![](/files/books/160/oblozhka-knigi-eto-vse-ona-si-378844.jpg)
Текст книги "Это всё она (СИ)"
Автор книги: Изольда Рыбкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)
Аня ничего не сказала, но её лицо в миг изобразило такую грусть и невысказанную мольбу, что не обратить на это внимание и не сделать так, как она просит, было бы равносильно обидеть ребенка, не дав ему мороженное, которое у тебя в руках.
И Рокотов не смог. Не смог сдержать тяжелый вздох, глядя в эти огромные карие глаза с черными длинными ресницами, и побежденно сказал:
– Где ваша Валентина, как её там? Пускай проводит уже меня к этой Виктории… Кстати, кто она?
Аня просияла.
– Виктория Олеговна. Она замдиректора детского центра. Директор сейчас в коммандировке, и Виктория Олеговна введет вас в курс дела, покажет центр и будет сопровождать на банкете.
– Какой банкет?! Сегодня?! – честно говоря, Рокотов уже устал удивляться, но Аня видимо подготовила ему не один сюрприз.
Девушка опять смутилась и на секунду опустила глаза, а потом быстро проговорила:
– Банкет вечером. Я не внесла его в ваше расписание. Не знала, будет ли вам это интересно, – и совсем невинно заморгала. – Вы можете не идти, я там буду, и сделаю для вас отчет.
Рокотов смягчился и одобрительно кивнул.
– Я подумаю.
_____________
Виктория Олеговна оказалась привлекательной молодой дамой, возраста чуть моложе Сергея. Увидев его на пороге своего кабинета в сопровождении Валентины Павловны, она мигом поняла, кто и зачем к ней пришел. И тут же расплылась в улыбке, которая из просто доброжелательной по мере общения с ее адресатом становилась всё более кокетливой.
Когда приветственные разговоры и обмен любезностями были окончены, Рокотова повели на осмотр выставки и "фотосессию".
Они шли по выставочному центру, обходя лавки с выставленными товарами народного творчества, делая заинтересованные лица под вспышками фотокамер. Когда началась зона мастер-классов, Рокотов принялся глазами незаметно искать желтый свитерок и черную макушку, которые сегодня поглотили часть его нервных клеток. И когда взгляд остановился на искомом объекте, Сергей снова «завис».
В окружении десятка детворы сидела Аня с завязанными глазами, а дети по очереди давали ей потрогать свои ладошки, а потом… целовали её в щеки. Дети и девушка звонко и заливисто смеялись. Суть игры понять было сложно, да и она сейчас интересовала меньше всего. Рокотов завороженно смотрел на Аню. Он позволил себе её разглядывать, ведь она не могла этого увидеть. Он впервые увидел ямочки на щеках, вернее на одной щеке она была явной, а на второй при улыбке проявлялась лишь едва заметная складочка. Сергей рассмотрел вздернутый носик, по которому ему иногда хотелось щелкнуть, чтобы его хозяйка не заставляла чувствовать себя неловко рядом с ней. И, конечно, Рокотов не мог не смотреть на губы девушки. Смеющиеся аккуратные губки приковывали к себе взгляд. А тут еще она возьми и поцелуй ими в ответ щечку какого-то малыша.
Сергей сглотнул и закашлялся… Повернувшись к собеседнице, которая вот уже минут пять пыталась что-то до него донести, заметил, что она переводит взгляд с него на Аню. Очевидно заметив его пристальное внимание, Виктория фыркнула:
– Ужас, зачем такое допускать!? Как родители позволяют это антисанитарное безобразие! Нашли место, где лобызаться… Она сорвалась в сторону столика Ани, но Рокотов её аккуратно перехватил за локоть и быстро перевёл тему:
– Виктория Олеговна, мне кажется, нас зовут к сцене, скоро мне выходить. Может вы угостите меня чашечкой кофе, пока есть еще время?
Пить кофе с Викторией, одетой в облегающее платье и накрашенной будто для топового журнала, было куда безопасней, чем смотреть на невинную игру девушки с малышами. Увидеть эти целующие кого-то губы было выше его сил.
7.
Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Аня виртуозно справлялась со своими обязанностями. К концу недели Сергей даже перестал удивляться тому, как она всё успевает и как эффективны все её действия. «Ни одного лишнего движения, словно робот», – подумал однажды Рокотов, проходя вместе с Андреем мимо её стола и будто бы случайно остановившись на небольшом расстоянии, чтобы обсудить какой-то рабочий вопрос.
Однако сходство с роботом у Ани было лишь в слаженности действий. В остальном же шеф всё чаще отмечал плавность и грациозность её движений. В них напрочь отсутствовало кокетство или манерность, они были наполнены смыслом и какой-то особенной мягкостью.
Каждый раз задерживаясь на своей помощнице лишнюю секунду, Рокотов мысленно костерил себя и злился. А срывался опять на Ане. Понимал, что неправильно так себя вести, что она не виновата в том, что он со своей задвинутой в дальний ящик личной жизнью, совсем уже умом тронулся, раз стал засматриваться на подчиненных, да еще и на собственную помощницу…
«Надо срочно исправлять ситуацию», – подумал Сергей и взял в руки телефон. Отыскать нужный контакт было делом нескольких секунд. Очень удобно, когда есть постоянная подруга, но нет «отношений». Не нужно отчитываться, где ты был, и спрашивать, где была она. Не надо подстраиваться, врать и строить из себя того, кем ты не являешься. Но самое главное – не нужно думать о том, что чувствует другой человек, бояться его обидеть или задеть словом или действием. Нет, отношения – это точно не про него.
Сергей: Привет. Есть планы на субботу?
Минимум слов, максимум информации – девиз Сергея Рокотова.
Полина: Привет))) В субботу иду в клуб, можешь составить компанию;)
Сергей: Ок
Ну вот. Одной проблемой меньше. А так как завтра уже пятница, то нужно поскорее разобраться с насущными делами.
________________
Аня опять уходила домой позже всех. Как и во все другие дни на этой неделе. С приходом нового руководства работы прибавилось в разы. Если раньше она была помощником директора одной строительной компании, то теперь у её начальника во владении был целый холдинг.
Сначала Аня надеялась, что объем работы уменьшится, как только шеф разберется с делами слияния компаний. Но сегодня уже четверг, а количество новых поручений только увеличилось, и задания порой отнимали намного больше времени, чем, очевидно, предполагал человек, которые их раздавал.
Сегодня утром Аня попыталась намекнуть шефу, что у неё всего две руки, две ноги и, как назло, всего одна голова. Эффект получился прямо противоположный – шеф взбеленился и прокричал только:
– Если вы не справляетесь, то так и скажите, я найду вам замену.
«Может и правда, лучше уйти?» – размышляла Аня, устало уткнувшись головой о стекло. Маршрутка была полупустая, т. к. час пик давно прошел, и сейчас вместе с Аней ехали лишь несколько человек. Девушка уже начала мысленно просчитывать, сколько дней она сможет продержаться на работе в таком темпе, прикидывать, сколько времени может уйти на поиски нового места, как вдруг кто-то присел рядом с ней на сиденье.
8.
– Почему я не мог дозвониться вам всё утро? – строго спрашивает шеф, а у Ани совершенно нет сил что-то ему объяснять. Но надо что-то ответить…
– Я телефон потеряла, – получилось сдавленно и тихо. Девушка изо всех сил старалась сдержать никому не нужные эмоции.
– Ваши личные проблемы не должны отражаться на качестве вашей работы, – Рокотов начал подозревать, что с его помощницей что-то не так. Эта грусть в её глазах… Стоп! Глаза красные, она что, плакала?
– Что случилось, Анна Валерьевна? Говорите мне правду, немедленно! – потребовал он, приподнимаясь в своем кресле и строго смотря на Аню.
– У меня вчера украли сумку в маршрутке, – старалась произнести как можно более ровным голосом. Самое неприятное для Ани было вызывать у людей жалость, но сейчас ей было слишком плохо и действительно жалко саму себя.
Когда вчера к ней подсел молодой парень и, пригрозив ножом, потребовал отдать сумку, Аня очень испугалась. Подобные истории она слышала не раз, но никогда не могла подумать, что с ней такое тоже может произойти. Кричать и звать на помощь не было смысла – Аня сидела на заднем ряду, и попробуй она только открыть рот, как ей бы его сразу закрыли. Трое подростков-переростков окружили её, отгородив от водителя и трех пассажиров, что сидели впереди и беседовали о чем-то. Маршрутка остановилась через минуту, и никто не заметил, что у одного из выходивших парней в руке была женская сумка…
– Вы написали заявление в полицию? – продолжал допрашивать шеф.
– Нет. Я не помню их лиц. Было темно, – честно призналась девушка.
– Вы что одна ездите ночью на общественном транспорте? – вроде бы даже удивился этому факту Сергей.
– Да. Это единственный вариант вернуться домой после работы.
Рокотов молчал с минуту. Потом резко, но спокойно произнес:
– Пишите заявление, – Аня почувствовала, как земля уходит у неё из-под ног, но шеф продолжал: – Объявите конкурс на должность секретаря помощника руководителя. Хватит вам носиться по всему офису с бумагами, делегируйте наконец эту важную миссию кому-то. Оклад – минималка, премии будем выписывать в соответствии с вашими пожеланиями.
Аня зависла. «Это что сейчас было? Меня не уволили? Я остаюсь на своей должности? Стоп! Мне дали ПОМОЩНИКА???» Нет, это нужно всё-таки уточнить.
– Сергей Александрович, я правильно вас поняла: вы хотите, чтобы я продолжала работать вашим помощником и взяла себе помощника? – Анины слова казались ей бредом. Нет, она точно что-то неправильно поняла…
– Да. И зайдите в бухгалтерию, получите деньги на покупку служебного телефона. Чтобы это был первый и последний раз, когда я не могу вам дозвониться.
– Х-хорошо, – Аня неуверенно кивнула и продолжала с подозрением пялиться на шефа, который кстати, уже несколько минут на неё не смотрел, а занимался с бумагами на своем столе.
– Что-то еще? – он поднял голову и как ни в чем не бывало посмотрел на свою помощницу, застывшую на месте. – У вас еще вопросы?
Аня только замотала головой и поспешила выйти.
«Ну вот, и чего ты добился, нагружая её своими дурацкими поручениями?! Ведь говорила, что объем работы для неё слишком большой… Засиживалась допоздна, неизвестно как и по каким подворотням еще до дома добиралась… – Рокотов оперся локтями на стол и положил голову на ладони. – А если бы они не только сумку захотели у неё забрать…» – он помотал головой, не желая думать в этом направлении и снял трубку селектора:
– Вера Николаевна, соедините меня с главным бухгалтером.
9.
Аня впервые за неделю выходила из офиса вместе с другими сотрудниками. Шеф сегодня в кои-то веки не лютовал, не заваливал её работой. Дал лишь несколько поручений и ушёл за полчаса до окончания рабочего дня.
Аня надевала пальто и думала, что Светка сейчас уже должна бы чистить картошку, чтобы они вместе сегодня приготовили ужин. Подруга одной из первых узнала о том, что Аню наконец разгрузили и она вернётся не поздно. Это "событие" решено было отпраздновать жутко неполезной, но безумно вкусной едой. Аня уже представляла, как аппетитно пахнет жареная картошечка, и решила, что стоит заглянуть по пути в супермаркет и купить овощей для салата, ну и чего уж мелочиться – бутылочку белого вина. Гулять так гулять!
– Сюрприииз!!! – вырвал из мыслей голос подруги. Аня подняла голову и застыла на месте. На неё смотрели 2 пары глаз. И если одну пару она лицезрела как минимум 2 раза в день на протяжении многих лет, то обладателя второй пары девушка не видела почти 5 лет.
– Ань, отомри! – Светка пощелкала пальцами у лица подруги.
– Привет, Анютка, – улыбнулся парень.
– Привет, Лёша, – Аня растерялась и неуверенно улыбнулась в ответ. Она совсем не знала, как вести себя с человеком, который был одновременно такой близкий и такой чужой…
С Лёшкой Синицыным они были знакомы с пятого класса, когда семья Ани после смерти её отца переехала жить в дом бабушки, маминой мамы, в деревню Одинцово. Новый дом, новый класс, переживания из-за недавно пережитой трагедии – всё это свалилось на Аню в то лето. Девочка и так не отличалась коммуникабельностью, а в свете последних событий и вовсе бы замкнулась в себе, если бы не посчастливилось ей встретить Светку и Лёшку, которые были не разлей вода. Света училась в Анином классе, а Лёшка на год старше.
Приход новенькой одноклассники восприняли враждебно. Анину обособленность приняли за заносчивость, а грусть в глазах – за высокомерие. И началась травля. Её перебивали на уроках, игнорировали на внеклассных мероприятиях, на физкультуре все больные удары мячом приходились на неё. Пока Светка не пожаловалась Лёхе. Тот быстро вычислил зачинщиков и "поговорил" с ними после уроков. С тех пор эти трое не расставались. До окончания школы…
– Мышка! Ну ты чего?! Мы с Липкой тут караулим тебя уже полчаса, а ты как неродная! – от произнесенного детского прозвища Аня будто вернулась в своё беззаботное детство и напряжение в миг улетучилось. Прозвище Светки приклеилось к ней с незапамятных времен, и было связано с её фамилией – Липатова. Аня же стала мышкой в тот день, когда Лешка спасал её от одноклассников после физкультуры. Её окружили со всех сторон, а она, как мышка, забилась в угол и дрожала.
Лёшка сгрёб девушку в охапку и закружил. Аня уткнулась ему в плечо и несмело обняла. Что-то защемило в груди… Как же не хватало ей этих объятий последние 5 лет…
– Девчонки, завтра хочу культурную программу! А то я в Одинцово совсем одичал, – Лёшка жевал жареную картошку и не переставая хохмил. Девушки звонко смеялись, отзываясь на каждую шутку. Словно и не было этих лет разлуки.
– Ну тогда я выбираю место! – заявила Светка. – Анька у нас за все годы только и знает, как добраться до института и до работы.
– Не правда! – наигранно гордо парировала подруга. – Я была и в Кремле, и в Третьяковке, и в Большом театре, и в…
– Ой, всё! Если её не остановить, то она как навигатор построит нам маршрут «все главные занудные места столицы», – фыркнула Светка и засмеялась.
– Не занудные, а культурные! И вообще, ты тоже могла бы составить мне компанию хоть в половине из этих мест, тебе было бы полезно! – Аня шутливо показала подруге язык.
– Ага, как же! я уже после Третьяковки поняла, что если еще поведусь на твои уговоры и загляну в какую-нибудь галерею, то точно умру, но не от культурного шока, а от скуки!
– Всё, всё! Девчонки, я понял, – решил прервать их диалог Лёшка. – Давайте тогда компромисс: днем идем Мышкиным маршрутом, а вечером нас ведет Липка.
10.
Утро субботы началось со звонка в дверь.
"Ну кого принесло-то в такую рань? – Аня вышла из комнаты и посмотрела в глазок на входной двери. – Лёшка?!"
– Привет, Мышка, – друг влетел в квартиру, не дожидаясь приглашения, и, быстро чмокнув Аню в щеку, схватил её за руку и потащил на кухню.
– Что случилось? – обеспокоенно спросила девушка, когда он приземлил свою пятую точку на стул.
– Случился завтрак. То есть завтрак-то как раз у меня и не случился, поэтому я здесь! Чего стоишь – чайник ставь, будешь спасать друга от голодной смерти.
Выпив чаю с бутербродами, Лешка решил перейти к сути своего визита.
– Ань, тут такое дело… – парень замялся.
– Ну, что за дело? Говори уже, раз начал, – Аня наконец поняла, что этот утренний визит не просто так случился в такую рань, и видимо он хотел поговорить именно с ней, зная, что Светку в такой час из пушки не разбудишь.
– Ань, я решил в Москву перебраться. Ты наверное уже знаешь от Светки – меня мама в прошлом году умерла. Я год промаялся в Одинцово, работа вроде есть, а смысла там оставаться вообще не вижу. Родственников там больше нет у меня, а друзья… Настоящие друзья у меня в школе были, потом только собутыльники разве… – Аня почувствовала укол в сердце. Не одна она тяжело переживала разлуку, Лешке, оказывается, тоже было несладко.
– Лёш, так это ж хорошо, что переезжаешь, значит снова вместе будем, – Аня улыбнулась и легонько сжала его руку.
Парень улыбнулся ей в ответ, но видно было, что это не основная проблема, которая его волнует.
– Ань, я дом родительский продаю. Уже покупатель нашёлся, задаток внёс небольшой, но попросил отсрочку на месяц. Документы у нотариуса все оформили. Проблема в том, что мне этот месяц жить негде. Работу я нашёл тут в одном автосалоне, а с жильём проблема. Как только деньги за дом получу, хочу внести первый взнос за ипотеку и однушку взять. Я сейчас в гостинице остановился, но долго там не протяну – за месяц полстоимости дома оставлю там. Мог бы, конечно, квартиру поискать. Но на месяц вряд ли кто-то согласится мне её сдать. Все берут только на длительный срок…
– Лёш, чего ж ты молчал? Сегодня же забираешь свои вещи и приезжаешь к нам. Сейчас только сентябрь и неочень холодно – поспишь на балконе, он утепленный, и там есть матрас надувной. Родители Светки иногда приезжают и ночуют на нём. В тесноте, как говорится, да не в обиде.
– Мышка – ты мировой друг! – кинулся обниматься Лешка. – Только за этот месяц квартиру оплачиваю я полностью! Возражения не принимаются! В любом случае, гостиница вышла бы мне в разы дороже, поэтому позвольте хоть здесь мне вас отблагодарить за гостеприимство.
– Ладно, если тебе так хочется… – Аня не стала сопротивляться. Если Синица так решил, то его не переубедить.
– Тогда пойдём будить нашу спящую красавицу! – бодро и с игривыми нотками в голосе сказал парень. – У нас сегодня обширная программа…
11.
– Свет, можно я не пойду? Ну, пожааалуйста, – Аня складывает руки в умоляющем жесте и смотрит большими глазами, полными надежды.
– Так, Весенняя, что значит «не пойду»? У тебя совесть есть? мы с Синицей с тобой в музей ходили? Ходили. Экскурсию слушали? Слушали.
– Ой, видела я, как вы слушали! – перебивает подругу Аня. – Ржали как кони и экскурсоводу мешали.
– Это уже нюансы, – безапелляционно продолжила Светка. – Тебе не отвертеться – сегодня идем в клуб и точка.
Ане искренне не хотелось в клуб. Она была там один-единственный раз, также поддавшись шантажу подруги. Клуб не вызвал ни одной положительной эмоции. Громкая музыка, теснота и куча пьяных парней, которые лезут с недвусмысленными предложениями – это всё было не для Ани. Единственный сомнительный плюс – возможность потанцевать. Но он действительно был весьма сомнительным, т. к. танцевать девушка хоть и любила, но выбор музыки предпочитала оставлять за собой. Да и не могла она понять – в чем смысл толкаться на танцполе, если можно в своё удовольствие танцевать дома, когда никто тебя не видит и, соответственно, не мешает: не оценивает твои движения, не пытается облапать и не наступает на ноги…
А сегодня Аня еще и сильно устала. Ранний подъем, устроенный другом, прогулки по Москве, экскурсии и музей, в который давно хотела попасть, – всё это нагрузило её не только физически, но и эмоционально. Девушке хотелось посидеть дома и переварить этот замечательный день, а не портить впечатления клубным дымом.
Поэтому Аня собиралась нехотя, одежду долго не подбирала – натянула джинсы и короткий черный топик. Сверху накинула белую рубашку, застегнув только две пуговицы примерно на середине, полы подвязала, как показывали в одном ролике в интернете. Легкий дневной макияж Светка забраковала и сама подвела Ане глаза черной подводкой и всучила в руки красную помаду. Аня терпеть не могла красный цвет, который, как она была убеждена, привлекает к себе излишнее внимание, и в другом случае обязательно бы отказалась и стояла на своем до последнего. Но сегодня она слишком устала, чтобы спорить, да и с ними идет Синица, значит, в случае того, если её красная помада введет кого-то в заблуждение по поводу её настроя на сегодняшний вечер, то друг в обиду всё равно не даст.
Рокотов подъехал к дверям клуба в 9. Полина уже должна была быть внутри. Они договорились встретиться здесь, чтобы не провоцировать любопытных, выходя из одной машины. Сергей был когда-то частым посетителем клубов, пока не стал серьезным начальником и не сменил место дислокации на более респектабельное.
Мужчина вошел внутрь и направился к випкам, где его ждала Полина вместе со своими друзьями. Пробираясь через толпу, Рокотов отметил про себя, что контингент клуба помолодел, среди этих малолеток чувствовал себя не просто старым, а древним. Какие-то новые биты… Как под них вообще можно двигаться?
За столиком в маленькой випке сидели три человека. Полина и еще какая-то парочка: парень, лет 25, видно из мажоров, и такая же девчонка. Полина, как всегда, эффектно выглядела. Она умела себя подать И тут дело даже не в дорогих шмотках – у неё всегда был взгляд королевы. Простой парень никогда к такой не осмелится подойти. У неё словно на лбу написано: «Слишком дорого. Тебе не по зубам». А вот те, кому по зубам, иногда и выгуливали королеву, попадая под вспышки фотокамер и в светские хроники.
Рокотов встречался с Полиной нечасто, но уже довольно долго. Познакомившись три года назад на каком-то светском рауте, они условились в ближайшее время встретиться в «неформальной обстановке». И по окончании «бурного вечера» договорились, что их встречи могут продолжиться на выгодных им двоим условиях: никто не будет знать об их связи, никто не будет говорить о чувствах и даже намекать на отношения. Сергея этот вариант более чем устраивал. Его загруженность на работе не позволяла выделить время на поиски способов удовлетворения естественных потребностей, а Полина всегда была рада встрече.
Когда молодежь за столом выбирала напитки, которые будут сегодня пить, Рокотов скучающе смотрел в общий зал на танцпол. Парни и девушки двигались под странную музыку. И Сергей снова вернулся к грустным мыслям о своем возрасте.
«Неужели вот так и приходит старость? Смотришь на молодых и не понимаешь их интересов…» – размышлял он, глядя на дергающиеся тела.
Тут его взгляд задержался на одной весьма своеобразной парочке. Парень с девушкой не то чтобы танцевали, а скорее дурачились на танцполе. Девчонка словно кривлялась, изображая какие-то немыслимые танцевальные па, а парень в это время то копировал её движения, то придумывал свои, еще смешнее, чем у девушки. При этом их танец смотрелся невероятно органично, словно бы Траволта с Умой вышли на танцпол и зажгли как в известном фильме.
Рокотов смотрел на них и сам не заметил, как начал улыбаться. «Нет, всё-таки есть и нормальные молодые ребята», – облегченно выдохнул Сергей и вернулся к сидевшим за столиком.
Лешка со Светкой отжигали на танцполе, а Аня восхищалась своими друзьями, и даже немного завидовала, сидя чуть в стороне на диванчике. Она бы тоже хотела так оторваться, но считала, что слишком много зрителей для такого выступления. В общем, она стеснялась. Да, чего уж тут поделаешь, Аня всегда была стеснительной, и только самые близкие люди знали, что она тоже умеет и шутить, и дурачиться, и танцевать до упаду…
«Сколько же зрителей сейчас было у этого концерта?» – подумала девушка и неспеша стала обводить взглядом помещение ночного клуба. Она только сейчас заметила, что на втором ярусе тоже есть столики. И тут ее взгляд споткнулся. Не может быть! По лестнице, ведущей со второго этажа спускался никто иной, как Рокотов Сергей Александрович, он же великий и ужасный шеф.
Аня зажмурилась. Это была первая защитная реакция организма, она не хотела его сейчас увидеть. Но еще больше не хотела, чтобы её увидел он. Она резко открыла глаза и метнулась в толпу. Срочно нужно затеряться. С её ростом это – раз плюнуть. Но не тут-то было…
12.
– Смотри, куда прёшь, курица! – Аня поняла, что в попытках сделаться невидимкой, она настолько сильно пригнула голову, что не заметила, как налетела на высокую стройную блондинку.
Девушка смотрела на Аню снизу вверх в прямом и в переносном смысле. При том, что она была высокой, метр семьдесят пять не меньше, не в пример Аниному метр с кепкой в прыжке, так девушка еще и была на огромных каблуках, которые делали из неё просто Эйфелевую башню в глазах Ани. И, конечно, взглядом она подтверждала статус главной достопримечательности Парижа – девушка была не просто высокомерной, по всему ощущалось, что она королева, не меньше. Причем не только в этом клубе, но и, в принципе, в жизни.
Аня тихонько проговорила «извините» и уже начала ретироваться подальше от царственной особы, как та, схватив её за рубашку на плече, грубо дернула на себя. От неожиданности, Аня не удержала равновесие, и повалилась на пол, прямо к ногам высокомерной блондинки.
«Вот не зря я не хотела сюда идти, – почему-то вдруг подумалось Ане, когда она поднималась на ноги. – Хуже такого позора могло быть только если…».
Додумать она не успела, т. к. прямо напротив себя увидела именно то, что как раз и было хуже падения посреди танцпола. Подняв глаза Аня уткнулась в прожигающий взгляд своего ненаглядного шефа.
Что сейчас творилось у Рокотова внутри, девушка знать не могла, но предположила, что он разгневан, или даже в ярости. А значит, не видать ей помощницы. Может хоть на работе оставит… Хотя… После такого позора, наверное и смотреть в её сторону не захочет.
– Сергей Александрович… – то ли промямлила, то ли просто подумала Аня.
– Серж, пойдем отсюда, малолетки совсем обнаглели. Пройти невозможно – эта шавка мне все туфли истоптала.
В следующую секунду Рокотов наклонился, схватил Аню за руку чуть выше локтя, поднял на ноги и, бросив блондинке «подожди меня у выхода», потащил в неизвестном направлении.
Аня, до этого воспринимающая всё происходящее будто со стороны, вдруг начала ощущать подступающую панику. Человек, который орал, рычал и фыркал на неё всю неделю тащит её куда-то. Чего можно от него сейчас ждать?
Да чего угодно!
– Сергей Александрович, я… на самом деле… Я не хотела сбивать с ног вашу девушку…
Рокотов остановился в коридоре у служебного выхода, разворачивая Аню к себе лицом. Он еще в зале был потрясен тем, что так неожиданно встретил свою помощницу, а увидев её в таком неформальном одеянии, да еще и с ярким макияжем, вообще словно язык проглотил и не мог слова вымолвить. Сейчас же его взгляд был прикован к красным губам, которые то виновато поджимались, то словно бы обиженно надувались. Он понимал, что надо срочно начать конструктивный диалог, иначе совсем забудет, зачем притащил её сюда. Кстати, зачем?
– Анна Валерьевна, я так понимаю, отсутствие занятости на работе не идет вам на пользу, раз вы находите время на посещение подобных мест, – не сказал, а словно выплюнул первое, что пришло в голову.
Аня даже рот открыла. Её испуг и паника в миг улетучились, и на смену пришли удивление и негодование.
– Что вы имеете ввиду, Сергей Александрович? Если не ошибаюсь, сегодня выход-ной, разве нет? И позвольте уточнить: вы обвиняете меня в том, что я пришла в место, которого недостойна? Конечно, это же клуб для избранных, а тут мы своим рылом да в калашный ряд…
Аня выпалила всё одним потоком. Огонь ярости и какой-то безрассудной отваги с каждым словом её одиночного спича разгорался всё сильней, и когда она закончила последнюю фразу, то наступила какая-то странная неопределенная пауза. Рокотов смотрел на Аню каким-то затуманенным взглядом, девушка же похоже переваривала только что сказанные ею же слова. После полуминутной борьбы взглядов шеф вдруг сделал резкий шаг к Ане, и, оказавшись стоять практически вплотную, решительно схватил ее за плечи и притянул к себе.
13.
– Сееерж! – голос Полины словно ушат холодной воды подействовал на Рокотова. Он доносился совсем близко, и было совершенно ясно, что через мгновение его обладательница появится пред его ясны очи. Он быстро отпустил ошарашенную Аню, а когда из-за угла появилась её величество, он сказал:
– Обсудим ваше поведение, Анна Валерьевна, в понедельник.
И резко развернувшись, Сергей направился к Полине. Та хотела что-то сказать, но он быстро утащил её обратно в зал, оставив Аню наедине с собственным недоумением, что это сейчас было… Или не было ничего?
Да ну нет! Не может быть, чтобы шеф собирался поцеловать Аню. «Я скорее поверю, что он хотел откусить мне нос! – возмущалась своим же мыслям девушка. – Но тогда что он хочет обсудить в понедельник?» На спине выступил холодный пот.
Неизвестно, до чего могла довести Аню буйная фантазия, какие ужасы она могла себе нафантазировать, если бы её не прервал крик подруги:
– Анька! Ты здесь! Мамочки, я так испугалась! Чего ты тут делаешь? Что-то случилось? Тебя кто-то обидел? Приставали, да? – тараторила подруга, не давая вставить ни слова.
– Успокойся, Свет. Всё нормально, – Ане всё-таки удалось прервать её словесный поток. – Жарко стало, я вышла подышать.
– Ну ты даешь, подруга! Мы с Синицей весь клуб на уши подняли, а она стоит воздухом дышит.
– Свет, можно я уже домой поеду? Что-то не очень хорошо себя чувствую.
И это была правда. Аня чувствовала себя совершенно вымотанной этим днем. Сев в такси, она мысленно произнесла знаменитую фразу Скарлетт из любимого романа: «Я подумаю об этом завтра. Сегодня я слишком устала».
Рокотов лежал на диване в своей гостиной и смотрел на тусклую подсветку на потолке. Включать основной свет он не захотел, как и переодеваться, поэтому лег не на кровать, а на диван. Сколько прошло времени с тех пор, как он выйдя из клуба и наспех попрощавшись с Полиной, сел в такси, он не смог бы сказать даже примерно. Возможно час, а может уже скоро рассвет, и он пролежал без движения всю ночь?
В голове словно на повторе прокручивались моменты сегодняшнего вечера в клубе.
Вот он видит почти лежащую на полу Аню, замечает сначала её испуганные глаза, потом глаза оценивают полностью внешний вид девушки. Стройные ноги в обтягивающих джинсах, оголившееся плечо, видимо во время падения на пол, красивая маленькая грудь… Стоп, Рокотову же всегда нравились девушки с выдающимися формами? Но у неё идеальная грудь, он был в этом сейчас совершенно уверен. Но самое большое потрясение – красные губы! Они же просто невероятные!
Рокотов ужасно разозлился на Полину. Когда она начала выливать из своего грязного рта оскорбления в адрес его помощницы, Сергея прямо перекосило. Но он не мог в ту минуту показать, как ему мерзко всё это слышать, и решил увести Аню подальше от визжащей истерички. Как так получилось, что он вместо того, чтобы успокоить и посочувствовать бедной девушке снова стал на неё кричать, Рокотов не мог объяснить даже самому себе. То ли он испугался своей реакции на неё, то ли так было привычнее и проще с ней общаться, то ли он просто не знал, как можно с ней говорить по-другому. Начни он проявлять заботу, девушка ведь не поймет его, может даже испугается или подумает, что он пытается к ней подкатывать… Блин, но ведь он же и правда пытался подкатить! Нет, нельзя так сразу. Она точно его отошьет, и тогда уже ничего нельзя будет изменить. Нужно выждать время и как-то подготовить её к тому, что она ему нравится. Очень нравится.