Текст книги "Некромант Империи. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Иван Гримкор

Соавторы: Дмитрий Лим
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Я видел, как она борется сама с собой – сестринская любовь против страха перед неизвестным, привычная картина мира против новой реальности, где её младший брат оказался некромантом.

– Мне нужно побыть одной, – она сделала еще один шаг назад. – Я должна подумать. Обо всем. О том, кто ты… что ты… – её голос сорвался.

Она развернулась и быстро зашагала к особняку. Я смотрел ей вслед. Что ж, я знал, на что иду. Осталось только надеяться, что родовая кровь Волконских окажется сильнее предрассудков…

* * *

– И почему именно я должен помогать тебе ловить этих тварей? – проворчал я, в очередной раз заглядывая под парту. – Ты разбил колбу, ты их и напугал.

– Это не я! – возмутился Костя, пытаясь достать одного из бегунцов из-за шкафа. – Эта колба сама упала!

– Ага, конечно. Прямо сама взяла и спрыгнула со стола, – я скептически хмыкнул, вспоминая, как профессора Травникову чуть не хватил удар, когда она увидела разбитую колбу и разбегающихся во все стороны бегунцов.

Эти мелкие паршивцы, больше похожие на ожившие клубки мха на тонких корневых ножках, оказались настоящим кошмаром. Стоило только протянуть руку – и они молниеносно перебирали своими лапками, исчезая быстрее, чем ты успевал моргнуть.

– Слушай, ну откуда я мог знать, что эти комочки такие пугливые? – Костя заглянул в очередной горшок с фикусом.

Мелькнувшее в углу движение заставило его замолчать. Один из бегунцов, видимо решив, что опасность миновала, осторожно высунул свою мохнатую головку из-за горшка с геранью.

– Слушай, – Костя внезапно стал серьезным, – а что там с твоей сестрой? После того случая…

– Избегает меня, – я пожал плечами, продолжая осматривать кабинет. – Все четыре дня – ни слова, ни взгляда. Но, похоже, она никому не рассказала. Иначе мы бы уже были… очень заняты объяснениями с властями.

– Может, не стоило ей говорить? – в голосе Кости прозвучало сочувствие.

– Увидим, – коротко бросил я.

В этот момент тишину разорвал пронзительный вой сирены. Мы синхронно прижали ладони к ушам, морщась от резкого звука. Я метнулся к окну – внизу творился хаос. Студенты в панике выбегали из корпусов, зажимая уши руками.

– Что это может значить? – Костя нервно поглядывал в окно. – Думаешь, та тварь из коридора вернулась?

– Если бы она была не устранена, зачем тогда было возвращать студентов? – я покачал головой. – Хотя в этой академии возможно все.

Мы выглянули в коридор. Поток студентов напоминал встревоженный муравейник – все куда-то бежали, толкались, пытались перекричать сирену.

– Может, нам стоит пойти со всеми и закрыться в аулитории? – Костя нервно оглядывался по сторонам. – Как-то не по себе от этой сирены.

– Скучно отсиживаться, – я усмехнулся, утягивая его за угол, когда мимо пронесся Полозов, на ходу отдавая приказы преподавателям.

Мы нырнули за массивный гобелен, пропуская группу студентов, которых загоняли в аудитории.

– Да зачем мы вообще прячемся? – простонал Костя, когда шаги стихли.

– Потому что сидеть и ждать – это последнее дело, – я выглянул из-за гобелена. – Что-то здесь происходит, и я хочу знать что.

– Знаешь, – Костя понизил голос до шепота, придвигаясь ближе, – когда иномирцев еще истребляли, существовала специальная тревога. «Осторожно, иномирец» – всех с детского сада учили, что делать, когда её слышишь. Сразу бежать в укрытие и не высовываться.

Мы двинулись дальше по коридору, лавируя между преподавателями, которые как пастухи загоняли перепуганных студентов в кабинеты. Пару раз пришлось резко сворачивать в боковые проходы – некоторые учителя были слишком уж ретивыми в выполнении приказа «никого в коридорах».

За очередным поворотом мы чуть не врезались в Катю и лекаря Ефима. Сестра миновала меня взглядом, словно меня не существовало.

– О, а вот и вы, – сказал Ефима. – Идите за нами.

Они повели нас по широкой каменной лестнице, уходящей глубоко под землю. Древние ступени, отполированные тысячами ног, поблескивали в тусклом свете.

– Куда нас ведут? – Костя нервно оглядывался. – Что мы опять сделали?

– Сейчас все узнаете, – коротко бросил Ефим. Катя продолжала хранить ледяное молчание.

– Нам дали задание набрать самых сильных студентов, – лекарь наконец соизволил пояснить. – Сейчас нужен каждый.

– Что, мало взрослых? – я окинул взглядом древние своды. – Академики, гвардейцы, служба безопасности в конце концов…

Помещение, в которое мы спустились, поражало своими масштабами. Высокие потолки терялись во мраке, массивные колонны из серого камня поддерживали арочные своды.

– Нужно собрать все силы, которые есть, – Ефим говорил, не оборачиваясь. – Да и в академии всегда студенты участвуют в таких инцидентах. Дмитрий… нужно относиться к академии как к семье.

У дальней стены уже собралась внушительная группа – академики, вооруженные до зубов гвардейцы в черной форме, директор и Полозов. Все выглядели предельно серьезными, переговариваясь вполголоса. Что-то подсказывало мне – ситуация куда серьезнее, чем может показаться на первый взгляд.

Подойдя ближе, я заметил за спинами собравшихся нечто странное – огромную сферу, похожую на гигантский шар для предсказаний. Внутри обнаружилось подобие жилой комнаты – кровать, стол, стул, даже импровизированная уборная, отгороженная тканью. Но куда больше меня заинтересовала обитательница этой клетки.

Девушка сидела неподвижно, глядя в одну точку. Её глаза приковывали взгляд – абсолютно красные, без зрачков и радужки, словно наполненные живым пламенем. Такие же огненные волосы струились по плечам – не просто рыжие или медные, а именно пылающие. Даже сквозь толстое стекло сферы я чувствовал пульсацию иномирского стержня внутри неё.

– У нас очень сложная ситуация, – директор обвел взглядом собравшихся.

– Да каждый год одно и то же, – раздраженно бросил один из академиков. – Попадается иномирский студент, который нестабилен со своими наполеоновскими планами и портит всю статистику!

Он подошел к сфере и постучал по стеклу:

– Что тебе надо⁈ Эй! – Девушка даже не шелохнулась. – Что тебе спокойно не училось, захотелось выделиться? Чертовы иномирцы!

Его кулак с грохотом обрушился на стекло.

– Успокойтесь! – резкий окрик директора заставил академика отступить.

Мы с Костей переглянулись, не понимая, что происходит.

Катя повернулась к Косте, демонстративно игнорируя мое присутствие. Её голос звучал с той особой холодностью, которая бывает только у глубоко разочарованных людей:

– Регулярно, сколько бы наш директор не старался сделать из иномирцев мирных людей, чтобы на них не смотрели как на врагов, не боялись, помогал им, пытался объяснить, как нужно жить, чтобы опять не началось войны… Постоянно попадается какой-то нестабильный идиот, который хочет выделиться, нагнуть весь мир и стать чуть ли не императором.

Она горько усмехнулась:

– Хотя, казалось бы, зачем? У них и так больше силы, чем у магов нашего мира. Но нет – для того, чтобы стать еще сильнее, они впускают в свои тела души всяких полководцев, богов, магов, архимагов и прочую мощную шушеру. Вон, десять лет назад… – она сделала паузу. – В тело подростка попал бог и устроил войну. Востановил род, но не остановился, пошел войной на соседнюю область и убил десять тысяч человек. Все это было в Финском княжестве.

Лекарь кивнул в сторону сферы:

– Эта студентка с третьего курса. Ничего не предвещало беды – спокойная, отличница…

Я всмотрелся в пленницу внимательнее:

– Да её сейчас от мощи разорвет!

– Вот именно, – кивнул Ефим. – Она с кем-то заключила контракт. И теперь стала нестабильной. Помните ту черную тварь, когда всех отправили домой? – он сделал паузу. – Это была она, просто приняла человеческий облик.

– А зачем тогда сирена? – Костя нахмурился. – И почему студентов пустили обратно, если здесь опасно?

Ефим тяжело вздохнул:

– Директор не хочет, чтобы это выплыло наружу. А если закрыть академию начнутся вопросы. Тогда… здравствуйте новые гонения иномирцев, а проблем и так слишком много. Еще один такой случай и… – он не договорил. – А сирена, потому что это, – он кивнул на сферу, – перешло в новую форму.

– Я раньше такой студентки не видел, – заметил я, пытаясь вспомнить её лицо среди других учащихся.

– И не увидел бы, – Ефим покачал головой. – Это нечто внутри неё полностью изменило её внешность.

– По сути её нельзя убить, она слишком сильна, – продолжил Ефим. – Держать её здесь тоже опасно. Сейчас директор и остальные будут решать, что с ней делать, сообщать или нет империи.

– А почему не сообщить? Чего мы ждем, пока она перебьет всех наследников знатных родов? – я скрестил руки на груди. – Пусть империя разбирается. Зачем нам эта бомба замедленного действия?

– Дим, ты не понимаешь… – Ефим покачал головой. – Министерство магии только и ждет повода объявить иномирцев врагами и вне закона. А если начнется война, погибнут тысячи. Иномирцы сильнее наших магов, их начнут истреблять…

– Ну и пусть истребляют, – бросил я, чувствуя на себе взгляд Кати. – Почему ректор так за них держится?

Ефим только пожал плечами. Я шагнул ближе к сфере, и в этот момент девушка заметила меня. Её глаза вспыхнули ярче, словно в них плеснули масла. Воздух внутри барьера начал сгущаться, наполняясь алым свечением. Она медленно поднялась – её движения были неестественно плавными, будто она парила над полом.

Первый удар был беззвучным – просто волна чистой энергии, от которой задрожали стены. Красные импульсы били в барьер один за другим – не огонь, а концентрированная мощь, чистая энергия. Пол под ногами ходил ходуном, но сфера пока держалась.

– Что это? – я указал на мерцающие стенки барьера.

– Магический барьер, – пояснил Ефим. – Его не пробить.

– Да? – я усмехнулся, указывая на тонкие линии, расползающиеся по поверхности сферы. – По нему уже идут трещины.

– Ну, для этого мы здесь, – в голосе Ефима прозвучала усталость.

– Итак, – директор обвел взглядом собравшихся, – здесь собраны самые сильные студенты академии. Вы будете дежурить посменно, поддерживая барьер, пока мы не найдем решение.

Полозов достал список и начал зачитывать имена:

– Первая смена: академики Воронов, Светлов, Громов, Черных и Дубровский. – Он сделал паузу. – Из студентов: Волконский, Ведминов, Владислава Нестерова и… – он назвал еще двух старшекурсников, чьих имен я не знал.

Синевласка Влада, встала рядом с нами. Её холодная аура мага воды ощущалась даже на расстоянии.

– Смена длится восемь часов, – продолжил Полозов. – После вас заступает вторая группа. При малейших признаках нестабильности барьера немедленно вызывайте нас. Не геройствуйте. Ваша задача – поддерживать барьер, не более того.

Остальные начали расходиться. Катя, уходя, бросила на меня долгий взгляд.

Прошло несколько часов. Я привалился к холодной каменной стене, чувствуя, как усталость наваливается свинцовой тяжестью. Влада сидела, скрестив ноги, и медитировала. Костя мерял шагами периметр, изредка поглядывая на пленницу. Два старшекурсника негромко переговаривались, стараясь держаться подальше от сферы. Академики выглядели чуть бодрее нас. Но даже по их лицам было видно, что ситуация выматывает всех.

Охрана размеренно патрулировала периметр, пока я наблюдал за пленницей. Она двигалась странно – то застывала статуей, не отрывая от меня взгляда, то начинала кружить по сфере. Её губы постоянно шевелились, выплевывая слова. Но самым жутким был её смех – глубокий, резонирующий, словно ржало сразу несколько существ разными голосами.

Внезапно она замерла у стенки барьера, прижав к нему ладонь. Её глаза полыхнули ярче.

– Барьер слабеет, – резкий голос академика вырвал меня из оцепенения. – Нужно восстановить. Первые двое, подходите.

Мы с Костей направились к камню силы – массивному монолиту, покрытому рунами. При первом же прикосновении я почувствовал, как энергия начинает утекать из тела – не постепенно, а рывками, словно кто-то жадно высасывал её.

Трещины в барьере затягивались одна за другой, поверхность сферы вновь становилась идеально гладкой. Но каждая исцеленная трещина забирала часть наших сил. Когда последняя из них исчезла, Костя едва стоял на ногах.

Добравшись до стены, я сполз по ней вниз.

– Нужно хоть немного поспать, – Костя привалился к стене рядом со мной. – После такой откачки сил я себя чувствую, как выжатый лимон.

– Да уж, – я потер виски. – Давай по очереди. Ты первый, я подежурю.

– Нет уж, – он мотнул головой. – Ты больше сил потратил, я же видел. Спи давай.

Спорить с ним не было сил. Я прислонился к холодному камню, чувствуя, как усталость накатывает тяжелыми волнами. Последнее, что я увидел перед тем, как закрыть глаза – как Костя устраивается поудобнее. Я слабо улыбнулся, уверен, Костя уснет почти сразу после меня.

Пробуждение было… странным. Сначала появилось ощущение, будто мои уши охватило пламя. Я открыл глаза и замер – в кромешной тьме светились только два огромных красных глаза. Они зависли прямо передо мной…