Текст книги "Закрытая школа. Сопротивление"
Автор книги: Ирина Щеглова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Глава 9
Соперники
Володя вычислил Нелли почти сразу. Во-первых, ему было понятно: Князь непременно пришлет кого-нибудь для наблюдения и контроля за строптивым агентом, а во-вторых… во-вторых, уж очень высоки ставки! Дело было за малым – определить, кто.
В школе в конце года появилась молоденькая учительница истории. Володя насторожился и на всякий случай обыскал ее комнату, нашел пистолет. Что ж… на войне как на войне: она следит за ним, он – проверяет ее. Теперь он знал, кто такая Нелли, и был настороже.
Когда Нелли подменила его часы, он сразу догадался и решил заманить охотника в ловушку. Нелли увидела, как Володя выходил из школы, причем направился в сторону леса, за плечами у него был рюкзак… и она легко клюнула на приманку.
Маячок в часах, которые она подсунула Володе взамен его, привел Нелли к ловко спрятанной в траве и листьях петле. И птичка попалась! Петля скользнула, захлестнула лодыжку, и вот уже Нелли, подвешенная за ногу, беспомощно повисла вниз головой. Ухмыляющийся Володя подошел, поднял с земли ее пистолет:
– Набегалась? Теперь повиси, отдохни. Места здесь живописные, и воздух полезный и к размышлениям располагает. Времени у тебя полно, успеешь все обдумать.
Нелли промолчала.
– Милая игрушка. Тебе теперь вряд ли понадобиться. – И Володя ушел, на ходу засовывая пистолет за пояс.
* * *
Нелли вскоре освободилась и вернулась в школу. Первым делом вошла на кухню, где такой мирный на вид Володя в поварской куртке и колпаке раскладывал на блюде свежие булочки. Не глядя на нее, он произнес с усмешкой:
– Недолго мучилась старушка…
– Где картины? – не обращая внимания на его иронию, спросила Нелли.
– Говорят, если долго висишь вниз головой, кровь приливает к мозгу и человек начинает лучше соображать, – пошутил Володя. – Но, видимо, это не твой случай.
Нелли разозлилась:
– Я найду картины и докажу, что это ты убил связного.
– И каким же образом? Боюсь, тут GPS не поможет, – насмешливо парировал Володя, продолжая раскладывать булочки.
– А я у ребятишек спрошу, – с вызовом бросила Нелли.
– Опрос может затянуться. В школе полторы сотни учеников, – не дрогнув, напомнил Володя.
– Думаю, много времени не понадобится. Начну с сынка твоей подружки, – пообещала Нелли. И попала в точку, он занервничал.
– Картин в школе нет.
– Тогда почему ты так задергался? – прищурилась Нелли, ощущая свое превосходство.
Володя не сдался:
– Давай договоримся: ты уезжаешь отсюда и говоришь Князю, что ничего не нашла, а я не скажу ему, что его агент провалился. Ну, что скажешь?
– Я с предателями и убийцами дел не имею, – отчеканила Нелли.
Тюремщики поневоле
За завтраком ребята приняли решение при первой возможности обыскать комнату Каверина. Кубик был единственной зацепкой, ниточкой, связывающей их с таинственными убийцами родителей Авдеевых. Он сам убил Кристину Панфилову, в этом ребята убедились. Он был связан с адвокатом Паниным. Факты налицо. И, хотя Каверину удалось обвести их вокруг пальца, запустив вирус в Викин ноутбук, Андрей и Максим решили сделать ответный ход.
Улучив момент, ребята проникли в бывшую комнату Ивана Савельича и принялись поспешно все обыскивать. Андрей, роясь в бумагах на столе, заглянул под выдвинутый ящик и увидел там приклеенную ко дну скотчем фотографию.
– Макс! Смотри, это Кристина Панфилова!
Макс взглянул на фото:
– Точно. Из-за этой фотки Каверин тогда шухер и устроил. Чуть не придушил меня, урод.
Договорить ребята не успели, послышался звук открываемой двери. Максим, быстро сориентировавшись, спрятался за ней. В этот момент вошел Каверин. Он мрачно взглянул на застигнутого врасплох Андрея, быстро подошел к нему, вырвал фотографию и схватил парня за шею, одной рукой прижимая его к стене.
– Какого черта ты здесь делаешь?
Андрей задыхался и хрипел. Максим с ужасом шарил глазами по комнате, ища что-нибудь тяжелое. Взгляд его упал на настольные часы.
– Зачем тебе эта фотография?! – процедил Каверин, приблизив лицо к лицу Андрея.
Максим метнулся к часам, схватил их и, не раздумывая, ударил Каверина по голове. Тот медленно опустил руку, осел и без сознания распластался на полу. Андрей, закашлявшись, потер горло, испуганно переглянулся с Максимом – ну, и что теперь делать?
– Ты ему, по ходу, череп проломил… – сказал Андрей, разглядывая темную лужицу, растекающуюся под головой Каверина. Макс завороженно смотрел на кровь, не в силах произнести ни слова, Андрей быстро сообразил, в каком тот состоянии, наклонился, пощупал пульс:
– Макс, пульс есть! Он живой!
Ребята, не сговариваясь, быстро подхватили бесчувственного Каверина и потащили на чердак. В этот момент в комнату вошла Маша с комплектом постельного белья. Ребята затихли, прислушиваясь к ее шагам, доносившимся из комнаты. Наконец шаги затихли. Ребята выдохнули и, подхватив бесчувственного математика, поволокли, быстро усадили на стул и связали, заклеив рот скотчем…
– Макс, что мы делаем? Это же похищение. За это статья имеется, – простонал Андрей.
– А что ты предлагаешь? Отпустить его? Давай. Только тогда мы с тобой до завтра не доживем. – Максим нервничал. – Отпустим мы его или нет, нам в любом случае крандец!
Каверин, не открывая глаз, начал шевелиться, двигать головой, приходя в себя.
– Так, главное – не вызывать подозрений. Если заметят, что нас долго нет в классе… – пробормотал Максим.
– Кто заметит? У нас сейчас алгебра, – напомнил Андрей, кивая на Каверина.
– Все равно – надо валить, пока он не очухался, – сказал Максим. И ребята что есть духу бросились бежать с чердака.
* * *
Естественно, они опоздали на алгебру. Правда, на их опоздание никто не обратил внимания. Гиена Сергеевна привела Анну Михайловну, и Андрей, увидев ее, даже забыл на мгновение о похищенном Каверине…
На остальных уроках Андрей и Максим мало что слышали и понимали. Байрон раздал темы для рефератов. Что-то опять учудила Самойлова… Рома нервничал, но ребятам было не до того.
К Каверину удалось вырваться только после уроков. Ребята представления не имели, что с ним дальше делать. Пробрались на чердак, увидели привязанного к стулу человека и замерли. Он поднял голову и ненавидяще взглянул на них. Макс подошел, оторвал скотч, Каверин болезненно скривился.
– Развяжите меня, – приказал он.
Ребята переглянулись, но не подчинились.
– Вы хоть соображаете, что натворили? – с угрозой спросил он. – У вас проблемы, парни. Большие проблемы!
Андрей не выдержал:
– Почему ты убил моих родителей?
– Не понимаю, о чем ты говоришь. Я их даже не знал, – спокойно ответил Каверин.
Андрей растерялся, но Максим отстранил его и наклонился к математику:
– А Кристину Панфилову ты тоже не знал, да, «Пифагор» хренов? И кто ее «устранил»?
Каверин с насмешкой перевел взгляд с одного на другого, произнес презрительно, глядя в глаза Максиму:
– Как же вы вляпались, ребятки! Вы себе даже не представляете! – и добавил с притворным великодушием: – Даю вам последний шанс выкрутиться – вы меня сейчас отпустите и отдадите картины…
Максим резко обернулся, посмотрел на сундук, увидел, что он открыт, а оттуда торчат три рулона холста. Каверин чуть насмешливо пообещал:
– А я попробую сделать так, чтобы вас не тронули.
Максим и Андрей растерянно переглянулись. Каверин, заметив их замешательство, смотрел уверенно, даже улыбался едва заметно. Максима больше всего разозлила эта уверенная насмешка, он сорвал с Каверина рубашку, отодрал половину и затолкал ему в рот вместо кляпа. Андрей вытащил из сундука холсты. Макс тем временем второй частью рубашки завязал Каверину глаза. Математик начал извиваться на стуле, но ребята, не обращая на него внимание, забрали картины и ушли.
* * *
Друзья прекрасно понимали, картины надо срочно перепрятать. Судя по всему, за ними действительно охотятся их враги. Если верить новой историчке, они стоят огромных денег. Что ж, тем более. Если картины останутся у них, то есть хоть какой-то шанс откупиться от преступников, ведь ребята беспомощны перед неведомым врагом. И хотя один из вражеского стана сейчас сидел связанный на чердаке, это вовсе не означало победу. Наоборот, и ребята прекрасно осознавали это, с похищением Каверина у них явно прибавилось проблем.
Как бы там ни было, а надо было принимать меры и действовать. Максим рванул к себе в комнату, чтобы перепрятать картины, но едва он вошел, как столкнулся с Машей, она явно обыскивала его кровать. Нетрудно было догадаться, что она там искала. Но Мария, в свою очередь, тоже заметила, как Макс что-то скрывает за спиной.
– Максим, отдай мне картины! – потребовала она.
– Ага, щаз! Поваренок приказал?
– Ты не понимаешь! – воскликнула Мария.
– Уж конечно! Куда мне! Зато ты много чего понимаешь. А твой повар – особенно! У самого не получилось картины забрать, тебя подослал?
– Кто? Володя? – растерялась Мария.
– Володя, Володя, – подтвердил Максим.
Уж очень шустрый поваришка. Такой шустрый, что даже угрожал Максиму, и все из-за этих проклятых картин! Еще и в убийстве обвинял! Как будто это не из-за него Максим убил человека! Ведь это он, Володя, во всем виноват!
– Так что давай, передай своему Володе, что ему ничего не светит, – Максим бесцеремонно выпроводил Машу, а сам спрятал картины за пробковую доску на стене над кроватью.
Но Маша не ушла, она стояла за дверью, наблюдая за сыном в щелку.
* * *
Маша возилась в кладовке с посудой, как вдруг услышала Володин голос. Он вошел в пустую кухню, с кем-то разговаривая по телефону. Маша невольно затаилась. Володя был очень оживлен:
– Кать, клянусь, я сделал все, что смог. Наизнанку вывернулся… Мне нужна твоя помощь.
Мария подняла голову, настороженно прислушалась.
– Милая, не надо так. Лучше скажи – «Татарка» еще сидит? – продолжил разговор Володя, нервно расхаживая по кухне. – Скажи ей – у меня тут крупное дело наклевывается. Пусть поставит в известность своих людей… Русский авангард. Больше пока ничего не скажу.
Мария нахмурилась. Выходит, Максим был прав…
– Не то слово. Скажи ей, чтобы срочно связалась со мной, – попросил Володя неведомую собеседницу и добавил через паузу: – Десять лимонов… Американских денежных знаков. Или даже европейских.
Мария с ужасом наблюдала за Володей через приоткрытую дверь.
– Я тоже тебя люблю, – признался он напоследок собеседнице и, закончив разговор, вышел.
Мария стояла в кладовке, с трудом приходя в себя от услышанного.
* * *
Вечером Володя в нетерпении поджидал ее в комнате. Едва она вошла, он сразу же начал взволнованно расспрашивать:
– Ты поговорила с Максимом?
– Да. – Его нетерпение вызывало в ней отвращение.
– Ну и?.. Он тебе сказал, где картины?
Мария подошла к шкафу, достала из проема между шкафом и стеной рулоны с картинами. Володя облегченно выдохнул, протянул за ними руку…
– Максим мне сказал, что ты ему угрожал, – сказала Мария, глядя на него.
– Маш, я просто хотел его припугнуть, чтобы он понял, насколько все серьезно, – успокаивающе объяснил Володя.
– Не знаю, чего ты хотел, и знать не желаю. Мне уже все равно. – В голосе ее зазвенели слезы. Маша поспешно сунула Володе холсты. – Забирай эти треклятые картины и катись отсюда к чертовой прабабушке. Главное, оставь нас с Максимом в покое.
Володя взял картины и произнес с чувством:
– Маша, мне не это нужно.
– Да? – с вызовом воскликнула Мария. – Передумал продавать? А что же по этому поводу скажет твоя подружка Катерина?
Володя растерялся:
– Маша…
– Ну, чего ты ждешь? Позвони ей, обрадуй: деньги ваши. Ты получил, что хотел, – выкрикнула Маша.
Володя наконец справился с удивлением, взял себя в руки и искренне произнес:
– Маш, ты все не так поняла. Эти деньги, они для нас с тобой, для тебя, меня и Максима.
Она посмотрела на него с горькой усмешкой:
– Когда же ты перестанешь врать? Ты использовал меня, а я велась, как последняя влюбленная дура. Но теперь все. С меня хватит.
Володя, пораженный ее признанием, спросил:
– Ты правда думаешь, что я использовал тебя?
Но Мария даже не взглянула на него. Тогда Володя схватил пустую металлическую корзину для мусора, кинул в нее две картины, чиркнул зажигалкой, хладнокровно поджег третью, которую держал в руке…
– Ты с ума сошел?! Что ты делаешь? – не выдержала Мария.
Володя бросил горящий холст к остальным в корзину.
– Без тебя мне не нужны ни эти картины, ни деньги, вообще ничего. – Он шагнул к Марии, обнял, страстно поцеловал, она не сдержалась и ответила на поцелуй, обхватив его шею руками:
– Ты сумасшедший… Это же десять миллионов! – оторвавшись на секунду, произнесла она…
В мусорной корзине ярко пылали холсты русского авангардиста.
Сказки
Виктор сидел в своей машине, то и дело поглядывая на часы. Было очень поздно. По окнам хлестал дождь, и как-то не хотелось выходить наружу или думать о тех, кто сейчас вынужден мокнуть под дождем.
Виктор ждал Сычева. Невольно снова и снова вспоминал события минувшего дня. Школа и ее заботы требовали от него полной включенности. Подчас голова шла кругом! Сегодня он застукал Анну с кем-то из старших школьников. Виктор вспомнил разбросанную по кровати школьную форму, смех, доносившийся из ванной… Да, только этого ему еще не хватало. К тому же у Юли Самойловой были явные проблемы с психикой. То он видел ее разговаривающей вслух с воображаемым собеседником, а сегодня после урока она сдала ему листок с надписью «Помоги мне!». На вопросы и попытки разобраться неизменно отвечала, что у нее все в порядке… Пришлось вызвать мать девочки… А еще его мучили долги! Треклятые деньги! Как же все разом навалилось! И кто мог предположить!
От невеселых размышлений его оторвал Сычев. Он открыл дверцу и сел на пассажирское сиденье, стряхивая с куртки капли дождя.
Виктор взглянул на него неприязненно, он нанял этого человека, как опытного детектива, но потом пришлось отказаться от его услуг. Сычев слишком много себе позволял, и Виктору было неприятно с ним общаться.
– Зачем я вам понадобился?
– Во погодка разыгралась! Жуть. – Сычев кивнул на окно.
– Что вам нужно от меня? – сухо спросил Виктор.
Вместо ответа Сычев достал из сумки книгу Пушкина «Сказка о царе Салтане».
– Вот… Вам повезло, что библиотеку детского дома не выкинули на помойку… Прочесал все библиотеки в округе… – Сычев, улыбаясь, открыл форзац, на нем детской рукой было написано «Ира Исаева». – Но оно того стоило, правда? – переспросил Сычев.
– Вы нашли ее… – потрясенно выдохнул Виктор. Он протянул руку к книге, но Сычев не отдал.
– Я ведь уже не работаю на вас, забыли?
Виктор, невесело усмехаясь, полез за бумажником.
– С этого и надо было начинать. Сколько?
– Знаете, – задумчиво произнес Сычев, – в последнее время я постоянно чувствую, что за мной следят.
– А я тут при чем?
– Вы первый в списке подозреваемых, – ответил Сычев.
– Зачем мне за вами следить?
– Вот это я и хотел бы узнать.
Виктору надоел этот разговор:
– Сколько вы хотите за книгу?
– Я не о деньгах, Виктор Николаевич, я о доверии, – покачал головой Сычев.
– О доверии?
Сычев улыбнулся:
– Хотите получить книгу – ответьте мне на пару вопросов. Даже на один: кто вы такой?
* * *
Максим и Андрей решили пойти на чердак поздно вечером, когда вся школа погрузилась в сон. Надо было проверить, как там дела, и отнести узнику воды. К своему удивлению, они обнаружили на чердаке девочек и Рому. Они были страшно напуганы и собирались развязать Каверина.
– Вы что, с ума сошли?! – Рома был в панике.
Девчонки тоже заметно нервничали. Андрею и Максу с трудом удалось убедить их не отпускать преступного математика. Но что с ним делать? Этого они тоже не знали, но решили воспользоваться моментом и попытаться выяснить все, что можно, обыскав его комнату.
Бросив привязанного математика, друзья спустились с чердака и собрали все диски, какие нашли. Во время обыска Вика наткнулись на флешку, валяющуюся на полу, прихватила и ее на всякий случай.
Была глубокая ночь, всем хотелось спать. Решив, что утро вечера мудренее, ребята покинули комнату и осторожно, стараясь не шуметь, отправились к себе. Только Андрей отстал, он сказал, что хочет еще зайти к Наде, пожелать ей спокойной ночи…
Но отправился он не к сестренке, а к Анне…
Как только затихли шаги ребят, в коридоре бесшумно появился Войтевич. Он уже все знал…
Глава 10
Андрей и Анна
Андрей вышел из комнаты Анны еще до подъема, он был уверен, что сможет прокрасться к себе незамеченным, но внезапно столкнулся с Гиеной Сергеевной. Он сумел быстро сориентироваться и на вопрос директрисы ответил, что заходил к Анне Михайловне поговорить о Наде. Гиена вроде бы поверила. В отличие от Максима, поджидавшего друга в комнате. Правда, он лишних вопросов не задавал. Да и не до вопросов было, потому что пропали картины из тайника. И у Максима не возникло сомнений в том, кто их похитил. Он рванул на кухню, чтобы успеть разобраться с Машей еще до начала уроков.
А Маша и не отпиралась. Глубоко вздохнула и созналась:
– Я их сожгла.
Максим, естественно, сразу не поверил, расхохотался, предположил, что Маша решила картины прикарманить вместе со своим клоуном-поваром. Мария на его колкости и оскорбления не реагировала:
– Максим, я говорю правду. Картин больше нет. Это был единственный способ защитить тебя.
Максим, видя ее реакцию, вдруг понял, что она говорит правду. Бессильная ярость захлестнула его:
– Защитить? Да ты хоть знаешь, сколько стоили эти холсты? Ты за тысячу лет и половины не заработаешь! – Он резко развернулся и хотел уйти, но в последний момент вспомнил об очень важной новости. Что-то подтолкнуло его, вот ведь, только что злился, убить был готов – и вдруг решил поделиться. Макс вернулся, он все еще нервничал, но прежней злости уже не было:
– Кстати, отец хочет меня познакомить с моей матерью. С настоящей матерью. – Слова давались ему тяжело, и в то же время он очень хотел поговорить об этом. – Так что скоро я сам увижу эту тварь. Прикинь, вот будет веселая встреча. – Он пожал плечами. – Не знаю, зачем все это тебе говорю… – он вспомнил, зачем приходил, приблизил свое лицо к ее и произнес с угрозой: – А насчет картин ты зря так погорячилась. Еще об этом пожалеешь.
Маша побледнела. Нет, не от угрозы сына, ее испугала новость. Что еще задумал этот монстр – Петр Морозов? Кого он собрался подсунуть бедному мальчику? И как теперь быть самой Маше?
* * *
Елену не так-то легко было обмануть. Утренняя встреча с Андреем не выходила у нее из головы. Сначала она поделилась своими подозрениями с Павлом, но он не воспринял их всерьез. Тогда она вызвала Виктора. Тот сначала тоже засомневался, но потом вспомнил: комната Анны, на кровати в беспорядке разбросана школьная форма, а из ванной доносятся голоса, смех, плеск воды… Н-да, воспоминание наводило на размышления, но он предпочел не делать поспешных выводов. Елена нехотя согласилась с его доводами, хотя осталась недовольна результатом переговоров.
Настоящая флешка Кристины Панфиловой
Юле понадобилась свободная флешка, а своей не оказалось, и она попросила у Вики.
– В столе, – бросила Вика на ходу, она куда-то торопилась. Юля выдвинула ящик и взяла сверху первую попавшуюся.
* * *
Взвинченные ребята быстро шагали к комнате Каверина. Елена перед уроком сообщила о звонке Каверина и о том, что он по семейным обстоятельствам не сможет работать в ближайшее время. Эта новость потрясла друзей.
– Он не мог позвонить! Не мог! Когда я уходил, он был связан, я проверил! – на ходу говорил Максим.
– Значит, смог. Елена вряд ли перепутала его голос.
Вот и дверь в комнату Каверина. Андрей оглянулся по сторонам, быстро открыл. Ребята молча проскользнули внутрь. Сразу же направились к шкафу. Прислушались. Максим открыл его. Все снова замерли – наверху стояла тишина. Вика занервничала:
– Стойте! А вдруг это ловушка? Вдруг наверху нас уже ждут?
– Если ждут – не будем их разочаровывать. – И Максим первым шагнул в шкаф.
Ребята поднялись по лестнице, сгрудились, растерянно оглядываясь, – на полу валялись веревки и стул, к которому был привязан Каверин.
– Трындец. Улетела наша птичка, – потрясенно произнес Рома.
Максим со злостью пихнул ногой стул:
– Но как он это сделал?
– Кто-то ему помог, – процедил Андрей напряженно. – Кто-то пришел сюда и развязал его! – Они со страхом посмотрели друг на друга.
– Он вернется за нами… – пролепетала Даша.
Максим осек ее:
– Перестань себя накручивать. Ничего он нам не сделает.
Но его слова не произвели особенного впечатления. Страх подстегнул ребят, и они стали обвинять друг друга в том, что произошло. Они уже почти кричали, когда Андрей потребовал:
– Хватит! Прекратите! – Его послушали, замолчали напряженно, – Сейчас не время искать крайнего. Мы должны держаться все вместе…
Все разочарованно переглянулись, они не этого ждали от Андрея.
– Андрей… Теперь все равно, вместе мы или нет. Можно считать – нам конец, – затравленно произнесла Даша.
* * *
Напряженные и испуганные, они вернулись к себе, молча сели у стола, не глядя друг на друга. Максим не выдержал.
– Не надо психовать раньше времени, – он старался говорить бодрым голосом.
– Правильно. Каверин не дурак – раз мы его рассекретили, вряд ли он вообще сюда вернется… – поддержал его Андрей. Но Рома засомневался:
– А вдруг он захочет отомстить? Залезет ночью в нашу комнату и перережет нам горло.
– Он же не сделал этого раньше? Хотя спокойно мог. Значит, и сейчас не будет, – не согласился Макс. Но Рома трусил:
– Ну, не знаю… Я б оставил на всякий случай письмецо – если со мной что-то случится, знайте – меня убил Кубик-Рубик.
Не успел он произнести последнее слово, как дверь за его спиной открылась и вошла Юля. Рома не видел ее, зато ребята видели, смотрели с недовольством, ей-то что тут надо?! Но Юля не обратила внимание на их лица, она и сама выглядела испуганной, – не говоря ни слова, тщательно закрыла дверь, подошла к Вике, протянула ей флешку:
– Где ты взяла эту флешку?
– В магазине купила… – недоуменно ответила Вика.
– Из-за этой флешки убили Кристину Панфилову! – сказала Юля.
Ребята переглянулись.
– Это Каверин тебе ее дал? – пристально глядя на Вику, спросила Юля.
– При чем тут Каверин? – перебил ее Андрей.
– Сейчас разберемся. – Макс отобрал флешку у Вики и вставил ее в ноутбук…
Видео было снято в лесу, явно на телефон, качество, конечно, никакое, но все достаточно хорошо видно… Двое мужчин в темных спортивных костюмах обматывают тросом какой-то хитроумный агрегат, похожий на большой мотор. Посреди полянки зияет большой прямоугольный провал, полузакрытый стеклянной крышкой, из провала бьет прямо в небо ослепительно яркий свет. А у самого края люка стоит третий мужчина с пультом в руках, он делает первым двум знак рукой, они осторожно спускают на тросе агрегат в провал. В этот момент раздается громкий хруст, и изображение дергается, словно Кристина оступилась. Один из мужчин выхватывает пистолет с глушителем и несколько раз стреляет в направлении камеры…
Видео погасло, ребята напряженно стояли перед ноутбуком.
– Так вот что увидела Кристина, – прошептала Даша.
– Видали, как там свет из-под земли шарашил? Как из ада! – возбужденно затараторил Рома.
Андрей продекламировал задумчиво:
– Когда над лесом свет взойдет, и боль, и страх, и смерть придет…
– Кто эти люди? Я никого не узнала… – всполошилась Даша.
Максим вынул флешку из ноутбука и спросил у Юли:
– Где ты ее взяла?
– В столе у Вики…
Вика взглянула на флешку и вспомнила:
– Это флешка из комнаты Каверина.
– Каверина? – переспросила Юля и продолжила медленно, осознавая ужасную правду: – Значит, он все видел? И знал, что Кристине грозит опасность… Знал и ничего не сказал… Значит, Ксюша была права… Ксюша! – Юля поспешно достала телефон и судорожно набрала номер:
– Ксюша, это Юля… – крикнула в трубку и осеклась… прослушала ответ, изменилась в лице. – Что?! Не может быть… Когда?! – Нажала отбой, взглянула на всех потрясенно: – Ксюша погибла…
Но ее никто не понял. Пришлось рассказывать все с самого начала. О том, как она следила за Кавериным, как подозревала его в убийстве Кристины, о фотографии, найденной у Вики в шкафу, и об анонимном письме, и о том, как Каверин доказывал ей, что он ни при чем… Как ей удалось познакомиться с Ксюшей, Кристининой подругой, а та хотела передать Юле флешку с каким-то ужасным видео, из-за которого Кристину хотели убить. Но Юле не удалось вырваться из школы на встречу с Ксюшей. А потом от нее пришло письмо с флешкой, на флешке дурацкий прикол из Интернета…
– …И я, как дура, все рассказала Каверину… А он убедил меня, что Ксюша сумасшедшая и никакой флешки на самом деле нет… – Юля готова была разрыдаться.
Даша посмотрела на нее сочувственно и напомнила ребятам:
– Помните, в чате с Пифагором? Вот о чем они говорили с Кристиной! Он обещал пойти с ней в прокуратуру!
Юля была поражена:
– Так вы все давно знали?
Ребята замялись. Максим сказал за всех:
– Получается, Каверин убил Кристину из-за видео, но не знал о дубликате…
– А потом узнал и грохнул Ксюшу. Зря она полезла в это дело, – беззаботно продолжил Рома.
И Юля не выдержала, она зарыдала и заорала на Рому:
– Ты! Придурок! Она погибла из-за меня! Из-за того, что я полезла! Не поверила, что Каверин – убийца! А вы – вы все знали о нем и молчали! В сыщиков играли! Значит, вы тоже виноваты!
Рома растерялся и расстроился, он не хотел, чтобы Юля плакала.
– Юль, подожди, я тебе все объясню! В этой школе… – Макс схватил его за руку:
– Замолчи!
– Да плевать мне на ваши тайны! Ненавижу вас! – выкрикнула Юля сквозь рыдания и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. Рома рванул было за ней, но Макс остановил его:
– Ты что, совсем?
– Надо ей все рассказать! Она тоже в опасности!
– Ром, подожди, не торопись, – попросил Андрей. – Мы ничего о ней не знаем. Все могло быть совсем по-другому.
– Но ты же видел флешку! Вика, она же взяла ее у тебя! А ты – у Каверина!
– Но мы же не посмотрели ее. Она могла скинуть туда все, что угодно, – заметила Вика.
– Ребят, это уже паранойя какая-то, – развел руками Рома. – Вы думаете, Юля работает на них?
– А почему нет? Ведь это она устроила алиби Байрону – и тоже очень кстати, – напомнил Андрей.
Рома, хоть и был ужасно возмущен, из комнаты не вышел. Максим сказал примирительно:
– Ладно, проехали. Давайте решать, что делать с этим видео.
– Хорошо бы найти в лесу это место, – предложил Андрей.
– А как? Тут лес вокруг на двадцать километров, – напомнила Даша.
– Надо у Харитонова спросить, – задумчиво произнесла Вика. – Он рассказывал, как они тогда искали ее всем классом…
– Ну, Вик, тебе и флаг в руки. Ты ж у нас спец по Харитонову, – сказала Даша.
Вика кивнула.
* * *
В холле Максим столкнулся с Марией.
– Максим, я весь день тебя ищу.
– Классная работка – только и ходишь за мной целыми днями. Может, мне тоже в уборщики податься? – съязвил он.
Мария не отреагировала:
– Мне надо с тобой поговорить.
– А мне нет. В отличие от тебя у меня полно дел.
– Это очень важно, – взмолилась Мария.
Макс понял, просто так не отвязаться. Тяжело вздохнул и отошел с ней в сторону.
– Ты говорил с отцом? – вполголоса волнуясь, спросила Мария. Макс напрягся:
– Слушай, Маш, ну что ты ко мне цепляешься? Тебе-то что за дело, с кем я говорил, о чем говорил…
– Сейчас ты все поймешь. Дело в том, что я… – Но Макс не слушал ее:
– Да, я с ним говорил и теперь все знаю.
Мария осеклась, побледнела:
– Все? Он что, сказал тебе?
– Да. Теперь я знаю, почему меня усыновили и почему мать не искала меня все эти годы. И кто она – знаю тоже. – Макс говорил спокойно, а Мария чуть не потеряла сознание.
– Максим, я… Понимаешь… – невнятно забормотала она, но Макс по-прежнему не слушал ее, достал фото, которое получил от отца, протянул Марии:
– Вот, Маргарита Викторовна Жукова. – Мария непонимающе взглянула на снимок, на незнакомое лицо женщины лет тридцати пяти…
– …Моя родная мать, – объяснил Макс, – живет в Краснодаре. Отец говорит – она страшно сожалеет, мечтает со мной познакомиться. – Мария молча стояла, опустив руки. – Что, не нравится? – насмешливо заметил Максим. – А по-моему, ничего. Правда, не знаю, что мне сильнее хочется – обнять ее или плюнуть в лицо.
Мария молча протянула Максиму фотографию.
– А вообще-то мы с ней похожи. Да? – Казалось, Макс издевается над самим собой. Мария смотрела на него в полном отчаянии, она не знала, что делать… Максим спохватился, убрал снимок: – Так что ты хотела мне сказать?
Мария поспешно отступила на шаг, опустила голову:
– Я только хотела спросить… но теперь вижу, что у тебя все хорошо…
– Да, у меня все хорошо. Лучше не бывает, – сквозь зубы процедил Макс.
