![](/files/books/160/oblozhka-knigi-prervannye-chuvstva-si-378641.jpg)
Текст книги "Прерванные чувства (СИ)"
Автор книги: Камилла Пауэр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 8 страниц)
– И что вы хотите мне предложить, Адем? – взгляд стал более напряжённым, когда его глаза были полны спокойствия.
– Стать моей женой.
– Выйти за вас замуж? Зачем?
– Хотя бы за тем что ты мне действительно нравишься, а не за тем что ты себе сейчас надумала.
Адем хоть и выглядел молодо, но был взрослым не по годам. И честно говоря, я намеревалась закончить этот трудный день, спокойно приняв лекарства, но выдвинутое им предложение перечеркнуло всю лирическую концовку.
– Я не собираюсь портить вам жизнь своим размеренным сосуществованием. Вы хороший человек Адем. Не хочу, чтобы вы пожалели о сделанном.
– Так сделай так, чтоб я не пожалел… Элисса, тебе нечего терять, – он говорил со мной откровенно, стараясь привести меня саму к правильному решению.
– Я итак уже все потеряла Адем.
– Ошибаешься, у тебя всегда есть я.
Если ангелы хранители и существуют, то ко мне он явился в человеческом обличие Адема Челика. Мужчина, у которого было все, чего только душа пожелает, хотел взять в жены брошенный испорченный товар с недавним выкидышем и глубокой душевной раной.
– Я согласна! Но у меня есть одно условие! – и я надеялась на его положительный ответ.
– Какое?
– Брачный контракт. Вы даёте мне возможность окончить университет, а я не претендую на ваше имущество.
Не хотелось оставлять о себе впечатление стервы, которая гонится за его богатствами. Несколько вилл на курортах Средиземного моря, два особняка в Стамбуле, гараж с пятью автомобилями на выбор, собственная клиника, в конце концов. Адем был завидным женихом уже несколько лет. И его родители каждый день ложились спать с молитвами, что скоро их сын порадует внуками.
– Мы ещё не поженились, а ты уже думаешь о разводе?
– Это меры предосторожности. Не хочу, чтобы между нами были недопонимания и разногласия в будущем.
– Хорошо, раз ты так хочешь…
– А мои греческие корни вас не смущают?
– Нет, а тебя мой возраст? – он улыбнулся.
– Нет, – невольно улыбнулась в ответ. Тем более, что он на вид был чуть старше меня, только в очках, и то когда на работе.
– Тогда впредь обращайся ко мне на "ты".
– Хорошо Адем. – его ладонь плавно скользила по моему лицу. Зелёные глаза светились тихим счастьем.
– Ну, раз мы все решили, теперь тебе нужно хорошенько отдохнуть. Я зайду к тебе утром перед занятиями, – и нежно поцеловав в лоб, удалился.
А я на миг представила выражение лиц своих родителей, которые вытягиваются, узнав о моем замужестве с совершенно незнакомым им человеком. Этот тяжёлый день, в котором я навсегда закрывала книгу под названием "Юсуф" наконец-то закончился…
12.
– Мне так жаль подруга… Очень надеюсь, что его постигнет кара за всё произошедшее с тобой! – Верда была на взводе, но при виде меня, такой бледной и обессиленной её гнев сменялся на милость, а в карих глазах блестели солёные капли. Никогда не видела её такой… Чувствительной.
– Адем предложил мне выйти за него замуж…
Наспех вытерев слезы, в её взгляде был заметен неподдельный интерес к намечающемуся разговору.
– Ты же не отказала ему, правда? Если да, то я сейчас же скажу ему, что ты передумала!
– Успокойся Верда, я согласилась.
– И правильно сделала! Ошибкой было бы профукать такого мужчину! Подумать только, он берет второсортный товар. – последняя фраза вылетевшая с её уст заставила меня исказиться от боли правды. Я была второсортной… И меня, выбрали… Каким надо быть благородным человеком и решиться на этот поступок. Я явно не заслуживала Адема, вот только он так не считал. – Прости, сказала не подумав… Я не хотела обидеть тебя Лисса, – вдруг вернула меня из глубоких раздумий Верда, осознав свою ошибку.
– Всё в порядке. Ты сказала как есть.
Прошла неделя с момента поступления в больницу. Больницу, владельцем которой являлся мой будущий муж. Исходя из этого, стоит полагать, с каким трепетом со мной обходился весь медицинский персонал. Я лежала в особой палате, со всеми удобствами, для меня даже еду готовили другую. Каждое утро и каждый вечер Адем радовал меня своим присутствием. Он приносил мне оригиналы своих лекций, чтобы я могла в свободное время наверстать упущенную программу обучения, за что я была безмерно ему благодарна. Адем полностью взял меня под свою опеку. Его зелёный взгляд уже не был таким чужим, я начинала потихоньку привыкать к нему.
– Ты уже выбрала профиль? – вдруг начал он разговор, когда мы вместе принялись опустошать формочку с фисташковым мороженым.
– Скорее да чем нет. – И запустила ложечку за очередной порцией сладкого в формочку.
– И какой же? – приостановил свой раж в поедании, ожидая ответа.
– Детская хирургия.
Наверно последнее, что со мной случилось, а именно "выкидыш", сыграло свою роль. И если раньше я колебалась, то теперь, после потери ребёнка, я была уверена, в том что, спасать детей от смерти – моё предназначение свыше.
– Ты уверена? Это не близкий путь Элисса.
Потратить одиннадцать лет на освоение данной специальности, не было для меня таким заоблачным событием. Мне был важен сам результат!
– Да! Уверена! Да и потом, я отлично умею ладить с детьми.
– Твой выбор заслуживает уважения, и… – он поднес ложку с мороженым к моим губам, – ещё одной порции мороженого.
Улыбка собеседника была чистой, без примеси фальши. Он определённо радовался моему не простому выбору.
– Элисса, – вид его лица стал серьёзным. – Что скажешь, если мы поженимся сразу после твоей выписки? Будь моя воля, я бы подождал, но родители уже давно мечтают о моей женитьбе.
– Это действительно слишком торопливое решение, но из уважения к тебе и твоим родителям я не смею перечить.
Меньше всего мне хотелось разочаровывать своими действиями человека, который делал для меня всё возможное. И даже больше…
Но перед глазами, мне по-прежнему мерещилось лицо Юсуфа. Его тёплый взгляд цвета молочного шоколада, обезоруживающая широкая улыбка. Слова о бесконечной любви, которые были воспеты мне не раз, и ставшие такими родными объятья…
Лишь слова из песни исполнителя ближнего зарубежья описывали в точности моё внутреннее состояние в целом.
Ты знаешь, я по-прежнему люблю тебя
Нам предстояло ещё столько всего сделать
Столько слов осталось невысказанными!
Вместо этого ты выбрал идти своей, отдельной дорогой…
Возможно, ты – единственная любовь,
Которую я когда-либо испытывала
И так продлится вечно…
Всё пошло не так и вот итог:
Твоя любовь ушла, хотя моя —
По-прежнему со мной…
Перевод песни Эмин-" Still".
Оставить все так, как есть и просто плыть по течению, было самым разумным, на мой взгляд решением. У Адема были все шансы вновь вернуть меня к жизни. А я… Я буду стараться ему сопутствовать в этом. И возможно, в скором времени мы сможем осчастливить его не молодых родителей внуками.
13.
К одному из исторических обычаев в Турции можно отнести так называемую "Ночь Хны". Зачастую это мероприятие под современным названием "девичник", проводилось в доме жениха, когда невеста знакомилась с будущей свекровью. Незаменимым атрибутом было красное платье расшитое золотыми нитями, которое прикрывало всё тело, а поверх головы накинута красная вуаль, через которую можно было наблюдать за всем праздником. На раскрыты ладони невесты клали немного хны и зажав кулачки одевали на руки специальные перчатки.
Именно в таком положении я сидела в центре комнаты, только не в доме Адема, а в своём родительском. Мама настояла на этом, после того как узнала о моем новоиспеченном женихе. На уговоры родителей дать согласие на свадьбу у Адема ушло немало времени. Ему пришлось взять внеочередной отпуск, чтобы все приготовления и свадьба прошли наилучшим образом.
В ночь хны, невеста должна была прощаться с родителями, и с родным домом, горько оплакивая. И чем больше ты плачешь, тем лучше будет твоя жизнь в будущем. Народное поверье…
Вот только я проливала эти слезы по Юсуфу, понимая, что это всё! Конец! Я выхожу замуж и обратной дороги уже нет!
Свекровь была в восторге от моих слёз, совершенно не подозревая об истинной причине. Когда мне раскрыли руки, нашлась более опытная женщина, прожившая в счастливом браке не один десяток лет, и принялась разрисовывать на моей кисти узоры из хны, предварительно убрав золотые монеты, щедро вознесенные свекровью. Боюсь вспомнить, сколько золотых украшений мне подарили в день помолвки. Наверное, хватит, чтобы открыть своё небольшое дело.
– Ты очень красивая дочка! – любящие глаза мамы сверкали от счастья.
– Спасибо мам!
– Я так и не поняла, что произошло с Юсуфом? Вроде такой хороший парень… И чем он тебе не угодил?
В этот момент я благодарила Аллаха, за то, что мама не знает, что произошло со мной на самом деле и лучше ей этого не знать.
– Мы не сошлись характера и мам.
– Это вы то? – удивлённо взглянула на меня, – Вы же без слов глазами общались за столом зачастую!
– Мама прошу тебя, – невольно вспомнился любимый тёплый взгляд янтарных глаз. От этого стало ещё больнее. Я опустила глаза и отвернулась, чтобы снова не расплакаться. Мама будто чувствовала мою уязвимость, подошла сзади и крепко обняла.
– Я очень надеюсь, что Адему удастся сделать тебя счастливой.
Я тоже на это надеюсь, подумала я про себя и начала собирать свои вещи.
Через день состоялось грандиозное торжество в Стамбуле по случаю нашей свадьбы. Так как семья Адема, да и сам Адем, были широко известны в высоком обществе, то и присутствующая на вечере элита была не из робкого десятка.
На мне было шикарное, соответствующее статусу жениха белоснежное платье расшитое жемчугом и драгоценными камнями. Талию украшала повязка из красной атласной ленты, "знак невинности невесты". Адем прекрасно знал, что я ей не соответствую, но все же настоял чтоб я её повязала.
Боюсь представить, какое количество денежных средств было потрачено семейством Челик на проведение свадьбы единственного сына. Столы ломились от изобилия напитков и угощений, всевозможные сладости, не считая главного пяти ярусного торта, известные музыкальные исполнители современности и это далеко не весь послужной список. Профессор Адем Челик, а теперь и по совместительству мой муж был пропуском в жизнь полную возможностей.
Когда дошло дело до первой брачной ночи, и за нами закрылись двери в широкой спальне, я смогла спокойно выдохнуть. Шум праздника остался позади, наступила тишина уединения.
– Тебе помочь снять платье? – услышала я робкое в спину.
– Было бы неплохо, сама я врядли справлюсь.
Его движения были мягкими и уверенными. Убрав распущенные локоны на одно плечо, он принялся расстегивать многочисленные пуговички одну за другой. И не сказать, чтобы я слышала, как он пыхтел от их количества. Наоборот, его это приводило в восторг. Я не выдержав засмеялась пошелохнувшись.
– Что? Что-то не так? – засмеялся в ответ.
– Ты не устал? – в этот момент платье скользнуло с меня вниз.
– Нет, – его голос был вкрадчивым, характеризуя полную готовность к последующему шагу. Я развернулась к нему лицом, и у нас произошёл первый поцелуй. Зелёные глаза смотрели на меня, не отрываясь. Адем передвигался наступая на меня шаг за шагом, пока я споткнулась и не почувствовала под собой мягкую постель. Позже всё происходило как во сне, я сняла с него одежду и… Увидела, как он достаёт небольшой нож чтобы… Зачем он его достал? Откуда он здесь вообще? Или он женился, чтобы убить меня после? Глаза бешено забегали, следя за холодным оружием, в то время как он… Резко резанул по своему пальцу, и кровь просочилась на белую простынь.
– Что ты делаешь Адем? – с встревоженным видом обратилась к нему оставаясь лежать под ним полураздетая.
Адем лишь улыбнулся в ответ, слизывая остатки крови и убирая нож куда подальше.
– Воссоздаю реальную картину.
Я не могла в это поверить… Муж, чтобы представить свою жену в подобающем свете перед родителями, испускал на простынь свою кровь, в доказательстве моей девственности.
14.
Пять лет спустя…
– Что ты делаешь сегодня вечером дорогая? – профессор Челик и по совместительству мой муж каждое утро интересовался моим распорядком дня.
– Ассистирую на одной очень важной операции.
С момента моего перехода в ординатуру, действующие хирурги зачастую брали ассистировать самых способных. И я была бесконечно рада, что являлась одной из немногих. Наши пути с Вердой разошлись, но только в учёбе. Она выбрала другой профиль. А так, в свободное от работы время мы встречались, в ресторанчике, где я когда-то работала официанткой. Теперь пришло моё время оставлять чаевые…
– Очень жаль, родители приглашали нас к себе на ужин.
Родители Адема, были для меня больной темой. Милые пожилые люди, относились ко мне со всей теплотой и заботой, словно как к дочери, которой никогда не было. И самое, что ни на есть обидное, я не могла отплатить им за всю доброту. Как бы мы ни старались с Адемом, забеременеть не получалось. Врачи ссылались на последствия после выкидыша, что со временем всё образуется, и мы сможем зачать ребёнка. Но время шло, а результатов так и не последовало. Мой организм отторгал даже процедуру ЭКО. Все наши старания и надежды сводились к нулю.
– Мне тоже очень жаль милый, передай им от меня привет. Постараюсь забежать к ним на неделе.
Своих родителей я видела, к сожалению реже, но это не мешало мне слышать каждый день их голоса в трубке телефона. Они были рады за меня, за мой счастливый брак, но тоже томились в ожидании первенца.
Внезапно проскочила мысль, а что если я уже не смогу иметь детей, и тот несчастный выкидыш был моим единственным шансом, который уже не вернуть? Может тогда стоит отпустить Адема и дать ему шанс завести детей с другой? Не может же он вечно ждать меня? Я перевела свой взгляд на мужа, допивающего утреннюю чашку свежесваренного кофе, и решилась на разговор.
– Адем, – я тихонько подошла и присела рядом за накрытый стол. – У меня к тебе деликатный разговор.
– Слушаю дорогая. Тебя что-то беспокоит? – его расслабленное лицо приняло серьёзный вид.
– Если мы так и не сможем иметь детей, обещай что ты со мной разведешься и женишься на другой.
– С чего такие мысли Элисса? Разве я упрекнул тебя в чем-то? – зелёный взгляд принял удивление.
– Я почти уверена, что вина во мне. И не хочу, чтобы ни ты, ни тем более твои родители страдали.
– Я готов ещё подождать Элисса!
– Но твои родители Адем, они не так молоды…
– Не понимаю, к чему вообще этот разговор? Ты нашла другого и решила со мной расстаться?
– О чем ты Адем? – его предположения заставили меня врасплох. – Нет никого другого!
– Тогда закончим этот бессмысленный разговор! Я сказал, что умею ждать, значит так и будет!
В миг испорченное настроение продлилось на всю неделю. Общение между нами происходило холодно и только с вопросами по существу. Никакой романтики. Учёба, работа, дом – по такому расписанию я жила последнее время. Мне не хватало общения. Родители уже давно звали меня к себе в гости, да и с подругой детства Филиз было чем поделиться.
Я уехала… Взяла отгул на неделю, оставила дома записку Адему и уехала. Туда, где мне всегда было хорошо и уютно. В свой родной посёлок Чалыш на берегу Эгейского моря. Мне надо было уйти, исчезнуть от всей этой городской суеты Стамбула. Город поглощал меня. Бесконечные встречи, вечеринки, рауты, на которых профессору Челику необходимо было присутствовать в компании молодой жены и по совместительству, будущему детскому хирургу. "Там будут присутствовать важные люди, в будущем знакомство с ними принесёт тебе пользу Элисса" – твердил каждый раз Адем, уговаривая меня не упускать момент. И мне вновь приходилось наводить марафет на очередной праздник жизни. Хотя мой праздник жизни отождествлял уединение в родном доме.
А через пару дней моего отъезда, Адем встал в противовес своим сказанным мне когда-то словам.
– Могу я поговорить с Элиссой Челик? – женский голос в телефоне показался мне незнакомым.
– Да это я! Слушаю!
– Меня зовут Бенсу Топал, я юрист представляющий интересы вашего мужа в суде.
– С Адемом что-то случилось? С ним всё в порядке? – когда зашла речь о суде я боялась представить истинную причину.
– Думаю, за него не стоит волноваться. Адем бей подал документы на развод, я звоню, чтобы поставить вас в известность.
Адвокат Бенсу Топал мило пообщалась и сбросила вызов, вот только я перестала её слушать после слова "развод". Спрашивается, если я сама интуитивно готовила себя к этому, то почему сейчас так больно в груди? Или эта боль от повторной потери любимого мне человека? Ведь за эти пять лет, мы привязались друг к другу, Адем снова научил меня любить и радоваться жизни. Мой внутренний мир жил в полной гармонии.
А теперь… Теперь этот бракоразводный процесс, поиски адвоката, судебные заседания. Всё это предвещало снова выбить меня из колеи.
Разговор по душам с Филиз у моря, ещё больше подтвердил мои намерения дать мужу то, что он просит. Адем, как никто другой имел право на счастье и на многодетную семью. А если я не в силах подарить ему это счастье, то и рядом меня быть не должно.
15.
Зехра Шахин, адвокат, которого порекомендовала Верда, ожидала меня на первом заседании суда, куда я по независящим от меня обстоятельствам опоздала. Пробки.
– А где все? – обратилась я к ней застав одну в пустующем зале.
– Судья перенёс слушание на следующий месяц из-за не прибытия одной из сторон.
– Это плохо?
– Не в вашу пользу, если хотите оставить себе лакомый кусочек на память от мужа. – Зехра сверкнула взглядом в мою сторону.
– Я не претендую на его наследство.
Адвокат смерила меня удивлённый взглядом, но в этот раз обошлась без сарказма.
– Тогда вам следует съехать с вашего общего дома. Элисса, вам есть, где остановиться? – Зехра может быть и была немного саркастичной женщиной, но все же быстро входила в положение клиента. Возможно именно этим фактором, она заслуживала к себе доверие и не проиграла ещё ни одного дела.
– Я сниму квартиру.
– Сообщите мне, когда все будет готово.
Я заехала в огромный особняк, располагавшийся в районе Этилер, где провела последние пять лет, за своими вещами. Сейчас, он казался ещё более опустевшим, чем прежде, когда в нем жили мы с Адемом и прислуга с садовником. Не обнаружив никого, я прошла в спальню и собрала в небольшой чемодан, только самое необходимое. На туалетном столике все так же стояла свадебная фотография, где мы улыбались безоблачному будущему. Как давно все это было… Оставив ключи на придверном столике, я в последний раз окинула взглядом огромную домину и вышла, закрыв за собой ворота.
Не тратя время на раздумья, в каком районе стоит снять квартиру, я безоговорочно выбрала Фатих. Хоть он и являлся одним из бедных районов Стамбула, там прошла значимая часть моей жизни да и окрестности я знала куда лучше чем остальные. Было душевно вновь вернуться и расставить всё на круги своя. Тем более что и учёба и работа в больнице находились в шаговой доступности.
Очередное ночное дежурство. На сон практически нет времени. Пациенты поступают с разными повреждениями и травмами, порой каждая секунда на счету. Сегодня я дежурила и находилась под руководством общего хирурга Нигяр. Не сказать что она добрая, но теплота в её карих глазах все же иногда проскальзывала.
– Проверь результаты анализов у пациентов, которые поступили с утра, если увидишь отхождение от нормы, ты знаешь что делать, – отдавала Нигяр очередное указание перед тем как зайти на шести часовую операцию.
Я безоговорочно выполняла все её требования, возможно, поэтому всегда разделяла с ней дежурства.
Закончив с анализами и произведя вечерний обход по палатам, я собиралась немного вздремнуть в отведённой для врачей комнате отдыха, когда в отделение въехала на всех скоростях каталка с тяжело пострадавшим пациентом. Это был мальчик, примерно четырёх лет. И он… Истекал кровью…
– О Аллах, что с ним произошло? – спрашивала я у медбрата, доставившего его.
– Автомобильная авария.
– У него открытая травма живота. Это чревато большой потерей крови. Подготовьте вторую операционную! – обращалась я уже к подбежавшим на помощь медсестрам. – Узнайте, какая у него группа крови и родителей ко мне в подготовительную.
Ждать когда освободится главный врач, не было времени. Это был именно тот момент, когда каждая секунда была на счету. Мальчик катастрофически терял кровь. И помочь ему выжить, казалось мне вполне достижимой целью. Я уже ассистировала на подобного рода операциях, так что знала, как происходит весь процесс.
– Элисса, родители едут в другой скорой. – Сообщил мне не добрую весть медбрат. Я нервно дернулась с места, направляясь в операционную.
– Группу крови узнали?
– Да, вторая положительная, три пакета уже в операционной.
– Отлично. Приедут родители, скажи, чтоб ждали новостей в холле. – Отдав последнее указание, вошла в стерильную зону.
Операция оказалась не из лёгких. Пришлось использовать все три пакета крови, чтобы мальчик вышел из критического состояния и продолжить операцию. Селезенка на восемьдесят процентов состояла из омертвевшей ткани, так что её пришлось полностью удалить. Благо, что без этого органа жить можно, вот только иммунитет теперь будет постоянно подвержен риску. Но куда лучше лишиться одной селезенки, получив взамен право на жизнь. Производя последний стежок, закрывающий брюшную полость, я поблагодарила всех ассистирующих и распорядилась, чтобы мальчика перевели в реанимацию.
Уставшая и измученная ночным дежурством, я валилась с ног. Мне требовалось хотя бы тридцать минут сна чтобы прийти в себя. Не замечая никого вокруг, я прошла к себе в кабинет и уснула прямо на стуле, зарывшись головой в скрещенные руки на столе. Стоило только прикрыть веки и я упала в бездну. Ничто не привлекало моё внимание и уж тем более не возвращало из дремы, ни бегающие с криком по коридору медработники, ни ложно сработавшая сигнализация, ни многочисленные стуки в дверь. Меня разбудил лишь голос, звучащий почти у самого уха, взывающий о моем служебном положении.
– Простите, вы ординатор Челик?
Я медленно подняла голову обращая свой заспанный взгляд на спрашивающего и поняла, что снова падаю в бездну…
– Лисс?!
16.
Нет… Этого не может быть… Это либо галлюцинации после тяжёлого дежурства, либо я все ещё пребываю в тревожном сне. Человек, которого я любила больше жизни, исчез для меня пять лет назад. Он просто физически не может стоять сейчас в шаге от меня. Или может?
– Лисс, это я, Юсуф, – снова зазвучал голос уже в более живой форме.
На этот раз я окончательно проснулась. Находиться наедине и дышать одним воздухом с мужчиной, который так жестоко предал меня, не было ни единого желания. Поэтому я просто смерив его молчаливым взглядом, удалилась из кабинета и понеслась прочь по пустом коридору. Судя по звукам, раздающимся сзади, он тоже погнал я вслед за мной, а вскоре даже нагнал, остановив меня, придерживая за руку. Я остановилась, обернувшись на него. Впервые, спустя пять долгих лет мы стояли в шаге друг от друга. Юсуф повзрослел, его взгляд стал серьёзнее. На висках появились первые признаки седины. Одетый в строгий дорогой костюм не тяжело было догадаться о том, что его карьера шла в гору. Но для меня все это не имело никакого значения, по сравнению с тем, при каких обстоятельствах я была брошенной им.
– Лисс прости… – его тёплая ладонь, как и прежде, дотронулась до моего лица. Эти робкие попытки извиниться передо мной за всё произошедшее… Как он нашёл меня, почему через пять лет? Или он узнал о моем разводе, и теперь будет пытаться наверстать упущенное? Зачем? Я не знала… Единственное чего мне хотелось, исполнить то, о чем я мечтала все это прожитое время. Найти этот тёплый взгляд предателя в толпе прохожих и…
Звонкий шлепок от пощечины разнесся по всему коридору. Мою ладонь щипало от нанесённого удара, в то время как его щека начинала краснеть на глазах. Юсуф ждал её… Более того, по его взгляду было понятно, что он готов был вынести все последующие побои. Но продолжения не было.
– Не прикасайся! И впредь держись от меня подальше! – едва ли не сквозь зубы я прошипела пару фраз, дававшиеся мне с большим трудом. Развернувшись, я готова была пойти в любом направлении, только бы не находиться рядом с ним, но его виноватый голос снова остановил меня.
– Я отец Али…
Фраза заставила меня вернуться в исходное положение.
– Я не знаю никого с таким именем. – я действительно не имела знакомых с таким именем, а если и имела, то недосып не давал мне полную картину моих воспоминаний.
– Али Озтюрк, мальчик, которого ты оперировала, мой сын.
После его откровений, весь пазл в моей голове начал складываться. Так значит, Юсуф только поэтому здесь появился? Не потому что искал меня, или хотел извиниться, а только потому, что по трагическому стечению обстоятельств, его сын оказался в больнице в моё дежурство. И оперировала его я, женщина, некогда потерявшая ребёнка от его же отца. Женщина, которая больше не сможет иметь детей… Мои эмоции выплескивались через край. Естественно Юсуф, даже не догадывался, о чем я думаю. Трель моего мобильного нарушила нашу немую тишину.
– Да! – дежурный медбрат не застав меня в кабинете звонил сообщить о том, что состояние мальчика ухудшилось, и ему срочно требовалась повторная операция. Закончив разговор, и отключив мобильный, я обратилась к Юсуфу.
– У Али осложнения. Нужна срочная операция и переливание крови. У тебя какая?
– Третья положительная.
– А у жены?
– Вторая отрицательная, но она не в Стамбуле.
Третья положительная и вторая отрицательная… Я точно помнила, что у мальчика была вторая положительная. Что-то тут не складывалось…
– Ты ничего не хочешь мне сказать? – я смотрела ему прямо в глаза, ожидая вразумительные объяснения.
– Али усыновленный. – утаивать от меня правду он не собирался. Из этого исходило одно, кровных детей в его семье не имелось. Честно говоря, я не знала, как реагировать на это событие. Поэтому быстро ретировалась и, оставив Юсуфа в коридоре, побежала в реанимацию. Али точно не виноват в ошибках своих родителей. Он должен жить и он будет жить.
17.
– Два пакета второй положительной, срочно!
На ходу отдавая распоряжения, я снова бежала в операционную. Несмотря на все невзгоды, недомолвки и разногласия передо мной лежало ни в чем не повинное дитя, его жизнь вновь оказалась в моих руках. И я, превозмогая всю боль, причиненную его отцом, хотела сейчас стать спасителем Али. Отсчёт пошёл!
– Скальпель!
После встречи с Юсуфом мне понадобилась приличная доза кофеина, чтобы прийти в нормальное рабочее состояние. И теперь я была бодра и полна сил как никогда. На удивление Али оказался очень сильным ребёнком и успешно перенёс две операции за ночь.
Уже светало, когда моё усталое тело неспешно волоклось в кабинет. По дороге я встретила старшего врача, которая похвалила меня за быстрое принятие решений без её помощи. Теперь оставалось только дождаться его пробуждения. А я тем временем, готова была ещё немного вздремнуть, вот только человек, сидевший в моем кабинете, нарушил все планы. Как всегда, в общем…
– Что ты здесь делаешь?
– Решил дождаться тебя здесь. – сказал он привстав со стула и продолжил, – Как Али?
– С твоим сыном все будет в порядке. Он очень сильный несмотря на столь юный возраст. – ответила, не понимая когда успела остановить свой взгляд на его лице. Оно излучало выражение благодарности.
– Спасибо Лисс…
– Ординатор Челик, – поправила его, указывая свою значимость. Я больше не являлась той наивной девушкой, какой он меня когда-то оставил захлебываться от нерастраченных чувств.
Удивительно, но его взгляд мне показался таким же тёплым, как в первый день нашей встречи на пристани Эминёню. Хотя я списала сей факт на лёгкую гипоксию, отчего мне могло привидеться все что угодно. Мы всё ещё стояли в шаге друг от друга, когда в дверь постучали, и мне пришлось открыть.
– Госпожа Челик, – в дверях стоял все тот же дежурный медбрат.
– Что-то с Али? – я начала волноваться, хотя операция прошла идеально.
– Нет, с ним все хорошо. Ждём, когда отойдёт от анестезии. Вам звонила Зехра Шахин. Просила, чтобы вы прослушали личное сообщение. Заранее просила извиниться.
Медбрат вновь скрылся за дверью, а я все исходя из той же гипоксии(нехватка кислорода в организме), забыв о присутствующие Юсуфе, включила голосовое сообщение на громкость и отошла к окну.
Зехра извинялась, что из-за болезни матери, вынуждена покинуть город, и прекращает все дела с клиентами. Это подразумевало только одно – мне нужен был новый адвокат и срочно!
– Ты разводишься?
– Что? – посторонний голос вывел меня из думок, и я обернулась, вспомнив, кому он принадлежит. Юсуф, вообще не должен был узнать об этом. Какая же я дура…
– Тебе нужен адвокат, я могу помочь. – стал он предлагать свои услуги. Нехватало только чтобы причина моего замужества разводили меня.
– Мне не нужна твоя помощь! – бросила фразу в лицо и села за стол взявшись руками за голову.
– Брось Лисс, ты спасла Али от смерти, я помогу тебе быстро развестись! Я в этом профи! – сказал он рекламируя себя с издевкой.
– Не сомневаюсь! И перестань называть меня Лисс!
– Раньше тебе это нравилось, – ответил он, робко улыбаясь.
– Раньше это когда? Когда ты обещал вернуться? Или когда женился на другой, бросив меня? Ответь мне Юсуф! – моё ночное дежурство рвало все рейтинги знаменитого сериала. Сон как рукой сняло. Я стояла перед ним без сил, выжатая до последней капли, но сохранив хоть какие-то эмоции на лице.
– Ты, правда, поверила в то, что я мог тебя оставить? – теперь уже он начал срывать свой голос.
– А разве не это произошло пять лет назад между нами?
– Это произошло не по моей воле!
– Браво Юсуф! Давай скидывай вину на других! – я демонстративно захлопала ему в ладоши. – Ведь именно так защищают адвокаты!
– Лисс, если бы я только знал, для чего меня попросили приехать тогда, я бы в жизни тебя не бросил! Неужели в это так трудно поверить!
– Знаешь, во что я верю Юсуф, – мой тон перешёл на более низкий, – если б ты действительно любил меня, то несмотря ни на что вернулся бы за мной. И может быть, у нас бы все сложилось… – я нехотя вспомнила свой печальный эпизод из далёкого прошлого, который являлся плодом нашей любви. Тогда, не сейчас. Сейчас, мне уже ничто не поможет.
– А я верю в судьбу Лисс… – его большие глаза снова заблестели от накатывающихся слез, как в последний день нашей встречи. – Али даёт нам второй шанс! И будь уверена, на этот раз я тебя не упущу!
18.
Я взглянула на часы. Время подсказывало о моем завершении дежурства. Али был стабилен, так что можно с чистой совестью отправляться домой. Вот только на душе было не спокойно. Всю ночь я провела словно в бреду и только теперь начала понимать, что Юсуф вновь бесцеремонно ворвался в мою жизнь. Ворвался, да ещё и твердит, что сможет все вернуть! Как бы ни так. Вот и сейчас, смотрит на меня все тем же влюблённым взглядом, не отрываясь. Черт возьми! Ну, зачем он вернулся, а? Зачем снова ворошить прошлое?