Текст книги "Ленинградские немцы: судьба военных поколений (1941–1955 гг.)"

Автор книги: Ирина Черкизьянова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 47 страниц)

и финнов путем их внутреннего переселения предпринимались во Всеволож-

ском районе еще в начале сентября 1941 г., поскольку 9 сентября в 16 км от

Ленинграда близ поселка Ковалево началось строительство военного аэро-

дрома (позже аэропорт Ржевка). В районе строительной площадки находилась

Смольнинская колония, в которой проживало 27 немецких и 27 финских се-

мей. Командование ВВС Ленинградского фронта обратилось к председателю

Ленсовета П.С. Попкову с просьбой ускорить выселение жителей колонии, по-

скольку она ≪кишит шпионами≫, которые днем и ночью оповещают противни-

ка ракетами. Несмотря на принятое 5 сентября решение Всеволожского райсо-

вета о выселении, жители колонии продолжают оставаться на своих местах50.

Пригородные районы Ленинграда выполняли большую нагрузку по обе-

спечению армии и населения блокадного города продуктами. В то же время

среди жителей значительную часть составляли национальные меньшинства,

в первую очередь финны и немцы, которых причислили к неблагонадежным

категориям. Но обстоятельства сложились так, что более полугода подозревае-

мый в шпионаже ≪контингент≫ бок о бок жил и трудился наравне с другими,

вносил свой вклад в оборону Ленинграда.

Всего из Всеволожского района, к которому относилась крупнейшая коло-

ния Новосаратовка, предстояло депортировать 839 немцев (учтенных по со-

стоянию на 23 августа 1941 г.), однако реальное количество высланных людей

в марте 1942 г. отличалось от плана, т. к. часть населения погибла от голода.

В конце марта, накануне массовой депортации, началось потепление.

Температура воздуха повышалась, шло активное таяние снега, это ставило

под угрозу работу ледовой дороги. Она на глазах выходила из строя – об-

разовывались лужи, превращавшиеся в озера. Приказом начальника военно-

автомобильной дороги М.А. Нефедова с 24 марта на ледовой трассе устанав-

ливалась скорость до 30 км в час, а в некоторых местах и до 15 км. Грузовикам

запрещался обгон, интервал между машинами доведен до 80 метров. Хрони-

ка блокадных событий зафиксировала 25 марта, во вторник, в городе плюс

2 градуса. На линкоре ≪Октябрьская революция≫, защищавшем Ленинград

в районе Ропши и Красного Села, побывала делегация из Киргизии, доста-

вившая в город эшелон продуктов. В тот же день в Ленинграде начались кон-

сультации по вопросам выращивания овощей и картофеля, организованные

в домах культуры. Артобстрел начался с 5 часов 47 минут, закончился в 20 ча-

сов 15 минут.51 С 27 марта вводилась трудовая повинность для жителей горо-

да по уборке улиц и дворов.

По состоянию на 28 марта через Ладогу было перевезено и направлено

в Иркутскую область 3 эшелона с немцами и финнами (6788 чел.). Был погру-

50 Блокада Ленинграда в документах. – С. 205.

51 Буров А.А. Блокада день за днем. – С. 243.

34 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.35

иногда скрытых от глаз мероприятий, иными словами, политические репрес-

сии теснейшим образом связаны с системой принудительного труда в СССР.

По мнению петербургского историка В.И. Мусаева, депортация немцев

в марте связана с развитием рыбных промыслов на севере и необходимостью

обеспечить их рабочей силой58. Точка зрения заслуживает особого внимания.

Действительно, 6 января 1942 г. вышло постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б)

≪О развитии рыбных промыслов в бассейнах рек Сибири и Дальнего Востока≫,

а 12 марта Л.П. Берия утвердил план, согласно которому около 50 тыс. человек

из числа эвакуированных из прифронтовых районов должны были направлять-

ся в Красноярский край, Омскую и Иркутскую области. Именно в эти области и

направляли ленинградских немцев в 1942 г., хотя раньше основными местами

для поселения предполагались Коми АССР и Казахстан.

Формально массовая депортация должна была проходить на основании по-

становления Военного совета от 20 марта, но факты свидетельствуют, что по-

становление от 9 марта о выселении ≪социально опасного элемента≫ не своди-

лось только к отдельным личностям. Его активно применяли для депортации

целых поселков, поэтому выселение началось уже 18 марта.

По воспоминаниям и документам, 18 марта были выселены жители Ново-

саратовки: Андреас Бич с женой Софией и приемной дочерью Ниной Кара-

севой; Адольф Христианович Вализер, София Яковлевна Вализер, Христиан

Андреевич Вализер, Яков Христианович Вализер, братья Адам и Александр

Шмидт; жители Колпинской колонии: Роберт Христианович Флейшман и

Эрна Христиановна Флейшман, семья Якова Петровича Шмидта из колонии

Веселый Поселок. 19 марта та же участь постигла новосаратовцев Екатерину

Петровну Финк, Марию Александровну Финк, Марию Петровну Финк, Петра

Фридриховича Финка. О выселении из немецкой Гражданки вспоминает Геор-

гий Георгиевич Флейшман, сейчас житель Тобольска. 18 марта семья (родите-

ли и трое детей, 1931, 1937 и 1939 г. р.) получила извещение о необходимости

эвакуироваться. В срочном порядке собирались, успели продать кое-что из

бытовых вещей. Уезжали на битком набитом поезде с Финляндского вокзала.

Через Ладогу их перевозили на автобусе 19 марта. На льду стояли зенитки, вид-

нелись промоины от попадания снарядов59. 20 марта выслали жителей Колпи-

но (Екатерину Егоровну Гевейлер, Елену Ивановну Гевейлер, Софью Ивановну

Гевейлер), Средней Рогатки (Александра Ивановича Амана), Новосаратовки

(Доротею Генриховну Вализер, Терезу Генриховну Вализер).

Значительная часть выселений приходится на 24 марта. Это были снова

жители Новосаратовки: Мария Адамовна Брейнер, Федор Готфридович Брей-

нер, Андрей Яковлевич Вализер, Лидия Яковлевна Вализер, Шарлота Федоров-

на Вализер, Николай Николаевич Рейх, Эрна Богдановна Рейх, Александр Ада-

мович Роо, Рудольф Александрович Роо, Тереза Адамовна Роо, Адам Адамович

Ульрих, Александр Генрихович Финк, Владимир Богданович Финк, Софья Петровна

Эйдемиллер; Колпино: Михаил Адамович Флейшман, Христина Адамовна

58 Мусаев В.И. Указ. соч. – С. 415.

59 Аудиозапись воспоминаний Г.Г. Флейшмана 2011 года любезно предоставлена

Международным союзом немецкой культуры (МСНК).

≪Халтуринец≫ и ≪Щегловский≫, в которых имелось лишь 100 голов скота.

Семенной фонд, сданный осенью 1941-го государству на хранение, был ис-

трачен. Поэтому запасы картофеля и зерна выселяемых немцев и финнов

обращались в семенной фонд. Остававшиеся трактора в Колтушской МТС

(35 машин) некому было обслуживать, т. к. прежний штат трактористов со-

стоял исключительно из финнов55.

Записка председателя Парголовского райисполкома Великодворского,

представленная в Леноблисполком, дает представление о ходе депортации

немцев и финнов из Парголовского района56. В подготовительный период был

разработан план по поселениям и эшелонам. К работе были привлечены 173 че-

ловека из числа партийно-советского актива, сотрудников НКВД и милиции.

Население было оповещено за 24 часа, в отдельных случаях за 6–8 часов до

погрузки в эшелоны. К месту отправки люди были доставлены вовремя, одна-

ко из-за опоздания эшелонов на 10–12 часов создалась огромная скученность.

Имущество, оставленное немцами, было сразу же взято на учет с составлением

акта-описи. Автор записки отмечает, что все ценные вещи (велосипеды, швей-

ные машинки) были оставлены в непригодном состоянии (отсутствуют зап-

части, в машинках нет челноков). Под сохранную записку был оставлен скот:

599 коров, 2 козы, 23 лошади. Семенных и фуражных фондов в колхозах не

было. У населения изъяли 15 т сена и 250 кг картофеля. Все личное имущество

было оценено, часть вещей передана в детские дома и больницы, а часть пу-

щена на реализацию через потребкооперацию. За три дня (26–28 марта) было

эвакуировано 13 875 немцев и финнов. Из-за отсутствия в районе в момент

высылки, а также по болезни на территории осталось примерно 200 чел.

Если сопоставить количество высылаемого населения (почти 14 тыс. чел.)

и количество оставленного продовольствия и скота, при полном отсутствии

фуража и семенного фонда, то становится ясным, что население сильно стра-

дало от голода и дальнейшее пребывание в колхозах грозило больши`ми чело-

веческими потерями. Но даже в этих условиях колхозники продолжали рабо-

тать и снабжать блокадный Ленинград и армию продовольствием.

Из Ораниенбаумского района ≪по специальному списку≫ выселили 4485 фин-

нов, 166 немцев и еще 124 человека57.

Возникает закономерный вопрос, почему депортация возобновилась лишь

в марте 1942 г. Если бы это произошло раньше, город был бы разгружен от

≪лишнего≫ населения, а столь необходимые продукты сохранились бы для

остающихся блокадников. Если следовать логике сотрудников НКВД, за время

с начала блокады этот ≪социально опасный≫, ≪политически неблагонадежный≫

контингент мог вести подрывную работу, ≪плодить шпионов≫ в своих рядах,

т. е. создавать еще бомльшую политическую нестабильность в городе. На деле

многие мероприятия НКВД были лишь идеологическим прикрытием других,

55 Докладная записка Всеволожского районного отдела НКВД начальнику УНКВД

ЛО П.Н. Кубаткину о подготовке к весенней посевной кампании в районе. 23 марта

1942 г. // Из районов области сообщают… – С. 159.

56 Из районов области сообщают… – С. 161–162.

57 Мусаев В.И. Указ. соч. – С. 415.

36 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.37

Матильда Федоровна Мышенская (дев. Лефлер), жена фронтовика, с трехлет-

ней удочеренной племянницей Эммой Лефлер была выслана из Ленинграда в

Горно-Алтайск. У Эммы Николаевны сохранился снимок, сделанный 26 дека-

бря 1943 г. на Алтае. Она, тетя-мать и кукла Нина. Фото было отправлено в ар-

мию Н.И. Мышенскому. Надпись на обороте гласит: ≪Держи при себе – пусть

мы будем твоим талисманом против фашистов. Матильда, Эмма, Ниночка≫63.

Семья Мышенского также смогла вернуться в Ленинград вскоре после войны.

Отец Ольги Берггольц, Федор Христофорович (1885–1948), латыш, уро-

женец Риги, военный врач-хирург, был причислен органами НКВД к немцам.

Первое предписание о немедленном выезде из города он получил 2 сентября

1941 г., на сборы давали шесть часов, но кольцо блокады сжималось, поэто-

му выселить его не удалось. В паспорте была поставлена отметка о статье 39

≪Положения о паспортах≫, которая означала негласный запрет на проживание

в больших городах. В течение зимы его неоднократно вызывали в НКВД. При-

нудительное выселение на основании 39-й статьи состоялось 17 марта 1942 г.

Путь лежал через Вологду в Красноярский край. Телеграмма из Вологды в Ле-

нинград была отправлена им 26 марта. 3 апреля он пишет дочери из Глазова:

≪Родные мои, обратитесь к кому угодно (к Берия и т. д.), но освободите меня

отсюда≫. Сообщается о том, что их кормят один раз в день, да и то не каждый

день. В вагоне уже умерло 6 человек и еще несколько на очереди. В середине

апреля они прибыли в Минусинск, и Федор Христофорович сразу попал в боль-

ницу. После выписки выехал в с. Идра, где устроился работать сельским вра-

чом. Оскорбленного несправедливостью отца одолевала навязчивая идея об

оставленном имуществе. Ольга Федоровна с горечью пишет: ≪ <…> у тебя нет

бывшего угла, нет обстановки и всего лишь кое-что из белья и одежды!.. ≫64.

К 1 октября 1942 г. из Ленинграда и пригородных районов области было

выселено 58 210 немцев и финнов65. По подсчетам В.Н. Земскова, во время

войны из города и области всего были вывезены 11 тысяч немцев.66 Эта циф-

ра нуждается в уточнении. По сведениям Е.Л. Зберовской, только в апреле

1942 г. из Ленинграда и области в Красноярский край прибыли 18 895 немцев

и 17 837 финнов и ингерманландцев67.

Не все немцы были высланы из Ленинграда в 1942 г., но сколько их оста-

лось и почему – ответить трудно. Одной из причин была болезнь, пребыва-

ние в больнице. Сейчас лишь можно констатировать, что среди тех, кто умер

в блокадном Ленинграде в 1943 г., были и носители немецких фамилий: Алек-

сандра Семеновна Аман, Павел Леонтьевич Аман, Михаил Николаевич Гевей-

лер, Матильда Симоновна Кун, Георгий Георгиевич Лорер, Тамара Федоровна

Менг, Михаил Федорович Паль и другие. В воспоминаниях также встречаются

свидетельства об оставшихся в городе немцах. В. Рысаков пишет о декабрьских

63 Стрельнинская немецкая колония. – С. 67.

64 Подробнее см.: Ольга. Запретный дневник: Дневники, письма, проза, избранные

стихотворения и поэмы Ольги Берггольц. – СПб., 2010. – С. 245–253.

65 Блокада Ленинграда в документах. – С. 697.

66 Земсков В.Н.Спецпоселенцы в СССР. 1930–1960. – М., 2005. – С. 94.

67 Зберовская Е.Л. Спецпоселенцы в Красноярском крае (1940–1950-е годы): Авто-

реф. дис. … канд. ист. наук. – Красноярск, 2006. – С. 13.

Флейшман; Бадаевского совхоза: Михаил Михайлович Гец и Шарлота Петров-

на Гец. 25 марта выселена жительница Янино Доротея Адамовна Эйдемил-

лер (1925 г. р.). 27 марта отправлены на восток члены семьи расстрелянно-

го в июне 1938 г. Николая Андреевича Финка из Новопарголовской колонии:

жена Татьяна Александровна (1905 г. р.) и дети Николай (1927 г. р.), Зинаида

(1930 г. р.) и Галина (1936 г. р.).

К апрелю 1942 г. операция по выселению финнов и немцев была в основ-

ном завершена. Начальник УНКВД ЛО Кубаткин сообщал наркому Берии

4 апреля60,

что по решению Военного совета фронта было выселено из города

и пригородов 39 075 чел., в т. ч. эвакуированных в обязательном порядке нем-

цев и финнов – 35 162 чел. Весь контингент был направлен: в Красноярский

край – 26 283 чел., в Иркутскую область – 9488 чел., в Омскую область —

3304 чел. Учитывая исключительное значение Кронштадта, из города были уда-

лены антисоветские (67 чел.) и социально опасные (289 чел.) элементы, немцы

и финны (75 чел.). Выселенные из сельской местности немцы и финны сдали

1020 коров, 134 лошади, 92 головы мелкого скота, 7540 жилых построек.

Таким образом, в течение последней декады марта была депортирована

основная часть тех немцев, которых не успели выслать в конце августа 1941 г. Но

выявление и выселение из Ленинграда отдельных семей продолжалось в течение

всего 1942 г. Анализ сведений показывает, что акция растянулась с апреля (8 апре-

ля выслали А.К. Бок и Е.Я. Бок) до сентября (Е.А. Менг). В промежутках встреча-

ются даты: 19 апреля (3 чел.), июнь (9 чел.), 28 июля (3 чел.), июль (4 чел.).

Софье Матвеевне Петровой (дев. Аман) объявили 15 июня 1942 г. о не-

обходимости покинуть город в течение 72 часов, прописку из паспорта вычер-

кнули. Целый месяц тянулась ее дорога до Омска, а потом по Иртышу дальше

на север. Роберт Робертович Шейде (1926 г. р.) вспоминает, что его с мате-

рью выслали из Ленинграда осенью 1942 г. в Красноярский край, они жили

в с. Моторск Каратузского района, затем перебрались в районный центр Ка-

ратуз61. Эрна Александровна Лазаренко (дев. Бон, 1931 г. р.) с родителями,

двумя бабушками и тетей были высланы в июле 1942 г. Отец Эрны работал

инженером-конструктором на заводе ≪Вулкан≫. На сборы им было отпущено

24 часа. Семья добралась до Кокорева на Ладоге, на катере выехала в Кобону.

Им посчастливилось добраться живыми, а катерам, шедшие впереди и сзади,

потонули при бомбежке. Добросердечные жители ≪большой земли≫ встречали

эвакуированных ленинградцев с горячей едой и даже колотым шоколадом. Ис-

пытание едой для истощенных блокадников было самым тяжелым – сытыми

люди умирали. 23 июля обе бабушки Эрны оказались в госпитале в Вологде,

через день скончалась одна, а через 15 дней другая62.

В сентябре 1942 г. из города выслали Регину Карловну Герлеман с трех-

летней дочерью Мариной, они были направлены в Барабинск. В июне 1946 г.

по вызову мужа – участника войны – мать с дочерью вернулись в Ленинград.

60 Документ № 9 // Ломагин Н.А. Неизвестная блокада. Кн. 2. – С. 37.

61 Шейде Р.Р.Вспоминаю блокадные дни … // Мы это пережили. – С. 18.

62 Лазаренко Э.А. Воспоминания о некоторых днях, прожитых в период Ленинград-

ской блокады // Мы это пережили. – С. 41.

38 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.39

них играли поля колонистов: ≪Колонистские поля выручали колпинцев в бло-

каду. Местные жители находили морковь, брюкву. А однажды нашли мешки

обмолоченной ржи≫71.

Судьба немецкого населения Ленинградской области в оккупации

Оккупация Ленинградской области отличалась рядом особенностей от дру-

гих оккупированных территорий СССР, на которых гитлеровцы ввели свое

административно-территориальное управление (рейхскомиссариаты ≪Украи-

на≫ и ≪Остланд≫). Как и на другой территории РСФСР, здесь не существовало

единой гражданской власти, в городах создавались управы, в сельских райо-

нах – комендатуры. В Ленинградской области, как ни в одном другом месте,

длительный срок (29 месяцев) существовала военная администрация. Нигде

не было такой продолжительной пропагандистской обработки населения про-

тивником. В области имелись примеры краткосрочного нахождения жителей

под оккупацией (район Тихвина, Малая и Большая Вишера). Население неодно-

кратно подвергалось фильтрации с целью выявления коммунистов, евреев и по-

собников партизан, в несколько этапов людей отправляли на принудительные

работы. Проверку освобожденного населения проводила и советская сторона.

Отправка жителей Пушкина в Германию проходила в октябре–ноябре 1941 г.,

феврале и в конце лета 1942 г. Людей сначала направляли в Гатчину, в пересыль-

ный лагерь в Красных казармах, располагавшийся при въезде в город. Из Гатчи-

ны эвакуировали в Эстонию, Латвию, Литву, Польшу и Германию.

Голод в зоне оккупации, особенно в городах, приобретал колоссальные

размеры, поэтому росла смертность, увеличивалась опасность развития эпи-

демий. Жители Стрельнинской колонии, оказавшись без жилья, без огородов

и без скотины (забрали оккупанты), начали голодать уже осенью 1941 г. Ели

всё, что только можно было найти – кочерыжки, капустные листья, замерз-

шие в поле овощи, олифу, падаль. Дети становились ≪добытчиками≫, т. к. осме-

ливались попрошайничать у оккупантов, разместившихся в здании бывшей

богадельни ≪Вифезда≫.

Особенности оккупации Ленинградской области создавали сложности для

развития партизанского движения. Тем не менее партизаны действовали. Из-

вестны факты участия жителей Стрельнинской колонии в партизанской борь-

бе. Связь с партизанами осуществляли комсорг Андрей Штейнмиллер и Ру-

мянцев. Однако вскоре молодые люди были схвачены и повешены в селе. Под

Володаркой геройски погиб Яков Аман, воевавший в партизанском отряде72.

Командиром партизанского отряда в Кингисеппе был Яков Адамович Паль,

уроженец немецкой колонии Ямбург. Он был выдан оккупантам и казнен73.

Этнические вопросы в целом, положение этнических немцев в блокадном

Ленинграде и на оккупированной территории постоянно находились в поле

71 Сизенов Е.П., Ефимов Г.А., Иволга Р.С.Указ. соч. – С. 118.

72 См.: Немецкая колония в Стрельне. – С. 49.

73 Имя Якова Паля высечено на памятнике погибшим партизанам в Кингисеппе.

днях 1942 г.: ≪К Валентину (соседскому мальчику. – И.Ч.) приходил Фред (не-

мец 1928 г. р.), который жил по нашей лестнице на 4 этаже. Они приняли меня

в свою компанию, и я нередко проводил свободное время вместе с ними≫68.

Как воспринимали депортацию сами немцы и их соседи? Об отношении

ленинградцев к высылке из города финнов и немцев пишет Н.А. Ломагин: ≪Ар-

хивные материалы не дают возможности привести статистические данные

о реакции ленинградцев на это мероприятие – органы НКВД сообщали о „по-

нимании” подавляющим большинством горожан принимаемых мер. Однако

на деле речь шла, скорее, о безучастном отношении к происходившей высылке

потенциально нелояльных. В ряде же случаев высылка немцев и финнов объ-

яснялась с антисемитских позиций – „это проделки евреев с целью завладеть

лучшими квартирами”. Таким же образом трактовалось и появление критиче-

ских замечаний со стороны рабочих о „нарушении национальной политики и

национального равенства”, а также „несправедливости“ в отношении тех, чьи

мужья и сыновья были призваны в РККА. Таким образом, продолжала рабо-

тать „мина замедленного действия“ – декларативные заявления самой демо-

кратичной в мире Конституции давали основания для критики подавляющего

большинства проводившихся властью политических мероприятий≫69.

В.И. Мусаев приводит факты, которые он называет неожиданными для

себя, о том, что в Ораниенбаумском районе почти во всех сельсоветах были

≪зарегистрированы многочисленные факты, когда отдельные лица из русского

населения просили включить их в список подлежащих обязательной эвакуации

и выражали недовольство тем, что им в этом отказывали≫70. Если Н.А. Ломагин

пишет о равнодушии горожан к выселению немцев и финнов, то В.И. Мусаев

свидетельствует о желании части русского сельского населения выехать вме-

сте с немцами и финнами. Различия можно объяснить условиями прожива-

ния людей в городе и селе. Люди в замерзающем и вымирающем Ленинграде,

в котором всякая активность населения сокращалась по мере усугубления си-

туации с продовольствием, были разъединены больше, чем это было в сель-

ской местности, где традиционно жизнь соседей была на виду и ≪общинность≫

проявлялась в большей мере. Перед угрозой смерти люди забывали о своей

национальной принадлежности и политических взглядах, поэтому готовность

выехать с ≪социально опасными≫ свидетельствует о том, что на первом пла-

не стоял вопрос сохранения жизни. К весне 1942 г. изменилось отношение к

эвакуации и среди жителей города. Если летом – осенью 1941 г. многие от-

казывались уезжать из-за страха покинуть насиженное место и в надежде, что

война быстро закончится, то после блокадной зимы вопрос уже так не стоял.

С благодарностью вспоминали высланных немцев оставшиеся жители

Колпино. Поля совхоза ≪Пушкинский≫ и колхоза им. Тельмана остались до кон-

ца не убранными, и люди с риском для жизни ходили туда для поисков хоть

какого-то пропитания. З.А. Лишенкова вспоминает о той роли, которую для

68 Рысаков В.[И.]900 блокадных дней // Войной украденное детство (спешим ска-

зать – пока мы живы). – СПб., 2011. – С. 122.

69 Ломагин____________Н.А. Неизвестная блокада. Кн. 1. – С. 296–297.

70 Мусаев В.И. Указ. соч. – С. 415.

40 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.41

ре – апреле 1942 г. в значительной мере повлияли на судьбу ленинградских

немцев. 7 января 1942 г. на Волхове с целью деблокирования Ленинграда на-

чалась Любанская операция, трагически завершившаяся гибелью 2-й ударной

армии и пленением командующего армией генерала А.А. Власова. По приказу

командующего 18-й армией от 25 января 1942 г. началось выселение немцев

из окрестностей Ленинграда, поскольку к этому времени считался возможным

прорыв блокады и последующее наступление Красной армии.

По сообщению Айнзатцгруппы А, располагавшейся в Гатчине, от 2 января

1942 г., учет этнических немцев, находящихся в прифронтовой полосе, а также

в тылу армии, был завершен к началу 1942 г. ≪Учет в целом завершен. Прини-

мая во внимание надвигающийся голод, а также угрозу этническим немцам

со стороны противника, представляется необходимым поторопиться с транс-

портом для их вывоза. В тесном сотрудничестве с командованием 18-й армии,

проявляющим большой интерес ко всем этническим вопросам, в будущем не-

обходимо приступить к учету проживающих в Ингерманландии эстонцев и

финнов. К проведению этого учета привлекаются эстонские офицеры и помощ-

ники из числа финского населения≫81. В сводке от 8 апреля 1942 г. говорилось,

что ≪регистрация эстонцев и финнов в компетенции 18-й армии закончилась.

В общей сложности было зарегистрировано 11 415 эстонцев и 64 800 фин-

нов. Изменение этой цифры возможно лишь в наименьшей степени и связано

с тем, что за пределами собственно зоны боев, где был запрет на переселение,

все еще существовала некоторая миграция≫82.

Выселение немцев на запад не было одноразовой акцией. Об этом имеются

различные свидетельства.

Семья Филиппа Филипповича Гевейлера из Стрельнинской колонии точно

помнит дату отправки в Германию – 12 февраля 1942 г. Жителей Стрельны

вначале собрали в Красном Селе, а затем по железной дороге отправили на

запад. До лагеря Конитц ехали месяц, в дороге людей сносно кормили, на гра-

нице с Латвией провели санобработку.

По детским воспоминаниям жителя поселка Стрельна Ю.П. Крылова,

расположенная по соседству Стрельнинская немецкая колония опустела еще

осенью. В ней расположилась местная комендатура. Колонистская школа,

сложенная из кирпича, была сожжена наполовину. ≪Говорили, что колони-

сты убрались в свой Vaterland. Нам было как-то все равно: выехали и выеха-

ли, я так, например, даже не заметил – когда. И даже хорошо, что выехали.

У нас появилась возможность пошарить в их хоромах, убедиться – не по слу-

хам, а воочию, как они у нас столько лет жили-поживали. Ходил слушок, что

сами-то колонисты выехали, а то, что у них было в погребах, им пришлось

оставить – на нужды оккупационного гарнизона. Разумеется, появляться

нашему брату было строжайше запрещено. <…> На погребах, у входа, рас-

сказывали, красовались убийственные аншлаги: “Halt – Minen!” и прочее

в том же духе. <…> Ежедневно в полдень из конца в конец деревни ходил

81 Документ № 36 ≪Сводка о событиях в СССР № 150≫ // Ломагин Н.А. Неизвестная

блокада. Кн. 2. – С. 182.

82 Документ № 42 ≪Сводка о событиях в СССР № 190≫ // Там же. – С. 205.

зрения командования германской 18-й армии. В сводках о положении в Пе-

тербурге (указывался не Ленинград, а Петербург) и о событиях в СССР немцы

упоминаются неоднократно.

При оценке настроений в осажденном городе в начале октября 1941 г. вы-

двигалось предположение, что ≪за сдачу города без боя, вероятно, бомльшая часть

оставшейся еще в живых интеллигенции и 30–40 тысяч живущих в Ленингра-

де немцев≫. В этом же документе утверждалось, что ≪заключенные, за исклю-

чением рецидивистов и политических, освобождены из тюрем и направлены

на фронт, главным образом копать траншеи <…> это не распространяется на

всех немцев, литовцев, эстонцев, латышей, финнов и белорусов, которые про-

должают отбывать наказание≫74. В сводке от 9 октября 1941 г. информируется

о количестве немцев в Ленинграде (более 20 тысяч)75. 16 октября сообщается

об общем количестве населения в городе по итогам переписи 1939 г., о количе-

стве евреев и немцев, об эвакуации жителей из прифронтовой полосы76. В ≪Со-

общении о Петербурге № 6≫ от 31 октября 1941 г. на уровне слухов сообщается

о полномасштабной эвакуации населения из южной части города, от Кировско-

го завода до Нарвских ворот и Московского района вдоль Московского шоссе от

Средней Рогатки почти до завода ≪Электросила≫77. 8 февраля 1942 г. говорится

о том, что ≪большое количество местных немцев живет в условиях строжайшей

изоляции в маленьком поселке Петровская Славянка. <…> Существует секрет-

ный приказ, согласно которому лица немецкого происхождения не могут быть

отправлены на фронт, как, впрочем, и мужчины, чьи семьи находятся на заня-

той территории≫78. В период с 6 по 20 ноября 1941 г. по желанию командования

18-й армией отряды полиции безопасности участвовали в учете этнических нем-

цев. Это происходило в форме перепроверки населения полицией безопасности.

Проблема учета и улучшения положения отдельно живущих в Ингерманландии

немцев была переложена службой безопасности на военные инстанции79.

В одной из разработок 18-й армии ≪по обращению с гражданским насе-

лением Петербурга≫, основанной на соображениях верховного командования

вермахта, предусматривался пропуск всего гражданского населения блокиро-

ванного города через линию фронта и отправка людей в тыловую зону. Одним

из преимуществ этого варианта, по мнению разработчиков, было спасение

≪немцев, финнов и лояльных к нам [гитлеровцам. – И.Ч.] русских, проживав-

ших в Петербурге≫80.

Контрнаступление Красной армии под Тихвином в ноябре – декабре

1941 г., а затем события на Волховском фронте в районе Мясного Бора в янва-

74 Документ № 9 ≪Сообщение о Петербурге № 1≫ // Ломагин Н.А. Неизвестная бло-

када. Кн. 2. – С. 119, 121.

75 Документ № 16 ≪Сообщение о Петербурге № 4≫ // Там же. – С. 131.

76 Документ № 47 ≪Сообщения из занятых Восточных территорий № 25≫ //

Там же. – С. 212–213.

77 Документ № 23 ≪Сообщение о Петербурге № 6≫ // Там же. – С. 145.

78 Документ № 39 ≪Сводка о событиях в СССР № 170≫ // Там же. – С. 192, 196.

79 Документ № 34 ≪Сводка о событиях в СССР № 140≫ // Там же. – С. 177.

80 Стахов Х.Г.Трагедия на Неве. Шокирующая правда о блокаде Ленинграда. 1941–

1944. – М., 2011. – С. 215.

42 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.43

Новые жители лагеря были крайне истощены. Штаб сообщал, что обыч-

ный вес взрослых женщин составлял от 80 до 90 фунтов (40–45 кг)89. Причи-

ной этого были катастрофические условия питания у себя на родине. Из числа

ленинградских немцев к октябрю 1942 г. около 500 семей (2104 чел.) были

временно расселены в районе Люблина, остальные к весне 1943 г. переведены

на территорию Польши, включенную в состав Германского Рейха (Reichsgau

Wartheland, имперский край Вартегау).

Судьба псковских немцев, также оказавшихся в оккупации, требует более

детального изучения. Известны лишь отдельные факты. Так, по воспоминани-

ям евангелического священника Вильгельма Штритара, служившего в качестве

сапера в Пскове в 1941 г., 30 ноября, в первый адвент во время службы в специ-

ально сооруженном молитвенном доме присутствовали и ≪русские немцы≫90.

Первая волна отправки гражданского населения из Пскова в Германию

началась в октябре 1943 г., а с 17 февраля 1944 г. начался массовый угон

псковичей на запад. Можно предположить, что среди них были и жители не-

мецкой национальности. О судьбе монаха Мирожского монастыря Иоанна

рассказала газета ≪Благовест≫91. Малолетним ребенком он вместе с матерью

Галиной Рудольфовной Лединой, которая была фольксдойче из Пскова, ока-

зался на территории Польши в лагере Грудзенц. Его отец находился на фрон-

те. По окончании войны женщина с восьмилетним сыном вернулись в Псков.

По воспоминаниям А.Н. Семеновой (урож. Ваншейд), война застала ее мать

с двумя детьми в Пскове у родителей мужа, куда они приезжали на лето из

Ленинграда. В оккупации они прожили до конца 1943 г. Зимой 1943-го семью

отправили в Германию. Какое-то время старики еще жили в своем доме, но

вскоре началось массовое выселение жителей города на запад92. А.Н. Семе-

нова опубликовала и свои короткие воспоминания о школьной учебе в лаге-