Текст книги "Книжный бойфренд (ЛП)"

Автор книги: Карли Перрен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Глава 4

На следующее утро я едва не выкалываю себе глаз подводкой, когда звонит гостиничный телефон.

– Алло?

– Я слышал тебя прошлой ночью, – вместо приветствия заявляет Джексон.

– Прости, что?

– Я слышал тебя через стену. Ты всю ночь стонала и выкрикивала моё имя.

Я закатываю глаза.

– В твоих мечтах.

– Вообще-то, насколько я понимаю, это я был в твоих мечтах.

– Я занята. Тебе что-то нужно?

– Думаю, ты прекрасно знаешь, чего я хочу, Зара.

От его хриплого голоса по спине пробегает дрожь.

– Мне пора.

Пока я не совершила самый короткий поход в истории человечества до его номера и не заставила нас обоих опоздать на автограф-сессию.

– Подожди. Я у твоей двери.

– Звучит совершенно не жутко.

Я смотрю на дисплей телефона.

– Тут написано, что ты звонишь из своего номера.

– Выйди и посмотри. Поблагодаришь меня потом.

Я делаю, как он говорит, и смеюсь, увидев у противоположной стены один из его календарей. Он открыт на июле, оформленном в тематике Дня независимости. На плечи Джексона наброшен американский флаг, а его мужское достоинство прикрывает фейерверк.

Чрезвычайно большой фейерверк.

Внизу от руки написано:

«Зара, не хочешь немного пошуметь со мной?»

Я не могу сдержать улыбку.

Этот мужчина плохо на меня влияет.

И мне это нравится.

~ ~ ~

Одну вещь об автограф-сессиях я усвоила очень быстро: здесь приходится стоять в очередях.

Много.

Это как Диснейленд на стероидах.

Если вам кажется, что фанаты Диснея – народ одержимый, значит, вы никогда не стояли в очереди с группой любительниц любовных романов, обсуждающих своих любимых книжных бойфрендов.

До сегодняшнего дня я понятия не имела, кто такой Мейсон Хантер, а теперь совершенно уверена, что хочу выйти за него замуж и родить ему детей.

Я стою шестой в очередной очереди, когда ко мне подходит Хэлли.

– Эй, я могу тебя сменить. Я уже закончила со своим списком.

– Быстро ты, – отвечаю я.

– Ага. Разговорилась в туалете с одной из писательниц, и она прямо там подписала мне книги, так что стоять к ней в очереди не пришлось.

Я смеюсь.

– Как мило… и гигиенично.

– Я только что видела, как Джексон вышел из зала на обеденный перерыв. Почему бы тебе не пойти и не перекусить вместе с ним?

– Прекрати.

– Что прекратить?

– Ты что-то замышляешь.

Она возмущённо ахает.

– Я? Да разве я способна?

– Да. Ты обращаешься с нами как с персонажами одного из своих романов. Это реальная жизнь. Я вспотела, хочу в туалет, и у меня болит спина. В сегодняшнем обеденном перерыве нет абсолютно ничего романтичного.

– Могла бы хотя бы немного мне подыграть.

Я передаю ей книгу, которую держу в руках, и указываю на тележку.

– Следи за книгами. А я побегу за мужчиной своей мечты. Мне нужно признаться ему в своей вечной любви, пока не стало слишком поздно. Я всю жизнь ждала, когда появится такой, как Джекс, и теперь, когда он наконец появился, я не могу его отпустить. Я не позволю ему уйти.

Кто-то прочищает горло у меня за спиной.

Я медленно оборачиваюсь.

Ну конечно.

Прямо передо мной стоит Джексон.

Убейте. Меня. Сейчас.

Он расплывается в ухмылке.

– Мужчина твоей мечты, значит?

– Я шутила.

– Перестань сопротивляться своим чувствам.

Я закатываю глаза.

– Скажи ему, что я шутила, Хэлли.

– Понятия не имею, о чём ты, – отвечает она с самодовольным видом. – Мы вели совершенно серьёзный разговор.

– Ну конечно, ты теперь на его стороне. Спасибо за преданность.

– По-моему, ты тоже на моей стороне, – замечает Джексон. – Более того, пожалуй, назначу тебя капитаном команды.

– Напомни, зачем я вообще согласилась помогать тебе в эти выходные? – спрашиваю я Хэлли.

– Чтобы признаться мне в вечной любви, – отвечает за неё Джексон.

Мысленно проклиная Элоуиз за то, что она отказалась ехать, я ухожу от них обоих.

Джексон быстро меня догоняет.

– Мне нравится, когда ты называешь меня Джекс.

– Ну, это же твоё имя.

– Обычно ты зовёшь меня Джексоном. А Джекс звучит ближе. Более по-свойски. Мне нравится.

– Тогда напомни мне впредь называть тебя только Джексоном.

– Ну не будь такой. Ты же всю жизнь ждала такого, как я, помнишь?

Я игнорирую его и продолжаю идти.

– Куда мы идём?

– Я иду в туалет.

– Отлично. Я с тобой.

– И что именно ты там собираешься делать?

В его глазах пляшут смешинки.

– Я с огромным удовольствием помогу тебе снять джинсы.

Сердце начинает биться чуть быстрее.

Не могу отрицать, что он на меня действует.

Я резко разворачиваюсь к нему.

– Жди здесь, Джексон.

– Ну-у-у, обязательно?

– Да. Обязательно.

Когда дверь за мной закрывается, я слышу, как кто-то просит Джексона расписаться на футболке.

Я не тороплюсь: привожу себя в порядок перед второй половиной автограф-сессии, поэтому, выйдя из туалета, совсем не ожидаю увидеть его всё ещё ждущим меня.

– Я скучал, – заявляет он.

Почему рядом с ним я большую часть времени только и делаю, что закатываю глаза?

– Я думала, ты слишком занят подписыванием футболок, чтобы успеть по мне соскучиться.

– Куда пойдём обедать?

– Мы?

– Да. Чего тебе хочется? – Он многозначительно поигрывает бровями.

– Я собиралась просто взять сэндвич в ресторане.

– Мне нужно немного свежего воздуха, прежде чем снова туда возвращаться. Сходишь со мной? Я американец.

– И?

– И я до сих пор не понимаю, как у вас тут всё устроено.

– Отговорка так себе. Ты здесь уже пять месяцев.

– Я серьёзно. Постоянно пытаюсь оставлять людям чаевые и заводить с ними разговоры, но почему-то они не особо это приветствуют.

– Просто говори о погоде. У нас это хорошо получается.

Когда мы доходим до холла отеля, он указывает на улицу.

– О, посмотри-ка. Льёт как из ведра, – произносит он с ужасающе преувеличенным британским акцентом.

Я расхохатываюсь.

– Это сейчас должен был быть британский акцент?

– Ну разумеется, миледи. Мы изволили упражняться в произношении.

– Тогда тебе нужно упражняться ещё. Намного больше.

Он придерживает для меня дверь.

– Пойдём со мной пообедаем. Поможешь мне потренироваться.

Я останавливаюсь, обдумывая варианты.

– Ну чего же ты ждёшь? – спрашивает он теперь уже с австралийским акцентом.

Я не могу сдержать смех и выхожу за дверь.

~ ~ ~

– Какого чёрта это такое? – спрашивает он, указывая на свою тарелку.

– Манчестерское яйцо, – объясняю я, когда мы выходим из паба.

– Чего-чего?

– Маринованное яйцо, покрытое кровяной колбасой и колбасным фаршем.

– И потом всё это жарят во фритюре?

– Ага.

– Я думал, это только мы, американцы, суём во фритюр всё подряд. Я совсем не это имел в виду.

– Ты сам сказал, что хочешь попробовать что-нибудь традиционное.

– Может, в следующий раз поедим традиционный воскресный обед. Или устроим английское чаепитие.

– В следующий раз?

– Да. На нашем втором свидании.

– Свидании?

– Ты теперь будешь повторять всё, что я говорю, писклявым голосом?

Я хмуро смотрю на него.

– Ты будешь пробовать или нет?

Он ухмыляется.

– О да. Попробовать я намерен. И очень скоро.

Я хватаю яйцо и запихиваю ему в рот. Он откусывает кусок, а остаток кладёт обратно на тарелку.

– М-м-м-м, – стонет он. – Как же вкусно. Именно так, как я и представлял.

Я качаю головой, прекрасно понимая его намёк.

– А если серьёзно, что ты о нём думаешь?

– Отвратительно.

Я смеюсь и протягиваю ладонь.

– Тогда отдавай мне.

Он собирается положить яйцо мне в руку, но в последний момент быстро запихивает его мне в рот – точно так же, как только что сделала я.

– М-м-м-м, – стону я, намеренно его дразня.

Его взгляд темнеет, и он выпрямляется.

– Та-а-ак вкусно. Именно как я люблю.

Он тяжело вздыхает и отбирает у меня остаток яйца.

– Ну, это обернулось против меня, – говорит он и целиком отправляет остаток в рот.

Проглотив, морщится.

– Тебе нельзя издавать такие звуки в общественных местах. Особенно рядом со мной.

– Что? – невинно спрашиваю я. – Я просто наслаждалась обедом.

– По звукам ты наслаждалась им немного сильнее, чем положено.

– О-о-о, ты что, ревнуешь меня к маленькому яичку?

– Конечно нет. Ты ведь всю жизнь ждала встречи с таким, как я, помнишь?

Я игнорирую его и отправляю в рот картофелину фри.

– Ну и что ты думаешь о моём маленьком подарке сегодня утром?

Я приподнимаю бровь.

– Думаю, огромный фейерверк был совершенно ни к чему.

Он смеётся.

– О нет, он был абсолютно необходим. Им пришлось купить самый большой фейерверк в магазине, чтобы он полностью прикрыл мою собственную ракету.

– М-м-м. Ну конечно.

– Если не веришь, могу доказать.

Я тут же поднимаю руки.

– Ладно, верю.

– Хорошо.

Несколько секунд мы идём молча, а потом он поворачивается ко мне.

– Ты ведь на самом деле мне не веришь? Потому что тогда тебя ждёт небольшое разочарование.

Я смеюсь.

– Не переживай. Твою «ракету» я всё равно никогда не увижу, так что с чего бы мне разочаровываться?

– Имей в виду: если ты строишь из себя недотрогу, я обожаю добиваться своего.

– Я ничего из себя не строю.

– Ну-у ладно.

– Не говори это таким тоном.

– Ладно, – произносит он с самодовольной физиономией.

– Прекрати!

– Что? Я всего лишь сказал «ладно».

– Ты не просто сказал «ладно». Ты сказал «ла-а-адно».

Он смеётся.

– Эм… ладно?

– Ладно.

Несколько минут мы идём молча, доедая обед, прежде чем возвращаться в отель.

– Ты в порядке? – спрашивает он, и мы оба начинаем смеяться.

– Да. А ты в порядке?

– У меня всё просто замечательно. Меня накормили, рядом со мной красивая женщина… Ох ты ж. Кажется, снова начинается дождь, миледи. Нам следует поскорее укрыться в помещении.

Я хихикаю.

– Всё ещё австралийский.

Глава 5

Пару часов спустя я лицом вперёд падаю на гостиничную кровать.

– Я та-а-ак устала.

– Я тебя не слышу, – отвечает Хэлли.

Каким-то чудом мне удаётся приподнять голову.

– Я вымоталась. Автограф-сессии – тяжёлая работа.

Она ухмыляется.

– Ага, но оно того стоит.

Видеть её такой счастливой делает счастливой и меня.

– Однозначно.

– Не могу дождаться вечеринки. Наконец-то можно будет расслабиться и оторваться.

– А я, скорее всего, всё это просплю.

Она смеётся.

– Так вот что понадобилось, чтобы наконец тебя сломать? Всего-то несколько книжек?

– Несколько? Сто девятнадцать, между прочим. Я посчитала. Тебе пора запретить покупать книги.

Она возмущённо ахает.

– Даже не шути о таких вещах.

– Вот только это будет уже не шутка, когда в старости ты попадёшь в какую-нибудь телепередачу про патологических накопителей. Ты даже в спальню войти не сможешь, потому что книги будут сложены до самого потолка.

– Так это же мечта. А ещё лучше – жить в доме, построенном из книг.

– Тебе пора в общество анонимных книгоголиков.

– Подожди… а такое правда существует?

– Не знаю, но должно.

– Звучит как отличный способ провести пятничный вечер. Представляешь, какие потрясающие книги могли бы посоветовать заядлые читатели?

Я смеюсь.

– Именно так и сказал бы зависимый человек.

Она выпрямляется.

– Здравствуйте, меня зовут Хэлли, и я книгоголик.

Она смотрит на часы.

– Ой! Мне пора собираться. Через час мы идём ужинать. Ты с нами?

– Не-а. Я немного побуду здесь, отдохну. Может, даже что-нибудь почитаю, раз уж у нас тут целая библиотека.

Её глаза едва не выскакивают из орбит.

– Ты будешь читать?

Я пожимаю плечами.

– Может быть.

– Чего тебе хочется?

– Книгу, Хэлли.

– Какую книгу?

– Понятия не имею. Просто посмотрю, что у тебя есть.

– Э-э, нет. Я тоже участвую. Я годами пытаюсь заставить тебя читать.

– Пф-ф. Я читаю.

– Подписи под фотографиями в Инстаграме не считаются.

– Заткнись и показывай свои книги, – говорю я, скатываясь с кровати.

– С удовольствием.

Она открывает один из чемоданов.

– Здесь книги, которые нам подписали вчера. Пожалуйста, будь с ними осторожна.

– А что, по-твоему, я собираюсь с ними делать?

– Не знаю. Просто не делай ничего безумного. Не загибай страницы, не проливай на них воду…

– Я не собираюсь вандализировать твои книги.

– Хочешь подрастковый, молодёжный или современный любовный роман?

Не надо было вообще ничего говорить. Нужно было дождаться, пока она уйдёт, и самой спокойно посмотреть.

Она начинает перебирать книги. Хотя под «перебирать» я на самом деле подразумеваю: осторожно доставать каждую из пакета с пузырчатой плёнкой, а потом любовно поглаживать.

– А как насчёт «Медовой ловушки»? Там такая крутая героиня, которая разоблачает неверных мужчин. Мне самой, кстати, скоро пора её перечитать.

– Звучит неплохо, но мне хотелось чего-нибудь более…

Джексон.

Она смеётся.

– А-а-а. Кажется, я поняла, что ты пытаешься сказать.

– Правда?

Она всегда была чертовски проницательной.

– Ага.

Через секунду она протягивает мне книгу и подмигивает.

– Попробуй эту. Там очень горячо.

– Ох. Ой, нет. Я не это имела… Я хотела спросить, есть ли у тебя та книга про Джексона.

– Джексона в смысле Джексона Прайса?

Я киваю.

– Нет. Я её не брала, потому что его бывшая здесь не участвует как автор.

– Ничего страшного. Неважно.

– А зачем тебе читать о нём?

– Просто интересно.

– Его история или он сам?

– Его история. Хочу понять, из-за чего весь этот шум.

Хотя я и так прекрасно понимаю, из-за чего.

От него невозможно оторваться.

Как и от его лица.

– Прочитаешь, когда вернёмся домой. Если только не скачаешь электронную версию на телефон.

Она понижает голос:

– Кстати, тут ходит один слух о его бывшей.

– Какой?

– Говорят, примерно в то время, когда они расстались, её книги стали плохо продаваться.

– И?

– И ей понадобилось вдохновение… поэтому она решила устроить немного драмы в собственной жизни.

– Ты хочешь сказать, что она изменила Джексону ради сюжета для книги?

– Ну, технически она ему не изменяла, но да…

– Нет, изменила. Джексон мне рассказал. Она несколько недель спала с другим парнем и только потом призналась ему.

Глаза Хэлли расширяются.

– Он тебе это рассказал?

– Да. У каждой истории всегда есть две стороны.

– Господи. Похоже, ей просто не хотелось выставлять себя злодейкой.

– Только никому не говори. Джексон рассказал мне это по секрету.

– Не скажу. Интересно, почему он сам не хочет, чтобы люди узнали правду о ней?

Потому что он хороший человек.

– А что ему это даст? Он просто хочет оставить всё позади и жить дальше.

Она морщится.

– Что это сейчас было за выражение лица?

– Она пишет продолжение. Не думаю, что ему удастся оставить эту историю позади в ближайшее время.

– Ну, по крайней мере, Джексона там уже не будет. Последние пять месяцев он здесь.

– Может, она ждёт, что он вернётся. Думаю, её читатели хотят узнать, сойдутся ли они снова.

От одной этой мысли у меня всё внутри падает.

– В любом случае это всего лишь слухи. Джексон взрослый мальчик, думаю, сам примет правильное решение. Ладно, мне правда пора собираться.

Она указывает на чемодан.

– Присмотри за моими малышами.

Как только она выходит из номера, я закрываю чемодан и снова ложусь на кровать.

Читать мне уже совсем не хочется.

Особенно теперь, когда граница между реальной жизнью и вымыслом стала такой размытой.

Глава 6

Я просыпаюсь от стука в дверь. Слишком резко вскакиваю с кровати и вынуждена ухватиться за стену, пока голова не перестаёт кружиться.

– Я знаю, что ты там, – слышу голос Джексона. – Я опять слышал, как ты выкрикивала моё имя.

Я открываю дверь и вижу его небрежно прислонившимся к дверному косяку, словно он сейчас на фотосессии или съёмочной площадке. Он запросто мог бы сойти за кинозвезду. До неприличия красивый и держится с соответствующей самоуверенностью.

– Я тебя разбудил?

– Да. Который час и что ты здесь делаешь?

Он смеётся.

– Я тоже рад тебя видеть, Зара. Восемь часов, и я пришёл забрать тебя на вечеринку.

– Забрать меня? Ты живёшь в соседнем номере. Это сложно назвать «забрать».

– Между прочим, я уже спускался на вечеринку. Когда не нашёл тебя там, спросил у твоей сестры, где ты, и вернулся сюда. Вот тогда-то я и услышал твои стоны.

– Прости, просто никак не могу перестать видеть тебя во сне, – отвечаю я и опускаю взгляд на свои джинсы и кеды. – Я не одета.

Он приподнимает бровь.

– Поверь, если бы ты была не одета, я бы сейчас не торчал за дверью.

Я стараюсь не покраснеть.

– Ты прекрасно понял, что я имею в виду. Я не одета для вечеринки.

– Ты прекрасно выглядишь.

– Я только быстро переоденусь.

– Хорошо. Могу помочь.

– Поможешь, если будешь ждать прямо здесь.

– Ну-у, ты правда заставишь своего кавалера ждать за дверью?

– Кавалера?

– Да. И тебе, наверное, стоит знать, что на втором свидании я уже целуюсь.

Я закатываю глаза и жестом приглашаю его войти.

– Можешь подождать здесь. Я переоденусь в ванной.

– О, значит, теперь, когда ты узнала, что я доступен, всё-таки приглашаешь меня внутрь. Какая кровать твоя?

Я указываю на ту, что справа.

– Пять минут. И без всяких непристойностей.

Он смеётся.

– А что именно ты относишь к «непристойностям»?

– Не знаю… например, нюхать моё нижнее бельё или делать ещё какую-нибудь подобную странную фигню.

– Не переживай. До этого я дохожу только на третьем свидании.

~ ~ ~

– До сих пор не могу поверить, что ты спишь с моим календарём, – говорит Джексон, пока я отпиваю второй за вечер коктейль.

– Я с ним не сплю. Он лежал на кровати, потому что утром я его там оставила.

– Да ладно тебе, Зара. Просто признайся, что хочешь меня в своей постели.

Когда начинает играть следующая песня, его глаза загораются. Он встаёт и протягивает мне руку.

– Потанцуй со мной.

– Что? Зачем?

Он посмеивается.

– Потому что я хочу с тобой потанцевать. И потому что это одна из моих самых любимых песен.

– Я даже не знаю, что это.

– Это группа Def Leppard. Давай.

– Я ещё недостаточно пьяна.

– Отлично. Я хочу, чтобы ты всё запомнила.

Его откровенно соблазняющий взгляд прожигает меня насквозь, и, господи, прямо сейчас я готова сделать практически всё, о чём бы он меня ни попросил.

Когда я всё-таки встаю, он ухмыляется и ведёт меня на танцпол. Я сбиваюсь со счёта, сколько женщин оборачиваются нам вслед или начинают перешёптываться, пока мы проходим мимо.

– Ну ладно, Джексон Прайс. Посмотрим, на что ты способен.

Его глаза озорно поблёскивают, когда он поднимает наши сцепленные руки над головой и медленно разворачивает меня, пока я не оказываюсь к нему спиной. Затем опускает наши руки и несколько секунд выжидает, намеренно нагнетая предвкушение, прежде чем обхватить меня за бёдра и притянуть назад так, что наши тела плотно прижимаются друг к другу.

– Я намерен показать тебе абсолютно все свои движения.

Я с трудом сглатываю, когда он начинает двигаться в такт музыке. Мы быстро находим общий ритм, и уже через несколько секунд двигаемся как единое целое. Словно наши тела – детали пазла, созданные для того, чтобы идеально подходить друг другу.

Жар приливает к щекам – и не только к ним, – когда я позволяю себе представить, каково было бы устроить нашу собственную вечеринку после вечеринки. Вскоре становится очевидно, что наши мысли движутся в одном направлении, когда я чувствую, как нечто твёрдое упирается мне в спину.

Он наклоняется к моей шее и нежно целует её, а затем проводит по коже кончиком языка.

Можно свалить всё на жар момента. Или на музыку. Или на алкоголь.

Но я разворачиваюсь к нему, отчаянно желая почувствовать больше.

Его взгляд темнеет, когда я приподнимаюсь на носочки и начинаю медленно тереться о него в такт музыке. Мне всё равно, где мы находимся и кто на нас смотрит. В этот момент имеет значение только одно – мы.

Он наклоняется ещё ближе, и как раз тогда, когда мне кажется, что сейчас он меня поцелует, песня заканчивается.

Ещё несколько секунд мы остаёмся прижатыми друг к другу, наслаждаясь моментом, пока освещение не меняется и не начинает играть более бодрая песня.

Он улыбается мне слегка затуманенным взглядом.

– Думаю, можно с уверенностью сказать: это было самое большое удовольствие, которое я когда-либо получал, не снимая одежды.

Я смеюсь.

– Двигаешься ты впечатляюще.

– Детка, это была всего лишь разминка.

Этот мужчина меня доконает.

– Эй, я через минуту вернусь.

– Куда ты?

– В дамскую комнату.

– А-а, понятно. Получила от меня всё, что хотела, и теперь бросаешь.

Поверь, я ещё не получила того, чего хочу.

Пока нет.

– Мне нужно немного привести себя в порядок.

Он смеётся.

– А мне ты нравишься именно такая – разгорячённая и вспотевшая.

– Даже не сомневаюсь.

Я выпускаю его руку и тут же чувствую, будто чего-то не хватает.

– Я буду тебя ждать.

– Ещё бы, – бросаю я, уходя.

Хэлли быстро пристраивается рядом.

– Эм… ладно. И когда мы собираемся обсудить тот факт, что ты только что на глазах у сотен людей практически тёрлась об Джексона Прайса, словно вы уже перешли к делу?

– Мы просто танцевали.

– Грязные танцы. Пожалуй, мне пора начинать называть тебя Бэби. Что между вами происходит?

– Ничего.

– Ну-ну. Продолжай себе это рассказывать.

– Он живёт в Америке, Хэлли.

– И?

– И я, спасибо большое, предпочла бы, чтобы мой парень жил со мной хотя бы в одной стране.

Она восторженно хлопает в ладоши.

– А я вообще ничего не говорила про парня. Он тебе и правда нравится, да?

– Тс-с-с! – шикаю я, открывая дверь туалета. – Говори тише.

– Я знала, что он в твоём вкусе.

– У меня нет определённого вкуса.

– Есть. Высокие, светловолосые и с бородой.

А ведь она права.

– Уверена, вы двое могли бы что-нибудь придумать.

– Эй, не забегай так далеко вперёд. Может, я ему вообще не настолько интересна.

– Я видела, как он держал тебя на танцполе. Ты ему определённо интересна.

– Может, ему нужна девушка на одну ночь. Может, я для него просто способ забыть бывшую.

– Ты сама-то в это веришь?

Я вздыхаю.

– Нет.

– Не отталкивай его, Зар. Не позволяй прошлому испортить твоё будущее. Он кажется действительно хорошим парнем. И в постели он просто потрясающий.

– Откуда, чёрт возьми, тебе это знать?

– Из книги Николь.

– Полагаю, Николь – его бывшая?

Она кивает.

– Скажем так, описывает она очень подробно.

Теперь я совершенно точно не хочу читать эту книгу.

Зачем вообще настолько откровенно писать о собственной жизни?

О собственной сексуальной жизни?

Дверь открывается, и внутрь входит группа женщин. Одна из них узнаёт Хэлли. Они тут же начинают обсуждать книги, а для меня это сигнал, что пора уходить.

Я возвращаюсь в главный зал и сразу замечаю Джексона у бара. Он разговаривает с другим парнем с обложки, но, едва увидев меня, расплывается в улыбке. Не сводя с меня глаз, извиняется перед собеседником и неспешно направляется ко мне с понимающим выражением лица.

Воздух словно наэлектризован, и совершенно очевидно: мы оба понимаем, к чему всё это идёт.

Я улыбаюсь ему в ответ и делаю шаг навстречу, когда какая-то женщина внезапно встаёт прямо перед ним, отрезая меня от Джексона.

Я останавливаюсь – моё лицо оказывается всего в нескольких сантиметрах от её затылка. Отступаю в сторону и замечаю, как расширяются глаза Джексона.

– Что ты здесь делаешь, Николь? – спрашивает он.

Николь.

У меня всё внутри обрывается.

– Я приехала ради тебя. Мы можем поговорить где-нибудь наедине?

– Нет, не можем.

Я словно прирастаю к месту. Не могу пошевелиться, хотя больше всего на свете хочу уйти отсюда. У меня нет ни малейшего желания слушать, что она собирается сказать.

– Я проделала весь этот путь только ради того, чтобы увидеть тебя.

– Зачем? Тебе понадобился новый материал для книги? Дома закончилось вдохновение? Я слышал, ты пишешь продолжение. Напишешь о сегодняшнем вечере? На этот раз расскажешь правду? Между нами всё кончено, Николь. Всё закончилось ещё пять месяцев назад.

Его взгляд находит мой, и я одновременно вижу в нём разочарование, раздражение и сожаление.

– Прости, – говорит он мне.

Она поворачивается ко мне.

– Ты кто?

– Не втягивай её в это, – отвечает за меня Джексон.

– Думаю, мне лучше уйти, – говорю я, замечая, что неподалёку уже начинает собираться толпа.

– Нет, – тут же произносит Джексон. – Пожалуйста, останься. Мы закончили. Больше обсуждать нечего.

– Мне ещё много чего есть сказать, – возражает Николь. – Я всё ещё люблю тебя, Джексон.

Он проводит рукой по волосам.

– Нет, не любишь. Почему за последние пять месяцев ты ни разу не попыталась со мной связаться? Почему тебе понадобилось лететь сюда, чтобы сказать мне это? Хватит устраивать спектакль. Я больше не хочу быть частью твоих долбанутых сюжетов. Это реальная жизнь, Николь. Перестань пытаться жить на страницах книги.

Она указывает на меня.

– Вы с ней вместе? Всё это из-за неё?

– Даже если бы я никогда не встретил Зару, я всё равно сказал бы тебе сейчас то же самое.

Он смотрит прямо мне в глаза и совершенно искренне произносит:

– Будь всё по-моему – да, мы были бы вместе.

Я даже не понимаю, что сейчас должна чувствовать. Знаю только одно: я хочу уйти.

– Вам нужно разобраться между собой.

– Пожалуйста, не уходи, – просит он.

– Для меня это слишком. Прости.

Я отворачиваюсь и как можно быстрее выхожу из зала, на ходу делая глубокие вдохи.

За каких-то пару дней я умудрилась пройти путь от одинокой девушки до встречи с идеальным мужчиной, который, как назло, живёт в другой стране. А в довершение ко всему у него есть бывшая, которая до сих пор его любит.

Ну почему со мной всегда так?

Я уже собираюсь нажать кнопку вызова лифта, когда слышу своё имя.

Оборачиваюсь и вижу спешащего за мной Джексона.

– Пожалуйста, не уходи. Я хочу провести с тобой как можно больше времени.

– Почему?

– Если ты до сих пор не поняла, ты мне вроде как очень нравишься.

– Я серьёзно. Почему я?

– А почему нет? Ты идеальна. В тебе есть всё, чего я когда-либо хотел от женщины. Ты красивая, умная, смешная, у тебя на всё есть своё мнение, ты думаешь о других и к тому же та ещё язва… но я уже от тебя зависим.

– Джексон… я не связываюсь со всем этим бардаком.

– Я тоже.

– Тогда что мы вообще делаем? Ты живёшь в Америке.

– Моя виза заканчивается только через месяц.

– Месяц – это ничто.

– Если дело в Николь, то я могу тебя заверить…

– Дело не только в ней. Даже если бы её вообще не было, ты всё равно живёшь в Америке.

– И что? Ты говоришь так, будто я с другой планеты.

– Отношения на расстоянии не работают.

– Может, отношения на расстоянии и не работают. Но мы – сработаем.

– Ты не можешь этого утверждать. Ты не можешь этого знать.

– Могу. У нас всё получится, Зара. Поверь мне.

– Пожалуйста, не давай обещаний, которых не сможешь выполнить.

– Я никогда так с тобой не поступлю.

– Но откуда, чёрт возьми, такая уверенность? Ты знаешь меня всего два дня.

– И что? Благодаря тебе это одни из лучших выходных в моей жизни. К тому же у всех когда-то бывает второй день.

– Ты о чём?

– Каждая пара за всю историю Вселенной когда-то встретилась впервые. У всех был первый день. Потом второй. Потом третий. Долгие отношения не возникают мгновенно. Для них нужны время и усилия. Да, сейчас у нас только второй день, но я уверен, что будут и другие. Почему бы нам просто не проживать каждый следующий день и смотреть, что получится? Если наступит третий день, или тридцать третий, или триста тридцать третий, и ты решишь, что больше этого не хочешь, – хорошо. Но просто дай нам шанс. Не ставь на нас крест ещё до того, как между нами вообще что-то началось.

– А что будет, когда ты уедешь? Я лучше переживу боль на второй день, чем на двадцать второй или тридцать второй.

– Зара, только честно. Ты разве не чувствуешь того же, что и я? Потому что мне кажется, что чувствуешь. Но если я совершенно неправильно всё понял, то уйду и буду просто считать себя счастливчиком уже потому, что встретил тебя.

Я молчу, очень тщательно обдумывая, чего хочу на самом деле.

Я понимаю, что следующие несколько слов, которые я произнесу, могут серьёзно изменить мою жизнь.

Я переплетаю свои пальцы с его.

– Чувствую.

Его лицо озаряет облегчение.

– Тогда что скажешь? Хочешь попробовать третий день? А потом и все остальные?

Я улыбаюсь.

– Давай попробуем.

– А теперь я тебя поцелую.

Он берёт моё лицо в ладони и целует меня так, словно завтра не наступит.

И в этот момент его действительно не существует.

Есть только мы. Здесь и сейчас.