355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Катерина Гейтс » Последняя игра » Текст книги (страница 2)
Последняя игра
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 14:17

Текст книги "Последняя игра"


Автор книги: Катерина Гейтс



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Игра начинается

Я читала книгу, сидя на подоконнике. От жестяной крыши прямо под моим окном поднимался горячий воздух. Лизка сначала умывалась, потом возилась со своими непослушными волосами, которые от горячего соленого морского воздуха становились только суше и еще сильнее завивались колечками.

Она скинула с себя полотенце и крутилась у зеркала, тихонько поругиваясь и громыхая большими деревянными браслетами на руке.

– Ничего не могу сделать, – безнадежно вздохнула она, садясь на кровать у окна.

Я погладила её ладонью по спине, и, не глядя, перевернула страницу в книге. Из нее мягко выскользнул листок бумаги, который Лизка подобрала и развернула. Я не видела, что там написано, но, казалось, что ее плечи напряглись, она громко засопела, перевернула листок несколько раз и снова прочла надпись: «Скоро все начнется, позвони мне».

– Это что? – сердито спросила она меня.

– Покажи, – протянула руку я, – из книги выпало, мало ли что там может лежать, – пожала я плечами.

– И часто в наши дни в книги вкладывают такие записки? – щеки Лизки вспыхнули, я закатила глаза и выбросила листок в окно, он медленно спланировал на крышу, а затем скатился с нее, как с горки, прямо во двор. Двор был пуст, и я подумала: «Подберу потом».

Лизка вернулась к зеркалу (попытка номер два) и принялась беспощадно расчесывать свои спутанные кудряшки. Ворчание моей подруги было определенным фоном всей нашей поездки к морю, она ворчала с утра, ворчала, когда заходила в воду, ворчала после купания, потому что волосы не желали расчесываться совершенно, и ворчала перед сном, оставаясь при этом вполне жизнерадостной. Пока мы встречались, я не замечала этой особенности ее поведения, видимо, только находясь двадцать четыре часа в сутки рядом, обращаешь внимание на подобные мелочи.

Солнце медленно спускалось к горизонту, я спрыгнула с подоконника на кровать, положила под подушку книжку и подошла к Лизке. Она, со слезами на глазах, отложила расческу и повернулась ко мне: ее лицо выражало полнейшую безнадежность. Я заключила ее в объятия, она крепко поцеловала меня и повисла на моей шее.

– Ложись, я пойду и уберу листок.

– Да-да, убери свои улики, – криво усмехнулась Лизка.

Я спустилась по лестнице во двор, хозяйский кот, лежащий у подножья лестницы, недовольно фыркнул, но не сдвинулся с места ни на миллиметр. Во дворе я увидела новый автомобиль – в очередной раз сменились постояльцы, – прошла по периметру, но нашего листочка нигде не было. Зажужжал телефон в заднем кармане моих шорт, я вздрогнула и вытащила его, смс от дяди, неужели? Ждал целых два дня, когда его строптивая племянница позвонит, да, видно, терпения не хватило.

«Кира, в десять вечера будь на автовокзале. Ян».

Я присвистнула. «Ничего себе, пойди-ка, племяшка, ночью на вокзал. Интересно, кто и что мне там должен передать?» – задумалась я. Лизка рассвирепеет, если я ей об этом скажу. Незаметно я дошла до ворот и увидела под ногами тот самый злосчастный листочек, подобрала его и внимательно рассмотрела. «Скоро все начнется, позвони мне», – было выведено шрифтом тонким, как ниточка. Я поднесла его к самым глазам, очень похоже на мой почерк, но я точно не писала эту записку. Неужели мой дядюшка подстроил? Вот выдумщик! Посмотрела на часы – девять вечера, если пойду на автовокзал сейчас, приду вовремя, но по возвращении в номер Лизка изведет допросами. Я села на лавочку в тени дерева, городок умиротворенно готовился ко сну, последние отдыхающие неспешным шагом покидали пляж, ведя за руку уже зевающих детей или свои вторые половинки. Вернув телефон на место в задний карман, я медленно пошла вдоль главной улицы, по узкой пыльной дорожке. Смеркалось, море тихонько шуршало песком и камушками, со свистом скрипели мои пляжные сланцы, я глубоко вдыхала летний воздух и наслаждалась летним вечером. Несколько идущих навстречу людей мне кивнули, я кивнула им в ответ, перешла дорогу. И вот я уже на автовокзале. Пожалуй, через этот вокзал ходит пара-тройка автобусов в день. Я прислонилась спиной к киоску и принялась ждать. Ян вышел из магазина напротив аккурат в двадцать два ноль-ноль, я и не заметила, как он туда зашел. На нем светлые джинсы и легкая рубашка с длинным рукавом, через плечо висит небольшая спортивная сумка.

– Кира, – он крепко, по-отечески, обнял меня, – прогуляемся?

– Пойдем, раз ты так примчался, значит, что-то важное, верно?

– Хочу посмотреть, куда занесло мою дорогую племянницу, – он положил руку мне на плечо.

Мы молча пошли, повторяя мой путь из номера. Молчал Ян, и я тоже, очень хотелось пить, спортивная сумка болталась из стороны в сторону, мой сланец по-прежнему хлюпал, а от моего дяди едва заметно ощущался запах стирального порошка и туристического автобуса. Мы свернули на аллею, прошли небольшой сквер и вышли к пустырю, я остановилась и залюбовалась отблесками заката и морем. Потом схватила Яна под руку и повела вниз к воде, во-первых, из-за того, что там не было людей, во-вторых, чтобы спокойно поговорить вдали от фонарей и пусть не оживленной, но все-таки не мертвой дороги, по которой время от времени проезжали велосипеды и автомобили. Ян поставил на землю спортивную сумку и принялся расшнуровывать ботинки, их он поставил рядом с собой и аккуратно поместил внутрь свои белые носки. С улыбкой я глядела на его довольное лицо. В момент, когда он погрузил стопы в воду, его лицо напомнило мне Лизкино, когда я пообещала ей прогулку на лошадках. Меня охватила волна тепла и родственной любви, я бросилась с своему дяде на грудь, он осторожно накрыл и хлопнул по моей спине своими ладонями.

– Все в порядке? – он погладил меня по голове, – что это с тобой?

– Да, – кивнула я, глотая дурацкие горячие слезы.

– Не плачь, – он крепче обнял меня; внезапно стало темно, море похолодало, и на нас опустилась южная ночь.

Ян открыл сумку и вытащил небольшое полотенце, вытер насухо ноги, снова облачился в ботинки и сел на песок. Я плюхнулась рядом, шмыгая носом, он похлопал себя по карманам и вытащил платок, я благодарно приложила его к лицу. Ян закурил, тонкая струйка белого дыма быстро убегала в небо, море плескалось у наших ног, а мы снова замолчали. Я поглядела на часы – половина одиннадцатого.

– Где ты остановишься? – хрипло спросила я.

– Это же южный город, где угодно, – он огляделся вокруг. Успокоилась?

– Вроде да, – кивнула я (и что это на меня нашло?), он взял меня за подбородок и рукавом рубашки вытер мне слезы, я была готова умереть со стыда, еще бы нос подтёр. Галантный кавалер, даже со своей племянницей, которая вполне годится ему в дочери.

– Рассказывай, Кир, я же не просто так приехал через полстраны. Я не буду на тебя смотреть, – он лег на спину, положив руки под голову и притворно любуясь ночным небом, впрочем, может быть и искренне. Я несколько минут молчала, глядя вдаль, потом, поняв, что деваться некуда, с глубоким вздохом принялась рассказывать, как мои дела и почему, когда все студенты сдают экзамены, я прохлаждаюсь на море. Рассказала про свою последнюю работу.

На мою последнюю работу мне помог устроиться именно мой дядя, очень косвенно, но помог. Я думаю, что основную роль сыграла моя фамилия, которой я, честно говоря, именно сейчас старалась не пользоваться, потому что с ней на закрытые вечеринки не пускали, а в закрытые выставочные залы – завсегда. Я не люблю много работать сидя за компьютером, я не люблю много ходить на работу и уж очень не люблю много говорить. Это может показаться смешным, но я работала в службе по размещению гостей, т. е. встречала их, показывала номера и потом вносила в базу. Признаюсь, работа мне совсем не нравилась. Меня хватило со скрипом на два месяца, и в тот самый день, когда я пришла с твердой уверенностью послать все к чертям, – я переоделась, заняла свое рабочее место, громко хлопнула папкой с документами по стойке, – как вдруг произошло нечто странное.

«Плавно и, как мне показалось, бесшумно в стеклянные двери вошел маленький, очень худощавый немолодой мужчина в спортивном костюме. Весь его вид указывал на то, что он стремится создать впечатление старичка, который вышел на утреннюю пробежку, в нем было что-то такое, что вызывало одновременно и подозрение, и недоумение, и, что скрывать, приковывало взгляд, да так, что не отвести».

– Кира, что это было? – поперхнулся своим вопросом Ян и поежился, будто от страха.

Я вздрогнула, ведь я уже и забыла, что рассказываю свою историю Яну. Он открыл спортивную сумку и вытащил свитер.

– Не замерзла? – спросил он меня.

– Нет, мне нормально.

Ян надел свитер и снова лег на спину, закрыв глаза, и я продолжила.

«Человек медленно вошел, поправил рукава, огляделся и подошел к стойке. Мне сначала показалось, что ему далеко за шестьдесят, но когда он положил передо мной свои руки, я увидела руки вполне молодого мужчины и поежилась. Он слегка наклонил голову и посмотрел мне прямо в лицо, я стояла с легкой улыбкой, как блаженная, и не обращалась к нему, а он просто сверлил меня глазами. Ярко голубыми глазами, как у юного героя-любовника из женских романов. Прошло несколько минут и только я, было, открыла рот, чтобы спросить, чем могу ему помочь, он встрепенулся, встал по струнке и приложил указательный палец к губам. Потом вытащил из нагрудного кармана несколько карточек, одна сторона у них была девственно чистой, а на другой была надпись».

Я замолчала и тоже легла на спину, небо почернело, звезды сияли так близко, словно готовясь упасть нам на головы в любую минуту. Щебетала ночная птица, море тихонько плескалось. Я повернулась к своему родственнику, он самозабвенно спал, чуть посапывая, как маленький ребенок. Даже во сне хорош, завистливо отметила я. А мне от отцовских родственников досталась только громкая фамилия. Я не стала будить Яна и продолжила полушепотом вспоминать.

«Он положил на стойку горстку карточек и жестом показал мне, что ему нужна ручка. Я подала ручку, он благодарно кивнул и написал что-то на обороте визитки, я так и стояла с улыбкой, завороженная его четкими лаконичными движениями. Он протянул мне карточку: «Кира?» Я вспыхнула и кивнула. Раньше со мной такого не случалось, чтобы зардеться от обращения ко мне пожилых людей, но это был совершенно удивительный случай и совершенно незаурядный человек. Он показал мне жестом, чтобы я перевернула карточку, что я и сделала, и мои брови от удивления подпрыгнули очень высоко, а непонятные мурашки, то ли от неожиданности, то ли от страха пробежали по плечам и рукам. «Абсолютная тишина» гласила надпись, и мои догадки оправдались! Точно, мужчина был абсолютно глухим, отсюда и его осторожные движения и молчаливые жесты. Он взял вторую карточку, на этот раз писал он медленно, и я почувствовала, как мучительно он подбирает каждое слово. Как ни странно, в это утро никто из персонала гостиницы не подходил к моей стойке, охранник спокойно прогуливался в холле, не бросив не единого взгляда ни на меня, ни на моего посетителя. Карточка сама собой оказалась в моих руках: «Кира, предложение будет странным, если вы откажетесь, я не обижусь. Меня зовут Игорь. Я предлагаю вам работу. Очень сложную и до безумия необычную». Все эти слова были выведены аккуратным мелким почерком. Я прочла и так и села на стул. Игорь стоял у стойки и продолжал смотреть мне в лицо, казалось, он читал мои мысли. Я с закрытыми глазами собрала их в единое целое очень быстро. «Сто процентов он не предлагает мне интим, потому что работа “очень сложная”», – успокоила я себя, встала и взяла одну из карточек. Он кивнул и отошел от стойки на пару шагов, как бы оставляя мне личное пространство для ответа. «Сегодня мой последний рабочий день, вечером я готова обсудить ваше предложение», – прочитав мой ответ, он скривился, будто у него неожиданно заболел зуб».

– Боже мой, а еще говоришь, что это я люблю игры, – вдруг произнес Ян, как давно он проснулся я не знаю, – ты, конечно, согласилась, девочка моя?

– Ян, ты меня будешь слушать, хоть раз в жизни? – рассердилась я.

– Я слушаю тебя, уже не первый час, продолжай, – он улегся поудобнее.

«И тогда я поняла, что мой гость не намерен ждать до вечера, и пригласила менеджера. Наш менеджер Ирина с улыбкой вышла к Игорю, он легонько приобнял ее за плечи и они вдвоем вышли из зоны видимости. Я начала привычную и опостылевшую работу, с исчезновением Игоря гостиница снова ожила. Охранник сразу подошел к стойке и спросил «Как дела?», быстренько пробежала горничная, постояльцы один за другим принялись сдавать ключи. Зазвонил телефон, я сняла трубку:

– Кира, можешь быть свободна, за расчетом придешь завтра, – мягко сказала Ирина и положила трубку.

Вот тогда меня бросило в жар, это походило на какую-то сделку, где все уже решили за меня».

– Кстати! – вскрикнула я, – Лизка про эту историю не знает. Не вздумай проболтаться.

– Вот еще, – фыркнул Ян, – буду я этой малолетке рассказывать сокровенные истории моей племянницы, – и тут же примирительно улыбнулся своей очаровательной улыбкой.

«Я оделась и вышла на крыльцо, в ожидании, что сейчас подадут страшно дорогую машину, а пожилой мужчина увезет меня с завязанными глазами на верную гибель. Игорь мягко взял меня за локоть и протянул еще одну карточку: «Мы пройдемся пешком, я все расскажу по пути». Я кивнула, и мы пошли очень быстрым шагом, и я снова усомнилась, так ли он стар, как хочет выглядеть. Он широко шагал, благо спортивные штаны позволяли ему делать эти шаги, а вот моя узкая мини-юбка разрешала мне только семенить ногами, спотыкаясь о тротуар на моих огромных каблуках. Я была выше его, как минимум, на голову, Игорь вел меня под руку гордо и уверенно. Мы прошли перекресток, тогда он вытащил руку из кармана и показал мне на невзрачное розовое здание, как бы объясняя «мы почти пришли», а я всё ждала, когда он начнет объяснять. Вместе мы выглядели очень нелепо, как будто он меня снял или что-то вроде того. Однако люди на улице не обращали на нас ровным счетом никакого внимания. Игорь остановился и хлопнул себя легонько по лбу, словно он что-то вспомнил. Достал из кармана маленький блокнот и вручил его мне:

«Добрый день, меня зовут Игорь», – было написано на титульном листе, я улыбнулась. Игорь аккуратно подвел меня к остановке, чтобы я могла сесть. Сам он, как недавно в гостинице, отошел от меня на несколько шагов, вытащил телефон и уткнулся в него.

«Я открыл в столице очень странное дело, которое имеет большой успех. Я мог бы соврать, что хорошо знал вашего отца, однако врать я не буду. Я большой поклонник ежегодной игры, которую организовывает ваш дядя и его хороший друг».

Ян расплылся в улыбке и, похлопав меня по плечу, показал мне «класс».

– Не веришь?

– Кира, теперь очень даже верю и, более того, я сразу понял кто это был, но позволю тебе рассказать свою историю до конца.

Я надула губы, но продолжила:

«И хочу предложить вам помочь мне в моем нелегком деле.

Я основал гостиницу «Абсолютная тишина», вы догадываетесь, о чем пойдет речь? Это место, где царит абсолютная тишина, и каждый наш постоялец может погрузиться в нее и побыть наедине с собой, провести романтическое свидание и, да, вы удивитесь – деловую встречу. Весь персонал, который я нанял, совершенно глух, работают они прекрасно и слаженно, однако мне нужен грамотный человек со стороны в качестве управляющего. Вы ведь знаете язык жестов?» – обратился он ко мне, и я отчаянно закивала. – «Руководить людьми, принимать гостей и находиться весь день в абсолютной тишине невероятно трудно, сразу предупреждаю вас. Если вы откажетесь, я не обижусь. Если согласитесь – милости прошу осмотреть мое скромное детище. С уважением, Игорь».

Я замолчала, Ян тоже ничего не сказал и пристально смотрел на меня.

– Меня, наверное, Лизка потеряла, – неуклюже засобиралась я.

– Она знает, что я приехал, все нормально, – признался Ян, – я ей несколько дней назад позвонил.

– И что она? – удивилась я, зная об их негласной неприязни.

– Она объяснила, где именно вы живете и как к вам лучше добраться.

– Получается, она давно знала, что ты приедешь?

– Кира, пара дней, разве это давно? А смс я прислал, чтоб настроить тебя на нужный лад.

– Настроил, – насупилась я.

– Расскажешь, что было дальше? – Ян примирительно положил руку на мое плечо, – и как давно это было?

– Перед моим отъездом, в начале мая.

«Когда я прочла его небольшую презентацию работы, я поднялась, взяла его под руку, и мы пошли в то грязно-розовое здание, на которое он показывал после перекрестка.

Я была уверена, что мы попадем в кромешно-грязные комнатенки, где будут стены, обитые войлоком в качестве звукоизоляции, телевизоры, в которых выдернуты динамики, бесшумные мягкие тапочки. Однако, из моих самых смелых фантазий, оправдались только мягкие тапочки. В «Абсолютной тишине» был светлый просторный холл, большое электронное табло, которое показывало время в разных часовых поясах, длинный белый диван напротив стойки, и постер, изображающий палец, приложенный к губам, все в духе минимализма с неуловимой ноткой роскоши. Девушка за ресепшн приветливо улыбнулась нам, я несколько раз махнула ладонями к себе, что означает «приветствие» на языке жестов, и она радостно кивнула, затем Игорь повел меня на экскурсию. Что сразу показалось мне странным, так это полная тишина. Персонал двигался бесшумно, все были в тапочках со специальной подошвой. Ничто не издавало звука, садишься на кровать – тишина, ставишь кружку на стол – тишина. У меня возник вопрос, как быть, например, с тяжелой сумкой, её же бесшумно не поставишь. Позже я поняла, что с большими сумками в эту гостиницу и не въезжают, ограничение проживания было не более суток, иначе, как написал мне Игорь, неподготовленный человек может сойти с ума».

– А ты подготовленная, Кира? – Ян поднял левую бровь.

– Мне казалось, что да. Но, через две недели я поняла, что мне пора отдохнуть.

– Так чем ты там занималась?

– Координацией работы персонала, контролем сдачи номеров, чтобы все были на своих местах, – резюмировала я.

– Ладно, потом расскажешь, – Ян приобнял меня, я положила голову ему на плечо.

– Тут ночью где-то можно перекусить?

– Только дома, после одиннадцати жизнь здесь замирает. – Я поднялась. – Пошли к нам, утром я договорюсь с хозяином.

– Давай немного еще посидим, – он похлопал рукой по песку рядом с собой.

Я послушно вернулась на прежнее место, Ян обнял меня:

– Кира, дорогая моя племянница, будь готова, на днях я дам тебе четкий план по нашей игре. Город выберем вместе, видишь, я даю тебе право выбора, – широко улыбнулся мой дядя.

– А какие есть варианты?

– Я хочу сделать в этот раз все шире, но при этом у́же. Например. Мы выкладываем список городов, где будут наши вестники. Выкладываем список. Указываем даты. Время, место – пока не известны. Я еще думаю, делать все одновременно или в разные дни? С одной стороны, продлить игру будет очень здорово, а с другой – лишняя работа. Посмотрю по первичным заявкам, там определимся. Итак, список городов и даты, не больше одного дня на каждый город.

– Ян, в этом году будут разные города? – мне кажется у меня даже волосы зашевелились на голове.

– Кира, не все сразу. Имей терпение! На чем я остановился?

– Город, дата, не больше дня.

– Да, только день. А самое интересное начнется уже с наступлением этого дня, – Ян довольно потер руки.

– Все, – я поднялась, – это чудовищно, мерзко и неуважительно по отношению к людям, которые поедут через полстраны потешить твое самолюбие.

– Я уже говорил и повторюсь – личное присутствие автора мне не нужно.

Ян поднял с земли сумку, закинул ее на плечо, и, обнявшись, мы пошли в нашу временную обитель.

Подготовка к старту игры

Утром, когда я пробудилась, в комнате никого не было. Я взглянула на часы – уже двенадцать! Лизка наверняка на море, и тут меня словно парализовало: «Ян!» Неужели уже уехал? И теперь будет передавать мне указания через почтовых голубей? Кем он себя возомнил? Властелином? Королем мира? Я тяжело вздохнула и пошла умываться.

Спустившись на веранду, я повторно замерла. Лизка, болтая ногой, намазывала масло на хлеб, Ян, приветливо ей улыбаясь, что-то говорил, уже по выражению его глаз, я поняла, что говорит он какую-то ахинею, чтоб она просто не доставала его по поводу игры.

– Кира, будешь чай? – радостно спросила Лизка, встала, крепко обняла меня и поцеловала в щеку.

– Кира, – присоединился у ней Ян, – мы уже и на море сходили, и позавтракали в кафешке, а ты чем занималась? Спала?

Я бросила взгляд на стол: там были ноутбук, блокнот, мобильный и тонкая черная папка. Задумал прямо с утра меня донимать, догадалась я, самому не терпится. Ян по натуре очень увлекающийся человек, его ежегодная «игра» в кошки-мышки с писателями отнимает много сил, времени, большое количество денег, не говоря уже о том, что нужно находить людей, которые будут ему помогать. Но то, что он задумал в этом году, было не просто грандиозно, даже не зная всех подробностей, могу догадаться я, а ошеломительно по своей организации. И, наверняка, разочарованных будет в сотни раз больше, чем в прошлом году. Мне были удивительны ежегодные шквальные плевки в сторону издательства и его владельца из уст начинающих писателей, которые были уверены на все сто, даже двести процентов, что Ян возьмет и напечатает именно их работы. Хотят, не приложив усилий, получить все: и напечатанную книгу, и всеобщее признание – как любит говорить мой дядя о них.

Рецензии на изданные под его покровительством книги тоже были неоднозначные. Здесь, лично я, снова видела связь обиженных писателей, понимающих, что их усилия тщетны. Я видела, как бесится Лизка. Хотя при желании можно взять и напечатать книгу в другом месте, можно вести блог, который тоже будут читать. В случае с моей пассией это было больше максимализмом и попыткой отчаянной борьбы, но что двигало остальными писателями? Тоже максимализм? Собака лает, ветер носит. Как бы сильно я ни обижалась, ни злилась на дядю, он не совершал ничего плохого.

На работе, в «Абсолютной тишине», меня первым делом, спросил кто-то из персонала, не дочь ли я известного писателя и определены ли уже правила грядущей игры? И к вечеру только выходной или ленивый не попытался выудить у меня эту информацию.

Мой первый день дался мне крайне тяжело. Игорь поставил меня в пару к действующей администратору на ресепшн, чтобы я посмотрела, сделала выводы и подготовила свои замечания.

У нас всего два способа связи с нашими будущими постояльцами: электронная почта и видео-чат, где мы общаемся только на языке жестов. Точнее, их было три, я совсем забыла сказать о карточках. Они лежали небольшими аккуратными стопками повсюду, так же повсюду были шариковые ручки, полностью выполненные из материала, похожего на резину, чтобы можно было бесшумно их класть. Даже когда роняешь ее на пол, она не издает ни малейшего звука. Ручка – абсолютная тишина, как и остальные предметы в гостинице. Не знаю, кто изготавливал все это для Игоря, но если о беззвучной клавиатуре я когда-то слышала, то абсолютно бесшумные стулья для меня были открытием. Первое время я то и дело брала стул за спинку и водила им по полу туда-сюда. Стулья были только за стойкой ресепшн и, как я узнала потом, в моем рабочем кабинете. Везде в гостинице стояли небольшие диваны и пуфы, они были очень мягкие, принимали форму твоего тела и, не буду повторяться, что ни малейшего звука, когда садишься или встаешь, не было. Игорь дал мне на адаптацию к месту три дня, с условием, что я один раз переночую и на следующий день возьму один выходной. И хотя я сразу же радостно закивала, скользкий страх поселился в моей гортани.

В моей голове в течении первого дня роились тысячи вопросов и глупых замечаний, таких как: А смогу ли я бесшумно есть? А как быть, когда я пойду в туалет?

– Итак, – Ян достал блокнот и маркер, его голос вырвал меня из воспоминаний. Лизка уже успела собрать со стола чашки и уйти с веранды. Я села рядом со своим дядей, понимая, что пока я не выслушаю его план полностью, не видать мне свободы, моря и солнца.

– Сколько городов, Ян? – сразу спросила я.

Ян отвернулся к морю, закурил и прикрыл глаза, давая понять, что сейчас говорить об этом не стоит.

– Кир, а туалет там тоже бесшумный?

– Там, насколько я поняла, в кабинках полная шумоизоляция, – смутилась я.

– А они разве не в номерах?

– На этаже, только в переговорном зале есть выход в отдельную.

– Любопытно, – с улыбкой прищурился Ян, – города!

– Да, Ян, соберись, города!

Ян откинулся на спинку и смотрел на меня, синий дымок от сигареты убегал в потолок, Лизка исчезла, как и все люди, которые несколько минут назад были на летней веранде, даже хозяин гостиницы, с которым мы всегда мирно дымим на скамеечке в углу, куда-то испарился в сотую долю секунды. Ох уж этот Ян, уверена, он все подстроил заранее. И номер в нашей гостинице его ждал с самого начала, только чем он подкупил Лизку, что она такая послушная? Меня осенило:

– Ты издашь Лизкины рассказы? – одними губами спросила я.

– Итак, – мой дядя открыл большой блокнот и пододвинул его мне, – я планирую взять три точки, может быть, это будет нечестно, но интересно. Москва в этом году не участвует совсем.

– Совсем? – изумилась я.

– Абсолютно, но на вокзалы и в аэропорты я запущу по одному наблюдателю, через них на борт или в поезд можно будет передать рукопись.

– А интернет?

– В этом году я ужесточил правила, Кира. Ты полностью права, что рукопись может кто угодно скопировать и отдать под своим именем, поэтому только в печатном виде.

– Ян, – я обхватила голову руками, – это нереально.

– Реально, – мягко ответил Ян.

– Так, я передала рукописи, дальше что?

– Дальше их нужно встретить в пункте прибытия, где и начнется всё самое интересное. На этот раз я хочу организовать командную игру, а не одиночную. Но участники не будут знать, что их задание, это не только их задание. И тут уже будет зависеть от того, кто ловчее, быстрее и хитрее.

– И у кого больше денег, – отрезала я и резко вскочила, на мое плечо твердо легла чья-то рука, я оглянулась: за моей спиной стояла Лизка, – и я снова опустилась на скамейку.

– Я все подсчитал: денег нужно минимум. Убрав Москву, я открою возможности для жителей других городов, если будет нужно, я поставлю еще одну точку. Например, Мурманск.

– Мурманск, – застонала я, – это же край света!

– Да, Владивосток тоже будет, – улыбнулся Ян и постучал костяшками пальцев по столу.

– Куда поедет Лизка? – выдохнула я и рука на моем плече дернулась. – Я собираю и передаю рукописи на двух пунктах, Кир.

– Двух? – Ян кивнул мне в ответ, – сколько это займет времени? Игра же синхронная, как вы планируете это делать?

– Может быть синхронная, может быть и нет, – прошептала Лизка за моей спиной.

– Дальше, Ян, что дальше? Я передала рукописи на поезде со специальным человеком.

– Их зовут «вестники». По-моему, это очень верно отражает их действия.

– И сколько их будет? И куда они все повезут?

– Кира, не торопись. Для тебя важно, какие это города? – я молча кивнула, – Лиза, могу попросить тебя принести нам чая?

Лизка послушно пошла ставить чай, я положила руки на стол:

– Ян, какие еще города?

– Как ты думаешь?

– Калининград.

– Верно, – улыбнулся мой дядя, и мурашки пробежали по моей спине.

– Получается, третий город посередине, на Урале?

– Кира! Урал, я совсем забыл про Урал!

– Ян, ты хотел просто разбросать людей по разным концам страны. Это невозможно, взять и передать свой груз «вестнику» из Владивостока в Мурманск. Ты хоть понимаешь сколько это займет времени?

– Я даю каждому участнику двенадцать дней на то, чтобы его рукопись попала в нужный город. Будет один день, когда можно передать с нашим человеком и одиннадцать дней, когда можно это сделать самостоятельно. Думаешь этого мало?

– Я не знаю.

– Каждый день в места назначения едут десятки поездов и летят сотни самолетов, неужели ты не сможешь найти одного человека, который положит в сумку твою рукопись на сто листов и доставит её по городу, куда он, в любом случае, уже едет? Так или иначе. Плюс, Кира, на каждом поезде есть проводник, который может эту папку вытащить и отдать на любой станции. Я не вижу ничего невозможного.

– В каких городах рукописи принимает Лизка? – я сжала кулаки, – она ни разу никуда не выезжала, она ребенок, чем ты её подкупил, признайся?

– У нее свой интерес, Кира.

– Только не говори мне, что она летит из Владивостока в Калининград!

– Не буду, – Ян перевернул листок и дал блокнот мне в руки.

– Где финальная точка сбора всех «вестников» и кого ты там еще придумал? – злилась я.

– Я придумал еще две роли, только названий пока нет, рассчитываю на твою помощь. Финальный сбор в Казани. Посмотри маршрут, пожалуйста.

Я выдохнула, уже не Мурманск, что хорошо!

– Ян, выходит, что участвуют: Владивосток, Калининград и Казань. Урал не берем?

– Урал не берем, дорогая моя племянница, мы включаем Питер. В самый последний момент, за два-три дня до окончания.

– И все участники из Москвы немедленно рвутся в Питер! А потом в Казань.

– Возможно, я еще не придумал, Кира. До игры остается все меньше и меньше, а у меня много мелочей. Было очень трудно, ты сбежала в самый неподходящий момент.

– Я знаю, кто третий «вестник» Ян! Игорь?

– А кто второй «вестник»? – поднял одну бровь мой прекрасный дядюшка. Кто второй?

– Второй, разумеется я, кто же еще.

– Какая ты догадливая, милая, – широко улыбнулся Ян. Лизка принесла чайник и три чашки, – а теперь, давайте пить чай, дорогие дамы.

Лизка разлила чай, а Ян, аккуратно сложив в папку листы, протянул ее мне.

– Можешь посмотреть потом, я вечером уеду.

– Уже? – удивилась я.

– Кира, когда у твоего покойного отца начались провалы в памяти? – усмехнулся Ян и взъерошил свою стрижку, я невольно залюбовалась. Я понял, что нужно спешить.

Он взял чашку с чаем, подмигнул нам с Лизкой и пошел в комнату. Моя подруга со вздохом села рядом со мной на лавку, я схватила ее за руку:

– Куда ты едешь? Что ты будешь делать? Какие два города? – Кира, точного сценария еще нет.

– Скажи, ты вестник?

– Возможно, – хитро улыбнулась Лизка.

– В Питере? – »Пожалуйста, скажи, что в Питере», – взмолилась я про себя.

Лизка накрыла мою руку своей и наклонилась ко мне:

– В Питере, Кира.

– Слава Богу, – вскричала я, – я боялась, что он отправит тебя во Владивосток.

– Какая разница, – безразлично пожала плечами Лизка, – когда у тебя на руках полностью весь маршрут и легенда? Ты можешь быть в любом городе, и ничего не случится. Я бы даже больше хотела поехать во Владивосток.

– Ты уже видела свой маршрут? – я быстро повернула разговор на другую линию.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю