Текст книги "Немая. (не) моя (СИ)"
Автор книги: Калина Ясина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)
Глава 30
АСЯ
Дениса погрузили в машину скорой помощи. Он без сознания, я не спускаю с него глаз. Врач говорит, что он дышит. Другой врач осматривает меня на предмет ранения, но я от него отмахиваюсь. В голове и на языке только Денис.
Я сначала даже не поняла, что произношу его имя вслух. Мне задают вопросы, я только киваю или отрицаю. Елена сказала, что я невеста пострадавшего, поэтому меня взяли с скорую помощь.
Медперсонал проводил какие-то манипуляции с Денисом. А я смотрю на него и молюсь. Взываю к Всевышнему. Никогда столько не молилась, как сейчас. Не кричу, не плачу, не заламываю руки. Просто прошу:,,СПАСИ, ПОЖАЛУЙСТА, СПАСИ!"
Пока едем в больницу не думаю даже о малыше, не то что о себе. Лишь бы выжил Денис. Я не смогу без него. Не знаю почему в голову лезут такие мысли. Я так чувствую. Мне ничего не нужно без него. Когда же я так успела привязаться к нему? Нет… прикипеть к нему?
Я смотрю на него, а в голове только:,,ЖИВИ! ЖИВИ!"
Я слышу, как врачи говорят, что пуля попала совсем рядом с сердцем. Рядом с его сердцем. А как будто пуля в моём сердце, оно умрёт, если Денис не выживет. Мы связаны физически и энергетически.
Интересно, во мне нет страха или ужаса. Есть пустота, никаких эмоций. И молитва.
,,ПОЖАЛУЙСТА, БОЖЕ, ПУСТЬ ОН ЖИВЁТ ".
Подъехали к больнице, я делаю всё на автомате. Врачи из скорой передают нас врачам больницы. Дениса быстро увозят в одну сторону, готовят к операции. Меня забирает женщина – врач в возрасте, что-то говорит, раздевает меня по дороге и ведёт в палату.
– Как тебя зовут, девочка? – спрашивает она меня.
– Ася.
– Асенька, не переживай, теперь всё будет хорошо. Мы сейчас придём в палату, снимем грязную одежду, умоемся. Боже, ты беременна? Ну, ничего, ничего. Всё будет хорошо. Главное ты цела. Сейчас мы ляжем, выпьем успокоительное и немного поспим. У тебя есть родственники? Кому я могу позвонить и сказать, где ты находишься?
Я так же молча достаю телефон, в контактах нахожу тётю и отдаю врачу.
– Хорошо, милая, заходи в палату, сейчас тебе помогут. – подталкивает меня в спину ближе к кровати. – Вот, пришла медсестра, её Аня зовут, слушайся её, ладно?
Потом врач даёт распоряжения Ане, а сама уходит.
Всё это проходит как в тумане. Внутри всё ещё нет эмоций. Только молитва.
* * *
Просыпаюсь в больнице. Воспоминания о том, что случилось пришли сразу. А как переодевалась и что со мной делали – не помню. Не важно.
Рядом со мной тётя сидит, держит за руку и плачет.
– Девочка моя, проснулась? Как же ты меня напугала. Родная моя. Как же так всё вышло-то? Нам позвонили из больницы, сказали, что в Дениса стреляли, что ты тоже в больнице. Ты хорошо себя чувствуешь?
Я киваю и спрашиваю у тёти.
– Что с Денисом?
– Ему сделали операцию и… – вдруг она замолчала и посмотрела на меня то-ли с испугом, то-ли недоумением. – Асенька, ты сейчас меня что спросила?
– Что с Денисом?
Тётя закрыла рот рукой и зарыдала, сдерживая крик в ладошку. Когда прошёл первый шок, она ещё немного подышала, успокаиваясь.
– Ты говоришь, девочка моя? Боже мой, спасибо тебе. – Она обнимает меня и целует. – Говорили, говорили врачи, что речь вернётся. Но не ужели нужно было всё это пережить, чтобы опять заговорить. Милая моя, дорогая моя, как же так. Ой, что это я причитаю. Всё хорошо, Асенька, Дениса прооперировали. Операция прошла успешно, пулю достали, особых повреждений нет. Не переживай, он скоро поправится.
Я обнимаю тётю и после её слов пустота внутри исчезает, заполняясь теплом и спокойствием.
Заходит врач, которая меня принимала и медсестра Аня.
– Я хочу к нему, хочу посмотреть на него, – обращаюсь к ним сразу же, – пожалуйста, можно мне к Денису?
Умоляюще смотрю и слёзы бегут по моим щекам. Вот и эмоции пришли, а с ними и тяжесть в груди.
– Ася, он в реанимации, посещения там запрещены. Не плачь, тебе нельзя переживать, думай о ребёнке тоже. – Врач говорит и держит меня за руку, считает пульс.
– Пожалуйста, – уже умоляю, – я только посмотрю и всё.
Вера Николаевна, так зовут врача, смотрит на меня какое-то время, а потом говорит.
– Хорошо, я попробую договориться о посещении, но ты сейчас пойдёшь сдашь анализы и сходишь на УЗИ, Аня тебя везде проводит. Должны же мы проверить состояние твоё и малыша. Договорились?
Мы выходим с Аней в коридор, а нам на встречу быстрым шагом идут Михаил Михайлович и Нина Павловна.
– Асенька, как ты? – моя будущая свекровь сходу обнимает меня, – не переживай, с Денисом всё хорошо, как только придёт в себя его переведут в обычную палату. Ты, главное, не волнуйся. Напугали вы нас. Как ты себя чувствуешь? Как малыш? Вас не задело? Этот… преступник ничего тебе не сделал?
– С нами всё хорошо, – отвечаю я Нине Павловне.
Она замирает, обнимая меня и, кажется, перестаёт дышать. Потом резко отстраняет от себя, но не выпускает из рук, смотрит мне в глаза.
– Повтори.
– С нами всё хорошо, – повторяю.
– А-а-а, ты разговариваешь, деточка моя, я так рада, Боже мой, какое счастье. Миша, наша девочка говорит.
И просто заливает меня слезами и осыпает поцелуями. Михаил Михайлович тоже прослезился и обнял нас всех вместе, прихватив и тётю в охапку.
К нам подошла Вера Николаевна и напомнила, что мне нужно сдать анализы.
Меня всё-таки пустили к Денису. Я держу его за руку и слушаю его дыхание, он уже очнулся от наркоза, а сейчас находится в лечебном сне. Не могу отвести от него глаза. Врачи меня заверили, что Денис выздоровеет. СПАСИБО! СПАСИБО! СПАСИБО! Я ложу свою голову ему на плечо и вдыхаю его запах, такой родной. Чувствую, что он сжимает мою руку. Поднимаю голову и встречаюсь с его голубыми глазами, в которых тону, мне уже не выбраться.
Глава 31
АСЯ
Прошло почти десять дней с тех пор, как мы не очень удачно прогулялись до ювелирного магазина. Денис почти отошёл от ранения, уже сам ходит, но ещё слаб. Хорошее в этой прогулке тоже есть – я окольцована. Это очень радует Дениса, а я ничего против не имею. Если это приносит ему спокойствие, пусть будет так.
Я почти всё время нахожусь в его палате, только ночевать домой меня увозят. Палата большая и очень красивая, как маленькая квартирка. Даже кухонка есть. В гостиной зоне широкий диван и журнальный столик. Но я предпочитала сидеть в кресле рядом с кроватью Дениса. Уже потом, когда он начал вставать, стали немного гулять по коридору.
Мы много разговаривали, вернее, это Денис много говорил, а я отвечала коротко на его вопросы, мне ещё сложно было выговаривать некоторые слова.
Сначала Денис всё время держал меня за руку, позже всегда обнимал. И целовал, целовал, целовал.
Сколько красивых и нежных слов я услышала, сколько признаний в любви. Он рассказал обо всём, что пережил, когда меня искал. Вспомнил все эмоции и мысли. Очень много услышала историй из детства и юности. Немного говорили о его работе.
За это время мы многое узнали друг о друге. Вот так вот дружим и встречаемся по ускоренной программе.
Пока мы были в больнице я познакомилась со всеми его друзьями. Хорошие у него друзья, только очень шумные. Они были рады, что я, наконец-то, нашлась. Рассказывали, как Денис страдал не зная где меня искать, подшучивали над ним, вгоняли в краску. А Денис обнимал меня за плечи, прижимал к себе сильнее. Конечно же, все нас поздравляли с помолвкой и искренне удивлялись тому, что я беременна.,,Когда успели?"
Поближе познакомилась с его бывшей невестой Даной. Она мне понравилась. Дана тоже переживала за Дениса в тяжёлые для него времена. Она искренняя и простая, несмотря ни на что. С женихом своим познакомила, такой огромный и молчаливый. Зато какими глазами смотрит на Дану. Как Денис на меня.
Вот так и время пролетело приближаясь к выписке. Мне хорошо рядом с Денисом. Если бы можно было и на ночь оставаться с ним, то я бы осталась. Но моя будущая свекровь строго следила за тем, чтобы я ночевала дома, чтобы отдыхала хотя бы ночью. Но мне не в тягость было ухаживать за моим любимым мужчиной.
И ещё одно событие случилось за этот период – приезжают мои родители. Вернее, родители Дениса устроили им переезд сюда. Свёкры слетали к нам в деревню, познакомились с моими родителями, обрисовали обстановку. Уж не знаю как и что они говорили, но мои решились уехать с насиженного места и поселиться поближе к нам. Как успели всё сделать, не знаю? Но они продали дом и уже едут сюда. Я была очень рада такой новости. Мама с папой будут рядом.
Всё, нас выписали, мы едем домой.
Как и раньше мы остались в разных комнатах, решили до свадьбы соблюдать приличия. Но Денис ночами всё равно пробирался ко мне в комнату, а утром пораньше убегал к себе. Но мне кажется, что тётя уже узнала про эти наши манипуляции. Но молчит, не сдаёт нас, только улыбается и грозит пальцем.
Я несколько раз провоцировала Дениса на близость. Сама, понимаете? Я от себя в шоке. Но я очень хочу его, мне надо. Я прочитала в интернете, что иногда у беременных так бывает. Он целует меня, обнимает, ласкает, но от секса отказывается. Боится навредить малышу. Хотя у врача интересовался, я подслушала, когда он думал, что я вышла из палаты. Врач сказал, что можно и нужно. А Денис всё равно боится.
Сегодня, как обычно, пришёл ко мне, потихоньку лёг рядом и обнял. Я развернулась к нему лицом и положила свою руку ему на щёку.
– Я люблю тебя, – сказала глядя в глаза, – я хочу тебя.
Денис напрягся, глаза блеснули в лунном свете. Шумно выдохнул. Хотел что-то сказать, но я его опередила, поцеловала.
– Беременным отказывать нельзя, – прошептала ему в губы прервав поцелуй, – я расстроюсь, расплачусь, а мне нервничать нельзя. Что тогда будешь делать?
Я уже не знаю как принудить его к сексу. Да, верное слово, принудить. Заставить, если хотите.
– Ах ты моя маленькая шантажистка. Я тоже тебя очень хочу, но я боюсь навредить вам с малышом. Вдруг потеряю контроль, а я точно потеряю, и сильно придавлю. Я лучше потерплю.
– А я нет. Денис, я взорвусь скоро, тебе это надо? – Говорю всё это, а сама уже глажу своими ручками у него под футболкой, но аккуратно, там ещё шов на груди не совсем зажил. – Ты потихонечку начинай, а там разберёмся.
И целую его в подбородок, спускаюсь к шее и ниже к ключице. Он рвано вздыхает.
– Шалунишка ты моя, что ж ты делаешь? Я же не железный.
– Угу, – и продолжаю целовать, дразню дальше.
Он перехватил моё лицо своими руками и жадно впился в мои губы. Я чуть не завизжала от восторга. Да – да – да! Мне только этого и надо. Ему, я думаю, тоже.
Наши языки начали жаркий танец, руки продолжили эту обжигающую пытку. Я чувствую, что Денис сдерживаеться, но я рычу ему в губы, чтобы не тормозил.
– Пожалуйста… пожалуйста… – стоны сами вырывается у меня из горла.
Я не должна так себя вести, мне должно быть стыдно за своё несдержанное поведение. Плохая девочка. Но мне не стыдно, мне надо.
– Моя горячая девочка, хочу тебя… хочу тебя всю…
Отрывается от моих губ и начинает путешествие по моему телу. А оно, моё тело, предатель, кайфует от каждого прикосновения его губ и рук. Оно такое чувствительное, сплошная эрогенная зона. Мне кажется, что я готова взорваться только от его прикосновений. Так и есть. Только он добрался до моего лона и чуть прижал клитор, как я с криком разлетелась на мелкие кусочки. Денис еле успел перехватить мой крик своими губами.
– Вот это да, какая жаркая девочка мне досталась. Ты сводишь меня с ума, сладкая, – шепчет мне на ушко, пока я собираюсь назад, в своё тело, после сокрушительного оргазма.
– Это не я, это всё гормоны. И я хочу ещё, не останавливайся, пожалуйста.
Денис разворачивает меня к себе спиной, но продолжает ласкать мои груди и живот. Целует шею спускаясь по спине. Меня выгибает от чувственных прикосновений.
– Да ещё и ненасытная, тогда держись.
Поднимает мою ногу за коленку и я чувствую, как его член упирается в меня. Невольно вырывается стон предвкушения, спина выгибается и меня начинает потрясывать. Он входит медленно, растягивая меня. А я делаю прерывистые глубокие вдохи. Как же хорошо. Денис остановился.
– Тебе больно, сладкая? Или не приятно? Скажи, – его голос волнуется.
– Хорошо, мне очень хорошо, не останавливайся, пожалуйста…
Денис продолжил движения, очень медленные. Я подаюсь к нему попой, чтобы ускорился. Он меня понял. Движения стали чаще и резче. Денис правда теряет контроль перед тем, как нам обоим взорваться. И мы уносимся в космос одновременно. Затем медленно опадаем невесомым пухом, собираясь на нашей постели. У меня нет сил. Разрядку я получила, мне так стало легко, что я больше не шевелясь – уснула.
Глава 32
ДЕНИС
Всё таки моя девочка спровоцировала меня на секс. А я честно готов был терпеть.
Ещё лёжа в больнице, когда она ухаживала за мной, обтирая моё тело, мне сложно было держать себя в руках. Зато мой младшенький не стеснялся, стойко реагировал на прикосновения Асеньки. Мне дышать то было ещё трудно, не то что шевелиться. А она, обтирая его тоже приговаривала:,, Потерпи, малыш, скоро нас выпишут и мы с тобой пошалим". Мне было и стыдно и больно от неудовлетворённости. Но деваться было некуда. Я терпел.
Асенька никому не давала ко мне прикоснуться, ухаживала за мной сама. И мыла и кормила первое время. Я переживал, что ей тяжело, но она убеждала, что всё в порядке. Что она себя чувствует хорошо, ребёнок тоже. Говорила, чтобы не нервничал, если что мы же в больнице. Врачи лечили меня, но и за ней присматривали: укрепляющие капельницы и витамины она получала регулярно и я за этим следил.
Как то я спросил у врача, который меня лечил.
– Павел Геннадьевич, у меня к вам деликатный вопрос.
– Слушаю вас, Денис.
– Вы же знаете нашу историю с Асенькой? Ну, что мы недавно только… – даже не могу подобрать слова, да и стыдно как-то спрашивать, но мне надо узнать для надёжности и успокоения души, – нашли друга.
– Да, я в курсе, продолжайте. – Доктор смотрит на меня внимательным взглядом поверх очков и чуть улыбается. – Не стесняйтесь, Денис.
Уф, я вроде взрослый, а прямо спросить не могу. Будь на месте Асеньки другая девушка, то запросто бы всё узнал. А Асенька – моя женщина, и ни с кем я не хочу обсуждать наши совсем личные отношения. Ладно, Павел Геннадьевич всё-таки врач, с ним можно, он нейтралитет. Набрался смелости. Вдох – выдох.
– Асенька беременна, уже на шестом месяце, можно ли с ней заниматься сексом?
– Если ваша невеста не против заниматься с вами сексом, то без проблем. – Начал доктор таким тоном, как будто лекцию читает. – Для женщины совершенно безопасно продолжать заниматься сексом на протяжении всей беременности. На самом деле, сексуальное влечение женщины может усиливаться в определенные сроки беременности. Секс не причинит вреда ребенку в любом периоде нормальной неосложненной беременности. Ребенок защищен мышечной стенкой матки, амниотической жидкостью и слизистой пробкой, которая развивается в шейке матки. Некоторые люди считают, что сексуальная активность или оргазм могут повредить ребенку, увеличить вероятность выкидыша или вызвать ранние роды. При физиологической, нормально протекающей беременности ни одно из этих утверждений не является правдой. У вашей невесты беременность протекает просто отлично, она очень крепкая девушка. Я знаю, что она деревенская, свежий воздух и усиленная физическая деятельность благоприятно влияет на вынашивание плода и вообще на физическое здоровье матери. Так что не переживайте, сексом ей заниматься можно и нужно, а вам только после полного выздоровления.
– Спасибо, доктор, за лекцию.
– Не за что, выздоравливайте, – ответил Павел Геннадьевич и вышел из палаты.
Я долго думал над его словами, вроде бы всё понятно, но всё равно страшно. Может я лучше потерплю, хотя очень хочу любить свою девочку, до боли, до ломоты.
Уже дома, после выписки, какое-то время ещё пытался держать себя в руках. Приходил в её спальню, когда она спит. Не мог уснуть в своей постели. А приду к ней, прижму её к своему телу, так хорошо, сразу засыпаю.
А если она не спит, то пользуюсь моментом и зацеловываю её, но не больше.
А сегодня ночью она меня шантажировать стала и угрожать. Я оказался слабым мужчиной и сдался. Но как же было хорошо. Только с Асенькой так. Её тело сводит меня с ума, её стоны заставляют закипать кровь в венах, а каждое сказанное ей слово молнией бьёт в самое сердце.
Асенька уснула сразу же. Я прижал её к себе сильнее, накрыл нас одеялом, вдохнул запах её волос и тоже заснул.
А утром началась суета, потому что приехали родители моей невесты.
Руфина знала где я ночую, поэтому зашла в спальню к племяннице и разбудила меня. Асенька уже была в душе, а я убежал к себе.
Привёл себя в порядок и спустился в гостиную. А там слёзы ручьём, притом не только у женщин, мой тесть тоже плачет, обнимая свою дочь.
Глава 33
АСЯ
Как же хорошо просыпаться в объятиях любимого мужчины. Полюбовалась им несколько минут, но надо вставать. Сегодня должны приехать мои родители, не знаю во сколько их поезд приезжает.
Михаил Михайлович сказал, что сам их привезёт, чтобы я не волновалась. Мол, на улице холодно, ещё на вокзале простыну, не дай Бог. В машине давиться, вещей, наверное, много. Короче, сиди дома и жди. Что я могла сказать на такую заботу. Я вот даже спала дольше чем обычно. Теперь, почему-то, спать хочется сильнее и больше.
Встала, пошла в душ, надо привести себя в порядок.
Почти закончила, слышу стук в дверь ванной комнаты.
– Асенька, девочка моя, ты долго ещё? Родители уже приехали, во дворе уже. Давай быстрее.
– Иду, уже готова, – и выскакиваю их ванной.
– Вот и хорошо. Я Дениса тоже разбудила и отправила к себе. Ох, детки, детки… Да, ладно, взрослые уже. Иди, родителей встречай.
Я быстро спускаюсь по лестнице. В гостиной тётя и Нина Павловна. Михаил Михайлович заводит в дом моих родителей.
– Проходите, проходите, не стесняйтесь, чувствуете себя как дома, это дом вашей дочери и вашего внука.
Мама с папой смущаются, рассматривают дом, они такого ещё не видели, даже в гостиную пройти бояться. Снимают верхнюю одежду, подбежала Наиля, забрала её.
Я смотрю на них и слёзы совсем близко. Я так скучала по ним. Они же не видели меня с животиком и что я разговариваю тоже не знают.
– Мама! Папа! – зову я родителей и подхожу ближе.
Родители остановились и смотрят на меня, в шоке. Молчат. Не двигаются.
– Мам, пап, ну вы чего? – продолжаю я говорить, а слёзы уже ручьём, – я так скучала.
Мама отмирает первая и бросается ко мне тоже в слезах, обнимает, целует.
– Девочка моя, доченька, милая, ты разговариваешь, слава Всевышнему. Животик то уже какой большой. Михаил Михайлович сказал, что мальчик будет, богатырь. Милая моя, любимая девочка. Как же я рада, что всё хорошо. Нам только в машине рассказали, что Денис был ранен, я так переживала. Как ты девочка моя, напугалась? Поэтому заговорила? Почему нужно было пройти через такое? Как вы с малышом?
Мама говорит и всё время целует мне то лицо, то руки.
– Мама, не волнуйся, всё уже прошло, всё хорошо. С нами тоже всё прекрасно, я же сильная, дочь своих родителей. Как же я скучала по вам. Я очень вас люблю. Папа, иди сюда, тоже хочу тебя обнять.
У папы тоже слёзы, подошёл и обнял меня крепко-крепко, целует в макушку.
Вижу, спускается Денис, подходит к нам. Михаил Михайлович представляет им своего сына.
– Дорогие сваты, это мой сын Денис, по совместительству ваш будущий зять.
Родители оторвались от меня и смотрят на Дениса, молча и строго. Я даже заволновалась. Вдруг он им не понравится. В гостиной тишина, все молчат. Денис стоит, протянув руку моему отцу.
– Здравствуй, сынок, рады познакомится, – говорит папа и, наконец-то, пожимает руку Денису.
– Я тоже очень рад знакомству Николай Егорович. Добро пожаловать, Мария Семёновна. – Денис отпускает папину руку и подходит к маме, обнимает её и целует в щёку.
Мама в ответ обнимает его тоже. Я выдыхаю, знакомство прошло успешно, я думаю.
Потом опять все засуетились. Тётя давала распоряжения по устройству родителей в доме. Папа, Михаил Михайлович и Денис ушли в кабинет, будут разговаривать. Мама, я и Нина Павловна сели на диван в гостиной, тоже будем говорить.
– Мария Семёновна, вам бы умыться с дороги, отдохнуть, комната уже готова, вещи уже заносят. – Это моя будущая свекровь, беспокоится, хорошая она у меня. – Как вы доехали? Без происшествий?
– Хорошо доехали, Нина Павловна, спасибо за всё вам. Если бы не вы, не ваш муж, мы бы никогда из нашей деревни не выбрались, ничего бы не увидели. Вот так бы Ася вышла замуж, далеко, и её бы очень редко видели, а ведь не молодеем. Но Михаил Михайлович убедил нас, что никогда не поздно всё изменить. И ведь правда. Теперь мы рядом с дочерью будем, с внуками. В городе жить не сможем, нам без земли никак. Вот, в соседней деревне купим домик или дачу какую, это уже мужики решат. И пусть приезжают молодёжь, навещают нас стариков почаще. И вы приезжайте, мы рады будем.
Ещё чуть-чуть поговорили и Нина Павловна ушла, оставив нас с мамой наедине.
Мама всё это время держала меня за руку. Сейчас смотрит и молчит. Я нервничать начинаю. Она меня ругать будет, да? Столько всего произошло. Я ведь, когда дома была, не сказала, что беременна, скрыла. Да и не замужем, позор для семьи. Я всё это понимаю и готова выслушать. Только мама молчит, ничего не говорит.
– Мам, не молчи, ругай меня, если надо, я всё приму от вас, потому что знаю, что не правильно поступила, вы не так меня воспитывали. Простите меня. – Я опустила глаза и замолчала.
– У тебя такой красивый голос, доченька. Я рада, что ты поправилась. – Говорит мама и гладит меня по склонённой голове. – А то, что уже произошло, то произошло. Я вижу, что ты сама всё понимаешь. Конечно, было неприятно узнать от чужих тогда людей, что ты беременна вне брака… Хорошие у тебя свёкры, всё поняли и приняли тебя в семью. Только хочу спросить тебя… Ты по своей воле…
– Да, да, мама, – быстро затараторила я, не давая маме ничего сказать, – я люблю Дениса, очень-очень. С первого взгляда влюбилась. Он в меня тоже. Мы любим друг друга, правда.
– Ну, хорошо. Сват тоже самое сказал и тебя хвалил.
Мы ещё долго с мамой говорили. Ей было непривычно слышать мой голос и она вопросы задавала, я отвечала, а она слушала.
Тётя подошла, увела в родительскую комнату. Пока мама мылась, я вещи разложила по шкафам. Потом мама прилегла на кровать, я умостилась рядом, а мама гладила мой живот, знакомилась с внуком.
Папа долго ещё не приходил, всё что-то обсуждали мужчины. Мама даже уснуть успела, устала с дороги. Как только папа пришёл, я сразу встала с кровати и подошла к нему, обняла.
– Папуль, я так рада, что вы приехали.
– Мы тоже очень рады, малышка. Я счастлив, что опять слышу твой голос. Опять пташкой щебечешь, родная. – Он тоже обнимает меня, гладит по волосам, по спине. – Как ты, девочка моя? Столько всего произошло.
– Хорошо всё папа. А теперь ещё лучше, теперь вы рядом будете, чаще видеться будем. Вы долго разговаривали в кабинете. Что решили? Как дальше будет?
– Эк, ты, прыткая какая, всё ей расскажи. У тебя свой муж…чина есть, вот пусть и рассказывает, – смеётся папа и целует меня в лоб. – Беги, давай. Я тоже вымоюсь, да отдохну с дороги, старые кости немного расправлю на постельке.
Ещё раз целует и я выхожу из родительской комнаты.
