Текст книги "Немая. (не) моя (СИ)"

Автор книги: Калина Ясина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 9 страниц)

Глава 15

ДЕНИС

Проснулся. Голова болит, во рту сушит и вяжет.

Вчера напился, и ведь знал, что на утро будет плохо. Но мне и так плохо, до боли в грудной клетке. Я не понимаю, что со мной. Эта одержимость той девушкой меня с ума сводит. Я думал со временем пройдёт. Но, чем дальше, тем больше тоска по ней.Снится мне ночами. Дразнит, а близко не подпускает. Кажется, вот, сейчас схвачу, а она опять убегает, опять исчезает. И, как только проснусь, так больно становится от того, что я не знаю её имени и как её искать.

Лежу, опять боль и тоска. Но я вспоминаю сегодняшний сон. Она была моей. Я помню её вкус, её гладкую и нежную кожу, её губы, как будто всё было наяву. Стараюсь вспомнить каждую деталь, но видимо алкоголь сделал своё дело, помню всё как в тумане. А ещё помню, как же хорошо мне было, как никогда раньше. Лишь бы не забыть этот сон, пусть хоть он останется со мной.

Поднимаюсь с постели и понимаю, что я полностью голый. Смотрю по сторонам, вещи раскиданы, я так раньше никогда не делал, я очень аккуратный. А с другой стороны я и не напивался так со студенческих времён.

Делаю шаг, чтобы собрать вещи и чувствую, что кожу вокруг паха тянет. Опускаю глаза и вижу на себе засохшую сперму и кровь. КРОВЬ. Это был не сон? Я БЫЛ с ней. Она была девственницей. Она берегла себя для меня. Я не насильник? Она ведь не была против? Нет, не была. Такая чувственная и ненасытная. О-о-о…

Сердце колотится, быстро собираю свои вещи и ищу доказательства её присутствия. В последний раз я видел её у нас в доме, на моём дне рождения, но не нашёл. Подумал, что глюки, что с катушек съехал, потому что всё время о ней думаю.

Собрал свои вещи, поднимаю покрывало, на нём кровь. Мне тяжело дышать. Из него выпала жёлтая лента. Вспоминаю, ей были перевязаны её волосы, я сам её снял.

Покрывало падает на пол, пялюсь на ленту, как будто она мне что-то расскажет.

Она здесь, она была здесь. Может она до сих пор здесь.

Я ни разу ещё так быстро не мылся и не одевался. Вылетаю из спальни, спускаюсь вниз, наступил на осколки вазы, которую вчера разбил. Она подошла, когда я её разбил. Оглядываю комнату, никого нет.

Ммм…

На кухню. Там тоже никого нет. В надежде обхожу все комнаты для прислуги и даже заглядываю в кладовые. Никого. Возвращается боль в груди, сжимает горло. Выбежал в гостиную, опять оглядываю её.

Почему так больно? Падаю на колени и кричу… Не могу так… Не могуууу…

Ведь правда сойду с ума, надо с этим что-то делать. Ребята предлагают клин клином.

Иду на выход, принимаю решение сегодня же найти девушку, начать встречаться, или хотя бы переспать,

надо отвлечься. Поможет?

Заехал в кафе недалеко от дома, мне здесь нравится, отличное обслуживание, очень вкусный кофе и лимонный чизкейк – обожаю.

Голова всё ещё болит. В офисе выпил таблетку. И в работу с головой. Не думать… Не думать о моей девочке… Ммммм…

В процессе работы увиделся с ребятами, пересеклись в обед. Видя моё состояние решили, всё-таки, клин клином. Вечером идём в клуб.

А в клубе… Ничего не радует.

– Так, возьми себя в руки и улыбайся, смотри сколько девчонок привлекают твоё внимание, – друзья тормошат меня. – Расслабься, братан, давай, будем тебя лечить. Смотри, Светка сегодня просто шикарна и уже увидела нас.

На встречу идёт девушка, правда, очень красивая, но глупая. Я был с ней пару раз. Может опять замутить? Она хорошо мозг выносит, может отвлекусь.

Света подходит и обнимает меня.

– Денис, привет. Я слышала ты теперь свободен? – я киваю. – Я так ра-а-ада.

Пищит Света с восторгом и сразу целует меня. Она это умеет делать классно, ну, и всё остальное тоже. Я поддаюсь ей. Но кайфа не чувствую. Начинаю сравнивать поцелуй с девушкой – мираж. Тааак… Я же пришёл лечиться. Сам углубляю поцелуй и затем веду на второй этаж, в лаунж зону. Сажусь на диван и Светланку усаживаю себе на колени. Глажу её по спине и попе, она выгибается и прижимается ко мне сильнее. А я ничего не чувствую, ничего и нигде во мне не шевелится. Начинаю злиться. Так, сейчас выпью и все будет нормально, как раз официант принёс выпивку.

Ребята шумят, веселятся. Кто-то пошёл на танцпол, кто-то уже вовсю целуется и скоро свалит в ВИП – кабинку.

Света гладит меня пальчиками по груди, уже расстегнула рубашку, что-то щебечет.

– Свет, поехали ко мне, а? Что-то шумно здесь, а у меня голова болит, – предлагаю я девушке, а самого аж передёргивает от своих же слов, ну не хочу я её. Но надо. Надо лечиться. Главное начать, а там уже само пойдёт. Ну не импотент же я?

Приехали в мою квартиру, Света здесь уже была, поэтому она первая в ванную. Я пока достал вино и фрукты. Девушка выходит минут через десять, в полотенце.

– Денис, я думала ты ко мне присоединишься? Ты чего такой скучный? Что-то случилось?

– Нет, Свет, всё нормально, голова болит, вчера перепил.

– Пойдём, я тебе массаж головы сделаю и расслабляющий, – говорит девушка, делая глоток вина из бокала и беря в рот кусочек сочного персика.

Она тянет меня за пиджак, пятясь задом и зазывно улыбаясь. Я поддаюсь… через силу, убеждая себя в том, что потом мне станет легче.

Уже в спальне, лёжа голый в постели с красивой девушкой, которая вытворяет со мной сумасшедшие вещи, понимаю, что не заводит, от слова совсем. Я просто беру и отстраняю Свету от себя, сам поднимаюсь с постели и направляюсь в душ.

– Ох, милый, не переживай, – запыхавшаяся девушка, не сильно расстроившись, говорит, раскинувшись на постели, – ты слишком много работаешь. В следующий раз всё получится.

Я зашёл в душ и включил почти горячую воду, хочу смыть с себя прикосновения чужой девушки, чувствую себя предателем и изменщиком. Я так не чувствовал себя даже изменяя Дане. Со мной точно не всё в порядке, думал я, намыливая себя гелем. Что же делать? Я не хочу жить с постоянной болью потери. Нужно просто смириться и отпустить ситуацию. Как говорят мудрецы: если можешь изменить ситуацию, измени и успокойся; если не можешь изменить – прими и успокойся.

Вышел из душа, Света спит в моей постели. Пошёл в гостиную, налил себе ещё вина, выпил и, взяв плед, устроился на диване. Сон не шёл, но усталость взяла своё. И я увидел незнакомку, она смотрела на меня с разочарованием, но мило улыбалась. А я даже во сне чувствовал себя жутко виноватым.

Глава 16

АСЯ

Почти месяц прошёл с той незабываемой ночи. Незабываемой в полном смысле этого слова. Ни дня не проходит, чтобы я не вспоминала о ней. Так сладко щемит сердце.

А ночь, это особое время для моих воспоминаний. Раз за разом я прокручиваю в голове каждое его слово, каждое прикосновение, каждый поцелуй. И от этих воспоминаний ток проходит по венам и спина выгибается от фантомного наслаждения.

Мне остались только воспоминания, потому что Дениса я почти не видела, он редко приходил домой, а я старалась не смотреть на него, наоборот пряталась подальше, чтобы даже соблазна не было.

Сегодня тётя мне сказала, что хозяева опять улетают в Европу. Им очень понравилось путешествовать и они решили продолжить. Они вернулись оттуда отдохнувшие и такие счастливые и, как-будто, помолодевшие. Смотрят друг другу в глаза с нежностью, держатся за руки. Это так здорово – сохранить любовь через столько лет совместной жизни.

Тётя всё время говорит, говорит, говорит… Хвалит Дениса, что он такой молодец, что, пока родителей не было, он так хорошо управлялся с бизнесом и, что они решили поехать в путешествие и всё оставить на Дениса.

Нина Павловна просила нас с тётей зайти к ней в кабинет после ужина, сказала, что хочет поговорить.

Мы всё прибрали и пошли к хозяйке. Она очень хорошо выглядит, стала спокойнее и всё время улыбается. Тётя, конечно же, это всё хозяйке высказала. Нина Павловна поблагодарила за все комплименты и начала говорить.

– Девочки, как вы знаете, мы с Мишей улетаем в Европу. Предположительно наше путешествие будет длиться месяца два. Сейчас середина июня, мы должны вернуться где-то в конце лета. Но всё может измениться, вдруг мы захотим остаться подольше, – кокетливо улыбаясь говорит хозяйка. – Поэтому, девочки, я отпускаю вас в отпуск.

Тётушка всполошилась, что-то там запричитала, а я была очень рада, увижу родителей, девять месяцев их не видела.

– Руфина, успокойся, – продолжила хозяйка, – тебе я даю всего лишь две недели отпуска, а Асенька пусть побудет с родителями до тех пор, пока мы не вернёмся. Вызовешь её за неделю до нашего возвращения, я тебя предупрежу, не волнуйся. И… отпуск будет оплачиваемый у обоих, не переживайте.

Тётя даже всплакнула и не перестаёт благодарить хозяйку. А я только улыбаюсь и киваю в нужных местах тётиной речи. Я очень хочу домой, к родителям, в деревню, к подружкам.

Мы уже выходим из кабинета, а тётя всё ещё благодарит Нину Павловну. Я уже ушла вперёд, а хозяйка даёт последние распоряжения, когда слышу голос Дениса в прихожей.

– Мам? Мама, ты где?

– Я у себя в кабинете, сынок.

Я ускоряюсь, чтобы успеть проскочить в боковой коридор и скрыться, пока он меня не увидел. Сердце бьётся быстрее, я залетаю просто в свою комнату и закрываюсь. Дыхание сбивается. Уф, успела. Скоро я уеду отсюда, почти на всё лето. Я забуду его. Постараюсь забыть. Всё-таки два месяца ни видеть его, ни слышать о нём. С глаз долой – из сердца вон. Я надеюсь.

А пока я нахожусь в этом доме, пока слышу его голос, его шаги, я не смогу выкинуть Дениса из головы. А дома я это сделаю. Точно.

* * *

Хозяева собрались. Денис сам повёз их в аэропорт, они укладываются и усаживаются во дворе в машину, а я подглядываю из-за угла. Не смогла удержаться, чтобы ни посмотреть в последний раз перед отъездом к родителям, на Дениса. Ох, зря, только раны бередить. Пойду я, вещи соберу, завтра утром мы с тётей тоже уезжаем.

Два дня на поезде, полдня в машине и я дома. Благодать. Здесь даже воздух другой. Жадно вглядываюсь в пейзажи пролетающие за окном автомобиля. Вот уже знакомый лес, первые деревенские огороды. Сердце трепещет от радости. Родители знают, что мы приезжаем, мы с тётей не захотели делать сюрприз, всё-таки люди в возрасте, мало ли что.

Смотрю, в деревне стоит вышка сотовой связи. Неужели у нас здесь тоже есть интернет? Достаю телефон, точно, показывает полную сеть. Даю посмотреть тёте.

– Ух, ты. Надо же. Хоть что-то меняется в сельских глубинках, может молодёжь меньше уезжать будет. А смотри, вон там, заброшенная ферма. Отстраивают, что-ли? И дом какой большой недалеко строят. Сейчас, приедем домой, всё узнаем.

Подъезжаем к дому, а там народищу… Как будто депутата встречают. Родители, соседские старики собрались и подружки мои, видимо мама им сказала, что я приезжаю.

Выскакиваю из машины чуть ли не на ходу, бросаюсь к маме, сжимаю в объятиях. Как же я соскучилась. Мама плачет, папа обнимает нас обоих. Девчонки скачут вокруг нас, галдят. А я так рада, счастье просто переполняет. Я дома.

В большом дворе уже столы накрыты. Подружки суетятся, собирают на стол. Я сижу с мамой и папой на лавке, всё ещё не могу их отпустить. Тётя где-то рядом.Периодически кто-то подходит, что-то говорит или спрашивает. Отвечает, конечно, тётя. Мама держит меня за руку, всё ещё плачет. А я глажу её по голове и целую.

Со следующего дня начались обычные деревенские будни. Я не строила из себя городскую девочку, делала всё по хозяйству и по дому. Хотя мне говорили, что я очень изменилась, на деревенскую не похожа и платья у меня другие.

Подружки вечерами собирались у меня. Теперь в деревне есть интернет, поэтому я на своём телефоне показала все свои фотки, все интересные места, которые мне понравились. Отвечала на их вопросы, печатая ответы в том же телефоне.

Спрашивали, нашла ли я себе городского парня, влюбилась ли. Я только отрицательно покачала головой. Вообще не хочу о нём думать, стараюсь, по крайней мере. Благо работы много, отвлекает. А вечерами с подружками гуляю.

Так хорошо в деревне. Воздух свежий. Опять же речка, накупались вдоволь. Ходили с девчонками в лес, набрали ягод. В подлеске грибов нашли.

Потом приехал в отпуск тот парень, Максим, который мне с четырнадцати лет нравился, который ещё в прошлом году меня поцеловал.

Мы с девчонками с речки шли, мокрые, с полотенцами на головах. Он нам дорогу перегородил, на велосипеде куда-то ехал. Позвал вечером у клуба собраться, музыку послушать, потанцевать. Девочки мои засмущались, глазками захлопали, соглашаются, конечно. Я молчу. А он на меня смотрит.

– Придёшь? – спрашивает, прищурив глаза.

Я плечами только пожала.

Как же он мне нравился раньше? Сейчас смотрю и думаю, что так привлекло меня в нём? Да, выдающийся, отличается от тех парней, которые в деревне остались, может поэтому.

Но ни в какое сравнение с Денисом. И я всё реже о нём думаю, неужели забываю?

Ладно, схожу с девчонками, послушаю музыку.

Немного народу было возле клуба. Музыка звучит из портативной мини колонки. Кто-то уже дёргается под музыку. Собрались алкаши и пришли парочка мамочек одиночек, строят Максиму глазки и попой перед ним крутят.

Позже подъехали на мотоциклах парни и девушки из соседней деревни. Стало повеселее.

Мы с моими девчонками сидели на завалинке, дядя Сеня, сторож клубный, угостил мелкими сосательными конфетами. Нас стали приглашать потанцевать, девчонки пошли, а я осталась сидеть.

Подошёл Максим.

– Почему не танцуешь? Не хочешь? – я качнула головой, соглашаясь. – Да ладно, не выделывайся, все же танцуют. Пошли.

Хватает меня за руку и тянет в центр танцующих. Начинает танцевать, а я стою на месте. Протянул ко мне руки, крепко взял за плечи и стал дёргать меня в такт музыке. Я вырвалась и вышла из круга. Пошла в сторону, оглянулась, девчонки в восторге, танцуют. Не буду мешать, наверно домой пойду.

Уже зашла за угол клуба, как меня догнал Максим. Сильно схватил за руку и потянул дальше в самое тёмное место. Я испугалась, но кричать не могу. Он прижал меня собой к деревянной стене клуба и схватил за подборок.

– Чо борзеешь, недотрога что-ли? Меня ещё никто не отталкивал и ты не будешь, – сказал он грубо и впился в мои губы поцелуем.

Было больно и неприятно. А ещё затошнило. Я упёрлась руками ему в грудь, пытаясь оттолкнуть. Он перехватил одной рукой обе моих руки и зафиксировал над моей головой, раздвинул своей коленкой мои ноги и прижался пахом сильнее, показывая свою готовность. Другая рука уже шарит по моей груди и опускается на бёдра.

– Не глупи, девочка, расслабься, сейчас всё будет, тебе понравится, – целует меня в шею, спускается ниже, а меня ужас накрыл, я пошевелиться боюсь, меня всё больше тошнит, а парень уже мне под платье забрался. – Умничка, только не вздумай кричать, ладно.

– А она и не будет кричать, – слышу я голоса своих подружек, в руках у них палки. – Она немая. Отпусти её, Макс, а то хуже будет.

– Немая, так немая, это трахаться не мешает. Пошли вон отсюда, – ещё сильнее зажимает меня Максим, – или посмотреть хотите. А потом в очередь встаньте, я всех оттрахаю.

И продолжил дальше лезть под платье, уже до трусиков добрался. Девочки поняли, что разговора не будет, напали на него синхронно и все сразу, били аккуратно, чтобы не попало мне, но сильно.

Максим схватился за свою голову и отскочил в сторону.

– Ненормальные, – заорал он и пошёл прочь.

И вот тут я дала волю слезам, меня заколотило, я села прямо на землю, покачиваясь.

Глава 17

АСЯ

Уже заканчивалось лето. После того случая с Максимом, мы с девчонками старались вечерами никуда не ходить, пока он не уехал. И ещё одну вещь я тогда поняла. Я беременна.

Когда на меня Макс напал, у меня в низу живота как будто всё сжалось, в комок собралось. Больно не было, но неприятно. Девчонки меня до дома проводили и тут я посчитала, что месячных у меня уже два месяца нет.

Я растерялась. Что мне делать? Я ничего не знаю. Обращаться к кому-то с вопросами не хочу. Потом осознала, что это ребёночек Дениса, обняла живот руками и заплакала. Что я беременна, почему-то не сомневалась даже. А вот то, что сжалось всё внутри, меня пугало. А вдруг что с малышом?

Мне стало страшно, что я потеряю ребёнка. Я же его уже люблю. Интересно – девочка или мальчик? Глажу животик, которого ещё нет, и улыбаюсь.

* * *

Сейчас уже пошёл четвёртый месяц. Скоро надо будет возвращаться на работу. Как тётя воспримет эту новость? Родителям то я ничего не говорю, и девчонки не знают. Уеду в город, а там будь что будет.

И вот как мне теперь Дениса забыть? Малыш – вечное напоминание о нём.

Как там Денис? Наверное, уже забыл обо мне. Вокруг него вон сколько девочек красивых крутится, а может женился уже. А сердце чуточку сжалось. Не так больно теперь. Пусть счастлив будет. Тем более такой подарок мне оставил.

Я мысленно с малышом разговариваю, сказки ему рассказываю, песни пою, говорю, как сильно его люблю.

Как же я буду справляться, когда он родится? Не попросят ли меня с работы? Хозяева добрые очень, может не выгонят. Тётя точно поможет. Как нибудь справимся. Не хочу думать о плохом, только о хорошем.

Всё, завтра еду в город. Сын соседа отвезёт на вокзал, а вечером уже в поезд. Мама опять плачет, папа напутствует. Стараются навязать мне сумки с консервацией, я отказалась. Не потащу тяжёлые сумки, мне нельзя, говорю сама себе. Хоть беременность и проходит легко, ни хочу рисковать. Как приеду в город, то сразу к врачу. И тёте расскажу.

Тётя встретила на вокзале, хотя я уже сама ориентировалась в городе, говорит, что сильно соскучилась. Я тоже очень скучала по ней.

Где-то через неделю должны вернуться хозяева. Но во время отсутствия родителей в доме жил Денис. Хорошо, что меня не было. Но то, что он сейчас в доме, меня напрягает. Ничего, как нибудь справлюсь, раньше же справлялась и не попадалась ему на глаза.

Когда навели в доме порядок, ну как порядок, и так было всё чисто. Просто постирали шторы и поставили в вазы свежие цветы, хозяйка любит живые цветы. Я уже ушла в свою комнату. Ко мне зашла тётя.

– Ася, девонька моя, я пришла с тобой поговорить, – смотрит на меня пристально. – Ничего не хочешь мне рассказать? Ты какая-то не такая, изменилась очень, поправилась.

Я опустила глаза и сильно сжала руки. Я и не сомневалась, что тётя заметит, она всегда меня понимала без слов.

– Ты беременная? – я кивнула. – Ох-х…

И села рядом со мной на кровать. Долго молчала, переваривая информацию или думая, что дальше делать. И ведь не упрекает.

– Скажи мне, доченька, тебя изнасиловали или ты сама… согласилась? – я всколыхнулась и, ударяя себя по груди, только губами говорю:,,сама, сама". – По любви, значит?

Смотрит мне в глаза и так аккуратно спрашивает. Я опять опускаю глаза и киваю в согласии.

– Какой срок? – я показываю, что больше трёх месяцев. – Получается, что ещё здесь, не в деревне. Когда успела? Это я виновата, недосмотрела.

Я отрицательно мотаю головой.

– Ты его любишь? – я киваю. – А он тебя? – молчу. – Вы с ним встречались? – я показываю один палец. – Один раз?

У меня потекли слёзы. На меня не кричат, не ругают, не оскорбляют, но всё равно разговор получается тяжёлым. А ведь он только начался, что скажет тётя, когда узнает кто отец ребёнка.

– Не плачь, девонька моя, родная моя, ну что ты? – тётя обнимает меня, гладит по голове, целует в макушку, а слёзы ещё пуще льются. Тётя уже сама всхлипывает. – Всё, всё, прекращай, тебе нельзя волноваться, ещё навредишь нашему малышу, его беречь надо, любить.

Ну, вот как тут не разрыдаться, после таких то слов:,, наш малыш, беречь и любить". Тётя тоже его уже приняла и полюбила. У меня самая лучшая тётя на свете. Я сто процентов уверена, что она меня точно не оставит и всегда поможет.

– Солнышко моё, а он знает, что ты беременна? – отрицаю. – А говорить будешь? – опять отрицаю. – Ну, хорошо, хорошо, не хочешь говорить ему, не надо, сами вырастим и воспитаем, ого-го каким человеком сделаем. А почему говорить не хочешь?

Тут я уже телефон беру, на пальцах не объяснишь.

,,Он очень богатый, а я деревенская"

– Ну и что, девочка моя, если любит, то и деревенскую возьмёт. – отрицаю. – Богатый, говоришь? На улице познакомились? – отрицаю. – А я его знаю?

Вот тут я зарделась и опять опустила глаза, поглаживаю свой ещё маленький животик. И киваю. Тётя берёт меня за подбородок, поднимает мою голову и смотрит мне в глаза, пристально так, как будто уже имя прочитала во взгляде. Прищуривается и спрашивает.

– Денис? – а я опять плачу. – Всевышний, помоги. Как? – молчит, соображает. – Послушай, я не думаю, что если бы он обесчестил тебя, то не взял бы ответственность. Он не такой, он очень хороший. Ведь и разговоров не было и я ничего не замечала, как будто ничего не происходит. Правда он смурной какой-то в последнее время… Так, я ничего не понимаю, пиши, давай всё в телефоне своём, а то у меня фантазии не хватает.

,, Он не помнит, что со мной переспал, сильно пьяный был".

– Во как? И когда это было?

,,Когда ты к подруге ездила в мае".

– Так его не должно было дома быть, он, вроде как, в командировке был, поэтому я и поехала в подруге. – Я отрицательно помотала головой. – И ты не хочешь ему говорить о ребёнке?

Я только вздохнула.

,, Не говори ему ничего, у него невеста есть, наверно, свадьба скоро. А я его люблю, но мешать не буду, он мне ребёнка подарил, он только мой будет".

– Да нет у него невесты. В день рождения свой ещё помолвку разорвали. Свободен он, вроде как, – говорит тётя и уже что-то задумала. – Не хорошо это, сказать надо, скрывать не получится от хозяев, дитё то растёт. Мне кажется, они бы рады были внуку. И Денис бы тоже был рад своему ребёнку.

Пока тётя говорит, я всё головой мотаю и в глаза её умоляюще смотрю. Опять беру телефон.

,, Пожалуйста, тётя, милая, не надо никому ничего говорить. Денис не знает ничего обо мне, не помнит нашей ночи, ничего доказать нельзя. Посмеётся надо мной, я же со стыда сгорю, переживать буду, а мне нельзя переживать. Пожалуйста ".

И руки в умоляющем жесте, пока тётя читает.

– Ох, милая моя. Ладно, нет, так нет. Но завтра пойдём к врачу, надо на учёт встать, поняла меня? – я киваю, обнимаю и целую свою самую любимую и понимающую тётю на свете. – Всё, укладывайся давай и не переживай, отдыхай больше. Завтра к врачу сходим, анализы сдадим, врач витамины выпишет, пусть растёт наш малыш крепким и здоровым.

Тётя меня целует и уходит. Одинокая слеза катится по щеке, но уже не беспокойная, а счастливая.