Текст книги "Демон попутал. Или как отдохнуть после развода (СИ)"

Автор книги: Колин Ви

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)

Колин Ви
Демон попутал. Или как отдохнуть после развода

Глава 1. Призыв

– Ага! Попалась, маленькая врунишка?!

Голос накрыл сверху – низкий, довольный.

Демон подхватил меня под бёдра, усадил на себя, и раздвоенный язык прошёлся по шее.

– М-м-м. Вкусная.

По спине рванул табун мурашек. И не все – от ужаса. Аркан скинул штаны. Я глянула вниз – и взвизгнула уже без притворства.

Нет. Этот жеребец – точно не для меня.

Страха он не заметил, распалялся дальше – а я ждала. Паинькой. Стоило развести колени, как у Аркана спёрло дыхание, и все его щиты, и родовые, и ментальные, осыпались разом. Вот и славно. Дождалась, пока наклонится, прижала пальцы к вискам и шепнула заклинание. Проспит сутки. Проснётся с чугунной головой и пустой памятью. А мне хватит, чтобы собрать манатки и дать дёру. Жаль. Я ведь почти полюбила этот городок. Ещё разок оглядела роскошную фигуру демона – и вышла.

Витые рога скребли по потолку старенькой комнатушки в лесном домике моей бабушки.

– Ты… ты будешь подчиняться мне, демон! – взвизгнула я и на всякий случай отпрыгнула.

Шаг получился так себе. Комнатушка-то с ладошку. Демон оказался ровнёхонько под три метра. Я – метр пятьдесят пять. В прыжке и в любимых ботинках. Чувствуете расклад? Вот и я почувствовала. Всем своим метром пятьдесят пять.

– Подчиняться, – повторил он, будто пробуя слово на язык. И ухмыльнулся.

Клыки в этой ухмылке оказались очень… обстоятельные.

Так. Спокойно, Зара. Ты всё рассчитала. – трусливо уговаривала себя пока держала взгляд взгляд с демоном.

Вообще-то рассчитала я призвать мелкого беса. Завалящего чертёнка-бюрократа, из тех, что за горсть сушёной полыни кому угодно рога наставят и тут же сбегут, довольные. Их и звать – что воробьёв на крошку приманивать: налетят, ты только зерно оставь. А вместо того кто я бы смогла манипулировать призвался вот этот. Высотой с дом. С глазами цвета тлеющих углей. Бр-р-р, страшно то как! Ну почему мне так не везёт? А? Я всего лишь хотела месть для ведьминской души, и все! Подумала и решила что виновата, как всегда, бабушка. Светлая ей память! Она меня учила: «Зовёшь – зови от всей души». Вот я и позвала! От всей вдовьей… то есть разведённой… в общем, от всей наболевшей души. Перестаралась!

Развелась я месяц назад. Если, конечно, это можно назвать «развелась», а не «вынесли из дома вперёд ногами в чём была» и пинка для ускорения дали, после того как все что нажила и даже часть моей силы обокрал мой неблагонадежный муженек!

Мой бывший, Святополк, в столице – фигура известная. Маг, советник, гроза кому положено. А дома – тиран, каких поискать. И, как выяснилось ещё и старательный кобель. Каждый день и ночь старался да не перестарался. Чтобы ему стерлось в дулю там все! Про чужих женщин я, ясное дело, узнала последней.

Подала на развод. Суд он, само собой, выиграл. Дом отписан на его род. Деньги – на его имя. Даже бабушкин гримуар уплыл как «совместно нажитое». Мне достались платье, что на мне, да покосившаяся развалюха у воды на самом краю города.

Зато осталось то, что при разводе не делят. Кровь и ведьмонское слово. И очень, очень много желания мстить.

Только вот своими силами Святополка не проклясть. На нём родовой щит – фамильная цацка, от которой любой наговор отскакивает, как горох от стенки. Тут нужен был кто-то… посерьёзнее.

Вот я и позвала «посерьёзнее». Накликала.

– Ты ведь не бес, – обречённо уточнила я, задрав подбородок повыше. Иначе пришлось бы смотреть демону в пряжку ремня.

– Не бес, – согласился он с возмутительным удовольствием.

– И не чертёнок.

– И не чертёнок.

– А можно… обратно? И позвать чертёнка?

Демон расхохотался. Громко, в голос, так что пламя свечи испуганно присела, а с потолка посыпалась труха.

– Нельзя, малинка! – и в добавок с наслаждением втянул воздух, раздувая грудь еще сильнее.

Малинка. Я скривилась. Опять. Дались им всем мои волосы. Сколько себя помню, всякая нечисть, едва меня завидев, начинала принюхиваться и звать «малинкой». Но об этом – потом. Сейчас у меня дело.

– Слушай сюда, рогатый. – я скрестила руки на груди, пытаясь выглядеть грозно, а не как мокрый воробей в круге из золы. – Дело плёвое. Один… кобель. – запнулась, подождала пока ком из горьких слез проидет и продолжила, – Нужно проклясть одного идиота чтоб импотентам стал и безповортно! Плачу щедро! Могу отдать прямо сейчас пузырек своей ведьминской крови. – кивнула на тот самый пузырек что покачивался в моей правой пуке.

Знаю что для рогатых это как эликсир при магическом истощении. Поэтому заранее все приготовила. Любому хватит.

Демон склонил голову набок. Угли в его глазах вспыхнули ярче.

– Любому? Это хватить любой демонической шавки, ведьмочка, но не мне! – послышался громкии хлопок и крылия за его спиной превратились в шатер, костяными наростами выбив стекла. Вот гад! – Подаришь одну ночь, и сделаю портал в новый мир по своему желанию. Ты только скажи. – облизнулся и опять принюхался.

И вот тут мне бы насторожиться. Слишком уж легко согласился и слишком мало просил. Но месть так застила глаза, что я как-то не задумалась, с чего это машина для убийства под три метра улыбается мне ласково, будто я варенья пообещала. Не дала себе ни секунды на подумать, тут же кивнула и скрепила намерения свой крови.

Демон незамедлительно шевельнул когтем – и комнатушка сложилась, как лист бумаги. Сквозь дрожащую прозрачную стену я вдруг увидела ИХ. Святополка. И ту, на которую он меня променял. Застала, прямо скажем, в пик наслаждения. Бывший с таким остервенением брал ее сзади что меня стошнило прямо там.

«Фу, гадость», – мысленно сплюнула я и зареклась эту картину вспоминать.

Демон чему-то обрадовался. Еще миг подождал всматриваясь имно в мое лицо пока я смотрела на бывшего мужа голым на ковре перед камином и его любовницу.

Еще раз оскалился и щелкнул пальцами.

Мой бывший – гроза-кому-положено – в самый, что называется, сладкий миг обнаружил, что гроза-то отгремела. Родовой щит хрустнул и осыпался, словно его и не было. Видно, против верховного демона фамильные цацки не очень. Каюсь: секунды три я всё-таки полюбовалась смятением и паникой кабеля. Убедилась что отныне в штанах у него будет болтатся сморщеный огрызок и расхохоталась! Меня пронзило невообразимое удовольствие свершившегося справедливости! Так его! Теперь будет облизывается как кот на сметану, да только уже ничего и не станет во веки веков!

Я выдохнула. Восемь лет осыпались золой к моим ногам. Пора двигаться дальше!

– Ну, спасибо за работу, – бодро сказала я, отряхивая подол. – Договор исполнен, можешь возвращаться, откуда…

– Наполовину, – мягко поправил демон. – Своё я отдал. А ты, Малинка, осталась должна. Ночь. И наследника. Помнишь?

Какого еще наследника? Чуть не плюхнулась там где стояла. Подумала и решила что фиг ему а не ночь и наследник! Был у меня план получше: собрать манатки и тихо раствориться. Под покровом ночи, как все приличные должницы. Что я, собственно, и сделала. Знать бы тогда, что от верховного демона не убегают. Знать бы, что для него я пахну спелой малиной – и он пойдёт по этому следу хоть на край царства, хоть на тот свет, хоть к чёрту на рога. Но я не знала. И потому почти весело насвистывала, запихивая в котомку последнее своё платье отправилась отдыхать на горячие источники.

Глава 2. Тёплые Воды

Горячие источники встретили меня паром, запахом серы и табличкой, которая когда-то гордо гласила «Добро пожаловать в Тёплые Воды», а теперь – «До… ожа… ать в Тёп… ы». Символично.

Развалюха моя – единственное, что бабушка успела отписать лично на меня, а не в «совместно нажитое», – стояла у самой воды и держалась, кажется, на честном слове и плюще. Крыша просела. Ставень висел на одной петле и поскрипывал на ветру так, будто кто-то невидимый качал головой: «И зачем ты приехала, дурёха?»

«Я приехала отдыхать. Имею право!» – мысдено огрызнулась.

– Свобода, – сообщила я вслух развалюхе. – Вода. Покой. И ни одного мужика на горизонте!

Развалюха скрипнула. Не поверила. И правильно сделала. У меня другого имущество нет, так что придется обживаться.

Огляделась и ругнулась! Потому что на горизонте – вернее, на соседнем пирсе – мужик как раз обнаружился. И не один. Сначала я даже не поняла, что не так. Курортный городок как городок: лежаки, пар над водой, кто-то потягивает что-то мутное из ракушки. Идиллия.

А потом дед на ближнем лежаке сладко зевнул – и я увидела три ряда акульих зубов. Та-ак! Я пригляделась. И тихо порадовалась, что не успела раздеться и плюхнуться в воду.

Дед с зубами оказался не дедом. Бабулька в панамке плела венок пальцами чуть длиннее и чуть зеленее, чем людям положено. Парочка у кромки воды держалась за руки. И за хвосты. А «мутное из ракушки» потягивал кто-то болотный, с тиной в бороде, и философски пялился в одну точку.

Курорт для нечисти! Вот тут даже я не ожидала подвоха! Вот бабушка дала! И ни разу не обиделась что за жители тут по соседству!

Курорт для нечисти. Ну конечно. Где ещё доживать свой век всякой нежити, как не у горячих источников на самом краю царства, куда ни один нормальный человек без капли магии и носа не сунет? Тут тебе и тепло, и тихо, и соседи понимающие: никто не завизжит, если у тебя из-под панамки торчат рожки, а из-под подола – хвост.

– Мали-и-иной пахнет, – мечтательно протянул кто-то мне в спину.

Я ускорила шаг. Дались им всем мои волосы!

Корчму – единственное на весь курорт место, где наливали что-то крепче минералки, – держала русалка по имени Тина. Перламутровая чешуя у висков, вечно мокрый подол и язык, подвешенный так, что за ней было не угнаться.

Она заговорила со мной раньше, чем я переступила порог.

– Новенькая! – обрадовалась Тина, протирая стойку кончиком хвоста. – Рыжая… нет, малиновая. Ведьма, сразу видать: нечисть так сладко не пахнет. Развелась, да? Сюда кто приезжает – тот или развёлся, или помер. Ты вроде живая. Значит, развелась. Угадала? Конечно угадала. Садись, налью холодненькое.

Вставить слово я не успела. И, судя по всему, в ближайший час не успею.

– У нас тут тихо, – тараторила русалка, наливая мне что-то, что пахло вишней и неприятностями. – Старичьё одно. Ну, маги ещё. Богатенькие. «На воды» приезжают, как же. А сами с такими вот… кисками молоденькими под боком. Жёны дома, киски тут. Всё как у колдунов.

Я навострила уши. Богатые маги с любовницами моя ахиллесова пята отныне! И, надо думать, они сюда приплыли без родового щита – щит штука редкая и до неприличия дорогая. Так что можно и поразвлечься. В голове знакомо щёлкнуло. А ведь кое-что у меня при разводе всё-таки осталось. Маленький такой талант: наводить на одну конкретную мужскую часть тела одну пакость. С муженьком не смогла, а вот этим, жирненьким…

– Тина, – медовым голосом протянула я. – А обиженные жёны сюда, часом, не заглядывают?

Русалка замерла с кувшином в руке. А потом расплылась в улыбке – широкой, чуть зубастой.

– Ведьмочка, – промурлыкала она. – Кажется, мы подружимся.

И мы подружились. Настолько крепко, что к третьему бокалу вишнёвой наливки Тина выложила мне разом все курортные сплетни: кто кому изменяет, кто кого ест, и почему банник из верхних гротов вторую неделю не разговаривает с домовым. А одна сплетня застряла у меня в горле. Вместе с вишней.

– …а ещё чужак тут объявился, – между делом обронила русалка, не отрываясь от стойки. – Третий день ходит. Огромный. Красивый – аж жуть берёт. Всех расспрашивает. Ищет, говорит, девчонку одну. – Тина наморщила перламутровый лоб, припоминая. – Как же он сказал-то… А! «Найду по запаху. Она пахнет спелой малиной». Вишня встала намертво.

Глава 3. Первый заказ

Тина подогнала клиентку к полудню следующего дня.

– Зара! – крикнула она из-за стойки, едва я вошла за обещанным завтраком. – Вот, знакомься. Агнежка. Третий год замужем за магом седьмого круга. Угадай, чем он тут занимается вместо вод.

Агнежка оказалась маленькой, круглой и заплаканной. Платок мяла в руках, как будто на его месте представляла шею муженька. Из-под шляпки выбивались каштановые кудри, в кудрях застряли ромашки – нервно сорвала по дороге.

– Он говорил, что едет лечить поясницу, – всхлипнула Агнежка.

– Конечно, – сочувственно сказала я. – Поясница – она такая. Требует деликатного обращения.

– А я видела, с кем он её лечит! Вчера! В третьем номере!

– Вот мерзавец, – единодушно согласились мы с Тиной.

– Он уже три года её лечит! С разными! – Агнежка сморщила носик пуговкой и высморкалась в платок. – Простите-е-е…

– Не надо, дорогая. Ты ни в чём не виновата. – Я накрыла её ладонь своей и почувствовала знакомое тепло в пальцах. То самое – после которого я принимаюсь пакостить. Моя злость хорошо знала эту боль и не забыла ни на секунду. Боль от измены вообще трудно забывается. – Как зовут твоего ненаглядного?

– Беловид. Маг седьмого круга, советник ц…

– Стоп. – Я подняла руку, останавливая поток ненужных слов. – Без регалий. Мне нужно только имя и прядь волос. Остальное не важно.

Агнежка захлопала ресницами.

– И всё?

– И всё.

Она неуверенно вытащила из сумочки шёлковый мешочек – уже приготовила, умница – и протянула. Я взвесила на ладони. Хватит за глаза.

– Когда приступите, госпожа ведьма? – шёпотом спросила Агнежка, заставив меня чуть возгордиться новым обращением.

– К ужину Беловид ваш обнаружит, что с поясницей у него, в общем-то, всё хорошо. – Я убрала мешочек. – Зато кое-что другое резко пошло на спад – и не поднимется, пока вы не соизволите.

Агнежка клацнула зубами. Впечатлилась. А потом расплакалась уже не от горя, а от счастья. Тина деликатно поставила перед ней наливку. Работа нашлась – и я даже успела позабыть, что сама кое-что задолжала кое-кому.

Я сидела на краю причала, болтала ногами над водой и плела заговор. Дело нехитрое: взять прядь, нашептать слово, затянуть узелок. Повторить. Не перепутать. Не зевнуть. Трижды по три – и готово.

Такое колдовство можно провернуть хоть на ходу, но зачем страдать, если есть солнце, горячий источник, сосны вокруг и воздух, пахнущий смолой, влажными досками и паром? Почти курорт. Почти отдых. Если не вспоминать, зачем я вообще тут сижу.

Я, разумеется, вспоминала. Именно поэтому время от времени косилась на набережную. Вроде бы случайно. Вроде бы просто смотрела на воду и сосны. А на самом деле высматривала того, который третий день искал девушку, пахнущую малиной.

Три дня – это много. За это время можно обойти весь курорт, расспросить половину отдыхающих и трижды потерять терпение. А он либо всё ещё не нашёл, либо…

– Не помешаю?

Я дёрнулась так, что едва не выпустила прядь с наговором.

Вот же демон.

Обернулась.

На краю причала стоял мужчина. Высокий, светловолосый – длинные прямые волосы ветер лениво трепал по плечам. Светлая рубашка, свободные штаны, руки в карманах. Весь вид такой, будто передо мной небрежно богатый господин, который отлично знает себе цену.

Мужчина был красивым до скрипа зубовного. Знаем, плавали. Видели, к чему приводит такая уверенность в собственном превосходстве. Сразу захотелось чем-нибудь в него кинуть – для равновесия во вселенной. Не всё коту масленица. Может, походил бы с синяком – и разбил бы на одно женское сердечко меньше. Вдруг я так принесу пользу миру. Но вместо этого я вежливо улыбнулась и незаметно пригляделась через ведьмин глаз.

И клацнула зубами ещё раз.

Вот за это ведьмы и не любят морок. Для обычных людей – всё безупречно: лицо, плечи, осанка, лёгкая улыбка с ленивым прищуром. Дорогой гость на дорогом курорте. Почти человек.

Если бы не рога.

Тёмные, витые, красивые. Поднимались над светлыми волосами так естественно, будто были короной, а не концом моего отдыха. И хвост при нём тоже был. Спрятан аккуратно, надо отдать должное, но кончик с кисточкой всё равно предательски дёргался у левого колена.

Вот тебе и «третий день ищет». Нашёл таки, гад. Как будто ему больше нечем заняться. Только вот демон пока не понял, что я его раскусила. Ветер дул с воды – от меня, не на меня. Заговор в руках я сжала покрепче и изобразила на лице курортное равнодушие.

– Глубоко тут? – кивнул он на воду.

– Не очень. – Я пожала плечом. – Кому по колено, кому по пупок. Можете сами окунуться и посмотреть.

И ни капли не соврала. Только вот титану и правда по колено что угодно. А ещё я краем памяти выудила из бабушкиного гримуара занятную подробность: демоны не плавают. Вот если бы он прыгнул в воду, а я тихо ушла бы отсюда… Ох, мечты! Мужчина тоже улыбнулся. Медленно, будто прочитал все мои мечты разом.

– Первый раз на курорте?

– Второй, – сказала я – и тут же почувствовала, как перехватывает горло. Зелье истины не дремлет. – Впервые одна.

Лучше бы в детстве вылила на себя зелье удачи, а не зелье правды.

– Отдыхаете или по делу? – Он чуть наклонил голову, прядь светлых волос скользнула вперёд.

– Работаю, – сказала я – и прикусила язык.

Демон приподнял бровь.

– Интересно. И что за работа у такого яркого цветка?

– Частная, – отрезала я, встала, сунула заговор в карман и подхватила корзинку. – Приятно было познакомиться. Хорошего дня.

Пошла по причалу к берегу – ровно, не торопясь. Бежать нельзя. Бежать – значит признаться. А я ни в чём не признаюсь, хоть огниво к полену поднеси.

Почти дошла.

– Зара.

Я замерла.

Он не спросил. Просто сказал – тихо, без вопроса, моё имя в воздух. Я подождала. Демон безмятежно смотрел на воду, будто забыл обо мне. Решила, что померещилось. Со страху и не такое бывает.

Ускорилась.

– Малинка, – позвал он мне вслед. Ленивым голосом кота, который смотрит на мышь, ещё не знающую, что деваться некуда. – Никуда не торопись. Я никуда не спешу.

Я свернула за угол корчмы и прислонилась к стене. Сердце колотилось. Заговор в кармане жёг ткань. Из открытого окна тянуло вишнёвой наливкой и рыбой.

Три дня искал. Нашёл за пять минут. И, судя по тону, совершенно этим доволен.

– Тина! – крикнула я в окно. – У тебя чеснок есть?

Пауза.

– Зачем тебе чеснок? – осторожно спросила русалка.

– Натрусь, – мрачно ответила я.

Долгая пауза.

– Ведьмочка, – сказала Тина. – Если это от кого я думаю – чеснок не поможет.

Я уже знала.

Но попробовать очень хотелось.

Глава 4. Охотник

Аркан

Голем был неплох.

Честно – неплох. Лицо похожее, рост угадан, волосы даже подходящего цвета. Ведьма постаралась. Аркан успел оценить работу, прежде чем сделал единственное, что имело смысл: вдохнул. Голем пах глиной. И немного полынью. И совсем чуть-чуть – страхом своей создательницы, который она вложила в работу вместе с заклинанием.

Малиной не пах. Вот и всё. Аркан посмотрел на голема ещё секунду. Голем смотрел в ответ пустыми глазами и честно пытался изображать живой интерес к рогатому.

– Изыди, – приказал Аркан.

Голем осыпался.

Демон сел на подоконник – окно в ведьминой комнате оказалось распахнуто, она торопилась и забыла закрыть за собой! Призадумался, что именно произошло за последние несколько часов.

Итак. Пришёл на зов. Обычное дело – ведьмы зовут, он приходит, если предложение заинтересует и не занят. Сколько раз так было. Смотрит, слушает, берёт плату или просто уходит. Дело житейское. Он верховный, не мальчик на побегушках, мог бы и не явиться вовсе.

Только вот в этот раз демон шагнул в призыв ещё до того, как успел подумать. Потому что там пахло малиной. От которого мозги в пах свернулись и там где у людей сердце, подозрительно забилось в предвкушение.

Аркан прикрыл глаза и попытался вспомнить запах. Хотя вспоминать не пришлось. Он никуда не делся. Остался где-то под кожей, въелся в память и, кажется, уходить не собирался. Спелая малина – сладкая, чуть терпкая, нагретая солнцем. С лёгкой пыльной ноткой, будто старый сад в самый жаркий полдень, куда давно никто не заглядывал.

Он знал, что это означает. Знал с первого вдоха.

Не поверил – потому что такого не бывает. Истинная пара у верховного демона – это из разряда легенд, которые рассказывают молодым бесам у огня, чтобы они не скучали. Аркан воевал несколько сотен лет. У него не было времени на пары, истинные или какие-либо ещё. Его это вполне устраивало.

И тут появилась она.

Ведьмочка оказалась совсем не такой, какой Аркан ожидал увидеть. Невысокая, тонкая, с яркими малиновыми волосами и таким упрямым взглядом, будто уже десять раз пожалела, но отступать всё равно не собиралась.

Она боялась. Это было видно сразу. Но вместе со страхом в ней горела злость – горячая, живая, дерзкая. И именно эта смесь почему-то зацепила сильнее любого призыва.

Девушка смотрела на демона настороженно, испуганно, как смотрят на хищника. Но не отворачивалась. Не попятилась. А потом ведьмочка выдохнула, собралась и почти рявкнула:

– Ты будешь подчиняться мне, демон!

Голос дрогнул, но демон не показал что он может выйти из круга и она ему не приказ. Аркан понял что ради нее и шагнул в призыв. Вот чей запах застрял под кожей. Вот кто заставил древнего демона забыть осторожность и подается на ее приказы.

Аркан провёл в её домике ровно столько, сколько потребовалось, чтобы исполнить сделку и дать ей то, чего хотела. Проклятие легло – аккуратно, чисто и навсегда. Муженёк её, кстати, заслужил. Аркан успел разглядеть достаточно, пока держал канал. Мерзкий тип.

Потом Малинка сказала «Спасибо, свободен» – и он чуть не рассмеялся.

Свободен?! Забавно.

Демон из под покрова невидимости наблюдал, как она собирает котомку. Быстро, ловко, будто не в первый раз. Платье. Книжка в кожаном переплёте. Пузырёк с чем-то тёмным. Демону было инетересно понаблюдать и узнать свою ведьмочку. И поэтому не остановил её. Мог бы. Не стал.

Аркан открыл глаза и посмотрел в окно. Ночь. Лесной домик стоял тихо, пустой. Где-то на дороге ещё оседала пыль от её быстрых шагов.

Малинка. Девушка и правда думала, что убежала от демона. Это было трогательно и волнительно одновременно.

Аркан встал, потянулся, расправил плечи. Крылья раскрылись сами – привычка, после боя всегда так. Только боя не было. Было другое. Охота. Аркан усмехнулся.

«Охота за истинной это пожалуй тоже интересно.» – промурлыкал в пустоту и взмыл в небо.

На курорте малиной пахло отовсюду. То есть – не совсем. Аркан понял это на второй день, когда обошёл «Тёплые Воды» вдоль и поперёк и едва не потерял след в клубах серного пара у главных купален. Её запах был повсюду – и одновременно нигде. Она двигалась, меняла маршруты, и один раз он был готов поклясться, что ведьма обтёрлась какой-то дрянью с запахом можжевельника.

Не помогло. Малина пробивалась сквозь всё. Но он был терпелив. Триста лет на войне вырабатывают терпение – вместе с привычкой ждать, пока противник сам себя выдаст. На третий день нашёл ее на причале.

Аркан обошёл причал, зашёл против ветра и подошёл.

– Не помешаю?

Она дёрнулась так, что едва не уронила что-то из рук. Обернулась. И вот тут Аркан понял кое-что важное. Малинка его видела. Насквозь. Смотрела всего лишь секунду, но поняла все и сразу!

Аркан ждал, что она вскочит, убежит, начнёт кричать. Вместо этого Малинка вежливо улыбнулась – такой улыбкой, которой улыбаются, когда очень хотят казаться спокойными, – и ответила на вопрос.

Спокойно соврала про глубину. Почти соврала.

Аркан поставил мысленную отметку: ведьма не умеет врать по-настоящему. Поправляет себя на ходу. Задумывается перед каждой неточностью на долю секунды. Юлит и говорит как философ на старости лет.

– Отдыхаете или по делу?

– Работаю, – сказала она – и сразу прикусила язык.

Аркан еле удержал улыбку. Потом она встала и ушла. Ровно, не торопясь. Спина прямая. Руки не дрожат. Молодец!

– Зара, – позвал демон.

Ведьма остановилась. Замерла на секунду. Потом ускорилась. Ветер переменился. Аркан вдохнул полной грудью – и малина ударила в голову, как первый глоток хорошо выдержанного виски. Он зажмурился на мгновение и улыбнулся новой игре. Все только начинается!

– Малинка, – сказал он. – Никуда не торопись. Я никуда не спешу и подожду.

Это была чистая правда. Он смотрел, как девушка сворачивает за угол корчмы, и почувствовал кое-что незнакомое. Что-то похожее на то, о чём рассказывают у огня молодым бесам.

Аркан провоевал несколько сотен лет. Прошёл через такое, от чего у обычного демона давно осталось бы только пепло. Посадил одного короля на трон, убрал двух, и не потому что был кому-то должен, – просто так вышло.

Он не ждал ничего нового от этого мира. Но маленькая ведьма с малиновыми волосами, которая не умеет врать, прияно удивило прожоного интригана мира вулканов.

Аркан посмотрел на угол корчмы, за которым ведьма скрылась. Он уже хотел все её ночи а не только одну ради наследника.

– Никуда не спешу, – тихо повторил он и пошёл вдоль набережной, чувствуя, как запах малины тянется следом тонкой упрямой нитью.