Текст книги "Тертый калач"

Автор книги: Кирилл Максимов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Примерно год. Может, чуть больше. А по поводу напора не ты первая заметила. Меня в школе все учителя упрекали в упрямстве, – с огоньком в глазах ответила тележурналистка. – Да и на факультете журналистики тоже не особо любили. Ты, кстати, где учишься?

– Пока что нигде. Готовлюсь поступать в Академию живопси на художника-реставратора.

– Ого, круто! – Светлана с уважением посмотрела на собеседницу. – Необычный выбор. Нынче все ломятся в юристы и экономисты. Редкая птица выбирает учебу по душе.

– Каждому свое… Я чуть ли не с раннего детства интересуюсь историей, картинами, росписями, храмами.

– Теперь понятно, почему ты здесь. Как-никак, очередное историческое здание кануло в небытие.

– Вообще-то я тут совершенно случайно. Этот самый мой отыскавшийся отец – владелец строительной компании или чего-то вроде этого. Ну и привел меня показать, чем занимается и на жизнь зарабатывает.

– Точно. Вот я дура. А еще журналисткой себя называю. Да, нужно тренировать память, а то скоро вообще все из головы повылетает.

Тем временем собрание закончилось. Люди начали протискиваться к выходу, образовав у дверей толпу.

– Наконец-то, – с облегчением вздохнула Маша.

– Ой, мне же надо одного человека поймать. Того, что на сцену выскочил, – хлопнув себя по лбу, сообщила Светлана и поднялась с места.

В этот момент кто-то легонько похлопал ее по плечу. Тележурналистка обернулась – перед ней стоял тот самый мужчина, которого она только что собиралась разыскивать.

– Добрый день, у вас есть свободная минутка? – спросил Князев. – Я хотел бы с вами поговорить, спросить кое о чем. Меня зовут Богдан Князев.

– Здравствуйте, конечно есть. А я Светлана Холина. Видела, как вы лихо выскочили на сцену. Кстати, я тоже хотела к вам подойти. Да, знакомьтесь, это Мария Глобина, – представила тележурналистка свою новую знакомую.

Князев посмотрел в глаза поднявшейся из кресла девушке и протянул ей руку. Их взгляды встретились. Богдан был поражен красотой Марии. Как пишут в бульварных романах, хоть бери и портрет пиши. И хоть Князев никогда не был склонен к сентиментальным порывам, но почувствовал, что внутри его что-то дрогнуло. Богдан не привык копаться в собственных эмоциях – какая разница, что это? Возможно, это было нечто, часто называемое любовью с первого взгляда. Однако внешне Богдан сохранил невозмутимое лицо. Он всегда считал, что настоящий мужчина не должен демонстрировать свои эмоции. В отличие от него девушка не выдержала долгого взгляда и отвела глаза в сторону. От смущения ее щеки порозовели. После чего Богдан спокойным голосом обратился к тележурналистке.

– Хотел у вас спросить по поводу обвала. Видел сюжет в ютубе, как вы спускались в канализационный туннель недалеко от места обрушения, как погибли те диггеры, которые вас с собой взяли. Вы можете подробнее рассказать о том, что видели там, что вообще знаете об оседании земли под бывшим госпиталем? – в лоб спросил Богдан.

– А вам зачем?

– Да есть кое-какие подозрения… – расплывчато ответил он.

Стоявшая рядом Маша подошла ближе на полшага, заинтересовавшись разговором. Ее сердито задела плечом какая-то тетка в люрексовом платке. Богдан инстинктивно притянул девушку к себе, защищая от толпы. Только сейчас все трое заметили, что стоят практически в центре прохода, и их с обеих сторон обтекает поток людей, поспешно покидающих зал.

– Давайте выйдем на улицу и там спокойно поговорим. А то нас тут сейчас затопчут, – предложила Светлана и махнула оператору, стоявшему с телекамерой в руках у стены.

Выйдя из здания Дома культуры, компания отошла к стоявшей поблизости лавочке.

– Вы сказали про какие-то подозрения, – вернулась к разговору тележурналистка, внимательно посмотрев Князеву в глаза. – Кого и в чем?

– Хорошо, буду с вами откровенен. В ответ надеюсь на такую же открытость и с вашей стороны.

– Это справедливо, обещаю.

– Недавно у меня на глазах убили приятеля. И я думаю, именно из-за того, что он что-то разузнал про это ЧП с оседанием грунта. Вот я и подумал, что должен попытаться выяснить, что к чему. Полиция мало того что в мою версию не поверила, так еще и уголовное дело хочет повесить.

– Ого, – не сдержавшись, произнесла Светлана. – Интересная у вас жизнь.

– Ага, обзавидуешься, – угрюмо ответил Князев.

– И вы решили, что я смогу помочь? Если честно, то я и сама не особо много знаю, – ответила тележурналистка.

– У вас есть выходы еще на каких-нибудь диггеров? – спросил Богдан. – Или вы были знакомы только с теми, кто погиб под землей?

– Вообще-то есть. Успела взять номер их приятеля Ильи. Именно он, между прочим, и открыл те катакомбы, которые вы видели в сюжете. Я ему сегодня же позвоню и постараюсь договориться о встрече.

– Отлично, – загорелся Князев. – Он может сильно помочь в распутывании этого мутного дела.

– Возможно, и я чем-нибудь смогу вам помочь, – робко предложила молчавшая до этого Маша. – Я кое-что когда-то читала про московские подземелья. Да и отец мой, точнее его компания, я так понимаю, будет заниматься восстановительными работами. Возможно, с его помощью можно будет что-нибудь узнать.

Истории новых знакомых сразу заинтересовали Машу. Да и к самим людям девушка почувствовала симпатию. Налет неизвестности, таинственности, убийство, подземелья – все это всколыхнуло в ней почти детский ужас, такой же, с каким она слушала рассказ послушницы Ксении. Ведь там тоже фигурировали московские подземелья. К тому же Маша внезапно почувствовала азарт, острое любопытство, с которым она в подростковом возрасте один за другим проглатывала всевозможные исторические детективы.

– Почему бы и нет, – согласился Богдан.

– Да, конечно, – закивала Светлана. – И Серега с нами, правда? – обернулась она к стоявшему рядом оператору.

– Кто-то же должен все это снимать, – сказал тот.

– Вот и ладно. Тогда давайте обменяемся контактами, – предложил Князев.

Он и Маша продиктовали номера своих телефонов, а телевизионщики вручили новым знакомым визитки.

– Ладно, ребята, нам пора возвращаться на базу – надо еще успеть написать про весь этот ужас, потом смонтировать к вечернему выпуску новостей. Будем на связи, – посмотрев на часы, сказала Светлана.

Они с оператором ушли, оставив Богдана с Машей наедине.

* * *

После последнего разговора со следователем Князев прекрасно понял, что у полиции в деле об убийстве Выгодина какие-то свои интересы. Иначе откуда взялась такая крейсерская скорость в построении версии о его, Князева, причастности к произошедшему? Какие-то мутные свидетели, этот Валера в камере – явная же «наседка»… Значит, за плечами у полиции стоит влиятельный кукловод и дергает за нужные ниточки. Странно, что Богдана отпустили, а не сразу впаяли по полной, например, подбросив в карман наркоту или придумав какую-нибудь версию покреативнее, ведь они там умеют фантазировать. Короче, нужно было, не теряя времени, самому браться за расследование. У Князева ничего не было, кроме единственной зацепки – номера двигателя мотоцикла, который четко врезался в память. Богдан набрал номер Карачуна – у того есть связи среди ментов, должен помочь.

– Алло, Валерий Павлович, здравствуйте. Как жизнь?

– Не жалуюсь пока. Как сам?

– Да вот просьба в вам небольшая нарисовалась, – сразу перешел к делу Князев. – Нужно пробить владельца мотоцикла. Выручите?

– Это по поводу убийства… нашего общего знакомого? – сразу смекнул начальник.

– Ага.

– Не буду напоминать, что я просил в это дело не соваться. Но хозяин – барин. Раз решил, значит, есть причины. Я от своих слов тоже не отступаюсь, так что, может, оно и быстрее клубочек распутать выйдет. Диктуй… Все, записал. Сейчас пробью по своим каналам. Если человек на смене, то минут через тридцать позвоню тебе.

– Спасибо огромное.

– Да чего там, свои люди.

В ожидании звонка Князев взволнованно ходил по комнате из конца в конец, обдумывая произошедшее. Время тянулось мучительно долго. Периодически он поглядывал на настенные часы – секундная стрелка двигалась неторопливо, словно в замедленной съемке. Не выдержав, Богдан схватил со стула в прихожей ветровку и вышел на улицу, чтобы немного пройтись и снять напряжение. Уже начинало вечереть. Наконец раздался звонок от Карачуна.

– Алло, ну что? – нетерпеливо спросил Князев.

– Так, давай по порядку. Я узнал то, что ты хотел. Во-первых, мотоцикл принадлежит Игорю Игоревичу Зотову. Бывший военный, сейчас на пенсии. Понятно, что ни тебе, ни мне это ни о чем не говорит. Поэтому второй пункт. Пришлось позвонить одному знакомому, который в управлении полиции солидную должность занимает. И оказалось, что этот Зотов раньше служил именно в той войсковой части, откуда в последний раз вы с приятелем сопровождали груз. Вот такое интересное совпадение.

– Да-а, – почесал голову Князев. – Уверен, что ни фига не случайное.

– Но это еще не все! Сын его, Денис Зотов, сейчас работает в режимной части того самого ЗАО «Геотехнологии», куда вы эти сомнительные ящики из войсковой части и возили.

– Ого!

– Вот тебе и «ого». Правда, есть одна неувязочка. По ментовским данным, этот мотоцикл накануне убийства твоего приятеля был угнан.

– Валерий Павлович, это не неувязочка. Вы же знаете, как полиция научена следы подчищать. Доверять им не стоит. Я был у следователя, так он, образно выражаясь, подтерся моими показаниями.

– Да? Интересно-интересно.

– Еще раз большое спасибо за помощь, я у вас в долгу.

– Не за что, Богдан. Знаешь, раз уж я взялся… Сейчас еще кое-куда звякну – нужно же узнать, где живут эти Зотовы. Жди звонка.

Князев, не спеша шедший по тротуару мимо магазина, сел на лавочку у входа, закурил и задумался. Какая картина вырисовывалась исходя из последней информации? Выгодин начал копать материалы по поводу обрушения клиники. Намекал, что это может быть кому-то выгодно. И, похоже, сумел взять правильный след. Ведь вскоре его убивает человек на мотоцикле бывшего военного, чей сын работает в конторе, которая занимается земельными вопросами. Неужели все настолько банально и его приятель перешел дорогу людям, занимающимся земельным бизнесом? Если так, то, видимо, его заказал кто-то из коррумпированных чиновников, не желающий светиться. Либо строительная компания, претендующая на лакомый кусок в центре Москвы. Погруженный в свои мысли, Богдан вздрогнул, когда в кармане зазвонил телефон.

– Богдан, слушай. И старший, и младший Зотовы сейчас вне досягаемости, навещать их смысла нет.

– А в чем дело?

– Укатили отдыхать в Турцию на десять дней.

– Да уж… – озадаченно произнес Князев. – Ладно, буду думать. Еще раз спасибо.

– Всегда пожалуйста. Смотри там осторожнее, не светись лишний раз. Не хочу терять ценного работника. Таких, как ты, днем с огнем сейчас не сыщешь.

– Да что со мной может случиться, Валерий Павлович?

– Ага, твой друг, наверное, так же думал. Ладно, пока.

– Пока.

Князев положил телефон в карман и начал анализировать полученную информацию. Допустим, совпадение неслучайное. Старший Зотов автоматически отпадает – мотоциклист никак не тянул на пенсионера, это точно был парень. То есть чисто теоретически выходит, что Денис Зотов приехал на мотоцикле, зарегистрированном на отца, и убил Выгодина. Мотив пока что неизвестен. После чего Зотовы укатили в Турцию. Логично допустить, что сын, работая в «Геотехнологиях», каким-то образом связан с людьми, занимающимися махинациями с землей. Но какова роль Зотова-старшего? А если допустить, что оба укатили на отдых до убийства? Тогда вся версия разваливается и выходит, что след ложный. Нет, нужно пока что оставить Зотовых в покое – все равно они сейчас недоступны.

От множества мыслей в голове царил хаос. Отдельные детали никак не хотели складываться в цельную картину. Тогда Богдан решил подойти к проблеме с другой стороны. Выгодин был человеком обстоятельным. Значит, если уж сказал Князеву, что что-то обнаружил, то наверняка сохранил информацию не только на планшете. Возможно, записал в блокноте, сделал какие-нибудь фото, видео.

– Черт возьми! – воскликнул Богдан и хлопнул себя по лбу. Проходившая мимо женщина с пакетом продуктов с опаской посмотрела на него и ускорила шаг.

Князев удивился, как он сразу не догадался навестить дачу друга. Тем более что попасть туда несложно – жил Выгодин один, домик не опечатывали, так как официально он принадлежит матери погибшего. Вся эта информация, вываленная Выгодиным за бутылкой водки и казавшаяся лишним пьяным трепом, вдруг оказалась весьма кстати.

Князев тут же сорвался с места и побежал домой, чтобы оставить мобильник дома. Кто знает, ведь менты выпустили его под подписку о невыезде из города – вдруг решат проверить по сигналу телефона, где он находится, не дал ли деру. Включив мобильник в режим голосовой почты, Богдан положил его в прихожей на тумбочку. После чего застыл на месте, закрыл глаза и спокойно еще раз все обдумал. Навестить дачу Выгодина следует. Но те, кто его убил, тоже обязательно наведаются туда. Кроме того, на самого Князева может начаться охота, как на человека, которому Выгодин мог нечто поведать. Можно было бы поехать на дачу на машине – Карачун дал на время поездить, пока Богдан не подсобирает на собственную. Но если за ним следят, это могло быть опасно. Поэтому Князев решил незаметно выскочить из подъезда и отправиться на дачу на электричке.

Было уже темно, когда Богдан вышел из дома. До железнодорожной станции было недалеко. Он перебежал поросший деревьями участок местности и вскоре уже трясся в полупустом вагоне.

Дорогу Князев помнил прекрасно, хоть и был в гостях у сослуживца всего раз. Зайдя за калитку на территорию дачного кооператива, он настороженно огляделся по сторонам и прислушался. Вокруг было тихо, лишь где-то недалеко спросонья залаяли собаки. И на улице не было ни души – в будний день мало кто из владельцев участков здесь ночует. Разве что несколько пенсионеров, да и те ложатся спать, как только стемнеет. Заметив издалека очертания щитового домика, в котором жил Выгодин, Богдан сошел с гравийной дорожки. Слившись с идущими вдоль дорожки оградами, он бесшумно, не спеша пошел вперед. Дойдя до участка покойного приятеля, Князев на минуту застыл, вглядываясь в темноту, – нет ли в доме или рядом с ним таких же, как он, желающих обыскать жилье покойника. Привыкшие к темноте глаза не заметили ничего подозрительного. Для того чтобы попасть в дом, ничего придумывать было не нужно – ключ от дачи друга он мог определить на ощупь в небольшой связке своих.

Собравшись с духом, Богдан в несколько прыжков пересек заросший травой участок и оказался у входной двери. Повернув ключ в замке, он медленно нажал на ручку. Дверь предательски скрипнула. В полной тишине Князеву показалось, что эхо докатилось до противоположного конца кооператива. Он затаил дыхание и прислонился к стене, сливаясь с нею. В какой-то момент ему показалось, что невдалеке послышался хруст сломавшейся ветки. После чего мимо по тропинке пробежал еж. Вытерев со лба выступивший пот, Богдан осторожно приоткрыл дверь и собирался уже зайти внутрь, как в одной из комнат послышался негромкий глухой удар, словно что-то стукнуло об оконное стекло. Черт, да что такое? Ей-богу, как мальчишка. Князев в сердцах обругал себя. Будь что будет. Назад дороги нет. Он зашел в дом, прикрыл за собой дверь. Окна в прихожей были полностью закрыты занавесками, из-за чего рассмотреть хоть что-то было практически невозможно. В полной темноте Богдан бесшумно сделал несколько шагов и, стоя в маленькой прихожей, заглянул в комнату. Там тоже было темно, как в танке. Он зашел в комнату, затаился и прислушался. Было тихо. Наверное, послышалось, решил Богдан. Как говорится, у страха глаза велики. Князев уже было расслабился, как тут же внутренне напрягся, интуитивно почувствовав, что кроме него где-то поблизости все-таки есть кто-то посторонний.

9

Валерий Карачун, владелец-директор частной охранной фирмы «Викинг», сидя в своем офисе, посмотрел на часы. Уже почти половина десятого вечера. Рабочий день как-то незаметно затянулся. Впрочем, ему было не привыкать: раньше девяти уходить домой удавалось очень редко – заказов было выше крыши, особенно после геройского поступка его сотрудника Богдана Князева. Он и раньше уважал этого парня – как-никак, прошли вместе не одну горячую точку, тот проявил себя как солдат не из робкого десятка. Но то были военные действия, а сейчас мирное время. Многие бывшие вэдэвэшники быстро опускались на гражданке – кто спивался, кто заплывал жирком. Князев – не из таких, он сумел сохранить чувство собственного достоинства и понятие чести. Именно поэтому, когда тот обратился за помощью, Карачун, ни минуты не раздумывая, сразу пошел навстречу. Он не особо вникал в произошедшее с Выгодиным – это дело полиции, пусть разбирается. К Валерию Павловичу сразу же после убийства приходил следователь, расспрашивал о бывшем сотруднике. Но директор, по сути, ничего о нем толком и не знал. Тот когда-то служил у него в подчинении, устроился на фирму недавно, ответственный, надежный работник. Сказал, чтобы следователь обратился к Князеву – с ним погибший вроде бы был лучше знаком. Вот и все. Правда, сейчас Карачун уже жалел, что упомянул Богдана. Раз менты что-то мутят с показаниями свидетелей, значит, дело пахнет керосином. Да еще и против Князева открыли уголовку.

Выйдя из офиса и поставив его на сигнализацию, директор «Викинга» спустился в лифте в подземный паркинг офисного центра. Сел в джип, повернул ключ в замке зажигания, включил радио. И тут внезапно на заднем сиденье послышался шорох. Не успел Карачун опомниться и как-нибудь среагировать, как неизвестный в черной балаклаве и в перчатках одной рукой сильно сжал его горло, а другой приставил к виску дуло пистолета с глушителем.

– Тихо, дядя, не надо кричать, хуже будет! Не рыпайся, если хочешь остаться в живых, – раздался сзади голос. – Медленно подними руки и положи их на руль. Да, и не косись в зеркало, смотри вперед. Малейшее резкое движение – и я тебе мозги вышибу!

Карачун послушно выполнил требования неизвестного. Хозяина охранного агентства держат под прицелом – вот это да! Влип так влип. Валерий Петрович принялся лихорадочно соображать, кто бы это мог организовать. Банальные грабители? Бандиты? Конкуренты? Или, может, недовольные клиенты? Но таких на его памяти нет – все всегда оставались довольны оказанными услугами.

– Слушай сюда, – продолжил неизвестный. – Я много чего про тебя знаю. Например, что фирма твоя не так уж чиста перед законом. Если проверка покопается, то всплывет столько нарушений, что придется прикрыть твой бизнес. Да и офис свой ты получил не совсем законно. Это во-первых. А во-вторых, интересно, знает ли твоя любимая жена-красавица, что ходишь от нее налево? Что у тебя две любовницы, которым периодически делаешь дорогие подарки, ездишь с ними в «командировки»? Думаю, ее эта информация очень расстроит.

– Сука, – со злостью прошипел Карачун.

– Эй-эй, потише. Давай обойдемся без оскорблений, – неизвестный сильнее сжал горло хозяина «Викинга». – Я просто хотел тебе показать, что мне много чего известно. По этому поводу у меня есть предложение. Хочешь, чтобы никто об этих фактах не узнал?

– Конечно, – ответил Карачун и на долю секунды бросил взгляд в зеркало заднего вида. В салоне из-за тонированных стекол было темно, поэтому он не смог рассмотреть ничего, кроме расплывчатого силуэта шантажиста.

– Тогда ответь мне на один очень простой вопрос. Мы тут ищем одного вашего сотрудника. Мужик средних лет, спортивного телосложения, зовут Богдан Князев. Где он сейчас находится?

– А зачем он вам нужен?

Карачун окончательно убедился, что Богдан крупно влип и ему очень отчетливо светит в скором времени отправиться следом за Выгодиным на тот свет.

– Не твое дело. Так я жду ответа на поставленный вопрос…

– Да черт знает, где он сейчас может быть. Но точно далеко отсюда. Я ему в качестве поощрения за хорошую работу недавно вручил турпутевку в Испанию. Видимо, шляется сейчас по Барселоне. Либо туристок цепляет на пляже.

– Мужик, я вижу, ты не понимаешь, насколько серьезно ты влип, – неизвестный взвел курок пистолета и еще сильнее прижал ствол к виску Карачуна. – Еще один подобный неправильный ответ – и ты больше не жилец на этом свете. Мы знаем, что этот Князев в стране, у него подписка о невыезде.

– Ну тогда ищите на квартире. Вы же, я так понимаю, профессионалы.

– Этот вариант не подходит. На квартире его нет. Да и времени нет, дожидаться возвращения. Знаешь, ты вот что – разыщи его по своим каналам. Уверен, ты знаешь про него многое. Ведь в охранное агентство лишь бы кого не берут, кандидатуру изучают со всех сторон.

– Ладно, ладно, – наконец сдался Карачун. – Звонил он мне сегодня. Кажется, я знаю, где его можно будет найти. На похоронах убитого друга. Он их ни за что не сможет пропустить.

– А может, лучше позвони ему сейчас и договорись о встрече?

– Я, конечно, могу. Но он может заподозрить что-то неладное – надобности во встрече нет никакой. И тогда вы его упустите, а я получу лишние проблемы.

– Ну смотри. Тебе виднее. Однако учти, что ты у нас постоянно под наблюдением.

– Кстати, а кто это «мы»? – простодушно спросил Карачун.

– Ну, Валерий Павлович, ведь взрослый человек, а такой детский вопрос задаете? Вы же понимаете, что ответ на него не получите.

– Конечно, понимаю. Но попытаться стоило, – ухмыльнулся в темноту Карачун.

– Ближе к делу. Где и когда похороны? – сухо спросил неизвестный.

– Откуда я знаю? Нужно будет позвонить Богдану, узнать.

– Ну тогда звони! Чего ждешь?

Валерий Павлович взял с приборной панели мобильник и набрал номер Князева. Телефон не отвечал. Пришлось звонить родным погибшего. Узнав все необходимое, он попрощался, положил трубку и повторил неизвестному ответ – где и когда хоронят.

– Вот видишь, а говорил не знаю, где его найти. Пистолет у виска – лучший друг и помощник человека. На этом оставляю вас в покое. – Неизвестный открыл заднюю дверцу. – И не вздумайте доставать из-за пазухи пистолет, пытаться меня догнать и прочие глупости – я здесь, на стоянке, не один.

– Пока, – вздохнув, ответил Карачун.

– Надеюсь, что информация подтвердится.

– Да я же при вас звонил.

– Надеюсь, больше не увидимся. – Незнакомец вышел из машины и вскоре исчез за дверями служебного выхода.

Карачун опустил голову и уперся лбом в руль. Облегченно выдохнув, он завел двигатель, джип тронулся с места и медленно покатил к выезду.

* * *

Внутреннее чутье подсказывало Князеву, что где-то поблизости дачного домика Выгодина кто-то есть. Нагнувшись, он поднял одно из поленьев, лежащих в углу комнаты. Прислонившись спиной к стене, затаил дыхание и услышал снаружи, на улице, еле слышный звук шагов. Входная дверь медленно открылась, и в прихожую вошел какой-то мужчина. Богдан следил за ним через узкую щель в дверном проеме между комнатой и прихожей. На пороге дома был четко виден силуэт незнакомца с топором в руке. Правда, лицо рассмотреть было невозможно. Мужчина не спеша зашел внутрь, наткнулся на стоявший сбоку буфет. Пошарил рукой в поисках выключателя, видимо, не нашел. Достав из кармана фонарик, он нагнулся и, подсвечивая им, принялся рыться в выдвижных ящиках. Князев решил действовать. Расстояние между ними было всего-то метра два. Он осторожно сделал шаг, чтобы приблизиться к незнакомцу. Однако за мгновение до того, как Богдан собрался ударить гостя поленом по голове, под ногой предательски треснула щепка. Незнакомец молниеносно схватил лежавший на столешнице топор, развернулся и замахнулся. Князев ловко увернулся от удара и отработанным приемом рукопашного боя сбил противника с ног. Тот с грохотом упал, ударился головой о деревянную табуретку и выронил топор из рук. Богдан тут же навалился на него сверху и собирался уже с силой вмазать кулаком в переносицу, но незнакомец откатился в сторону. Быстро поднявшись, он прыгнул на Князева. Они оба упали на дощатый пол и начали кататься по нему, натыкаясь на мебель и матерясь. В какой-то момент незнакомец оказался сверху на Богдане. Он сделал несколько мощных ударов по корпусу и голове. Казалось, что победитель схватки уже определен. Но Князев, понимая, что на кону стоит его жизнь, собрал все силы и, улучив момент, нанес незнакомцу удар по почке. После этого сбросил его с себя и, отскочив в сторону, снова оказался у буфета. Рядом на полу лежал включенный фонарик. Богдан схватил его и посветил в лицо стоявшему в нескольких метрах от него незнакомцу. Мужчина стоял и щурился от бившего в глаза яркого света. Его лицо показалось очень знакомым.

– Погоди, я тебя знаю. – Он нащупал на стене выключатель, щелкнул, и прихожую залил свет висевшей под потолком лампочки без абажура.

Оба инстинктивно зажмурились и прикрыли глаза ладонью. Потом изучающе осмотрели друг друга.

– Я тоже где-то тебя видел, – настороженно щурясь, произнес незнакомец.

Князев напряг память и вспомнил. Это был тот капитан, у которого они с покойным Выгодиным принимали в войсковой части груз, предназначенный для «Геотехнологий». Старый друг Выгодина.

– Это ты нам ящики отгружал в части, когда мы с Петрухой туда приезжали. Стоять! Мордой к стене, руки держи на виду. – Богдан угрожающе замахнулся фонариком в ответ на движение капитана.

– Эй, друг, ты чего? – удивленно спросил тот, не спеша выполнять команды Князева. На лице была написана обида.

– Друг мой в морге лежит. А вот кто ты – сейчас выяснять будем. Руки вверх, говорю. Как звать, что делаешь тут на ночь глядя?

– Вот блин! На похороны друга Петра приехал, служили мы вместе. Звать Геннадий Солоухин, что капитан, ты и так знаешь. Все. Паспорт показать, чтоб ты совсем успокоился?

Князев ногой отшвырнул топор, лежащий между ними и ответил:

– На кой мне паспорт? Лучше скажи, как ты здесь оказался, – про эту дачу мало кто знает.

Капитан с угрюмым видом прислонился к стене и заявил:

– А чего это я да я говорю? Ты-то кто Петьке будешь? Устроил тут допрос, как в гестапо, так имей смелость назваться. Тогда расскажу.

– Я Богдан Князев, работал вместе с Выгодиным в охранном агентстве. Еще раньше служил с ним, – устало сказал Богдан. – Ключ он забыл в кармане куртки, которую мне одолжил. А отдать я уже не успел. Твоя очередь.

– Долго рассказывать. Мы, когда увиделись в части, начали перезваниваться почти каждый день. Он опять в часть приезжал. Потом Петька в гости пригласил. Заезжай, мол, посидим, выпьем на природе, поговорим за жизнь. Душевный мужик был, открытый. Я собрался уже, расписание сфоткал, думаю, когда удобней поехать, чтобы дома был. А Петька звонит и говорит, мол, приезжай в любое время, если меня дома не будет – ключи в дупле старой яблони. А потом узнаю, что все, поздно. У меня родных в Москве нет, думаю, заночую у друга на даче, а с утра – на похороны. А тут ты…

– Тут я. Пытаюсь разобраться, кому Выгодин дорожку перешел. Ладно, извини. Сам знаешь – лучше перебдеть, чем недобдеть. – И Князев протянул руку капитану. Тот пожал в ответ и сказал:

– Если честно, я тоже решил заглянуть сюда не только ради ночевки. Мало ли, может, Петька какие-нибудь записи оставил или еще что. Интересно ведь, что он такого нарыскал, что пулю поймал посреди белого дня? Он ведь в последние дни звонил и очень странные вещи рассказывал. Мол, и следят за ним, и узнал он важную информацию… Он тебе насчет этого ничего не говорил?

– Не успел, – с сожалением ответил Богдан. – А конкретно можешь вспомнить, что он тебе сказал? – спросил он заинтересованно.

– Конкретно? – Гена наморщил лоб и задумался. – Нет, ничего не говорил. Но могу вот что рассказать. Он дважды за последний месяц приезжал ко мне в часть, расспрашивал, какое именно оборудование мы продаем «Геотехнологиям».

– Это те ящики, что мы грузили? – уточнил Богдан.

– Да, те самые.

– И что там за оборудование?

– А хрен его знает! Ко мне приходят уже опломбированные ящики, внутрь не заглянешь.

– Как это так, продаешь сам не знаешь что.

– Моя работа маленькая – принял, сдал. Я, конечно, пытался разузнать о содержимом – Петя так напирал, так просил, что отказать было трудно. Но толку из этого не вышло никакого. Везде, где ни спрашивал, к кому из начальства ни подходил – результат нулевой. Все или настороженно смотрели, как на шпиона, и говорили, что сами не знают, или сразу же грубо посылали подальше.

– Да-а, хреново, – разочарованно произнес Князев.

– А тебе что-нибудь известно? – задал капитан встречный вопрос.

– Нет. Он мне тоже ничего не говорил. Мы как раз договорились встретиться, он должен был все рассказать. Но не успел. Правда, есть кое-что, – Богдан достал из кармана распечатанные изображения, вытянутые из памяти планшетника. – Вот, глянь.

Князев и Гена подошли к стоявшему в комнате столу, и Богдан положил перед капитаном листок с фотографией неизвестного старика.

– Знаешь его? – спросил он.

– Не знаю. Хотя лицо вроде бы знакомое. Может, встречал где-то.

– Ну соберись, попробуй вспомнить.

Капитан свел в задумчивости брови, потом начал расхаживать из стороны в сторону.

– Нет, не припоминаю.

– Может, это поможет вспомнить? – Богдан разложил перед капитаном остальные распечатки. – Вот это ты, это ворота «Геотехнологий», а здесь какие-то подземелья.

Гена внимательно рассмотрел каждое из изображений, но ничего по их поводу сказать не смог.

– Что ж, может, потом что-нибудь в памяти всплывет, – сказал Богдан и тут же предложил: – А пока давай тут прочешем все, вдруг найдем какую-нибудь зацепку.

Но их поиски не увенчались успехом. Они перерыли в доме все, каждый сантиметр. Заглянули и в погреб, и в сарай, и в дупло яблони.

– Ладно, ложимся спать, утро вечера мудренее, – предложил Гена. – Ехать в город поздно – последнюю электричку мы уже давно прозевали. А завтра еще и рано вставать, на похороны добираться.

– Точно, завтра же похороны, а я чуть не забыл из-за этой дачи.

Гена закрыл входную дверь изнутри на ключ. Не раздеваясь, мужчины улеглись на стоявшем в комнате узком топчане и от усталости почти мгновенно заснули.

* * *

Встав пораньше, Богдан с капитаном сели на одну из первых утренних электричек и вскоре уже были у дома Князева. Они договорились, что поедут на машине Богдана на похороны Выгодина вместе. Минут десять они стояли неподалеку от дома, в кустах. Осматривали окрестности.

– Кажется, все чисто, – зевая, сказал Гена. – Никто за твоим домом не следит.

– Ага. Вроде бы никого.

– По-моему, у тебя паранойя. Если бы тебя хотели грохнуть, то давно уже это сделали.

– Береженого бог бережет. Лишняя осторожность никогда не помешает. Ладно, пошли.

Приведя себя в соответствующий вид, мужчины сели в старенький «Форд» и, вырулив из двора, помчались по оживленной дороге. Кладбище, где должны были хоронить их приятеля, находилось на другом конце города, на самой окраине.