Текст книги "Ленинградские немцы: судьба военных поколений (1941–1955 гг.)"

Автор книги: Ирина Черкизьянова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 47 страниц)

наркома обороны СССР Л.З. Мехлиса об удалении из частей 52-й армии нем-

цев, финнов, латышей, литовцев и других ≪сомнительных лиц≫. Армия зани-

мала позиции по Волхову, севернее Новгорода до Грузино. В активное сраже-

ние соединения армии вступили 16 октября 1941 г., когда силы противника

развернули наступление на Тихвин. В этот период и велась чистка армии от

≪неугодных элементов≫.

Большая операция по депортации немцев и финнов готовилась на осно-

вании секретного постановления Военного совета Ленинградского фронта

№ 196-сс ≪Об обязательной эвакуации немецкого и финского населения из

пригородных районов гор. Ленинграда≫ от 26 августа 1941 г.32 Обязательному

выселению подлежали немцы и финны из Ораниенбаумского, Красносельско-

го, Слуцкого, Красногвардейского, Тосненского, Мгинского, Всеволожского и

Парголовского районов. Место для выселения было определено в Коми АССР

и Котласе Архангельской области. Операцию предполагалось провести с 27 ав-

густа по 7 сентября 1941 г. Для ее осуществления необходимо было организо-

вать ежесуточный вывоз людей на 20 баржах, а также поезд-вертушку от стан-

ции Мга до станции Погра Подпорожского района.

Решение военных властей было ≪усилено≫ телеграммой уполномоченных

Государственного комитета обороны В.М. Молотова, Г.М. Маленкова и А.Н. Ко-

32 Текст постановления см.: Сталинские депортации. – С. 326–327; Из районов об-

ласти сообщают… – С. 63.

24 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.25

от Ленинграда до Череповца – 36 тыс. чел. Для обеспечения пересадки с

водного транспорта на железнодорожный в Череповце начальник УНКВД по

Вологодской области Л.Ф. Галкин должен был командировать в Череповец

оперативную группу во главе с заместителем начальника УНКВД капитаном

госбезопасности А.П. Свиридовым. В Череповец направлялся начальник 3-го

отдела Транспортного управления НКВД СССР И.С. Белов, в обязанности ко-

торого входило руководство перегрузкой и организация отправки людей

по железной дороге. На каждый эшелон планировалось выделить началь-

ника эшелона из числа начсостава конвойных войск НКВД и необходимое

количество красноармейцев, а также по одному оперативному работнику.

Нарком внутренних дел Казахской ССР А.Н. Бабкин обязан был обеспечить

организацию в Карагандинской, Кзыл-Ординской, Южно-Казахстанской и

Джамбульской областях прием и расселение людей в тех местах, которые

определит СНК Казахской ССР. На заместителя наркома внутренних дел

В.В. Чернышова, начальника КРУ П.В. Федотова и начальника Транспорт-

ного управления Н.И. Синегубова возлагалось обеспечение своевременной

подачи эшелонов, их продвижение в пути следования и наблюдение за рас-

селением в Казахской ССР.

При сопоставлении хроники военных событий, развивавшихся на под-

ступах к Ленинграду, с датами появления документов о выселении немцев и

финнов, возникают вопросы. Ночью 29 августа передовые отряды гитлеровцев

вышли к Ям-Ижоре, утром начались бои на южной окраине 3-й Колпинской

немецкой колонии37. 29 августа противник захватил станцию Мга, и с 14 часов

полностью прервалась железнодорожная связь Ленинграда со страной. Берия

и Меркулов не могли не знать этого, тем не менее и сообщение Меркулова,

и приказ Берии появляются 30 августа, а операцию по выселению наметили

начать 31 августа и закончить к 7 сентября.

Прежде чем прервалась железнодорожная связь Ленинграда со страной, на

≪большую землю≫ успели вывезти около 28 тыс. немцев и финнов, основная

часть их была размещена в Вологодской области (около 22 900 чел.), 350 чел.

попали в Кировскую область38. Это говорит о том, что подготовка к депортации

началась еще до выхода постановления Военного совета, а исполнение поста-

новления началось до появления приказа Берии. Иначе сложно представить,

что за два дня, с 26 августа до полудня 29-го, можно было подготовить и вывез-

ти такое количество людей, притом что продолжалась масштабная эвакуация

предприятий и населения.

Какой процент в этих цифрах составляют немцы и из каких районов успе-

ли их депортировать, предстоит уточнить. Не вызывает сомнения, что среди

них были новгородские немцы.

Мы предприняли попытку проанализировать сведения о депортации последних

на основе ≪Книги памяти жертв политических репрессий Новгородской

37 Буров А.В. Блокада день за днем. – СПб., 2011. – С. 65–66.

38 Мусаев В.И. Этнос и война. – С. 414. В свою очередь, автор ссылается на публи-

кацию: Gelb M. The Western Finnic Minorities and the Origins of the Stalinist Nationalities

Deportations // Nationalities papers. Vol. 24. № 2. – 1995. – P. 251.

назначали лицо, ответственное за эвакуацию из числа работников НКВД или

милиции. Ответственный за эвакуацию обеспечивал доставку населения к ме-

сту посадки на баржи или в поезд. Из числа эвакуируемых назначался свой

ответственный, это мог быть председатель колхоза либо кто-то иной.

Населению должны были дать разъяснение, какие вещи можно захватить

с собой. Это – продукты питания (до 200 кг на семью), постельные принад-

лежности, белье, обувь, зимняя одежда, мелкая домашняя утварь (посуда, ве-

дра, ножи, вилки и пр.), мелкий сельскохозяйственный инвентарь (пила, то-

пор, лопата и пр.). Общий вес багажа (включая продовольствие) не должен

был превышать 600 кг.

Конторы Заготскот и Заготзерно должны принимать от эвакуируемого на-

селения под расписки крупный рогатый скот, а также излишки зерна. Пред-

седатели РИКов обязаны были выдать главе семьи эвакуационное удостове-

рение, в котором указывалось, что семья эвакуируется из такой-то области

и перечислялись ее члены.

Эвакуация была принудительной, поэтому в случае сопротивления или от-

каза от выезда зачинщиков следовало арестовывать. Для обеспечения порядка

в районах эвакуации туда направлялись военные отряды. Эвакуацию следова-

ло закончить к 7 сентября.

30 августа заместитель наркома НКВД В.Н. Меркулов направил наркому

НКВД Л.П. Берии специальное сообщение с кратким изложением плана меро-

приятий по эвакуации немцев и финнов35. В частности, речь шла о необходи-

мом транспорте. Требовалось 190 барж из расчета по 500 чел. на каждую или

1800 вагонов (по 50 чел. на вагон). Меркулов ссылался на указание Молотова

о том, чтобы при посадке в вагоны финнам и немцам отдавалось предпочте-

ние. В документе говорилось, что имеются порожние вагоны, а их количество

зависит от числа прибывающих в Ленинград поездов. Отмечалось, что дви-

жение по железной дороге осуществляется через единственную линию связи

у ст. Мга, которую немцы систематически бомбят, что затрудняет проход поез-

дов. Для придания большей убедительности предлагаемым планам в докумен-

те использовался уже отработанный пропагандистский прием – указывалось,

что в связи с близостью фронта финское и немецкое население области частич-

но ≪уходило в леса, ожидая прихода немцев, в то время как русское население

стекалось в Ленинград≫.

В тот же день Берия издал секретный приказ № 001175 ≪О мероприяти-

ях по проведению операции по переселению немцев и финнов из пригорода

Ленинграда в Казахскую ССР≫36. Обращает на себя внимание название доку-

мента, который ограничивал географию депортации территорией Казахстана,

хотя в предыдущих документах речь шла сначала о Коми АССР и Архангель-

ской области, затем о Восточной и Западной Сибири, Алтае и Казахстане.

В соответствии с приказом, руководство операцией возлагалось на за-

местителя наркома НКВД Меркулова и начальника УНКВД ЛО Кубаткина.

Планировалось вывезти по железной дороге – 96 тыс. чел., водным путем

35 Сталинские депортации. – С. 328–329.

36 Там же. – С. 329–330.

26 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.27

Немецкое население в блокадном кольце и возобновление

депортации весной 1942 г.

Блокада Ленинграда тесно переплела судьбы немцев-ленинградцев и немцев-

колонистов, оказавшихся в это время в осажденном городе. Одни уже по-

стоянно жили и работали в городе, другие, спасаясь от наступающей армии

противника, бежали к родственникам, третьих эвакуировали с окраин вглубь

города. Трагедия усугублялась тем, что многие семьи оказались разорванны-

ми – одни остались в оккупации, другие в блокадном кольце. В их числе были

семьи стрельнинцев Екатерины Федоровны Лефлер, Августы Петровны Аман

и многих других.

Мужчины, подлежавшие военному призыву, находились в действующей

армии. А.К. Паль, житель Новосаратовки, был призван в июле 1941 г., пропал

без вести в марте 1942 г. На фронте без вести пропали муж Софии Петровны

Биллер И.И. Столбов (в апреле 1944 г.) и сыновья Владимир (1918 г. р.) и Алек-

сандр (1922 г. р.). В боях под Тулой погиб сын Якова Амана из Стрельнинской

колонии. Всего во время войны в армии сражались 33516 российских немцев.

Первая блокадная зима стала самым тяжелым испытанием для ленинград-

цев. С декабря, особенно в январе–феврале 1942 г., шло массовое вымирание

населения. В феврале в среднем в сутки гибли от голода 3200–3400 человек,

а в первую декаду марта – по 2700–2800 человек в сутки. Умирал каждый тре-

тий житель города.

По теме блокады опубликовано множество исследований, воспоминаний,

дневников, но все равно невозможно до конца описать всю глубину страданий

отдельного человека. Каждая судьба – неповторимая трагическая история.

Сколько было в городе немцев, сколько из них погибло, – сегодня отве-

тить на эти вопросы невозможно. Ведь даже общее количество жертв блока-

ды до конца не выявлено. Нами были выбраны с сайта ≪Возвращенные имена.

Блокада≫40 имена погибших людей – носителей традиционных немецких фа-

милий, всего около 1200 имен. Основанием для выборки послужили косвенные

сведения – чаще всего были ≪немецкие≫ фамилии и имена. Иногда в данных об

умерших встречаются указания на то, что человек похоронен на Смоленском

лютеранском кладбище, в других случаях о принадлежности к немцам можно

было судить по месту рождения и жительства (немецкие колонии). ≪Чистота

эксперимента≫, разумеется, достойна критики, ведь по имеющимся данным

сложно определить этническую принадлежность людей. Например, среди Бер-

гов, Майеров, Шмидтов были и немцы, и евреи, и обрусевшие потомки нем-

цев. Женщины-ненемки после замужества брали фамилии мужей-немцев. Но

нам важно было проследить общую тенденцию в развитии смертности среди

немцев, хотя бы таким способом выявленных.

Среди жертв голода были семьи: Аман – 28 чел., Бадер – 5, Бауэр – 6,

Бендер – 21, Бергман – 5, Бок – 33, Бреннер – 10, Бутц – 9, Вальтер – 45,

Гаген – 10, Гевейлер – 18, Герман – 64, Киндеркнехт – 3, Краубнер – 10,

Кригер – 5, Кун – 10, Лефлер – 6, Менг – 7, Паль – 15, Реймер – 3, Ульрих

40 http://visz.nlr.ru

области≫39. Выявлено 158 депортированных немцев (тех, у кого в записях ука-

зана национальность), проживавших в Новгороде, Новгородском (97), Чудов-

ском (17) и других районах. С учетом того, что детей высылали ≪с родителями≫,

≪с матерью≫, ≪в составе семьи≫, а в ≪Книгу памяти≫ попали не все пострадавшие

от депортации или об этом не говорится в справках, можно с уверенностью го-

ворить о том, что реальное число депортированных значительно больше, чем

выявленных имен. Основную часть составили жители немецких колоний Ново-

николаевской (85 чел., 53,8%) и Александровской (8), Новгорода (19) и Малой

Вишеры (11). Сведения о депортации, как правило, ограничиваются годом вы-

сылки (чаще всего указан 1941 год), изредка называется месяц (август, сентябрь,

октябрь 1941 г.). Датой высылки называется и время мобилизации в трудармию

(1942) или время отправки на спецпоселение после репатриации (1945–1950).

В трех случаях указывается причина высылки. Магдалина Михайловна Шеффер

(1887 г. р.), жительница Новониколаевской колонии, была выслана в августе

1941 г. по решению Военного совета Ленинградского фронта. Жители Мошен-

ского района Анна Генриховна Альт (1910 г. р.) с мужем и дочерью, а также Ген-

риетта Францевна Лаюс (1872 г. р.), были высланы 14 августа 1942 г. как поли-

тически неблагонадежные. Екатерина Яковлевна Федорова (1905 г. р.), немка,

уроженка Александровской немецкой колонии Чудовского района, выслана

с пятью детьми 22 апреля 1942 г. из Малой Вишеры в Красноярский край как

политически неблагонадежная. География последующего расселения пестрая.

Преобладают указания на Казахстан (Джамбульская, Кустанайская, Северо-

Казахстанская области), Кемеровскую область и Коми АССР.

На основании приведенных фактов можно попытаться реконструировать

события осени 1941-го. Поскольку основная часть немцев, живших близ Нов-

города, к августу оставалась на советской территории, то их депортировали

на основании решения Военного совета Ленинградского фронта от 26 августа

1941 г. Поэтому они попали в Коми АССР, как и указывалось в постановлении.

Отдельные семьи высылались после повторного постановления Военного со-

вета Ленинградского фронта от 20 марта 1942 г., о чем речь пойдет дальше.

Остается неясным, как высылали немцев из Новгорода, если он был оккупиро-

ван 19 августа, а постановление вышло 26 августа. Например, как могли быть

высланы 21 ноября 1941 г. дети Анны Ивановны Паль (1933 г. р.) и Федора

Яковлевича Шефера (1936 г. р.) с их родителями, если в справке говорится, что

они проживали в Новгороде? Вероятно, на момент депортации они все же не

жили в Новгороде, а оказались в числе беженцев за пределами города.

После установления полной блокады Ленинграда единственный путь

к ≪большой земле≫ теперь пролегал через Ладогу. К этому времени советско-

германский фронт значительно продвинулся на восток и проходил по террито-

рии современной Новгородской области. После захвата Тихвина 8 ноября и

успешного контрнаступления советских войск 12 ноября – 28 декабря ситуа-

ция на Волховском фронте на короткое время относительно стабилизирова-

лась. Линия фронта проходила в основном по реке Волхов.

39 Книга памяти жертв политических репрессий Новгородской области. Т. 1–10. —

Новгород, 1993–2006. Электронный вариант см. на сайте ≪Возвращенные имена≫.

28 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.29

(урож. Думлер) вспоминает первое посещение бомбоубежища, постоянное

чувство

голода, настенные часы, ход стремлок которых ≪мог≫ чудесным образом

приблизить время еды. Сначала умер отец, потом мать. Ирину вместе с другими

детдомовцами эвакуировали в августе 1942-го44. Доктор медицинских наук Вик-

тор Федорович Шефер, потомок стрельнинских колонистов, в блокаду потерял

отца Федора Владимировича (Теодора Вольдемаровича) (21 января 1942 г.), мать

Елену Александровну (17 февраля 1942 г.), старшего брата Рихарда (25 февраля

1942 г.), дядю Шефера Рудольфа Вольдемаровича (декабрь 1941 г.), тетю Эйде-

миллер Софью Александровну (апрель 1942 г.). ≪Мне было 13 лет, но у меня в эти

дни были самые настоящие мысли о самоубийстве≫, – пишет Виктор Федоро-

вич45. 13 апреля 1942 г. Виктора с детским домом эвакуировали через Ладогу.

В сентябре 1941 г. в блокадном Ленинграде оставалось около 2000 сотруд-

ников АН СССР, ученые продолжали работать над своими плановыми темами.

Среди оставшихся сотрудников Института востоковедения АН СССР был спе-

циалист по истории греческого и коптского языков Петр Викторович Ернштедт

(1890–1966), член-корреспондент АН СССР с 1946 г. От голода и истощения

погибли энтомолог, заведующий отделом Зоологического института АН СССР

Аксель Николаевич Рейхардт (1888 – январь 1942), нумизмат Александр Ни-

колаевич Зограф (1896 – февраль 1942).

Эмилий Оскарович Визель (1864 г. р.), отец члена-корреспондента АН СССР

Оскара Эмильевича Визеля, умер 2 мая 1943 г., проживал на 4-й линии, д. 1/3,

кв. 4, похоронен на Пискаревском кладбище. На Серафимовском кладбище

покоится Оскар Антонович Вальтер (1884 – сентябрь 1941), профессор сель-

хозинститута в Ленинграде. С 1913 г. он непрерывно вел преподавательскую

работу по анатомии и физиологии растений, автор более 50 научных работ и

руководств по вопросам использования минеральных удобрений в сельском

хозяйстве, участник Первого Всесоюзного совещания по физиологии растений

и Всесоюзной сельскохозяйственной выставки 1940 г. Николай Эрнестович

Радлов (1889–1942), известный художник, иллюстратор детских книг, искус-

ствовед, критик, сын профессора философии Э.Л. Радлова, скончался от ран,

полученных во время бомбежки Ленинграда. Похоронен на семейном участке

Смоленского лютеранского кладбища.

Некоторые ученые немецкого происхождения, проживавшие в блокад-

ном Ленинграде, подверглись необоснованным репрессиям. 4 сентября 1941 г.

по подозрению в шпионаже был арестован Александр Филиппович Вальтер

(1898–1941), член-корреспондент АН СССР с 1933 г., специалист по физике

диэлектриков, с 1936 г. – директор Научно-исследовательской лаборатории

материалов, отделившейся от Ленинградского физико-технического институ-

та. Умер (не ранее 9 октября) от тяжелых условий на этапе в Новосибирск,

предположительно на Ладожском озере46. Кратковременному аресту подверг-

ся член-корреспондент, востоковед Евгений Эдуардович Бертельс (1890–1957),

в 1942 г. в тяжелом состоянии он был эвакуирован из Ленинграда.

44 [Воспоминания И.К. Рышковой] // Там же. – С. 55–56.

45 Шефер В. [Воспоминания] // Мы дети российских немцев. – С. 17.

46 URL: http://www.ihst.ru/projects/sohist/repress/academy/valter-a.htm

– 9, Штейнмиллер – 6, Штрейс – 6, Штро – 14, Эйдемиллер – 47, Янцен —

2. Это жители немецких колоний: Гражданки (Шефер Александр Федорович,

Шефер Георгий Николаевич, Шефер Сергей Федорович, Шмидт Отто Оттоно-

вич), Колпинской (Гевейлер Эльвира Георгиевна, Крафт Мартын Богданович),

Новосаратовки (Мейер Христина Андреевна), Средней Рогатки (Аман София

Адамовна, Эйдемиллер Иван Александрович), Янино (Аман Петр Егорович).

Картину гибели людей можно анализировать и по городским адресам, отдель-

ным улицам, домам и квартирам. Правый берег Невы – набережная, примы-

кавшая к Новосаратовке. Десять человек умерших, половина из дома № 96:

Андрей Адамович Штейнмиллер, Михаил Адамович Гевейлер, София Яков-

левна Шефер, Иван Иванович Гевейлер, Георгий Иванович Гевейлер. В доме

№ 47 по улице Опочинина умерли: в декабре 1941 г. Шульц Эрнст Адольфович

(1870 г. р.), в январе 1942 г. Эйдемиллер Иван Александрович (1907 г. р.), в фев-

рале 1942 г. Гарри Эрнестович Шульц (1900 г. р.). На Смоленском лютеранском

кладбище похоронены: Берг Шарлота Фердинандовна, Бергман Владимир

Людвигович, художник Бухгольц Федор Федорович (участок № 98, рядом со

скульптором М.Л. Диллоном, надгробие утрачено), Герман Ида-Паулина Фе-

доровна, профессор математики Гернет Надежда Николаевна (участок № 54),

Гесс Каролина Юльевна, архитектор Гримм Герман Давидович (участок № 17),

Рейхардт Екатерина Михайловна, Тиссен Юлиан Юлианович, Штамлер Вацлав

Иванович, Штро Шарлотта Карловна.

Общую картину потерь дополняют воспоминания тех, кто выжил в блокаду.

Они называют имена, которых нет в памятной книге ≪Блокада≫. София Матве-

евна Аман свидетельствует о смерти ее родственников Польберг (5 чел.) и Валь-

тер (4 чел.), живших на Васильевском острове41. По воспоминаниям писателя

Роберта Лейнонена, происходившего из немецко-финской семьи, практически

вся семья (11 чел.) погибла в первую блокадную зиму. В живых остались они с

сестрой42. Скончались родители и сын расстрелянного Петра Гергардовича Пен-

нера (1899–1937), директора немецкого педтехникума в Ленинграде.

Воспоминания немцев Ленинграда, которые детьми пережили блокаду, ни-

чем не отличаются от других подобных воспоминаний. Голод, болезни, холод,

разруха, страх, сиротство. Герман Антонович Линденбург встретил войну 11-лет-

ним мальчиком. Отца арестовали в июле 1941 г., остались мать и он с братом

Владимиром. Елена (Берта-Клара) Ланге скончалась в феврале 1942 г., ей было

44 года. Старший брат отвел Германа в детский дом. Детдомовцев эвакуирова-

ли весной 1942-го на Кубань, которую осенью 1942 г. оккупировали фашисты.

Детей поместили в интернат под надзор полиции. Герман с двумя товарищами

дважды бежали, второй раз удачно. Скитались, к зиме оказались в станице Кры-

ловской Краснодарского края. Станичники приютили детей, а в 1944 г. Герма-

на определили в Ейское военное училище43. Ирина Константиновна Рышкова

41 Петрова (Аман) С. Моя большая дружная семья // Немецкая колония в Стрель-

не. – С. 113.

42 Черказьянова И.В. Депортация немцев из Ленинграда и Ленинградской обла-

сти // ≪Выселить с треском≫. – С. 234.

43 Линденбург Г. Мои военные годы // Дети и война. – С. 17–21.

30 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.31

9 марта издано постановление Военного совета Ленинградского фронта

№ 00713 ≪О выселении из Ленинграда в административном порядке социаль-

но опасного элемента≫. Таким ≪элементом≫ вновь оказались и люди, принад-

лежащие к национальным меньшинствам – немцы, финны, поляки. 29 марта

начальник УНКВД Ленинградской области сообщал в Москву о реализации

постановления. 17 и 18 марта из города было отправлено 5 эшелонов, общим

количеством 9785 человек, в т. ч. финнов и немцев – 6888, административ-

но высланных – 2897. С Финляндского вокзала людей отправили поездами до

станции Борисова Грива, затем на машинах (автобусах) через Ладогу до стан-

ций Кобона, Жихарево, Лаврово. На этих станциях шло формирование соста-

вов – 2 эшелона в Омскую область и 3 эшелона – в Красноярский край. Люди

получили деньги на питание из расчета 6 рублей в сутки49.

20 марта вышло повторное постановление Военного совета Ленинградско-

го фронта № 00714а ≪Об обязательной эвакуации финского и немецкого на-

селения из пригородных районов области и города Ленинграда≫.

≪Обязательная эвакуация≫ была возложена на облисполком (В.Д. Семин),

обком партии (В.В. Никитин) и Управление НКВД (И.И. Иванов). В районах

ответственность за подготовку населения к эвакуации ложилась на первых

секретарей райкомов ВКП(б), председателей исполкомов районных советов и

начальников районных отделений НКВД. Были намечены конкретные сроки

депортации населения пригородных районов: в течение 26 и 27 марта 1942 г.

отправлять по 7,5 тысяч ежедневно. Всю подготовительную работу к эвакуа-

ции следовало закончить к 25 марта. Начальник тыла Ленинградского фронта

генерал-майор Лагунов должен был обеспечить перевозку автотранспортом

эвакуируемого населения через Ладожское озеро, а из Ораниенбаумского

района – через Финский залив до станции Лисий Нос. Для эвакуации выделя-

лось в распоряжение облисполкома 25 автомашин. Городская эвакуационная

комиссия по заявке УНКВД ЛО обязана была предоставлять необходимое ко-

личество талонов на питание для эвакуируемых немцев и финнов. В докумен-

те установлены нормы питания: хлеба – 150 граммов, мяса – 30 (в обед из

одного блюда на человека), крупы – 35, подболточной муки – 20. Кроме того,

на эвакопунктах планировалось выдавать каждому эвакуируемому единовре-

менно на двое суток вперед 800 граммов хлеба.

С 24 марта началась массовая эвакуация финнов и немцев. Высылке подле-

жало 24 600 человек. Предстоял сложный маршрут переброски людей, самой

опасной частью была трасса по Ладоге.

После установления блокады и прекращения железнодорожного сообще-

ния эвакуация из Ленинграда возобновилась в сентябре 1941 г. через Ладогу

(Дорога жизни), сначала водным путем, а с конца ноября – по льду. В первую

блокадную зиму официально переправа действовала с 22 ноября 1941 г. по

21 апреля 1942 г., вторая навигация началась в конце мая 1942 г. Перевозки

по Ладожскому озеру весной – осенью 1942 г. осуществлялись по двум трас-

сам – короткой и длинной. Малая трасса, протяженностью 29 км, проходила

от Кобоны до мыса Осиновец; большая, длиной 150 км, шла из Новой Ладоги

49 Документ № 8 // Ломагин Н.А.Неизвестная блокада. Кн. 2. – С. 35.

С первых дней войны военные, партийные власти, органы НКВД предпри-

няли ряд мер, направленных на нейтрализацию вражеской пропаганды и на

борьбу с негативными настроениями среди населения. Были изъяты частные

радиоприемники, фотоаппараты, изменился порядок получения и отправле-

ния почтовой корреспонденции, было сокращено телефонное сообщение. Все

это должно было ограничить подрывную деятельность противника. Для борь-

бы с пораженческими настроениями усилились репрессии против тех, кто

вел ≪антисоветскую агитацию≫. Газеты, особенно ≪Ленинградская правда≫,

регулярно разъясняли меры ответственности за невыполнение законов воен-

ного времени, публиковали приговоры Военного трибунала. Но реальное по-

ложение на фронтах и в осажденном городе усиливали пессимизм населения,

который стал особенно проявляться с сентября 1941 г. Н.А. Ломагин пишет:

≪Регулярные репрессивные акции органов НКВД, полностью контролировав-

ших ситуацию в едва живом городе, делали практически невозможным какое-

либо организованное выступление против власти. Именно на военные месяцы

1941 г. и первую блокадную зиму пришлось 80 % всех осужденных УНКВД за

контрреволюционные преступления в годы войны≫47.

Петр Христианович Фогельгезанг (1901–1942) из колонии Овцыно, рабо-

тавший пожарным на Ижорском лесозаводе, был арестован 11 марта 1942 г. за

≪антисоветскую агитацию≫ среди рабочих завода48. 4 апреля Военный трибунал

вынес приговор о расстреле. Через 48 лет, 4 апреля 1990 г. человек был реабили-

тирован Президиумом Ленинградского городского суда. Свою ≪агитацию≫ Фо-

гельгезанг успел провести дважды, в сентябре и ноябре 1941 г. – в присутствии

товарищей по работе критиковал сложившуюся ситуацию в городе. В сентябре

при рытье окопов некто Ф-в спровоцировал его замечанием: ≪От вас придется

уехать, так как с приходом немецких войск сюда вы всех нас русских повеси-

те≫. ≪Нет, а зачем тебя буду трогать, ведь ты не правитель и никакой не депутат.

Верно, если к нам придет немец, то я сразу засучу рукава и не одну (нецензур-

ное слово) не выпущу, и не уйдет никто от моих рук (указывает на депутатов

сельсовета), я им покажу, как вертеть честных людей, активничать и прижимать

народ. Разве это жизнь, когда тобой пастух и тот распоряжается? За 23 года за-

мучили всех и всего лишили, никакой скотинки вдоволь держать не дают эти

правители, то покосу не дадут, или налогом придушат. Это не жизнь, когда сам

не можешь распоряжаться≫. В ноябре в присутствии двух женщин позволил себе

второе и последнее высказывание, которое стоило ему жизни. ≪Вот до войны

кричали, но неправду говорили и писали, что у нас запасов на 10 лет, это был

пустой разговор и болтовня. Вот повоевали только пять месяцев, и есть стало

нечего≫. Указывая на портрет Сталина, продолжал: ≪Теперь, вероятно, он не го-

ворит, что у нас жить весело и хорошо, как говорил раньше≫.

В марте 1942 г. возобновилось выселение немцев из блокированного

Ленинграда и пригородов. Это была одна из мер борьбы с неблагонадежны-

ми лицами.

47 Ломагин Н.А. Неизвестная блокада. Кн. 1. – С. 291.

48 Копии документов из личного дела П.Х. Фогельгезанга предоставил сын погиб-

шего Х.П. Фогельгезанг (Канск).

32 Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг. Немцы Ленинграда и Ленинградской области в 1941–1955 гг.33

жен и ждал отправки в Иркутскую область четвертый эшелон (2570 чел.). На

ст. Борисова Грива ожидали отправки в Красноярский край 3 эшелона (7800

чел.). Два эшелона еще формировались в пригородных районах, а самые по-

следние два эшелона должны были грузиться 29 марта. Каждый состав сопро-

вождался спецконвоем войск НКВД в количестве 24 человек во главе с началь-

ником эшелона и оперработником НКВД52.

О том, как проходила депортация, рассказывают документы и воспомина-

ния очевидцев. Среди последних житель Новосаратовки Адам Адамович Шмидт

(1921–2011), художник, много лет проработавший в Ярославском театре.

Условия жизни в Новосаратовке были не намного лучше, чем в блокирован-

ном городе. Люди также страдали от голода и бомбежек, немецкая молодежь

участвовала в санитарной очистке городских домов (вывозили погибших), за-

готавливали дрова в Невском лесопарке для крематория, действовавшего на

кирпичном заводе ≪Красная заря≫. В счет трудодней колхозники ничего не по-

лучали, а картошку с приусадебного участка сдали в фонд фронта, вскоре туда

же была передана и вся живность.

Новосаратовцам дали на сборы 24 часа. На дворе стояли наготове подво-

ды, которые доставили людей на станцию Нева (Веселый Поселок). Восприя-

тие смерти притупилось – она была на каждом шагу – поэтому у жителей,

готовых к эвакуации, не возникло чувство протеста, когда было приказано

свалить в скотный сарай все не захороненные трупы, временно хранившиеся

в скотном дворе и на кладбище. Живых отправляли в Сибирь, а покойников

сожгли вместе с постройками. Шмидт вспоминает: ≪За день и в день эвакуа-

ции “похоронили” – отвезли на скотный двор колхоза сестру отца и свекровь

старшей сестры≫53. Затем жителей повезли в вагонах к Ладожскому озеру и

там погрузили в автомобили. В семье Шмидта высылке подлежали 10 человек,

в т. ч. сестры с детьми: Эрна с трехлетним сыном и Тереза с дочерью пяти лет и

вторым, грудным, ребенком. Домам и оставшееся имущество передавались жи-

телям поселка, которые не были немцами и которые не подлежали эвакуации.

При посадке в вагон выяснилось, что младенец Терезы умер. На похороны вре-

мени не было – ребенка закопали в снег, отметив место еловой веткой. Рядом

уже высились два таких же сугроба – похоронили двух стариков. При посадке

впервые за долгие месяцы люди получили горячую еду, были настоящие хлеб

и каша. На той стороне Ладоги каждому выдали по буханке хлеба, в вагон по-

ставили печурку54.

Выселение немцев и финнов из Всеволожского района создавало боль-

шие экономические проблемы. До войны здесь существовало 53 колхоза.

Из них в сентябре 1941 г. девять колхозов были эвакуированы из фронто-

вых сельсоветов, поэтому к началу посевной кампании 1942-го действовало

44 колхоза. Проблема заключалась в том, что 41 колхоз полностью состо-

ял из немцев и финнов, а 2 колхоза – частично. Чисто русским был один-

единственный колхоз. Остающийся рогатый скот передавался совхозам

52 Буров А.А. Блокада день за днем. – С. 243.

53 Немецкая колония в Новосаратовке. – С. 82.

54 Там же. – С. 83–84.

до Осиновца. Транспорты шли обычно в вечернее и ночное время, чтобы из-

бежать вражеских бомбардировок.

≪Дорога жизни≫ стала и доромгой на спецпоселение для сотен и тысяч ле-

нинградских немцев и финнов.

Попытки оградить военные объекты от ≪враждебно настроенных≫ немцев