Текст книги "Девочка, подчиняйся! Отец подруги (СИ)"

Автор книги: Кэтрин Рамс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Прохор хоть и родился в обеспеченной семье, но тоже в своё время улицу прошел, где мы и познакомились. Сейчас занимается семейным делом, где увеличил капитал в трое. Он один из тех, на кого могу рассчитывать.

Уже через полтора часа вы въезжаем в нужную деревню и я понимаю, что при мне никакого оружия нет, чтобы защититься.

Голова вообще не варит, я не могу ни о чем другом думать, кроме как о девчонке и как с ней там обращаются отморозки Маркова.

– Ты уверен, что хочешь это сделать? – спрашивает Прохор. – И правда сдалась тебе дочь Лёхи, как по мне, это лишняя обуза.

Все знают о репутации моего старого друга и Прохор мне уже сказал о том, что я не должен ввязываться в это дело.

– Когда-то мы дружили с Марковым, я много чем ему обязан.

Где-то правда.

– Да ладно, не верю я в то, что ты так просто согласился ему помочь. Бабки тебя не интересуют, так в чем дело?

Блять, он что провидец?! Либо так хорошо меня знает. Я вообще в темные дела давно не лезу, веду законопослушную жизнь.

– Ни в чем, – отвечаю с раздражением.

– Ты знаешь его дочь? – добивает следующим вопросом, который в тупик ставит. – Иначе я не знаю почему ты поехал ее вытаскивать.

Да блять, да! Я чуть не трахнул его дочь, узнал, что она в беде и полетел вытаскивать ее, потому что на самом деле чувствую вину за то, что обидел девочку, которая просто оступилась.

– Знаю, но это ничего не значит. Давай не будем об этом.

Не хочу, чтобы он додумался о том, что я чуть на неё не залез.

– Молчу. Стой, вот этот дом!

Останавливаю машину там, где он указывает и меня всего пробирает от того, что это развалина. Горящий свет и старый автомобиль, говорит мне о том, что это именно то самое место.

– Я первый пойду, если меня не будет через десять минут, ты знаешь, что делать.

Прохор хмурится и кивает, вытаскивая из кармана большой нож.

– Возьми, это мой, армейский, я всегда его с собой таскаю.

Решаю, что мне нужно его взять. Какое-никакое орудие, пусть и рядом со стволом не стоит. С голыми руками глупо идти.

– Ровно десять минут, – говорю я и выхожу из машины, где меня уже вышли встречать.

Дальше все на адреналине, как в старые добрые, я вновь ощутил себя опасным мужиком, которого слушаются и боятся. Я снова стал тем самым Лютым, которого обходили такие уроды стороной в ужасе.

Их было всего трое, все без оружия, что дало мне шанс ее забрать. Денег затребовали больше, но я-то знаю, что на подобное нельзя вестись.

Никакой слабины давать нельзя, поэтому напал на их главаря, пригрозил и они отдали мне запуганную девчонку, которая на себя не похожа была.

Грязная, на лице синяки и ссадины, словно по щекам лупили, губы в кровь покусаны, а под глазами огромные синяки. Сильно похудевшая судя по впалым скулам, взгляд потухший, затравленный.

Меня это только сильнее разозлило, но я знал, что ее нужно поскорее увозить.

Идти она не смогла и пришлось ее на руки взять. Удивился тому насколько она лёгкая, килограмм сорок, не больше.

Смотрю на ее лицо и вижу, как закатываются ее красивые глаза.

Что с ней там делали?! Вернуться бы и поубивать всех нахуй!

С ними потом ещё решу, найти не проблема будет, каждого за задницу возьмут, да по тюрячкам посадят, связи у меня имеются.

Всего изнутри трясти начиняет, а дыхание учащается.

Не понимаю, что происходит со мной, словно на руках не чужая девчонка, а моя собственная дочь или же любимая женщина. Кровь вскипает, а ярость, что давно во мне дремала, просыпается с новой силой.

– Что с ней? – спрашивает Прохор, открывая заднюю дверь автомобиля.

Укладываю ее на сидение, снимаю с себя пиджак и накидываю на неё, словно одеяло.

– Вырубилась походу, поехали отсюда, пока они я не натворил ошибок.

Всю дорогу до города мы молчим, пока девчонка лежит сзади и не двигается даже, словно и не дышит.

Бедняжка.

Молодая девушка не должна переживать такой стресс. Вообще ввязывать в дела баб это всегда было низко, даже в криминальном мире.

– Что делать с ней будешь? – спрашивает друг тихо, бросая в ее сторону взгляд. – Она ничего такая, зелёненькая совсем, как я и люблю. Восемнадцать же есть?

Крепче руль сжимаю, до ощутимой боли в ладонях.

О чем он только думает?! О сексе? С моей…

Стоп. Она никакая не моя, никогда не была и не будет. Просто меня возмущает, что он ее разглядывает мужским взглядом в такой-то ситуации.

– Тебе бы давно нужно определиться с нормальной женщиной в свои тридцать пять, а не на малолеток поглядывать, – произношу взбудораженно, не в силах взять себя в руки.

– Слав, вырубай праведника. Или ты сам на неё глаз положил?

Вопрос, который заставляет меня ощутить жар во всем теле.

Я ее хочу, сомнений нет, ей не понадобилось много сил, чтобы меня соблазнить и я все ещё помню ее пухлые губы на своём члене. Но этого мне чертовски мало, словно меня подразнили и отказали.

Мне секс нужен. Срочно. Иначе уже крыша едет.

– Минаев, ты сейчас договоришься. Она ровесница моей дочери, меня такие не интересуют.

Останавливаю машину у его дома, специально не смотрю в его сторону, чтобы он не понял, что меня вся эта ситуация полностью выбила.

– Ладно тебе, не заводись, главное, что все хорошо прошло. Ты если проблемы ещё будут, звони.

Киваю и как только он выходит из машины, трогаюсь с места, набираю большую скорость.

Курю одну за одной. Десятки раз смотрю в зеркало заднего вида, проверяя как там Мирослава и вскоре девчонка все же открывает свои заплаканные глаза, в которых я вижу неподдельное страдание.

Глава 16

Глава 16

Внутри что-то неприятно так сжимается, жалко эту дурочку, которая попала под разборки своего непутевого отца. Я бы никогда так со своей не поступил.

– Проснулась? – спрашиваю, подмечая, что она вздрогнула.

– Да… – очень тихо отвечает.

По сторонам смотрит, приподнимается и сильнее зарывается в мой пиджак.

Да, вид у неё потрепанный. Сколько она там дней провела? Дня три не меньше.

– Как ты себя чувствуешь?

Меня не должно это интересовать. Я ее вытащил, это самое главное. Это во мне видимо что-то отцовское к ней просыпается.

Надеюсь, что не какие-то чувства из-за одной ночи, которую я не могу выкинуть из головы.

– У вас есть попить? В горле сильно пересохло…

Воды у меня никакой нет, поэтому я еду до ближайшей заправки.

– Подожди пять минут, – говорю ей и выхожу из машины.

Решаю вместе с водой взять несколько булок и конфет, уж слишком она выглядит изможденной, словно ее совсем там не кормили, что вполне могло быть.

Возвращаюсь в машину и передаю девушке покупки, которые она со смущенным видом принимает.

– Спасибо вам.

Начинает пить и лопать все сразу, что дает мне понять, что ее и правда не кормили.

Уроды блять. Вернуться и всем головы пооткручивать. Как так можно издеваться над женщиной? Повезло, что ещё не изнасиловали, странно, что до этого не дошло.

– Ты сознание потеряла или мне показалось? – спрашиваю, когда она заканчивает доедать последнюю шоколадку, запивая все это водой.

– У меня голова болит и не проходит… – несмело признается и я понимаю, что это не совсем хорошо. – А куда мы едем?

– Тебя били? Трогали?

Волнение перемешивается со злостью, которую невозможно контролировать, даже зубы скрипят.

– Били, – признается, но в зеркало заднего вида не смотрит. – Не трогали так как вы думаете.

– Тогда в больницу поедем, пусть тебя там осмотрят, скорее всего сотрясение мозга, это может быть очень опасно.

У самого было не меньше пяти, помню эти головные дикие боли, которые перешли в хронические. Лечи не лечи, бесполезно, только алкоголь их ослабляет.

– Спасибо вам, Вячеслав Григорьевич, но отвезите меня пожалуйста домой, я дальше сама справлюсь.

Справится она, как же! Без меня теперь ей не жить. Мне ещё предстоит узнать сколько врагов завёл ее отец и кому ещё должен. Я уже ввязался в это дело, а значит пойду до конца, пока он не найдёт ей нового защитника.

– Я отвезу тебя в больницу, – отвечаю категорично и надеюсь, что по голосу поняла, что со мной лучше не спорить.

– Мне нужно домой, я хочу сначала хотя бы принять душ… – ее голос вздрагивает.

Тяжело вздыхаю. Усталость накрывает.

Сейчас бы самому принять душ и в постель, с вкусно пахнущей женщиной, прижать ее к себе и крепко заснуть. Мирослава бы подошла на эту роль, хотя что-то внутри меня все ещё бунтует против.

Уж слишком молодая, разница двадцать лет! Я уже две ее жизни прожил. И вряд ли она уже захочет со мной лечь.

– Мира, послушай меня внимательно, это важно, – говорю спокойно, чтобы она лучше могла принимать информацию. – Так получилось, что мы с твоим отцом старые знакомые, это он попросил меня тебя вытащить.

– Спасибо вам, но… – перебивает меня, тем самым раздражая.

– Я не договорил. Пока твой отец не решит свои проблемы, ты будешь находиться рядом со мной, сейчас я отвезу тебя в больницу, там тебя осмотрят, подлечат, а потом я отвезу тебя к себе.

Думаю жена не против будет, Кристина тем более, это же ее подруга. Но вот что мне самому делать? Как реагировать на нахождение девчонки в своем доме?

Нужно просто ее не замечать, что вполне возможно, меня по сути и дома нет, приезжаю поздно вечером.

– Что? Почему? Зачем? – вопросы с возмущением, словно это зависело от меня.

– Будешь жить в моем доме, пока твой отец не найдёт мужика, который тебя защитит. Так он сказал, это не мое желание с тобой возиться.

Догадываюсь, что он хочет ее спихнуть, чтобы проблем меньше было, но это не мое дело. Я согласился помочь на первое время, дальше мне плевать на то, что с ней будет.

– Что вы такое говорите? Мне не нужен никакой защитник! Отвезите меня домой! И не нужно со мной возиться!

Резко останавливаю машину прямо на дороге, разворачиваюсь к ней лицом, вижу, что она сжимается от моего взгляда, которого многие опасаются.

– Девочка, будешь истерики мне устраивать, вместо больницы, я отвезу тебя на квартиру и закрою там на замок денька так на три, – бросаю вполне выполнимую угрозу. Вариант хороший, но оставаться с ней наедине это хреновая идея. – Ты теперь слушаешь и делаешь то, что я тебе говорю, в противном случае, я не буду с тобой церемониться.

– Вы не имеете никакого права со мной так обращаться… – шепчет она.

Явно побаивается меня, но продолжает перечить. Удивительно. Обычно все с первого раза меня понимают.

– Мира, вот скажи тебе жить надоело? – решаю сыграть на страхе.

– Нет, – дергает головой и поднимет на меня заплаканные глаза. – О чем вы вообще говорите? Почему я должна жить с вами? Слушаться вас? Вы мне никто и я взрослая девушка.

Взрослая она. Смешно! Ребёнок ребёнком.

Другая бы благодарна была за такую защиту, а эта вообще головой не думает. Видимо чисто из-за принципа не хочет, чтобы ее именно я защищал. Только вот ее мнения никто здесь не спрашивает.

– Твой отец непростой человек, у него врагов больше чем знакомых, ты даже не представляешь каким людям он дорогу переходил. Те пацаны, которые тебя похитили покажутся добрыми ребятами, по сравнению с настоящими бандитами, которые реально для начала тебе пальцы отрежут, потом изнасилуют во все дырки. Ты этого хочешь?

Мои слова ее напугали. Весь румянец, который только начал появляться в момент исчезает, лицо снова сильно бледнеет.

– Зачем вы это все мне говорите? – спрашивает с дрожью в голосе. – Думаете мне не страшно?

Она женщина, ей свойственно многого бояться, это мне и помогает ее убедить.

– Мира, пока что я твой единственный шанс, чтобы выжить, – по сути даже не вру. – Ты будешь под моим контролем до определённого времени, если хочешь остаться живой и невредимой, – произношу медленно, чтобы до нее все же дошло, что выбора у неё как такого нет. – Ты поняла меня или ещё есть вопросы?

Опускает глаза, вздрагивает и я вижу, как по немного грязной щеке пробегает одинокая слеза.

Испугалась. Это то, что мне нужно. Запуганная она и шагу от меня не сделает.

– Да… – еле слышно произносит, начинает при этом всхлипывать. – Я поняла вас, Вячеслав Григорьевич…

Вот так бы сразу, а то ломала комедию.

Глава 17

Мира.

– Ты поняла меня, девочка, или мне нужно несколько раз повторить?

Глубоко вздыхаю и медленно выдыхаю, пытаюсь успокоить быстрое биение своего сердца.

Полянский всю дорогу до его дома говорил мне о том, чтобы я держала рот на замке, чтобы о нашей близости никому не было известно. А мне вот вообще не до этого.

Пять дней провела в больнице, с тяжелым сотрясением, голова только вот недавно прошла. Но не это самое тяжелое, а то, что чувствую я себя не в безопасности.

Мне кажется, что вот-вот меня снова кто-то схватит. Мне снятся ужасные сны, где неизвестные мужчины подвергают меня насилию.

Я боюсь за свою жизнь, как никогда до этого. Даже на улицу страшно было выходить. И теперь не знаю как и жить дальше в этом страхе.

О том, что произошло между мной и нашим губернатором, я практически и не думаю, сама себе запретила это делать и сейчас мне уже кажется, что и правда ничего не было.

Сейчас смотрю на него и понимаю, что никогда бы в здравом уме и трезвом рассудке к нему не приблизилась, тем более не поцеловала.

Во-первых он взрослый, мой отец всего на пару лет его старше. Во-вторых он кажется мне слишком суровым. По отношению ко мне уж точно. А в-третьих, я никогда не мечтала о том, чтобы быть с женатым мужчиной, тем более отцом подруги.

– Я поняла вас, Вячеслав Григорьевич, – говорю очень спокойным голосом. – Между нами ничего не было и не будет, вы счастливо женаты и иметь связь с малолеткой, не желаете. Я дочь вашего старого друга, за которой вас он просил присмотреть на недолгое время. Вроде все.

Хоть бы все поскорее закончилось. Честно, я домой хочу, к себе в квартиру, пусть там и тяжело находиться, но это мой дом.

Дом, где мне находиться точно не безопасно, ведь именно оттуда меня и забрали.

Полянский выходит из машины первым, я следом за ним. Сумку, которую мне пришлось быстро собирать, он мне не отдает.

Когда мы заходим в его дом, я окончательно осознаю в какой заднице оказалась. У меня никого нет, кроме этого мужчины, которого я и видеть не хочу. Только он может меня защитить и это неприятно осознавать.

Он бросает мою сумку на мраморный кафель, а я мнусь на месте, так как жду, пока выйдет Кристина, которая должна была меня уже ждать.

– И лучше не попадайся мне на глаза, я не хочу, чтобы моя дочь что-то узнала, она этого не переживет, а терять ее из-за тебя я не собираюсь.

Поднимаю на мужчину взгляд, поражаясь тому какой же он все-таки привлекательный, хоть и суровый на вид. Глаза у него такие проницательные, голубые, губы пухлые, но скривленные, видимо от неприязни ко мне.

Представляю какой он был лет в двадцать пять. Наверное от девушек отбоя не было. Да и сейчас я думаю он много кому может понравится.

Дело же не только во внешности. У него энергетика такая сильная, к нему прямо хочется прижаться, вдохнуть приятный аромат. Он такой большой и сильный…

Если бы у него не было семьи, если бы он был чуточку ко мне мягче, я бы может даже в него влюбилась.

– Не переживайте, я не встану между вами и Кристиной. Я уже забыла о том, что было в ночь вечеринки.

– Забыла? – удивляется он.

Осматривает меня внимательно, словно ищет в моих словах ложь, но ее там нет.

– Да.

– Серьезно?

Полянский делает ко мне шаг и встаёт напротив, загораживая собой все своей большой фигурой. Руку протяни и можно коснуться его строгого лица и губ, которые целовали так, как никто до этого. Он затмил всех парней, с которыми у меня что-то там было.

– Да и вам советую сделать тоже самое, – произношу с волнением, которое невозможно скрыть. – Вы стоите слишком близко.

– Девочка, ты не в том положении, чтобы…

– Пап, Мир! – раздается на весь дом и Вячеслав от меня сразу отходит подальше, словно я какая-то больная. – Ну наконец-то! Я думала с ума сойду! – тем временем к нам спускается Кристина и сразу заключает меня в объятия. – Малышка, ты как? Как себя чувствуешь?

– Да неплохо, – дёргаю я плечом, выдавливая из себя улыбку.

Очень неловко находится с ними двумя.

– Пап, это правда? Мира будет жить с нами или это все шутка?

Увы, никакой шутки нет.

Если бы только не было той ночи, то я бы даже порадовалась, что мы с ней можем провести время вместе больше, чем до этого.

– Да, некоторое время она будет здесь, пока ее отец не решит некоторые проблемы, – отвечает ее отец самым серьезным голосом. – Ты же не против?

– Нет, конечно, нет! Я и моя лучшая подруга в одном доме! Это же круто. Ты теперь не просто моя подруга, а сестра, которую я всегда хотела!

Она вновь на меня накидывается, но мне вот не так радостно.

Я не могу представить, как буду здесь жить рядом с ее отцом, на которого смотреть то для меня сложно.

– Крис, я…

Слышу цоканье каблуков и замолкаю, поворачивая голову к широкой лестнице, откуда спускается невероятной красоты женщина.

Мама Кристины. Жена Полянского. Женщина мечта. Высокая, стройная, с тонкой талией, длинноволосая брюнетка с огромной грудью, на которую мне неловко было смотреть.

Красавица, другого слова и не подобрать. Кристина очень на неё похожа, но Валерия невероятная.

И в голову приходит мысль о том, что и таким женщинам мужья изменяют.

Зачем? Почему? Что ему в ней не хватало? Или он просто накинулся на первое, что предложили…

Думать об этом мне не принято и больно, ведь я не считаю себя шлюхой, я бы никогда не полезла бы первая к мужчине. Пусть даже и к такому привлекательному.

Глава 18

Глава 18

– А вот и она, эта таинственная девушка, о которой говорила моя дочь и которую домой привёл мой муж.

Женщина меня придирчиво осматривает и я рада тому, что оделась очень скромно, в джинсы и легкий свитер.

Не хочу чтобы она увидела во мне соперницу. Я ей точно не ровня и вообще не претендую на ее мужа.

– Здравствуйте Валерия Дмитриевна, я рада в вами познакомиться и простите за заранее предоставленные неудобства, это не мое решение остаться у вас.

Господи, как же мне хочется отсюда убежать! Забыть обо всем, что происходило со мной в последнее время. Домой хочу!

– Не извиняйся. Я прекрасно все пониманию, слышала о твоём отце, даже помню как он приходил к нам домой, – произносит она со странной усмешкой, бросая взгляд на мужа, который стоит рядом со мной. – Хороший был мужчина…

Ее тон кажется мне странным и немного неприятным, словно она хотела сказать что-то ещё, но решила промолчать.

– Мам! – встревает Кристина, словно тоже что-то поняла.

– Я о том, что не против того, что его дочь у нас немного поживет. Передавай ему от меня привет, ладно?

Все бы ничего, но с ним не общаюсь уже больше года. Его посадили за двойное убийство! Мне стыдно, что у меня такой отец.

– Эм… – не знаю, что и сказать.

– Мне нужно с тобой поговорить, – обращается Полянский к своей супруге, которая смотрит на него с превосходством.

– Не сейчас, я на тренировку, – говорит она, проходя мимо нас. – Девочки, со мной не хотите?

На тренировку в таком откровенном платье? Я думала, что она перед мужем своим так красуется.

– Нет, у нас с Мирой куча своих дел! – отмахивается Кристина. – Пойдем, я покажу тебе твою комнату.

Ее мама вскоре выходит из дома, а подруга тянет меня к лестнице, но ее окликает отец.

– Кристин, пока твоя подруга живет с нами, вам никуда выходить без моего согласия нельзя. Только на учебу и сразу домой, никаких вечеринок и свиданий.

Я итак никуда не собиралась выходить. И я тоже понимаю, что мне нужно осторожнее показываться с подругой.

– Ну, пап! – топает она ногой. – Что за дела? А я здесь при чем?

Крис любит капризничать, я часто видела ее такой с парнями, которые надолго из-за этого не задерживались.

Вообще она тяжёлый человек, иногда с ней даже мне сложно общаться, она начинает и мне капризы показывать, хотя я ей не парень и не отец.

– Так будет безопаснее и для тебя и для Миры. На неё могу еще раз напасть и если ты будешь рядом, то и тебе достанется. Это все очень серьёзно.

Я полностью с ним согласна. Я должна не только о себе думать, но и о тех, кто рядом. А если из-за меня с его дочерью что-то случится, то мне не жить, Полянский лично меня придушит, тем самым избавившись от проблемы.

– Ну, па! Ты же никогда не заставлял меня дома сидеть!

– Кристин! – рявкает он, но дёргаюсь только я.

Его тяжёлые взгляд меня пугает, я бы на ее месте давно бы со всем согласилась, лишь бы он так не смотрел, но подруга не чувствует никакой угрозы.

– Хорошо, мы поняли вас и никуда лишний раз выходить не станем, – вмешиваюсь я.

Полянский бросает на меня взгляд, а котором я замечаю одобрение, которого и не ждала.

– Учись дочь, как нужно отвечать отцу.

– Ой, Боже, – цокает Кристина, театрально взмахивая руками. – Ты нас не сравнивай! Все, езжай на свою любимую работу, нам с Мирой нужно посекретничать…

Вячеслав смотрит на нас по очереди, словно предупреждая, что нам от него достанется, если мы ослушаемся.

– До вечера, – кивает он и все же разворачивается, чтобы выйти из дома.

Я же вспоминаю о своей сумке, которую он бросил и забираю ее, чтобы отнести на верх.

– Только не говори, что мне из-за тебя придётся вечерами дома сидеть! – возмущается Кристина, преграждая мне дорогу.

– Прости…

Что я могу ещё сказать? Я ничего этого не хотела. От меня ничего не зависит, я всего лишь невинная жертва, которая и слова лишнего сказать не может ни одному, ни второму.

– Нет, так не пойдёт, милая! Мы с Мишей только помирились, я не могу сейчас сесть под домашний арест, нам нужно что-то придумать.

Снова этот Миша! Он же ее бросил.

Думаю мне уже стоит признаться в том, что случилось на ее вечеринке.

– Кристин, Миша нехороший парень, это именно он подмешал мне те наркотики, чтобы его друг мог мной воспользоваться.

Проходит всего секунда и Кристина отводит от меня взгляд, а ее щеки покрываются румянцем.

– Я знаю, – шокирует меня словами.

Роняю сумку и не могу поверить в то, что это правда. Она знала и ничего не сделала?! Мы же подруги. Или получается нет?!

Она меня предала.

– Что? Как это ты знаешь?

В горле сразу пересыхает. Как она могла так со мной поступить…

– Он мне об этом сам сказал. После! Его Леша попросил, они тебе же прямо чуть подсыпали, никто не знал, что тебя так накроет… – мямлит она, но мне все равно больно от того, что она зная все это, все равно общается с этим уродом, который тоже планировал меня изнасиловать.

– Кристин, ты понимаешь, что с такими лучше не общаться! – хватаюсь я за ее плечи и начинаю встряхивать. – А если он это и с тобой сделает?

Дура!

– Думаешь не делал? – дергается она так, чтобы я ее отпустила. Поднимает глаза и смотрит с раздражением. – И что такого? Секс только ярче был. Странно, что на тебя по-другому подействовало, я думала ты прямо в нашем загородном доме умрешь, хорошо отец был рядом, он тебя хоть в чувства привёл.

Бесполезно ее учить жизни. Она такая какая есть. Это мне нужно задуматься о том, стоит ли нам дальше общаться. Это как минимум теперь небезопасно. Только вот пока что у меня нет выбора.

– Ты не понимаешь… – произношу с тяжестью на сердце.

Она знала на что способен ее парень и подпустила его ко мне, из-за чего я чуть не потеряла девственность не понятно с кем, а потом чуть не переспала с ее отцом!

– Прости, что так все произошло. Миша к тебе больше ни на шаг не подойдёт, как и его друг. Клянусь!

Могу ли я верить ей?

Вряд ли. Так друзья не поступают.

– Перестань с ним общаться. Прошу тебя, – принимаю ещё одну попытку ее вразумить. – Он нехороший человек, ещё и наркоман, а ты лучшего достойна.

Взгляд Крис меняется. Ей нравится, когда я так говорю.

– Знаешь, я тоже так думаю! И правда, чего это я к нему прицепилась? Сегодня же с ним порву! Вечером, когда он приедет.

Плохая идея. Она не сможет с ним порвать сама. Никогда парней она не бросала.

– Крис…

– Нет, ничего мне не говори, – отмахивается она и сама подбирает мою сумку. – Пойдём в комнату, ты мне лучше по подробнее расскажешь, что с тобой случилось. Я вся в нетерпении!

Кристина разворачивается и идёт на верх, я иду следом за ней, думая о том, что мне делать дальше со всем, что на меня навалилось.

В голове ни одной идеи, только головная боль вернулась.

– Ладно, но мы ещё вернемся к нашему разговору, – произношу уставшим голосом.

– Говоришь как мой отец, он тоже любит мне нотации читать. Аш бесит!

Правильно делает, только видно, что толку ноль, подруга не из тех, кто будет кого-то слушать, она всегда делает, что хочет и никто ей не указ, даже ее суровый отец, который лично на меня действует отрезвляюще.

Глава 19

Глава 19

Остановить Крис от ухода из дома, не получилось, что я только не пробовала сделать, даже в дверном проеме стояла, но та лишь фыркнула, обиделась и вышла через задний выход, пока я на минуту отвлеклась.

По глазам ее видела, что расставаться с Мишей не собирается, в этом нет ни малейшего сомнения. И самое ужасное это то, что мы учимся в одном университете и мне все же придётся с ним видеться, пусть даже он и на два курса старше.

Дома без подруги было очень скучно, а лежать долго на кровати и тупить в телефон, я не привыкла. Разложила в своей временной комнате вещи, прочитала прошедшие лекции, собрала сумку на занятия и поняла, что до сна ещё минимум три часа.

Крис мне сказала быть как у себя дома, я решила этим воспользоваться и пошла на кухню, чтобы занять себя любимым делом, которое помогает мне разгрузить голову.

В двух холодильниках было достаточно продуктов, но ничего приготовленного. Решила быть чуточку наглее и приготовила ужин из нескольких блюд. Сварила лёгкий суп на завтра, сделала мясо по-французски, испекла классический пирог.

Готовка меня все же утомила настолько, что я захотела уже лечь спать.

Поужинала, искупалась, расстелила постель и только собралась в неё лечь, как до меня донесся громкий хлопок двери на втором этаже.

Крис так быстро вернулась? Ее последнее сообщение гласило, чтобы я ее не ждала и ложилась. Пусть будет так!

Тянусь к светильнику, стоящему у кровати и сзади слышу, как открывается дверь уже моей спальни.

– Где Кристина?

Я дёргаюсь от громкого и недовольного тона Полянского, который в наглую заходит в мою комнату. Смотрит на меня зверем, словно я виновата в том, что его дочь упорхнула, его не предупредив.

– А разве ее нет в своей комнате? – жму я плечом.

Странно так, чувствую себя максимально неловко от того, что Полянский заявился ко мне, ещё и смотрит на меня пристально, словно я нанималась следить за подругой.

– Ты прекрасно знаешь, что нет, – говорит сквозь зубы.

Не могу понять с чего он так завелся.

Бывает ли у мужчины хорошее настроение или он всегда такой грубый и злющий? Или может причина во мне?

– Тогда я не знаю где ваша дочь. Могу я лечь спать?

Вернее спрятаться от вас под одеяло. Хочется поскорее заснуть, чтобы пришел следующий день, а затем ещё один. Хочу, чтобы все это поскорее закончилось и я могла бы вернуться домой и никогда его больше не видеть!

– Она не берет от меня трубки.

– Понятно, – киваю головой и мнусь с ноги на ногу.

Я стою в шелковой пижаме, в которой люблю спать. На мне короткие шорты и майка через которую видна моя грудь.

Я очень хочу прикрыться руками, но не делаю этого, потому что не хочу привлекать его внимание. Хотя вижу, что он уже дважды опустил взгляд.

– Я хочу, чтобы ты позвонила со своего, – удивляет он меня своей просьбой.

Протяжно вздыхаю, чувствую, что так просто он от меня не отстанет.

Может ему нравится надо мной издеваться?

– Вячеслав Григорьевич, я не буду этого делать, – говорю спокойным голосом, хотя внутри все сжимается от страха.

Да, я его боюсь! Понимаю, что он не тот, кто может причинить физическую боль девушке, но без особых усилий может сломать морально. А я не из тех, кто умеет бороться.

Я обычная девчонка, которая попала в непростую ситуацию и которая просто не хочет вставать перед ним на колени. Ни в прямом, ни в переносном смысле.

Больше нет. Никогда!

– Что? Почему это не будешь?

Полянский подходит ближе, становится напротив и мне приходится запрокинуть голову, чтобы смотреть в его сердитые голубые глаза.

Понятно почему его жена ушла из дома и не встречает его с пирогами. Из него идёт одна лишь агрессия.

Как в ту ночь я могла такого соблазнить? Он же непробиваемая скала, что хочет меня придавить так, чтобы кости хрустнули.

Ещё раз вдыхаю, набираясь смелости, чтобы ему противостоять, понимаю, что сдаваться нельзя, иначе он будет мной пользоваться.

– Кристина взрослая девушка и ей лично опасность не угрожает, поэтому я думаю, что вам не стоит так переживать и тем более подставлять меня со звонком.

Это правда плохая идея. Я итак перед ней сильно виновата за то, что случилось у меня с ее отцом, эту ошибку мне ещё предстоит исправить.

Вячеслав делает ко мне ещё одни шаг и теперь я чувствую запах его терпкого одеколона.

– Кто ты такая, чтобы меня учить, как обращаться со своей дочерью? – спрашивает он, наклонив в бок голову.

Все равно очень красивый, хоть и злой. У него суровое, но удивительно привлекательное лицо. Мне так и хочется коснуться пальцами морщинки на его лбу, чтобы она разгладилась. Хочется увидеть его улыбку, если он вообще на неё способен.

Тяжелый мужчина, этот Полянский, характер у него мягко говоря, не сахар, он острый перец, который в рот не возьмёшь. Очень властный и это понятно сразу, грубый настолько, что хочется опустить глаза вниз и заплакать, но я буду держаться до конца.

– Я возможно и никто, но я не сделаю того, что вы от меня хотите, – произношу тихо, но смело. – Я уверена, что она в порядке.

– Я сказал… – еле сдерживается от крика, – звони!

Моргаю несколько раз, чтобы не дать себе разрыдаться.

– За что вы так со мной? Что я сделала не так?! – меня все же прорывает. В горле ком встанет от обиды. – Не я просила вас меня спасать, не я к вам напросилась домой. Я не заслуживаю того, чтобы вы на меня срывались из-за того, что не можете найти общий язык с Кристиной!

Моя грудь ходуном ходит от частого дыхания, а в ушах стоит стук испуганного сердца, которое готово разорваться.

Знаю же, что перечить такому мужчине опасно, но не могу позволить ему себя обижать!

Он же опускает свои гневные глаза, опаляя мою грудь взгляд, от чего мои щеки в момент вспыхивают. А затем я вижу как его губ касается самодовольная ухмылка, от которой меня бросает в дрожь.

– Девочка, советую тебе не ходить в таком виде по дому.

Глава 20

Глава 20

Меня пронзает нехорошим предчувствием, которое подсказывает мне то, что я должна оттолкнуть этого мужчину, иначе произойдёт что, о чем мы оба потом пожалеем.

Полянский не скрывает своего откровенного взгляда на мое тело, но я-то знаю, что он на самом деле не хочет со мной связываться. Им движут низменные инстинкты, которые он видимо не умеет или не привык в себе подавлять.

– Я не собиралась выходить из комнаты и готовилась лечь спать, это вы зашли ко мне, забыв постучать в дверь, – говорю, как мне кажется, очевидную вещь.