначала подумай, о чем будешь говорить. Я понимаю, что тебе не нужен наставник, который будет приказывать тебе, что делать. Это ясно. Но ведь ты слушаешь своего брата, когда речь идет о безопасности. И эта его обязанность сейчас переходит ко мне. Так что я требую всего лишь того же уважения и повиновения, которое ты проявляла в отношениях с ним.

– Все это еще нужно заработать, Юлиан, – спокойно отозвалась Дезари.

– К тому же мой брат не приказывает мне в категоричной форме, что я должна делать, а чего нет. Однако, так как наши мысли теперь связаны, я часто чувствую, что тебе не нравится присутствие рядом со мной других мужчин. Иногда дело доходит даже до того, что ты не хочешь, чтобы я питалась нормально.

Эти слова больно задели его. Он во всех подробностях представил себе такую встречу. Дезари соблазняет смертного, их тела соприкасаются, ее губы находят артерию на его шее… Это взбесило Свирепого. Никогда раньше он не испытывал столь неистового приступа ярости. Юлиан встряхнул головой. Глупо было испытывать такие сильные эмоции, когда речь идет о простом и естественном процессе питания. Никогда в жизни он не подумал бы, что судьба приготовит ему такое испытание.

– Ты будешь питаться только мной и никем другим, – строго произнес Юлиан, не сумев удержаться от приказного тона.

Внезапно губы Дезари изогнулись в улыбке.

– Ты прав, Юлиан. Мне не хочется даже близко подходить к другим мужчинам. Я думаю, тебе не составит труда прокормить меня, раз уж ты этого так хочешь. В эту секунду Свирепый испытал значительное облегчение, и сердце радостно забилось в его груди.

– Я постараюсь найти какой-нибудь выход из нашего положения, учитывая, что ты хочешь оставаться с семьей и продолжать свои выступления. Твой голос и то, как ты умеешь управлять им, являются удивительным даром, Дезари. Я горжусь тобой, но лгать тебе не могу. Я опасаюсь за твою безопасность, О твоих концертах объявляют задолго. И если сейчас мы можем ограничить тебя от убийц людей, нельзя не принимать внимание и намерения вампиров. Они стремятся выследить тебя и вашу вторую женщину.

Сейчас, как никогда, ему хотелось выйти на след своего вампира-наставника, чтобы покончить с ним. Древние вампиры могли теперь легко вычислить местонахождение Дезари через него.

Дезари поморщилась, услышав его последние слова.

– Вторую женщину, как ты выразился, зовут Синдил. Я люблю ее и считаю своей сестрой.

Мы особенно тщательно охраняем ее, и в настоящее время она предпочитает оставаться в виде леопарда.

– По крайней мере, в таком виде ей не нужно вспоминать о своих переживаниях, – понимающе кивнул Юлиан. – С другой стороны, это неправильно, потому что затянет процесс ее выздоровления. Вы все считаете, что помогаете ей, а ведь она должна восстанавливаться самостоятельно.

– Откуда тебе все это известно? – Дезари удивленно наклонила голову. – Вы ведь даже не знакомы с ней. И почему мы сами не почувствовали, что только мешаем ей своей излишней заботой?

– Ты и все остальные берете на свои плечи слишком большой груз, Дезари, – улыбнулся Юлиан. – И все пытаетесь охранять ее. Я уверен, что поначалу вы поступали правильно. Но теперь все изменилось. И со временем вы бы сами поняли это. Я же могу читать твои мысли, но у меня имеется свой взгляд на происходящее.

Юлиан привлек ее к себе и нежно обнял.

– Все будет хорошо, Дезари. Я обещаю.

– Дарий сказал Дайану, чтобы он отнесся к тебе с уважением, – прошептала певица.

– Юлиан равнодушно пожал плечами. Ему не требовалось поддержки со стороны кого бы то ни было.

Глава 8

Дезари внимательно посмотрела на лицо Юлиана, словно вырезанное из камня. Непроницаемая маска, лучше не скажешь. Певица тихонько вздохнула. Нелегко будет ввести его в свою семью. Этот не станет слушаться другого лидера. Он привык всегда идти своим путем. Значит, они с Дарием начнут ссориться по малейшему поводу. Остальные мужчины вряд ли станут сразу доверять Юлиану, а это было бы равносильно спичке, поднесенной к сухому дереву.