Текст книги "В плену у гномов (СИ)"

Автор книги: Каролин Дейвуд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 42. Горячий доктор-гном

*Катя*

Обычно днём я бодра и весела, а сейчас спать хочется просто дико. Елки-палки, да что это со мной такое? Наверное, и правда отравилась. А иначе как объяснить моё состояние? Так что хорошо, что Моин меня в спальню утащил. А то стошнило бы меня прямо на гонца.

В спальне, как и ожидалось, уже никого нет. И Моин моё ослабшее тело сразу же переводит в горизонтальное состояние.

–Как думаешь, Моин, – спрашиваю, когда гном ложится рядом и обнимает меня со спины, а я на правый бок переворачиваюсь, – что скажет гонец?

–Что если мы не отдадим им короля, они вернутся с целым войском? – Отвечает вопросом на вопрос, нежно целуя меня в шею.

Кожа сразу мурашкамии покрывается. Ох, как же я сильно это всё люблю...И своих гномов, и их ласки...

–Думаю, они сразу бы вооруженный отряд с собой привели, если бы хотели напасть. – Активно делаю вид, что не замечаю, как Моин ко мне пристаёт.

А он пристаёт, и еще как...

Горячая ладонь давит на мой живот. Ниже соскальзывает. Уже в штаны проникает. Моин дышит тяжело. Его тело мне в спину толкается.

У нас с ним и правда давно не было. К тому же он самый приличный из всех моих гномов, если можно так выразиться – то есть напролом не идёт, не пытается меня у других забрать, или улучить момент, чтобы со мной наедине остаться. У нас есть расписание "ночных свиданий", которому гномы должны следовать, но кто-нибудь его постоянно да пытается нарушить, чтобы со мной побольше времени провести. Но не Моин. Для Моина правила важны.

Так что это великая редкость, что мы с ним наедине остались.

–Катя, – его голос уже хрипит от нарастающего возбуждения, – а тебе правда уже лучше? Или еще плохо?

–Ну, как сказать...ох, – срывается с моих губ первый восхищенный стон, потому что толстые пальцы уже вовсю давят между бёдер, сдвинув в сторону полоску ткани.

–Скажи как есть. – Звучит сзади сексуальным басом.

Его пальцы ускоряются. Низ живота уже сводит порочными, но такими сладкими ощущениями. Оттопыриваю попу назад, прогибаясь в пояснице. Мама дорогая, как же Моин и сам уже возбудился. Он словно готов разорвать штаны прямо на мне своим орудием любви.

–Всё в порядке. – У меня сбивается дыхание, и я нижнюю губу зубками прикусываю, уже предвкушая полный разрыв и взрыв всего.

А Моин, продолжая ласкать меня внизу, уже с себя тоже штаны приспускает. Потом с меня, оголяя ягодицы с бёдрами. Нижнее белье на мне оставляет – я знаю, что его это дико будоражит.

Переворачивает на живот, вжимаясь в меня своим сильным и разгоряченным телом. Одну руку под живот мне заводит и ниже спускается, играясь со мной двумя пальцами. Второй рукой направляет в меня своего заряженного и подёргивающегося бойца.

И всё. Меня уносит в открытый океан. Волны блаженства облизывают каждое нервное окончание, когда муж толкается, заполняя меня без остатка. От усталости и следа не остаётся. Прикусываю зубами свою руку, чтобы подавить стоны, ведь сейчас день-деньской, и мимо нашей спальни кто угодно может пройти, хоть она и находится в отдалении от всех шахт. Моин низко мычит мне в волосы. Я чувствую его везде. Толчки отдаются даже где-то между лопаток. Мощь его тела выбивает из меня все мысли, оставляя чистое и бесконечное счастье.

–Я так люблю тебя, Катюш.., – каждое его слово усиливает удовольствие в теле, а горячая пружина между бедер всё сильнее и сильнее натягивается, грозясь выстрелить с минуты на минуту, – люблю тебя больше всех остальных...И как же меня раздражает, что у тебя есть еще мужья! – И снова и снова продолжает доказывать мне, как сильно он меня любит.

И всегда, всегда когда мужья мне в любви признаются, и говорят, что любят и хотят сильнее, чем все остальные, я верю им. Я чувствую их. И я всегда любовью на любовь отвечаю. Удваиваю её. И благодарю судьбу за вторую жизнь, которую она мне подарила, отправив в этот мир.

–А я тебя люблю, мой крепыш. – Простанываю в ответ.

На руке следы от моих зубов остаются. И даже кожу уже немного саднит. Так что я переключаюсь на мужа и уже в его руку вцепляюсь – чуть выше запястья. Он как раз на левую руку опирается для равновесия – прямо там, где у меня голова находится. А второй рукой продолжает меня ласкать. Трогает и трогает все мои самые чувствительные точки. Разливает жар между бёдер всеми своими действиями.

–О да...Сожми меня еще сильнее...Вот так...Как же ты меня сжимаешь...Родная...Как хорошо в тебе...

От переизбытка чувств зубы еще сильнее сжимаю у него на руке. Начинаю всем телом вздрагивать. Наши тела становятся единым целым. Всё и везде пульсирует. Проникает под кожу. Стоны, которые ни ему, ни мне уже невозможно сдерживать, сливаются в единую симфонию со звуками любви, которыми заполняется пещера. И как же меня это заводит...Каждый шлепок – как обжигающий хлыст, усиливающий вибрацию в теле. И хоть бы никто не зашёл, хоть бы никто не помешал! Я всех мужей люблю, но сейчас я хочу только моего Моина. Меня даже запах его тела опьяняет. И какой же он большой, сладкий и сильный медведь...И как он, бедненький мой, долго терпел, сдерживался...

Но сейчас мы с ним вдвоём. Одни в целом мире. И это лучше любой психотерапии. Уровень эндорфинов к небесам подскакивает. Моё тело будто изнутри начинает светиться. Я хочу, чтобы этот рай длился вечность.

–Любовь моя, моя единственная...Я не могу больше...Сейчас уже.., – и начинает брать меня сильнее, ускоряя темп.

Обнимает двумя своими ручищами, заключая в тиски. Того и гляди рёбра сломает. Его ураган вторгается в мой шторм. Грани стираются. И мы проваливаемся и летим вниз. Времени больше не существует. Пальчики на ногах поджимаются, я чувствую его любовь к себе каждым сантиметром своего существа. Каждым нервным окончанием. Умираю и возрождаюсь вместе с ним.

И после, когда мы, запыхавшиеся и счастливые, лежим обнявшись, Моин вдруг спрашивает:

–Катя, мне внезапно в голову пришло...А ты случайно не беременна?

Глава 43. Вся правда

*Катя*

Мне даже в голову как-то не приходило, что моё состояние может быть связано с беременностью, хоть я и видела уже один из вариантов нашего будущего, а там, на секундочку, и правда были дети.

Но для меня беременность – это что-то из реального мира, а здесь ведь мир магии. Поэтому я даже и не думала об этом. И про задержку в цикле тоже забыла.

–Не знаю, – и я на локте приподнимаюсь, – но...возможно.

–Так нужно тебя срочно осмотреть значит. И как можно скорее!

Я не могу не улыбнуться, потому что у Моина такой вид, будто решается вопрос жизни и смерти. Или все гномы так серьезно относятся к беременности жены? Если это и правда так...ох...Ну и "замучают" же меня заботой! Хоть в лес жить уходи!

Но наш разговор прерывают мои вернувшиеся мужья.

–Ага! Еще солнце ярко светит, а вы уже в кровати?! – Ехидничает Лорин, заваливаясь рядом со мной на свободную половину.

Хорошо, что мы с Моином уже успели привести себя в более менее пристойный вид. Потому что моим мужьям стоит лишь моё голое плечо увидеть, и всё – день потерян, а я становлюсь узницей спальни.

–Лорин, ты выглядишь довольным. – И я отвечаю на поцелуй мужа. – У вас есть хорошие новости?

Другие мои мужья тоже бодры и веселы. Даже Азар с Иларом искрятся энтузиазмом, а они до сих пор еще учатся радоваться жизни, ведь их прошлое так просто из памяти не сотрешь – борьба за существование под землей, это не про шуточки и улыбочки.

Но сейчас Азар, растянув губы в улыбке, говорит расслабленным голосом:

–Пусть Гилли расскажет. А иначе он вот-вот взорвётся от счастья.

Мы все устремляем взгляды на Гилли. И мой жизнерадостный муж и правда чуть кипятком уже от радости не фонтанирует.

–Оказалось, что это не гонец приехал, Катюш. А придворный маг, служивший королю. Сам он магией не владеет, но долгое время изучал легенды и магических существ нашего мира. В том числе тех, кто уже давно исчез. И когда король поведал ему про странное существо, поселившееся во дворце, маг сразу понял, что речь идет про виллирию – волшебное создание, способное являть через сны наши главные страхи. Виллирий уже целое столетие никто и нигде не встречал, и все забыли про их существование. Но вполне возможно, что всё это время виллирии просто хорошо прятались в густых лесах, куда никто не заходит из путников.

–Но ящерка...

–Может быть кто-то всё же нашел ее в лесу. – Предугадывает мой вопрос Илар. – И каким-то образом изловил. После, скорее всего, её решили привезти в город и продать как редкое животное. К сожалению, и в нашем мире есть те, кто готов пойти даже на пленение живого существа ради собственной выгоды. А дальше ящерка наверное улизнула из плена и спряталась в саду.

–Видимо на свет уже вот-вот должны были малыши появиться, раз она не успела в лес вернуться. – Заключаю, словив легкий приступ грусти.

К тому же сейчас, когда я уже практически ощущаю, что ношу кого-то под сердцем, меня тем более задевают подобные темы.

–И маг наврал королю. Не стал говорить про истинные магические свойства ящерки.

–Но почему?? – И я брови вскидываю.

–Да потому что король Александр достал уже всех своей глупостью. – Ухмыляется Лорин. – И своим ужасным правлением. Маг вместе с единомышленниками хотел устроить дворцовый переворот, но король главой стражи сделал своего друга, с которым когда-то и попал в наш мир. И благодаря помощи того самого друга, Александр когда-то и сам сверг предыдущего правителя, а сам сел на трон.

–И тут такая возможность! – Перебивает его Гилли. – Маг сразу же решил воспользоваться шансом и наврал королю, сказав, что если ящерка начнет размахивать хвостом, то посыплется золото!

–Что?! – Я прямо ушам своим не верю. – И король поверил в этот бред?!

–Ну, как видишь. – Лорин целует меня в плечо. – Александр же хотел изловить нашу ящерку. А значит поверил.

Вот же...

Не зря говорят, что глупость идёт под руку с жестокостью!

–Маг надеялся, что ящерка начнёт защищаться, и всех усыпит. И как он сказал: "Чем больше внутри человека злости и темных помыслов, тем дольше ему будут сниться кошмары", так что он надеялся, что король дольше всех проспит. И почти так и вышло. А маг с соратниками проснулись практически сразу. И успели бросить в темницу всех, кто поддерживал тирана на троне.

–А самого короля не нашли...

–Да. – И Лорин широко зевает, переплетая свои пальцы с моими. – Но маг сразу же смекнул, что мы его с собой забрали. Ну, или убили и бросили где-то в лесу. Правда кровожадную версию он почти сразу отмёл. И, кстати, – из Лорина коварная усмешка вырывается, – выходит, что мы с Катенькой здесь самые добрые? Раз быстро проснулись? И даже у Гилли есть свои тёмные секретики.., – и с хитрым прищуром смотрит на Гилли, у которого щёки стремительно румянцем заливает.

–Да нет у меня никаких темных секретов!

–Ну да. Заливай больше. – Язвит Азар, поддерживая Лорина. – Наверняка ведь мечтаешь, чтобы нас скосила какая-нибудь смертельная хворь, а ты бы единственным мужем остался!

Моин тихо себе под нос начинает смеяться от такого предположения. Я тоже от смеха прыскаю. А Гилли еще и со смущенным видом как отчебучит:

–Не мечтаю я об этом...К чему такая жестокость? Вы будете тогда долго страдать перед смертью...А вот если бы вас дракон всех испепелил – вот это другое дело! Быстрая и почти безболезненная смерть! Не успеете и глазом моргнуть, как уже кучкой пепла станете!

–Гилли, друг.., – недоверчиво тянет Лорин, пока я уже в голос смеюсь, – я теперь из твоих рук даже яблока не возьму...Кто знает, какую ты решишь для меня быструю смерть устроить.., – но Гилли лишь отмахивается от его слов.

–Так что теперь происходит в королевстве у людей? – Спрашиваю, всё еще продолжая улыбаться.

И ведь какой сегодня чудесный день! Мы с Моином побыли наедине друг с другом, ящерка теперь в безопасности и никто за ней не охотится. Может быть я беременна. И еще и маг принёс благие вести. Как бы чего дурного не случилось, чтобы восстановить баланс белого и черного в природе. Но, как выяснилось, мой главный страх – это групповая амнезия у мужей, а со всем остальным мы справимся, если будем вместе.

–У них происходит смена власти. – Отвечает Гилли. – И пока королевством будет править не один правитель, а совет. И маг предлагает нам стать их союзниками.

–К тому же наша любимая жена тоже человек. – Воркует мне на ухо Лорин. – И для них это очень важно...

И, устав уже сдерживаться, приставать начинает, запустив руку мне под попу. У него даже печать вспыхивает от нарастающего возбуждения, но Моин буквально вытаскивает меня из его объятий и строго так объявляет всем:

–Кате сегодня было плохо и её должны осмотреть. А до этого времени нашей жене покой нужен.

Ой, Моин...Вот кто бы говорил про покой! Ты мне такой покой недавно устроил, что ноги до сих пор дрожат.

Но любимые мужья тут же мрачнеют и заваливают меня вопросами. А я, делая несчастный вид, еще и интригу держу, приговаривая тоскливым голосом:

–Даже не знаю...Сегодня мне было совсем скверно...Может быть.., – и тяжко вздыхаю, – это от нехватки цветов? Давно мне их никто не дарил...

Моин только посмеивается, глядя на мои грязные манипуляции. А Гилли уже вообще в лес бежать собрался.

–Любимая, если хочешь, я тебе целое дерево с цветами принесу! Могу даже с корнями!

–Ну, не знаю, не знаю.., – с притворной обидой в голосе выдавливаю в ответ, а сама с деловым видом ноготки разглядываю, вытянув руку вперед, – раньше надо было думать...

И добавляю, пока гномы и правда не рванули в лес наперегонки:

– ...еще до того, как я забеременела.

Раз, два, три, четыре, пять...

Примерно пять секунд им требуется, чтобы переваривать сказанное мной. А после на меня лавина из поцелуев и объятий обрушивается.

И, утопая в их нежности, я сквозь смех восклицаю:

–Подождите! Может я ошибаюсь! Меня осмотреть еще должны! И если вы меня затискаете до смерти, то кто вам наследников подарит?! Ааа! Хемоваль! – Кричу на всю комнату, пытаясь унять смеховые потуги, потому что Илар сейчас мой живот поцелуями покрывает, а мне дико щекотно: – Зови отряд кротов!! Нужно оттащить от меня любвеобильных гномов!! По-мо-ги-теее!! Зацелооовывают!! – Завываю, заливаясь смехом.

Глава 44. Нашествие родни

*Катя*

Моя беременность подтвердилась. И началось настоящее веселье!

–Катя, в шахты не спускайся.

–Не напрягайся, родная. Ну куда ты тянешься? Я передам тебе стакан с водой. И по лестницам не бегай. Тебя есть кому носить.

–Еще в лес одна не ходи!

–Да и вообще никуда одна не ходи. Даже в туалет! И побольше ешь! Как это больше не можешь?! Надо!

–Они меня никуда не отпускают! – Тихо шиплю я, жалуясь ящерке, с которой мы спрятались в одной из отдаленных пещер, и рептилия сочувствующе качает головой, будто и правда всё понимает. – Нет, я рада! Правда! И всегда мечтала о заботливом муже, и грех жаловаться, ведь сейчас у меня даже не один муж, а несколько таких "заботушек", но они мне ни вздохнуть, ни пукнуть самостоятельно не дают! Так и норовят всё за меня сделать! А мне нужна физическая активность! Я ведь беременна, а не больна! О! – И я прислушиваюсь: – Слышишь?! Уже ищут меня! Безумные папаши!

Голоса моих мужей разносятся на всю гномью обитель. Я прилегла поспать, точнее сделала вид, что хочу спать, и мужики мои, наконец-то, оставили меня в гордом одиночестве. А я взяла и сбежала от них. Прямо как непослушный ребенок.

–А еще они мне запрещают есть вот это! – Тихо возмущаюсь, выуживая из-за пазухи две морковки. – Нам люди несколько ящиков с овощами привезли. Подарок сделали. А гномы "зажимают" их для меня! Говорят: "Это что-то неизведанное, у нас такое не растёт. А особенно это, – и я морковками стучу друг по дружке, – имеет крайне подозрительный вид!", а я обожаю морковку, понимаешь? Даже поваров на кухне попросила её спрятать для меня и заранее почистить. – Вздыхаю, угощая ящерку, которая с аппетитом начинает хрумкать.

И сама тоже во вторую морковку яростно вгрызаюсь, пока мои гиперопекающие мужья нас не нашли и не отобрали морковную заначку.

Но недолго длится счастье. Я успеваю морковь только до половины догрызть, как вдруг совсем недалеко от пещеры раздаются знакомые голоса. А уже через пару секунд в пещеру врывается возмущенный Азар, а следом за ним и Гилли.

–Нет, ну вы посмотрите на неё! Даже на минуту нельзя одну оставить! – Возмущается Гилли, пока я давлюсь морковью, пытаясь её поскорее запихать себе в рот, и желательно целиком, а Азар подлетает ко мне и пытается отобрать, но я ему взамен чуть пальцы не откусываю.

–Да что вам морковь плохого сделала?! – Пыхчу с набитым ртом, прячя от Азара лицо в ладонях.

Блин, непрожеванная морковка в горле прямо комом встала! Но я своё не отдам! Только не сегодня! Я такой путь длинный проделала, чтобы её съесть! Аж целый план разработала!

–Катя, да выплюни её! – Гневно басит Азар у меня над головой.

–Нееет! – Ехидно протягиваю в ответ, всё-таки сглотнув остатки.

И с победоносным видом ладони от лица отрываю.

–В результате всё равно съела. Не успели мы. А я сразу понял, что Катенька затеяла что-то недоброе, сбежав от нас. – Траурным тоном объявляет Гилли, словно кто-то умер.

Хотя, кроме морковки, все живы и здоровы!

–Я люблю морковь, а морковь любит меня. – Тяжко вздыхаю, начесывая чешуйчатую шею ящерки, которая от удовольствия аж глаза прикрыла и хвостом меня обвила. – В чем ваша проблема? Я ведь объяснила, что морковь абсолютна безопасна не только для беременных, но и для вас! И даже полезна!

–Да ладно мы, – и Азар морщится, – нам терять нечего. Но эта морковь так на твоих зубах хрустит, Катя, что кажется, будто ты их себе сломаешь!

–Да ничего я не сломаю! – И, закатив глаза, откидываюсь назад, вжимаясь спиной в мягкий, но шершавый бок ящерки.

Клянусь – вся эта канитель началась вместе с моей беременностью. И раньше мужья такими параноиками точно не были.

Вдруг в пещеру буквально врывается Лорин, а выглядит он, словно где-то пожар начался.

–Ну давай! Можешь уже начать отчитывать меня за морковку! – Решаю не оттягивать неизбежное, думая, что Лорин весь такой взъерошенный из-за моего "побега". – И да! Я ела морковь! И от души похрустела! – Заявляю, язвительно ухмыляясь.

На секунду Лорин в себя приходит, и его взгляд перестает метаться от лица к лицу.

–Ты ела морковь? – Немного задумчивым голосом спрашивает он. И, мотнув головой из стороны в сторону, с чувством произносит: – Ай! Да это сейчас не так важно, потому что к нам родители приехали! И Моин с Иларом их там развлекают!

–Что?! – Восклицаю враз с Гилли.

Родителей Азара и Илара уже нет в мире живых, а вот родители Лорина, Гилли и Моина давным-давно живут в гномьей гавани – это очень тихое и спокойное место в лесной глуши, куда обычно уезжает гномы, когда их дети вырастают. Сразу же решается и вопрос "перенаселения" в гномьей обители, и вопрос самостоятельности. У гномов принято оставлять своих детей после достижения определенного возраста, и считается, что гном, а особенно будущий защитник и глава семейства, никогда не станет мужчиной, если будет знать, что недалеко находятся родители, к которым можно обратиться за помощью. Когда же гномы-родители становятся уже совсем немощными, их можно забрать обратно, чтобы ухаживать до последнего вздоха. Но гномы так привыкают к новому дому, да и ухаживают за ними лекари-феи, обитающие в той же гавани, что и сами не хотят возвращаться обратно, а дети их просто навещают.

А вот сейчас родители моих любимых мужей решили сами нас навестить. Но не из-за того, что им нужна помощь сыновей.

Просто Лорин отправил в гномью гавань весточку, написав в письме про мою беременность. Так у гномов положено. И обычно семья воссоединяется, когда малыш уже появляется на свет. Но не тут-то было! Родители решили нагрянуть внезапно, без предупреждения, а мы даже не готовы!

–Повторите еще раз, – активно паникую, пытаясь всё вспомнить за две минуты, пока мы преодолеваем переход за переходом, – значит родителей Лорина зовут Дрекка и Хармок, а твоих родителей, Гилли, Хармира и Дрекктор?

–Нет, нет! – Отвечает Гилли, внимательно наблюдая за каждым моим шагом, словно думает, что я могу резко перестроить маршрут и куда-нибудь завалиться: – Родителей Лорина зовут Дреккой и Дрекктором, а моих – Хармирой и Хармоком.А ведь точно...Я еще удивлялась, что у мужа и жены, что в той, что в другой паре, имена очень похожи. И парни сказали, что если уж гномы предназначены друг для друга, то даже их имена словно притягиваются. Правда я тогда сразу огорчилась, ведь, следуя их логике, я вообще никому не подхожу, но мужья утешили меня, объяснив это тем, что раз я уготована судьбой нескольким мужчинам, то меня и сделали...такой вот уникальной. Чтобы никому из них обидно не было.

–А мама Моина? Тоже здесь? – Голову к Лорину поворачиваю.

Родители зачали Моина, когда им было уже за сорок. Так что у гномов Моин считается поздним ребенком. "Цветок, распустившийся поздней осенью", вот так красиво они описывают поздних детей. Но отец Моина уже умер. И осталась только мама. И в самом начале я всё думала, что отец Лорина тоже давно мертв, раз молодой наследник взошёл на престол, и еще и гномы постоянно формулировали это так: "Отец Лорина покинул нас несколько лет назад", а оказалось, что он со своей женой просто уехал, предоставив возможность править молодому королю.

–Нет. Ей уже сложно путешествовать. – Быстро обрисовывает ситуацию Лорин: – Тем более одной. Так что Моин сам ездит в гномью гавань. Вот как раз был у мамы перед тем, как ты в наш мир попала.

Уф, надо поехать вместе с Моином к ней в следующий раз. Но сейчас я даже рада, что его мамы не будет.

Потому что две гномьи свекрови, которым нужно понравиться – это уже большой стресс для моего организма!

Тем более, чем ближе мы подходим к пункту назначения, тем отчетливее я слышу гневные женские выкрики:

–Как это не ест желудочки?!!

–А сердечки?!! – Разносится на всю обитель второй возмущенный голос. И следом еще более негодующее: – И сердечки не ест?! Да что у вас за наследник тогда родится!

Ну, вот и пришёл мой конец. Сейчас мне желудочки вперемешку с сердечками начнут насильно запихивать. А если мамы еще и про морковку узнают...