355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кэсси Майлз » Жду, надеюсь, люблю… » Текст книги (страница 1)
Жду, надеюсь, люблю…
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 00:56

Текст книги "Жду, надеюсь, люблю…"


Автор книги: Кэсси Майлз



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Кэсси Майлз
Жду, надеюсь, люблю…
Роман

Cassie Miles

Mountain Retreat

Mountain Retreat Copyright © 2015 by Kay Bergstrom

«Жду, надеюсь, люблю…» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Устроившись барменом в «Серебряную звезду» в Остине, Сидни Паркер нашла хорошее применение своей отличной памяти: она могла с легкостью запомнить заказ, сделанный компанией из двенадцати человек.

Заложив большие пальцы за пояс короткой форменной джинсовой юбки, она стояла перед группой хорошо одетых молодых людей, еще не успевших снять значки принадлежности к службе безопасности Капитолия.

– Что будете заказывать?

«Серебряная звезда» была первоклассной пивоварней, предлагавшей разные сорта вроде Amber Angel и Zoo Brew. Мысленно зафиксировав заказ, Сидни кивнула.

– Подождите-ка минутку, – окликнула ее платиновая блондинка. – Вместо Chantilly Lace я буду Raspberry Rocket.

– Хорошо.

– Уверены? Вы же ничего не записали.

Вздохнув, Сидни повторила заказ.

Компания зааплодировала. Сидни, поклонившись, отправилась к бару.

Тем не менее не постоянную возможность упражнять мозг считала она главным преимуществом ночной подработки. Музыка кантри, разговоры и шум помогали отвлечься перед рассветом, когда отчаянно хотелось плакать.

Селия Маршал нырнула под барную стойку, чтобы посетители не видели, как она поправляет красную клетчатую форменную блузку, с трудом сходящуюся на бюсте внушительных размеров.

– Эта униформа меня доконает.

– Мне эта проблема незнакома. – Маленькая аккуратная грудь не доставляла Сидни хлопот.

– С радостью променяла бы свой бюст на твои длиннющие ноги.

– Не согласна. – Сидни нравился собственный рост. Внимательнее присмотревшись к подруге, она заметила, что у той припухли глаза. – Что-нибудь случилось?

– Снова поругалась с Реем. – Покачав головой, Селия нахмурилась: – Жалуясь на проблемы с мужчиной, я всегда чувствую себя первоклассной плаксой. Тебе-то гораздо хуже.

– У нас не соревнование. – Сидни заправила за ухо длинную светлую прядь. – Я не способна изменить ситуацию, а у тебя есть выбор.

– От Ника так и нет вестей?

– Пока нет. – Она не могла даже думать о Нике Корелли, своем женихе. Одного упоминания оказалось достаточно, чтобы перед мысленным взором возник образ высокого красивого морского офицера с густыми черными волосами и глубоко посаженными глазами цвета коньяка. Чтобы не расплакаться, Сидни отогнала мысли о Нике и спросила:

– Что там у вас с Реем?

– Да все из-за его глупых охотничьих планов.

Ставя на поднос бутылки с пивом, Сидни увидела в зале двоих мужчин и тут же узнала в них морских офицеров.

Она поставила поднос на барную стойку.

– Селия, подстрахуй меня.

Отпросившись у менеджера, она вышла с ними из бара. Процедура для нее не новая. Они отведут ее на беседу с агентом спецслужб. С тех пор как полгода назад ее жених пропал в южноамериканском государстве Тикуанна, она прошла через шестнадцать подобных процедур и всякий раз надеялась, что ее эскорт принесет добрые вести.

Но пока этого не случилось.

Сидни расхаживала взад-вперед по местному отделению ЦРУ, тусклой комнате с бежевыми стенами, чувствовала себя глупо, но страха не испытывала.

Впервые оказавшись в комнате вроде этой, она безумно нервничала и, боясь потерять Ника, отчаянно жаждала получить информацию, умоляла со слезами на глазах.

Тогда сотрудник ЦРУ Шон Филипс проинформировал ее о том, что жених пропал без вести и, вероятно, удерживается в заложниках повстанцами. Требований о выкупе не поступало.

Это случилось в начале мая. С тех пор ничего не изменилось. Придя сюда впервые, она была похожа на маленького запуганного котенка, зато теперь превратилась в львицу.

Она едва не отправилась в Тикуанну, намереваясь прийти прямиком во дворец диктатора Томаса Хуртадо и потребовать, чтобы тот направил войска в лагерь повстанцев. Она встречалась с Хуртадо три года назад, когда тот консультировался в нефтяной компании «Техасский тритон», где она работала. Вместе с боссом она совершила поездку в эту маленькую страну, намеревавшуюся разрабатывать свои природные ресурсы.

Иногда ей казалось, что именно из-за той их поездки Ника выбрали в качестве заложника. Когда он сообщил, что его отряд переводят в Тикуанну, она передала ему всю информацию о Хуртадо и его прекрасной жене Елене.

Дверь открылась, вошел Филипс. Вид самый что ни на есть заурядный, темно-русые волосы, карие глаза, нормальное телосложение.

– Зачем я здесь? У вас есть новости? – спросила Сидни.

Он не успел ответить, так как в комнату вошла специальный агент Виктория Готорн, по званию выше агента Филипса, худобой напоминавшая гончую и всегда одетая в черное.

– Присаживайтесь, Сидни.

– Это допрос? – Девушка демонстративно продолжала стоять, намеренно распаляя гнев.

Готорн нахмурилась, уголки губ поползли вниз.

– Вы же были в этой комнате прежде.

– И ответила на миллион вопросов. Я охотно оказывала содействие и, кажется, заслужила право хотя бы сидеть в удобном кресле.

Не обратив внимания на ее слова, агент Готорн спросила:

– Имели ли вы контакт с кем-нибудь из Тикуанны?

– Разумеется, нет. Если бы кто-то вышел со мной на связь, я немедленно сообщила бы вам.

Готорн окинула Сидни взглядом из-под полуприкрытых век:

– У меня есть для вас кое-какие новости.

В душе Сидни замерцал проблеск надежды.

– Я слушаю.

– При одном условии. Вы должны пообещать, что не станете ничего предпринимать. Это ясно?

– Предельно ясно.

– Хуртадо с женой и несколько других южноамериканских лидеров приедут в Остин на следующей неделе.

Эта новость оказалась совершенно неожиданной. Значит, она может из первых рук получить сведения о том, что случилось с Ником?

– Я хочу встретиться с ними.

– Мы сделаем все, что в наших силах. Но ничего не могу обещать. Если они согласятся встретиться с вами, мы выйдем на связь.

С этими словами Виктория развернулась на каблуках и покинула комнату, оставив Сидни в гневе, отчаянии и страхе. Филипс занял место агента Готорн за столом и достал из папки четыре фотографии, на которых были запечатлены мужчины в камуфляже. Трое их них с бородами.

– Узнаете кого-нибудь?

За последние месяцы между Сидни и Филипсом установилось некое подобие взаимопонимания. Он знавал ее в худшие времена, когда она билась в истерике, и проявлял больше сочувствия, чем прочие агенты.

– Ну же, Сидни, девочка. – Он указал пальцем на фотографии. – Давайте перейдем к делу.

Сидни готова была разорвать снимки в клочья и швырнуть Филипсу в лицо. Но есть ли у нее выбор? Может ли она в одиночку бросить вызов целому разведывательному сообществу? Подавив вздох разочарования, она взяла в руки фото. Эти снимки были сделаны в лесу, и люди, на них изображенные, не позировали специально.

– Из-за бороды трудно сказать. Не думаю, что видела их. Кто они?

– Повстанцы.

– Будучи в Тикуанне, я никогда не покидала пределов дворца. С чего вы решили, что я знакома с повстанцами? – На ответ она не рассчитывала. – Не потому ли, что охрана перешла на сторону противника? В этом все дело?

– Давайте ограничимся замечанием о том, что сеньору Хуртадо точно не стать победителем конкурса популярности. Но нам обязательно нужно сохранить Хуртадо на нашей стороне.

Видя, что Филипс достает несколько фотографий дворца, сделанных с воздуха, Сидни застонала:

– Только не это. Я уже рассказала о дворце все, что могла.

– Сосредоточьтесь на этой зоне. – Он указал на дальний угол стены.

– Похоже, стена пробита. Это взрыв?

– Именно.

Сидни затопило чувство вины. Ник пропал при схожих обстоятельствах, тогда взрыв прогремел у парадных ворот. Два морских офицера получили ранения. Ника видели последний раз, когда он пытался помочь им.

Провожая его, Сидни просила не геройствовать, хотя для морского офицера это невыполнимая задача.

Колени вдруг ослабели, и она без сил упала на стул.

– Прошу вас сообщить мне что-нибудь о Нике. Фотографии, которые вы мне показали, сделаны камерами слежения из лагеря повстанцев, не так ли? Значит, ваши люди просочились в тыл противника.

У Филипса дернулся уголок рта – весьма красноречивый знак. Чувствуя, что каменная стена, за которой он скрывает информацию, вот-вот даст трещину, она спросила:

– Есть ли у вас фотографии Ника?

– Вы же знаете, Сидни, так дела не делаются. Я здесь, чтобы получить информацию от вас.

– Я всего лишь хотела узнать, все ли с ним в порядке.

– Мы полагаем, что ваш жених жив.

Крошечный уголек надежды разгорелся в пылающее пламя. Что-то в Филипсе изменилось. Определенно ему что-то известно.

– Можно ли его спасти? Как это у вас в ЦРУ называется? Извлечь. Можно ли его извлечь?

Он подтолкнул в ее сторону фотографии:

– Нам требуется информация об этом участке дворца.

– Я никогда не была в этой части дворца. Ничего против вас не имею, Филипс, но мне нужно большее. Нет ли здесь еще кого-то, с кем я могла бы переговорить? Или что-то сделать?

Филипс откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– Если вы прямо сейчас покинете эту комнату и пойдете по коридору, который будет у вас по левую руку, я не стану вас задерживать.

– Почему? Что это значит?

– Вы меня слышали.

Она последовала его совету, не зная, что ее ждет.

В коридоре не было ни души. С одной стороны тянулся ряд окон, с другой – закрытых дверей. Путь, которым ее всегда водили по зданию, находился в противоположной стороне, а в этом направлении ходить не доводилось.

Опасаясь, как бы Филипс не передумал, Сидни быстро зашагала по коридору. Миновав двустворчатые двери, оказалась в похожем на соты отсеке, образованном офисами со стеклянными стенами. Услышав слева от себя голоса, обернулась.

В дальнем офисе специальный агент Готорн беседовала с четырьмя мужчинами, один из которых стоял чуть поодаль от остальных. Левую руку он держал в кармане пиджака. Он был темноволос, высок и широкоплеч. Лица его Сидни не видела, но сразу узнала.

Она припустилась бегом и быстро пересекла комнату, лавируя между картотечными шкафами и письменными столами. Внезапно налетела на стеклянную стену, упершись в нее ладонями.

– Ник.

Он обернулся. Его ладони прижались к ее рукам с противоположной стороны стекла.

Великий Боже, неужели это происходит на самом деле? Сидни смотрела на него во все глаза, боясь моргнуть. Опасалась, что он исчезнет, если она хоть на мгновение отведет взгляд.

Ник прошел вдоль стены до двери. Сидни схватила его за руку, их пальцы переплелись. Со времени их последней встречи он похудел, лицо приобрело болезненно-бледный оттенок. Протянув руку, она коснулась шрама у него на щеке.

– Ах, Ник, как же я по тебе соскучилась.

– Все хорошо. Я в порядке. Я вернулся.

И все же что-то в нем изменилось. Заглянув ему в глаза, она не узнала мужчину, которого любила всем сердцем. Ник Корелли смотрел на нее взглядом незнакомца.

Глава 2

Обняв Сидни, Ник прижал ее к себе, она положила голову ему на грудь. Она будто замерла в пространстве и времени.

– Ты дрожишь, – заметил он.

– Знаю.

Ей отчаянно хотелось поцеловать его, но она боялась снова посмотреть ему в глаза. Неужели он изменился и уже не тот Ник, вокруг которого был построен весь ее мир?

– Они сказали, надо подождать, – прошептал он ей на ухо. – Посчитали, так будет лучше для тебя.

– Они ошибались.

Ему следовало бы догадаться, понять, как отчаянно ей нужно знать, что с ним все в порядке.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Прости меня, Сидни.

Взрыв гнева победил страхи, кровь вскипела в венах, мышцы напряглись. Отпрянув от Ника, Сидни быстро развернулась и, вихрем влетев в офис, встала перед агентами ЦРУ, к которым успел присоединиться Филипс.

– А теперь мы уходим, – объявила она. – Мы с Ником уходим. Вместе.

– Боюсь, это невозможно, – возразила Готорн. – Ник должен оставаться под наблюдением до окончания визита Хуртадо и его супруги.

– Ему угрожает опасность?

– Мэм. – Выступивший вперед человек с толстой шеей и фигурой культуриста пожал ей руку. – Я лейтенант Рэндалл Батлер. Поверьте, мы понимаем, через что вам пришлось пройти.

– Да неужели? – Гнев Сидни был столь велик, что казалось, по жилам течет не кровь, а раскаленная лава. – Зная, что он в безопасности, могли бы и мне об этом сообщить.

– Разведывательный центр морского управления работает над этой миссией совместно с ЦРУ под руководством специального агента Готорн.

Несмотря на гнев, Сидни поняла, что он пытается сказать.

– Так это Готорн распорядилась держать меня в неведении. Но почему?

Готорн прищурилась, так что глаза превратились в крошечные щелочки.

– В мою задачу, помимо всего прочего, входит оценивать ваш психологический профиль. Вы, несомненно, умная женщина, наделенная логическим мышлением.

– Инженер, – подсказала Сидни. – Никакой особой логики тут не требуется.

– Ваше поведение в отношении вашего жениха, совершенно абсурдно. Я пришла к выводу, что вас нужно держать в неведении до тех пор, пока задание капитана Корелли не подойдет к концу.

Сидни пришлось крепко сжать челюсти, чтобы не закричать. Взяв себя в руки, она ответила:

– Ненавижу ваши умозаключения.

– Вот видите? Ясно же, что из-за своего интереса к капитану Корелли вы не в состоянии вести себя адекватно.

В излишней эмоциональности Сидни еще никто никогда не обвинял. Но она не намеревалась препираться с Готорн, которая явно считала себя непогрешимо правой. Вместо этого решила подчеркнуть очевидное.

– Ситуация изменилась.

– Да, верно. – Готорн нахмурилась.

– Больше вы не сможете держать меня в неведении. Я здесь. Что вы намерены предпринять дальше?

– Вы не оставили мне выбора. Придется взять вас под свою личную охрану.

– Хотите меня арестовать?

– Не нужно драматизировать. Вам всего лишь нельзя будет ни с кем разговаривать. Вас поселят в удобной конспиративной квартире, ненадолго, всего на неделю.

Ярость лишила Сидни самообладания.

– А как же моя работа?

– Мы это уладим. Насколько всем было бы проще, если бы вы просто оставались в комнате для допросов. – Готорн бросила укоризненный взгляд на Филипса.

– Не нужно его обвинять. Увидев фото лагеря повстанцев, я бросилась бежать, потому что нужно было кое о чем спросить вас.

– Так спрашивайте.

– Я хотела узнать, не видели ли там моего жениха. – Она повернулась к Нику, до сих пор не проронившему ни слова. – Теперь ответ очевиден.

Ник подошел к ней и привычным жестом обнял за талию. Прижавшись к его груди, она почувствовала себя хорошо и спокойно, чего не случалось уже полгода.

– Сидни вовсе не обязательно брать под стражу, – глубоким голосом проговорил он. – О моем задании ей ничего не известно, за исключением того, что я вернулся в город, а это не новость для Хуртадо и повстанцев.

– Я не хочу, чтобы она с кем-нибудь говорила.

– Она будет неукоснительно следовать этому указанию.

– Не принимается, – отрезала Готорн. – Ей, как лицу штатскому, доверять нельзя.

– Именно потому, что она лицо штатское, вы не можете установить над ней опеку против ее воли. Я обязан подчиняться приказам. Но Сидни хочет вернуться домой.

Сидни оценила заботу Ника. Она запрокинула голову, чтобы видеть его лицо.

– Дома я почти ничего не меняла.

Они вместе приобрели бунгало, и Сидни намеревалась заняться обстановкой, пока Ник будет в отъезде, но, когда пришла весть о том, что он пропал, не смогла заставить себя совершить ни одной новой покупки.

– Наш дом являлся мне в сновидениях, – прошептал он. – Я мечтал вернуться и обнаружить тебя ожидающей меня в спальне.

Тон его голоса завораживал, слова бальзамом лились на израненную душу. Она поняла: существует единственный способ удостовериться, все ли между ними в порядке. Нужно поцеловать его.

– Постарайтесь понять, – вмешался лейтенант, – этим делом занимается ЦРУ, а наша задача – оказывать всяческую поддержку.

– Да, сэр, – ответил Ник, – я не отказываюсь. Но хочу, чтобы Сидни чувствовала себя спокойно. Ей и без того много довелось пережить.

– Согласен, нужно бережно относиться к чувствам близких нам людей.

– А что, если ей угрожает опасность? – вмешался Филипс. – Повстанцы могут похитить ее, чтобы оказать давление на вас.

– Почему же в таком случае до сих пор ей не обеспечивали охрану?

Сидни слушала вполуха. Разум вырабатывал лишь одну команду. «Поцелуй его, поцелуй его, поцелуй его». Если бы она смогла прикоснуться губами к его губам и понять, что их отношения остались неизменными, справилась бы с чем угодно.

Готорн демонстративно обошла свой стол и села.

– Я соглашусь отпустить мисс Паркер домой при условии, что капитан Корелли останется под нашей защитой. Общаться им будет позволено только с моего ведома. Филипс проводит ее и присмотрит. Все согласны?

– Я да, – ответил Ник.

– И я тоже, – добавила Сидни.

Она встала так, чтобы смотреть ему в лицо, и запрокинула голову. Закрыла глаза и слегка приоткрыла губы. Офис – неподходящее место для первого после разлуки поцелуя, но что делать.

Когда его губы коснулись ее губ, по телу разлилась волна тепла. Вкус поцелуя навевал воспоминания о жимолости. От него пахло сосновым лесом после дождя. Он обнимал ее крепко, но нежно.

Правда, сейчас, хотя и прижимался к ней губами, казался несколько отстраненным. В его поцелуе Сидни почувствовала что-то неправильное.

Мысленно она осыпала проклятиями свою безупречную память, навсегда запечатлевшую каждый нюанс их занятий любовью. Она тосковала по тому, как Ник легонько прикусывает зубами ее нижнюю губу, быстро лаская языком и разжигая в теле пожар.

Она в смущении отстранилась, ругая себя за глупость. Разумеется, он не станет одаривать ее страстным поцелуем в офисе в окружении агентов. Этот поцелуй – не показатель.

Сидни устроилась рядом с Ником на заднем сиденье внедорожника без номерных знаков. За рулем был агент, которого она никогда прежде не видела. Филипс находился на пассажирском сиденье рядом.

– Специальный агент Филипс, – произнесла она, подаваясь вперед. – Благодарю вас.

– Мне показалось неправильным держать вас в неведении, – отозвался он.

Даже пристегнутая ремнем безопасности, Сидни соприкасалась с плечом Ника, чувствовала на себе его взгляд.

– Интересный наряд, – заметил он. – Никогда бы не подумал, что ты станешь носить клетку.

– Я теперь работаю по ночам официанткой в пивном баре «Серебряная звезда».

– Зачем тебе это понадобилось? Ты просто хотела чем-то себя занять, – догадался Ник. – Боже мой, Сидни, как же мне жаль.

Ей хотелось о многом спросить его, но она боялась. Что происходило, пока его удерживали в заложниках? Был ли он ранен? Как его спасли? Вместо этого она заговорила о другом:

– Мне следует сразу предупредить тебя о состоянии дома. Я им почти совсем не занималась.

– Но ведь у тебя были такие большие планы по его декорированию.

– Я хотела, чтобы ты помог мне принять окончательное решение.

– Расскажи о баре, в котором ты работаешь.

– Перечислить тебе все девяносто девять сортов пива?

– Не нужно, прошу тебя.

Их беседа шла легко и естественно. Опасных тем они намеренно избегали. У Сидни появилось ощущение, что она ступает по минному полю. Они разговаривали до тех пор, пока машина не остановилась на обочине у одноэтажного бунгало из красного кирпича в окружении низкого кустарника, с растущим на переднем дворе дубом.

– Он еще уютнее, чем я помню, – заметил Ник, отстегивая ремень безопасности.

– Нет, – запротестовал Филипс. – Мне приказано не выпускать вас из машины и лично сопроводить Сидни в дом.

– Чтобы запретить мне войти в собственный дом, придется связать меня по рукам и ногам. – Ник похлопал агента по плечу. – Всего на минутку.

Держась за руки, Ник и Сидни зашагали по подъездной аллее. Сидни понимала: трудно будет расстаться с ним снова, но была готова смириться с несколькими днями разлуки, зная, что все в порядке.

– Ты же будешь мне звонить, правда?

– Каждый день.

– Как бы мне хотелось, чтобы ты остался.

– И мне тоже.

Сидни заметила, что фонарь на крыльце не горит. А она думала, что включила его, уходя. Должно быть, лампочка перегорела. Но их две. Неужели обе одновременно? Очень странно.

– Похоже, я забыла включить фонарь перед уходом.

Стоило ей вставить ключ в замок, как дверь рывком открылась внутрь и оттуда хлынул ливень пуль.

Глава 3

Ник заподозрил неладное за мгновение до того, как началась стрельба. Его прекрасная, восхитительная Сидни никогда ничего не забывала, особенно запереть дверь, уходя из дому. И фонарь бы оставила включенным.

Обвив тонкую талию, он оторвал ее от земли и, прижав к себе, распластался по кирпичной стене бунгало возле парадной двери. В следующее мгновение из раскрытой двери в ночь полетели пули.

Все еще обнимая Сидни, Ник отступил от крыльца и, пригнув голову, нырнул в кустарник.

– Не высовывайся, – скомандовал он, вытаскивая «глок» из кобуры на лодыжке. Он дважды выстрелил в сторону открытой двери, чтобы показать противнику, что вооружен.

Специальный агент Филипс и другой федерал, играющий роль водителя, выскочили из машины и поспешили к ним.

– Вы в порядке?

Кивнув, Ник жестом велел агентам двигаться в сторону дуба, справедливо рассудив, что так они будут дальше от окон. Передав Сидни на их попечение, он вернется в дом и разделается с сукиными детьми, устроившими засаду. Прикрывая ее своим телом, он пополз под подоконниками за угол дома.

– Что ты делаешь? – шепотом спросила она.

– Веду к Филипсу. Он доставит тебя в безопасное место.

Сидни тут же запротестовала:

– Без тебя никуда не пойду.

Ник не ожидал сопротивления.

– Будет лучше, если ты не станешь вмешиваться.

– Я вмешалась бы, если бы была вооружена и могла помочь.

Такое заявление не просто удивило, но шокировало Ника. Полгода назад она не умела обращаться с оружием.

Сзади снова раздались выстрелы, дождем хлынули осколки битого стекла. Ник посмотрел в лицо Сидни. Челюсти сжаты, в голубых глазах ни тени страха.

– Ты же не знаешь, как нужно стрелять, – попытался возразить он.

– Я научилась, – холодно отозвалась она. – Это вовсе не трудно.

– Зачем тебе это понадобилось?

– Я собиралась отправиться в Тикуанну тебе на выручку.

Мысль о Сидни, идущей на приступ дворца диктатора третьего мира, поразила. Все-таки она удивительная женщина.

– Давай-ка сейчас сделаем так, как говорю я.

– Я устала от людей, указывающих, что и как мне делать. Это и к тебе относится. Я буду участвовать в этой операции.

– Не позволю тебе рисковать жизнью.

– То же самое могу сказать тебе.

– Мы не можем стоять на этом месте вечно. Пригнись и беги к дубу, там ждут Филипс и второй агент. Я тебя прикрою.

– Ты последуешь за мной, – потребовала она. – Пообещай, что пойдешь следом. Если нет, я сама за тобой вернусь.

– Иди уже.

Как только она вышла из укрытия, он прыгнул вправо и стал стрелять в дом через разбитое переднее окно. Уголком глаза он отметил, что Сидни добралась до дерева. Он побежал за ней, как бы сильно ни хотелось броситься к задней двери бунгало.

Укрывшись в тени дерева, Ник принял на себя командование.

– Филипс, оставайтесь здесь и стреляйте, не прекращая. Не дайте врагу поднять головы. Я тоже, но со стороны задней двери. Хочу взять этих парней живыми.

– Полагаю, Филипс уже вызвал подкрепление, – заметила Сидни, вновь удивляя прозорливым пониманием опасной ситуации. – Если мы задержим противников в доме до прибытия помощи, захватить его не составит труда. Я могу помочь, – заупрямилась она. – Дайте мне оружие.

В короткой джинсовой юбке, клетчатой блузке и заложенными за уши белокурыми волосами, Сидни выглядела не опаснее Барби-ковбоя. Но Ник понимал: ее мастерство нельзя недооценивать.

– Тебе не нужно рисковать собой, – все-таки попытался он возразить.

– Со мной все будет в порядке, – заверила Сидни.

Из дома снова раздалась пальба. Ник отделился от остальных. В дом можно было попасть только через переднюю дверь и черный ход на кухне. Он стал осторожно продвигаться в ту сторону.

Осмотревшись, Ник решил, что самое лучшее место для наблюдения за кухонной дверью в дальней части двора, но укрыться там негде. Лучший вариант – оставаться на месте и стрелять в любого, кто выйдет из двери.

Стрельба возобновилась. Чем дольше он ждет следующего шага противника, тем больше вероятность, что кого-нибудь ранят. Придется дать отпор.

Услышав сирену полицейского автомобиля, Ник поморщился. Он вполне справился бы с помощью двух других морских офицеров, а теперь придется разбираться с копами, а также с Сидни. Он не мог ею не гордиться. Он сожалел о каждой минуте, проведенной вдали от нее, и раскаивался в том, что был вынужден ей лгать.

Ситуация стремительно выходила из-под контроля. Если Ник надеется захватить противника живым, нужно немедленно взять бразды правления в свои руки.

Позади дома возник молодой, гладко выбритый техасский полицейский с пистолетом.

– Не стреляйте, – призвал Ник. – Я на вашей стороне.

В передней части дома раздался такой грохот, будто взорвалась граната. Ник решил, что в действительности это дымовая шашка, чтобы выкурить стрелков из дома.

Кухонная дверь распахнулась, на улицу выскочили двое мужчин в масках. Ник оказался между ними и полицейскими. Развернувшись к стрелкам, взял их на прицел.

– Бросайте оружие! – кричал он, повторив приказ на испанском.

На мгновение он подумал, что они так и сделают. Но из-за угла показались трое вооруженных полицейских и открыли стрельбу.

Когда дым рассеялся, Ник увидел, что мужчины в масках лежат лицом вниз, а двое полицейских ранены. Он подошел к одному из поверженных повстанцев и сдернул с его лица маску. Тот был ранен в голову, но Ник его узнал. Рико.

Подошел Филипс:

– Не хочу волновать тебя, Ник. С ней все будет в порядке.

Сидни. Если что-нибудь случилось, он никогда себя не простит.

* * *

Сидни сидела на подножке машины скорой помощи с перебинтованным левым предплечьем.

Фельдшер сказал, что на рану требуется наложить швы, и заверил, что серьезной угрозы нет. Сцепив зубы, Сидни терпела, уверяя себя, что совсем не больно, хотя рана горела адским огнем. Фельдшер дал ей болеутоляющее, но оно еще не начало действовать. Только бы кровотечение остановилось. Повязка уже пропиталась насквозь. Ник расстроится.

Заметив, как он продирается через толпу полицейских, точно футболист, спешащий на защиту своих ворот, Сидни встала и поправила накинутую на плечи черную куртку с крупной надписью «ПОЛИЦИЯ», скрывающую рану.

Видя, что Ник собирается обнять ее, она вытянула руку, останавливая его:

– Я не виновата, Филипс не дал мне оружия, следуя приказу, я хотела вернуться в машину, но…

– Тебя ранили?

– Ничего серьезного. – Она отвернулась, надеясь скрыть повязку. – Пара швов, и скоро буду как новенькая.

Осторожно сняв с нее куртку и увидев то, что под ней скрывается, Ник ахнул:

– Тебе требуется немедленная медицинская помощь.

– Еще несколько человек ранены. У фельдшеров «скорой» и без меня забот хватает.

– Ты очень бледна, Сидни. Потеряла много крови?

– Не думаю. – В действительности от головокружения она нетвердо стояла на ногах. – Я приняла таблетку.

– У тебя шок. – Закутав в куртку, он прижал ее к себе так, чтобы не потревожить раненую руку. – Мне очень жаль, детка. Чертовски жаль. Мне не следовало оставлять тебя одну.

К ним подошла Виктория Готорн:

– Садитесь в карету скорой помощи, оба.

Посмотрев на нее, Ник указал на развернувшееся на лужайке поле битвы:

– Как, черт подери, это могло случиться?

– Ну, недооценили опасность, – огрызнулась Готорн. – Делайте, как я говорю. Я должна вывезти вас обоих отсюда.

– Куда мы направляемся?

Она гневно махнула рукой в сторону кареты скорой помощи:

– Пошевеливайтесь. Поговорим по дороге.

Сидни наотрез отказалась ложиться на каталку, и все они, включая Готорн, разместились на сиденьях, пристегнувшись ремнями безопасности. Готорн резко говорила по мобильному телефону, отдавая приказы подчиненным. Сидни считала, что если кто и должен извиняться, то именно она, эта худосочная злая старшая агентша. Это она разрешила Сидни съездить домой, не распорядившись прежде все проверить.

Тощая, как у скелета, рука Готорн, сжимающая телефон, опустилась на колени.

– Это нападение могло быть организовано так быстро только потому, что у нас произошла утечка информации.

– В ЦРУ? – удивился Ник.

– Не знаю. В операции задействованы еще несколько агентств, включая Разведывательный центр морского управления. – Фыркнув, она покачала головой. – Не следовало мне разрешать вам ехать домой с вашей невестой.

– Слава богу, вы разрешили. – Голос Ника был холоден. Сидни никогда не слышала, чтобы он говорил таким тоном. – В противном случае она попала бы в эту засаду в одиночестве, беззащитная и уязвимая.

Готорн плотно сжала губы.

– Вовсе не обязательно.

– Эти люди могли бы взять ее в заложники и использовать для получения желаемого.

Карета скорой помощи завернула за угол. Сидни отбросило на Ника. Рана до сих пор болела, но она радовалась теплому одеялу, укрывающему ноги, и накинутой на плечи куртке. На нее накатила дремота, веки отяжелели и грозили в любой момент закрыться. Ей было что сказать агенту Готорн, но с трудом удавалось оставаться в сознании.

– Планы поменялись, – объявила между тем Готорн. – Скоро мы пересядем в другую машину, вас доставят на конспиративные квартиры.

– Без Сидни я никуда не поеду.

– Хорошо. – Она сдержанно кивнула. – Пока можете оставаться вместе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю