Текст книги "Часовщик 6 (СИ)"
Автор книги: Константин Вайт
Жанры:
Альтернативная история
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)
Глава 10
Глава 10
Распорядитель открыл бал, и мы с Евгенией закружились в танце. Первый вальс предназначался для разогрева и был медленным. Свет в зале слегка приглушили. Я получал искреннее удовольствие от танца. Для меня это был ностальгический момент, который возвращал меня в детство.
В королевской семье обучали наукам и танцам с пятилетнего возраста. Танец развивает чувство ритма, гибкость, внимательность. Позволяет хорошо владеть своим телом. К пятнадцати годам я отлично танцевал, хоть и не любил это дело. Как и многие вещи, которые приходилось делать не по своему желанию, а потому что надо.
Сколько раз, после того как мои ноги перестали меня слушаться, я посещал приёмы и балы, не счесть. И каждый раз с завистью смотрел на пары, которые кружились по залу получая истинное удовольствие.
А ведь это действительно здорово! От Евгении пахло духами с нотками корицы. Девушка уверенно двигалась и отзывалась на каждое моё движение. Она была чуть ниже ростом и иногда вскидывала голову, заглядывая мне в глаза.
Первый танец закончился. Мы оба наслаждались им, не произнеся ни слова за всё время, пока кружились.
Я вежливо поклонился княжне, благодаря её за прекрасный танец. Тут же ко мне подскочила баронесса Митракова.
– Максим, – она протянула мне руку, – моя очередь!
Заиграла музыка. Анастасия тоже неплохо танцевала, но, на мой взгляд, похуже княжны.
– Хороший приём, – ей хотелось поговорить со мной, но я понимал, что она не знает, с чего начать. Как ни крути, ей всего шестнадцать лет и в общение с противоположным полом она пока не слишком умела.
– Да, всё на уровне, – кивнул я. – Жаровы всё-таки княжеский род.
– Это да… – Снова повисла пауза.
Я заметил, что отец баронесса пристально смотрит на нас.
– Твой отец следит за тобой, – поделился я, – надеюсь, не потому, что я ему не нравлюсь?
– Тебя это беспокоит? – взволнованно спросила она. – Он у меня такой. Тут дело не в тебе. Просто папенька считает, что я всё ещё маленькая. Но это не так! Я уже большая. Через пару месяцев закончу школу и смогу жить самостоятельно.
– Я не спорю, – улыбнулся я такой горячности девушки, – а ты и правда сразу начнёшь жить самостоятельно?
– Нет, конечно, – фыркнула Анастасия, – как я его оставлю одного? Хотя у меня есть хорошая квартира в Нижнем. Наследство от прабабушки. Мы её сдаём. Мне как раз хватает на карманные расходы, – девушка гордо вскинула голову.
– Ты считаешь, что твой отец пропадёт, если ты уйдёшь из дома? – удивился я. – Он же взрослый мужчина…
– Ну… – Девушка смутилась, но продолжила:
– Моя мама умерла, когда мне было пять лет. С тех пор меня растил отец. Конечно, у меня были няня и достаточное количество слуг, но папенька всегда проводил со мной много времени. Даже слишком, – тихо добавила она, – ему бы жить своей жизнью и не думать о прошлом.
– Соболезную, – кивнул я, думая о том, что девушка права. Не стоит настолько зацикливаться на прошлом, и излишняя опека – не лучший выход. Но, похоже, Анастасия и сама это понимает.
– Да ладно, всё в порядке. Я привыкла и приняла. Ты же, насколько я знаю, круглый сирота?
– Ты удивительно много обо мне знаешь!
– Конечно! Это в классе все знают. Ты же наша местная знаменитость. Поступил вместе с нами в школу. Был простолюдином и сиротой, и тут такой взлёт! За время учёбы стал графом, мастером и преподавателем! Это что-то! – Она с восторгом посмотрела на меня. – Не представляю, как тебе это удалось.
– Да вот… – Я пожал плечами. С моей точки зрения, особого взлёта и не было. Были труд и постоянное движение к цели. Если бы не наследство, я бы всё равно стал дворянином, потому что я этого хотел и работал в нужном направлении. Но не объяснять же всё это?
– Так получилось.
– Ты молодец, – в этот момент музыка закончилась, и Анастасия крепко прижалась ко мне, прежде чем резко отпрянуть. Она заглянула мне в глаза:
– Надеюсь, мы ещё потанцуем вдвоём… и без надзора моего отца! Пообещай!
– Не откажусь, – улыбнулся я ей.
Следующий танец я пропустил. Общался с княжичем Виктором. Он целенаправленно искал меня, чтобы узнать о конфликте с Тимофеем Медведевым который он пропустил. Пришлось коротко пересказать произошедшее.
– Вот ведь мерзавец! – заявил княжич. – Он, когда пришёл с Анной, уже был нетрезв. Но ведь не выгонять же его?
– Да уж, выгнать княжича с приёма – это надо иметь стальные яйца, – дружески согласился я.
– Ты хочешь сказать, что я слабак? – с подозрением посмотрел на меня Виктор.
– Да нет, просто неудачно пошутил. На самом деле вполне тебя понимаю. На твоём месте я поступил бы так же. Не выгонять же всех, кто перебрал?
– Вот именно! У нас не только шампанское подают. Можно попросить и напитки покрепче. Аристократы знают свою норму и умеют держать себя в руках! – важно заявил Виктор.
– Только вот, похоже, не все, – кивнул я.
– Не все, – согласился со мной княжич и дружески положил руку мне на плечо. – Спасибо, что вступился за мою сестру. Она бы и сама справилась, но могла пострадать. Евгения иногда очень вспыльчива.
– Приму к сведению, – улыбнулся я.
– Эй! Ты что, решил за ней приударить? – Я слегка пожал плечами. – Подожди! Ты её плохо знаешь. Она властная, вспыльчивая и дерётся больно. Знаешь, как мне в детстве от неё доставалось!
– Ничего не обещаю, – развёл я руками.
– Да ладно, – махнул рукой Виктор, – ты слишком молод для неё. Она сама говорила, что моих ровесников не воспринимает как мужчин. Называет нас мальчиками…
– Вызов принят! – ухмыльнулся я в ответ.
– Стой! Да я не об этом. Какой вызов? – шутливо перепугался Виктор.
– О чём разговариваете, мальчики? – К нам подкралась Евгения и с подозрением посмотрела на своего брата. – Меня обсуждаете? – В её голосе прозвучала угроза. Виктор вжал голову в плечи.
– Нет, – он активно замотал головой, – просто Максим хотел позвать тебя на танец, а я его отговариваю. Мол, не связывайся, Женя такая неуравновешенная…
– Что⁈ – закричала девушка, с трудом сдерживаясь. Кричала она это в спину весело хохотавшего Виктора, который, схватив ближайшую девушку за руку, потащил ту танцевать.
– Как маленький ребёнок, – выдохнула Евгения, глядя на Виктора, который, улучив момент, показал ей язык.
– Радоваться за него надо, – с завистью произнёс я. Мне тоже хотелось повеселиться, погоняться и подурачиться, как в детстве.
– Чего это радоваться? – Евгения повернулась, с подозрением глядя на меня.
– Детство так быстро проходит, – вздохнул я, – и проходит безвозвратно…
– Так, – девушка упёрла руки в бока, – у нас праздник, а не философский вечер! Идём танцевать!
После танцев мы с Евгенией вышли в соседнее помещение. У меня с непривычки гудели ноги, да и голова кружилась. От шампанского, от постоянного шума и разговоров.
– Я вот всё думаю, – мы стояли у тёмного окна. Я обнимал девушку за талию, ощущая под рукой её разгорячённое молодое тело. Евгения крепко прижалась ко мне. Похоже, скандал с Медведевым, танцы и, конечно, шампанское сказались на ней раздвинув границы дозволенного. Только вот, боюсь, завтра она будет переживать из-за своей смелости.
– Что? – тихо спросил я, млея от её близости.
– Этот Тимофей не просто так же к тебе прицепился? Получается, ты уже с ним сталкивался?
– Было дело, – я не стал отрицать и коротко рассказал историю наших взаимоотношений.
– Некрасиво как, – девушка покачала головой, – ты спас Анну, как настоящий рыцарь, а в ответ получил проблемы.
– В то время я был простолюдином. Кого волнуют их проблемы…
– Ты был простолюдином? – В голосе девушки звучало неподдельное удивление. – Витя мне не рассказывал. Сказал, что ты стал графом… для барона это сильный взлёт, но из простолюдина сразу в графы… Даже представить себе такого не могу.
– Это наследство, – признался я, – моей заслуги в этом нет. Проверили кровь в императорском архиве.
– Понятно, – успокоилась Евгения, – но ответь мне на один вопрос, – девушка провела рукой по моей руке от локтя до кисти, – как ты пробил артефакт щита Медведева ударом кулака?
– Я просто очень сильный, – рассмеялся я, гордо выпрямившись.
– Хвастун, – она весело шлёпнула меня по руке, но взгляд оставался серьёзным.
– А ещё я очень скромный, – добавил я, уже понимая, что не попал в настроение Евгении. Сейчас она была строгим следователем, а я подозреваемым.
– Защитный артефакт должен задержать пулю! – с укором произнесла она.
– Если удар не быстрый, артефакт может не сработать, – начал оправдываться я.
– Но он сработал! Я видела!
– Сработал, – признался я, – но тут нет никакого секрета. Просто сильный удар, – пожал я плечами.
– Сильнее пули? Ты серьёзно? – Глаза княжны сузились. Она подозревала, что я не хочу делиться с ней секретом.
– Евгения, – я взял её руки в свои, – честно. Не знаю, как так получилось. Но сила моего удара действительно очень велика. Я даже не задумывался, но теперь мне стало интересно. Надо будет провести эксперимент.
– Пробьёшь ли ты щит кулаком? – Глаза девушки загорелись, стоило ей услышать об эксперименте.
– Да. Это не сложно. Прикручу щит к груше и ударю по ней кулаком.
– Может не сработать. Груша не живая. Артефакт работает только на живом теле. Иначе бы он срабатывал просто от падения на землю или при перевозке.
– Что-нибудь придумаю! Найду живую грушу… – улыбнулся я. Тем более, я знаю даже, кого можно использовать в этом качестве. Как это ни смешно звучит, думаю, Адик с радостью согласится принять участие в подобном эксперименте.
– Бить живого человека, чтобы проверить? Ты совсем дурак?
– Евгения, что за выражения, – я с укором покачал головой.
– Поживи с братьями в одном доме – и не такого нахватаешься, – насупилась девушка, – я хочу присутствовать! – Она крепко сжала мою руку и заглянула мне в глаза. – Без меня чтобы не пробовал!
– Ладно… – протянул я, думая о том, что завтра Евгения выспится, из её крови выветрится шампанское, и она будет жалеть о своём поведении, – во вторник тогда идём не в кафе.
– А куда?
– С нами на тренировку. Будем экспериментировать!
– Мне форму брать?
– Конечно! Иначе дядя Женя тебя не пустит даже на порог бойцовского клуба.
– Хорошо, – кивнула девушка и хитро улыбнулась, – ты ведь придумал всё это лишь для того, чтобы увидеть меня в спортивной форме?
– Конечно! – рассмеялся я в ответ.
Нашу беседу прервала группа молодёжи, предводителем которой был Виктор. Ребята пришли весёлые и разгорячённые. Меня тоже втянули в общую беседу.
Вскоре Евгения повела меня знакомить со своими отцом и матушкой.
Девушка официально меня представила.
– Спасибо, что заступились за нашу дочь. Прошу прощения, что мой муж накинулся на вас, – мягко произнесла княжна Жарова, приятная женщина в теле. Было в ней что-то уютное, домашнее. Двигалась она очень плавно и медленно, взгляд был тёплым. Большая редкость для представителей высшей аристократии. – Мой Пашенька бывает горяч и не всегда готов тратить время, чтобы разобраться.
– Всё в порядке. Я не держу зла, – честно ответил я.
– Я увидел, что вы ударили Медведева, – князь Жаров рядом со своей женой был не таким уже громким, – так не принято, – просто закончил он.
– Ох уж эти правила, – тепло произнесла княгиня, – уверена, ты бы тоже не удержался, – затем она повернулась ко мне:
– Наш род вас поддержит, если будут проблемы с Медведевым. Можете смело обращаться.
Видя, что я нахмурился, она улыбнулась:
– И забудьте о хвалёной аристократической гордости. Этот мерзавец обозвал мою дочь и испортил праздник сыну! – В её голосе прорезались стальные нотки.
– Хорошо, – кивнул я.
– Я вижу, вы утомились, – княгиня повернулась к Евгении, – проводи гостя. Уже можно, – кивнула она мне.
Я попрощался с гостеприимными хозяевами и одним из первых покинул праздник.
Когда мы отъехали от имения Жаровых, Андрей с интересом спросил:
– Что произошло с княжичем Медведевым? Его вывели гвардейцы. Он, похоже, был нетрезв. Наблевал в любимый цветок княжны?
– Фу, как грубо… откуда ты знаешь, что это был именно княжич Медведев?
– Его с сестрой забрали машины с гербом. Герб рода Медведевых знают все военные. Так что произошло? Надеюсь, ты в этом не замешан? – Он с подозрением уставился на меня.
– Ну как сказать…
Пришлось рассказать Андрею всю историю. И не только ту, что произошла сегодня вечером, а вообще обо всех моих взаимоотношениях с родом Медведевых.
– Значит, графиня фон Штерн встала на твою сторону, – задумчиво произнёс Гусев, – это очень хорошо. Род фон Штерн самый влиятельный в Нижегородской губернии, и уж если она на твоей стороне, значит, ты всё сделал правильно.
– Интересно, – протянул я, – не знал об этом. Вроде бы у нас чуть ли не десяток княжеских родов, и я думал, что самый влиятельный род князя Юдина. Он же управляет губернией.
– Он влиятелен административным ресурсом, но без него ничто, – отмахнулся Андрей, – ты лучше скажи, как ты со старшим Медведевым разошёлся? Ты же сказал, что лично встречался с ним?
– Вроде бы претензий у него ко мне не было. Мне он показался вполне нормальным. Только вот обещал отправить Тимофея служить куда-нибудь подальше. Это было почти три месяца назад. А в итоге тот оказался на празднике у Виктора.
– Виктор Аркадьевич нормальный генерал, – выдал неожиданно Владимир, – виделся я с ним. И послужить под его началом довелось. А про Тимофея ничего хорошего не слышал. Так бывает, – философски заметил он, – родители не занимаются детьми, слишком много им позволяют, вот и вырастает такое чудо, которое не привыкло к слову «нет». У нас обычно говорят: «московское влияние».
– Я буду держать руку на пульсе, – Гусев задумчиво посмотрел в окно. – Тимофей придёт в себя и поймёт, как сильно облажался. Боюсь, такие люди не привыкли признавать собственные ошибки. Им легче найти виноватого, а в данном случае это проще простого. Он свалит всё на тебя. Вопрос в том, что парень с этим будет делать? Вполне возможно, что теперь отец его точно отправит как можно дальше. Только и издалека можно натворить дел.
– Нанять наёмников, чтобы меня устранить? – Это было первое что пришло мне в голову.
– Как вариант, – кивнул Андрей, – только вот если это всплывёт, репутация рода Медведевых будет окончательно растоптана. Император и его канцелярия не одобряют подобных шагов, как и дворянское собрание. Нельзя втихую убивать аристократов. Если имеешь претензии, объяви войну роду или обратись в дворянский суд. Вызови на дуэль, в конце концов.
– На дуэли он уже один раз проиграл. Не думаю, что Тимофей решится снова проверить свои силы, – напомнил я.
Мы некоторое время ехали молча.
– Андрей, я так понимаю, Юрий Михайлович – вассал фон Штерн?
– Так и есть, – кивнул он.
– А его сын вроде как вольный. Как так получилось?
– Пашка-то? – хмыкнул Гусев. – Дурак он. Когда женятся, образуется новый род. Ты можешь подтвердить вассальную клятву, а может стать свободным. Он выбрал второе. Софья Леонидовна тогда на него сильно обиделась. В парня вложили немало средств и сил, чтобы он стал сильным специалистом в геологии.
– И почему тогда он ушёл из вассалов? – удивился я. На мой взгляд, не слишком разумное решение. Одно дело, когда у тебя есть возможности стать сильнее и богаче, но у Павла такого не было. Нормальный род – как большая семья. Да, ты отдаёшь часть доходов в общий котёл, но, случись проблема, тебе придут на помощь, не считаясь с затратами. Думаю, и пройти ритуал на магистра ему бы помогли. Тот же Абби служит роду фон Штерн.
– Я же говорю, дурак! Решил, что так будет больше зарабатывать. Если бы он был вассалом, то в первую очередь выполнял заказы от фон Штерн. Вряд ли бы там платили столько же, сколько платят на рынке свободному специалисту. Так что в плане доходов Пашка сильно выиграл, только это его не спасло. Если бы не ты, лежал бы уже под камнем на кладбище, – немного резко закончил Гусев. Но я его понимал. Сам, по сути, наёмник и видел немало смертей соратников и знакомых.
Мы остановились у дома и ко мне повернулся Владимир сидевший за рулем:
– Хорошо, что данный эксцесс, с младшим Медведевым, произошел в Нижнем и тебя сразу поддержали другие аристократы. Будь дело в Москве всё могло бы повернуться совсем иначе.
– Поясни, – попросил я.
– Княжич оскорбил госпожу Жарову. Кто она тебе? Никто. Ты не имел права заступаться за неё тем более подобным образом. В данном случае она была твоя сопровождающая. Не девушка, с которой ты прибыл на прием и несешь за неё ответственность, не невеста. Просто член рода Жаровых, который решил ввести тебя в свет, – он говорил медленно, подбирая слова, я же внимательно слушал, понимая, что он прав по всем пунктам, – твой поступок в другом месте и в другое время могли посчитать бесчестным. Напасть на княжича без предупреждения, ударить кулаком… Это бросает тень не только на тебя, но и на род Жаровых, показывая, что они сами не в состоянии защитить свою честь и достоинство, – он поджал губы всем своим видом показывая, что осуждает подобный поступок.
– Понимаю. Это дело рода Жаровых. Получается, я должен был стоять молча и ждать реакцию от княжны?
– Да. Тут дело в нюансах. Если бы Жаровы были твоим дружеским родом, то ты имел бы право вызвать на дуэль Тимофея, но с одобрения главы рода Жаровых.
И снова он был прав. За оскорбление Евгении я не мог вызвать на дуэль Тимофея. Это не мое дело. Правда я мог вызвать его за личное оскорбление. Он начал разговор заявив, что я выбился из грязи. Чем не повод… Мне всё меньше начинал нравиться аристократический мир, особенно столичный. Слишком много правил и нюансов. Хотя основы у них есть, тут не поспоришь, но запашок от всего этого шел не слишком приятный.
– Завтра выезжаем в восемь! – напомнил Владимир о поездке в Урень. Пётр уже подписал все документы, так что мы планировали поехать посмотреть мой новый дом.
– Хорошо, – кивнул я, покидая автомобиль.
Адик отказался ехать завтра в Урень, хоть и с сожалением. У него были какие-то планы на это воскресенье, которые он не мог отменить. Пожелав спокойного сна своему другу, я добрался до кровати и первым делом проверил, как там Серкх. Он всё ещё не отзывался. Буду надеяться, что у духа всё в порядке, и скора он вернётся с новыми силами и готовностью помочь мне в моих делах.
Стоило только закрыть глаза, как вспомнилась Евгения. Очаровательная девушка. Тут же её образ вытеснила Анастасия. Баронесса по-своему тоже весьма привлекательна. В первую очередь блеском своих глаз и неумением плести интриги. Все её ходы я читал, как открытую книгу. Я для Анастасии герой, свет в окошке. Мне даже ничего не надо делать. Она уже влюблена в меня. Точнее, в тот образ, который нарисовала в своей голове. А вот с Евгенией, чувствую, будет трудно.
Итак, что же выбрать? Влюблённую в меня девушку или крепость, которую ещё только предстоит взять? Выбор очевиден. Я выбираю Евгению…
Глава 11
Глава 11
Проснулся я в отличном настроении, готовый к новым подвигам. Поездку в Урень я воспринимал как небольшое путешествие, возможность размяться и отвлечься. Что может быть лучше?
В восемь утра я вышел из дома. Мои ребята приехали вовремя. Мы отправились на двух машинах. Со мной на заднем сиденье ехал Тимофей. За рулём был Владимир, рядом с ним сидел Андрей. Во второй машине ехали Фёдор и пара бойцов. Теперь без них никуда, я граф, как никак и сопровождение мне положено по статусу.
Ехали мы не спеша, наслаждаясь чудесной весенней погодой. Первым молчание нарушил Владимир:
– Максим, расскажи об Адике. Я так понимаю, он ходячий детектор лжи?
– Типа того, – кивнул я, подставляя лицо солнечным лучам, что проникали в салон сквозь боковое стекло.
– Он мне нужен! – прямо заявил Андрей. – Дай его мне. Сейчас я набрал людей, которых давно знаю и которым доверяю, но следующая партия уже не так надёжна. Друзья друзей, знакомые знакомых, сослуживцы сослуживцев… Ребята конечно проверенные, но подстраховаться не помешает.
– Что значит «дай его мне»? – Я повернулся и посмотрел в глаза Андрею, который сидел, развернувшись, на переднем сиденье. – Ты так говоришь, как будто Адик вещь какая-то! – возмутился я.
– Ничего плохого я не имел в виду, но он же твой вассал, и ты вправе направить его туда, где он принесёт наибольшую пользу роду. Заодно и Тимофею пригодится его помощь. Общение с поставщиками, покупателями, да даже с теми же чиновниками! Ты, похоже, не понимаешь ценности своего Адика!
– Адик не мой и даже не вассал, – заявил я. Лицо Андрея вытянулось от удивления. В его голове, видимо, не укладывалось, как я могу всё рассказывать постороннему человеку, брать его на смотр бойцов и на освобождение своего предприятия от захватчиков. Ведь, по сути, Адик мне чужой.
– Так нельзя! – выдавил он наконец.
– Можно. Адик больше чем вассал. Он мой друг. И пока меня всё устраивает. Я в нём уверен.
– Если он друг, пусть идёт под твою руку, – не поддержал меня Андрей. Он был полностью серьезен. Смотрел на меня с осуждением и явно хотел высказать всё, что думает обо мне, но соблюдал субординацию. Молодец.
– Не хочу, – я помотал головой, – в этом варианте наши отношения могут измениться. Неужели у главы рода не может быть друзей?
– Может. Но они не лезут в дела рода и никак в них не участвуют, – жёстко произнёс Андрей, – сегодня вы друзья, а завтра что-то изменится. Люди попадают в новые обстоятельства, под влияние других людей. Он женится, найдёт работу, станет вассалом другого рода. Всё, что угодно, может произойти. Он может стать твоим врагом. Врагом, который знает о тебе слишком много. Знает все твои слабые стороны… Так нельзя! – с горячностью закончил он.
Со своей стороны Андрей, безусловно, прав. Адик знает обо мне всё причем знает гораздо больше, чем любой из моего окружения. Я ничего от него не скрываю, потому что доверяю. И да, люди меняются, как и жизненные обстоятельства. Я сам был добрым и отзывчивым, а стал эгоистичным тираном. То, о чём говорит Андрей, не стоит сбрасывать со счетов. Через год, через десять или пятнадцать лет всякое может произойти.
– Я тебя услышал и подумаю над твоими словами, – медленно произнёс я в ответ, – возможно, ограничу доступ Адика к своим делам, – последнюю фразу я выдавил из себя с некоторым трудом. Пока скорее для того, чтобы успокоить Гусева. Но я буду держать в голове эту мысль, я знаю себя. Не хочется обижать Адика и портить наши отношения, но он весьма адекватный парень и если я прямо объясню ему ситуацию, думаю у нас получится найти компромисс и остаться друзьями, которые по прежнему могут доверять друг другу.
– Лучше предложи ему стать твоим вассалом. Его дар будет очень полезен роду. В твоих силах сохранить дружеские отношения с ним.
– Может быть, нам купить артефакт правды? – предложил я. Этим вопросом я не интересовался, но мне кажется, что за деньги его можно достать.
– Артефакт можно обмануть. Он не чувствует оттенков. Только «да» или «нет». С ним надо уметь работать, задавать правильные вопросы, а чуйка твоего Адика совсем другого рода. Я знал человека, у которого был подобный дар. Он ощущает даже неуверенность человека и полуправду. Ведь так?
– Так, – кивнул я, – но дар Адика не в этом. Сам детектор правды – лишь побочный продукт, – я решил рассказать более подробно, считая, что моим ближним стоит знать правду, тем более, что и на них влияние Адика распространяется.
– Рассказывай, – видя, что я раздумываю, сказал Владимир, – что за дар у твоего друга?
– Сложно объяснить в двух словах, но он не только чувствует неправильность, но и направляет тех, кто рядом, в нужную сторону. Когда ты долго находишься рядом с ним, тебе тяжело поступить против совести.
– Н-да… – мрачно произнёс Андрей, – а скажи, Максим, против чьей совести? Совести Адика? Сегодня он нормальный, а завтра решит, что резать младенцев – это правильно? – глаза Андрея сузились.
– Нет, – я покачал головой, пытаясь подобрать нужные слова, – это дар от самой природы. От мира. На востоке есть понятия кармы и равновесия. Насколько я разобрался, его дар именно из этой области.
– Он был рядом, когда Клёст перерезал горло охране барона, – припомнил Андрей. Лицо его было сурово, глаза внимательно смотрели на меня. – Значит, его дар не против жертв и убийств?
– Хороший вопрос. Но начнём с того, что дар Адика не способен тебя остановить. Ты просто будешь понимать, что делаешь что-то неправильное, движешься не в том направлении. Это как… – Я покрутил рукой, – как будто у тебя просыпается совесть, как бы ты ни пытался её игнорировать. А насчёт убийств… Эти люди пришли грабить. Пришли на нашу землю. У них бы рука не дрогнула убить. Они не были невинными жертвами.
– Опасный дар, – сделал вывод Андрей, – чтобы ты ни говорил, но стороннее ментальное влияние, пусть даже и дружественное, очень неприятно. Я бы предпочёл находиться подальше от такого человека.
– Мне он не мешает, – пожал я плечами.
Скорее, наоборот, я рад, что рядом со мной есть Адик. Так я уверен в правильности своего пути и в том, что не скачусь до уровня того же Ильдара, а останусь нормальным человеком. Мне повезло и я сумел посмотреть на свою прошлую жизнь со стороны и она мне не понравилась.
– Лучше скажите, почему вы дружно говорите, что княжеский род Жаровых беден? – я решил отвлечь ребят от мрачных раздумий.
Этот вопрос касался всех в автомобиле. Андрей и Владимир мне об этом заявляли, да и Тимофей был на их стороне.
– Для княжеского рода, – сделал важную поправку Тимофей, – они зарабатывают совсем немного.
– У них мало вассалов и предприятий, слабая гвардия. По всем этим признакам легко понять, что род с каждым поколением хиреет, – Андрей, как всегда, говорил прямо, не заботясь о красоте фраз, – буквально пятьдесят лет назад они были в два раза крупнее.
– А «мало денег» – это сколько в месяц? – Я повернулся к Тимофею.
– Думаю, около миллиона рублей, максимум, – ответил тот.
– Миллион рублей… это бедный род? Получается, мой род вообще нищий? – Я недоверчиво посмотрел на Тимофея.
– Твой род растёт по экспоненте, – отрицательно покачал головой Тимофей, – а их род падает последние пятьдесят лет. Именно поэтому сотрудничество с твоим родом интересно, а с родом Жаровых имеет мало перспектив, – голос моего управляющего был будничен и сух, как будто речь шла о бухгалтерских отчётах, а не о людях.
– Вы не смотрите на цифру в миллион рублей, – подал голос Владимир, – звучит, конечно, здорово, но это в теории. На практике остаётся не так уж и много. У Жаровых недвижимость, бойцы, гвардейцы. Дети, которым надо оплачивать обучение, одежду и прочие хотелки. Не забывайте о приёмах, которые они регулярно проводят. А в итоге остаётся пшик.
– Уже понимаю, – ухмыльнулся я, но, скорее, печально, – и я потихоньку погружаюсь в эту же трясину. Был один, и денег мне на всё хватало, а что теперь? – Я махнул рукой и тяжело вздохнул.
– Это крест аристократа, – пафосно произнёс Андрей, – титул, он же не просто так даётся. У вас привилегии, уважение в обществе, но есть и обратная сторона медали: на вас ответственность за предприятия, за своих людей, за их детей…
– Надо просто становиться богаче, чтобы уровень доходов был в разы выше уровня расходов, – подсказал Тимофей.
Я в ответ лишь рассмеялся. Гениальный совет, что тут скажешь!
На дороге показался знак, что мы въехали в город Урень. Сразу же Владимир свернул за машиной, в которой ехал Фёдор. Мы съехали на боковую дорогу, которая была явно лучшего качества, чем трасса. Похоже, барон Донцов следил за подъездом к своему имению лучше, чем администрация за дорогами города.
Мы перевалили через небольшой холм и подъехали к широким воротам, которые перекрывали единственную дорогу. При этом забора вокруг не было. Просто крепкие ворота и небольшая будка. Они были механизированы и автоматически открылись перед нашими автомобилями.
В окно я видел дом, который стоял на невысоком холме. Дом был оштукатурен и покрашен в светлые тона, но явно требовал ремонта.
Мы остановились у крыльца. Меня встречали Фёдор и пожилая пара.
– Добрый день, ваше сиятельство, – поклонились они, безошибочно определив меня как главного, – мы прислуга. Служили ещё барону Донцову, – произнёс мужчина, – меня зовут Степан, а это супруга моя, Дарья.
– Добрый день, – улыбнулся я, – показывайте хозяйство!
Осмотр дома занял немного времени. Что можно сказать… Первый этаж, скорее, хозяйственная зона. Большая кухня, гостиная, обеденный зал, гостевая спальня и несколько служебных помещений. На втором этаже три спальни, кабинет и библиотека. Отличное место для общения с друзьями. Большой камин, дубовая мебель, уютно и просторно.
Из окна главной спальни открывался великолепный вид на реку Уста, которая была ещё покрыта льдом.
– Во дворе два флигеля и большой гараж, бывшая конюшня, – сообщил Степан, когда мы устроились на первом этаже пить чай с пирогами, что напекла Дарья, – а ещё у нас две теплицы. Они обеспечивают нас свежими овощами. Сейчас самое время приступать к работам, – Степан вопросительно посмотрел на меня.
– Чего ты хочешь от меня? Говори прямо.
– Могу ли я пригласить работников, которые обычно там работают?
– Зачем мне овощи? – Я переглянулся с Андреем, который резво кивал головой.
– Если вы не планируете часто посещать усадьбу, мы можем отправлять урожай в Нижний. Думаю, ваша кухарка будет рада! – продолжал настаивать Степан.
Кухарка! Мои губы тронула улыбка. В картине мира Степана у графа не может не быть кухарки и прислуги. Надо будет сказать Аглае, что её статус заочно повысили до кухарки при самом графе. Но до повара она, похоже, пока не доросла.
– Свежие овощи не пропадут! – Владимир посмотрел на меня. – У нас тут в любом случае будут бойцы проживать. Зачем покупать, если есть своё…
– Ладно, – махнул я рукой, – зови людей! По вопросу оплаты их труда обратись к Тимофею.
На лице Степана расплылась довольная улыбка.
– Благодарю вас, барин, – он поклонился мне, – а оплата работникам раньше шла через завод. Часть овощей мы сдавали в столовую при фабрике.
– Значит, так и оставим, – довольно произнёс я. Радовало, что не придётся платить лишние деньги, особенно, когда и не лишних практически нет.
Мы с Фёдором и Тимофеем ещё раз прошлись по дому, но уже с конкретной целью: решить, что делать, какую мебель убрать, что оставить.
Мебель в большинстве своём была старая, достаточно простая и недорогая. Часть требовала починки, но, как по мне, всё это можно было смело выкинуть.
– Думаю, надо начать со второго этажа. Обновить кабинет и библиотеку, – я стоял посреди библиотеки, а Фёдор записывал мои пожелания в небольшой блокнот, – только тут мебель нормальная, остальное на помойку. Стены покрасить, интерьер мне нравится, но вот эти пыльные ковры не нужны! – Я топнул ногой, и из ковра поднялось облако пыли, хорошо заметное в лучах солнца.


























