Текст книги "Король воров"

Автор книги: Корнелия Функе

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

В эту секунду опять зазвонил телефон.

– Бог ты мой, вот уж не думала, что у этого чудака столько клиентов. – Оса раздраженно схватила трубку. – Pronto! – прощебетала она, изменив голос. – Бюро Виктора Геца. Чем я могу вам помочь?

Риччио зажал рот рукой, чтобы не прыснуть, зато Проспер прислушивался к разговору с явной тревогой.

– Как, простите, ваша фамилия? – Тут Оса подала Просперу знак. – Хартлиб?

Проспер вздрогнул как от удара. А Оса тем временем нажала на панели аппарата какую-то кнопку, и голос Эстер заполнил собой кабинет Виктора. Говорила она по-итальянски, не очень быстро, но вполне сносно.

– … Уже несколько дней пытаюсь до господина Геца дозвониться. Он сказал, что уже напал на след мальчиков. Даже обещал мне прислать фото обоих, когда заснял их на площади Святого Марка… Оса бросила на Проспера испуганный взгляд.

– Мне об этом ничего не известно, – пролепетала она. – Возможно, м-м-м, возможно, это было какое-то недоразумение. Потому что вчера он обнаружил другой след. Совсем новый. Господин Гец теперь полагает, что мальчики уже не здесь, я имею в виду, не в Венеции. Алло, вы меня слышите?

На другом конце провода повисло зловещее молчание.

Ребята замерли, боясь пошелохнуться.

– Это, однако, очень интересно, – произнесла наконец Эстер скрипучим от недовольства голосом. – Но я хотела бы, чтобы господин Гец подтвердил мне эту информацию лично. Позовите его, пожалуйста, к телефону, и немедленно.

– Он, он… – Оса начала запинаться. – Его сейчас нет. Я только его секретарша. Он только что уехал по другому делу.

– Кто вы такая? – Эстер говорила теперь с неприкрытым раздражением. – Сколько мне известно, у господина Геца нет секретарши.

– То есть как это у него нет секретарши! – Голос Осы зазвенел неподдельным возмущением. – Что вы себе позволяете, черт возьми?! Господин Гец сказал бы вам то же самое, что и я, просто он сейчас в отъезде, по делам. Попробуйте перезвонить через неделю…

– А теперь, милочка, кто бы вы там ни были, послушайте, что я вам скажу. – Голос Эстер зазвучал еще резче и еще неприятнее, чем прежде. – Я уже оставила господину Гену сообщение на автоответчике, но думаю, не будет большой беды, если и вы ему передадите. Мой муж через два дня по делам службы снова будет в Венеции, так что я жду господина Геца во вторник в отеле «Зандвирт». А именно – ровно в три часа. Всего хорошего. – В трубке щелкнуло и раздались короткие гудки. Оса с удрученным лицом положила трубку.

– По-моему, не очень-то удачно у меня вышло, – пробормотала она.

– Нам надо смываться, – сказал Проспер, ставя папки, которые он просматривал, обратно на место.

Оса бросила на него встревоженный взгляд. Потом подбежала к книжному стеллажу Виктора и быстро сунула себе под свитер несколько книжек.

– Черт, вот было бы здорово, если бы хороший человек за кем-нибудь так гонялся! – Риччио в задумчивости опять пересчитывал языком дырки в зубах. – Какой-нибудь милый, к тому же богатенький дядя или дедушка, как в тех книжках, которые Оса нам все время читает.

– Эстер богатая, – проронил Проспер.

– Правда? – Риччио запихивал в рюкзак многочисленные усы Виктора. И накладной нос сунул туда же. – Так, может, ты ее спросишь, не захочет ли она меня взять вместо Бо? Я ведь не намного старше, и по части милого обхождения тоже многого не потребую. Ежели слишком часто колотить не будет…

– Колотить-то она не будет, – пробормотал Проспер, еще раз принимаясь обыскивать письменный стол. – Про какую же это фотографию она говорила? Вот черт, я же знал, что этот тип успел Бо щелкнуть, когда они голубей кормили. Риччио, возьми с собой фотоаппарат, может, пленка еще там.

Риччио невозмутимо водрузил фотокамеру себе на шею и напоследок еще раз подошел к зеркалу.

– Добрый день, синьора Эстер! – произнес он и, не раскрывая рта, чтобы не показывать свои щербатые зубы, улыбнулся слащавой улыбкой. – Не хотите ли стать моей новой мамой? Я слышал, вы детей не колотите и денег у вас полно.

– Даже не мечтай, Ежик, – сказала Оса, заглядывая в зеркало Риччио через плечо. – Тетушка Проспера хочет маленького хорошенького плюшевого мишку, а вовсе не ежика с испорченными зубами. Все, давайте-ка отсюда сматываться. А черепаху-мужа лучше всего взять с собой, иначе нам каждый день сюда бегать придется, пока этот сыщик у нас сидит.

– Может, Сципио тем временем в обители появился? – с надеждой предположил Риччио, когда они закрыли за собой дверь Викторовой квартиры.

– Может быть, – проронил Проспер. Но все трое не слишком-то в это верили.

ССОРЫ И РАЗДОРЫ

Когда они вернулись в обитель, дверь им открыл Бо. – А Моска где? – возмутился Проспер. – Я же сказал, чтобы ты не смел подходить к дверям!

– А кому же еще? Моска занят, ему некогда, – ответил Бо. – Виктор показывает ему, как можно починить радио. – И, насвистывая, ускакал обратно в дом.

Когда Проспер, Оса и Риччио подошли к мужскому клозету, они увидели настежь распахнутую дверь, из-за которой доносился смех Моски.

– Нет, ну это вообще неслыханно! – воскликнул Риччио, остолбенев от возмущения. – Моска, черт возьми, чем ты тут занимаешься? Это у тебя называется охранять? Кто тебе позволил его развязывать? Моска испуганно оглянулся. На одеяле он стоял возле Виктора на коленях, держа наготове отвертку из своего инструментального ящика.

– Ладно, Риччио, не шуми. Он дал мне честное слово, что не сбежит, – сказал он. – Он в радио понимает. Похоже, починит нам приемник.

– Плевать я хотел на твое радио! – завопил Риччио. – И плевать я хотел на его честное слово! Этого субчика надо сейчас же связать!

– Послушай-ка, Ежичек, – Виктор с трудом распрямился на затекших ногах, – на мое честное слово просто так плевать никому не позволено, ясно? Не знаю, что ты на этот счет думаешь, но на честное слово Виктора Геца можно положиться на все сто.

– Вот именно, – подтвердил Бо, становясь перед Виктором, словно собираясь в случае чего его защитить. – Виктор теперь наш друг.

– Друг? – Риччио от возмущения чуть не задохнулся. – Ты что, малыш, совсем рехнулся? Да это наш пленник, он наш враг!

– Прекрати, Риччио, – оборвала его Оса. – Веревки – это полная чушь, достаточно просто на ключ его запереть. А из окошка клозета он не вылезет, слишком он для этого большой и толстый, верно?

Риччио с угрюмым лицом скрестил руки на своей цыплячьей груди.

– Ничего, еще посмотрим, что Сципио на это скажет, – заметил он с угрозой в голосе. – Уж его-то вы послушаетесь.

– Если он вообще появится, – буркнул Проспер.

– Как, я-то думал, вы с ним встретились? – изумился Моска, поднимаясь с одеяла.

– Мы больше двух часов у киоска проторчали, – сказала Оса. – Но он так и не пришел.

– Так-так, – пробурчал Виктор, снова усаживаясь перед сломанным радиоприемником. – Так-так-так. Но про черепаху мою вы, надеюсь, не забыли?

– Да нет. Мы ее даже сюда принесли. – Проспер глянул на Виктора. – Как понимать это ваше «так-так-так»?

Виктор передернул плечами, продолжая завинчивать какой-то болтик.

– Ну же, давай выкладывай! – накинулся на него Риччио. – Иначе твоя черепаха в последний раз сегодня ела!

Виктор угрожающе медленно повернул голову.

– Ты, как я погляжу, и вправду славный парнишка, – пророкотал он. – А что вы, собственно, знаете о вашем главаре?

Оса было раскрыла рот, но Виктор поднял руку и остановил ее:

– Да-да, знаю, он вовсе никакой не главарь. Уже понял, согласен. Но я не об этом спрашиваю. Еще раз: что вы вообще о нем знаете?

Ребята переглянулись.

– Как что? А что такого мы должны о нем знать? – Моска прислонился к кафельной стене. – О том, что с кем раньше было, мы особо не говорим. Сципио вырос в сиротском приюте, как и Риччио, это он сам рассказывал, но в восемь лет он оттуда сбежал и с тех пор один мыкается. Какое-то время один старый вор-медвежатник о нем заботился, обучал его всему, что в жизни может понадобиться. А когда старик умер, Сципио угнал на Большом канале самую красивую гондолу, положил в нее своего учителя и пустил по течению в лагуну. С тех пор он сам по себе.

– И величает себя Королем воров, – добавил Виктор. – Промышляет воровством, а заодно и вы с ним тоже.

– Так мы тебе все прямо и расскажем! – съязвил Риччио. – А даже если и так. Тебе Сципио никогда не взять, сколько ни пытайся. Он Король воров. Ему никто ничего сделать не сможет. Барбаросса в последний раз нам четыреста тысяч заплатил за его добычу! Что, удивляешься?

Моска предостерегающе ткнул его локтем в бок, но было уже поздно.

– Так-так, Барбаросса, старая лиса. – Виктор кивнул. – С ним, стало быть, вы тоже уже свели знакомство. Знаете что? Ставлю обеих своих черепах против вот этого сломанного радио: я знаю, откуда Сципио выкрал эти вещи.

Риччио издевательски вскинул брови.

– Ну и что из того? Тоже мне новость! Об этом даже в газетах писали.

Моска снова пихнул его локтем в бок, но Риччио уже «завелся» и вообще ничего не замечал.

– В газете? – Теперь уже Виктор вскинул брови. – Ах, ты, наверно, имеешь в виду ограбление дворца Контарини? – Он рассмеялся. – Ерунда. Неужто Сципио вам рассказал, будто это его рук дело?

– Да что все это значит! – Риччио стиснул кулаки, казалось, еще чуть-чуть, и он бросится на Виктора, но Оса его удержала.

– Это значит, – нарочито неспешно ответил Виктор, – что ваш Сципио хотя и ловкий паренек и невероятно изобретательный врунишка, но ни в коем случае не тот, за кого вы его принимаете.

С диким воплем Риччио вырвался из рук Осы. Прежде чем Проспер успел его схватить, он подлетел к Виктору и своим худеньким кулачком заехал тому прямо в нос.

– Стой, Риччио, хватит! – пропыхтел Проспер, изо всех сил удерживая отчаянно барахтающегося Риччио в тисках. – Дай ему сказать. – А вы, – рявкнул он на Виктора, – перестаньте говорить загадками! Не то я снова Риччио отпущу.

– Ух ты, как страшно! – усмехнулся Виктор. – Бо, одолжи мне, пожалуйста, твой носовой платок.

Бо с готовностью достал платок из кармана.

– Ладно, поговорим начистоту, – сказал Виктор, потирая платком ушибленный нос. Хорошо, хоть крови не было. – Как вы со Сципио познакомились? – Не глядя на растерянные лица ребят, он наклонился, подобрал с пола несколько болтиков и кинул их в ящик Моски.

Риччио вдруг покраснел.

– Да ладно уж, расскажи, – бросил Моска.

– Ну, украл я у него кое-что, – нехотя буркнул Риччио. – Вернее, я попытался, а он меня поймал. Ну, я и пригрозил ему, что, если, мол, не отпустит, будет иметь дело со всей нашей бандой. А он сказал, что отпустит меня, только если я его с бандой познакомлю.

– Мы тогда жили в подвале заброшенного дома, – пояснил Моска. – Риччио, Оса и я. На той стороне, в Кастелло, там полно развалюх, в которых никто уже жить не хочет, и всегда можно найти убежище. Сырость, правда, там была жуткая, мы все время болели, да и есть тоже толком было нечего…

– Да скажи уж прямо: погано нам там жилось, – нетерпеливо перебил его Риччио. – А Сципио сказал: «Да как же можно жить в такой крысиной норе? » И привел нас сюда, в звездную обитель. Замок от черного хода он вскрыл, а парадную дверь велел заложить. И с тех пор… с тех пор нам хорошо жилось. Пока ты не появился.

– Ну да, да, знаю. Пришел Виктор и все испортил. – Виктор глянул на Проспера. – А когда Оса подобрала вас с Бо, – продолжил он, – Король воров и вас обоих согласился подкармливать.

– Он нам даже куртки раздобыл и одеяла. И их вот тоже мне Сцип подарил, – сказал Бо, присаживаясь рядом с Виктором и сунув ему чуть ли не в физиономию одного из своих котят.

Погруженный в свои мысли, Виктор, не замечая, взял котенка на руки и ласково почесал за ушком, пока тот не заурчал и своим шершавым язычком не начал лизать ему пальцы.

– Так почему ты сказал, что Сципио врунишка? – спросила Оса.

– Ах, забудем пока, что я сказал. – Виктор потрепал Бо по его крашеной черной шевелюре. – Еще одно только мне объясните. Бо рассказал мне, что у вас скоро будет много денег. Речь шла о каком-то заказе. Надеюсь, вы не затеваете какую-нибудь грандиозную глупость?

– Черт возьми, Бо, ты когда-нибудь научишься держать свой болтливый язык за зубами! – Риччио попытался вырваться из объятий Проспера, но тот крепко его держал.

– Эй, Риччио, ты с моим братишкой брось так разговаривать, понятно? – сказал он.

– Тогда следи за ним сам! – огрызнулся Риччио, сбрасывая с себя руки Проспера. – Не то он этому типу все выболтает.

– Бо, ты больше ничего не рассказываешь, ясно? – проговорил Проспер, не спуская с Риччио глаз.

Но Бо только бросил на брата строптивый взгляд и быстро зашептал Виктору на ухо:

– Мы со Сципио дом один должны ограбить. Но все только из-за какого-то чудного деревянного крыла.

– Бо! – воскликнула Оса.

– Это вы-то – дом ограбить? – Виктор мгновенно снова вскочил. – Вы что, с ума сошли? В сиротский приют захотели? – Он с упреком воззрился на Проспера. – Это так-то ты за младшим братом присматриваешь? В чужие дома его учишь вламываться?

– Ерунда! – Проспер слегка побледнел. – Бо в этом участвовать не будет.

– Нет, буду! – крикнул Бо.

– Нет, не будешь! – заорал в ответ Проспер.

– Да прекратите же вы! – завопил Риччио, трясясь от гнева и тыча в Виктора пальцем. – Это только он во всем виноват! Только он! Все у нас было в порядке, все в лучшем виде было. А как только он здесь шастать да разнюхивать начал, пожалуйте, мы беспрерывно ссоримся, и теперь вот новое пристанище должны искать.

– Не должны вы ничего искать! – гаркнул на него Виктор. Кровь бросилась ему в лицо, до того он разволновался. – Господи боже мой, да вовсе я не собираюсь никого из вас выдавать! Но если вы планируете ограбление, это уже совсем другое дело, понятно? А что с малышом будет, если всех вас карабинеры повяжут? Ограбление! Это вам не фотоаппараты да сумки у прохожих таскать!

– Сципио знает, как это делается! Король воров на мелочовку не разменивается и сумки не таскает! – не унимался Риччио. От волнения он чуть не поперхнулся. – Только попробуй еще что-нибудь плохое о нем вякнуть, ты, фуфло дутое!

От возмущения у Виктора аж дыхание перехватило.

– Это я-то фуфло дутое? Ну, тогда пеняй на себя. – Виктор угрожающе направился к Риччио. Моска и Оса попытались заслонить друга, но Виктор шутя их отодвинул. – Да это вы на самое дутое фуфло купились, какое только на свете есть. Прогуляйтесь-ка лучше на Фондамента Боллани, дом номер двести тридцать три. Вот там вы все про вашего Короля воров и узнаете, что хотите узнать. А точнее говоря, чего не хотите узнать.

– Фондаменто Боллани? – Риччио в недоумении кусал губы. – Что бы это могло такое быть? Ловушка какая-нибудь?

– Ну да, ловушка… – Виктор повернулся к нему спиной и снова уселся перед разобранным радиоприемником. – Только не забудьте, прежде чем уйти, вашего арестанта запереть, – бросил он через плечо. – А то мне эту штуку еще починить надо.

ГОСПОДИН МАССИМО-МПАДШИЙ

На сей раз никто не желал оставаться дома, даже Риччио, хоть он и распинался всю дорогу о том, какой это позор – шпионить за Сципио. Так что Моска попросту запер Виктора на ключ, и они все вместе двинулись в путь. И вот они уже были на месте, на улице Фондамента Боллани, перед домом № 233, который назвал им Виктор.

Такого великолепия они не ожидали увидеть. С робостью поглядывали они на высокие окна, увенчанные стрельчатыми арками. Перед этим домом они казались себе маленькими, жалкими и нищими. Несмело, сбившись в кучку, подошли к парадному.

– Не можем мы просто так, ни с того ни с сего, взять и позвонить, – прошептала Оса.

– Кому-то одному все-таки придется, – так же тихо ответил ей Моска. – Если просто так стоять, ничего проверить не сможем.

Но ни один не тронулся с места.

– Я в последний раз вас предупреждаю: Сципио будет просто взбешен от ярости, если поймет, что мы за ним шпионим, – прошипел Риччио. Он с неприязнью и опаской поглядывал на золотую табличку возле входа. Красивыми, с завитушками, буквами на ней было выведено: Ianneii.

– Пускай Бо позвонит, – предложила Оса. – Он из нас самый безобидный. Как вы считаете?

– Нет уж, лучше я.

Проспер заслонил Бо своей спиной и, не долго думая, нажал на золотую кнопку звонка. Он услышал, как мелодичный трезвон разносится по всему огромному дому. Остальные отошли, спрятавшись по обе стороны от решетки перед входом. Когда за этой решеткой появилась служанка в белоснежном передничке, на пороге остались только Проспер и Бо, который застенчиво улыбался девушке, выглядывая из-за спины брата.

– Buona sera, signora [13]13
  Добрый вечер, синьора (итал.)


[Закрыть] – поздоровался Проспер. – Скажите, – он смущенно поднял глаза на каменный герб, – вы, случайно, не знаете мальчика, которого зовут Сципио?

Служанка недовольно нахмурилась.

– В чем дело? Это еще что за шутки? Что вам от него надо? – И она неодобрительным взглядом смерила Проспера с головы до стоптанных пыльных башмаков. Надо сказать, что до безупречной чистоты ее передничка его брюкам было далеко. Да и на свитере кое-где следы голубиного помета виднелись.

– Тогда, значит, все верно? – Проспер вдруг почувствовал, как язык во рту отяжелел и перестает его слушаться. – Он здесь живет? Ну, Сципио?

Выражение лица девушки стало еще более неприязненным.

– Пожалуй, позову-ка я лучше доктора Массимо, – фыркнула она, собираясь уходить, но тут из-за спины Проспера вынырнул Бо.

– Но Сципио наверняка захочет нас увидеть, – радостно сообщил он. – Мы должны были сегодня с ним встретиться.

– Встретиться? – Девушка все еще смотрела на них недоверчиво, но стоило Бо ей улыбнуться, как подобие ответной улыбки тут же скользнуло по ее губам. Ни слова не говоря, она отперла замок тяжелой решетки. Проспер на секунду замешкался, но Бо уже шустрей белки юркнул за порог. Прежде чем последовать за ним, Проспер оглянулся и поймал на себе встревоженный взгляд Осы.

По темному, украшенному колоннами вестибюлю девушка провела обоих братьев во внутренний двор. Бо мгновенно устремился к парадной лестнице, ведшей на второй этаж, однако тут служанка мягко, но непреклонно его остановила.

– Подождете здесь, внизу, – распорядилась она и указала на каменную скамью у подножия лестницы. А сама, не удостоив их больше ни единым взглядом, поднялась по мраморным ступенькам и скрылась из виду за балюстрадой.

– Может, это какой-нибудь другой Сципио, – шепнул Бо Просперу. – Или он хитростью сюда втерся, чтобы после легче было дом обокрасть.

– Может быть, – пробормотал Проспер, тоскливо озираясь по сторонам. Бо тем временем уже подбежал к чаше фонтана посреди двора.

И десять минут могут показаться вечностью, когда с бухающим сердцем сидишь и ждешь – чего, и сам не понимаешь, но чего-то, что тебе вообще-то узнавать вовсе не хочется. Впрочем, Бо все это, похоже, не особенно удручало, он был рад возможности ощупать морды каменных львов у фонтана и вдоволь побрызгаться в холодной воде. А вот Проспер чувствовал себя ужасно. Обманутым, преданным. Что может делать Сципио в таком доме? Кто же он такой?

Когда наконец Сципио собственной персоной появился на верхних ступенях лестницы, Проспер уставился на него, как на привидение. Но и Сципио сверху, с чужим и бледным лицом, смотрел на него так же. Потом тяжелым шагом, будто ноги у него налились свинцом, стал спускаться. Бо кинулся ему навстречу.

– Эй, Сцип! – окликнул он, остановившись на нижних ступеньках.

Но Сципио ему не ответил. Только спустившись до конца, он на миг замер, а потом поднял на Проспера глаза. Проспер молча смотрел ему прямо в глаза, пока Сципио снова не опустил голову. Когда он снова ее поднял, собираясь что-то сказать, наверху на лестнице показался мужчина, высокий и сухопарый, с такими же темными, как у Сципио, глазами.

– Ты все еще здесь? – спросил он властным и скучливым голосом. – У тебя сегодня разве нет дополнительных занятий? – Взгляд его скользнул по Просперу и Бо, и в нем мелькнуло легкое замешательство.

– Через час только, – ответил Сципио, не оборачиваясь на отца. Голос его звучал иначе, чем обычно, словно он с трудом подбирает слова. Почему-то он показался Просперу даже меньше ростом, но, возможно, это просто оттого, что дом такой огромный, да и сапог на высоких каблуках на Сципио сейчас не было. Он был одет как те барчуки, которых Просперу случалось иногда видеть с улицы в окнах дорогих ресторанов: они сидели там, как неживые, чинно ели ножом и вилкой и больше всего на свете боялись обляпаться. Это их умение есть почти неподвижно всегда приводило Бо в восторг.

– Ну что вы там торчите! – Отец Сципио нетерпеливо махал рукой, словно трое мальчишек там, внизу, всего лишь назойливые птицы, которые вот-вот загадят его вымощенный двор. – Отведи своих друзей к себе в комнату. Ты прекрасно знаешь, что двор – не детская площадка.

– Они… Они сейчас уходят, – сдавленным голосом ответил Сципио. – Они просто… принесли мне кое-что.

Но отец уже отвернулся. Ребята молча наблюдали за тем, как он исчез в недрах дома.

– Так у тебя, Сцип, отец есть? – не веря себе, шепотом спросил Бо. – А мать у тебя тоже есть?

Сципио не знал, куда девать глаза. Его пальцы нервно теребили полы элегантной шелковой жилетки. Потом он кивнул.

– Но она часто уезжает. – Он посмотрел Просперу в лицо и снова опустил глаза. – Да не смотри ты на меня так! Я все потом объясню. Я и сам давно уже хотел все вам рассказать.

– Ты прямо сейчас можешь нам все объяснить, – ответил Проспер, беря Сципио за рукав. – Пошли, остальные на улице ждут. Небось замерзли уже.

Он хотел подвести Короля воров к двери, но тот вырвался и остался стоять у подножия лестницы.

– Это сыщик проклятый меня выдал, верно?

– Если бы ты нам не врал, он не смог бы тебя выдать, – ответил Проспер. – Ну же, пошли.

– У меня сейчас занятия, ты же слышал. – В голосе Сципио послышались нотки раздражения и упрямства. – Я после вам все объясню. Сегодня вечером. Сегодня вечером я смогу освободиться. Отец уезжает. А насчет кражи… – он понизил голос, – все остается, как было. Уже завтра ночью можем это дело провернуть. За домом наблюдали, как я вам велел?

– Брось, Сципио, – резко оборвал его Проспер. – Готов спорить, ты в жизни еще ничего не крал. – От него не укрылось, с каким ужасом при этих его словах Сципио оглянулся наверх, туда, где только что стоял отец. – И всю свою воровскую добычу ты небось из дома вынес, верно? – спросил Проспер приглушенным голосом. – Только как же ты мог принять заказ графа? Я ручаюсь, что ты еще в жизни ничего не взламывал и никуда не влезал. А в кино так хитро проникал только потому, что у тебя наверняка ключ есть от какой-нибудь двери, которую мы не знаем, ведь так? Тоже мне, Король воров! Господи, какие же мы идиоты! – Проспер презрительно скривил губы, но внутри у него все словно онемело от горечи и разочарования. Бо испуганно цеплялся за его руку, а Сципио трусливо прятал глаза.

– Ну пойдем же, – повторил Проспер. – Пойдем, выйдешь к остальным. – И он повернулся, чтобы идти, но Сципио будто прирос к месту.

– Нет, – сказал он, – я потом вам все объясню. Сейчас мне некогда. – И кинулся вверх по лестнице, стремглав, чуть не спотыкаясь. И ни разу не оглянувшись.

Когда Проспер и Бо вышли, Моска, Оса и Риччио все еще ждали у парадного подъезда. Они зябко жались к стене, лица у всех были невеселые.

– Ну, что я говорил! – вскричал Риччио, увидев, что Проспер и Бо возвращаются одни. – Конечно, это не наш Сципио! – В голосе его слышалось нескрываемое облегчение. И сразу же на лице его изобразился испуг. – Вот черт, нам же скорей домой надо! Как вы не понимаете? Этот сыщик нарочно все так придумал, чтобы нас из дома выманить, а сам теперь уйдет!

– Да затихни ты, Риччио, – оборвала его Оса и пристально глянула на Проспера. – Ну?

– Виктор не соврал, – сказал Проспер. – Пойдемте-ка отсюда. – И, не дожидаясь дальнейших расспросов, устремился к ближайшему мосту.

– Эй, да погоди ты! – крикнул Моска ему вслед, но Проспер не послушался, а продолжал идти все быстрей, так что остальные сумели нагнать его лишь на другом берегу канала. Там, у дверей какого-то ресторанчика, он вдруг остановился и приник к стене.

– Что случилось? – едва подойдя, тревожно спросила Оса. – У тебя вид – краше в гроб кладут.

Проспер закрыл глаза, чтобы не показывать свои слезы. Он чувствовал, как Бо своими коротенькими пальчиками тихо-тихо, очень нежно поглаживает его руку.

– Да как же вы не понимаете? Я же сказал: сыщик нам не соврал, – с трудом выдавил он. – Единственный, кто нам врал, это Сципио. Живет в этом дворце, как барон, мы с Бо отца его видели. Служанка у них, двор с фонтаном. Король воров! Из сиротского приюта сбежал! Вся эта таинственность, все россказни – «я один обхожусь», «мне никакие взрослые не нужны» – все вранье! Одно сплошное вранье! Да уж, позабавился он с нами будь здоров! Разыграю-ка из себя сиротку, это же так увлекательно! А мы, как мы с ним носились… – Проспер рукавом отер глаза.

– Но как же воровская добыча? – едва слышно проговорил Моска.

– Ах, да, добыча… – Проспер издевательски рассмеялся. – Вероятно, он крал все эти вещи у своих родителей. Король воров! Да он король врунов!

Риччио стоял, как побитый пес.

– Он там был? – спросил он. – Вот ты, ты сам его видел?

Проспер кивнул.

– Да, он там был. А к вам выйти просто струсил. Бо спрятал голову под рукой у Осы. Остальные угрюмо молчали. Оса смотрела на ту сторону, где гордо возвышался, отражаясь в воде, дворец Каза Массимо. В некоторых его окнах уже горел свет, хотя до вечера было еще далеко. Но день и вправду выдался мрачный, пасмурный.

– Все не так уж плохо, Проп, – приговаривал Бо, озабоченно поглядывая на старшего брата. – Все не так уж плохо.

– Пойдемте-ка лучше домой, – сказала Оса. Так они и сделали.

Но на обратном пути ни один не проронил ни слова.