332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Картер Браун » Завтра убийство! » Текст книги (страница 1)
Завтра убийство!
  • Текст добавлен: 21 сентября 2016, 21:26

Текст книги "Завтра убийство!"


Автор книги: Картер Браун






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Картер Браун
Завтра убийство!

1

Каждый раз, когда я бросала взгляд на новенькую вывеску, меня охватывала радость, словно девушку, впервые спешащую на свидание к моряку. Но предчувствие открывающихся просторов странно смешивалось с горьким чувством утраты.

До прошлого воскресенья вывеска гласила: «Рио – Мэйвис, расследования». Мэйвис Зейдлитц – это я (блондинка, хорошо сложена и с головы до пят просто само олицетворение жизни!).

А Рио расторг наш деловой союз и укатил в Детройт. Ему неожиданно предложили заняться охраной на одном крупном автозаводе, посулив хорошую плату, и он не раздумывая уехал. По-моему, у них там вышли какие-то неприятности с рабочими, которые выносили в карманах запчасти с тех пор, как завод перешел на выпуск малолитражек.

Как бы там ни было, Джонни распростился со мной пару дней назад, и я была все время занята воспоминаниями о нашем прощании. Но в конце концов, девушка не может жить одними воспоминаниями, даже если они согревают ее по ночам.

Я решила продолжить наше дело одна, на свой страх и риск, благо за помещение было уплачено до конца месяца.

И теперь, повторяю, мне доставляло смертельное удовольствие видеть надпись через стекло даже шиворот-навыворот, да какая разница, я и так прекрасно знаю, что там написано: «Мэйвис Зейдлитц. Консультант по конфиденциальным вопросам». Мне подумалось о том, что при подобной вывеске я смогу получать самые разные дела, начиная от «звездочек» варьете, жаждущих узнать все о морских офицерах, и до агентов ФБР, которым необходимо выяснить, каким образом можно отучить людей называть полицейских копами.

Огорчало только то, что уже среда, а ни один клиент до сих пор не появился.

Примерно в одиннадцать, когда солнце так и било в окна моей конторы, а я уже стала подумывать о том, чтобы отправиться к парикмахеру, дверь неожиданно отворилась, и вошел человек.

Это был мужчина лет сорока, высокий и стройный, на вытянутом, бледном лице которого застыло меланхолическое выражение, усиливаемое очками без оправы. Словом, у него был такой унылый вид, словно он умудрился наступить на пепельницу, уходя утром из дома.

– Извините, – нервно сказал вошедший. – Я хотел видеть Рио, и был совершенно уверен, что здесь его бюро расследований…

– Он в Детройте, – ответила я торопливо и почувствовала, что мое лицо принимает столь же грустное выражение, как у посетителя. – Рио уехал еще в пятницу.

– Какая жалость! – похоже было, что мужчина сейчас расплачется. – Мне так необходимо его видеть!

– Я полагаю, ваше желание разделяет, по меньшей мере, половина гардеробщиц этого города! – воскликнула я с сочувствием. – Впрочем, мне тоже жаль, что он уехал, – добавила я как можно безучастнее. – Терпеть не могу расставаться со своими младшими партнерами.

– Рио – ваш младший партнер? – посетитель прищурился, но я не смутилась. Стоит мужчине посмотреть на меня во все глаза и – все, тут ему конец.

– Естественно, младший. Я – Мэйвис Зейдлитц, возглавляла бюро расследований, а теперь, когда Джонни уехал, мне одной придется расправляться со всеми делами.

– Можно присесть? – спросил клиент и, не дожидаясь разрешения, рухнул на стул.

– Может, вы заметили новую вывеску на двери? – спросила я небрежно. – Так вот, если нужна конфиденциальная помощь, то я вполне могу оказать ее вам.

– Мне нужен частный детектив! – простонал этот тип.

– Я и есть частный детектив, и к тому же объяснила вам уже, что Рио был всего лишь младшим моим сотрудником! – Мне стало жаль, что в столе нет пистолета, который можно было бы лениво перезарядить перед этим флегмой. К сожалению, в верхнем ящике валялся только пустой футляр из-под помады оттенка «греховно-розовый».

– Ну что ж, – уныло сказал клиент, – может быть вы действительно сможете чем-то помочь…

– Конечно, мистер…

– Ромейн, – представился он. – Раймонд Ромейн, – мужчина опять прищурился. – Торгую произведениями искусства.

– Вот как? – протянула я разочарованно, поскольку мне уже доводилось встречать типов такого сорта. – Теперь все понятно! Вы хотите, чтобы я позировала для соответствующих журналов: на лице – улыбка, на теле – одни колготки?

– Ну что вы, – проскрипел он, засопел и замигал, как светофор на перекрестке. – Я, в основном, имею дело с древностями…

– Даже так! – взорвалась я. – Между прочим, я гожусь вам в дочери, и к вашему сведению, ни разу в жизни не надевала корсет! Какое вы имеете право оскорблять меня?

– Успокойтесь, – протянул он руку, словно защищаясь от моих слов. – Я только хотел сказать, что имею дело с картинами, мебелью и другими антикварными вещами…

– И совсем не хотите, чтобы я позировала для фотографий?

– Упаси бог! – Он вздохнул. – А что, Рио не вернется в ближайшее время?

– Он не вернется вообще.

– Вы уверены в этом?

– Так же, как в том, что на мне розовые плавки… Впрочем, это не так уж важно, мистер Ромейн, – добавила я быстро. – В общем, совершенно уверена.

– Вероятно, у меня нет иного выхода, – грустно заявил посетитель. – Остается надеяться, что вы мне поможете. Вот это я получил сегодня утром с почтой, – он бросил на стол лист бумаги.

Это была страница из телевизионного журнала с перечнем передач, и мне сразу бросились в глаза слова «Вечерняя передача Сэма Барни», поскольку они были жирно обведены карандашом. Намного ниже карандашом же кто-то приписал: «Посмотрите эту передачу, Ромейн! Для тебя это вопрос жизни и смерти!» Мистер Ромейн внимательно наблюдал за моим лицом, пока я разглядывала послание.

– Ну, что вы скажете? – спросил он нетерпеливо, Я пожала плечами.

– Должно быть, эта передача – жуткая белиберда, если ее рекламируют подобным образом! Лично я предпочитаю старые фильмы по восемнадцатому каналу.

– Каким образом, черт побери, телевизионная передача может быть вопросом жизни и смерти для меня?! – не выдержал флегматик. – Именно этого я не могу понять!

– Я тоже. Если бы речь шла о старом фильме, все бы встало на свои места, раз вы имеете дело со всякой рухлядью…

– Может быть, кто-нибудь пошутил? – неуверенно предположил посетитель. – Тогда тем более я хочу узнать – кто, и вообще, в чем тут дело, не могли бы вы этим заняться? Разумеется, я заплачу, если вы все выясните достаточно быстро.

– Вот это да! – выпалила я. – Поздравляю вас, мистер Ромейн, вы – мой первый клиент!

– Первый? – переспросил он настороженно.

– Да, с тех пор, как уехал Джонни, – нашлась я. – А вообще у меня солидный опыт, не сомневайтесь!

Насчет опыта – чистая правда. Любая девушка, которой пришлось жить в Голливуде, обязательно приобретает солидные навыки по части улаживания всякого рода проблем, иначе ей ни за что не уцелеть в мире волков и шакалов.

– Выясните все насчет этого Барни и его программы, – заявил мой клиент, нахмурясь. – Непременно узнайте, почему так важно, чтобы я в пятницу посмотрел ее. И не забывайте, что уже среда, мисс Зейдлитц, так что времени у вас в обрез. Буду весьма благодарен, если вы поторопитесь.

– Конечно, – коротко бросила я. – Ни о чем не беспокойтесь, выбросьте всю чушь из головы и продолжайте заниматься своим старьем.

С минуту он тупо смотрел на меня, затем вытащил из кармана визитку и бросил ее на стол.

– Здесь мой рабочий телефон, пожалуйста, позвоните сразу, как только что-нибудь разузнаете.

– Ну, разумеется, – усмехнулась я. – И будьте уверены, я, как консультант по конфиденциальным вопросам, обещаю вам выяснить все самым тщательным образом, но…

– Я так и думал. – Ромейн печально вздохнул. – Вот мы и добрались до вопроса о деньгах, не так ли, мисс Зейдлитц? Двухсот долларов в качестве аванса достаточно?

– Долларов? – поперхнулась я.

– Вряд ли вас устроит, если я предложу двести песо, – сухо ответил он.

Вероятно, я несколько минут пребывала в трансе, разглядывая чек, потому что когда снова подняла голову, моего первого клиента уже не было в конторе.

Это меня тоже вполне устроило, деньги я уже получила, осталось сделать не так уж много. «Начнем с самого начала», – как говорил один мой знакомый морской сержант, прежде чем выключить свет и уложить меня на кушетку. Итак, первым делом надо повидать Сэма Барни. Я решительно подвинула к себе телефон и набрала номер телестудии.

Барни оказался из тех деловых типов, до которых почти невозможно добраться, и мне пришлось хорошенько поговорить с секретаршей, пока я добилась встречи с ним на следующее утро в десять часов. После этого мне явно нечего было делать, и я подумала, что было бы непростительной ошибкой провести остаток дня в бюро.

Я направилась прямиком в банк, получила деньги по чеку и помчалась на Биверли-хиллз, где немедленно купила себе неглиже – настоящее чудо со сплошными оборочками, кружевами и складочками… В общем, мечта за 69 долларов! А потом я не выдержала и купила еще ярко-красную пижаму, состоящую из кофточки и штанишек до колен.

Рассматривая ее, я подумала, что раз уж не могу завести настоящего пуделя, то, когда мне станет слишком грустно, я надену эту пижаму, встану на четвереньки, помашу себе воображаемым хвостиком, и грусть тотчас как рукой сымет.

На следующее утро я постаралась появиться в студии ровно в назначенное время, сообразив, что Сэм Барни слишком занятой человек, и если опоздать, то можно не увидеть его очень долго. И я не ошиблась, ибо даже в четверть двенадцатого еще сидела в приемной, битком забитой посетителями.

Сэм Барни оказался здоровенным детиной, но вообще-то не совсем соответствовал моим представлениям о телезвездах, особенно, если учесть его толщину и синяки под глазами. Казалось, с момента своей предыдущей передачи он так и не сомкнул глаз.

– Садитесь, мисс Зейдлитц, – сказал ведущий, и пока я устраивалась на стуле, попытался сосредоточиться. – Чем могу быть полезен? – спросил он устало.

– Не тем, о чем вы подумали, – холодно заметила я, сразу настраивая разговор на деловой лад. – Мне хотелось бы знать, кто придумал рекламировать вашу программу таким идиотским способом, и требую от имени моего клиента, чтобы его немедленно прекратили беспокоить всякой ерундой насчет жизни и смерти. Он человек нервный, и подобные выходки могут вызвать у него инфаркт!

– Гм? – произнес Барни.

– Если вы перестанете таращиться на мои коленки, то может быть быстрее сообразите, о чем речь. Так кто же придумал рассылать по почте листки с программой Сэма Барни, обведенной карандашом, да еще с дурацкими приписками?

– Программа по почте? – переспросил он. – Вы, вероятно, ошиблись. Моя программа рекламируется единственным способом – время от времени появляются объявления в журнале…

– В таком случае, что это? – я бросила на стол перед ним лист из журнала, который оставил мне мистер Ромейн.

Мой собеседник тупо посмотрел на него и покачал головой.

– Ничего не могу объяснить вам, мисс Зейдлитц, я не имею к этому никакого отношения. И уж тем более не представляю, кто мог прислать вам это…

– Не мне, а моему клиенту!

– Вашему клиенту? Какому клиенту? – уставился он на меня.

– Я консультант по конфиденциальным делам.

Сэм Барни закрыл глаза.

– Что-что? – пробормотал он. – По каким делам?

– По разным, – просто ответила я, мне казалось, что это само собой разумеется.

– Ах, да, что я спрашиваю, – устало отмахнулся Барни. – Послушайте, может быть над вашим клиентом пошутил какой-нибудь его друг? Юморист какой-нибудь, а?

– Именно это сказал Змей – Адаму, – резко ответила я. – А что из этого получилось – сами видите…

– Хм, ну и что же вы хотите от меня?

– Вам придется объясниться, мистер Барни, – заявила я тоном, не терпящим возражений. – Мой клиент не оставит этого так.

– Вы хоть раз смотрели мою передачу? – неожиданно спросил ведущий.

– Не хочу выглядеть слишком самонадеянной, но вы что же, считаете, будто такая девушка, как я, не найдет вечером занятия поинтересней?

– Пожалуй, – усмехнулся он, блеснув глазами. – Хорошо, тогда я в двух словах расскажу вам о нашей программе. В студии собираются три-четыре человека и беседуют примерно в течение часа. Вся изюминка в том, что наши гости, это всегда люди, – он замялся на секунду, – немного тронутые что ли, ну словом, с дырой в голове. Они, например, могут заявить, что Земля – плоская, или что Великий Каньон вырыли термиты…

– Так и предполагала, что на вашей программе собирается подобная публика, – любезно заметила я. – Ну и при чем здесь вопрос о жизни и смерти мистера Ромейна?

– Видите ли, наша передача уже выходила в эфир, а поскольку она несколько необычна, то кто-нибудь и решил столь же экстравагантно подшутить над вашим клиентом. – Мистер Барни кисло улыбнулся.

– Но мне заплатили двести долларов и я должна выяснить все основательно! – мой голос дрожал от волнения. – Да и чует мое сердце, здесь что-то не так, иначе зачем бы он выложил такую сумму?

В глазах ведущего сверкнуло любопытство, сменившееся почти тотчас задумчивостью. А я про себя отметила, что в самом начале нашей встречи блеск в его глазах был совсем другим.

– Знаете что, – начал он приветливо. – Я хочу сделать вам предложение. Есть верный способ выяснить, что за всем этим кроется…

– Какой же?

– Будьте завтра гостьей на нашей передаче! Вы как нельзя лучше сможете пронаблюдать на месте за всем происходящим.

– Но… – протянула я.

– Вы только подумайте, какая для вас реклама! – воодушевленно продолжал Сэм. – Мисс Зейдлитц, консультант по конфиденциальным вопросам! Тысячи жителей Лос-Анджелеса смотрят нашу программу, вы понимаете?

– Идея вообще-то неплохая… Только что я буду там делать?

– Вам ничего не придется делать. Это будет просто беседа, все, что от вас требуется – сидеть в кресле и отвечать на вопросы, которые я буду задавать, ну и выглядеть примерно так, как сейчас, или чуточку получше.

– Хорошо, я согласна.

– Отлично! – обрадовался мистер Барни. – Оставьте секретарше свой адрес, завтра я пришлю за вами машину, мисс Мэйвис. Надеюсь, вы не будете возражать, что я называю вас так?

– Конечно!

– Великолепно! А вы зовите меня Сэмом.

Мне было ясно, что разговор окончен, но тут я вспомнила, что Джонни Рио никогда не позволял подозреваемому выйти сухим из воды, да еще так просто.

– Сэм, – произнесла я абсолютно спокойно. – Не ответите ли вы еще на один вопрос, прежде чем я уйду?

– Ну конечно, Мэйвис! В чем дело?

Я подалась вперед и уставилась на него.

– Как вы объясните тот факт, что карандашный кружок, которым обведено ваше имя на злополучном послании, очень напоминает круги у вас под глазами?

2

На обратном пути я завернула перекусить, так что когда добралась до своего бюро, было уже около половины третьего.

Я сразу же позвонила мистеру Ромейну, сообщила ему о встрече с ведущим телепрограммы и о том, что в пятницу вечером сама буду участницей передачи, чтобы лично пронаблюдать за ситуацией. Вероятно, он был простужен, поэтому проворчал что-то невразумительное и сразу повесил трубку.

Следующий час тянулся на редкость долго, но я все же решила не покидать контору на случай, если мой клиент надумает позвонить и поздравить меня с тем, как ловко я расправилась с Сэмом Барни.

Чтобы убить время, я читала книжку «Последняя ошибка Ланы», и могу заверить, что если двадцать семь фотографий этой девицы в объятиях жениха иллюстрируют ее необыкновенно страстную натуру, тогда речь может идти исключительно только об ошибке ее жениха, который в последней главе все-таки женился на ней.

Я дочитывала последнюю страницу, когда постучали в дверь. Быстро обернувшись, я увидела входящего в комнату незнакомца и просто обмерла. Это был не просто мужчина, это был мужчина моей мечты! А как вы понимаете, мечты не так уж часто сбываются.

Он был молод, высок и атлетически сложен. Черные волосы красавец не стриг, вероятно, нарочно, сознавая, что такая прическа придает ему что-то мальчишески-беззаботное. Худое лицо с резкими чертами и печальные карие глаза почему-то сразу вызвали во мне мысль о Говарде – меня всегда волновали интеллектуальные профили. Картину довершал серый пиджак спортивного покроя и светло-коричневые брюки, а синяя рубашка была застегнута на все пуговицы.

– Мисс Зейдлитц? – спросил он звучным, глубоким голосом, от которого у меня по спине побежали мурашки.

– Разумеется, – едва выговорила я. – Если вы что-нибудь продаете, куплю с удовольствием.

– Я ничего не продаю, – улыбнулся он, показав ослепительные, ровные зубы, уселся в ближайшее кресло, закурил и уставился на меня.

Некоторое время я не могла сообразить, как себя вести. Если это не торговец, тогда кто? Возможно, битник. Но для битника он слишком хорошо одет, выбрит, да и ноги у него в полном порядке.

– Меня зовут Говард, – произнес он наконец своим чудным голосом. – Эдвард Говард, вы можете звать меня Эдди.

– Спасибо, – хрипло ответила я. – А вы можете звать меня, как хотите.

– Значит, Мэйвис, – он улыбнулся снова. – Нам предстоит провести в обществе друг друга пару дней.

– Спорим, что вы окончили Йель, – вставила я.

– Гарвард.

– Никакой разницы.

Он закрыл глаза и поморщился, словно от зубной боли, – вероятно, воспоминания о милой альма матер волновали его не на шутку до сих пор.

Кстати, если вы не знаете, кто такая альма-матер, сейчас объясню: так обычно называют даму, которая помогает получить образование в колледже. Во всяком случае, именно так мне сказал один знакомый, учившийся в университете.

– Ромейн посоветовал мне познакомиться с вами еще до передачи, – неожиданно заявил Эдвард.

– Вас прислал мистер Ромейн?

На мгновение его глаза утратили свое скорбное выражение, в них появился стальной блеск, который очень быстро угас.

– Будем считать, что так. – Говард пожал плечами.

– Но зачем? – спросила я. – Хотя, конечно, здорово, что вы пришли!

– Простая предосторожность, – спокойно заметил Эдди. – Ромейн считает, что будет лучше, если я окажусь рядом завтра. Вдруг произойдет что-нибудь непредвиденное…

– Великолепно! – воскликнула я. – А вы что, тоже занимаетесь древностями?

– Не совсем так, – он усмехнулся. – Скорее, мне приходится иметь дело со свободными капиталовложениями…

– Да ну? – я улыбнулась. – Это же замечательно! И с чем вам больше всего приходится сталкиваться?

– С людьми, – ответил он небрежно. – Мне обычно поручают избавляться от них.

– От… людей?.. – я проглотила комок в горле. – Вы шутите?

Он скривил губы в холодной усмешке.

– Я имею недурные рекомендации и высокие цены, самые высокие на западном побережье, тем не менее, заказов хоть отбавляй.

– Мистер… мистер Ромейн прислал вас… чтобы убрать меня?

– Ну, что вы несете! Успокойтесь, Мэйвис, – голос Эдди звучал вполне дружелюбно. – Я – телохранитель Ромейна, и он, опасаясь за вас, прислал меня, чтобы завтра я прикрыл вас, в случае чего.

– Вы можете прикрыть меня в любую минуту, – смело сказала я. – Если вы будете рядом, мне самой потребуется телохранитель!

– Не беспокойтесь, я не собираюсь вас насиловать.

– Ну! – взорвалась я. – Напрасно вы так самоуверены! Впрочем, я совсем не это хотела сказать. Возможно, вы просто не понадобитесь завтра. Например, ведущий телепередачи считает, что вся эта история – нелепая шутка. В его программе участвуют одни придурки, вот он и предположил, что в тон ей какой-то приятель мистера Ромейна придумал всю эту чушь насчет жизни и смерти.

– У Ромейна нет таких приятелей, – мягко возразил Говард. – У него вообще нет друзей, способных шутить. А он сам не сообразит, что такое шутка, если даже ее преподнесет ему сам Боб Хоуп.

– Значит, это серьезно? – занервничала я. – Вы думаете, на завтрашней передаче что-нибудь произойдет?

– Завтра вечером и увидим, – спокойно заявил Эдди. – А на сегодня у вас какие планы?

– Никаких, в общем… Я собиралась пораньше лечь спать…

– Чудесно звучит, – он улыбнулся. – А почему бы нам предварительно не пообедать?

– Давайте не будем с самого начала портить нашу дружбу, – холодно отрезала я. – Пообедать – это еще куда ни шло, но дальше я позабочусь о себе сама.

– Разумеется! – нагловато ухмыльнулся он. – Я просто пошутил. Предлагаю встретиться в восемь.

– Хорошо. Мой адрес…

– Я знаю. Не будете ли вы любезны встать на минутку, Мэйвис?

Я встала, не совсем понимая, зачем ему это нужно. Он несколько секунд рассматривал меня, а я молчала, чувствуя только, как под его взглядом нейлоновое белье под платьем становится мне тесно.

– Поспорил сам с собой, – улыбнулся он наконец. – Ваши размеры: тридцать семь – двадцать три – тридцать восемь, верно?

– Нет! – я решительно тряхнула головой. – Тридцать восемь – двадцать три – тридцать семь! И широкоплечей меня не назовешь!

– Пожалуй, эта совместная работа будет одной из самых приятных в моей жизни, – заметил Говард ласково. – Итак, встретимся в восемь.

Он поднялся и направился к выходу, но у самой двери обернулся.

– Вы когда-нибудь встречали человека по имени Майк Инглиш?

– Не помню что-то… А почему вы спрашиваете?

– О, это весьма занятная личность, если бы встретили хоть раз – непременно запомнили бы! – Говард усмехнулся. – Одно меня не перестает удивлять, зачем это вы вздумали работать на Ромейна? И вообще, все очень странно…

– Слишком уж загадочно вы объясняетесь, – улыбнулась я. – Нельзя ли попроще?

– Гм, – он помолчал. – Просто еще ни одному волку не доставался такой ангелочек, как вы, Мэйвис.

Красавчик задумчиво покачал головой и вышел, плотно притворив за собой дверь.

После его ухода меня на некоторое время посетило разочарование в себе: какой толк называться консультантом по конфиденциальным вопросам, если тебе никто не доверяет и присылают кого-то для прикрытия!

Наверное, нечто подобное испытывает примадонна варьете, когда публика начинает расходиться как раз в тот момент, едва она расстегнет первую пуговицу.

В пятницу утро тоже было чудесным, и, когда я входила в бюро, туман если где и оставался, то только у меня в голове. Я все время перебирала в памяти подробности вчерашнего вечера, как мы с Говардом отправились обедать и все остальное. Положительно, он нравился мне все больше и больше. Мне стоило колоссальных усилий сказать ему «нет», когда он поднялся со мной после ужина, закончившегося в первом часу ночи. Я заявила, что не гожусь на роль альма-матер, и если он хочет, могу вернуть стоимость моего ужина. В ответ он неожиданно схватил меня за руку, и я уже приготовилась применить джиу-джитсу, но он поднес мою кисть к губам, поцеловал и сказал мягко: «Спокойной ночи».

Господи, что тут со мной произошло! Это было до того романтично, я потом полночи не могла уснуть и думала о том, что меня впервые пригласил на ужин настоящий джентльмен.

Когда я вошла в контору, мои глаза все еще блестели от этого воспоминания, и я не сразу заметила, что в углу меня кто-то ждет.

Она вдруг сорвалась с места, словно ее гвоздем укололи, и набросилась на меня, как свекровь на невестку.

– Я покажу тебе, шлюха, как уводить чужих мужей!

Ее волосы цвета платины торчали во все стороны. Ребятам, которые любят дешевых блондинок, эта дама пришлась бы по вкусу, особенно издали. Белый костюм с блестками плотно облегал ее костлявую фигуру. В общем, позировать для силуэтов моя противница явно не могла.

Блондинка замахнулась сумкой, зажатой в правой руке. Всего долю секунды я ошеломленно смотрела на нее, а потом сработали навыки, приобретенные в общении с морским сержантом.

Я схватила запястье противницы обеими руками, шагнула назад, потянула ее на себя и резко наклонилась вперед. Дама совершила какой-то невероятный полет через мое плечо, а поскольку в нужный момент я отпустила ее руку, смачно шлепнулась на задницу, сопроводив приземление пронзительным визгом. При этом ее юбка задралась до бедер, и я убедилась, что ноги, обтянутые нейлоном, у нее так же костлявы, как и все остальное.

Незваная гостья начала отчаянно вопить, а шум всегда действует мне на нервы, поэтому я дала ей пару раз по физиономии, и она сразу заткнулась. Возможно, я ударила ее слишком сильно, но другого способа остановить истерику мне неизвестно. Да с такими стервами его и быть не может.

Но через некоторое время меня начала угнетать уже полная тишина, и я снова подошла к блондинке. Она сидела на полу, будто окаменела, закатив глаза и развалив губы. Я встряхнула ее, помогла подняться и подвела к креслу.

– Милочка, вы уверены, что не ошиблись адресом? – спросила я учтиво, когда она немного пришла в себя. – Уверяю вас, что за последние полгода не встречалась ни с одним женатиком.

– Ты лжешь! – приглушенно выдавила незнакомка. – Я Бабло Ромейн, и позавчера мой муж приходил к тебе!

– Вы мисс Ромейн? – искренне удивилась я.

Она оскалилась.

– Именно, и тебя, кажется, удивляет это, дешевая шлюшка?

– Ну, – протянула я, – вообще-то, ваш муж говорил, что имеет дело со всякой рухлядью, но я и предположить не могла…

– Ах ты гадина! – она хотела вскочить, но я ткнула ее пальцем под ребро.

– Давай-ка, милочка, сразу уясним кое-что, – сказала я даже миролюбиво. – Разумеется, твой муж приходил сюда в среду, но это был чисто деловой визит, ясно? Ему просто необходимо выяснить некоторые вопросы, и он нанял меня.

– Смотри-ка, – фыркнула мисс Ромейн. – И это обошлось ему в пару сотен, я ведь видела корешок чека! Хм, мог бы гораздо дешевле устроиться в любом баре за углом!

Она была женой моего первого и пока единственного клиента. Только поэтому я снова не двинула ей по роже, хотя и следовало. Глубоко вздохнув, я лишь пожелала от души, чтобы у нее началась очередная истерика – тогда бы уж я полечила ее как следует!

– Раньше в этом бюро занимался расследованиями Джонни Рио, – сдержанно принялась я объяснять. – Твой муж пришел повидать именно его, а когда узнал, что Рио здесь больше нет и не будет в ближайшие сто лет, он нанял меня. Еще раз повторяю, это было деловое свидание, милочка. И если ты еще раз обзовешь меня, то, прости господи, я забью тебя до смерти!

– Деловая, значит? – Бабло прищурилась. – А где же он был до трех ночи?

– Ну, это уж твои проблемы, у меня своих хватает.

– И ты думаешь, я поверю? – злобно проскрипела она.

– Поверишь, куда денешься! – я усмехнулась. – К твоему сведению, я в это время обедала с телохранителем твоего муженька.

– С телохранителем? Опять врешь!

– Мне кажется, мистер Ромейн сделал очень верно, наняв телохранителя при такой-то супруге… Впрочем, не о том речь, можешь справиться у самого Эдди.

С минуту она смотрела на меня таким тупым взглядом, что я начала понимать, почему ей дали такое смешное имя: «пузыри», – видно, ничего другого в ее голове не было. Наконец, она произнесла:

– Возможно, я так и сделаю.

– Мистер Ромейн прислал Эдди мне в помощь, – терпеливо продолжала я. – Но вчера никакой необходимости в этом не было, поэтому Говард пригласил меня пообедать, вот и все.

– Ладно, может быть, я ошиблась, тогда скажи, зачем муж приходил сюда? Зачем ему частный сыщик?

Я передала ей суть дела, но не была уверена, что мисс Ромейн поверила, но она неожиданно заявила:

– Хм, выдумать такую историю у тебя не хватило бы мозгов.

– Естественно, – тепло согласилась я. – Ну, хоть теперь ты понимаешь, что я говорю правду?

– Но… все равно, ты не имела права избивать меня!

– Это случилось непроизвольно. Как только на меня замахиваются, сразу же срабатывает рефлекс самозащиты, тут уж ничего не попишешь.

– Я сама виновата, – внезапно улыбнулась мисс Ромейн. – Извини. – Ее глаза так и метали молнии в мой бюст. – Я действительно весьма сожалею о случившемся, извини, если можешь.

– Нет, не могу, – я тоже широко улыбнулась. – Но постараюсь.

– Почему бы тебе не звать меня Бабло? – она хихикнула. – Мне кажется, мы поладим.

– Ладно, милочка, можешь звать меня Мэйвис, – любезно ответила я.

– Нет, правда, я чувствую, мы становимся друзьями, – торопливо проговорила блондинка. – Теперь, когда я знаю, что ты пытаешься помочь мужу, меня разрывает отчаяние за свою ошибку. Мне просто необходимо искупить свою вину перед тобой, дорогая! Знаешь, что я придумала? Приезжай к нам сразу после программы, все вместе проведем чудненький уикэнд, у нас даже бассейн есть! Вволю поваляемся на солнышке, вообще, ближе познакомимся…

– Но… – начала я нерешительно, – я собиралась…

– Мэйвис, дорогая, я настаиваю! – твердо сказала Бабло. – Собери все необходимое, чтобы не заезжать домой, и как вся эта чепуха на студии закончится – сразу к нам!

– Ну хорошо, если ты так настаиваешь.

– И Эдварда можешь захватить с собой. – Бабло усмехнулась. – Если я правильно поняла, он ведь тоже будет на телевидении?

– А Эдди знает ваш адрес?

– Дорогуша, если он телохранитель моего мужа, то как ты думаешь, знает он наш адрес? – выдавила она сквозь зубы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю