Текст книги "В поисках Эльдорадо"

Автор книги: Иван Медведев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Тайна острова Ваникоро

В том же году английский капитан Питер Диллон, совершавший на корабле «Святой Патрик» рейс из Чили в Бенгалию, решил по пути зайти на остров Тикопия в архипелаге Санта-Крус, куда более десяти лет назад доставил немецкого колониста Бухерта с женой. Англичанин хотел узнать, как сложилась судьба его старых знакомых.

Немцы оказались живы и здоровы, пригласили капитана в гости. В руках слуги Бухерта Диллон заметил обломок шпаги. Рассмотрев его внимательней, он обнаружил на эфесе герб и латинские буквы. Шпага явно французская. «Откуда она у тебя?», – спросил Диллон. Слуга сказал, что выменял ее у жителей соседнего острова Ваникоро, которые давно торгуют европейскими вещами – топорами, ножами, вилками, ложками, чашками… Диллон сразу же подумал о пропавшей много лет назад экспедиции Лаперуза. Загадочная судьба мореплавателя по-прежнему продолжала волновать многих моряков.

На острове Ваникоро местные жители поведали следующую историю. Когда старики были еще детьми, над островом разразился ураган, какого островитяне не помнили ни до, ни после той страшной ночи. В черном небе летали огненные копья, гром и волны сотрясали землю. Ливень хлестал сплошным потоком, ветер вырывал из земли деревья. Злые духи угомонились только на рассвете. Когда взошло солнце, туземцы увидели у берега разбитый бурей корабль. Многие моряки спаслись. Из обломков они построили небольшое судно и уплыли на нем. На острове остались двое белых людей, которые сильно болели. Вождь моряков обещал вернуться за ними. Больные поправились, они долгие годы всматривались в далекий горизонт, ждали своих товарищей и умерли несколько лет назад.

Если б д'Антркасто в свое время высадился на острове, который обозначил на карте как Поиск (Ваникоро), он мог бы спасти этих людей.

В хижинах островитян Питер Диллон обнаружил множество европейских предметов. Среди них – фрагмент деревянной скульптуры с вырезанными королевскими лилиями, колокол с надписью: «Меня отлил Базен. Брест 1785» и мельничный жернов (на «Астролябии» находилась ветряная мельница).

На Тасмании Дюмон-Дюрвиль узнал о сенсационных находках английского капитана и устремился вслед за ним на Ваникоро. Местные жители долго отказывались раскрыть место гибели европейского корабля, ведь оно многие годы было источником очень ценных для них вещей. Но Дюмон-Дюрвиль проявил большие дипломатические способности, щедро одарил аборигенов подарками. Наконец один из вождей острова сел в шлюпку и указал направление. В лабиринте рифов в прозрачной воде на глубине двух-трех метров покоились останки судна. Французские моряки обнажили головы. С помощью островитян со дна моря подняли якорь, пушку, мушкет, свинцовые бруски балласта… На берегу из кораллов сложили памятник погибшим. Прозвучал ружейный салют.

В Париже эксперты установили, что все находки сделанные на Ваникоро, – с борта «Астролябии». Где же в таком случае «Буссоль» – флагманский корабль Лаперуза?

В 1964 году его обломки обнаружил любитель подводной археологии Рис Дискомб. «Буссоль» затонула в нескольких милях от «Астролябии», за внешним кольцом рифов, опоясавшего остров в два ряда.

Дальнейшая судьба уцелевших после крушения и покинувших остров Ваникоро французских моряков так и осталась неизвестной. Никто не знает, был ли среди них командир – Жан Франсуа Гало граф де Лаперуз.

На «Баунти» в Тихий океан

Плавание английского корабля «Баунти» в Южные моря остается самым романтичным и увлекательным сюжетом за всю историю мореходства.

Высочайшее повеление

Президент Королевского Общества сэр Джозеф Бенкс делал доклад Его Величеству о последних достижениях науки. Но Георг III скучал. Он оживился только тогда, когда в конце аудиенции Бенкс зачитал петицию плантаторов Вест-Индии.

– Я встречался с их представителем Данкеном Кемпбеллом, – добавил Бенкс, подсовывая бумагу под монаршие очи. – Деловые люди с Ямайки заинтересованы в дешевой еде для рабов, а два-три хлебных дерева с острова Вашего Величества[18]18
  Остров Таити; английское название в XVIII веке – остров Георга.


[Закрыть] обеспечивают питанием человека в течение года.

Плантаторы брали на себя все расходы по экспедиции. Проект увлек короля. 5 мая 1787 года он повелел Адмиралтейству послать корабль на Таити за саженцами хлебного дерева, чтобы удовлетворить отменные аппетиты своих заокеанских подданных и удешевить производства сахара и хлопка.

К острову Георга

В конце ноября небольшой трехмачтовый корабль «Баунти» покинул берега Англии. Капитану Уильяму Блаю, опытному моряку, участнику третьей кругосветной экспедиции Джемса Кука, предписывалось идти через Атлантику мимо мыса Горн в Тихий океан к островам Общества, взять там на борт побеги хлебного дерева, пройти через Торресов пролив в Индийский океан, миновать мыс Доброй Надежды и высадиться на Ямайке, где мистер Кемпбелл и его друзья-плантаторы примут столь необычный груз. Для этой цели офицерскую кают-компанию на корме превратили в оранжерею с продуманной системой вентиляции, освещения, креплений, полива и обогрева. В ней предусматривалось разместить тысячу горшков с молодыми побегами.

Плавание к острову Таити оказалось на редкость тяжелым. Прорваться в Южные моря через мыс Горн не удалось, и капитан выбрал запасной, более далекий путь – на восток, мимо мыса Доброй надежды, через Индийский океан. Спустя почти год моряки достигли цели.

Страна счастливых

Полинезийский остров Таити напоминал гигантскую корзину цветов посреди Тихого океана. Здоровый благодатный климат, ароматы тонких всевозможных запахов, дружелюбные жители. Полное отсутствие хищных зверей, докучливых насекомых, змей и прочих мерзких тварей. Островитяне, не обремененные заботами о хлебе насущном, наслаждались жизнью до глубокой старости.

Благодатные долины острова дышали покоем. Хлебные деревья и бананы росли здесь без особого присмотра, а для ухода за таро, бататом и сахарным тростником достаточно было время от времени слегка взрыхлять почву возле корней. Кокосовые пальмы тоже росли сами, стоило просто зарыть орех в землю. Проголодавшись, туземец брал палку и сбивал пищу с дерева. Когда жители Таити узнали, сколько белому человеку надо работать, чтобы вырастить свой хлеб, они долго смеялись и жалели пришельцев. На острове ели, когда хотели, пили, когда испытывали жажду, спали, когда клонило ко сну. Упоительная жизнь, представлявшая собой сплошное наслаждение, сделала островитян жизнерадостными, привила им склонность к милой шутливости, легкомыслию и беззаботности. Англичанам казалось, что они попали в сады Эдема, изгнание праотца Адама из рая не коснулось людей этой удивительной страны.

«Хлебный отряд» под началом лейтенанта Флетчера бродил по живописным долинам острова, собирая молодые побеги хлебного дерева. Приготовленные на костре, его плоды, достигающие двадцати килограммов, имели вкус булки с примесью картофеля.

Повсюду англичан принимали с истинным таитянским радушием, словно старых друзей. Приглашали в прохладные хижины, угощали кокосовыми орехами. Местные жители относились к англичанам, как к людям высшей касты, и у многих матросов возникали в головах крамольные мысли: хорошо бы навсегда остаться на райском острове!

Но настал день отплытия. 4 апреля 1789 года «Баунти», распустив паруса, покинул единственную страну в мире, где люди жили в собственное удовольствие. Матросы со щемящим чувством несбывшейся мечты украдкой поглядывали в сторону земли, где и им хватило бы места…

Мятеж

Матросы «Баунти» опять превратились в людей низшего сословия. После пяти месяцев привольной жизни на Таити было особенно трудно вернуться к прежним обязанностям и строгому распорядку на корабле.

Уильям Блай был требовательным и жестким капитаном. Чтобы вытравить из команды расслабляющий дух райского острова и наладить дисциплину, капитан шел на самые крутые меры. Матросы и часть офицеров ненавидели своего командира. Злоба копилась, атмосфера на судне накалялась.

28 апреля 1789 года на «Баунти» вспыхнул мятеж, который возглавил лейтенант Флетчер. Взбунтовавшиеся матросы предложили прикончить арестованного капитана Блая и особенно ненавистных им офицеров, но Флетчер воспротивился убийству. Капитана и восемнадцать не пожелавших присоединиться к мятежу моряков высадили в семиметровый баркас и оставили посреди еще плохо исследованного в то время Тихого океана с небольшим количеством продовольствия и пресной воды.

Подвиг капитана Блая

Уильям Блай решил на баркасе добраться до архипелага Дружбы, по пути пополнив съестные припасы на ближайшем острове Тофуа. Однако тамошние туземцы оказались настолько кровожадны, что безоружные англичане еле унесли с острова ноги, только чудом потеряв убитым лишь одного человека.

Как быть дальше? Нападение дикарей может повториться на любом другом острове. Вернуться на Таити под встречным ветром с таким парусом невозможно. Остается один путь – на запад, до голландских поселений на острове Тимор в Ост-Индии, около 4000 миль!

Испытав невероятные лишения, чуть не погибнув во время шторма, ровно через месяц англичане доплыли до Восточной Австралии. Все моряки находились в ужасном состоянии: донельзя исхудавшие, буквально скелеты, обтянутые высохшей шелушившейся кожей, они походили на оживших мертвецов. Подкрепившись на австралийском берегу устрицами и крачками, отправились дальше на север вдоль континента. Обогнули мыс Йорк, вышли Торресовым проливом в Арафурское море. До Тимора оставалось 10–15 дней пути.

Состояние людей ухудшалось с каждым днем. У всех сильно опухли ноги, каждое движение причиняло мучительную боль. Постоянно хотелось спать, люди охотно закрывали глаза, чтобы убежать от беспрерывного кошмара в мир иллюзий с горячими пирогами. Утешало одно: сильный устойчивый ветер позволял проходить около ста миль в сутки.

Наконец 12 июня при восходе солнца, после сорока пяти дней битвы с океаном, перед англичанами предстал во всем своем благосклонном величии гористый и желанный остров Тимор. Здесь, зафрахтовав шхуну, Блай со спутниками отплыл в Батавию – крупную голландскую колонию на острове Ява, откуда ходили в Европу большие корабли. 14 марта 1790 года капитан Уильям Блай ступил на землю Англии и послал в Адмиралтейство подробный доклад о случившемся на «Баунти», требуя послать на поиски бунтовщиков карательную экспедицию.

В поисках рая

Избавившись от капитана Блая и верных ему людей, мятежники во главе с Флетчером решили обосноваться на острове Тупуаи, расположенном в трестах милях южнее Таити. Хотя никто из них даже мысли не допускал, что капитан Блай совершит невозможное и доберется до Англии, они все же понимали, что Адмиралтейство рано или поздно пошлет на поиски «Баунти» другой корабль, который обязательно зайдет на Таити.

Жители острова Тупуаи оказались куда менее миролюбивыми и куда более воинственными, чем таитяне. Тупуайцы начали тотальную войну с пришельцами. Благодаря огнестрельному оружию, англичане одержали ряд побед, но туземцы не только не смирились, но еще больше ожесточились. Постоянно воевать и жить в осажденной крепости – не о такой жизни мечтали мятежники. Они потребовали у лейтенанта Флетчера вернуться на Таити. «У вас кокосовые орехи вместо голов», – пытался образумить их лейтенант. – «Вы рискуете украсить собой виселицу, как только на Таити зайдет любой английский корабль». Но большинство мятежников настояли на своем.

Флетчер доставил всех желающих на Таити[19]19
  Через полтора года на Таити прибыл посланный Адмиралтейством на поиски «Баунти» фрегат «Пандора». Все мятежники, оставшиеся на острове, были арестованы и доставлены в Англию, где предстали перед судом.


[Закрыть], а сам с восемью матросами отправился на поиски другого, более надежного убежища, захватив с собой местных жителей – тринадцать женщин и шестерых мужчин.

Прошло два месяца. Флетчер начал осознавать, как трудно найти на огромных просторах малоизученного океана уединенную, желательно необитаемую и пригодную для жилья землю, где мятежники могли бы укрыться и счастливо прожить остаток своих дней. «Баунти», еженедельно меняя курс, выписывал по океану зигзаги, команда уповала на то, что земля обетованная в один прекрасный день чудом появится на горизонте.

Еще месяц пути. Флетчер штудировал карты Тихого океана и судовую библиотеку. В книге Хаксворта «Путешествия» он наткнулся на описание острова Питкерн в южной части Тихого океана. Остров лежал в пустынных водах, куда очень редко заходили европейские корабли.

У Флетчера появилось надежда. «Баунти» устремился за три тысячи миль на юго-восток.

Продовольствие на судне заканчивалось. Ели только один раз в день – заплесневелые сухари и гороховую кашу на воде. Два десятка кур, дюжина свиней и две пары коз разгуливали по палубе, но животных необходимо было сохранить для будущей колонии.

15 января 1790 года Флетчер увидел с капитанского мостика зубчатые вершины. Остров Питкерн поднимался из океана сплошной базальтовой скалой.

Мятежники спустили на воду катер и отправились на разведку. Плато Питкерна сплошь поросло дремучим лесом: изобилие хлебных деревьев, банановых пальм, ямса. На каждом шагу встречались пещеры и укромные местечки, где можно легко спрятаться, появись английский корабль у берегов. Остров оказался необитаемым.

Флетчер приказал выгружаться на берег. Наполовину разобранный «Баунти» отбуксировали подальше в море, просверлили дыры в днище и подожгли, чтобы уничтожить все следы, которые могли их выдать.

Остров Питкерн

Двадцать лет о судьбе лейтенанта Флетчера и уплывших с ним восьми мятежниках ничего не было известно.

В 1808 году американская китобойная шхуна «Топаз» под командованием капитана Фолджера подошла к острову Питкерн пополнить запасы пресной воды. По волнам ревущего прибоя к ней устремилась туземная пирога, в которой сидели два молодых парня. Лица смуглые, но это явно не дикари, хотя мускулистые тела прикрывали только набедренные повязки. Подплыв достаточно близко, один из них бойко заговорил на превосходном английском и пригласил моряков на остров.

На берегу американцев встретила целая толпа островитян во главе с мятежным матросом Алеком Смитом, принявшим новое имя Адамс. Он и восемь таитянок составляли старшее поколение Питкерна. За их спинами стояли двадцать шесть юношей и девушек не старше 18–19 лет.

Американский капитан слышал историю о мятеже на «Баунти». «А где лейтенант Флетчер и остальные его спутники?» – спросил китобой, когда понял с кем имеет дело. И Адамс поведал американцу о драме острова Питкерн.

Через два года после того, как поселенцы обосновались на Питкерне, на острове началась междоусобная война. Погибли все моряки, кроме Алека Смита и гардемарина Эдварда Янга, но и он позже умер от чахотки. Оставшись один с женщинами и многочисленными детьми мятежников, Алек Смит установил на Питкерне библейские законы, стал справедливым, добрым и разумным царем острова.

Колония процветала. Таитянки и дети мятежников выглядели здоровыми и счастливыми, отличались высокой нравственностью, дружелюбием и благочестием.

В 1814 году Питкерн посетили два английских военных корабля. Адамс отказался встретиться с соотечественниками, пока они не развеяли его опасения: «Ваше преступление за давностью лет не подлежит наказанию: с момента восстания на «Баунти» прошло двадцать пять лет».

Английские моряки предложили островитянам уехать с ними в Англию, но никто из них не пожелал покинуть затерянный посреди океана клочок суши. А в 1823 году королева Виктория решила присоединить Питкерн к своей обширной империи. До сих пор на острове живут далекие потомки тех, кто в 1789 году поднял мятежный флаг, отправившись на поиски лучшей доли.

Побег из ада

Почти двести лет правительство Англии ссылало преступников на каторжные работы в свои американские колонии. Но после провозглашения независимости Северо-Американских штатов англичанам пришлось искать новое место для каторги. Выбор пал на восточный берег Австралии, открытый в 1770 году Джеймсом Куком.

Залив Ботани

В начале 1789 года английская эскадра доставила в Австралию первую партию заключенных – 800 мужчин и 200 женщин. Высадка на берег произошла в заливе Ботани, который получил свое название из-за обилия в этом месте неизвестных в Европе растений. С тех пор австралийских каторжников стали называть «ботаниками».

Среди них была молодая женщина по имени Мэри Брод. В Австралии она обвенчалась с Уильямом Брайентом. На каторге он вместе с товарищами по несчастью Коксом и Мартином ловил на баркасе рыбу для колонии.

План пирата

Спустя год муж Мэри познакомился с бывшим пиратом Мортоном, который предложил бежать из колонии на рыбачьем баркасе. Брайент колебался: за побег с каторги полагалась смертная казнь. Но Мэри решительно поддержала дерзкий план. Мать двоих детей, она готова была рискнуть всем ради того, чтобы ее дети выросли на свободе.

38 золотых соверенов

Задумавшие побег заговорщики отремонтировали судно, заготовили запас продовольствия и фляги для воды. Не хватало самого главного – компаса, квадранта и карты, но случай помог решить эту проблему.

В заливе Ботани бросил якорь голландский корабль «Ваксамхейд» с оплаченным англичанами провиантом для колонии. Один из заговорщиков, аферист международного класса Джеймс Кокс, договорился с голландским капитаном о покупке карты и навигационных инструментов за 38 золотых соверенов. Остается тайной, каким образом Коксу удалось провезти на каторгу столь большую сумму.

Побег

В темную ненастную ночь с 27 на 28 марта 1791 года, выкрав у пьяного солдата мушкет, одиннадцать каторжников, включая двух малолетних детей, бежали с каторги на баркасе, которому дали символическое название «Надежда». На шестиметровом судне они намеревались обогнуть австралийский континент, выйти Торресовым проливом в Арафурское море и достичь голландской колонии на острове Тимор. Беглецы хорошо понимали, что путешествие по плохо изученным морям, берега которых населены дикими племенами, будет крайне рискованным.

Первая остановка

Несколько дней подряд, не останавливаясь, сбежавшие каторжники пробивались сквозь шторм на север. Они опасались погони. Когда ветер утих и показалось солнце, Мортон повернул судно к берегу. Беглецы оказались в небольшой бухте, на берегу которой разбили лагерь. Наловили на мелководье моллюсков и омаров. Мэри сварила из них вкусную похлебку. Высушив одежду у костра, «ботаники» сытно поужинали, выставили часового и улеглись спать.

Люди плоского камня

Темная безлунная ночь. Часовой «ботаников» уселся на круглый плоский камень. Вдруг он заметил еле уловимое движение размытых силуэтов у невысоких деревьев с искривленными стволами. Несомненно, это местные аборигены и в руках у них копья. Часовой немедленно разбудил спящих товарищей, а силуэты застыли в ночи как статуи.

С первыми лучами солнца шесть аборигенов воткнули копья в землю и подошли к плоскому камню. Нагие тела австралийцев были раскрашены глиной и красной охрой – зигзагообразные полосы, идущие с головы до ног. Через носовые хрящи проткнуты кости. Один из аборигенов сорвал с ближайшего дерева зеленые листья и помахал ими над головой. Это означало, что австралийцы пришли с миром.

За время пребывания на каторге Кокс и Брайент усвоили несколько десятков слов и смысловых жестов, употребляемых коренными жителями. После долгого путаного «разговора» белые люди поняли, что цель визита аборигенов – круглый плоский камень, которому поклоняется племя.

Ближе к вечеру к священному месту подошли еще два десятка «людей плоского камня» и под звуки дудочек и трещоток вокруг костра начались ритуальные танцы, в которых пригласили принять участие и белых пришельцев. Праздник продолжался всю ночь. Ближе к утру, когда аборигены впали в состояние близкое к опьянению, «ботаники» начали готовиться к отплытию. Заметив это, австралийцы подняли жуткий гвалт и схватились за копья, но выстрел из мушкета заставил их разбежаться. Преодолев полосу прибоя, «Надежда» вновь вышла в море.

Исчезновение баркаса

Вторую остановку «ботаники» сделали в районе устья реки Мак-Ли. На этот раз они так сильно устали, что ни у кого не оказалось сил нести вахту. Причалив к берегу, беглые каторжники попадали на сухой песчаный пляж и тут же погрузились в сон. А когда проснулись – ужаснулись: баркас исчез! Вероятно, судно плохо пришвартовали и прилив затянул его в устье реки, а потом, возможно, унес в море. Остаться без судна – равносильно гибели.

Четыре «ботаника» немедленно отправились вверх по реке на поиски баркаса. Через несколько часов они увидели «Надежду», дрейфующую в мангровых зарослях на расстоянии 400–500 метров от берега. Вор-карманник Сэмюэль Берд совершил рискованный заплыв и привел судно к лагерю.