Текст книги "Кольцо 2 (СИ)"

Автор книги: Иван Солин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 2.10

ГЛАВА 10

Ажурный зал Малого Пурпурного дворца в Летнем городе на седьмом королевском острове столичной планеты королевства Миренга.

– Что известно об исчезновении наследницы Бордовых?

– Ваше величество, это диверсия! Силами Королевской Службы Безопасности было проведено тщательное расследование. Обнаружен Дотаранский след!

– Какой ужас!

– Все СМИ уже нами извещены, и идет мощная информационная компания против агрессора.

– Невероятно. Мы выстоим?

– Всё под контролем, ваше величество. Единство не оставит нас. Вся прогрессивная общественность нас поддержит!

– Слава гиперу. А что, у нас в королевстве так свободно разгуливают шпионы империи? Чем занята КСБ?

– Ваше величество, сеть агентов Дотарана уже раскрыта и полностью ликвидирована! Это были смутьяны, которые в Гиперсети высказывали сомнения в мудром правлении вашего величества. В результате обысков были обнаружены символика Дотарана и граната. Бунтовщики уже дали признательные показания о том, как они самолично передали взрывное устройство и суммы подкупа, полученные от своих кураторов из Дотарана, нескольким фанатикам-смертникам. Которые, в свою очередь, поднялись на борт яхты наследницы Бордового Дома во время одной из остановок в пути. На наших ресурсах в сети эти видеоматериалы уже представлены к ознакомлению всему цивилизованному пространству Единства. Виновные казнены!

– А зачем Дотарану это вот всё?

– Ваше величество, враг стремится расшатать ситуацию в королевстве! Это его тактика. Лишение Бордового Дома единственного наследника нанесет нам мощный репутационный удар.

– Да? Ну раз вы говорите, советник… Ладно, я устал от дел. Позвать новых танцовщиц, эти мне уже надоели!

А покинув зал, советник Бофонэ́ связался со старым знакомым. Знакомым еще со времен своей учебы в престижном Ие́рьском университете в деспотии. Как раз перед серией невероятно популярных в народе журналистских расследований о произволе зажравшихся и потерявших любые берега чинуш в своей родной империи Дотаран. Бофонэ тогда ого-го как рубил правду-матку, обличал и вскрывал. А после, наработав у аудитории авторитет и веру, хотя правильнее Веру, наконец стал приносить пользу своим инвесторам. О которых, конечно же, всегда помалкивал, а то и рьяно отрицал их наличие, агрессивно отвечая разоблачительными материалами и на самих, имевших рыльце в пушку «клеветников». Такого вот превосходного медиаэксперта, по совету хороших друзей и партнеров из деспотии, в итоге и определили советником его величества короля Миренги, когда этот персонаж покинул империю, где на него завели уголовные дела. Ну что взять с держиморд. Голос правды не заткнуть!

– А, Бофонэ? Я ждал вашего отчета раньше, – ответил на звонок тот самый старый друг из деспотии. – Вы ведь всё ВЕРНО донесли до Ким Бы́на IV? Предложение о санкциях против Дотарана, я надеюсь, уже в ближайшее время будет внесено в Организацию Единого Единства?

– Вениамо́н, вы не представляете, каких усилий мне стоило убедить его величество в непричастности благословенного Дайронда! А то, во СКОЛЬКО мне стала операция по формированию четкого следа кровавого Дотарана, напрочь лишает меня сна и вынуждает срочно пройти дорогостоящую четвертую процедуру омоложения, так как мое здоровье уже не то!

– Дорогой друг, вы, как истинный борец за свет и правду против тьмы, произвола и несправедливости – очень нужны НАМ, всему прогрессивному пространству Единства, что стремится к светлым идеалам свободы! И деспотия Дайронд, конечно же, возьмет на себя все финансовые издержки по этому вопросу для своего столь полезного гражданина, который, безусловно, продолжит своё такое нужное и важное сейчас дело борьбы с тиранией. Да! Сразу же, как только в ОЕЕ поступит предложение о санкциях против Дотарана.

– Вениамон, вы режете по живому, мое слабое здоровье не выдержит такой нагрузки. Я едва выстоял бой против амбиций и боевых порывов молодого короля, а вы просите меня броситься в пасть разъяренному юному хищнику, что жаждет активных действий и во ВСЁМ разобраться самостоятельно. А ведь это так некстати нашему замечательному Дайронду, оплоту света и справедливости.

– Сколько?

– Таки ловите.

– Да вы с ума сошли? Нам дешевле выйдет, например, новую внеранговую матку построить. Со всей ее ударной группой. Ну и отправить решать вопрос с Саамари́йским пиратским картелем.

– Максимум 1 ранговую. А про картель – не смешите меня. Уж кому-кому, а…

– Вы забываетесь, Бофонэ! Это тут не причем. Значит так. Сокращаем ваши аппетиты в два раза, и вы обеспечиваете 33 % корпорации Наха́пайТех на моего сына, тогда мы принимаем условия.

– Это на которого?

– Не выёживайтесь, Бофонэ, вы же знаете, что у меня только младшенький остался без Миренгских вкусностей. Убедите вашего короля исправить эту досадную оплошность. Ну или не говорите, а сами сделайте как-нибудь там. Не в первый же раз, в конце концов.

– Он такой же мой, как и… Ладно, договорились, господин вице…

– Ах, оставьте этот подхалимаж, Бофонэ. Нам с вами еще работать и работать. Жду отчета. До связи.

– До свя… – не успел ответить борец за правду и идеалы свободы с не единственным, как видно, гражданством. Ну или подданством.

Не откладывая, он вызвал на связь своего секретаоря.

– Отправляйте, Лергимо́.

– А как же его величество? Без его…

– Лергимо, я не намерен повторять два раза. Обращение в ОЕЕ будет от имени министра сельского хозяйства. Вы вообще читали моё указание? Мне уже стоит начинать искать более компетентного секретаря?

– Никак нет, ваше превосходительство. Всё уже выполнено. Прошу проще…

Дослушивать подчиненого советник его величества короля Миренги не стал. У него было гораздо более важное дело. Он уже планировал стратегию для новой беседы с давним знакомым из деспотии. А беседа эта непременно состоится ввиду такой досадной бюрократической ошибки. Кто ж от лица такого, совсем не профильного министра отправляет-то обращения в ОЕЕ. В ходе же предстоящей беседы Бофонэ был намерен получить не в два раза меньше, а чуть более приближенный к первоначально озвученному вариант. Что касается национальных корпораций, то у Миренги их много, да и родственники у Вениамона еще найдутся.

****

– Ах… Миха… твои крепкие тентакли превращают меня в разнузданную и похотливую игрушку, – задыхаясь в экстазе, прохрипела измотанная красотка, чье прекрасное тело покрывал бисер капелек пота от жарких утех, пока обладатель тех самых, столь успешных ныне в дамской среде тентаклей, активно капитализировал свое влияние с аристократическими потаскухами, перетоптав уже в этом курятнике всех кавалерш и баронесок.

Миша, теша свое рабоче-крестьянское эго, умышленно глумился над трясущимися за свою шкуру и прекрасно осознающими перспективы этими скользкими великосветскими дрянями. Мужики приносили ему невиданные капиталы, покупая «билет в первый класс», так сказать, а дамы умело работали тем инструментарием, что наделила их природа, отрабатывая скидку, но при этом тоже основательно обогащая Селина.

Разумеется, без гиперсвязи доступа к банковской сети не было, но контракты, по которым кавалер Селин оказывал консультационные услуги ОЧЕНЬ за дорого, активно заключались, причем на таких условиях, что аннулировать или обжаловать их уже не выйдет. Юридические базы, кои с невероятной скоростью были «проглочены» Михаилом, весьма способствовали этому.

– А ты куда собралась? – подтащил тентаклей за ногу уже уползающую на четвереньках, чтобы отлежаться где-нибудь в сторонке, роскошных форм, кажется, баронессу, которая уже не способна была чувствовать с той же остротой, как в самом начале, а физическая усталость более не позволяла ей с той же резвостью придаваться порокам.

– Пощады, – проскулила обладательница титула и форм.

– Ага, шаз. Я еще не всё испробовал, – и два розовых блестящих образования, которыми так ловко управлялся с высокопоставленными особами Михаил, устремились к своей жертве.

На Меноре сейчас отчетливо вырисовывалось две силы. Собственно «сила» и «статус». К первым можно отнести тысячи вооруженных и пипец каких опасных вояк с «нижних палуб», и не факт, что сотни гвардейцев и мутные СБ’шники в итоге не примкнут к ним, а останутся верны ее сиятельству. Ну а ко вторым – всех тех, кто живет среди садов, водоемов и под имитацией неба со светилом, ну и, понятное дело, управляют Искинами, а значит, всеми системами яхты.

Особняком тут стоят экипажи тех кораблей эскадры, что и формируют яхту. Не все они, конечно, но немалая часть. Это те специалисты, которым столетиями предстоит обеспечивать функционирование всего, его обслуживание и ремонт, ну и производство множества необходимого в столь долгом полете. Так вот они – будут в максимальной безопасности, в отличие от бесполезных, но предельно опасных силовиков и не менее бесполезных, но управляющих всем тут пассажиров. Хотя правильнее сказать, пассажирки. Ее сиятельства. Остальных можно под нож или в бордель.

Да, на корабле больше мужчин и бордель нужен «уже вчера». Тысячам живущих, пусть и во вполне комфортных условиях, но ни в какое сравнение не идущих с роскошью центральной, пассажирской части корабля, да еще и под гнетом полного отсутствия перспектив – необходимо хоть что-то для поднятия морального духа. Одним подавлением гормонов тут не обойтись.

По уму, стоило бы устроить в роскошной пассажирской зоне, со всей ее природой и просторами, эдакую территорию отдыха для ВСЕХ. Но безопасники не пойдут на это, так как данная зона словно крепость, хотя навряд ли бунты предусматривались конструкторами, но всё же. В масштабах яхты это по-любому стратегической важности зона, превращать в проходной двор которую никто не отважится.

Вступать же в конфронтацию с СБ и гвардией, кои, между прочим, базируются здесь же, серому кардиналу Мише не очень хотелось. Эти-то постоянно начеку и во всеоружии.

Да, обитатели «нижних палуб», безусловно, могут представлять угрозу, но Селин отчётливо понимал, что подтолкнуть Медару к указанию Искинам на их нейтрализацию, пока те еще не ожидают и не готовы, он навряд ли сможет. Ему всё же нужны были вокруг себя тысячи разумных для восполнения резерва. Да и становиться причиной такого количества смертей ему было, мягко говоря, не по себе. Однако он отчетливо осознавал, что без тысяч штурмовиков, десантников, пилотов, техников, обеспечивающих боевой потенциал эскадры, их ныне ковчег вполне себе обойдется. К тому же среди них, как-никак, есть специалисты по спецоперациям и абордажу. Те, кого учили, и за чьими плечами уже немалый опыт захватывать и контролировать корабли противника. И если в такой вот массе выкристаллизуются лидеры, которые решат завладеть яхтой, то каким бы замечательным и современным ни был центральный Искин 4 поколения, какими бы мощными и эффективными противоабордажными и прочими системами безопасности не оснащалась Менора, но кровавая баня и разрушения в итоге если и не приведут к захвату, то превратят дальнейшее существование в, скорее всего, невыносимое.

В общем, выбор Селину не нравился. Был он не самый богатый. Либо взять и, пока есть возможность, а обитатели «нижних палуб» не в состоянии боевой готовности – потравить их, или усыпить, парализовать, расчленить их массы и заблокировать по частям, отрезав от скафов и прочего оборудования, чтобы уже так уничтожить. Либо же, теша свою мораль и чувства – ждать, пока они не придут во всеоружии, и тогда их уже никакие системы безопасности с действиями Искинов не остановят.

Можно, правда, самому сыграть на опережение и возглавить восставших. Хотя Селин прекрасно понимал, что он не хитроумный интриган, и навряд ли сумеет удержаться на вершине в качестве явного, официального лидера. Поэтому в таком случае важно как минимум стать бунтовщикам полезным, чтобы снова «прилипалой» пристроиться при ком-то, лучше даже не главаре, а то сколько их ещё будет.

Что же касается обитателей пассажирской зоны, а это, помимо сотен не менее опасных чем вояки гвардейцев с вездесущими коварными безопасниками, ещё недавно высокопоставленные пассажиры голубых, так сказать, кровей, которых всего под сотню наберется. Их положение, как несложно понять, самое шаткое, а потому они активно стараются всячески засвидетельствовать свою полезность самым влиятельным особам «центра», как правило в лице Пса ее сиятельства. Кто как мог старались.

Они ведь прекрасно понимают, что здесь и сейчас они уже не аристократы, и за ними более не стоят их влиятельные роды и высокопоставленные покровители. Они теперь всего лишь те, кому посчастливилось оказаться близ отдающих команды. Даже не рядом с ее сиятельством наследной графиней Бордового Дома, а рядом с просто женщиной, у которой коды от Искинов эскадры. Всем было очевидно, что когда, или даже если, их потомки прибудут в цивилизацию, то будут уже никем. Возможно, по судам или во избежание скандалов этим вот детям космоса и удастся вернуть хоть часть былого статуса, но ведь к тому моменту на местах их пропавших без вести родителей будут сидеть уже другие вельможи. Ну а теми активами, которыми так щедро сейчас расплачиваются с Михаилом за неясное будущее своих не родившихся еще детей, тогда будут распоряжаться уже другие.

Вот поэтому-то Селин, отлично понимая положение этого балласта, ценность которого стремится к нулю, милостиво принимал их угодливое «подмахивание».

– Э, ты чё там, отключилась? Подъем давай. Потом спать будешь. Я еще не всё.

– Мвамвумваа, – что-то невнятное ответила подопытная и снова обмякла.

– Мда. Придется еще одну брать. Эй ты, как там тебя. Опять твоя очередь. Ползи сюда.

Не то чтобы Селин уж совсем поехал кукухой от власти и вседозволенности без последствий, просто он, освоив медицинские базы, пытался совместить свои возможности морфа с познаниями в биохимии. Да, он тупо и бесцеремонно использовал некогда аристократок как подопытных, разрабатывая некое подобие наркотика, который стал бы заменой Внушению. Раз с магией в космосе не очень, то необходимо заменить ее на химию. А уже после, когда Медара плотно подсядет на Мишу, он сможет более спокойно пережить бойню и сокращение саоей «кормовой базы», питающей его резерв. А избежать ее навряд ли выйдет. По-любому рано или поздно кто-нибудь устроит резню за место под солнцем, пусть и искусственным.

Зачем совмещать фармацевтические изыскания с оргией? Так что же, как не момент сексуального удовольствие, является столь бурным периодом выброса в кровь всевозможных веществ, и что еще нужно для более показательной картины в работе его нового и очень уж экспериментального препарата? Нет, он мог бы устроить подопытным боль и ужас, когда кровь тоже изрядно бурлит, но он же не бесчувственный урод. А так: и дамочкам хорошо, и ему польза.

– Ну что же, попробуем теперь образец 34. Эй, ты, в куда больше любишь, а?

****

Фрагмент стенограммы совещания главы Бордового Дома и наместника соответствующего сектора королевства Миренга графа Лидан с его доверенным лицом бароном Лума́рус.

…

Лумарус: Ваше сиятельство, по делу вашей дочери всё указывает на причастность корпорации Метадро́н, которая является постоянным поставщиком нашего флота. Вскрылись фальсификации отчетов о реальном техническом состоянии гипероборудования их производства. За взятки это скрывалось нашими техниками и инженерами.

Лидан: Но ты не веришь в это, Керж, не так ли? Мальчик мой, за эти годы я уже достаточно изучил тебя, поэтому давай начистоту. И называй меня как всегда, хоть ты и не мой сын, но вырастил-то Я тебя.

Лумарус: Да, Парир. У меня нет никаких фактов, но я не могу отделаться от ощущения, что нам специально выпячивают мелкие и присущие всем производителям грешки, как первопричину произошедшего. Истинный же виновник этой мастерски проведенной спецоперации – где-то в тени. Я не владею всей полнотой информации для полноценного заключения, но нас определенно водят за нос.

Лидан: Гм, гипероборудование, значит? Дай подумать.

Спустя 3 мин. 47 сек.

Лидан: Проверь корпорацию Костио́н. Мы предпочли их конкурента, как раз Метадрон. Но будь предельно осторожен. Мы не можем позволить себе конфронтацию с одним из крупнейших поставщиков в королевстве. Нам сейчас не нужно обострение с теми, кто уже одной ногой в высшей лиге транскорпораций.

Лумарус: Я всё понял, Парир.

Лидан: Ладно, этот вопрос отложим. А что там с моими родственниками? Как они отреагировали на мою, хм, болезнь и затворничество?

Лумарус: По поводу родственников. Всё идет по плану. Как и предполагалось, ветвь Ли́гус в сговоре с Ли́кус. Ли́бус настойчиво просят аудиенции. Ли́вус выжидают.

Лидан: Ха-ха. Верный пёс Пери́л Либус в своем репертуаре. Верными ему и быть при новом наследнике. Мидро́р Ливус, став Лива́н, будет хорошим главой. Ему всегда хватало выдержки и здравомыслия. Остальные смирятся. Они всегда были шумные, но безобидные. Котиусы с кем?

Лумарус: Глава рода – с вами. Старый барон Альдор Котиус вновь возложил на себя главенство. Детей он разделил между ветвями. А Жиронд Котиус, после исчезновения вашей дочери и краха его планов на брак с ней, бежал. Альдор, как он утверждает, не успел принести его голову вам, но низложил сына, вместо него теперь заняв место главы.

Лидан: Хитрые твари. Конечно. Сбежал он. Хм. Но именно такие они и нужны нашему Дому. А эти их игры в наследие Черных легко поломать информацией об их полном генетическом несоответствии с Черными. То, что когда-то выживший из ума Котиус Черный на старости лет усыновил своего якобы бастарда, еще не говорит о том, что тот был именно ЕГО. Ха-ха-ха. Ладно, Керж, у меня еще много дел. Я не могу оставить Дом ослабленным и, тем более, недостойному. Иди. Бордовые незыблемы!

Лумарус: Бордовые крепки!

…

Прекратив изучение информации, полученной с нейросетей рабынь, которые обслуживали собеседников, аналитик корпорации, специализирующейся на производстве рабских имплантов, задумался. Задумался обо всем этом, ну и о той выгоде, которую это вот сулило их крупнейшей транскорпорации, бывшей сейчас на 14 месте в рейтинге Единства. А подумать было о чем, так как всё это могло весьма поспособствовать карьере задумчивого аналитика. И именно за ним было окончательное решение: пускать ли в дело всё то, что выдали ему аналитические Искины. Именно он будет рисковать своей головой, передавая наверх это вот всё.

На лицо сорвавшаяся операция Бурление, которую аналитик курировал, а целью ее было: руками прикормленных Дотаранских и Дайрондских шпионов организовать точку напряжения на месте Бордового сектора. И операция уже приближалась к кульминации, пока не влезли мелкие мстительные твари из Костиона, в итоге похоронив столь великолепно продуманный план, а возможно и карьеру аналитика. Всё это, разумеется, очень раздосадовало комбинатора. И вот сейчас, ему предстояло спланировать что-то новое, что позволит ему реабилитироваться в глазах руководства и наконец получить то заветное повышение.

Глава 2.11

ГЛАВА 11

Сообщение от Искина поступило очень невовремя.

«Да блин, ну чего там стряслось-то? У меня ж как раз всё получаться стало», – негодовал Селин, отталкивая ее сиятельство, так умело где-то в районе ширинки создававшую приятный фон для непростых научных изысканий мыслителя.

Ознакомившись с сутью проблемы, а то, симптомы чего были изложены в докладе Искина, являлось именно проблемой, Селин произнес вслух:

– Так, Механизма, ну-ка, список мне идентификаторов нейросетей всех тех, кто был в той секции, когда там врубили глушилку, – отдал Селин указание проекции личности Искина, как только было произнесено столь странное её имя, тут же проявившейся благодаря дополненной реальности, а потому видной лишь хозяину нейросети. Ну или ещё кому-то, кто вовлечен в диалог. – По-бырику давай!

Да, все верно, Миша предпочел именно такой вот, слегка развязный и несколько залихватский способ коммуникации с личностью Искина, что живо напоминало ему отечественную фантастику, а не принятую тут рациональную скукоту, когда максимально быстро «кодят» запросы по мыслесвязи. Раз Искины 4 поколения вполне позволяют поболтать с их довольно развитыми и творческими личностями, то почему нет.

– Создатель, – был ему ответ эдаким робоголосом. И да, Селин излишней скромностью не страдал. – Вероятность того, что зафиксировано действие глушащего оборудования составляет…

– Так, харэ выдрючиваться! Базарь нормально, – изучая уже предоставленный список, вступил Миша в традиционную словесную перепалку с «искинихой», которая, ввиду своей чересчур развитой личности, была способна определять, когда стоит пошалить, отыгрывая «убить человеков» и HAL 9000, а когда админ не в настроении. И сейчас ошибки не было.

– Мишаня, это ж полный алес! Если эти крысы решились, то надо решать с ними, – переключилась с механического голоса на вполне себе живой и забавный говорок довольно милая конопатая девчонка с хвостиками, как визуализировала себя личность системы Искинов 4 поколения после вмешательства Селина, ну и им же наделения её странным именем «Механизма».

– Да знаю я, лапа. Вон, почти все СБ’шники и треть Золотых, ска, Соколов там зашхерились и мутят что-то. Бриллианты у них, знать, мелкие(сплюнул). Я б ещё понял, если бы «мазута» с нижних этажей. А тут эти… Что ж, сами напросились. Значит так, тревоги не поднимаем. Всё произошедшее держать в тайне! – начал засуетившийся Миша отдавать указания смешной девчонке, доставшей из-за уха карандаш и, послюнявив его, с чуть высунутым языком принявшейся что-то записывать в затрапезного вида блокнот. – Далее, тот сектор – заблокируй, и сама отруби им связь. Так, потом. Всех, кто поблизости – перенаправь куда-нибудь с заданиями так, чтобы это не вызывало недоумения и подозрения. С этим всё. Теперь ты, Медара, Механизма проведет тебя по безопасному «коридору» к убежищу. Возражения не принимаются. Всем исполнять!

– Любовь моя, – бросилась обниматься, прощаясь как в последний раз, графиня.

– Прекратить истерику! Ну всё-всё, малыха. Давай, мне нужно порешать с бунтовщиками. Обещаю, буду осторожен. Ме́ха, гравицикл мне!

Прекратив эти розовые сопли, распрощавшись и следом вскочив на поданый транспорт, Селин рванул к ближайшей оружейке.

– Хрен им, а не Мишу Селина! Прорвёмся! – подбодрил он, скорее, сам себя на прощание.

Убежище, которое было весьма неплохо оборудовано и имело приличные запасы всего необходимого, было, в обход всех схем и планов, а также без ведома техперсонала, выстроено посредством всемогущей сопли, простите, внешней инфраструктуры нейросети Ар. Размещалось же оно на дне «моря» и стройматериалом выступили нагромождения полимера, что имитировали подводный грот и скалу.

Да, было там и такое.

Попасть в тайное убежище можно или просто нырнув и пройдя шлюзование, или же по техническому лазу в неожиданном месте, опять же, не зафиксированном нигде. Если на Меноре начнется большой писец, то там в полной безопасности можно прятаться пока… но об этом позже.

Что ж, графинька уже в безопасности, поэтому Селин решил действовать. Не то чтобы Медара вызывала какие-либо серьезные чувства у него, но девчонка стала ему довольно близка. Красивая, умная, решительная, интересная, хм, послушная. Пусть и лишь благодаря Внушению, а также не выветрившемуся экспериментальному препарату под названием Мишаниум.

Детсад? Кто ж спорит-то.

С наркотой для своей рабовладелицы, к слову, Миша пока прекратил эксперименты, когда в ходе работы над «зельем» натолкнулся на интересные возможности, которые, вполне вероятно, позволят даже произвести ремонт гипероборудования!

Дело тут в том, что после разучивания инженерных баз Единства, которые в том числе требовались для грамотной постройки убежища, ну и когда Михаил практиковался, чтобы на, образно говоря, догмы Единства посмотреть по-новому с высоты Ар, так сказать, он столкнулся, и в очередной раз был поражен той ложью, что пронизывает все технологии этого самого Единства. Оказалось, что нереально дорогостоящий промышленный синтезатор отличается от какого-нибудь имеющегося в «каждом доме» копеечного утилизатора или же дешманского пищевого синтезатора лишь своим ПО и вычислительными мощностями, под управлением которых и работает. Внутри же у него (барабанная дробь) соплеподобная масса, которая суть колония нанитов, весьма схожих с теми, что может теперь создавать наш Сеятель. Та самая внешняя инфраструктура.

Таким образом, подключив, к примеру, любой утилизатор, коих везде полно, к не самому могучему Искину и запустив всё это под нормальным ПО, можно хоть звездолеты производить. Были бы материалы и разработанные инженерами шаблоны строящейся техники. Про энергопитание всего этого и говорить особо нечего. Но если что, преобразование материи в энергию – это базовая функция внешней инфраструктуры Ар.

Понятное дело, что Селину нет никакой нужды переделывать утилизатор, ибо у него и без того есть альтернативы. Речь как о полноценном промышленном синтезаторе на корабле, так и своей внешней… о капельках слизи с нанитами собственного производства. Вот только на первом всё «залочено», то есть представляющее коммерческую тайну гирероборудование не сделаешь. Но даже сняв все блокировки средствами Ар, ничего не выйдет, ибо нет ничего такого в шаблонах. А вот для второго, для капельки, как раз нет особого материала, необходимого для столь специфического устройства как гипердвигатель.

И тут оказавшийся в тупике Селин, как ему показалось, нашел способ обойти проблему с отсутствием нужного материала, когда игрался с химией, разрабатывая этот свой Мишаниум. Внезапно.

Именно в тот момент, когда он этим занимался, умелые губы Медары дарили ему вдохновение, а Механизма свои вычислительные мощности, как раз и поступило уведомление о подозрительной ситуации, поэтому-то пришлось прерваться.

Что касается Механизмы, то, помимо уймы инженерных баз, Селин также освоил и множество, как говорится, АйТи’шных. Всё же вычислительная мощь никакому инженеру лишней не будет. Поэтому через ее сиятельство организовал себе права на доступ и управление Искинами эскадры.

Знания из баз Единства, хоть и были весьма «около» тех возможностей, что предоставляли технологии Ар, но полезное всё же позволили извлечь. Теперь все Искины, не утратив свой основной, штатный функционал, после активации и задействования некоторых возможностей по технологиям Ар, были объединены в единую систему и создали новую личность, которую, не долго думая, Миша и обозвал Механизма. Девочка же.

Он даже провел сканирование своей памяти, что обычно применяют при создании баз знаний, ну и на основании сего массива данных сформировал личность Мехи, как он иногда для краткости ее называет. Облик, поведение и лексикон она приняла сама, основываясь на вытянутом из головы Миши.

Хитрая особа получилась. Но до невозможности забавная и даже милая. Ох, чует сердце, еще аукнется эта забава нашего расзвиздяя, как минимум, Единству.

Сейчас же, на своем верном гравицикле и в сопровождении толп дроидов, командир Золотых Соколов спешил решить вопрос с, предположительно, бунтовщиками, в числе которых СБ’шники и часть гвардейцев, преимущественно дворян из его 1го отряда. Разумеется, Михаил понимал, что соваться туда одному – это, мягко говоря, неумно, но он никому из формально подчинённых не доверял.

Да, рув пользовался лишь снисходительным уважением у «своих» Соколов. Мол, надо же, какой молодец, забавная зверушка. Но для командира нужно вовсе не это.

Он бы, конечно, мог, применяя уроки истории, сформировать новую элиту. Свою собственную, всем обязанную лишь ему. Поднять, например, по тревоге несколько отрядов штурмовиков с «нижних палуб», ну и дать им шанс заслужить себе, пойдя за ним, статус и перспективы. Да то же дворянство, в конце концов, которым ее сиятельство щедро бы наделила своих защитников. Но Михаил не был уверен и в армейцах. А запустив их в полном оснащении в центральную пассажирскую зону, изрядно рисковал и сам получить удар в спину.

Кто он такой для них? Кто им будет дороже, графинькин пахарь или боевые товарищи? А ее сиятельство потом можно будет настоятельно убедить отдать коды к Искинам и смиренно удалиться… в скит.

Но Селин пёр сам не только из-за паранойи. Он нынче был уверен в своих силах и умениях. Всё же после реставрации неросети он получил возможность к неограниченному более развертыванию того, что в Единстве именуют имплантами. Пречем, куда круче доступных там. И теперь, усиленный скелет Селина, его мощные, прочные и быстрые мышцы, ускоренная нервная система, ну и другие модификации, что стали поверх улучшенного тела морфа – делали Михаила гораздо более эффективным, чем любой другой напичканный дорогущими имплантами модификант из тех же Золотых Соколов. Хотя, как уже неоднократно говорилось, импланты это фейк, и у их владельцев всего лишь активирован определенный функционал и развернуты новые элементы внутренней инфраструктуры. Однако у Селина всё это гораздо лучше, так как работает как положено и под родным ПО, а не кое-как под корявой левой прошивкой. Хотя и некоторую свободу в принятии форм морфа он теперь утратил. Точнее сказать, более глобальные преобразования будут происходить значительно медленнее.

Помимо же уверенности в своем теле, ещё и знания профи из множества баз, поглощеных в невероятно малые сроки, значительно повышали боевой потенциал нынешнего Михаила. На несколько порядков быстрее учиться – это, мягко говоря, многого стоит.

«Меха, милая, впусти-ка меня», – отдал указание Селин, приблизившись к границе той зоны, внутри которой были обнаружены признаки работы глушилки, и если бы подобное не отслеживалось, единой ныне для всех Искинов эскадры, системой Механизмы, то, скорее всего, осталось бы не замечено.

Хитроделанные СБ’шники всё еще полагают, что они рулят системами безопасности и могут спокойно подтирать информацию о своих идентификаторах, собираясь для несанкционированных митингов и бесконтрольно применяя свое спецоборудование. Ага щаз, Механизма оставила работу всех систем эскадры неизменной, и те кто думал, что именно ОНИ админы, так и продолжают думать. Однако всё изменилось, и теперь именно у Селина в руках весь контроль!

Проникнув внутрь, Миха направил вперед разведдронов. Их задача, даже попав в зону глушения сигналов, продолжить работать автономно, чтобы, находясь в зоне прямой видимости друг-друга, мощными направленными лучами обеспечить бесперебойную связь. Селину пока нет нужды соваться дальше, а всё интересное он увидит «глазами» разведчика, который будет оставаться на связи посредством такого вот «моста» из нескольких собратьев. И всё не взирая на работу мощной глушилки 4 поколения. То есть той, что оснащена хоть и весьма малым, но не слабым таким Искинчиком-четверочкой, который способен на лету подстраиваться под изменения обстановки и корректировать свои действия, переигрывая в РЭБ своих оппонентов, которых, собственно, и нужно заглушить.