Текст книги "Маскарад (СИ)"
Автор книги: Коматагури Киёко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
Самое мерзкое – я не мог устроить скандал и обвинить островного подлеца в обмане. Вчера вся местная знать видела, как я обхаживал его, как скрылся с ним в глубине сада и долгое время прятался в тени беседки. Даже скажи я потом, что мы всех разыграли, найдутся злопыхатели или те, кто просто не поверит. А если мальчишка продолжит корчить из себя девицу, не стану же я заставлять его при всех раздеться! Нет, эту проблему надо решить иначе…
О, великие боги, да я же собирался на нём жениться!
«Ну, Эон… или как там тебя… ну, я устрою тебе скачки. Ты у меня на всю оставшуюся жизнь наскачешься!»
Обязанности хозяина призвали меня вернуться к гостям. И хотя я силился улыбаться, они при моём приближении в недоумении расступались, а после старались не подходить близко. Пока слуги седлали лошадей и готовили кареты, я немного успокоился, привёл мысли в порядок и обдумал дальнейшие планы. Моя уязвлённая гордость требовала возмездия – я хотел во что бы ни стало проучить обманщика.
Посмаковав самые кровожадные варианты, я решил быть честным с собой. Всё-таки Эон мне понравился как человек, а ведь в наше время так тяжело найти хорошего собеседника и компаньона – образованного, смелого, жизнерадостного. Мне же было интересно и весело с ним! И если опустить некоторые мои неуместные желания, я прекрасно провёл вечер. Но никто не смеет обманывать Юджина Никарэса безнаказанно!
Но сначала необходимо поговорить с мальчишкой, а после, если мне не понравится его история, заставить семью Артистенге заплатить за нанесённое оскорбление. Уверен, правящая чета Алых островов не захочет предавать огласке подобный инцидент. Хмыкнув, я уже подсчитывал барыши от новых сделок и компенсаций. А потом можно будет даже вызвать Эона на дуэль чести. «До первой крови», – поправил я себя, не желая убивать беднягу. Мало ли что заставило его пойти на такую авантюру.
Хотя… будущие прибыли слишком далеки и эфемерны, а честолюбие взывало к отмщению уже сейчас. Потому я вознамерился устроить мальчишке одну мелкую пакость, уж больно мне хотелось испортить ему настроение.
Часть третья, где герои продолжают изображать невинность
Воспитанная леди никогда не позволит себе прийти на встречу вовремя – как положено, потомит кавалера, пока тот уже не отчается, а потом, эффектно появившись, заставит не только сердце трепетать в предвкушении, но и забыть о долгом ожидании. Эон же, несмотря на выбранный образ, припёрся загодя, нарушив моё душевное равновесие раньше, чем я был готов. И появление его получилось действительно эффектным: иссиня-чёрный брючный костюм для верховой езды плотно облегал стройное тело; юбка-шлейф, впереди едва доходящая до середины бедра, сзади спускалась пышными оборками до невысоких каблучков переплетённых множеством шнурков изящных ботфортов с хрустальными шпорами; вуалетку украшали чёрные ленты и длинные красные перья какой-то экзотической птицы; руки обтягивали перчатки, а огромный рубин в кольце алел, словно капля крови. Да уж, отваги Эону было не занимать – все городские модницы отравились бы собственным ядом от зависти.
Вспомнив, кто передо мной, я поспешил захлопнуть рот. Завеса волшебства, в которую я чуть не попался вновь, спа́ла. На миг прикрыв глаза, я представил, что шлейф делает Эона похожим на утку – походка у него слишком размашистая для леди. Шляпка с лентами и перьями смахивает на цветник в вороньем гнезде. А корсет так сильно стянул талию, что фальшивая леди выглядела заметно бледной.
Злорадство уступило место сочувствию – я и представить не мог, какие обстоятельства заставили великовозрастного юнца напялить неудобную женскую одежду. Но, снова посмотрев на шляпку, не удержался и прыснул в кулак.
Эон наконец заметил меня, улыбнулся и устремился навстречу – я даже не ожидал такой радостной реакции, – но внезапно споткнулся, наступил на шлейф и чуть не содрал его вместе со штанами. Будь у меня чуть больше свободы, я бы умер от смеха, а так пришлось продолжать игру: чтобы не выдать себя заранее, поспешил на помощь бедолаге.
Пока я изображал участие, Эон сам справился – уже отряхивал и расправлял подол юбки. С эмоциями он совладал быстро, хотя на лице осталась тень смущения. Но и та быстро исчезла, когда его окружили гости, восхищаясь красотой модного костюма и не замечая очевидного. Я же чувствовал себя на голову выше всех этих слепцов, хотя недавно, совсем как сопливый мальчишка, ничего не видел перед собой, утонув в омуте колдовских глаз.
Пока мне не хотелось сбрасывать маску, поэтому я собрался с силами, пытаясь изобразить влюблённость, и выдавил кривой комплимент:
– Госпожа Артистенге, ваш наряд выше всяких похвал. Очень идёт к вашим… – и, запнувшись, промямлил: – Волосам.
– Благодарю, господин Никарэс, вы очень милы. Надеюсь, перья на моей шляпке не кажутся вам слишком… вульгарными? – Он выглядел любезно, но я заметил печаль во взгляде. Актёр из меня и правда вышел никудышный.
Я убрал с лица перекошенную улыбку и выдохнул, успокаиваясь. После увиденного в комнате для омовений мне было сложно удержаться от грубости и холодного светского тона, и пришлось приложить немало усилий, чтобы хотя бы немного походить на того влюблённого дурачка, коим я выглядел ещё утром. Но мои потуги пропали даром – фальшивая леди сразу меня раскусила и не постеснялась упрекнуть за неискренность. Хорошо хоть не поняла настоящую причину моего поведения, обвинив в этом чересчур яркий предмет гардероба и моё невежество в вопросах современной моды.
Нам подвели лошадей, и я с любовью окинул взглядом лучших скакунов своей конюшни. Вот где была истинная драгоценность – ни жемчуга, ни бриллианты не способны вызывать такую радость обладания истинной ценностью, как эти сильные и благородные животные. Разного окраса, но оба рослые, с густыми гривами, перекатывающимися под блестящей шкурой крепкими мышцами. Застоявшись в стойлах, жеребцы нетерпеливо перебирали ногами, желая поскорее отправиться вскачь. Мне достался вороной с круглым светлым пятнышком на лбу, а Эону полностью белый с прозрачными, словно голубой горный хрусталь, глазами. Несмотря на злость, коня для мальчишки я выбрал спокойного и послушного. Не хватало ещё, чтобы он шею свернул. Я не зверь всё-таки, а островитяне хорошие пловцы, но никак не наездники. Уверен, вся бравада Эона улетучится сразу, как только он окажется в седле.
– Госпожа Артистенге, я приказал оседлать для вас лучшего жеребца, как вы и просили! Вот он, красавец! Его зовут Вьюга. А моего, – я с любовью огладил мускулистый круп коня и вскочил в седло, – Циклоп.
Эон мило улыбнулся, взял узду, потрепал Вьюгу по длинной чёлке, провёл пальцами по крепкой шее и тут его глаза в ужасе округлились:
– Дамское седло?!
Мне было сложно представить, как бедные женщины в нём сидят. В последнее время такие сёдла использовали редко, в основном пожилые матроны на церемониальных приёмах, где следовало соблюсти все традиции. Не зря же в моду вошли новые женские брючные костюмы для верховой езды – чтобы конные прогулки приносили больше удовольствия. Но Эон заслуживал наказания, и этой маленькой подлостью я мечтал подпортить ему настроение и сбить спесь – пусть помучается, как мучился я!
– Конечно. Я позаботился о вашей безопасности и удобстве. Тем более, нет ничего прекрасней, чем красивая леди в дамском седле. Вы в нём будете очень изящно смотреться… – Я с удовольствием наблюдал, как Эон растерянно моргает, взмахивая длинными ресницами и, наклонившись, шепнул: – Но, если ты плохо держишься в нём, я прикажу сменить на обычное.
Если хочешь заставить мужчину что-то сделать – скажи ему, что он не сумеет. Вызов был принят. Эон вскинулся, гордо задрал подбородок и ловко запрыгнул на Вьюгу. Поёрзал, с трудом пристраивая ноги в неудобной позе, выпрямил спину и натянул поводья.
– Ну, господин Никарэс, мы отправляемся? Или, может, вы желаете получить фору?
Я пристроил Циклопа справа, посматривая, правильно ли Эон уселся и не свалится ли с коня через пару шагов. Удивительно, но он сделал это идеально, будто всю жизнь ездил в дамском седле. Где же он так натренировался? Однако ему было некомфортно, это я тоже видел отчётливо. И не сдержал улыбки. Надеюсь, Эон ничего важного себе не отдавит и не натрёт. Он же неправильно истолковал мой взгляд, верно, подумав, что это предвкушение от предстоящей прогулки.
До ровной местности было около получаса пути. Так как мы выехали первыми, то пустили лошадей шагом, позволив им самостоятельно выбирать дорогу, пока слуги выслушивали пожелания остальных гостей и подводили к ним приглянувшихся лошадей. Кто-то заключал пари, другие отступали, увидев крутой горный спуск к тракту, и возвращались к главным воротам – оттуда вела обычная дорога, по которой можно спокойно проехать в карете.
Эон оглянулся, увидел, что нас никто не догоняет, но ничего сказал. Мне показалось, он вдруг стал побаиваться оставаться со мной наедине. Неужели осознал масштаб затянувшейся шутки? А если я подвергну сомнению добропорядочность и целомудрие леди, что рискнула прогуляться без сопровождения?
Пара многообещающих взглядов, и настроение Эона совсем испортилось – он побледнел, то и дело вздыхая, но упорно изображал интерес к предстоящему маленькому путешествию. Чтобы не вызвать подозрения, я нарушил молчание и рассказал о маршруте.
– Эон, у нас есть два варианта. Мы можем проехать чуть дальше, – я указал в сторону равнины, перечеркнутой идеальной линией дороги, – и ускориться уже на тракте. Там хорошая прямая дорога без препятствий. А можно свернуть налево, к лесу, но там тебе понадобятся хорошие навыки верховой езды. Где тебе будет проще?
– Мне нравится не там, где проще, а там, где интересней. – Он нахмурился. – Я бы с удовольствием прогулялась к лесу. У нас дома одни скалы, а путешествую я впервые. Думаю, прогулка по лесной тропе будет мне по душе.
Что бы я ни думал об Эоне, как бы ни злился, но разговор всё время поворачивал так, что разборки откладывались на потом. Желая узнать его поближе и понять мотивы, я не переставая задавал вопросы.
– Значит, у тебя дома нет лесов?
– Совершенно. Лишь редкие кустарники и красные мхи, – снова вздохнул он.
– Так вот откуда название «Алые острова»!
– Именно. Но обычно мхи грязно-бурые, а вот осенью, в период цветения, остров пылает, словно в огне.
– Хотелось бы увидеть, – размечтался я. – Конечно, если пираты в вашем море не пустят мой корабль на дно, как это обычно случалось с остальными любопытными, – я нарочито подпустил в голос печали.
– О, за это не ручаюсь. Одинокий кораблик будет для них на один зуб. Пираты не совершают набеги лишь на тех, кто в разы превосходит их силой. А флот вашего государства таковым не является. Впрочем, кроме флота, более сильного, нежели пиратский, нам тоже особо похвастаться нечем.
– А как же жемчуга, паучьи шелка и горный хрусталь? Они у вас наилучшего качества! Рубин на твоем перстне и вовсе не отличишь от настоящего!
Он смерил меня таким взглядом, словно услышал несусветную глупость.
– Это и есть настоящий рубин.
– Такого размера?! – в изумлении уставился я на него. Не то чтобы королевская чета моей страны не имела драгоценностей с огромными камнями безупречного качества, но Эон молод, да и в путешествие отправился без пышной свиты и охраны. Неужели для островитян уникальные украшения пустяк и безделица, раз их может носить мальчишка, пусть он и принц? Эон ответил мне снисходительной улыбкой.
– Наши горы полны самоцветов. Ты забыл, что я дочь правителя Алых островов? Моя семья не только самая знатная на островах, но и самая богатая. Ты правда думал, что я надену стекляшку? Хоть я и младшая в семье, но я всё равно… – он запнулся, и как-то иронично улыбнулся, – принцесса. И как ты мог заметить, я неплохо играю в карты. Многие трофеи я заполучила на дуэлях или выиграла в карты.
Сделав себе пометку никогда не садиться с Эоном за карточный стол, я снова посмотрел на его перстень. Оказывается, это была не показуха, а обычное дело… Впрочем, не только с картами, но и с дуэлями с ним стоит быть поосторожней.
– Значит, ты младшая. И сколько у тебя братьев и сестёр?
– Я одиннадцатая. Есть ещё десять сестёр. Каждая из них – копия матери. Все они очень властные, жестокие, контролирующие каждый шаг наших подданных. И своих мужей. У нас на островах матриархат – мужья беспрекословно подчиняются жёнам, сыновей используют как разменную монету, заключая выгодные браки. – Он вздохнул и печально уставился вдаль.
Я был поражён. Мы, жители материка, представления не имели, каковы законы и порядки у островитян, а они не спешили раскрывать свои тайны и, приплывая к нам, старались вести себя согласно нашим традициям. Признание Эона кое-что объясняло, но мне всё равно было непонятно, что именно заставило его переодеться девушкой. Мог бы сразу признаться, а не устраивать этот маскарад! Хотя окажись я на его месте, разве побежал бы рассказывать первому встречному о своих бедах? Особенно если это хозяин приёма. Но что, если он просто надо мной издевается? Вдруг решил устроить скандал, выставив меня перед всеми на посмешище?
Тряхнув головой, я постарался прогнать сочувствие.
Пока меня одолевали размышления о трудной доле островных мужчин, мы спустились на равнину и развернулись в сторону тракта. Затем ещё немного проехали и свернули налево, позволив лошадям перейти на рысь. Эон подозрительно молчал и оглядывался, порой доставая веер и обмахиваясь. Погода стала жаркой и душной, в воздухе запахло дождём.
Я же не знал, с какой стороны подойти к намеченной разборке. Человек я хоть и вспыльчивый, но отходчивый, и, не устроив мордобой сразу, теперь желал разобраться в ситуации. Любопытство одолевало, но у меня никак не получалось начать разговор. А вскоре я вообще засомневался в собственной правоте – Эон ни разу не оговорился, назвав себя в мужском роде, и вёл себя безупречней большинства знакомых мне леди.
Когда я почти уговорил себя, нахлынули воспоминания о нескромных фантазиях и вернулась убеждённость, что даже спьяну не спутал бы увиденное в зеркале ни с чем другим. И моя жалость вновь обернулась яростью. Чтобы не наделать беды, я хлестнул коня и он радостно перешёл в галоп. Эон не отставал от меня. Шлейф и ленты на его шляпке мило развевались, перья качались в такт каждому шагу, но держаться в дамском седле ему становилось всё сложней. Не представляю, как он ещё не вывалился. Злорадно ухмыльнувшись, я наподдал жеребцу пятками в бока, и он ускорился ещё.
Ветер не утихал, а через несколько минут на лицо упали первые капли дождя. Я и не заметил, как небо потемнело, вечернее солнце заволокло тучами, и вскоре послышались отдалённые раскаты грома.
– Мисс Артистенге, – закричал я в попытке перекричать шум ветра и дождя, – не желаете ли вернуться в тёплые покои? Ваша шляпка выглядит совсем грустно!
Он отлепил от щеки намокшее перо и, развязав ленты, пустил испорченный предмет туалета по ветру. Волосы чёрным покрывалом взметнулись, затрепетали, но вскоре отяжелели, напитываясь влагой. Шляпку пару раз крутануло в воздухе и понесло в сторону леса, где она зацепилась лентами за ветки, повиснув на дереве ярким цветком и распугав спрятавшихся там птиц. Эон неожиданно повеселел, словно скинул оковы. В который раз наплевав на приличия, он торжествующе обогнал меня и крикнул за спину:
– Эй, Юджин, не испугался ли ты дождика?!
А испугаться стоило. Стихия разгулялась не на шутку – ветер швырял в нас сором и листьями, а когда порыв слабел, дождь застилал нам глаза. Раскаты грома эхом разносились по долине, терялись среди гор и оттого казались рёвом дракона. В паре сотен метров от нас молния ударила в одинокое дерево, расколов мощный ствол надвое. Дорога на тракте превратилась в топкую грязь, лошади по самую грудь испачкались в земле и она комьями разлеталась из-под их копыт. Не сговариваясь, мы дёрнули поводья и, по очереди перепрыгнув через поверженное дерево, ворвались в гущу векового леса.
Лошади сменили галоп на трусцу, а затем спокойным шагом направились в самую чащу. Лес шумел, но дождь стал слабеть, а ветер утихать. Словно небо прорвалось, выплеснув на нас всю воду сразу, а теперь любовалось яркой умытой листвой и глубокими лужами.
Поравнявшись с Вьюгой, я без стеснения осмотрел Эона сверху донизу. Его роскошный костюм намок и выглядел жалко, ленты свисали грязными тряпками, а длинные тёмные волосы, наоборот, стали ещё красивее – намокнув, они завились и теперь обрамляли лицо и плечи крупными локонами. В вечерних сумерках необычная смуглая кожа Эона почему-то казалась алебастровой. Он тяжело дышал, и дрожал, словно от холода. Будь это девушка, то я бы кинулся к ней, чтобы согреть и защитить. Но Эон – не девушка. Хватит обманываться.
– Эон, – я понял, что время пришло, – ты ничего не хочешь мне сказать?
Он бросил поводья и, собрав волосы в хвост, принялся их выкручивать.
– Что именно, господин Никарэс? – Пусть он спросил спокойно, но в голосе почувствовалась настороженность. – Только не говорите, что специально заманили меня в чащу леса, чтобы…
– Я о том, кто ты на самом деле.
Он замер лишь на мгновение. Если бы я не ждал этой реакции, то и не заметил бы.
– Представления не имею, о чём вы.
– Не делай из меня дурака! Я видел тебя в купальне! – Меня снова накрыла злость.
Эон оставил волосы в покое и всплеснул руками – настолько по-женски, что я оторопел.
– Господин Никарэс! Вы за мной подглядывали?! Какой позор! – Он картинно закрыл рукой лицо. Обида в его голосе звучала так непритворно, что я в который раз усомнился в здравии собственного рассудка. – Как вы посмели? – И он уткнулся в ладони, словно собираясь расплакаться. Эон был такой искренний в своём негодовании, что я растерялся, почти поверив ему. Наверное, я просто ошибся, приняв леди за мужчину… Моё чувство вины достигло критической точки, но тут я заметил, что он следит за моими терзаниями сквозь пальцы. И в его взгляде нет ни капли раскаяния.
«Пощады не будет», – промелькнула последняя трезвая мысль. И гнев наконец поглотил меня полностью.
Часть четвертая, где герои доводят друг друга до белого каления и решают вопросы «по-мужски»
– Ах ты, лживый наглец! Я чуть снова тебе не поверил! – Рванув поводья, я направил коня прямо на него. Вьюга занервничал, в недоумении отступил на шаг, второй, почти упёрся крупом в дерево… И вдруг из-под его копыт вспорхнула птица, притаившаяся в корнях. Жеребец испуганно всхрапнул, дёрнулся, но путь что вперёд, что назад был перекрыт. Обиженно заржав, он взбрыкнул задними ногами, высоко подкинув зад, и Эон, никак не ожидавший такой подлости, вылетел из седла, словно выпущенный из пращи камень. Кувыркнувшись в воздухе, он совсем не грациозно пролетел надо мной и с чавкающим звуком шмякнулся в грязь.
Тут уж я испугался не на шутку. Если мальчишка свернёт себе шею, это может обернуться международным скандалом!
– Эон! Ты в порядке? – Я спрыгнул с Циклопа и поспешил бедняге на помощь.
Судя по отборной брани, Эон был даже очень в порядке и совсем забыл, что должен притворяться леди. Я остановился у кромки подозрительной лужи, в которой он барахтался, глядя на его попытки встать.
А смотреть было на что. Летел он ласточкой – лицом вниз, раскинув руки, и всем телом распластался в грязи. Чистой осталась лишь спина да пышная верхушка юбки. Пока мальчишка, стоя на четвереньках, отплёвывался, мешая нецензурные слова с проклятиями, и пытался убрать прилипшие пряди с лица, я смеялся, как сумасшедший.
В конце концов, не выдержав надругательства над своей венценосной персоной, он с трудом поднялся и, едва удерживая равновесие, процедил сквозь зубы:
– Эй! Бла-агородный господин, не желаете ли… Ааа! – Чего я желаю, узнать мне не довелось, так как Эон внезапно с хлопком провалился в топь по самый пояс. – Ааа! Что это? Что это?!
Он дёргался изо всех сил, только сильнее увязая в липком иле, и медленно, но неотвратимо проседал, погружаясь всё глубже. Вскоре грязь достигла ему почти до груди. Вокруг стали появляться разноцветные пузыри с болотным газом – они надувались и лопались, распространяя мерзкий зловонный запах. Эон попытался отодвинуться от них, отпихивать руками, пытался выбраться, но безрезультатно. На грязном испуганном личике блестели безумные глаза. Увяз он основательно.
– Ты словно муха в меду! – хохотал я. Хотя, судя по запаху, это был совсем не мёд.
– О богиня моря, за что?.. Юджин, что это такое? Помоги мне! – В его голосе послышались панические нотки. Думаю, для островитянина, всю жизнь прожившего около моря на скалах и никогда не видевшего болота, такое происшествие выходит за рамки понимания и похоже на страшную сказку, которой пугают маленьких детей.
Несмотря на его неподдельный страх, я не мог разогнуться от хохота, и у меня разболелся живот. Я и не надеялся, что моё желание отомстить будет исполнено таким образом. Мне хотелось серьёзно поговорить, ну или помахать немного кулаками, но это… Даже если он потом убьёт меня этим своим гвордом, я готов! Эта сцена стоила того. Вчерашняя прелестная леди, кокетливо стреляющая глазками и держащая бокал в изящных пальцах, превратилась в испуганного грязнулю, молящего о помощи.
Или уже не молящего. Его некогда чарующие глазки сузились, брови сошлись на переносице, а пухлые губы сжались до тонкой бледной полоски. Глядя на моё веселье, Эон прожигал меня сердитым взглядом. Как-то быстро его страх кончился. А я так надеялся, что он помучается подольше. Мечтал услышать мольбы о прощении. И не ожидал, что он так быстро раскусит меня и перестанет страшиться неизвестности.
– Ты специально завёл меня в болота? Ты всё это подстроил? Мне холодно! – Ядовитый тон не сулил мне ничего хорошего. Надо же, какой строптивый. – Помоги мне! Скорее!
«Ты не в том положении, чтобы командовать», – подумал я и добавил вслух:
– Нет. – Я не собирался оставлять его в таком положении, но говорить ему об этом не обязательно.
Он поджал губы и пару раз с усилием дёрнулся. Естественно, это не помогло, топь лишь крепче обволокла тело.
В детстве родители запрещали мне гулять в лесу после дождя, наказывали ни в коем случае не сходить с тропы даже в сухую погоду. И как так вышло, что мы с Эоном сюда попали? Неужто провидение? Боги моря бессильны на континенте и не благоволят островному принцу.
В любом случае, всё так хорошо сложилось! Уж я-то знал, что топь неглубокая, обычно по пояс, иногда достигала груди. Но выбраться из неё – задание не из лёгких. Эон не утонет, но без помощи не выберется. Я наблюдал, как он брезгливо морщил перепачканный нос, кривил губы и пытался стряхнуть с себя вязкую грязь, но она, отлепившись от одной руки, намертво прилипала к другой.
– Чего ты хочешь? – гнусаво буркнул мальчишка, устав барахтаться.
– Правды. Я знаю, кто ты, но хочу знать, почему? Почему ты обманул меня? – Мне действительно было обидно.
Эон вздохнул, попытался вытереть лицо, но сделал только хуже. Я злорадствовал, глядя на его мучения. Минута молчания, я всё ждал раскаяния, но его тон вновь поменялся.
– Неужели тебя так расстроило моё маленькое представление? – ехидно изогнув уголки губ, кольнул он меня.
«Я тоже не в деревне вырос, интриги и заговоры закалили мой характер и выдержку», – польстил я себе и тут же понял, что всё же попался на крючок – его слова меня задели. И заставили понять, как мелочна и недостойна моя месть! Хорошо, что нас никто не видит, иначе от позора мне потом не отмыться.
Эон всё ждал реакции, но ответом ему стало лишь моё перекошенное от злости лицо. Поняв, что я не собираюсь его вытаскивать, он тоже разозлился и, раз терять уже нечего, решился на ещё более подлый шаг – набрал полную пригоршню вонючей грязи и швырнул в меня!
Я не был готов к такой низости, к счастью, рефлексы сработали быстрее головы. Не зря я столько тренировался с мечом! Пропустить внезапный удар, выпад или горсть песка в глаза порой грозило проигрышем на дуэли, а в реальном бою – смертью, поэтому от броска я легко уклонился. Последующие комки также пролетели мимо, но несколько всё-таки попали в лошадей. Мой Циклоп обиженно фыркнул, встряхнул гривой, и мальчишка, пожалев невинную лошадку, прекратил обстрел. Он метнул на меня полный ярости взгляд и, сдавшись, сказал:
– Что же, выбора у меня нет. Но не обижайся, если моя история покажется тебе неинтересной.
Прислонившись к дереву, я приготовился слушать и в то же время не терял бдительности – вдруг Эону снова приспичит швыряться грязью?
– Я сбежал из дома… – Он выжидательно посмотрел на меня.
Многозначительная пауза меня не впечатлила. Ну, сбежал, и что? Разве это причина натянуть девчачье платье и начать охмурять всю знать на своём пути? Не получив ответной реакции, Эон ещё раз вздохнул, сложил руки на груди, что было довольно комично в его положении, и продолжил:
– Я самый младший брат десяти сестёр. Тут я тебе сказал правду. Единственный мальчик, я всю свою жизнь был игрушкой для старших сестёр. Меня не обижали, но и за человека не считали. Я был как домашний питомец… не самый любимый. Какие у меня могут быть желания или надежды? Никто с ними не стал бы считаться. На Алых островах матриархат, у мужчин нет права голоса. За свои шестнадцать лет я ни разу не покидал остров, да и из родного замка без присмотра кого-нибудь из женщин семьи мне выходить было нельзя. Сёстры тоже никогда не брали меня с собой веселиться. И кроме как на обязательных приёмах у местной знати я нигде не бывал. И там я наблюдал за манерами сестёр, как они себя вели, что говорили… и многому научился именно у них.
О да. Изображать леди у него получалось отлично!
– Сейчас почти все мои сёстры путешествуют по разным странам и развлекаются. А я остался дома и продолжал мозолить глаза матери… – он запнулся и дёрнул краешком губ в ироничной улыбке, – а потом нашли применение и мне. Мать планировала приобрести пару скоростных кораблей-перехватчиков у одной старой пиратки, но та запросила за них огромную цену. К сожалению, именно у этой разбойницы лучшие корабли, поэтому мать пригласила её в гости, чтобы договориться. И у неё ничего бы не вышло, если бы пиратка случайно не заметила меня. И почему мне тогда не сиделось в покоях? Но это же была легендарная морская разбойница! Как я жалею о своём любопытстве!.. В итоге старая карга предложила бартер – меня на корабли. Словно я товар какой-то! Представляешь? – Эону действительно было очень обидно, губы задрожали, словно он собирался заплакать, но сдержался и процедил сквозь зубы: – Я знал, что не принадлежу себе и мне уготована участь разменной монеты. Я знал, что однажды буду сидеть в очередном замке и ждать, пока супруга соблаговолит обратить на меня внимание. Подобные браки у нас обычное дело, и я почти смирился со своей судьбой. Но ведь я не просто мальчишка с улицы, я единственный сын королевской четы! Я надеялся, что стою немного дороже, чем пара быстроходных скорлупок. Я надеялся, что не стану добычей старой кошёлки с железной челюстью.
– Мне кажется, два перехватчика слишком высокая плата за такого подлого мальчишку, – не удержался я от издёвки.
– Я не просто мальчишка! Я – принц! И всю свою жизнь был послушным, старательным и… я был готов исполнить свой долг. Но такое… – Он поднял на меня глаза и вдруг махнул рукой: – Что же, твоя реакция вполне понятна. Я и не ждал от тебя другого.
– Значит, ты обиделся и сбежал прямо со свадьбы, боясь не пережить первую брачную ночь? – Продолжать насмехаться над судьбой бедняги мне уже не хотелось.
Эон хмыкнул и попытался собрать грязные волосы в хвост. Его руки заметно дрожали от холода, хотя он старался сохранить достоинство. Ну… насколько это возможно в его положении.
– Свадьбы не было. Пираты не устраивают пышные торжества по такому несерьёзному поводу. Обычно обмениваются контрактами и закатывают попойку в море. Вот и всё. Но больше всего меня поразило, что мать, ни минуты не сомневаясь, согласилась на такую сделку! Когда мы остались вдвоём, она искренне посетовала, что у неё лишь один сын. Ведь сколько выгодных сделок она могла провернуть!
– Почему ты просто не отказался? – Я всё ещё не понимал, как мужчину могли принудить к подобному. У нас даже молодая леди вправе отказаться от брака, если выбранный родителями спутник не пришёлся ей по вкусу. Конечно, бывают и исключения, но в целом мир давно изменился, и принуждение осталось в прошлом.
– Я отказался. Несколько дней просил мать отменить помолвку. Затем умолял, унижался… Но она осталась непреклонна. Она злилась, что старшие дочери пытались узурпировать трон… злилась, что родная сестра устроила переворот. Мы потеряли несколько маленьких островов, и эти корабли нам были жизненно необходимы. И кто я такой, чтобы мешать её великим планам?! Какая разница, чего хочу я?..
– А что пиратка? – Я представил себя на месте Эона и содрогнулся.
– Ох… эта старая карга осталась гостить у нас и так извела меня за несколько дней, что я перестал спать и есть. Я пытался прятаться, но мать приставила охрану… Слуги шептались, рассказывали о старухе разные ужасы. Говорили, что она сжила со свету четырёх мужей. Я понимал, что не протяну с ней в море и года. Родители всё это знали, но всё равно согласились… Ситуация была очень серьёзная. И тогда я состряпал безумный, совершенно ненадёжный план и сбежал.
Как любопытно! История, вопреки всему, меня увлекла, и я хотел узнать продолжение.
– И как же ты смог это сделать? Тебя же не выпускали из замка и охраняли…
Он лукаво посмотрел на меня.
– Хочешь знать, как я это провернул? Вытащи меня! Я уже продрог до костей, а от болотного смрада очень кружится голова.
– Это твоё наказание. Продолжай или останешься там. Хотя нет, я лучше сообщу твоим безутешным родственникам, что беглец найден. Может, и мне кораблик перепадёт? Я согласен даже на крохотную яхту.
Эон скрипнул зубами и вдруг схватился за грудь, прерывисто задышал и, закатив глаза, медленно повалился набок.
– Эй! Что с тобой? – испугался я.
Но он уже лежал без сознания, медленно погружаясь в топь – сначала плечи, затем голова, а вскоре и часть лица скрылись в чёрной жиже.
