Текст книги "Танец с Клинком (СИ)"

Автор книги: Кирилл Корзун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– И тебе здравствовать желаю, Леонард. Вести о твоей помолвке дошли до меня с опозданием, потому и не заглянул на ваше празднество. – неторопливо проговаривая слова, он не спускал с меня цепкого изучающего взгляда. Но руки от револьверов убрал. А нехорошее предчувствие так никуда и не исчезло.

– Ты же не поздравлять меня заявился, Айсберг?

– По делу, Леонард. Государственному. – согласно кивнул опричник, делая шаг в сторону от моего мотоцикла и открывая обзор на его сиденье, на котором лежала свёрнутая в рулон куртка от бронекомбинезона: – Знакомый предмет?

Понимание настигло практически моментально. В горле запершило от волнение, а сердце вдруг забилось чаще и громче, бухающим барабаном отзываясь в висках и ушах.

– Стандартный БК. Сам таким пользуюсь. – с трудом возобладав над голосом, ответил я. – Тебя интересует что-то конкретное?

– В этой куртке прилагаются нашивки наёмного отряда "Сибирский Вьюн". Командирские нашивки… – со значением произнёс Аскольд. – Она проходит как вещественное доказательство по уголовному делу. Я должен задать тебе несколько вопросов, но счёл возможным сделать небольшое исключение из правил и поэтому приехал к тебе сам.

– Это моя куртка, Аскольд.

Опричник вздрогнул и заметно изменился в лице. Печаль, отразившаяся в его глазах на краткие мгновения, сменилась безразличием арктического льда.

– И да свершится что должно… – отчётливо произнёс он, встряхнув головой и за считанные секунды вынимая револьверы из-за пояса, – Именем Императора! Леонард Хаттори, вы обвиняетесь…

Глава 9 Новая партия в го

* * *

У Поднебесной Империи сразу два сердца. Одно из них – Запретный Город – гигантский дворцовый комплекс, оплот Светлоликого Императора Ижчу, чья власть простирается не только на огромную страну, но и на её многочисленных уроженцев, расселившихся по всему миру. Истинная столица Китая. А второе… Вторым сердцем Поднебесной в стал Гонконг.

И стал им по праву.

Нейтральная территория, международная торговая зона, многомиллионный и сверхсовременный город, попирающий множество традиций одним фактом своего существования. Место, где неограниченное влияние аристократических кланов и государственного аппарата вдруг обретало строгие рамки и более не притесняло, а даровало свободы. Вотчина Тёмных Кланов Китая…

– Во имя гармонии Земли, Человека и Неба, первый принц клана Луэн! – вежливо и холодно улыбаясь, шо хай¹ клана Фуисин приложила раскрытую правую ладонь к левой, сжатой в кулак, и глубоко поклонилась. – Лун тао² готов принять Вас. Прошу следовать за мной.

Дэй-младший сдержанным кивком ответил на приветствие "сандаловой палочки" и, поддавшись порыву любопытства, позволил себе на несколько мимолётных мгновений благодушного созерцания.

Невысокая, обманчиво хрупкая, грациозная. Порочные очертания женской фигуры, подчёркнутые стильным деловым костюмом, удостоились отдельного внимания, но по-настоящему его заинтересовали глаза почтительно замершей перед ним китаянки. В них Дэй-младший отыскал заинтересованность и открытое предложение – женщина, ничуть не стесняясь, оценила стоявшего перед ней мужчину и одним взглядом выразила полное согласие на любое его предложение. Даже самое непристойное.

"Красный Дракон" едва заметно дёрнул уголком рта, изобразив слабую тень улыбки, и медленно смежил веки в знак согласия. Тактика Фуисин ему начинала нравиться.

Следуя за провожатой, принц клана Луэн получил полное представление о спине и ягодицах прекрасной соблазнительницы, подобрав с десяток поэтических эпитетов и не набросав в голове не менее шести строф зарождающейся в нём баллады. Всё должно проходить по правилам. Традиции неумолимы, раз его встречает первая дочь главы клана Фуисин.

– Где-то уже такое было… – хмыкнул он, припоминая мелкую сучку Во Шин Во, посмевшую использовать его в собственных интригах, – Эта сразу метит на место рядом со мной. Что им нужно?

Ответить на эти вопросы мог лишь заказчик.

Вопреки ожиданиям гостя, встреча происходила в полностью традиционном кабинете – шёлк и дерево – стиль Запретного Города, которого официально придерживались все сторонники Императора. Луэн не ожидал, что скромные контрабандисты окажутся ярыми последователями власти. Впрочем, жуликам комфортно везде.

– Лун Тао клана Фуисин, старейшина Джианджи, – представив хозяина кабинета, шо хай с достоинством раскланялась с мужчинами и отступила на пару шагов назад, к самым дверям: – Прошу располагать мной в качестве советника, господа. При любом затруднении…

Дэй-младший с удовольствием раскланялся с девушкой, обменявшись говорящими взглядами, и, церемонно склонив голову, представился:

– Дэй, "Красный Дракон" клана Луэн. Младший глава правящей ветви.

– Мы ждали именно тебя, сын Дэя. Истинного наследника своего отца-Громовержца! – торжественно произнёс моложавый старик в классическом шёлковом танчжуане и скромных просторных брюках, восседающий на невысоком помосте. На мгновение мелькнули босые ступни – Мастер Клана плавно изменил позу и спустя всего мгновение, уверенно встал на ноги, демонстрируя скорость и ловкость молодого юноши. Спустившись с подиума, старейшина снизошёл к гостю и остановился прямо перед ним.

– Весть о возвращении "Красного Дракона" вновь внушила нам надежды на скорое разрешение одного важного дела. Взаимовыгодного для всех участвующих сторон и осуществляемого по договорённости.

– О чём пойдёт речь?

– До нас дошли вести о Вашей последней миссии. Леонард Хаттори, единственный в мире самурай-эмигрант и волею случая Хан Забайкальский.

Дэй-младший слегка поморщился, давая понять, что не стоит развивать неприятную ему тему.

– Судьба непредсказуема. Территории моего Клана граничат с Забайкальским ханством, но подданные вашего врага всячески препятствуют организации канала сбыта и появлению регулярных лазеек в своих рубежах. – размеренно продолжал Старейшина, искусно выделяя самые важные моменты интонациями поставленного властного голоса. – И дабы избежать непонимания, мы покажем яркий пример противодействия местных туземцев. Сюин, будь любезна, организуй всё для просмотра. Мастер Дэй, прошу, устраивайтесь поудобнее.

Рука Джианджи недвусмысленно указывала на выложенный из циновок мягкий уголок, направленный строго на противоположную стену кабинета с белым прямоугольником бумажного экрана. Выехавший из потолка проектор бодро пиликнул, оповещая всех о начале сеанса, свет к кабинете плавно угасал, пока зрители не заняли свои места. Устроившись в импровизированном и неожиданно мягком кресле, Дэй ни капли не удивился, когда на правом подлокотнике очутилась тонкая девичья рука. Заполучив желанное случайное прикосновение, рука исчезла, а флирт с наследницей клана Фуисин перешёл на новый уровень. Представление шло полным ходом.

Белый экран подернулся рябью помех. Со всех сторон навалилось чужое дыхание – гулкое и довольно тяжёлое. Проступившие на бумаге сугробы и присыпанные снегом деревья визуально пахнули вымораживающим душу холодом. Там где проводились съёмки, безраздельно царствовали зима и лес.

Изображение подрагивало. Камера, установленная в такт-шлеме лёгкого разведывательного комплекса, имела приличное разрение и отлично передавала мелкие детали, вплоть до отпечатков звериных лап на насте.

– Форма следов позволяет безошибочно определить принадлежность. Но вот размер и глубина… Подобные существа уже несколько раз попадали в поле зрения подразделений клана. К сожалению, все попытки зафиксировать их существование обернулись неудачей. Это не волки, а какие-то демоны. Размером с небольшого чёрного медведя и скоростью рыси. – прозвучало из уст оператора. – Вот что осталось от нашего головного дозора…

Полудюжина живописно разделанных трупов серией кровавых мазков передала значительно больше, чем мог рассказать этот человек. На его долю остались разве что детали.

– Дозор полностью состоял из Ветеранов. Боевую звезду уничтожили в течении примерно двадцати секунд. В телах… – снимающий подошёл ближе, фиксируя древко стрелы торчащее из переносицы ближайшего трупа. Ветерок ласково трепал оперение. Взявшись за древко, боец без ожидаемых приготовлений просто потянул за него, с лёгкостью вытаскивая из раны. – …обломки вулканического стекла позволяют утверждать, что материалом для наконечников служит обсидиан. Пока что есть лишь одно логичное объяснение подобных смертельных ранений – использование дикарями блокиратора. К сожалению, это обьяснение неспособно пролить свет на тот странный факт, что современные МПД можно пробить стрелой с каменным наконечником.

Дэй усмехнулся. Он уже не сомневался, что самое интересное в этом видео ещё только впереди. И не ошибся.

Ракурс вновь изменился. Позади что-то свистнуло, а частота отряда сопровождения сотряслась от крика – истошного порождения животного ужаса и смерти. Боец с камерой резко развернулся и замер. Перед ним, словив уже знакомую стрелу в бронированный висок, неловко завалился на бок боец охранения. Новый рывок оператора показал незавидную участь оставшегося подразделения – крупные косматые хищники ожесточённо грызли металлические фигуры бойцов, с лёгкостью выхватывая челюстями куски высокотехнологичной брони вместе с горячей, пульсирующей кровью. Кровавый пар, поднимавшийся от заледенелой поляны и заливистый волчий вой пробрали зрителя до души. Дэй рефлекторно активировал "доспех духа" и только после этого спохватился. Кровь, бьющая из тел алыми струями, будто выписывала на снегу размашистые иероглифы смерти и ужаса.

Оператор резко развернулся и шустро побежал в глубину леса. Мчащиеся навстречу инеистые стволы деревьев сливались в мутную линию, тяжёлое дыхание убегающего задавало ритм, но сугробы безжалостно гасили порыв бойца. Он завяз всего через пару сотен метров – угодил в заполненную снегом расселину и, не отыскав под ногами прочной опоры, начал тонуть. Оператор проявил недюжинную волю к жизни и вынырнул на твердый берег спустя всего пару минут активных барахтаний, без сил завалившись набок. Не помогали даже завышенные физические показатели экзоскелета. Боец скорчился в позе эмбриона. Датчик сердцебиения в углу экрана зашкаливал, сигнализируя мерцающими красными показателями, отрывистое дыхание становилось всё тише. Но оператор всё же оправился.

– Стимуляторы творят чудеса, – мёртвым и безжизненным голосом произнес боец, оглядываясь ближайшие кусты. – Меня кто-нибудь слышит?! Помогите! Это не волки! Это демоны!!!

Припорошенные снегом заросли задрожали. В кадре мелькнул автоматный ствол. В кабинете главы клана Фуисин оглушительно прострекотала очередь из Калашникова. Расстреляв подозрительные кусты, боец начал обходить их по кругу взбираясь на небольшой холмик позади них. Когда до желанной точки обозрения осталось буквально пару метров, оператора отвклекла неясная тень, мелькнувшая слево. Продолжая двигаться в прежнем направлении, оператор завернул голову аж за плечо. И наткнулся взглядом на неподвижно застывшего огромного волка. Размеры мускулистого хищника впечатляли. Оператор не преувеличивал – тварь походила скорее на небольшого медведя. Солнечные блики отразились от блеснувших в алой пасти клыков…

Зверь прыгнул.

Запись оборвалась. Потемневший экран вновь подернулся рябью, но оператор продолжал кричать. Живучий организм Одарённого сопротивлялся до последнего, не взирая на то, что его прямом смысле разрывают на куски.

Запись окончилась. Лицо "Красного Дракона" выражало искренние любопытство и заинтересованность. Сменив позу на более комфортную, наёмник отыскал взглядом главу клана Фуисин и признался:

– Впечатляет. И порождает массу вопросов.

– Если Вы, ради наших интересов, вторгнетесь на территорию племён и проредите количество туземцев, хан Забайкальский неминуемо навестит атакованную вотчину. Война – наиболее простой способ достать врага из самого глубокого подполья.

Объяснения Мастера Джианджи импонировали Луэну своей стройностью и последовательностью. Наёмник заинтересовано закивал, призывая собеседника продолжать.

– Так же клан выделит часть своих сил для формирования карательного корпуса. Сыны Фуисин приготовят отряду хана Забайкальского достойную встречу.

– Мне нужно больше информации. – лаконично ответил Мастер Молний, несмотря на соблазнительность последнего дополнения. – Даю предварительное согласие на контракт. Приложу Печать после полного ознакомления с ситуацией.

Но "Красный Дракон" уже был согласен. Обойти запрет отца не напрямую, а косвенно, и только благодаря хитросплетению человеческих судеб? Это был подарок небес и Дэй не собирался его упускать. Драконам всегда чертовски везёт в жизни. Это же качество, как магнит, притягивает различного рода неприятности. Но об этом наследник Луэн предпочитал не задумываться – плохая примета…

– Сюин, доченька, я поручаю тебе выполнить пожелания господина Дэя. – понимающе улыбнулся Старейшина. – Я оставлю Вас на некоторое время. Советник окажет Вам любую помощь. Прошу прощения, но дела Клана требуют моего немедленного внимания. До встречи, господин Луэн. Передавайте мой поклон Вашему отцу…

* * *

Мудрость предков неоспорима – на их стороне неизменно оказывается обширный жизненный опыт, дальновидность, умение обладать собой и множество прочих преимуществ, что свойственны лишь тем, кто давным-давно избавился от самого временного из всех недостатков: молодости. И, между тем, старшее поколение не лишено и собственных недостатков.

Старики очень любят нудеть.

– Путь Воина подобен скользкой тропе под ногами усталого путника. Один неверный шаг грозит обернуться падением в придорожную канаву, полную грязи и сточных вод. Выбраться из неё удается многим. Смыть грязь способен далеко не каждый! – патетично вещал Хаттори Хандзо, расхаживая по камере заключения, на удивление обставленной в скромном японском стиле. Разве что татами по неясной причине присутствовали даже на стенах и потолке. – Быть схваченным, словно преступник! Имя Рода Хаттори отныне покрыто несмываемым позором!

Проекция дедушки в очередной раз застыла в пафосной позе, устремив на меня полный порицания взгляд. Во всяком случае, именно так мне казалось – я всё столь же невозмутимо сидел в позе лотоса и не обращал на реальный мир практически никакого внимания. Даже глаза закрыл. Но и посредством пограничного состояния разума мне не удалось избавиться от нотаций ворчливого старика.

– А здесь неплохо. Тишины только не хватает. – мысленно процедил я сквозь зубы, плавно вынырнув из тягучего транса и с наслаждением потянулся. – И груз вины больше не давит. Особенно после допроса…

Дедушка Хандзо укоризненно покачал головой:

– Твоя вина в смерти этих людей косвенна, но неоспорима! Нельзя заключать договор с тёмными духами и демонами!

Обвиняющий перст коснулся моего лба и спустя всего мгновение голову сотряс мощный щелбан.

– Деда! На нас смотрят! Я же тебе объяснял про видеокамеры!

Мой протестующий мысленный вопль остался без ответа. Дух насмешливо повторил экзекуцию, зная, что я буду стараться не реагировать на экзекуцию и могу только возмущённо вопить. Старая сво…

– Ты очень громко думаешь, внук! За непочтительность у старшим будет отдельное наказание! – очередной щелбан сотряс черепную коробку, неприкрытую защитой из-за вложенного в стену камеры блокиратора. – Неслыханное везение, что эти ваши опричники ничего не смыслят в искусстве добывания истины! Неслыханное!

Вновь прикрыв глаза и стоически вытерпев ещё один щелбан, я, больше по привычке, вновь безуспешно попытался прикоснуться к бахиру. Энергия, пронизывающая пространство мира, не отзывалась на манипуляции воли – поле рассеивания бахира артефактом Древних составляло круг не менее двадцати метров в диаметре. Тело постыдно жаловалось на непривычную слабость. Дед напомнил о допросе, прошедшем сразу после задержания, не просто так – никто из нас не ожидал, что…

– Инъекция? Разве это законно? – мой вопрос одиноко повис в воздухе и растаял. Вооруженный шприцом Аскольд даже бровью не повёл и, завершив набор жидкости из ампулы, требовательно указал на мою руку.

– И не подумаю. Список вопросов и клятву Силой, что вы не выйдете за пределы оглашенного перечня. – отрицательно покачав головой, я попытался отодвинуться, но причиненный к бетону стул воспротивился и потестующе застонал.

Но само движение, сложенные на груди руки и взгляд исподлобья произвели достаточное впечатление. И оно вызвало странную реакцию. Напарник Аскольда возмущённо подпрыгнул на месте и заорал:

– Берега попутал, высокородный?! Ты нарушил Закон! С этого момента забудь о своих правах аристократа!

Аскольд нервно дёрнул уголком рта и на плечи немедленно навалилась тяжесть активированного блокиратора. И без того давившие стены допросной комнаты Опричного Приказа усилили хватку. Укоризненно покачав головой, я поймал настороженный взгляд Аскольда и сказал:

– Если бы хотел взять с него виру за необдуманные слова, не помогли бы и крайние меры.

В доказательство слов последовал глухой звон разорванных наручников – разогнанный по методике даосов, организм успешно воспротивился действию блокиратора и напитанные бахиром мышцы с лёгкостью преодолели сопротивление закаленной стали. Подняв руки, я демонстративно развёл их в стороны.

– Его череп станет прекрасным украшением на поясе моего МПД, если парень не научится держать язык за зубами.

– Еремей! – рявкнул шериф Сибирска, пересекая его следующий возмущенный вопль. – Захлопни пасть! И подготовь список вопросов для хана Забайкальского.

– Да что нам до его секретов? Он вообще последний из рода Хаттори. Все тайны сгинут с ним после казни! – продолжил упорствовать напарник опричника, поглаживая рукоятку кнута, торчавшую из-за широкого ремня, опоясывающего форменный тёмно-зеленый кафтан.

– Уже не последний. – тихо прошептал я, вспомнив размеренную пульсацию зарождающейся жизни в животе Алексы.

Аскольд удивлённо вскинул брови и, увидев как я согласно кивнул, широко улыбнулся:

– И когда вы всё успеваете, молодёжь?! Поздравляю. Семье сообщил?

– Сообщение они получат. И позаботятся о ребёнке, если со мной что-то случится. Остальное мне не так уж и важно.

– Еремей! Список! Это приказ!

Не сдержавшись, я захохотал в полный голос. Физиономия взбешённого парня, что был старше меня от силы года на четыре, походила на спелый томат, а пыхтению позавидовал бы каждый солидный ёж.

Ожидание затянулось на десяток минут.

Когда список подготовленных вопросов наконец-то лёг на стол, Аскольд уселся на стул напротив и, вытянув руку вперед, произнёс слова клятвы. Мерцающий клубок холодного тумана ярко сверкнул, подтверждая и закрепляя данное обещание, ограничив распросы опричника исключительно одной темой. А именно, происшествием в "Ратоборце". И мне пришлось выполнять свою часть договора.

"Сывороток правды" не существует. Это довольно распространённый миф среди большинства граждан мира, никоим образом не связанных с госслужбой или аристо. Все более-менее технологически развитые страны давно подобрали определённые химические составы, при этом упорно отказываясь признавать их существование. Японский вариант под названием "Психо" имел ряд особенностей и недостатков. Пройденное в детстве обучение позволяло мне не только оказывать ему сопротивление, но и при желании, использовать в своих интересах. И, поскольку мне предстояло познакомиться с русским вариантом, я примерно знал чего ожидать.

Сыворотка проскользнула в кровеносную систему расплавленным железом, обжигая стенки сосудов и пронзая мозг мириадами болезненных вспышек. Плавно утопив поршень шприца, Аскольд благодарно кивнул и, вынув иглу, приложил в месту прокола проспиртованную ватку:

– Ознакомился?

– Напомни, в чём конкретно меня обвиняют? Незаконные бои на арене или массовое убийство на территории спорткомплекса? – лениво поинтересовался я, прислушиваясь к ощущениям и внутренне улыбаясь. Инъекция не подавляла и не подчиняла, а наоборот, расслабляла и располагала к собеседнику. Подталкивала рассказать всё самому, раз уж со мной разговаривают столь приятные люди. Вот как не пойти им навстречу?

– Кхм, – как-то удивлённо кашлянул старший опричник Сибирска, – за бои, пусть и со смертельным исходом, полагается только штраф. Делом о боях будет заниматься имперская полиция. Нас же интересует исключительно виновник той бойни, что произошла в кабинете Лихачёва.

– Сыворотка уже действует? – лениво поинтересовался я, чувствуя как болезненные ощущения гаснут, а в голове проясняется и воцаряется необъяснимая лёгкость. Мысли текли неспешно и вместе с тем свободно.

Опричник согласно кивнул и демонстративно поставил на стол диктофон, утопив кнопку записи на боку продолговатого пластикового корпуса.

– Я не убивал Лихачёва и его людей…

– Подожди, мы должны оформить допрос по всем правилам… – одновременно со мной начал говорить Аскольд и, поперхнувшись словом, удивлённо распахнул глаза: – Что-о-о-о???!!! Повтори!

– Я не убивал Лихачёва и его людей. – повторный ответ прозвучал так же легко, нисколько не противясь действию сыворотки.

Не было нужды лгать. Тех людей убивал дух тёмного дракона. И поэтому, я, не стесняясь, говорил чистую правду. И вместе с тем, внаглую врал.

– А кто тогда? – ошарашенно выпалил Еремей, до того времени молчаливо стоявший у дверей в допросную.

– Дракон. Чёрный. Трёхглавый. – лаконично ответил я и вновь развёл руками. – И это не "техника". Так что не надо грязных инсинуаций…

Последняя фраза предназначалась именно Еремею и попала в цель. Парень с лязгом захлопнул челюсть и следующая реплика не прозвучала. А вот Аскольд не стал молчать.

– Так… Всё должно быть по правилам, – глухо произнёс он, хлопнув ладонью по столу, – и начнём мы со стандартного опроса.

– Согласен. Давайте уже начнём. Хочу успеть на обед. Обещали накормить "пищей революционеров". Жажду узнать что это такое.

– Представьтесь, пожалуйста. – прокашлявшись и выдержав паузу, попросил Аскольд. – С соблюдением полного титула, как и полагается.

– Кеншин, патриарх рода Хаттори, Леонард, хан Забайкальский, – заговорил я, лихорадочно чередуя свои имена и титулы и отчаянно желая остановиться. Но сыворотка брала верх. – Старший Наставник Школы Охотников на Демонов и Повелитель Анклава Теней…

Кажется, я в тот момент отчётливо уловил как неслышно рвётся целая стопка чьих-то шаблонов.

– Blyat…

Воспоминание прервалось из-за звонкого лязга. Как водится, на самом интересном месте. Повернув голову на звук, я как будто очнулся. Камеру заливал холодный свет люминесцентных ламп. Не думал, что эта иллюзия солнца начнёт раздражать меня столь скоро. Опричники упрятали меня на самый нижний этаж свой спецтюрьмы и о солнечном свете приходилось разве что мечтать.

Взгляд сам упал на маленькое горизонтальное окошко, открывшееся примерно в середине стальной двери, отделявшей меня от свободы. В образовавшемся проёме сияла жизнерадостная физиономия повара, со свисающим на лоб и глаза краем шефского колпака.

– А вот и мой единственный клиент! Хан Забайкальский! Доброго дня! Право слово, грешно радоваться задержанию Вашей Светлости. Мне даже стыдно. Но только благодаря этому стечению обстоятельств я впервые за последние полгода приготовил что-то не для себя. – вещал он приятным баритоном, попутно гремя посудой. – Сегодня я имею честь предложить Вам, милостивый хан, обед из двух блюд и праздничного десерта…

Жизнерадостный монолог повара искренне улыбнул.

– Первое блюдо! Сегодня доступен выбор из трёх наименований: суп харчо, борщ украинский, щи русские! Второе блюдо было согласовано предварительно и макароны по-флотски аль-денте под классическим соусом "болоньез" уже ожидают своей очереди…

– Дед, а ведь здесь неплохо. Тишина, покой и кормят вкусно. Может задержимся?!

* * *

Припаркованный напротив Опричного Приказа чёрный автомобиль не оставил ни малейших сомнений – меня уже ждали.

Скользкие ступеньки под ногами отзывались глухим каменным стуком. Холодное солнце приветливо коснулось лица, выглянув из-за спешно разогнанных туч. Виновник сего происшествия стоял возле громоздкого на вид Гелендвагена и укоризненно покачивал головой, пряча улыбку в уголках рта. Что вдвойне любопытно, встречающих меня было двое. И чисто технически, оба находились в одном статусе.

– Заключая помолвку, юный хан не счёл возможным предупредить родственников о грядущих неприятностях? – недовольно прогудел Теодор Бладштайнер, насупив угловатые брови и распахнул объятия: – Рад видеть, что ты выбрался из пасти "волкодавов" невредимым, сынок.

Объятия седовласого старика отличались особенной крепостью и неожиданной теплотой.

– Мы прикроем, если будем знать где и когда. Помни об этом. – шепнул он, выпуская меня из "железной" хватки и уступая место второму родственнику.

– Добавил ты нам седых волос, Леонард, – поддержав моего первого тестя веским словом, Сяолун Во Шин Во с видимым облегчением хлопнул меня по плечу, – предупреждай хотя бы! Наши дочери уже расписание составили: свидания, передачки… Не находишь, что им эта романтика ни к чему? Мы же семья!

– Прошу прощения, – повинился я, кланяясь, как и положено младшему перед старшими. Оба тестя оценили прогиб и довольно закивали, – Слишком много всего навалилось за последние дни. Этот урок не пройдёт даром. Но у меня сразу возник вопрос: девушки помирились и нашли общий язык?

– А то! – усмехнулся Теодор, переглядываясь с китайцем и указывая рукой на авто: – Поехали домой. Все разговоры там, нечего при всём честном народе лясы точить.

Согласно склонив голову, я чуть притормозил, оборачиваясь через плечо. Чужой взгляд, сверливший между лопаток, принадлежал Еремею – младший опричник картинно ткнул себя указательным пальцем в грудь, после перевёл его на глаза, добавив к нему средний и акцентируя на них внимание, и только после этого указал в мою сторону.

Равнодушно продемонстрировав провожающему средний палец, я удостоверился в правильном понимании моего посыла и умиротворенно вздохнул. Опричника перекосило, а у меня на душе почему-то полегчало.

– Леон! Не стоит дёргать тигра за усы. Тем более, если он только что упустил добычу, – позволив себе краткое замечание, Сяолун устроился за рулём, предоставив мне открывать двери на заднее сиденье самостоятельно.

– Очень странно, что тебя отпустили так скоро. – отстранённо произнёс Бладштайнер, устраиваясь на кресле рядом с Во Шин Во. – Наши контакты не сумели добыть вразумительной информации о причине твоего задержания. Алекса явно что-то знает, но молчит как воды в рот набрала. Вот мы и не в курсе, от чего тебя надо было защищать.

Пока он говорил, автомобиль глухо рыкнул и плавно двинулся. И только тогда схлынуло незамеченное ранее нервное напряжение. Откинувшись на спинку сиденья, я громко выдохнул и тут же увидел в водительском зеркале пару обеспокоенных глаз.

– Заботятся! – ворчливо проскрипел дедушка Хандзо, предпочитая не являть духовную проекцию. – Родственнички! Они хоть понимают, какая им оказана честь?!

– Благодарю за оказанную поддержку. Право, не стоило прилагать даже малейших усилий. – моя речь текла размеренно и спокойно, но лишь за счёт пустого безжизненного голоса. – Но в том, что предполагая проблемы, не поставил Вас в известность, вины не отрицаю. И ответственности не избегаю. Учитывая нашу договоренность, – фраза предназначалась только Бладштайнеру, – не смогу воспротивиться, если посчитаете её нарушенной и примените оговоренные штрафные…

– С тестем как делец заговорил?! – патетично воскликнул Теодор и шутливо всплеснул руками. – Не заберу я Алексу. Уедет, как и оговоренно. Я себе не враг. Любит она тебя, а мне жизни не даст, коли что не так сложится.

Последнее радостное известие окончательно лишило меня внутреннего стержня и, прикрыв глаза, я провалился в глубокий сон. Почти двое суток, проведённых в спецприемнике Опричного Приказа, прошли без сна. Медитации, активные тренировки во внутреннем мире, физические упражнения – всё это чередовалось допросами, коих за сорок три часа заключения произошло ровно шесть. И единственное, что на самом деле меня беспокоило после первого из них – как поступит глава рода Бладштайнер.

В день официальной помолвки мы заключили непростой договор. "Прекрасная принцесса добровольно отправлялась в заточение, до той поры, пока не разрешится от бремени." Требование Мастера Теодора подкрепляли некоторые нюансы происхождения моей невесты и нежданно-негаданно активизировавшиеся… Шереметьевы. Отдельным пунктом оговорили возможные причины для разрыва договора, согласно которому я получал полную материальную, военную и аналитическую поддержку всего рода Бладштайнер. В случае нарушения помолвка расторгалась, а юный хан Забайкальский красиво pistofall в закат, лишаясь невесты и приобретая новых врагов.

И как назло, Теодор имел полное право поступить именно по наихудшему сценарию.

На следующий день, проснувшись в, отныне и навсегда, семейном особняке рода Хаттори (дарственная за подписью князя Константина Ильича Морозова, 2 экз.), жизнь моя закономерно вернулась в рамки цейтнота. Но кадры, щедро влитые новой роднёй и вербовщиками на родине, неуклонно выравнивали деятельность организации, скромно именовавшей себя "аристократический род Хаттори". Оказанная поддержка позволила залатать дыры на этой вечно-тонущей барже, развязывая мне руки и позволяя наконец-то сосредоточиться на…

Учёбе.

– Ваша Светлость! Позвольте пасть ниц пред величием… – паясничал рыжий провокатор, нагло шарясь по моему кабинету и бесстыдно лапая экспонаты скромной коллекции антикварных часов, – …гиганта мысли и отца русского коммунизма! Нижайше прошу…

Громыхнувший выстрел из никелированного револьвера, бережно хранимого в ящике канцелярского стола, прервал словоизлияния друга на высокой пафосной ноте. На краткие секунды в особняке установилась абсолютная тишина, скупо отмеряемая синхронным тиканьем всей коллекции. Бесценные мгновения абсолютного покоя.

– Господин? – вопросительно обратилась возникшая в дверном проёме бритая налысо голова охранника. Наёмник "Вьюна" уже успел окинуть кабинет подозрительным взглядом и буравил глазами замершего на месте Алексея. – Убрать?

– Если б это можно было сделать так просто! Он и с того света вернётся, помяните моё слово! – в сердцах произнёс я, всаживая вторую пулю в бумажную мишень, приколотую к стене небрежно торчащим из стены кинжалом. Рыжему не повезло оказаться как раз на линии стрельбы и вторая за полминуты пуля просвистела мимо него в воздухе. – Свободен, боец. Благодарю за службу!

– Честь имею. – козырнул охранник, притворяя за собой дверь.

– Что за беспредел, Лео? Я не узнаю тебя в гриме! Моего друга похитили?! Верните мне того весёлого парня, немедленно! Я буду жаловаться его жене! – оправившись, Лёха немедленно пошёл в контрнаступление. И сбавил тон, увидев направленный точно меж его глаз ствол: – Тебе нельзя столько работать. Нервные клетки не восстанавливаются! Потом и с потенцией проблемы могут возникнуть…