![](/files/books/160/oblozhka-knigi-otchayannaya-nevesta-384297.jpg)
Текст книги "Отчаянная невеста"
Автор книги: Карина Исаева
Жанр:
Современная проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)
V
Прежде чем заявляться к нам в гости, мать Идриса позвонила моей. Лейла не растерялась, конечно, и после обмена любезностями дала понять, что я не желаю выходить замуж за ее сына и уже состою в серьезных отношениях с другим человеком. Этот другой человек ждал меня на соседней улице, у пустого участка, на территории которого росли деревья с абрикосами, сливами и черешней. В детстве мы много времени проводили там.
Амина приехала домой с работы как раз в тот момент, когда я выходила на свидание. Увидев мой внешний вид, она заставила меня переодеться. Видите ли, не положено девушке вроде меня выходить на свидание в домашнем пестром халате с жёлтыми и синими цветочками, с дулькой на голове и в черных шлепанцах, в которых я обычно подметаю двор. По требованию невестки, пришлось переодеваться в джинсовый сарафан с тонким плетеным поясом молочного цвета на талии, во вчерашние белые босоножки, надевать синюю косынку, распустить волосы и нанести жидкую пудру на лицо с тушью и блеском для губ. Я не хотела всего этого, честное слово. Не хотела, чтобы Саид думал, будто я нарядилась для него.
Этот человек несмотря на то, что я к нему очень тепло отношусь, совсем не годиться мне в женихи. Я никогда и подумать не могла, что со мной такое случиться. Саид, он, да, чертовски привлекательный, милый, воспитанный, умеет ухаживать и все такое. Но абсолютно не мой типаж парней. Из-за постоянных историй с различными девушками, которые долетали до меня со всех сторон, я воспринимаю его не всерьез. Не могу представить его в роли мужа, отца. Уж тем более, своего мужа.
Тем не менее, вот он, пришел ровно в 4 часа, ждет меня под деревом. Сорвав несколько созревших плодов, внимательно оглядывает их, вытирает о свои синие джинсы, делит на две части и пробует. При этом его лицо обращается в сторону дороги. Как только Саид меня замечает, его губы, по которым растекается сок от абрикоса, растягиваются в улыбке. А синие глаза оглядывают меня с ног до головы:
– Добрый день тебе, Камилла! Ты потрясающе выглядишь сегодня, – от его оценивающего взгляда мне становится дискомфортно. Этот сарафан далеко не такой широкий, как вчерашний розовый. Он не то, что сильно облегает, но подчеркивает мой пышный бюст и тонкую талию:
– Добрый, Саид, – смущенно бормочу я, останавливаясь в 3 шагах от него:
– Держи, очень вкусные абрикосы. Прямо как в детстве, – протягивает мне 3 созревших фрукта:
– Благодарю, приятного аппетита, – улыбаюсь я и поднимаю голову вверх: – На самой верхушке такие большие.: – Да? – Саид повторяет мой жест: – Может, полезть за ними и…– не успевает он закончить, как я уже хватаюсь за ветку и лезу вверх:
– Ты с ума сошла? Это дерево тебя не выдержит, Камилла, – восклицает Саид:
– Хочешь сказать, что я толстая? – злюсь я, продолжая подниматься:
– Да нет, просто… оно не рассчитано на вес взрослого человека, – объясняется он:
– Да ради Бога:
– Камилла, пожалуйста, не позорься и слезай, – уже тверже просит Саид:
– Замолчи, а, – я уже долезла до середины, аккуратно переставляя ногу с одной, наиболее крепкой ветки, на другую:
– А если дерево на меня упадет? Ты виноватой будешь, – восклицает Саид:
– Уверена, с тобой все будет в порядке, не умрешь, – заверяю я: – Вот и все. – аккуратно растягиваюсь на ветке. Пока лезла на верхушку, успела сорвать несколько самых ярких и спелых абрикосов:
– Можешь меня не ждать там, внизу. Отсюда открывается невероятный вид, – я любуюсь крышами домов, зелеными листьями деревьев, асфальтированной дорогой, тропинками, по которым шагают люди:
– Согласен, вид действительно замечательный, – у меня глаза расширяются, я поворачиваю голову назад и сталкиваюсь лицом к лицу с Саидом. Вау! Вблизи его глаза кажутся еще ярче:
– Как ты так быстро сюда залез? – недоумеваю я:
– Годы тренировок, детка, – в ответ на него летит косточка от только что съеденного абрикоса:
– Промахнулась, – усмехается Саид:
– Рано радуешься, у меня еще будет шанс в тебя попасть, – показываю ему язык:
– Фу, только так не делай, – морщится он:
– Какие мы брезгливые, – фыркаю я. Саид улыбается, делит на две части абрикос, протягивает мне вторую часть:
– Какой ты щедрый, но у меня уже есть, спасибо, – я протягиваю руку, в которой еле уместилось 3 фрукта. Поворачиваюсь в свою сторону и молча ем:
– Помнишь, когда мы были мелкие и играли в прятки, Мадина залезла на это дерево и боялась потом слезть? – подает голос Саид:
– Да, всем двором уговаривали ее спуститься, – воспоминания об одном из многочисленных теплых, летних дней детства накрывают меня. Я смотрю вниз и будто вижу перед собой толпу ребятишек, хором просящих ревущую девочку аккуратно опуститься на землю:
– Уговаривали ее часа три, не меньше, – подхватывает Саид:
– Пришлось выносить деревянную лестницу и самим ее спускать, – добавляю я:
– Она уже в свои 7 лет отличалась упрямством, – с грустью заключает Саид:
– Почему ты вспомнил о ней? Мадина была не единственной, кто залезал на это дерево, – напоминаю я:
– Это ты на себя намекаешь? – ухмыляется Саид:
– Почему же? Не только я. Много ребят с нашего двора сюда лезли. Но для меня это место было самым любимым. Когда я на кого-то обижалась, поднималась сюда и наблюдала за другими детьми, проезжающими машинами. Под соседними деревьями сидели или стояли парочки. Никто не обращал на меня внимание, я становилась невидимкой. Часами сидела здесь и смотрела на других. Время пролетало так незаметно, – Саид усмехается:
– Я как представлю эти раздутые щеки и недовольный взгляд. Сам бы отправил тебя на это дерево, лишь бы не видеть твое лицо, – я фыркаю:
– Какой ты добрый. Вообще-то я один раз промокла, сидя на этом дереве, насквозь, и чуть не подхватила бронхит:
– Расскажи, – просит Саид:
– Это был 6 класс. День чеченской женщины. У нас в школе проходило мероприятие, и я должна была рассказать стихотворение. Но сразу после уроков я ушла на день рождения Радимы, никого не предупредила. И на следующий день, на уроке труда, девочки с класса облили меня грязной водой, в которой мы стирали тряпку для доски. Это за то, что я ушла без предупреждения, тем самым поставила Зарету Аюбовну в неловкое положение перед руководством и приглашенными гостями.:
– И ты ничего с ними не сделала? – удивился Саид. Я пожала плечами:
– Я понимала, что поступила нехорошо и в любом случае должна быть наказана. Поэтому, нет, я лишь молча собрала свои вещи и пришла сюда. Сидела на этом дереве, потом начался дождь, но я не спускалась до тех пор, пока вся улица не начала меня искать. – Саид усмехается:
– Или, когда появилась Амина, – продолжила я:
– А чем Амина тебе не угодила? – вопрошает он:
– Пока ее не было, мы с Асламбеком много времени проводили вместе. Он водил меня в парк аттракционов, на каток, мы с ним смотрели «Гарри Поттера», он готовил для меня завтраки, когда мамы с папой не было дома. А когда его свели с Аминой, Асламбек начал ходить в парк и на каток с ней. И каждый раз, когда я просила его повести меня куда-нибудь, он говорил, что у него нет времени и встречался с Аминой. Для меня это был очередной повод спрятаться здесь.:
– С Зауром было не так интересно?:
– Заур был совсем маленький. Он ходил в детсад. Там у него образовалась своя компания. – поделилась я:
– Ты мастер рассказывать веселые истории, – с сарказмом прокомментировал Саид:
– Какой ты жестокий. Я тут душу изливаю, а ты издеваешься, – недовольно пробурчала я. Он засмеялся:
– Камилла, какая же ты избалованная. Прошли годы, а ты даже не изменилась,:
– В смысле? – я поворачиваюсь в его сторону, но Саид продолжает смотреть вдаль:
– Ты всегда отличалась крайней ранимостью. Но вместо того, чтобы обижаться или плакать, ты лезла в драку или пряталась. И теперь я знаю, куда именно.:
– Разве это плохо – быть ранимой? – интересуюсь я:
– Да. Ты слишком остро реагируешь на то, что происходит вокруг и совершенно не умеешь себя сдерживать,:
– На прием к психологу я вообще-то не записывалась, – я усмехаюсь:
– А еще ты не умеешь принимать критику в свой адрес, – подхватывает Саид:
– Итак, хорошо. Эмоциональная нестабильность, избалованный характер и неправильная реакция на критику. Что-то еще? – раздражённо проговариваю я:
– Учись себя сдерживать. Иначе нам с тобой сложно будет, – серьезным тоном заявляет Саид. Я смеюсь:
– Ты сейчас серьезно?:
– Абсолютно,:
– Саид, давай я уясню один момент.:
– Какой?:
– Сначала нам нужно спуститься. – с этими словами я медленно лезу вниз. 5–6 переходов с одной ветки на другую и вуаля! Я приземляюсь на землю. Следом за мной спускается и Саид. Косынка на моей голове сползла с концами, а на сарафане остались маленькие ветви и листья. Я стряхнула одежду и посмотрела на Саида:
– Ну?:
– Саид, я не собираюсь ради тебя что-то в себе менять,:
– Почему ты сразу все утрируешь? Я лишь прошу тебя вести себя сдержаннее, – он хмурится:
– Не хочу. – прячет лицо под руками:
– Почему ты такая упрямая?:
– Если что-то не устраивает, ищи другую, – пожимаю плечами. Саид хотел что-то ответить, но его прерывает вибрация мобильника. Устало вздохнув, он отвечает на звонок:
– Да, я слушаю. – в динамике слышу женский голос:
– Зулейхан, мы вчера закрыли эту тему. Я не хочу сто двадцать пятый раз тебе повторять одно и то же. – смотрю себе под ноги, прислушиваясь к диалогу. Скрещиваю руки на груди:
– Я тебе все объяснил. Ты не будешь ни к кому обращаться, Зулейхан, ты…– Саид нервничает:
– Зулейхан, сколько еще раз тебе говорить? Ты мне неинтересна. Хватит меня шантажировать фотографиями, перепиской, звонками, которых у меня на телефоне больше нет! Я и телефон поменял, и сим-карту сменил, что еще тебе от меня надо, скажи! – Саид сильно нервничает…:
– Послушай, Зулейхан, меня внимательно. Я никому не говорил о наших разговорах, никто не знает о том, что мы встречались. Мне это неинтересно. Не заставляй меня блокировать тебя, Зулейхан. Найди, наконец, в себе гордость от меня отвязаться! – с этими словами он, прикусывая нижнюю губу, возвращает телефон в карман. Его взгляд заново обращается ко мне:
– Это было грубо, – заключаю я:
– Я не хотел, чтобы ты слышала этот разговор, – бормочет Саид:
– А если бы я отошел, ты бы ушла, – опережая мой вопрос, замечает он:
– Ты абсолютно прав, – соглашаюсь я: – Тебе не кажется, что сначала следует решить вопрос с Зулейхан, прежде чем начинать новые отношения?:
– С ней вопрос решен давно, – фыркает Саид:
– Она так не считает, – замечаю я:
– Плевать я хотел с высокой башни, что она там считает, – раздраженно восклицает Саид:
– Камилла, я устал, и морально, и физически от нее устал, от всех устал, – признается он:
– Тогда почему ты все еще здесь? – интересуюсь я:
– Где здесь?:
– В этом городе.:
– Думаешь, в Москве мне будет покой? – Саид усмехается:
– Уезжай тогда в другой город, посети какую-нибудь страну. Мексику, Аргентину, Бразилию например, – предлагаю я:
– Ты меня прогоняешь? – он ухмыляется:
– Ты жалуешься на отсутствие покоя. Я предлагаю тебе варианты, где ты можешь от всех отдохнуть, – пожимаю плечами. Его лицо озаряется улыбкой:
– У тебя есть еще время? Хочу показать тебе одно место, оно недалеко, – достаю из кармана мобильник, смотрю на часы. 17:30. До заката еще кучу времени. Киваю, и мы идем по знакомой нам обоим тропинке в сторону речки:
– Говоришь, что не собираешься себя сдерживать, да? – нарушает тишину Саид:
– Вот именно,:
– А если рядом не окажется дерева, на котором ты сможешь спрятаться? Или я не позволю тебе кулаками размахиваться? Что ты предпримешь в таком случае?:
– Спрятаться можно не только на дереве, Саид,:
– От меня ты далеко не спрячешься, Камилла, – усмехается он:
– Ты меня плохо знаешь, Саид. Знаешь, сколько раз я от Асламбека в Москве пряталась? – с вызовом констатирую я:
– Москва – очень большой город. Но там у меня везде есть свои источники. Так что, ты никуда от меня не денешься, – самоуверенно изрекает Саид:
– Поживем, увидим, – произнесла я, поднимая голову. Тропинка закончилась, мы оказались в лесу. Если пройти чуть дальше, дорога пойдет вниз. И так мы окажемся у речки. Но вместо того, чтобы пойти вперед, Саид сворачивает налево:
– Если ты хочешь меня тут убить и утопить в речке, сразу предупреди, – он смеется:
– Я бы такое сделал, но не с тобой,:
– Долго вы с Зулейхан общались?:
– Достаточно, чтобы настолько свести ее с ума,:
– Ты намекал на свадьбу?:
– На какую свадьбу? Жениться на ней, то есть?:
– Угу,:
– Конечно нет, Камилла. Говорил же, я не хочу жениться ни на ней, ни на ком-то еще. Наш с тобой случай – это способ избавиться от девушек, предлагающих мне себя в жены, от их матерей, ежедневно достающих маму и моих сестер с просьбами свести меня с их дочерьми, племянницами, внучками… Порой у меня складывается впечатление, что в этом мире нормальных мужчин не осталось,:
– В том-то и дело, что нормальные мужчины выбирают нормальных женщин, которых предлагать не надо. Их забирают сразу же, – Саид с ухмылкой смотрит на меня:
– Тебя не забрали. Значит, к категории нормальных ты уже не относишься,:
– Если бы я относилась к такой категории, думаешь, стала бы встречаться с тобой?:
– Подобное притягивает подобное, ты хочешь сказать?:
– Не совсем. Если бы так было, ты сейчас прогуливался бы в другом городе с девушкой в роде Зулейхан. – Саид хмурится: – Не с такой навязчивой, конечно же. С той, которая так же, как ты меняешь девушек, меняла бы парней, – он начинает смеяться:
– Мы пришли, – останавливаемся у края, за которым простирается обширное зеленое поле с деревьями, протекающей речкой, пасущимся коровами и лошадьми:
– Сюда мы загоняли всех коров с нашего села. Купались в речке, питались фруктами с деревьев. Бабушка отправляла сюда меня с Даудом, Якубом и Дени, снабдив гренками и бутербродами с колбасой. А еще мы по дороге покупали чипсы, пытались накормить ими лошадей, и соки. На этом поле я впервые залез на лошадь и чуть не свернул себе шею. – Саид с печальной улыбкой на лице рассматривает местность: – А ночью здесь открывался фантастический вид на звезды. Такими яркими я их больше нигде никогда не видел, – я поднимаю голову на голубое небо, хочу представить, как оно горит после наступления темноты:
– Наверно, самые теплые детские воспоминания у меня связаны с этим полем. Ни с детскими лагерями в Англии и Германии, где мы проводили целый месяц, ни с Турцией, Египтом или Эмиратами, куда я ездил с отцом отдыхать на десять дней каждое лето. – делится Саид и вдыхает свежий, пропитанный летним зноем и свежестью воздух:
– Пару раз мы с Якубом и его однокурсниками ездили в горы. Устраивали настоящий поход с палатками, кострами, страшными историями на ночь. А с Даудом ездили на рыбалки или устраивали гонки на старых автомобилях дедушки. Два раза я врезался в столб, в один и тот же, – Саид усмехается: – Дауд заставил чинить машину самостоятельно. В итоге я сломал ее еще больше. Пришлось отправлять на металлолом, хотя изначально я предлагал затопить ее в речке, – я смеюсь:
– Как ты собирался топить в речке автомобиль? – Саид пожимает плечами:
– Вытолкнул бы ее, ничего сложного,:
– По ходу у тебя всегда выдавались насыщенные каникулы, – он кивает:
– Да. А потом возвращаюсь на нашу улицу, а там ты, отпугиваешь детей и дерешься с каждым, кто косо на тебя смотрит, – Саид бросает на меня взгляд, полный тепла:
– Из-за меня Сабина чуть без глаза не осталась… – бормочу я. Саид вскидывает брови:
– Как ты умудрилась промахнуться, Камилла?:
– Не смешно! Когда играли в прятки, она обвинила меня в жульничестве, закатила истерику, я не выдержала и кинула в нее камень. Он попал прямо на ее щеку. – Саид смеется: – Хорошо хоть шрама не осталось. Иначе она бы по сей день со мной не разговаривала бы.:
– Как будто вы до сих пор прямо лучшие подруги, – замечает он. Я пожимаю плечами:
– Не то, что лучшие подруги, но, когда пересекаемся, общаемся нормально.:
– Не хочешь спуститься? – Саид указывает на поле:
– Чтобы ты натравил на меня какую-нибудь корову или лошадь? Нет уж, спасибо, – ворчу я. Он хохочет:
– Клянусь Аллах1ом, пока ты об этом не сказала, мне и в голову не пришла такая мысль,:
– Тем не менее, не сегодня, Саид, – серьезно отвечаю я, смотря на его веселое лицо:
– Наступит день, и ты не сможешь мне отказать,:
– Наступит день, и ты пожалеешь о любом своем дурацком предложении. – парирую я:
– Пока ни о чем жалеть не приходилось, – непринужденно произносит Саид:
– Даже об отношениях с Зулейхан? – усмехаюсь я:
– Тем более об отношениях с Зулейхан. Если бы не она, мне не посчастливилось бы провести с тобой этот день. И вчерашний,:
– Пошли обратно, – я поворачиваюсь к дороге:
– Детка, подожди, – хватаю ближайший камешек и кидаю в Саида. Попадаю прямо в лоб. Я начинаю оглушительно смеяться. Саид потирает место ушиба, оно начинает краснеть:
– Ау, больно ведь,:
– До свадьбы заживет, – машу я рукой:
– До 15 марта, ты имеешь в виду? – ухмыляется Саид, шагая вперед на одном темпе со мной:
– Отметь в календаре этот день, – с сарказмом предлагаю я:
– Уже. Я даже мелодию добавил к этому событию, – он достает свой телефон и включает свадебную мелодию, которая звучит во всех фильмах или сериалах на моменте, когда невеста в церкви идет к алтарю. Я начинаю смеяться:
– Очень оригинально, Саид,:
– А что? Хорошая мелодия. Сыграю ее на фортепьяно и отправлю тебе, будешь слушать ее вместо колыбельной, – улыбается он:
– У меня складывается впечатление, что ты действительно хочешь жениться на мне, – осторожно замечаю я:
– В смысле действительно? – недоумевает Саид:
– Будто тебя не обстоятельства вынуждают, а собственное желание провести со мной жизнь, – я внимательно наблюдаю за его реакцией. Саид отводит в сторону взгляд и нервно смеется:
– Камилла, ты на солнце перегрелась.:
– Это не ответ на вопрос, Саид, – замечаю я:
– Я не хочу тешить тебя ложными иллюзиями, Камилла. Мотив я тебе ясно изложил на прошлой неделе, когда мы с тобой встретились, помнишь? – я киваю: – С тех пор ничего не изменилось. И не изменится. А сама свадьба и назначенная дата меня просто забавляют. – я молчу:
– Камилла, если бы я действительно хотел жениться на тебе, на Зулейхан или на любой другой девушке, назначил бы дату и просто поставил бы в известность свою невесту, не спрашивая ее мнение. И тем более не позволил бы ей выбирать. Понимаешь?:
– Если бы в твоей жизни была девушка, которую ты действительно любишь, она была бы самой несчастной невестой на свете,:
– Она была бы счастливицей. Но, Камилла, Бог решил уберечь девушку от такой радости. Ведь в таком случае жизнь в этом мире уже стала бы для нее раем. – я хохотнула:
– Ты любишь бросаться громкими заявлениями, я смотрю, – Саид искренне возражает:
– Нет, сама посуди. Если я так ухаживаю за своей фиктивной невестой, ты можешь себе представить, как бы я ухаживал за настоящей.:
– Упаси Аллах1 от такого счастья,:
– Наконец-то хоть в чем-то ты со мной согласилась, – замечает Саид:
– Оказаться настоящей невестой такого нарцисса, который сам восхищается тем, как он за ней ухаживает, – заканчиваю я и смеюсь:
– Это я нарцисс? – уточняет Саид, сдерживая хохот:
– Когда мы сидели на дереве, ты говорил о моих минусах. Думаю, настало время поговорить о твоих. – напоминаю я. Телефон в кармане Саида начинает вибрировать заново:
– Секунду, это отец, – он берет телефон и останавливается. Я шагаю дальше. До дома осталось метров 300. По дороге встречаю соседок с черными пакетами в руках. Мимо проезжает машина маминого брата, он сигналит мне. Попрощавшись с соседками, подхожу к машине, из которой выходит мой дядя Бекхан. Обменявшись любезностями, я приглашаю его в гости, он, в свою очередь, зовет к себе. Отклоняю предложение и захожу домой. Стоило мне оказаться во дворе, как тут же начинает вибрировать мой мобильник. Саид:
– Я с отцом разговаривал. Зулейхан переходит границы. Она в суд на меня подает. А ее мать уже рассказала старейшинам села, что я ее домогался и вынудил прислать интимные фотографии, – выпаливает он на одном дыхании:
– Саид, не надо мне об этом рассказывать. Я не хочу слышать о том, что сделала и делает Зулейхан против тебя. – отвечаю я:
– В смысле? Ты действительно ревнуешь? – изумляется Саид:
– Какая ревность, не смеши! – фыркаю я: – Ты сам виноват в том, что творится с Зулейхан. Признай, наконец, свою ответственность.:
– По-твоему, я виноват в том, что она психически неадекватная? – с наездом уточняет он. Я спокойно возражаю:
– Это же ты попросил ее прислать тебе те фотографии, ты был инициатором ваших отношений. Вот тебе за это и отвечать, – Саид нервно смеется:
– Если бы я должен был нести ответственность за отношения с каждой своей девушкой, в этой жизни я бы точно не закончил,:
– Закончи хоть с одной. А до тех пор держись от меня подальше, – твердо отвечаю я:
– Подожди, что?! А это тут причем? – восклицает Саид:
– Пока сам не убедишь Зулейхан в том, что собираешься жениться на мне, нам видеться незачем,:
– А как мне ее убедить, если я должен держаться от тебя подальше? Камилла, это бессмысленно,:
– Ты говоришь, что она на тебя в суд подала, а ее мать обратилась к старейшинам. Так, разбирайся с ними. Не я же должна тебя к ним водить и доказывать твою невиновность. Хотя, по сути, ты виноват,:
– Может, хватит мне об этом напоминать?! Ты только и делаешь, что меня отчитываешь,:
– Может, ты хоть так образумишься и перестанешь творить глупости! – я даже не заметила, как повысился мой тон:
– Какие глупости, Камилла? Зулейхан ненормальная, у нее крыша едет,:
– А зачем ты мне сейчас это говоришь? Иди в суд, к старейшинам и говори с ними об этом, – отрезаю я:
– Давай я сам разберусь, что и где мне говорить! – он злится, но у меня самой больше нервы не выдерживают:
– Удачи, Саид, – я нажимаю «отбой» и захожу в дом.
После разговора у меня кипит мозг. Может, трехчасовая прогулка тоже способствовала. Приняв душ и переодевшись в свое домашнее пестрое платье, я достаю из холодильника нарезанный арбуз и сажусь есть его. Параллельно читаю сообщения в мессенджерах и проверяю соцсети. Конечно же, новость о доносе старейшинам разлетелась по всему селу. Все мои тети и сестры в группах только об этом и говорят. Пишут мне личные сообщения, спрашивая, действительно ли мы с Саидом встречаемся. Седа, Зура, Фатима отправили голосовые сообщения, в которых настоятельно просили быть с Саидом осторожной и не пренебрегать нормами приличия:
– Камилла, подойти сюда, – доносится мамин голос из спальни. Выхожу из мессенджера, блокирую телефон, оставляю его на столе и иду к маме:
– Добрый вечер, ма. Ты звала? – мама стоит у своего шкафа и развешивает чистые платья:
– Ты была сегодня с Саидом?:
– Да, где-то полчаса назад зашла,:
– Он тебе о девушке по имени Зулейхан что-нибудь рассказывал? – я киваю. Мама смотрит на меня, нахмурившись:
– Саид говорил тебе, что они собирались этим летом сыграть свадьбу? Но он резко исчез, а потом заявил ей, что женится на другой девушке,:
– Откуда такие подробности? – недоумеваю я:
– Не уходи от ответа. Он говорил тебе, Камилла, об этом?:
– Да, Саид мне рассказывал об отношениях с Зулейхан, но он не говорил, что просто исчез, не объяснившись с ней,:
– А теперь эта несчастная девушка ходит, всем рассказывает, какие у него были…серьезные намерения, показывает всем переписки, обратилась к нашему мулле Усману, подала в суд. Сегодня Медни как раз принимала это дело. Малика там с ума сходит, Али в бешенстве…:
– Мам, я никакого отношения не имею к этому делу. И Саиду сказала, чтобы не связывался со мной, пока не разберется с Зулейхан, – отвечаю я маме. По ее лицу я поняла, насколько она встревожена из-за услышанных новостей:
– Камо, я не понимаю. Зачем встречаться с девушкой, а потом исчезать, а, объявившись, заявлять ей, что собираешься жениться на другой? Если россказни Зулейхан правдивы, значит, Саид действительно давал ей серьезные обещания, – я усмехаюсь:
– Мам, Саид и серьезные обещания не совместимы,:
– Тогда почему ты была сегодня с ним, а? – мама наклоняет голову вправо, внимательно разглядывая мое лицо:
– Не с Идрисом мне ведь на свидания ходить, – я пожимаю плечами. Мама принимается раскладывать свои платья на кровати:
– Ой, даже не знаю, что хуже. Связывать свою жизнь с Казанова или с женатиком,:
– В идеале, ни с тем, ни с другим. Но обстоятельства складываются иначе, – вздыхаю я:
– А что тебе ответил Саид, когда ты попросила его не связываться? – интересуется мама:
– Мы поругались, – отрезаю я:
– Ты расстроена? – мама смотрит на меня озабоченно:
– Я устала, мам. Я не хочу становиться частью этой позорной истории, которая закрутилась между Саидом и Зулейхан. – откидываюсь на кровать, складываю руки на животе, смотрю прямо на белоснежный потолок: – Саид виноват, тут даже спорить смысла нет. Но меня раздражает то, что он не хочет признавать свою вину. У меня возникает чувство, будто он тащит меня на дно,:
– Тебя это может удивить, но Саид там давно, на самом дне моральных ценностей, нашей культуры в целом, – я привстаю:
– Неужели ты о нем настолько плохого мнения?:
– Камилла, я не могу принять ни одно достоинство человека с такой репутацией, к тому же, сына столь уважаемого человека, который просил у девушки, на которой он даже жениться был не намерен, интимные фотографии, – отвечает мама:
– Уверена, многие пары ведут себя гораздо хуже, только им удается скрыть это, – бормочу я:
– Другие пары меня не волнуют. И даже эта история не взволновала бы, не свяжись ты с Саидом, – с упреком замечает она:
– Мам, я тебя уверяю, пока Саид не решит этот вопрос, мы встречаться не будем. – убеждаю я:
– К тому моменту и разговоры поубавятся,:
– Если он так поступит с тобой… – начинает мама:
– Я – не Зулейхан. И такого отношения к себе не позволю, ты ведь знаешь, – мама обнимает меня, гладит по голове:
– Я рассчитываю на твое благоразумие. – с улыбкой киваю в ответ. В дверь стучится Амина:
– Камо, тебе тут звонят, – забираю у нее телефон. Незнакомый номер. Сначала думаю, что это Саид, а потом вспоминаю, что я его не блокировала, ему незачем было бы звонить с другого номера. Отвечаю:
– Добрый вечер. Вам отправлена посылка, можете, пожалуйста, забрать? Я у вашего дома.:
– Добрый. Да, минуту. – нажимаю «отбой», покидаю спальню, бросив по дороге:
– Это курьер с посылкой, я сейчас.
У меня глаза расширяются. У дома стоит курьер с огромным букетом белых нарциссов и коробкой. Забираю цветы и заглядываю в коробку. А в ней – большой торт, украшенный различными ягодами, экзотическими фруктами, политый молочным шоколадом:
– У вашего жениха оригинальный вкус, – с улыбкой подмечает курьер:
– Эм… спасибо, – смущенно благодарю я, забирая букет. Еле заношу посылку в дом. Торт сразу отправляется в холодильник, а цветы я быстро прячу в своей комнате. Достаю из зала вазу, протираю ее, набираю воду, раскрываю букет. Между цветами вижу маленькую бумажку с выведенными аккуратным почерком словами: «Ты просила держаться от тебя подальше, но не лишай меня удовольствия дарить тебе улыбку». Губы инстинктивно растягиваются.
Чертов засранец!