Текст книги "Тайны Иномирска"

Сказание третье. По ком плачет ивушка? Работа в паре.

Впервые за долгое-предолгое время, я пришла в школу в самом, что ни на есть приподнятом настроении. И с чего бы ему не быть приподнятым, когда на мне новенькая курточка, джинсы и футболка, купленные буквально на днях? Ни одной дырочки, всё чистенько и аккуратненько, просто любо-дорого смотреть. Теперь я могу смотреть прямо на людей, не особенно боясь каких-нибудь пересудов за спиною. Оставив верхнюю одежду в раздевалке, я бодрым шагом направилась в класс, ещё с порога прокричав:

– Доброе…

Слова застыли у меня на губах, когда я увидела спину Тони Зайцевой, что-то вдохновенно вещавшей одноклассникам, которые внимательно слушали её речь. Услышав мой голос, девочка замолкла и, бросив на меня косой взгляд, села на своё место. Вокруг моего места образовалось пустое пространство: все пересели на второй и третий ряд, подальше от первого, где сидела я с Алексом.

«Значит, это такой новый способ травли?», с горечью подумала я, раскладывая свои вещи на парте. Опять я одна против целого класса… Даже не знаю, что хуже: презрение со стороны окружающих или демонстративное равнодушие, как будто бы тебя не существует в природе. На глаза против воли навернулись слёзы. Почему всё так происходит?

– Привет, Ида, ты сегодня довольно рано, – Александр, как всегда одетый в безупречный деловой костюм, положил свой портфель на другую сторону парты. – Хм… Почему ты плачешь?

– П-привет. А-а разве т-ты не видишь? – я с шумом втянула в себя воздух, сдерживая слёзы. – О-опять травля…

– Нашла из-за чего переживать, – Алекс пожал плечами, явно не желая вникать в суть моих переживаний. – Меня вот тоже игнорируют. Наверное, всё из-за того, что я теперь с тобой сижу.

– Теперь из-за меня и ты страдать начал… – упавшим тоном произнесла я. – Лучше отсядь, пока не стало слишком поздно.

– Вот ещё, – фыркнул мальчик, открыв книгу и начиная повторять домашнее задание. – Мне всё равно, что там себе удумала эта глупая детвора. С кем хочу, с тем и сижу. И хватит тебе уже нюни распускать, противно смотреть, право слово!

– Тебе легко говорить, – пробурчала я, вытирая слёзы. – Тебя же не травят так, как меня…

– Я бы посмотрел на то, что от них останется, вздумай они сделать нечто подобное, – без тени улыбки произнёс Алекс.

Странно он произносит всё это… Без тени самодовольства, как будто это уже предрешённый факт. Может, у него и впрямь имеется какая-то особая, тайная сила? Я ведь о нём почти ничего не знаю. Да ладно, не может этого быть! Хотя… я ведь уже сталкивалась с вещами, не поддающимися логическому объяснению.

От этих мыслей у меня заныли виски, и я поспешила «выкинуть» всё из головы. Надо сосредоточиться на занятиях, глядишь, и полегче станет. Тем более что Зина Вениаминовна, наша биологичка, обещала дать нам какое-то «особое задание», направленное на «развитие творческих способностей». Надеюсь, это задание окажется хотя бы вполовину таким же интересным, как звучит.

* * *

Всё шло своим чередом. На самом деле выдерживать «игнорирование» оказалось не так сложно, как я предполагала. В основном, благодаря Алексу, который не отпускал меня ни на шаг. Не знаю уж, чем это было обусловлено: то ли тем, что он новенький и до конца ещё не освоился в нашей школе, то ли тем, что я и впрямь была ему интересна. В любом случае, скучать мне было некогда, потому как я только и делала, что отвечала на вопросы юноши.

На втором и третьем уроке была физика, и выяснилось, что наша с ним лабораторная работа получила «пятёрку». Узнав это, я изрядно повеселела. В особенности, когда учительница объявила, что работа Тони была оценена всего лишь на «четвёрку». Надо было видеть, какие уничтожающие взгляды она кидала на меня!.. Хоть я и понимала, что, в общем-то, отлично проделанная лабораторка является целиком и полностью заслугой Александра, но я не могла хотя бы чуточку не возгордиться. Кто знает, быть может, это «единственный» звёздный час, который будет у меня за всю жизнь…

И вот, настала долгожданная биология. Что же это за задание с «творческим подходом», обещанное Зиной Вениаминовной? Всё оказалось далеко не таким интересным и захватывающим, как я предполагала.

– К понедельнику вы должны подготовить доклад о любом понравившемся растении, дать подробное описание его семейству и разновидностям… Доклад должен быть не менее чем на пять – семь страниц. Предупреждаю сразу – скачанные работы получат «двойки». Я не хуже вас умею пользоваться Интернетом. Понимаю, работа достаточно тяжёлая, а вы все тут такие разгильдяи… – преподавательница строго обвела взглядом класс, который начал вовсю выражать своё возмущение. – Так что, работать будете в парах.

– Зина Вениаминовна… – робко пискнула с первой парты неисправимая отличница Аня Смирнова. – А как же творческая часть, о которой вы упоминали на предыдущем занятии?..

– Ах да, творческая часть… Спасибо, что напомнила, Анечка, я совсем об этом забыла, – улыбнулась девушке педагог. – Творческая часть заключается в том, что вы должны найти растение, скажем так, с преданием, легендой… Ярким примером, скажем, может послужить анемон, который, по преданию, появился из крови одного древнегреческого юноши, являющегося возлюбленным богини Афродиты. Думаю, это достаточно интересно. Разрешаю посвятить преданию целую страницу. Но мифы – мифами, а о практической части вашего доклада тоже не следует забывать. На сегодня занятия окончены. Можете расходиться по домам…

Меня несколько ошарашило такое домашнее задание. Нет, оно и впрямь оригинально, но всё же… Где мне найти мифы о растениях?

Не думаю, что в нашей школьной библиотеке можно найти нечто подобное. Что же касается использования Интернета… У меня попросту нет компьютера, так что его использование всяко исключено. Я бросила косой взгляд на Алекса, чтобы узнать, как же он воспринял такое необычное задание по биологии, и с удивлением увидела, что он… улыбается.

– Кажется, я уже знаю, где нам найти растение с интересной «легендой», – заговорщически подмигнул мне он. – Ида, мы сегодня же отправимся в парк и начнём работать над докладом… Если у тебя, разумеется, нет никаких дел на сегодня.

– Какие уж там дела, – пробормотала я, вспоминая, что именно сегодня сестра должна была пригласить свою очередную «любовь» в гости и моё появление там было более чем нежелательно.

– Так значит, у тебя нет никаких планов? Чудненько! – обрадовался мальчик. – Значит, отправимся туда прямо сейчас.

– Да-да… – рассеянно кивнула я, более занятая мыслями о своём доме, где меня никто не ждёт, чем о каком-то докладе.

* * *

В парке.

К обеду погода явно испортилась: солнышко спряталось за тучки, небо резко потемнело, и подул холодный ветер. Может, моя курточка новая и красивая, но вот от холода два этих качества, ну, никак не спасали! У меня зуб на зуб не попадал. Брр, холодина-то, какая… И за что только Пушкин любил осень? По-моему, преотвратнейшее время года! Ещё руки совсем закоченели, и потому приходилось постоянно согревать их своим дыханием. Эх, надо было потратить часть денег на хорошие, тёплые перчатки, ведь в митенках особо не согреешься…

Я косо глянула на Алекса, весьма комфортно чувствовавшего себя в своём тёплом пальто. Вот бы сейчас он снял его с себя и отдал мне. Было бы очень даже романтично… Правда, при таком раскладе он бы сам неминуемо замёрз. М-да…

– В следующий раз ты будешь думать, что надо покупать не то, что красиво, а то в чём тепло, – наставительно произнёс мальчик, кажется, догадываясь о том, какие мысли бродят в моей голове. – Это послужит тебе хорошим уроком на будущее…

– Не послужит, – зло буркнула я, пританцовывая на месте от холода.

– Почему же?.. – недоумённо приподнял бровь Алекс.

– Да хотя бы, потому что я сейчас замёрзну до смерти, и никакого будущего для меня попросту не наступит! – в отчаянии выкрикнула я. – Вон, посмотри, у меня уже нос синеть от холода начинает!

– И, правда, – вот теперь и парень не на шутку обеспокоился. – О! Смотри, вон кафе. Пошли, посидим и выпьём горячего чаю или кофе. Не беспокойся, я всё оплачу, в конце концов, ведь это была моя идея потащить тебя в парк в такую погоду.

– Спасибо, – с чувством сказала я, следуя за Алексом к кафе. – Я тебе очень-очень признательна.

– Тебе ни в коем случае нельзя умирать сейчас. Ты же моя пара, – после такой откровенности я почувствовала себя малость нехорошо. – Если ты умрёшь, и я сам сделаю всю работу, то это будет несколько неправильно, не находишь? Учительница же сказала, что доклад должен быть сделан в паре.

– Знаю-знаю, – проворчала я, думая, когда же я, наконец, привыкну к таким вот фразочкам Алекса. – Давай уже, заказывай кофе, пока у твоей партнёрши ноги не отвалились от туловища. Партнёр без ног – это уже полпартнёра, так что доклад тоже могут не засчитать.

– Точно, – хохотнул юноша, становясь в очередь (вопреки моим ожиданиям, не я одна была в лёгкой одежде). – Выбирай место. Думаю, в качестве бонуса за то, что ты меня рассмешила, я куплю тебе пирожок. Какую начинку предпочитаешь?

– С мясом, – я обрадовалась возможности получить ещё что-то «на халяву» и быстро заняла выжидательную позицию за ближайшим столиком. – И побыстрее… если можно.

– Всё зависит от очереди, мэм, от очереди…

* * *

Горячий кофе и вкусный пирожок с мясом придали мне сил, и теперь я была готова не то, что доклад написать, но даже встретиться лицом к лицу с Тоней Зайцевой и высказать всё, что я о ней думаю. К счастью, моей «врагини» в парке не оказалось, а то, быть может, я бы ей такого наговорила, что мне бы только и оставалось, что перевестись в другую школу, где меня никто не знает.

– Так о каком растении мы собираемся писать? – я мерно постукивала по пластиковому стаканчику ногтём. – Мне, в принципе, всё равно, но очень уж хочется узнать, что за легенда с ним связана. Люблю я такие вещи… Хотелось бы разузнать об анемонах, о которых рассказывала Зина Вениаминовна. Чисто так, для себя.

– Я тебе потом о них расскажу, – пообещал Алекс, доставая из кармана блокнот и неспешно листая его. – А ищем мы с тобой плакучую иву. Вроде бы, она должна расти где-то неподалёку… Смотри-ка, а не она ли это случаем?

Я проследила за направлением взгляда юноши и увидела старое дерево у небольшого пруда, примерно в метрах двадцати от кафе. Дерево как будто наклонялось к воде, желая как можно лучше разглядеть своё отражение. И, если иметь немного воображения, то было очень даже легко представить себе, будто оно кого-то оплакивает. Ива ничем не выделялась бы на фоне прочих деревьев в округе, если бы не было кое-чего подозрительного… Вокруг неё, в радиусе двух-трёх метров не росло ни одного растения, а земля была чёрная, будто выжженная. Сама же плакучая ива была тоже какой-то тёмной. Можно было бы просто списать всё это на то, что дереву уже много лет, но я видела, как люди сторонились его. Определённо мне всё это не нравится.

– Ты уверен, что нам обязательно надо писать об этом дереве, Алекс?

Парень оторвал взгляд от блокнота и одарил меня таким гневным взглядом, что я думала, что мальчик меня сейчас на кусочки разорвёт. Впрочем, он быстро взял себя в руки:

– Ах да… Я же сам позволил тебе меня так называть. Прошу прощения. Ну, мне оно показалось достойным внимания. А что не так?

– Ну… Понимаешь, в свете последних событий я уже так устала от всяких паранормальных вещей, что мне хочется чего-то… обыденного, что ли, – созналась я. – Почему бы нам не написать, скажем, о… скажем…

– О чём? – хмыкнул Алекс. – Если у тебя имеются какие-то другие предложения, то я с удовольствием выслушаю их.

Я принялась обшаривать взглядом окрестность, тщетно надеясь найти хоть что-то, о чём можно было бы написать в докладе. В глаза мне бросился какой-то маленький жёлтый цветочек, росший у ограды кафе. Я вскинула победный взгляд на Алекса:

– Да хотя бы вот об этом милом маленьком цветочке! Вот, погляди…

– Ты уверена, что у этого «милого маленького цветочка» имеется какая-то легенда или предание, достойные внесения в наш доклад? – справедливо усомнился юноша.

– Даже если и нет, то мы её придумаем! – с торжествующим видом произнесла я. – Все легенды кто-то придумал, ведь так? Так почему бы и нам не придумать какую-то легенду? Так куда интересней!

– Ну, и какую же легенду ты придумала про этот… цветочек?

– Жила-была девушка одна, – принялась сочинять на ходу я. – Которая любила одного парня. Очень любила. Парень пообещал на ней жениться. Здесь, на этом самом месте. Сказал девушке ждать, а сам пошёл испрашивать благословения родительского. Как водится, парень не вернулся, а девушка с горя стала вот этим цветком. А потом тут кафе построили. А девушка парня ждёт до сих пор… Как тебе моя легенда? Недурно, правда?

– Недурно… – я заметила, как у парня предательски дрожат уголки губ. – Весьма…

– Что?! Что смешного?! – вскинулась я. – Я тут выход из положения ищу, а ты…

Тут около желтенького цветочка, которому я уже и легенду придумала, присел маленький мальчик и через пару мгновений понёсся с сорванным цветком к матери, крича:

– Мама! Смотри, какой красивый цветочек! Я его тебе подарю!

– Спасибо, Дима, он очень красивый, – услышала я слова женщины, которая взяла мальчика за руку и направилась к выходу из парка. – Пошли-ка домой, папа нас уже заждался…

На мгновение я просто потеряла дар речи и тупо переводила взгляд с того места, где раньше был цветок, на уходящую семью и обратно. Алекс же уже не сдерживался и смеялся во весь голос:

– Твою девушку… ха-ха… уже унесли. Будем надеяться, её принесут прямо к дому её возлюбленного. Ой, не могу…

– Перестань, – я покраснела прямо до кончиков волос. – Я, правда… правда, искала выход.

– Идея была хорошей, но, как видишь, жизнь вносит свои коррективы, – юноша вновь открыл свой блокнот. – Ну, Ида, желаешь услышать предание, связанное с этим деревом?

– А у меня есть выбор?.. – обречённо вздохнула я.

* * *

История, связанная с плакучей ивой, как ни странно это звучит, тоже была про девушку. Из того, что удалось разузнать Алексу выходило, что раньше этот пруд считался своеобразным символом влюблённых и на его берегу постоянно сидели влюблённые парочки. Аня со своим возлюбленным Игорем тоже часто сидела около пруда и кормила вместе с ним лебедей. Когда влюблён, то живёшь только сегодняшним днём и не задумываешься о том, что чувства могут остыть… Возлюбленный бросил Аню ради другой девушки, оставив её в одиночестве. И всё это произошло на берегах этого самого пруда.

Впоследствии девушка часто приходила сюда. Подолгу она сидела на берегу пруда, горько оплакивая свою несчастную любовь. И вот, однажды, не в силах более выносить душевных терзаний, Аня проткнула себя ножом под плакучей ивой, где она так любила сидеть вместе с Игорем. Тут-то можно было бы и закончить историю, если бы не одно существенное «но». Ненависть, гнев, отчаяние и зависть к девушкам, которые не испытывали таких страданий, как Аня, впитались в почву под плакучей ивой и в само дерево. Фактически, Аня оказалась навеки прикована к дереву, под которым умерла. Вот почему около ивы ничего не растёт – ненависть, источаемая злобным духом самоубийцы, губит любые ростки. Само же дерево приобрело чёрный оттенок – оттенок сердца Ани.

Не все, разумеется, верят в эту легенду, но лишний раз рисковать не желают. Вот почему люди сторонятся плакучей ивы. Девушки, в особенности, потому что знают, что злая и завистливая Аня может погубить их, утащив в мир небытия. Или, и того хуже, так же заточить в дерево, обрекая бессмертную душу на вечные страдания.

– Теперь мне ещё меньше захотелось приближаться к нему, – заверила я Алекса. – Нет, правда, давай мы отыщем какое-то другое растение. Почему мы обязаны выбирать именно это дерево?

– Это самое богатое на описания растение, которое я смог отыскать поблизости, с любопытной легендой, – заверил меня юноша. – К тому же, согласно той же легенде, тебе ничего не грозит до тех пор, пока ты не дотронешься до древесной коры.

– Ммм… – я задумалась. – Значит, только если дотронусь?.. Ну, тогда я согласна.

– Я лишь сделаю кое-какие зарисовки и пометки и мы сразу же уйдём, – заверил меня Алекс.

* * *

Вблизи всё оказалось не так страшно, как я предполагала. Моё богатое воображение рисовало мне призрачную фигуру, которая будет высовываться из древесного ствола, так и норовящую сцапать меня за руку. Ан нет, на деле ничего такого и близко не было. Обычное дерево, правда, старое и очень тёмное. Пока Алекс делал наброски, я обошла вокруг него, выискивая «необычности». Ни одной не нашла, что лишь укрепило меня во мнении, что не всем легендам можно доверять и многие из них являются вымыслом.

Чем больше я об этом думала, тем больше мне хотелось дотронуться до ствола плакучей ивы, чтобы получить наглядное подтверждение своим мыслям. Да, я знала, что ни в коем случае не стоит этого делать и что Алекс вряд ли будет рад такому моему поступку… Но, подобно любопытным смертным мужчинам, взявшим в жёны фею, меня тянуло нарушить простой запрет. И я всё же дотронулась до ствола, облегчённо вздохнув, когда ничего не произошло.

– Эй, Алекс, гляди-ка, как видишь всё это всего лишь обычные вы… – весело начала я, но, почувствовав, как нечто начинает обволакивать мою руку, оборвала фразу.

Прямо из дерева появилось что-то наподобие чёрных лиан, которые обвили мою руку, касавшуюся ствола. Лианы начали медленно, но неумолимо всасываться в дерево вместе с моей рукой. Не удержав равновесие, я упала на землю и закричала:

– Алекс! Оно живое! Помоги, мне, пожалуйста… Алекс!!!

Но Алекс, казалось, не обращал на меня никакого внимания, спокойно продолжая делать какие-то наброски. Мимо меня прошла смеющаяся парочка, которая тоже, казалось, не видела ничего из ряда вон выходящего. Возможно ли, что я просто «выпала» из нашего измерения, как в одной из книг, которые читала когда-то? Теперь меня никто не видит и не слышит… Помощи ждать тоже неоткуда. Тем временем моя рука уже полностью исчезла в стволе. Как будто я в какую-то дыру проваливаюсь… Силы начали резко покидать меня, а глаза закрываться. Последней мыслью, мелькнувшей у меня, было: «Кажется, теперь Алексу придётся доделывать доклад в одиночку».

* * *

Проснулась я от того, что на моё лицо упала пара дождевых капель. Потом ещё и ещё… Минутку, в мире древесного ствола вряд ли может идти дождь! Я открыла глаза и первое, что я увидела, было гневное лицо Алекса, нависающее надо мною:

– Ты, вообще, соображаешь, что творишь?! Русским же языком сказал тебе: не касайся ствола! Так нет же, тебе надо было обязательно коснуться! И как, спрашивается, тебя надо называть после этого?

– Любознательной? – пролепетала я, сжимаясь в комочек и одновременно пытаясь сообразить, на чём же таком лежит моя голова.

– Если применять к тебе это прилагательное, то только в словосочетании с существительным! Любознательная дура ты, вот кто! – рявкнул мальчик, отвешивая мне довольно-таки болезненный щелбан.

– Ай… – тихо сказала я, пытаясь поднять руку, чтобы потереть ушибленное место, но не смогла этого сделать. – У меня совсем не осталось сил… Видно, это злобная Аня всё из меня высосала. Ой! Ой-ой-ой!

Тут до меня только дошло, что «чем-то, на чём лежала моя голова» были колени юноши. Вот оно, значит, как… В другое время, я бы, наверное, очень сильно смутилась, но даже на смущение у меня вряд ли хватило бы сил. Всё же, нехорошо как-то вышло. Да и ему, наверное, не слишком удобно так сидеть. Я попыталась было приподняться, но Алекс властно положил руку мне на голову, прерывая мои слабые попытки:

– Лежи уже… Тебе надо немного отдохнуть. Это проклятое дерево почти все соки из тебя выжало, – парень на автомате провёл несколько раз по моим волосам. – Но не беспокойся, Ида. Оно уже своё получило.

– Получило? Как так? – удивилась я.

– Прислушайся к тому, что говорят вокруг, – посоветовал Алекс.

Я с явным усилием напрягла слух и различила возбуждённые голоса людей:

– И тут оно как загорится! – взволнованно проговорил мужской голос. – Прямо дотла сгорело. Один пепел. Ну, надо же!

– Оно и к лучшему, – сказала какая-то женщина. – Это дерево всех пугало… Особенно, если вспомнить все те слухи, которые вокруг него ходили. Сколько молодых девушек исчезло в этом районе… А ведь последний раз их видели подле этого самого дерева! Теперь, надеюсь, эти исчезновения прекратятся.

– Вот оно как… – медленно проговорила я, свинцовая усталость вновь накатила на меня, и язык уже с трудом повиновался мне. – Я… подремлю немного, ладно, Алекс?.. Только… ты это… не бросай меня, хорошо?

– Отдыхай, – просто сказал Алекс, как бы невзначай пропустив вторую фразу.

– А… а не бросишь? – я всё же сделала над собой неимоверное усилие, желая получить ответ на второй вопрос.

– … не брошу, – после некоторых раздумий сказал мальчик. – Спи.

Я облегчённо вздохнула и провалилась в сон без сновидений.

* * *

Когда я пришла в себя, на небе уже зажглась первая звёздочка. Я всё так же лежала на коленях у Алекса, который задумчиво смотрел куда-то вдаль. Очень даже романтично. Правда, когда мальчик посмотрел на меня своим ледяным взором, вся романтичность куда-то быстро испарилась.

– С пробуждением. Честно говоря, я уже устал тебе подушкой служить. Может, встанешь, наконец?

– А, да! – я смутилась и быстро вскочила со скамейки. – В общем… спасибо. Я пошла, да?

– Иди, – благословил меня парень. – Увидимся завтра.

Пробормотав нечто неразборчивое, я зашагала домой. Неудобно как-то вышло. Ну, хоть на мужских коленях полежала. Уже хорошо, верно? Быть может, мне никогда больше не выпадет такого шанса…