Текст книги "Готов на пять! (СИ)"
Автор книги: Катерина Ши
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Когда в очередной раз оторвал голову от бумаг, то понял, что уже идет второй час ночи. Итак, подведем итоги: у меня имеются конспекты на первые три рабочих дня, заполнен на неделю журнал, распечатаны и собраны по папкам документы. Отлично! Я настоящий молодец! Похвалите меня!
Только аплодисментов и оваций нет… А это обидно! Пыжишься тут, голову ломаешь, думаешь, а тебе даже спасибо не говорят! Однако пока собирал на утро сумку и пакет, записал себе в планер дела, которые ну просто необходимо успеть сделать: например, вечером у меня тренировка, а еще есть окно на третьем уроке – значит, время в отсутствие детей нужно провести с пользой для дела! Так как теперь на второй работе у меня тоже завал, что хорошо в денежном эквиваленте, но катастрофично по обилию задач, то нужно просто правильно распланировать свое время, тогда уж я точно все успею.
Утром машины Ярославы во дворе уже не было. Она молодец, встает рано, везет Ромку в сад, где быстро его переодевает и мчит с Ариной в школу, только после этого спешит на работу и умудряется на нее успеть.
Вообще многим женщинам нужно ставить памятник! Мне их искренне жаль – столько на себя взваливают: и воспитание ребенка, и дом, и работа, и досуг. А если тебе еще и муж попался хуже, чем ребенок, то и его еще воспитывать надо! Я в принципе не понимаю, как они все успевают, как могут с больной головой играть в детские шумные игры, как могут нести ребенка, когда болит спина и отказывают ноги. Нам у них учиться и учиться! Ну, многим из нас, не все так плохо с мужской половиной человечества!
В школе собралось уже довольно много детей, да и я, если честно, сегодня опоздал на пять минут и пришел несколько позже, зато сразу же мне навстречу вышел папа Платона.
– Максим Сергеевич, спасибо, что старшего спасли и с младшем помогли! – мужчина пожал мне руку и, светясь от счастья, сообщил, – сын у нас – богатырь! В честь вас назвали! Максим!
Я вздохнул и так и замер. Это – неожиданно!
– Поздравляю! Растите большими и здоровыми! – а у самого улыбка во все лицо. Приятно же! Ну чего скрывать-то! В честь меня! Вы только подумайте!
Все – этот день сегодня ничего не омрачит, даже порванный рюкзак Егора!
– Когда успел-то? – удивился, – только же в школу пришел?
– Это не я, – шмыгнул носом мой ученик.
Так, а что тут произошло, пока меня не было?
– Рассказывай!
Ну, Егорка и рассказал, что к нему задирались ученики из старшего класса, что в туалете его закрыли, один раз даже пнули. И вот тогда во мне проснулся отцовский инстинкт.
Что это за зверь такой? А это когда ты готов рвать, метать и в морские узлы завязывать за своего ребенка, которого обидели! Это когда ты широким шагом идешь в кабинет, быстро раздеваешься и, подхватив злосчастный портфель и мальца, поднимаешься на третий этаж, где располагается часть классов начальной школы, и находишь того, кто виновен во всех бедах.
Да не одного, а в компании с учителем и завучем.
– Доброго утра, – здороваюсь я, – а мы к вам!
– Что случилось? – обреченно спросила Мария Николаевна, косясь на своего ученика.
Я тоже посмотрел в его сторону, при этом поглядывая на насупившегося Егора, который держал меня за руку своими маленькими пальчиками и кивнул головой в сторону обидчика.
– Да, верно смотрите. Вот что ваш подопечный сделал, – показал надорванную лямку у портфеля, – да еще и моего Егорушку обидел, а я ведь за своих!..-погрозил кулаком, хотя итак эффектно выглядел.
Помните, да, что я под два метра ростом, что говорю не ласково, потому что бас мой никуда деть невозможно… ну и как бы пришел за своего заступаться… В общем-то пугать никого не хотел, как-то само вышло. Малец, что до этого был грозой всех первых, вторых и третьих классов – сдулся, скуксился.
– Я больше не буду, – пообещал он искренне, – прости, пацан.
О, даже прощения попросил! Прогресс! С эти мальчиком явно у всей начальной школы были проблемы, но с сегодняшнего дня его будут пугать мной. Вот увидите, так и будет, потому что Мария Николаевна уже как-то так смотрит на меня, словно прикидывает, когда можно еще пригласить учителя первого класса в гости исключительно в целях профилактики.
– Извинения приняты! – ну а портфель я на перемене сам починю, тут не так уж и много зашивать.
Вернувшись в класс, поздоровался со всеми детьми и, пока готовился к уроку, заметил, что вокруг Егорки образовалась целая толпа детей. Он им что-то рассказывал, размахивая руками, но при этом говорил очень и очень тихо.
– А я говорил, что у нас Максим Сергеевич супермен, а вы мне не верили! – громче положенного произнес Платон и добавил: – Он меня в субботу спас! Через дорогу прошел сквозь машины!
Мне захотелось закатить глаза. Ну и фантазия у вас, товарищи! Какой из меня супермен? Ну, серьезно? Вы о чем вообще?
Но я усвоил еще один урок: если дети что-то для себя придумали и решили, то так тому и быть! А мне теперь красный плащ покупать? Или так сойдет?
Пока я думал над тем, как развеселить детвору, в класс зашла Ариша. И, да, сегодня она счастливо улыбалась, впервые за все время обучения в школе. Первым же делом ребенок подбежал ко мне и крепко обнял!
Вот тут-то все разговоры и стихли. Девочки вытянули шеи, мальчики вытаращили глаза и неверяще смотрели на нас. На лбу красным цветом у всех словно транслировалась бегущая строка: «А что, так можно было?»
На обдумывание и анализ ситуации у класса ушло чуть меньше минуты, а потом дети дружной толпой кинулись ко мне, сшибая стулья, столы и портфели.
И знаете, быть облепленным с ног до головы этими козявками, оказывается, классно! Прям внутри силы какие-то рождаются, подбивая на подвиги, жить сразу хочется, улыбаться, смеяться!
В такой вот позе нас и застала директор школы. Счастливо улыбнулась и тихонько прикрыла за собой дверь, а через пару мгновений прозвенел звонок. Упс, а кто-то даже к уроку не приготовился! И это не я!
Глава 10
Максим Сергеевич
Сегодняшний утренний эмоциональный подъем как-то хорошо на всех нас отразился. Первые два урока пролетели очень быстро, даже поход на завтрак оказался совсем иным, нежели раньше. То ли каша пшенная всем понравилась, то ли всему виной утренние обнимашки, но очень много учеников съели если не все, то знатно подчистили тарелки! Я же, как гордый отец семейства, который не только добыл еду, так еще ею и накормил – повел детей в класс, чувствуя себя мужиком! Мало кто может похвастаться тем, что у него ребенок хорошо завтракает, а я вот могу! И не важно, что не мой – завтракает же!
После второго урока в класс пришла учительница по музыке и сообщила:
– Максим Сергеевич, вы вместе с классом участвуете в конкурсе и защищаете честь школы!
Не было печали…
– Как вы представляете это?
О! Женщина все представляла более чем красочно. Я – в черном классическом костюме буду петь на сцене в окружении своих учеников. Она даже нам песню подобрала какую-то очень трогательную. И даже стала ее напевать, при этом брать такие ноты, что лично мои голосовые связки уже сейчас шепнули мне: «Опусти ее с небес на землю, мы только разговаривать можем!»
– Эм, Тамара Львовна, тут такое дело, – остановил я коллегу, пока строил детей парами и проверял у них наличие пенала, – я петь не умею… совсем. Скажем так, твердая три за то, что приходил на урок и изредка открывал рот, у меня была.
Женщина сникла, еще раз на меня посмотрела и вновь загорелась идеей.
– Мы сейчас вас проверим.
Я пожал плечами и с классом вышел в коридор. Эх, как много было планов на это окно, но, увы, это школа – здесь всегда что-то происходит, и не всегда с этим «что-то» ты знаком. Например, я услышал, что пришли какие-то документы из департамента, которые нужно ну очень срочно заполнить и сдать. Увы, лично я пока эти отчеты не видел, мне о них никто и ничего не говорил. На всякий случай даже до учительской дошел, но никакой информации откопать не получилось. Ладно, подожду еще, главное, чтобы в конце рабочего дня сюрприза не было… А он будет! Вот чует моя борода!
В кабинете музыки дети расселись за свои парты, я занял самый последний стол, где стоял одинокий сломанный стул. Мы с ним синхронно крякнули и даже заскрипели, но я все же чудом устроился.
– Дети, – радостным голосом начала Тамара Львовна, – сейчас мы попросим вашего учителя спеть песенку про елочку.
Она быстро уселась за музыкальный инструмент, наиграла знакомую всем мелодию про маленькую елочку, которой холодно зимой, и кивнула головой, когда я должен был открыть рот и взять первую ноту. Но у нас что-то не срослось. Именно на этом моменте впереди сидящий Илюха решил покачаться на стуле и стал падать, ну а я его ловить.
Второй блин тоже вышел комом: я опоздал. Готовился, вот-вот, уже…и пропустил…
Тамара Львовна тяжело вздохнула, вымучено улыбнулась и заиграла снова. В этот раз петь я начал вовремя.
– Маленькой елочке холодно зимой! – после первой же строчки руки женщины соскользнули с клавиш, и она покачала головой. Я видел, как она огорчена, как иллюзия, которую она успела придумать – лопнула, а вместе с ней лопнули ее мечты о призовом месте.
– Я сделал все, что смог, – пожал плечами, – давай я просто рядом с ними постою на сцене, могу посидеть, полежать… Но петь не буду. Или нам другой конкурс дайте, где не нужно показывать творческий учительский талант.
Честно признаюсь, но только вам, я отлично танцую! Даже когда участвовал в студенческих конкурсах, то больший упор делал на танцы. Если меня подучить – могу и вальс показать, а так больше современные, где есть четкие и быстрые движения. Но вы же понимаете, что такие вещи говорить нельзя! Потому что сразу для меня найдут тысячу и одно применение, а я хоть и не очень старый и не совсем больной человек, но мне далеко не восемнадцать.
Выйдя из кабинета, шустро сбежал в свой класс, где сначала быстро привел портфель ученика в должный вид, а потом сел за комп, который до сих пор пыхтел, кряхтел, но каким-то чудом работал. Нужно бы с ним что-то сделать, иначе как на нем вообще работать? По мне техника, тем более в образовательном учреждении, не должна быть такой древней и поломанной. При всем этом у меня в классе даже имелась электронная доска и проектор, и я бы с превеликим удовольствием всем этим пользовался, показывая презентации, но…Я боюсь, этот черный гробик просто не сможет загрузить все то, что я ему принесу.
Конечно, за то оставшееся время, что у меня было, успел сделать мало, однако не унывал, ждал конца четвертого урока и подставы, которая не заставила себя долго ждать.
– Максим Сергеевич, – ко мне зашел заместитель директора и завуч по учебной работе старшего звена в одном лице, – а где ваш отчет?
– Какой? – искренне удивился, потирая свою многострадальную бороду.
– Как, какой? – воскликнула женщина, – я всем рассылку на электронную почту сделала!
– О! – такого я явно не ожидал, – домой приду и посмотрю.
На меня ну очень серьезно посмотрели, был бы на лет десять или пятнадцать младше, испугался бы.
– У вас компьютер для чего тут стоит? – вот не люблю, когда со мной так разговаривают. Я ведь сначала хотел решить этот вопрос полюбовно, но теперь видел, что ко мне шли явно не для того, чтобы пойти на компромисс и договориться. Кажется, у меня появился еще один недоброжелатель.
– Для пыли, Елена Вячеславовна. Это груда железа не работает от слова совсем, и если включить я ее смогу, то зайти на почту нет…. Интернет в класс не проведен.
И что вы думаете?
– Могли бы зайти к кому-нибудь и попросить компьютер.
Серьезно? Я не ослышался? Я должен в свое окно ввалиться в класс, где на этот момент будет идти урок, и сесть с серьезным выражением лица за комп и делать свои дела?
– Тогда пойдемте к вам! – вы же понимаете, что я за словом в карман не лезу?
– Ко мне нельзя! У меня много работы… – почти сразу нашлась с ответом женщина.
– Значит, до завтра.
Нет, я все понимаю – важный отчет, который нужно срочно сдать, но, во-первых, разговаривать нужно по-человечески. Я не обладаю сверхъестественными способностями, чтобы прочитать чьи-то мысли. Я никак не мог догадаться, что вся инфа была отправлена на почту. Работал бы в телефоне интернет, возможно, даже и увидел бы рассылку, но месенджеры и соцсети я заблаговременно отключаю, дабы не беспокоили во время занятий. Сам аппарат у меня лежит на столе, и во время перемены я могу только принять вызов или ответить на сообщения беспокойного родителя, на большее мне времени не хватает совсем.
Кончено, такой расклад Елене Сергеевне не понравился. Она стала мне говорить, чтобы я бежал домой и заполнял таблицу, а потом пулей летел к ней в кабинет, но если ее в нем не будет, то должен буду искать по расписанию, в каком классе проходит у нее занятие. А еще ей надо потом сразу в департамент, а значит, уложиться я должен минут в тридцать – сюда входит дорога до дома и обратно до школы.
– Знаете, я принесу все бумаги завтра. Выполню их неспешно и правильно, а вы пришлете мне программиста, который починит компьютер, или выделите новый. И интернет, конечно! Про него забывать никак нельзя!
После этих слов я посчитал, что разговор окончен. А-н нет…
– Вы очень много себе позволяете! Со мной так еще никто не разговаривал!
– Я вам не грубил, – предостерег от лишнего наговора на меня, – я ответил так, как любой бы ответил в моей ситуации. Я не собираюсь бежать домой, судорожно выполнять ваши поручения и нестись обратно. Создайте мне рабочие условия – и я с радостью буду все выполнять здесь!
На этом мы и распрощались. Только когда Елена Сергеевна выходила, в кабинет заглянула Ярослава. Аришка все это время собирала портфель и хмуро смотрела в сторону завуча, но еще чаще глядела на меня, оттягивая время.
Подхватив сумку и пакет, попрощался с воспитателем, которая уже успела часть детей отдать родителям, а вторую уже уводила на обед.
– Вы не расстраивайтесь, – сказала Валентина Егоровна, – она со всеми так разговаривает.
– Да я спокоен как танк, – махнул всем рукой и первым покинул класс, чтобы нос к носу встретиться с Ярославой.
– Домой? – женщина лишь кивнула и чуть заметно покраснела, – возьмете несчастного и обиженного учителя с собой?
– Возьмем и даже обедом накормим! – Ярослава взяла дочку за руку и повела ее в раздевалку, – мы быстро.
Я кивнул головой, поставил сумку и пакеты на лавку у класса и стал застегивать свое пальто, думая над тем, как бы урвать время и организовать хотя бы мини-свидание? С моим темпом и ритмом жизни это фактически невозможно, но вполне реально. Нужно только чуточку фантазии, и вуа-ля!
Вау-ля вышло несколько другое, потому что из раздевалки вместо Ярославы вышла Алла Олеговна. Естественно, она моментально подошла ко мне и таким воркующим голосом, способным распугать даже голубей, стала интересоваться успехами сына…
Не был бы учителем, отбрехался бы от этой женщины, но пришлось вежливо и по существу отвечать на вопросы, которых оказалось очень много. То ли мама Даниэля готовилась и, мало того, что написала целый список вопросов, так еще его и заучила, то ли действительно переживала за сына, но, казалось, что поток ее слов просто нескончаемый. Но помним о моем ограниченном времени и о том, что последний раз только завтракал, поэтому постарался как можно побыстрее распрощаться с назойливой женщиной.
– Извините, но у меня дела. На все ваши оставшиеся вопросы я смогу ответить завтра. Всего доброго.
Теперь уже Ярослава с Ариной дожидались меня, но я довольно быстро еще раз со всеми распрощался и поспешил к ним. И знаете, а плевать, что сейчас обо мне думают. Если постоянно оборачиваться и прислушиваться, что о тебе говорят, то можно прийти в ужас, слегка на всю голову поседеть и заработать сердечный приступ. Моя жизнь – это только моя жизнь, и то, что происходит в ней, исключительно мое дело.
Мы втроем добрались до дома довольно быстро, но нависшие свинцовые тучи прозрачно намекали о том, что в скором времени к холодному и пронизывающему ветру присоединится еще и сильный дождь.
Вообще, осень уже вступила в свои права, и того тепла, что было на выходных, уже точно больше не будет. А жаль. Я очень люблю жаркое лето, но терпеть не могу зиму с ее морозами, хотя их уже довольно давно не было, точно так же как и снега. Однако воспоминания из детства остались довольно яркие.
Когда мы зашли в подъезд, то все вместе поднялись на третий этаж, пока до меня не дошло…
– Так Арина же в продленку ходит!
Ярослава улыбнулась, кивнула головой, соглашаясь со мной, и пояснила:
– У меня сегодня в издательстве выходной, так что дочку с обеда сняла и пораньше забрала. Мы сейчас перекусим и поедем по магазинам.
У Арины расширились зрачки, и она посмотрела на маму такими глазами, словно из них вот-вот польются слезы счастья.
– Что? – не поняла женщина странной реакции малышки, – я же обещала тебе купить то платье? Вот за ним и поедем.
– Спасибо, мамочка!
Ох, какая шикарная сцена: мать и дочь обнимаются на лестничной клетке у двери квартиры! И надо же было именно в этот момент моему животу жалобно застонать и содрогнуться в предсмертных конвульсиях.
– Извините, – смущенно улыбнулся, – но я ел только утром.
Ух, какую бурную деятельность развели девочки, заталкивая меня в квартиру! Пока Ариша со мной мыла руки, Ярослава спешно накрывала на стол.
– Вот это да, – осмотрел столешницу, где, кроме первого, была еще гречка с мясом и салат, – царский стол! Я потом не смогу пойти на тренировку!
– Тренировку? – переспросила моя ученица, усаживаясь за стол рядом со мной.
– Угу, – вздохнул, – я по вечерам работаю еще и тренером.
Ну и рассказал о том, какой у меня график, и в какие часы я обычно пропадаю вне дома. Ярослава смотрела на меня во все глаза, кажется, даже как-то по-новому.
– Вы молодец! – сказала она, – очень много трудитесь.
– Ты, – поправил ее, когда Аришка убежала в зал, – и, да, жизнь заставит и не так крутиться.
Но женщина со мной не согласилась, отрицательно помотала головой.
– Не все такие, – тихо произнесла, смотря в сторону коридора, – кто-то привык плыть по течению и сразу захлебывается, если чуть меняет курс, или в его жизни происходят совсем незначительные изменения.
Возможно, есть такие люди. Если мама Арины так говорит, то, скорее всего, лично знакома с подобным человеком. Но ворошить камни прошлого совсем не хотелось.
– Давай помогу с посудой и, увы, побегу.
Я действительно помог, даже успел чуть поиграть Аришей, прежде чем поспешить в коридор обуваться. Еще раз попрощавшись с девочками, спустился на свой этаж, вновь разулся и, когда стал доставать из пакета тетради, то на пол вылетел листочек, вырванный из блокнота, а на нем был нарисован я, сидящий за столом.
Что ж, вот и первый неожиданный подарок, который займет свое почетное место в созданном для такого случае альбоме под названием: «Максим Сергеевич Белоусов – лучший учитель 77 школы!»
Глава 11
Сегодня в нашем финтес-центре был ажиотаж. Мало того, что у меня стояли две тренировки подряд, плюс час занимался сам в зале и все равно оказывал услуги инструктора. Устал настолько, что меня сегодня даже не бесил мой первый и постоянный клиент, который опять вел себя не очень красиво. Я смотрел на него снисходительно, представляя, что предо мной ученик – маленький, несмышленый, желающий показать себя во всей красе. Вот и этот молодой человек каждый раз показывал себя – то справа, то слева. Да только девушки на него не обращали никакого внимания, чем сильно огорчали его мужское самолюбие.
– А жена бы на меня посмотрела, – пробурчал он и впервые за все это время уставился в окно, глубоко задумываясь о чем-то своем. Лезть к нему не стал, я не мать-Тереза и не психолог, которому можно излить душу. Самому бы разобраться со всем, что на меня свалилось.
Работать здесь мне уже, если честно, не очень нравилось. Смотреть на самоуверенных людей, которые приходят в зал не за пользой для тела и здоровья, а для того, чтобы сфоткать себя на фронтальную камеру телефона и показать друзьям, в какое пафосное место ходишь, с каждым днем становилось все противнее.
Были и те, кто действительно трудился. Таких заметно сразу по отрешенным взглядам, которые направлены не на отражение в зеркалах, а куда-то внутрь собственного сознания, души. Это работающие для себя, не смотрящие по сторонам в поисках идеального ракурса для кадра или спутника для жизни. С такими заниматься было в удовольствие. Конечно, в центре, помимо прочего, была еще и нормальная зарплата, даже несмотря на то, что я проведен через приказ, но только на вечернюю занятость, то есть график у меня значился сокращенный.
Но дети… Это же чистые, почти ничем не забитые головы, малыши, не умеющие должным образом врать, искренне радующиеся всему, что только увидят. Даже муха под потолком для них целое событие, а если залетит в класс кто побольше – то урок сорван от восторга и громкого визга радости!
Я теперь вообще на все смотрел другими глазами, много сравнивал, много думал, куда смогу пойти еще, если, к примеру, откажусь от этой подработки. Блин, но ведь второе высшее образование само себя не получит. А тут вроде как и практика есть, перспективу обещали, карьерный рост. В общем-то сложно как-то все встало за неделю. Мне бы куда-то в одно место все силы бросить, а я ни детей не мог оставить, ни вторую работу, вот и крутился-вертелся как белка в колесе.
Иногда думал над тем, что не нужно было идти в школу совсем: что тогда меня явно бес попутал, раз сделал шаг в сторону образовательного учреждения, а как переступил порог школы, как приворожили! Вот точно! Другого объяснения этому нет.
После тренировки поплелся домой, вспоминая о том, что пришедший на почту отчет я так и не сделал. А все почему? Сначала был очень вкусный обед у Ярославы, потом несколько часов на то, чтобы убраться, приготовить еды себе на вечер и на последующие два дня. Успел даже заполнить электронный журнал, совсем забив на обычный. По мне, так это пустая трата времени и сил человека, который после работы идет домой, чтобы опять работать. Остальные люди что делают? Правильно, отдыхают! А мы продолжаем выполнять свои учительские обязанности, за которые мало того, что не доплачивают, так еще и ругают. Я вот совсем не понимаю – зачем нужно вести сразу два журнала? Неужели нельзя ограничиться только одним? Ввели электронный – все, работаем только с ним. Ведь получается, что мы одну и ту же информацию вносим дважды! Вот зачем?
Это еще хорошо, что я веду в блокноте записи и знаю, кто сегодня в школу не пришел и по какой причине. Было бы тяжелее потом вспоминать про всех учеников – кто и когда был в классе. Ох, да и вообще мой блокнот как-то довольно быстро стал заполняться разными табличками, сведениями, прочими данными. Я все чаще начал в него заглядывать не только для того, чтобы свериться с расписанием. Оно казался очень ценной книжечкой, которая стала моим помощником и соратником, без нее уже как без рук, вот честное слово!
Когда я добрался до дома, то уже и не хотелось ничего делать. Лень-матушка прям шептала мне на ухо, чтобы ложился спать – утро вечера мудренее, и вообще, кто рано встает, тому бог подает… Но все изменилось, как только я закрыл за собой верь и скинул сумку на пол. Со стороны лестничной клетки раздался тихий стук, и я поспешно отворил дверь.
– Ариша? Ты чего?
Девочка была бледной, с красными от слез щеками и глазами.
– Маме плохо, – прошептала она, шмыгая носом.
Вот тут вся моя усталость куда-то вмиг испарилась. Быстро всунув ноги в тапки, подхватил ключи с телефоном, взял ребенка на руки и поспешил с девочкой на третий этаж. В квартире у Ярославы почти ничего не поменялось с того момента, как я успел уйти, только если прибавился Ромка, смотрящий на меня с такой надеждой, словно я вот прямо сейчас вылечу его любимую маму.
Ярославу я нашел в комнате. Женщина свернулась на кровати, поджав под себя ноги. Кажется, совсем недавно задремала, но стоило коснуться ее огненного лба, как глаза раскрыла. Ярослава нахмурилась и попыталась понять, кто ее тревожит.
– Максим? – удивилась, – а ты что тут делаешь?
Голос был хриплым, почти неслышным, а глаза при этом мало того, что красные, так еще и слезятся. Сходу понял, что это далеко не простуда, здесь попахивает чем-то серьезным.
– Где аптечка? – тихо спросил.
– В кухне, – ответила Ярослава и снова закрыла глаза, больше не желая бороться с усталостью.
– Так, – скомандовал детям, что стояли вокруг меня, – мама сильно заболела, будем ее лечить!
Развить бурную деятельность было непросто, я даже растерялся, думая над тем, с чего бы начать. Конечно, первым же делом откопал в ящике аптечку и быстро поставил градусник больной. Температура у Ярославы поднялась до тридцати девяти градусов, и это почти за минуту! Потом позвонил в скорую и вызвал врача, обрисовав ситуацию. Наверное, по моему голосу было понятно, что я сам на грани если не истерики, то сильнейшего стресса, поэтому меня заверили, что врач скоро будет.
Пока дети сидели кучкой возле матери, сбегал домой за сменной и верхней одеждой, деньгами, прихватил на всякий случай курицу из морозилки. До приезда врачей поставил на плиту вариться бульон, чтобы приготовить для детей легкий суп, начистил картошки, которую буду чуть позже жарить, и одновременно с этим отвечал на вопросы Ромки, проверял домашнее задание у Арины, помимо этого, разумеется, следил за мамой детей, который становилось только хуже.
Когда приехали врачи, то оказалось, что температура у Ярославы за время моего присутствия в квартире выросла еще на несколько градусов, подбираясь к критичной отметке.
– Забираем, – как приговор среди ясного неба, – соберите вещи на первое время и документы не забудьте.
Вот знаете, я стоял перед этими людьми, у меня язык не поворачивался сказать, что я тут никто и звать меня, по сути, никак… Но рядом крутилась Арина, хныкал Ромка, а значит, если нужно собрать вещи, мы их сейчас соберем!
– Арина, – отвел девочку в соседнюю комнату и сел перед ней на корточки, – помоги мне собрать мамины вещи. Белье, халат, штаны, кофту, носки.
Моя ученица быстро провела меня к шкафу и открыла дверцу, где я без труда нашел полку Ярославы и с помощью ее дочери собрал не только белье, но и одежду. В кучу на кровати к тому, что назвал ранее, прибавилось полотенце средних размеров, сюда же положил мобильный телефон и зарядное устройство к нему, тапочки найти мне так и не удалось, зато на глаза попались розовые сланцы – они тоже пополнили список вещей, которые сейчас складывал для женщины. Добавил кружку, ложку, вилку и тарелку, внезапно вспомнив о том, что кушать девушке тоже из чего-нибудь будет нужно.
С бумагами тоже проблем не возникло – сама Ярослава чуть слышно прошептала, где именно хранит страховой полис и прочее необходимое, паспорт же нашелся в сумочке. Женщина только рукой махнула на мои извинения, что пришлось порыться в личных вещах.
– Не волнуйтесь, – попытался успокоить меня врач, – вы завтра утром в городскую больницу приезжайте, только без детей, иначе и они заразятся.
Потом посмотрел на нас сквозь очки и быстро выписал новый рецепт.
– Вот, пропить всем! В том числе и вам, папа! Вы теперь за старшего!
Я-то да, за старшего, вот только кто сопроводит Ярославу в больницу, кто проследит за тем, как она устроится? Ведь нужно проконтролировать документы, их доставку до больницы, правильное заполнение бумаг и их благополучное возвращение владелице, сама она явно не сможет, так как и вовсе потеряла сознание. Передать все врачу? А если потеряет он или работники больницы? Да вовсе украдут?!
Знаете, я впервые понял, что такое паника! Это страшное состояние, когда ты не можешь разорваться, когда совсем не знаешь, как правильно поступить и что делать.
В кармане завибрировал мобильный телефон, я уже хотел было его отключить, но на дисплее высветилось имя мамы и ее фотография.
– Максим, а мы к тебе в гости пришли…
– Мама! – воскликнул, – быстро поднимись на третий этаж! Срочно!
Да, я в такой ситуации говорить спокойно не мог, попрошу прощения у родительницы уже после! Врач тем временем выразительно посмотрел на часы и все еще лежащую на кровати Ярославу, которой успели сделать укол, и она крепко уснула.
Свою маму я встретил сам, открыв дверь и пригласив ее внутрь квартиры.
– А вот и бабушка, – облегченно выдохнул врач, – раз все в сборе, тогда поехали.
– Мама! – взмолился, хватая женщину за руку, – присмотрите за Ариной и Ромкой, я скоро приеду!
Укутав Ярославу в плед, я поднял свою ношу на руки, прихватил одной рукой куртку и приготовленные ранее документы, и быстро вышел из квартиры, а на площадке прошел мимо изумленного отца.
– Потом все расскажу, – произнес и кивнул ему на дверь, уже точно зная – дети не одни, они под надежной защитой и опекой моих родителей.
До больницы доехали быстро, я даже не ожидал, что так все удачно сложится, а после долгая процедура регистрации, сдача анализов, измерение температуры. И все это время я то будил женщину, то вновь укачивал на руках, не оставляя ее ни на минуту одну. Лишь единожды спросил, могут ли ее родители взять на время болезни детей к себе, но Ярослава лишь отрицательно покачала головой.
– Не возьмут. Они им не нужны, – а после долгой паузы добавила, – мне сейчас лучше станет, поедем домой…
Но она была так слаба, что язык кое-как ворочался.
– Ничего подобного! Будешь лечиться, пока врач мне не скажет, что тебя можно забирать обратно. А с детьми буду я и мои родители!
Ярослава ничего не успела возразить, за ней пришли. Определение в палату тоже проходило при мне, и только после того, как я увидел, в каких условиях будет жить мама моей ученицы, кто с ней будет по соседству, только тогда, когда сам сложил в маленькую тумбочку все вещи, переговорил с лечащим врачом и узнал, что нужно купить, облегченно выдохнул. Все! Теперь Ярослава под присмотром!
Лекарства лечебное учреждение предоставляло свои, питание так же, но если что-то нужно будет, мне позвонят. О да, свой номер я оставил как самый важный, и просил звонить в любое время дня и ночи.
Когда вышел из клиники, запрокинул голову к небу и сам себе пообещал, что обязательно со всем справлюсь. Да, жизнь штука непредсказуемая и очень сложная, я вообще не представляю, как эта сильная женщина все тащила на себе. На часах десять вечера, а лично я вусмерть устал. А многим мамам еще поделку лепить, обед готовить, кто-то в это вечерне-ночное время встает перед гладильной доской или садится работать…
До дома добирался на такси, все больше размышляя над тем, как перестроить свой день, чтобы и детей в сад и школу отвезти, потом забрать, на кружки проводить, да еще и накормить, время уделить, да и что-то нужно делать со второй работой…Вечер-то у меня теперь забит!
