Текст книги "Неправильный тренер для пышки (СИ)"
Автор книги: Катя Лейден
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)
Глава 4
Вместо ответа только зубами скриплю и отворачиваюсь.
– Маленькая, ты что, обиделась на меня? – не унимается он.
Насколько жестоким надо быть, чтобы даже сейчас продолжить издевательства? Чем я это заслужила?
До скрипа сжимаю в руке ручку. Представляю, как протыкаю ей лежащую на столе руку предателя.
– Отвали, – цежу сквозь зубы.
Толик наклоняется ко мне, обдавая ароматом мятной жвачки.
– Неловко, конечно, получилось. Но, Ник… – он загадочно опускает голос. – Жопа и сиськи у тебя огонь, так я не прочь еще…
Выдыхаю носом, как бык, и отодвигаюсь подальше, насколько позволяет длина скамьи. Потеряв всякую осторожность, цежу, с яростью глядя в холодные смеющиеся глаза своего фейкового парня:
– Отвали от меня, больше никогда ко мне не приближайся, слышишь?
Толик цокает и качает головой.
– Ника, Ника. Как бы ты не пожалела еще сильней.
– Не переживай, не пожалею. Иди ты к черту…
Мне так много хочется ему сказать. Чтобы осознал. Чтобы понял, как по-скотски со мной обошелся.
Только вот препод не дремлет. Угрожающе кашлянув, выплевывает мою фамилию:
– Королева! Если вам не интересна лекция, покиньте помещение. Быстро, за дверь! Потом придете на отработку.
Под осуждающим взглядом преподавателя багровею, как свекла. Щеки наливаются румянцем, меня бросает в пот. Сопровождаемая сдавленными шепотками, поднимаюсь, сую тетрадь и ручку в сумку и нервно пробираюсь к выходу.
Протискиваюсь мимо Толика, который не прочь лапнуть меня за задницу. Сейчас бы дать ему в нос со всей силы, но я не решаюсь устраивать потасовку прямо на лекции.
– Корова толстозадая, – шипит Аля, когда я наступаю ей на ногу.
Чеканя шаг, иду прочь из лекционного зала, даже не думая извиняться перед этой выдрой. Преподаватель меряет меня недовольным взглядом и поджимает губы.
Как будто весь мир на меня ополчился! Еще и тело болит, словно его прокрутили в мясорубке раз десять. Особенно досталось моей многострадальной заднице.
Похоже, Вселенная решила меня добить окончательно. Почему выгнали только меня? Толик тоже разговаривал, первый ко мне начал лезть.
Такое чувство, что меня ненавидят даже преподы в родном универе. Но почему? За что?
Хочется что-нибудь пнуть или разреветься. Но я держусь. Нельзя ныть. Нельзя. Нужно быть сильной, потому что люди чувствуют слабость и могут накинуться, как стая шакалов.
Прижимая к груди сумку, шагаю по коридору и душу в себе желание немедленно завернуть в столовую. Рот наполняется слюной от мыслей о вкуснейших пирожках с вишней. Или ароматных – с картошечкой. Или о рубленой куриной котлетке. Ммм…
Ну я и дура! Уже начала ведь менять свою жизнь. Худеть, заниматься спортом, перейти на правильное питание.
Я стараюсь следовать тому, что мне посоветовал Ярослав. Мы сейчас снизили калории, исключили сладкое, жирное и жареное, а еще мои любимые булочки и хрустящий белый хлеб. Эх, чиабатта, прощай. Я так тебя любила!
Внезапно останавливаюсь, будто на преграду налетаю.
Точно!
И как я этого не заметила?
Всю жизнь, стрессуя, я набивала рот едой. Расстроилась ли, поругалась с подружками или родителями, не получалось что-то, просто скучно – в ход шло все. Лишние килограммы нарастали на мне подобно спасательному кругу. Как броня закрывали от жестокости этого мира.
Медленно бреду из универа к остановке.
Кто-то меня окликает, но я не хочу оборачиваться. Такое состояние, будто я сделала величайшее открытие в своей жизни.
И главное, что мне надо сделать – не зашить себе рот по-живому. А найти опору внутри себя. Гармонию. Научиться получать радость от жизни и позитивные эмоции, чтобы не стараться добрать их из еды.
Было время, когда в старших классах мама почти силком выпнула меня в бассейн. В принципе, мне нравилось плавать, но нервировали чужие люди вокруг. Мне казалось, что все рассматривают мое тело в купальнике.
Сегодня понедельник, а значит, вечером меня ждет тренировка с Ярославом.
Оооой… как же я буду заниматься, если мои мышцы больше похожи на отбивную? Мое многострадальное тело не привыкло к нагрузкам. Из спорта я любила, пожалуй, только ходьбу пешком. Особенно в парке в выходной день, когда город только просыпается.
Конечно, Ярослав очень жесткий мужчина. Ни за что не даст мне спуску и не позволит филонить. Выжмет из меня все соки на коврике и на тренажерах. Но именно этот факт загадочным образом успокаивает и дарит уверенность.
Считаю часы до тренировки, а потом лечу… то есть ползу в спортзал. Ладони потеют от волнения, дыхание учащается, когда переодеваюсь в раздевалке и придирчиво разглядываю себя в зеркале.
Картина все та же. Блин.
А что я думала? Что после одной тренировки я похудею сразу на десять кило? Ха-ха-ха! Размечталась, толстушка.
В зале шумят работающие тренажеры: качки работают над и без того идеальными телами. Фитоняшки, вставив в уши беспроводные наушники, занимаются на беговых дорожках. Какой-то тощий парень пытается сделать жим лежа.
По телу прокатывается привычная волна неуверенности в себе. Хочется залезть обратно в свой панцирь, ведь в обтягивающих лосинах и майке чувствую себя почти голой!
– Вероника? – раздается голос моего тренера, и я оборачиваюсь.
Еле сдерживаю норовящую упасть на пол челюсть. Или облизнуться. Потому что сегодня Ярослав выглядит еще более мужественным и пугающим, чем в прошлый раз.
– Я ждал тебя, – он ухмыляется и скользит по мне оценивающим взглядом. – Ну что ж, приступим к тренировке. Заранее предупреждаю, что сегодня я не намерен тебя щадить.
Глава 5
Его слова звучат как угроза. Отдаются барабанным боем в голове.
Нервно облизываю губы и киваю.
– Приступаем.
Даже мысли не возникает ослушаться. Мы стоим перед зеркалом. Ярослав у меня за спиной. Стоит, глядя исподлобья, сложив на груди мощные руки.
Боже…
Я никому не признавалась, но меня жутко заводят красивые мужские руки. Жилистые предплечья, сильные запястья, кисти, будто вылепленные античными мастерами.
В моих фантазиях они были такими, как у Ярослава. Хотя такой булочкой, как я, скорее заинтересуется пекарь или любитель сочных котлет с пивным брюшком, чем спортсмен.
И Толик со своими подпевалами это доказали. На симпатичных и стройных парней не стоит разевать свой рот. Место занято такими, как Аля.
И все-таки хочется закрыть глаза и ощутить, как горячие сильные руки касаются обнаженной кожи, скользят по ней, сжимают…
– Ника, не спи! – раздается оклик Ярослава. Он кладет мне на плечи свои умопомрачительные ладони и заставляет распрямиться. – Вот так. Вот так…
И я под его чутким руководством разминаюсь, тянусь, приседаю, отжимаюсь.
Ну, это сильно сказано.
Я извиваюсь и пыхчу, как сарделька на раскаленной сковородке. Изо всех сил толкаю себя руками вверх, кусаю губы. Пот стекает по лбу крупными каплями, ноют непривычные к активной работе мышцы.
Ярослав безжалостен. Чертов деспот! Он моей смерти добивается что ли?
– Не могуууу… – падаю на подогнувшихся руках, щека расплющивается о коврик.
Я такая жалкая. Слабая. Как ягодное желе или холодец из свиных хрящиков.
Слышу хмыканье тренера над ухом. Наверное, в душе он жалеет, что связался со мной. Одна морока и никакого результата!
– Поднимайся.
– Не могу, – продолжаю ныть. – Мне надо отхнуть.
Напряжение надо мной сгущается черной тучей, готовой разразиться молниями. Ярослав стоит на одном колене так близко ко мне. Вздрагиваю, когда мозолистая горячая ладонь ложится на поясницу.
– Поднимайся, Ника. Немедленно.
– Иначе что? Выгоните меня из зала? – делаю слабую попытку дерзить.
Мужчина нехорошо ухмыляется.
– Иначе дам тебе по заднице.
От шока глаза округляются, а щеки заливает румянец.
По заднице он мне даст? Я что, маленькая?! В голове не укладывается, как тренер может говорить мне такие слова. Я ему плачу деньги, между прочим.
Да, хоть какая-то иллюзия, что я купила себе шикарного мужика на несколько раз в неделю.
И я напрягаю каждую мышцы своего слабенького тела, упираюсь коленями в пол и приподнимаюсь на руках.
– Не прогибайся в пояснице, – ладонь его продолжает лежать внизу спины.
– Не могу.
– Все ты можешь, девочка, – почти ласково мурлыкает он. Прямо как какой-то хищник.
Не выдерживаю и поглядываю на Ярослава из-под ресниц. Тот замечает мой взгляд и усмехается.
– Это… тяжело, – выдыхаю я.
Боже, стыдно! Жалуюсь, как рохля.
– Ты сама еще не знаешь, на что способна, Вероника.
Его слова хоть немного, но бодрят. Он в меня верит. Я правда не безнадежна?
Выжимаю из себя все соки. Закончить бы с этими дурацкими отжиманиями, потому что у меня есть проблемка… Я читала, что некоторые девушки испытывают оргазм от занятий спортом, а от этого упражнения у меня между ног все напрягается. Так неловко, просто невыносимо…
Ай, блин!
Снова плюхаюсь на ковер и тянусь к бутылке с водой.
– Пиииить, – стону, когда Ярослав отодвигает ее прочь.
– Потерпишь, – заявляет строго. – А теперь вставай. Следующее упражнение.
Я уже считаю минуты до конца тренировки. Когда закончится этот ад, а?
Но к концу у меня открывается второе дыхание. Либо организм просто смиряется с тем, что Ярослав не отпустит меня, пока не спустит три шкуры.
Скованность постепенно уходит, и я уже не шарахаюсь прочь, когда мужчина ко мне прикасается: приподнимает мне локти, разворачивает плечи, трогает спину, чтобы я не сутулилась и не прогибалась в пояснице слишком сильно.
Но все же мои щеки начинают гореть, когда обоняние улавливает запах разогретого мужского тела.
Ярослав надавливает мне на лопатки, чтобы я наклонилась ниже, еще ниже… Мы сейчас растягиваем мышцы после тренировки. У меня ужасно смущающая поза: попой кверху, а тренер еще и стоит позади меня на коленях!
Резко подаюсь назад и случайно задеваю задницей его бедра.
– Ой! – смущенно охаю, но мужчину это совсем не волнует.
Сколько таких дурочек прошло через его сильные умелые руки? Да не счесть! И я одна из них.
Потом он ставит меня к зеркалу лицом и начинает разминать мышцы плеч. Это и больно и кайфово одновременно, из меня вырывается стон, глаза начинают закатываться…
Кажется, что остальные посетители просто испарились!
Вижу себя – красную и растрепанную. Пухлую, но все равно такую маленькую по сравнению с широкоплечим высоким Ярославом.
Наши взгляды встречаются в зеркале, и тренер оскаливается волчьей усмешкой.
Черт, снова краснею. Ну что я за дура?
– Тренировка окончена, – и меня выпускают из хватки.
Сразу становится как-то… холодно и пусто.
Тело и измученное, и легкое одновременно. Мне так плохо, что аж хорошо! Как это совмещается? Да уж, спорт поистине великая вещь!
– Спа-спасибо… – лепечу еле-еле. Ноги заплетаются, когда я иду к выходу.
– До встречи, Ника, – летит в спину отрывистое.
Я уже знаю, что буду ждать нашей новой встречи с нетерпением! И пусть потом мое бедное тело стонет и болит. Есть в Ярославе то цепляющее, мужественное, покоряющее.
Нет… нет-нет-нет! Нельзя!
С тоской бросаю взгляд в большое зеркало. Как назло на заднем плане крутят фитоняшки, а тут я – такая краснощекая пампушка с растрепанной дулькой на голове.
Вдруг что-то заставляет меня обернуться.
С изумлением замечаю, что Ярослав не ушел. Он стоит на том же месте, опершись локтем о тренажер, и смотрит на меня темным взглядом. Не отрываясь.
Глава 6
Вот засада! На улице льет как из ведра. А ведь ничего не предвещало!
В ночной темноте косые струи дождя лупят по асфальту. Я даже до остановки не добреду. Даже зонтик не взяла, что уж!
И теперь топчусь под козырьком, надеюсь на чудо.
Достаю телефон. Звонила мама, и я быстро пишу ей сообщение, что доеду на такси. Папа улетел в командировку в другой город и не сможет меня встретить. А крутых друзей с машинами у меня нет. И не было отродясь.
Разочарованно кусаю губу, потому что приложение такси показывает, что время ожидая машины составит двадцать пять минут! Вот уж повезло так повезло.
За шумом дождя не слышу, как за спиной скрипит дверь.
– Тебя никто не встречает? – раздается голос тренера почти у меня над ухом, и я вздрагиваю.
Смотрю на него несколько секунд, широко распахнув глаза. Силюсь что-то сказать, но язык как будто в желе превратился!
Блин. Вдруг Ярослав подумает, что я умственно отсталая?
Или жалкая дура, которая запала на собственного тренера, и теперь млеет, краснеет, бледнеет и падает в обморок при его приближении?
Хмурюсь и мотаю головой.
– Не встречают, но я уже вызываю такси.
– Я подвезу тебя, – заявляет он таким тоном, что я сразу понимаю – спорить бесполезно.
И все же мямлю:
– Но как же… неудобно как-то…
О взгляд Ярослава можно порезаться. Ему явно раньше не перечили девушки.
– Я сказал – подвезу. Стой здесь, сейчас подгоню к крыльцу машину.
И быстро сбегает вниз, прямо в объятия дождя. Засматриваюсь на спину, обтянутую черной футболкой, а потом с силой моргаю.
Спустя минуту подкатывает, шурша шинами, черный кроссовер. Я не очень разбираюсь в машинах, поэтому не могу определить марку. Да и без разницы.
Втянув голову в плечи, быстренько сбегаю по ступеням к машине и ныряю на переднее сидение.
Уф, почти не намокла!
Внутри пахнет чем-то мужским и жгучим. Перцем? А еще, кажется, сандалом.
Жилистая рука Ярослава лежит на рычаге переключения передач.
– Куда тебе? – спрашивает равнодушно.
Называю свой адрес и понимаю, что все это время почти не дышала. Слишком неловко. Слишком нервно.
Меня еще никогда не подвозили мужчины. Я имею в виду настоящих, взрослых мужчин, а не сопляка Толика.
При мысли об однокурснике больше не хочется зареветь, а грудь не пронзает острая боль. Просто морщусь, как будто вспомнила раздавленную тапком противную букашку.
Тишина в салоне давит на уши, я не знаю, о чем мне говорить с тренером вне спортзала. Он тоже явно не горит желанием развлекать беседами толстуху. Наверное, уже сто раз пожалел, что предложил меня подвезти, потому что из-за мерзкой погоды образовались пробки.
– Рассказывай, – велит Ярослав, и я не сразу понимаю, что ему от меня нужно.
Смотрю на суровый профиль и выдыхаю:
– Что рассказывать?
Мужчина хмыкает и поджимает губы.
– Что на самом деле привело тебя в тренажерный зал.
– Ах, это… – впиваюсь в сумку мертвой хваткой.
Я что, должна ему рассказать, как надо мной посмеялась половина универа? Как парень, в которого я влюбилась, прилюдно вытер об меня ноги?
Что именно это стало последней каплей, и я решила изменить свою жизнь?
Ох, нет. Тогда Ярослав поймет, что я просто ничтожество. Ноль без палочки, к тому же безвольная рохля. Другая бы на моем месте дала обидчикам по рожам или послала куда подальше.
Я же стояла и глазами хлопала, как корова. И ревела.
– Ника, ты красивая девочка, но выглядишь очень неуверенной, – рубит Ярослав, и мне хочется съежиться до размеров спичечной головки.
Так, стоп…
Глупо моргаю и кошусь на тренера подозрительным взглядом.
Он назвал меня красивой?
Он что, прикалывается?
Или на полном серьезе?
Ярослав даже на меня не смотрит, его внимание сосредоточено на дороге, но мне кажется, будто его черные глаза выжигают во мне дыры.
– Вам это правда интересно?
Он нетерпеливо хмыкает.
– Можешь обращаться ко мне на ты. И, Вероника, я все еще жду. Пока не расскажешь мне правду, я тебя из машины не выпущу, девочка.
Глава 7
Мотаю головой. В груди разрастается огромный пузырь, который вытесняет весь воздух, колени противно дрожат.
– Ничего я не буду рассказывать! Выпустите меня, я пойду пешком…
– Куда? Под дождь? – Ярослав изгибает бровь и жутко ухмыляется.
Или мне мерещится? Не собирается же он сожрать меня, как волк красную шапочку?
Да кому я нужна…
Хорошо, что дверь заблокирована, иначе бы я вывалилась прямо на дорогу.
И чего, спрашивается, распсиховалась? Ярослав не спросил ничего ужасного, откуда ему знать о моих постыдных секретах?
Но тренер и не думает оставлять меня в покое.
– Думаешь, я ничего не замечаю? Я не вчера родился, Ника.
– Прошу, не надо, – смотрю на него умоляющим взглядом.
Пробка на светофоре чуть рассасывается, и мы медленно движемся вперед. Скорее бы оказаться дома, подальше от этих опасных глаз!
– Чтобы у нас все получилось, мне надо знать твою историю.
– Для меня это слишком унизительно, – опускаю взгляд и ковыряю ногтем ткань спортивной сумки.
Ярослав понимающе хмыкает. Хотя, что он там понимает? Он мужчина, никогда ему не понять проблем молодой девушки!
– Тебя бросил парень. Я угадал? – рубит он правду-матку.
– Ну, почти, – соглашаюсь понуро и поднимаю на него взгляд.
На секунду наши взгляды пересекаются, и меня кипятком ошпаривает.
Облизываю губы и признаюсь:
– Он просто разыграл меня перед своими дружками. Никто не захочет встречаться с такой, как я.
Боже, как я только осмелилась это произнести? Как не провалилась сквозь землю от стыда?
Снова багровею, как свекла. Мне сейчас только в борщ.
– Почему ты так думаешь? Я бы стал, – заявляет Ярослав уверенно и твердо, а у меня челюсть отвисает почти до самого пола!
– Стали бы? С такой, как я?
– А почему нет? – пожимает плечами мужчина.
В этот момент весь мой привычный мир встает с ног на голову!
Нифига себе. То есть НИФИГА СЕБЕ!
Я искоса поглядываю на Ярослава, пытаясь обнаружить на его лице признаки того, что это шутка. Но он похож на скалу, сосредоточенно смотрит вперед, при этом его правая рука небрежно лежит на руле.
– Ты мне не веришь, – заключает он.
Качаю головой.
– Не верю.
– Ну и зря.
Такой странный разговор. Мне от него и некомфортно, но и немного… радостно?
Или он так говорит, чтобы поддержать мою самооценку? Ярослав, как никак, мой личный тренер.
Я так усердно ковыряю свою сумку, что скоро в ней получится дыра.
Мужчина кому-то сигналит, прибавляет газу, и меня буквально впечатывает в сиденье. На повороте качает влево, и я неуклюже заваливаюсь на плечо мужчине. Его рука падает мне на бедро, сжимает…
Совершенно случайно, конечно же.
Он быстро убирает пальцы, а у меня в этом месте загорается кожа даже сквозь джинсы.
– Ой, простите! – оправдываюсь, а Ярослав опять хмыкает.
Наконец, когда я уже готова сама выпрыгнуть из машины от сковавшего меня чувства неловкости, машина подъезжает к моему дому.
Дергаю ручку, чтобы открыть дверь и быстренько выскользнуть в ночь, но та заблокирована. Поворачиваюсь к Ярославу, который вальяжно развалился на сиденье. Смотрит на меня, как коршун на глупого цыпленка.
– Спасибо, что подвезли. А теперь мне пора, мама ждет.
Щелкает кнопка разблокировки. Не говоря ни слова, тренер выпускает меня из машины, и я бегу, перепрыгивая лужи. Дорогу мне освещает яркий свет фар.
Несмотря на отвратную погоду, хочется смеяться.
С чего бы?
В груди странно теплеет, но я пока не знаю, что совсем скоро меня ждет новое испытание…
* * *
Жду, пока силуэт девчонки скроется в подъезде. Потом медленно трогаюсь.
Вероника. Сладкая булочка с глазами олененка. Она сама пока не знает, какой гипнотической силой обладает, какая власть над мужчинами ей дана.
Но все приходит с опытом, а она пока чистый лист. Неуверенный в себе, невинный, дрожащий.
Ее явно обидел какой-то мудак, иначе откуда эта зажатость? Эти комплексы?
Фигура у нее охренеть какая, надо только придать этому алмазу огранку. Вопреки стереотипам, я не бросался на кости и жилы, предпочитая свежее, здоровое мясо. Кровь с молоком.
А Ника – просто секси.
Сегодня у меня руки чесались потрогать шикарную, со стоячими сосками, грудь Вероники, намотать на кулак ее длинные светлые волосы. А уж ее прогиб в пояснице и оттопыренная попка вызвали неконтролируемый прилив возбуждения.
Как только пережил эту тренировку? Хрен знает.
Вместо того, чтобы отвезти ее домой, мне хотелось укатить с ней к себе. Утащить в холостяцкую пещеру, запереть в спальне и трахать всю ночь, наслаждаясь гортанными стонами.
Но видно, что девчонка чистая, не испорченная сука, которая только и думает, на какой из членов запрыгнуть.
Нет, Яр, утри слюни. Такую девочку портить нельзя. Ей надо любовь до гроба со своим единственным. С хорошим парнем. Семейным, каким-нибудь ботаником, сыном профессоров или врачей.
Такому как ты, Яр, и телки нужны соответствующие. Чистые милые девчонки с ямочками на щечках не для тебя.
Давлю на педаль газа.
Что за мысли нахер? Дерьмо в голове.
Надо избавиться от него, пока здравый смысл не снесло, как плотину.
Глава 8
Полночи не могу уснуть, мышцы болят с непривычки, мозг активно бодрствует, переваривая события этого дня.
– Стали бы? С такой, как я?
– А почему нет?
Он как будто совсем не видел моей проблемы.
Я же толстая. Меня никто не захочет.
Утыкаюсь лицом в подушку, чувствуя, как краснеют щеки.
Господи, что со мной? Что за мысли глупые в голову лезут? Почему перед внутренним взором стоит усмешка моего тренера? А кожа все еще чувствует его прикосновения, когда Ярослав показывает, как правильно делать то или иное упражнение.
Мне явно недостает мужского внимания, из-за этого у меня такая странная реакция. Я как одинокий брошенный щенок, готова тянуться ко всякому, кто проявит хоть каплю внимания и ласки.
Что может быть хуже, чем запасть на тренера? У него таких, как я, желающих привести в норму фигуру, сотни! И каждой он должен говорить ободряющие слова, поддерживать и вести твердой рукой к успеху.
Да.
Так и есть.
Я не должна испытывать к нему ничего лишнего, между нами только договоренность. Я плачу деньги, Ярослав меня тренирует.
Не нужно ковырять и без того израненное сердце.
Сама себе киваю и наконец засыпаю с чувством выполненного долга.
А утром понимаю, что проспала. Не услышала будильник на телефоне.
– Йёёёёё!.. – вскакиваю с кровати и бегу со всех ног в ванную, едва не падая от боли в мышцах своей пока еще не накачанной задницы.
Стрелка часов неумолимо ползет к восьми часам, а я пытаюсь втиснуться в джинсы. Пару раз проведя расческой по волосам, бегу на остановку. Еле успеваю заскочить в маршрутку и еду на учебу, трясять среди таких же сонных, как и я, пассажиров.
Какая-то девица с недовольной физиономией проталкивается мимо меня, чуть не вырывая из рук сумку. Ворчит под нос, мол, жрать меньше надо.
Заливаюсь краской и делаю вид, что это не про меня.
Маршрутка как назло ползет слишком медленно, двери открываются кое-как. Почти вываливаюсь на тротуар и ковыляю к зданию универа. Первой стоит лекция по социологии и словами не передать, какая злобная мегера ведет ее. Если опоздаю хоть на минуту, она или не пустит и заставит отрабатываться, или будет позорить на весь зал.
Впереди вижу спину преподши и несусь на всех парах. Ее прямая спина в сером пиджаке все ближе и ближе. Вливаюсь в компанию таких же опоздунов, и все вместе мы заваливаемся в лекционную аудиторию вслед за преподавательницей.
Кто-то наступает на пятку моего кроссовка, я на глазах у всех лечу вперед и лишь чудо удерживает меня от позорного падения у всех на виду. Зато…
Чувствую, как лопается молния у меня на джинсах, и от нее отлетает собачка.
Блин!
Неловко прижимаю к себе сумку, чтобы прикрыть расстегнутую ширинку. Мало того, что вспотела после нервного забега, так еще и волосы растрепались, и щеки стали красными, как будто я натерла их свеклой.
– Вас еще долго ждать, Ко-ро-ле-ва? – ехидно цедит преподавательница.
Она похожа на Шапокляк – с длинным тонким носом и такая же вредная.
– Простите, Валентина Ивановна, – бормочу я и присаживаюсь за парту.
В первых рядах у нас сидят аутсайдеры. Такие же, как я. Но, в отличие от зубастых звезд нашей группы и потока, между отверженными нет сплоченности. Мы не может травить и загонять в угол любого, на кого падет выбор.
Я честно стараюсь сосредоточиться на лекции, и у меня почти получается. По крайней мере, сегодня я не воспринимаю каждый смешок или шепоток на свой счет. Толика на лекции нет. Хоть какая-то радость.
Когда нас отпускают, первым делом бегу в туалет. Выбираю самый малопосещаемый, на третьем этаже в конце коридора.
Вожусь в кабинке, стараясь скрепить молнию крупной булавкой, которую ношу в сумке на всякий случай. Надеюсь, она не расстегнется и не вопьется мне в причинное место!
Уф, справилась.
Кладу пальцы на ручку двери и собираюсь выйти, как слышу цокот каблуков и болтовню. Голоса знакомые, поэтому я задерживаюсь в кабинке.
– Прикиньте!
– Да пиздец вообще…
– Я в ахере полном!
Среди гомонящих девиц узнаю голос своей якобы подружки Али. Раньше она часто подсаживалась ко мне на парах, просила списать коллоквиум или домашку, брала перефоткать лекционные тетради. И я никогда не отказывала!
Вот дура блин. Она мной пользовалась, а сама при случае воткнула нож в спину.
Разозлившись, открываю дверь и смотрю на округлившиеся глаза однокурсниц. Они не ожидали меня здесь увидеть.
С Алиной Дашка, Рита и Жанна. Последняя замирает с помадой перед зеркалом, Даша отрывается от экрана мобильника, а Алина проворно хватает меня за локоть и подтаскивает к компании змей.
– Привет, Ник! А мы как раз о тебе говорили, – щебечет она как ни в чем не бывало.
Девчонки окружают меня, как пираньи, почуявшие кровь.
– И что? – спрашиваю мрачно и скрещиваю руки на груди.
Что им от меня надо?
Аля закатывает глаза и выговаривает:
– Ну ты, надеюсь, на меня хотя бы не обиделась за ту выходку с Толиком?
Не обиделась – это мягко сказано.
Я волосья ей готова повыдирать.
Но вслух отвечаю:
– Я не обижаюсь на идиотов. Еще что-то?
Девки переглядываются, поджимая губы.
– Ты хоть понимаешь, что я спасла тебя от большего позора? – Аля приближает лицо с надутыми губами слишком близко ко мне.
– О чем ты?
Ужасно хочется сбежать от них, от их духов у меня кружится голова, но любопытство примораживает к месту. И робость. Проклятая робость и чувство собственной неполноценности. Как будто мои агрессивные, размалеванные одногруппницы с длинными стройными ногами во всем лучше меня.
А я мусор. Просто ничтожество. И не смею даже глаз на них поднимать, не то что спорить.
Дашка фыркает, Рита усмехается.
– Ну ты лять наивная, как младенец, – перед моим носом лопается пузырь из жвачки.
– Толик вообще сперва собирался переспать с тобой и выложить фото в общий чат. Он на тебя поспорил, дура, – Аля брезгливо кривится, а у меня от сердца вся кровь отливает. – Но я сказала ему, что это уже чересчур.
В груди становится холодно-холодно.
– Да почти весь поток в этом участвовал, одна ты ни сном ни духом.
– Они с пацанами просто ржали над тобой. Надеюсь, ты не думала, что Толик в тебя влюбился?
Сглатываю, не в силах сделать живительный вдох. Боже, как это больно. И мерзко.
Я будто отделилась от тела и смотрю на себя со стороны. Как меня зажимают возле раковины четыре девицы с улыбками акул.
Их голоса смешиваются в голове в один противный протяжный гул. Кровь грохочет в висках, а еще меня начинает тошнить.
Собирая в кулак осколки сил и самоуважения, смотрю по очереди каждой в лицо.
– Знаете что? – мой голос звучит на удивление твердо. Потому что я сама уже давно рассыпалась в прах. – Мне вообще похер!
С этими словами толкаю Алину локтем, освобождая себе путь. Шагаю к выходу, не оглядываясь и чувствуя спиной их презрительные усмешки.
Убраться отсюда немедленно! Подальше от них всех, прочь из универа.
Прямо сейчас!
По щекам текут горячие слезы, моя выдержка дает все-таки сбой. Не знаю, как ноги все еще меня держат.
Оказавшись в холле универа, где случился мой позор, перехожу на бег. Выскакиваю на улицу. Тут пахнет весной, светит солнце. Но у меня в душе ливень.
Плевать, что сегодня еще пары. Мне надо побыть одной. Нет сил смотреть на высокомерные рожи одногруппников.
Почти все, значит, были в курсе розыгрыша, но никто, НИКТО не сказал, не предупредил.
Крысы.
Как же я их ненавижу!
Еще немного, и сорвусь в истерику. В груди жжет.
В себя меня приводит визг тормозов и гудок.
Понимаю, что едва не угодила под авто! Замираю посреди дороги, прижимая к груди сумку. И вдруг узнаю машину, которая меня чуть не переехала.
Дверь открывается, выпуская злого, как черт, водителя.
