Текст книги "Рефлекс выживания"

Автор книги: Ирина Невская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

В палате, к своему удивлению, мы застали Юльку. Она, как обычно, была в своём репертуаре: подулась с недельку и снова принялась плести свою паутину, пытаясь поймать в неё Андрея. Он страшно обрадовался, увидев нас. Кажется, Юлькино общество удовольствия ему не доставляло.

– Девочки, привет, – мела перед нами хвостом Юлька, забыв про свои обиды, – а я Андрюше супчика принесла.

Мой брат сидел с несчастным видом и давился несъедобным супчиком. Я готовлю не очень хорошо, да и признаться, не люблю стоять у плиты, но Юлька готовила еще хуже, однако считала, что её супы и котлеты – вершина кулинарного мастерства. Лена, быстро оценив обстановку, решила помочь Андрею:

– Андрей Альбертович, к вам вот Сергей Анатольевич пришёл, поговорить хочет, – потом, повернувшись к Юльке, добавила: – Следователь. Вы разговаривайте, а мы в коридоре подождем, пошли, Юля.

– Да ничего, ничего, я подожду, пусть Андрей доест суп, – ответил недогадливый Сергей.

Юлька с благодарностью посмотрела на него, а нас одарила презрительным взглядом. Брату ничего не оставалось, как давиться супом дальше. Юлька вскоре ушла, победно гремя пустой посудой, сосед по палате тоже тактично удалился, оставив нас одних.

– Ты почему не подыграл мне? – накинулась Ленка на Сергея, как только за Юлькой закрылась дверь. – «Ничего страшного, я подожду», – передразнила она его, – тебя самого надо заставить съесть несъедобный суп.

– Откуда я знал, что суп несъедобный? – оправдывался он.

– Да ладно, Ленка, оставь Сергея в покое, я же живой, – засмеялся Андрей.

– Поверь мне, средневековые пытки по сравнению с этим – просто невинные шалости, – сказала я, и мы все дружно засмеялись.

Мы продолжали болтать о чем угодно, не затрагивая страшную тему. Вдруг у Сергея запищал мобильный телефон.

– Вот как? – удивилась подружка. – У тебя появился телефон?

– Это служебный, – ответил он, – разрешите мне ненадолго удалиться, нужно срочно по делу позвонить.

Сергей ушёл, а нам только того и надо было.

– Как у вас дела? – спросил брат, явно намекая на свою просьбу.

– У нас всё в порядке, не волнуйся, – заверила я его.

Брат заулыбался и кивнул. Мы, конечно же, рассказали Андрею о нашем ночном путешествии, опустив некоторые детали, например, о том, что Витюша дежурил не один. Он хоть и подлец, но все же отец троих детей, да к тому же пострадавший. Не стали мы рассказывать и о том, каким образом попали в здание. Андрею, однако, очень хотелось это узнать:

– Всё это очень интересно, но я не понял, как вы попали в здание?

– А это наш маленький женский секрет, – ответила Ленка.

– Ну, раз женский, можете тогда не рассказывать. А где папка? Вы её надежно спрятали?

Я кивнула и сказала:

– Надёжно, надёжней некуда, не волнуйся.

Андрей засмеялся:

– Что? Опять женский секрет? А не слишком ли много?

– В самый раз, – парировала Ленка.

– Авантюристки вы. И кто же мог подумать, что вы решитесь ночью, одни, да ещё тайком, – сказал Андрей.

– Смею напомнить, – встряла Ленка, – что с вашего благословения, Андрей Альбертович, сами бы мы никогда на такое не решились, потому что женщины нервные и впечатлительные.

– Ну, насчёт Сашки я не сомневаюсь, она и в самом деле нервная и впечатлительная с детства была, а вот про тебя, Лена, я бы так не сказал.

– Интересно, Андрей Альбертович, чем ещё я так вам не угодила?

– Всё, хватит, – прервала я их, – хватит ссориться. Вокруг такое творится, а они отношения вздумали выяснять.

– А мы не ссоримся. С чего ты взяла? – в унисон запели Лена и брат.

– Почему бы нам всё не рассказать Сергею, – предложила я, – он же в курсе всех дел.

– Нет, – отрезал брат, – о папке никто не должен знать, даже Сергей. Я после первого вторжения на фирму написал заявление в милицию. Знаете, что мне ответили? Нет состава преступления. Так что менты не очень-то горели желанием открыть дело. Серёга – хороший парень, я не спорю, но всё же и он не стал мне помогать, сказал, что ничего сделать не может. Не знаю я, может или нет. Вас охраняет, и на этом спасибо. Хотя в чём-то он прав, нет достаточных доказательств. А они, – он сделал ударение на это слово, – вряд ли успокоятся. Прошу вас, девчонки, больше так не рискуйте, я же сказал, чтобы вы утром, когда пришли…

Лена не дала ему договорить:

– Утром? Если бы мы пришли утром, то папочка вместе с отчётиком ножки сделала, а так отчётику пришлось в одиночестве линять, хотя… – Ленка о чем-то крепко задумалась, а потом продолжила: – Думаем мы, Андрей Альбертович, что Екатерина Владиславовна его сама забрала и переделала, как ей надо.

– Какой отчётик? – Андрей приподнялся на постели.

Я пнула Ленку ногой, та ойкнула, прикусив язычок, но было уже поздно.

– Рассказывайте! – грозно приказал брат. – Всё с самого начала.

Перебивая друг друга, мы выложили всё, что знали.

– Это конец, – Андрей схватился за голову. – Перед самой проверкой.

– Может, обойдется? – с надеждой в голосе спросила я.

Брат покачал головой:

– Нет, не обойдется. Проверку лишь на время отложили, пока я здесь… Надо уходить, хватит лежать, – он резко встал на ноги, потом застонал и плюхнулся обратно на кровать.

– Ты с ума сошёл! – испугалась я.

– Лежите спокойно, – Лена поправила одеяло и утешила: – Чего уж теперь? Отчёт все равно украден, а у нас ещё есть время, чтобы восстановить его, если Крыса позволит.

– Опять? – Андрей насупил брови. – Я же просил не обвинять её. Ещё ничего не доказано, может, она честнейший человек. Не поймали мы её за руку, значит, не можем подозревать.

Мы переглянулись с подругой: Андрей неисправим. «Что ж, не хочешь – не верь, – подумала я, – мы сами с ней разберёмся, а ты нам потом спасибо скажешь».

– Отчёт не вернёшь, – вздохнул Андрей, – а Екатерина Владиславовна, возможно, ни при чём. Это хорошо, конечно, что вы так вовремя папку спрятали, но больше ни шагу. Хватит себе приключения искать. Не лезьте, куда не надо. Не к добру всё.

– Вот-вот, – подхватил вошедший Сергей, – я им об этом раз двадцать уже говорил.

– Ну и как, – поинтересовался Андрей, – слушаются?

Сергей засмеялся и покачал головой, потом сделал серьёзное лицо и сказал, обращаясь к нам:

– Вашей фирмой солидные люди нашего города заинтересовались, так что придавят как котят.

Андрей попросил его:

– Серёга, не пугай их, мы же договорились, а то спать не будут.

– Кто? Мы? – усмехнулась Ленка. – Я вас умоляю, мальчики. Кому мы нужны?

– Сергей прав, не хватало мне, чтобы и с вами что-нибудь случилось, я не переживу.

– Ладно, ладно, – поспешили мы успокоить их, – чего вы раскипятились? Больше не будем.

– Вот и славненько, – обрадовались они.

Мы переглянулись с Леной и мило заулыбались. Конечно, мы докопаемся до истины, и никакие солидные люди нас не запугают. Тем более что Екатерина Владиславовна до сих пор безнаказанная ходит, а Андрей её защищает. Представляю, какое его постигнет разочарование, но ему полезно, сам виноват, прислушался бы раньше к нам, не лежал бы сейчас избитый в больнице. Но брату и Сергею про наши планы знать не обязательно. Зачем зря их беспокоить? Я, например, всегда считала: чем меньше рассказываешь мужчинам, тем лучше. Ленка в данном вопросе была со мной полностью солидарна:

– Правильно, – сказала как-то она, – не всё годится для ушей Их Величеств.

Когда мы собрались уходить, брат снова решительно встал и сказал:

– Всё, хватит валяться, я еду с вами. Надо действовать.

Я испуганно кинулась к нему:

– Тебе нельзя ещё. Сотрясение мозга не шуточки.

– Брось, Сашка, я себя прекрасно чувствую, – настаивал брат.

– Нет, – вставил слово Сергей, – думаю, что тебе и в самом деле рано, да и больница более – менее безопасное место.

– Сергей, пойми, – не унимался Андрей, – нельзя мне больше, итак столько времени потеряно, а они, сам знаешь, ждать не будут, пока мои ссадины заживут. Так и фирму потерять недолго.

– Андрей Альбертович, – вмешалась Ленка, – пару дней ничего не решат, тем более что всё уже случилось.

– Вот именно, – сказал брат, – случилось: бухгалтерские отчёты пропали, ты же знаешь, чем это грозит.

Она кивнула и ответила:

– Знаю, но…

– Короче, Андрей, – прервала я Ленку, испугавшись, что она при Сергее скажет про папку, – не нервничай, лечись спокойно, тебе силы ещё понадобятся.

– Да я уже здоров.

– Сандра, – обратился ко мне Сергей, – он всегда такой упрямый был?

– К сожалению, – ответила я и вздохнула, – кроме себя никого не слышит.

– Ладно, ребята, уговорили, – наконец сказал Андрей, – пару дней полежу, но только пару дней. Так что, Серёжа, придётся тебе ещё немного побыть телохранителем.

– Хорошо, – засмеялся он, – я тебе потом отчёт представлю, сдам их из рук в руки, и на этом моя благородная миссия будет закончена.

– Что? – подскочила Ленка. – Миссия? Для тебя это лишь миссия, и все твои уверения в верности и преданности лишь навязанная миссия? Значит, твои признания ничего не стоят?

Сергей испугался и стал уверять, что он вовсе даже не то имел в виду, и что это не миссия, он неправильно, мол, высказался, он по своей доброй охоте и воле стал рыцарем при наших персонах, потому что сильно к нам привязался. Я смотрела на них и думала: «Интересно, когда это он успел признаться ей в верности и преданности?»

– Поживём – увидим, – с сомнением заметила подруга.

Распрощавшись с братом, мы, наконец, отправились на заслуженный отдых.

– Опа! – воскликнул Сергей, как только машина отъехала от больницы. – Вас мне только не хватало.

– Это ты про вишнёвую «шестёрочку»? – зевая, спросила Лена.

– О ней, родимой, – слегка удивившись, ответил он, – а ты откуда знаешь?

Ленка закатила глазки и прочирикала:

– Наблюдательность – качество, присущее не только следователям. Я её ещё в прошлый раз заметила. – Потом она посмотрела назад и сообщила: – А вот ещё один сопровождающий на синем «Форде» пожаловал.

– На синем «Форде»? – встрепенулась я. – Это Руслан.

– Да что ты, дорогая. Твой Русик меняет машины, как галстуки, это неприлично. И вообще, – она повернулась к Сергею, вожделенно глядя на него, – я ценю в мужчине постоянство.

– Что будем делать, девочки? – обратился к нам Сергей. – Уйдём?

Я махнула рукой и сказала:

– Какой смысл, они всё равно знают, где я живу.

Все со мной согласились, и Сергей демонстративно снизил скорость. Нам торопиться было некуда, потому мы ехали медленно, пару раз даже остановились возле магазинов. Ребята на вишнёвой «шестёрочке» заскучали и, потеряв к нам интерес, умчались.

– Куда же вы, мужчины? Терпение что ли лопнуло? – съязвила Ленка.

Сергей повернулся к нам и сказал:

– Ну вот, теперь мы можем ехать, куда угодно.

– Нет, я домой, – ответила я, – отсыпаться, а вы, как хотите.

Мы подъехали к моему дому, где нас уже давно ожидала знакомая «шестёрка».

– Сашка, а ты была права, – сказала подружка, – наши друзья тут как тут.

Мне лично было всё равно, я так устала, что потеряла интерес ко всему на свете: всё же денёк выдался волнительный, уж не говоря про ночку.

Вопросительно взглянув на Лену, я поняла, что она, в отличие от меня, интерес к жизни не потеряла и ей ужасно хотелось, чтобы я куда-нибудь испарилась, желательно побыстрей, и оставила их с Сергеем наедине. Она искала предлог, чтобы осуществить задуманное, но ничего подходящего найти не могла, а Сергей, не понимая намёков, собрался уж было распрощаться с нами, правда, с неохотой, и уехать. Тогда я решила прийти к ним на помощь.

– Серёжа, ты не мог бы мне помочь?

– Да, да, конечно, всё, что угодно, – отозвался он, а Ленка сверлила меня выжидательным взглядом.

– Дело в том, – продолжала я с невинным видом, – что я пообещала Лене сходить к ней домой и забрать там одну вещь. Но я сегодня очень устала, а отпускать её одну в это логово как-то не хочется, ты же знаешь.

Ленка решила подыграть мне:

– Да ничего страшного, я схожу сама, Серёжа, наверное, торопится.

Сергея просить дважды не пришлось, он согласился быстро и с явным удовольствием:

– Никаких проблем, я совершенно свободен.

Они оба вдруг засветились от счастья.

– Да, – проговорила я, провожая взглядом машину, увозящую двух голубков, которые, кажется, нашли друг в друге смысл жизни, – как мало нужно человеку для счастья. Имеем ли мы право – мешать соединенью двух сердец?

Глава 15

Еле волоча ноги от усталости и рассуждая о превратностях судьбы, я поднималась к себе на этаж. Навстречу спускался широкоплечий и довольно высокий молодой человек со взъерошенной светлой шевелюрой. Увидев меня, он опустил голову вниз и пробежал мимо. Его я ни разу не видела в нашем подъезде, а впрочем, мало ли к кому человек зашел в гости, но почему-то показалось, что он имеет какое-то отношение ко мне. «Из-за всего происходящего мне не Бог весть, что кажется», – подумала я. Однако этот парень еще долго не выходил из головы. Увлёкшись домашними делами, я о нём забыла.

Лена, судя по всему, домой явно не спешила, и я легла спать, не дожидаясь её. Что ж, подружке надо когда-нибудь устраивать свою личную жизнь.

Я проснулась ночью от страха и головной боли. Опять мне приснился тот самый страшный сон, как будто кто-то догоняет меня и пытается схватить. Я проснулась как раз в тот момент, когда Он уже протянул ко мне руку. Перевернулась на другой бок, закрыла глаза и попыталась снова уснуть. И вдруг меня бросило в жар: в квартире кто-то был. Если бы пришла Ленка, я бы проснулась, потому что она тихо ходить не умеет. Нет, это была не Ленка. По всему телу побежали мурашки, страх снова сковал всё тело, как тогда в казино. Я лежала, боясь пошевелиться, и мне казалось, что я даже слышу его дыхание. Звук закрывающейся входной двери скорее почувствовала, чем услышала. Одно успокаивало, что он всё же ушел. Однако встать и посмотреть было равносильно смерти. А тут ещё телефон зазвонил как Бухенвальдский набат. Трясущимися руками взяла трубку и молча стала слушать:

– Сандра, это я, Руслан. Что с тобой?

– Руслан? – удивилась я, вдруг вспомнив, что мы с ним вроде бы поссорились.

– Ты в порядке? – спросил он. – У меня дурное предчувствие.

– Не знаю, – ответила я, – мне страшно.

– Я приеду, ты не бойся, подожди немного, я приеду, – его голос звучал всё тише и тише, как будто Руслан удалялся от телефона.

Потом, как сквозь вату, я услышала, что к входной двери снова кто-то подошел, а может, мне просто показалось. Я тихонько сползла на пол и, обхватив колени руками, стала ждать Его, Страшного человека из моего сна. Страх незаметно исчез, но появилась тоска и звёзды вокруг меня, много звёзд… бездна звёзд. Я помню, как застонала и стала падать в эту бездну…

– Сандра, Сандра, – тормошил меня Руслан.

Я еле разлепила глаза и спросила слабым голосом:

– Ты уже пришёл? – я оглянулась по сторонам и увидела, что сижу в его объятьях… на балконе.

– Слава Богу, – сказал он, – с тобой всё в порядке.

– А разве что-нибудь случилось? Он ушёл?

– Тут никого не было, когда я пришёл. Ты была одна, лежала на полу.

– Почему я на балконе?

– Кто-то открыл на полную катушку газ, ты чуть не задохнулась, кажется, я вовремя… успел, в общем.

Я простонала и рассказала Руслану обо всём: про свой сон, про чьё-то присутствие в квартире и даже про взъерошенного парня.

Руслан гладил меня по голове и приговаривал:

– Всё, всё, успокойся, теперь всё позади, я никому не дам тебя в обиду.

– Меня хотели убить?

Он в ответ посмотрел мне в глаза и попросил:

– Поехали со мной, я тебя спрячу.

Я отрицательно мотнула головой:

– Нет, не сейчас. Андрею помощь нужна. Я должна остаться, понимаешь?

Руслан вздохнул, видно, понял, что ему никогда не перебороть моё упрямство:

– Ладно, тогда я остаюсь здесь.

Я вопросительно посмотрела на него, а он добавил:

– Хотя бы на эту ночь, а дальше – посмотрим.

На улице бушевала настоящая весна, и я подумала о том, что глупо было бы умирать в такое время. Голова перестала болеть, но я всё продолжала сидеть в его объятьях. Вы не поверите, но вставать вовсе не хотелось, с ним так спокойно, хорошо, надёжно. Какая дура, что усомнилась в нём, не поверила, но теперь всё наладится, и мы с ним больше не будем ссориться. Не знаю, сколько бы мы ещё просидели вот так, обнявшись, на балконе, но воспитание сыграло свою роль: я вскочила, конечно, возмутившись, что до сих пор сижу в его объятьях, а он не принимает никаких мер, оделась и отправилась варить кофе. Руслан засмеялся и пошёл вслед за мной.

– Кстати, – спросил он, – а где твоя подруга? Так сказать, личная охрана?

– У неё срочное дело. Но это даже хорошо, что её нет, – ответила я и попросила: – Пожалуйста, не говори никому, что случилось, я не хочу расстраивать брата и Ленку.

– Хорошо, – согласился он, – так где же я буду спать?

Я вытащила из кладовки раскладушку, и Руслан устроился на кухне. К сожалению, другого места в моей однокомнатной квартире не нашлось, но он остался не в обиде.

Я слышала, как Руслан крутился на раскладушке, которая безбожно скрипела от старости, вздыхал, вставал, курил. Я тоже не могла долго сомкнуть глаз. Нет, теперь мне было вовсе не страшно, просто я, ворочаясь на диване с боку на бок, вспоминала, как он нежно держал меня на своих сильных мужских руках. И будь моя воля, я бы с удовольствием повернула время вспять, чтобы вновь оказаться на балконе… в объятьях Руслана. Мне приятны были его прикосновения и близость, я злилась на себя за это, но всё же ничего не могла с собой поделать: сцена на балконе прочно засела в памяти, вызывая в душе необъяснимое волнение и томление в груди.

– Сандра, – вдруг тихо позвал Руслан. – Ты спишь?..

Утром, проснувшись, я не застала его, но зато на кухне вовсю хозяйничала Ленка.

– Как спалось? – приторно-сладко поинтересовалась она.

– Нормально. А тебе?

– Просто супер, – она потянулась как кошка, зевнула и как бы между прочим сказала: – А Русик что-то даже чаю не попил.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

На работу, конечно, немного опоздали, хотя и приехали на Ленкином драндулете. Екатерина Владиславовна одарила нас недобрым, слегка испуганным взглядом и спросила:

– Саша, ты? А как ты…

Она явно чего-то испугалась. Я мило улыбнулась:

– Что-то не так, Екатерина Владиславовна?

– Нет-нет, – ответила она и отошла, продолжая бубнить: – Но этого не может быть.

Ленка толкнула меня в бок и спросила:

– Чего это она?

Я сделала невинное лицо и покачала головой:

– Не знаю.

Сама же подумала: «Вот ты и выдала себя, дорогая, считала, что я уже труп? Не выйдет». Несмотря на то, что я старалась казаться спокойной, у меня всё валилось из рук. Чашка кофе и та дрожала в руке, и я чуть не выплеснула содержимое на Ленку.

– Да что с тобой сегодня?

«Рассказать обо всём Лене? – проносились мысли. – Нет-нет, не буду её волновать».

Подруга с головой ушла в работу, пытаясь восстановить пропавший отчет. Крыса, приняв деловой вид, командовала направо и налево.

– Так, девочки, поторапливайтесь, нужно всё закончить к возращению Андрея Альбертовича. Светлана, куда ты положила прошлогодние накладные? Они должны лежать в другой папке.

Под общий шумок я умудрилась вырваться в курилку, но проверить тайничок не удалось: на нашем диванчике сидел тот самый светловолосый парень, правда, прическа у него была уже не взъерошенная.

– Вы? – удивилась я.

Он, увидев меня, подвинулся, уступая место рядом с собой, и нагло улыбнулся.

– Вы в «Эксито» работаете? – спросил он. – Я вас иногда вижу.

– А вот я вас что-то не припомню.

– Почему же? Я вам не интересен?

Я фыркнула:

– Как вы можете быть мне интересны или не интересны, если я вас впервые в жизни вижу, вернее, второй, кажется…

– А это очень легко исправить. Алексей Иванов, – представился парень. – Моя фирма на втором этаже. Ну вот, и познакомились. Надеюсь, после нашего знакомства, мы с вами будем видеться чаще.

– Венера, – ответила я и добавила: – Милосская.

Он засмеялся широко и открыто:

– Красивое имя, – ответил он, – оно вам очень идёт.

Я присела рядом с ним, вожделенно поглядывая на тайник. Алексей стал развлекать меня анекдотами, как вдруг примчалась Светка и затараторила:

– Сандра, Сандра, иди скорее, там твой брат приехал.

– Так, значит, вас зовут Сандра? – усмехнувшись, спросил мой новый знакомый.

– А вы разочарованы?

– Напротив, – поспешил ответить он, – это имя идёт вам ещё больше.

– Всего доброго, Алексей, – попрощалась я.

– До скорой встречи, – ответил он.

Светка состроила удивлённую гримасу:

– А кто это?

– Алексей Иванов со второго этажа. Ты его тоже раньше не видела?

– Нет, что-то не припоминаю, я с верхних этажей многих знаю, а его не помню.

– Странно, – проговорила я. – Совпадение или…

– Ты о чём?

– Да так, ни о чём, – спохватилась я, испугавшись, что сболтнула лишнего, а со Светкой надо держать ухо востро: больно длинный у неё язык.

Бледный, с повязкой на голове, но вполне бодрый брат сидел на своём законном месте в окружении коллег и рассказывал им о своём здоровье.

– Ты все-таки удрал из больницы? – с укоризной спросила я.

– Не удрал, а выписался, – ответил он.

Екатерина Владиславовна, притворно сочувствуя, сказала:

– Вам переутомляться нельзя, Андрей Альбертович, идите домой, мы без вас справимся.

– Нет уж, – резко ответил брат, – я останусь.

Она пожала плечами. Видно было, что главбуху очень уж не хотелось отдавать бразды правления вновь в руки Андрея, она за время его отсутствия привыкла к его креслу, наверное, уже считая его своим. Телефонный звонок разогнал теплую компанию по рабочим местам. Брат поднял трубку, ответил по привычке:

– Фирма «Эксито» слушает, – потом побледнел ещё больше и посмотрел на меня.

– Что-нибудь случилось? – в большом волнении спросила я.

Он не ответил, лишь махнул рукой, чтобы я помолчала. Ох, и не нравился мне этот звонок, я с тревогой наблюдала за братом. Он сидел и молчал, выслушивая что-то по телефону, судорожно сжимая и разжимая кулак. Потом резко швырнул трубку и сдавленным голосом произнёс:

– Они сказали, что тебя уже нет.

– Что, значит, нет? – удивилась я.

– Нет, и всё. Я сам ничего не понимаю. Они говорили ещё, что я недолго буду наслаждаться жизнью, если не отдам то, что им принадлежит, иначе отправлюсь на тот свет вслед за сестрой. Может, не туда попали?

– Не бери в голову, конечно, не туда. Бред какой-то. У тебя же, кроме меня, надеюсь, больше нет сестёр?

Он покачал головой:

– Нет.

– Ну, вот видишь, а я жива-здорова, значит, просто неудачно пошутили.

Я попробовала улыбнуться, но улыбка получилась какая-то жалкая, и чтобы совсем не выдать себя, вышла из его кабинета. Руки и ноги снова предательски задрожали: я-то прекрасно знала, что номером никто не ошибся, но Андрей и так еле на ногах стоял, не хватало ему ещё волнений. Кажется, Руслан прав: всё только начинается и кульминация ещё впереди. «Как вы ни старайтесь, фирмы вам не видать как своих ушей, – думала я, мысленно обращаясь к своим невидимым врагам. – Уж мы с Ленкой позаботимся об этом». Постепенно страх мой испарился, и ему на смену пришла злость. К концу рабочего дня я внутренне была готова к борьбе и уже мало чем походила на женственную Венеру, скорее, на воинственную амазонку.

– Да что с тобой сегодня? – в который раз спросила Лена.

– Ничего особенного, – ответила я и добавила: – Ты заканчивай поскорей, поедем домой, а я пока в курилку загляну.

– А я думала, что ты уже там была.

– Да, – кивнула я, – но не проверила.

– Почему? – удивилась подруга.

– Потому что была занята разговором с одним молодым человеком.

Подружка притворно надула губки:

– Ну вот, всегда так: кому-то бухгалтерский отчёт, а кому-то мужчины. Ладно, иди уж, потом расскажешь.

Я рысью помчалась к тайнику.

– Если там опять будет торчать этот Алексей, я его убью.

Алексею повезло: его в курилке не оказалось. Я с упоением засунула руку в тайник – папочка оказалась на месте.

– Хоть здесь всё в порядке, – пробубнила я, усаживаясь на диванчик.

– У вас что-то случилось? – раздался голос сверху.

Я подняла голову и увидела Алексея собственной персоной.

– Опять вы? – вырвалось у меня. – Вы что? Следите за мной?

– Может, это вы следите за мной, – ответил он и обиженно добавил: – Я же не виноват, что у нас на втором этаже нет подобного местечка.

– А вот и врёте, у вас есть своя курилка.

– Да, но там нет такого удобного дивана, да и женщины у нас так себе, поговорить не с кем.

Он сел рядом со мной, но я не была расположена к разговору с ним, поэтому встала, попрощалась и ушла, обескуражив его своей выходкой.

Глава 16

Андрей, улучив минутку, спросил:

– Как документы?

– Не волнуйся, в порядке, – ответила я, – в надёжном месте.

– Хорошо, – согласился он, – пусть пока там и полежат.

Рабочий день близился к концу, некоторые уже стали собираться, как вдруг входная многострадальная дверь нашего офиса с треском открылась, и на пороге появились ребята весьма сомнительной наружности. Их было трое, но создавалось впечатление, что не меньше взвода, так они себя повели: нагло и слишком шумно.

– Сидеть! – рявкнул самый здоровый из них. – Сидеть всем на своих местах!

Наших женщин дважды просить не пришлось, они запричитали, заахали и заохали, Светка заплакала.

– Я сказал цыц! – здоровяк ударил кулачищем по столу.

Светка от испуга даже плакать перестала. Все с ужасом смотрели на эту троицу. Парни прошлись по кабинетам, скидывая со столов всё, что на них лежало. Мы сидели как вкопанные, боясь шелохнуться. Такое бесцеремонное поведение вызвало возмущение только у Екатерины Владиславовны, и она позволила себе сделать им замечание:

– Ведите себя прилично, мальчики, не то я позову охрану.

«Мальчики», видно, не ожидая подобной наглости, опешили на некоторое время, потом один из них, чем-то похожий на медведя, подошел вплотную к Крысе и сказал уже знакомым мне скрипучим голосом:

– Заткнись, старая дура, не то язык отрежу.

– А ты попробуй, – раздался голос Андрея.

Я посмотрела на него и с ужасом подумала, что всё, это конец.

На всякий случай нащупала молоток, самый обычный молоток, который с незапамятных времен почему-то лежал в моём столе. Парни впихнули Андрея в кабинет и захлопнули дверь, оставив своего большого друга в нашей тесной компании. Он с ухмылочкой уселся прямо на Ленкин стол, который под ним затрещал, и, потирая огромные кулаки, сказал:

– Расслабьтесь, дамы, мы просто поговорить зашли.

Я вовсе и не боялась, готовая в любой момент обрушить на его голову молоток, который до боли в руке сжимала под столом. Во всяком случае, если что-нибудь случится с братом, то я за него отомщу. Что происходило за закрытой дверью, мы не знали, слышали лишь голоса. Кажется, парни о чём-то просили Андрея, а он резко отвечал им отказом.

Минут пятнадцать, показавшимися нам вечностью, сидели мы в напряжении, как вдруг дверь, ведущая в кабинет брата, открылась, и парни так же шумно удалились. Потом появился целый и невредимый брат, на его бледном лице застыло скорбное выражение. Мы, не сговариваясь, примкнули к окнам. Наши гости вышли из здания и направились к джипу серебристого цвета, возле которого прогуливался с сигаретой в зубах… Петечка. Увидев своих товарищей, он кинул сигарету и затрусил к водительскому месту. Вся компания уселась в машину и поехала. Я широко открытыми глазами посмотрела на подругу, та, ничего не говоря, молча пожала плечами и, повернувшись к брату, спросила:

– Андрей Альбертович, вы как?

– Со мной всё в порядке, – ответил он чуть дрожащим голосом.

– Что они хотели, Андрей? – спросила я.

Он грустно улыбнулся и сказал:

– Так, ничего особенного. Они требовали отдать им долю в совместном предприятии.

– И что вы им ответили? – подала голос Крыса.

– Ничего, – резко ответил брат, – я отказался.

– Это что же получается, – возмутилась Светка, – сначала им долю отдай, а потом и фирму.

– Ты права, Света, именно этого они и хотели, – с горькой усмешкой сказал брат и добавил: – Они хотели, чтобы я освободил место руководителя фирмы.

Все с удивлением посмотрели на него, а главбух поинтересовалась:

– И кого же они планируют на эту должность?

– Вас… Екатерина Владиславовна, – чуть помедлив, ответил Андрей.

Вокруг воцарилась гробовая тишина, Светка от удивления даже открыла рот.

– Меня? – как бы удивилась Крыса и замела перед братом хвостом: – Но как же? Я здесь ни при чём, я вообще не знаю, кто они и откуда взялись, поверьте, Андрей Альбертович. Боже упаси, я никогда не претендовала на ваше место, и…

Андрей не дал ей договорить:

– Я вам верю, не волнуйтесь вы так. А насчет того, откуда они взялись, у меня есть некоторые предположения. Это те же самые, что избили меня, я узнал их, хотя тогда они были в масках.

Все наперебой стали что-то говорить, давать брату какие-то советы.

– Тише, тише, – сказал он. – Всё будет в порядке, уверяю вас, лучше идите все по домам, поздно уже. Всех с наступающим праздником. Счастливо.

Брат пошел обратно в свой кабинет и закрыл дверь. Я постучалась и вошла. Андрей сидел за столом, обхватив голову руками. Я подошла к нему и погладила по плечу.

– А, это ты, Сашка, – сказал он. – Я очень устал.

– Тебе не надо было так рано выписываться из больницы, Сергей же предупреждал…

– Твой Сергей, – резко прервал меня брат, – только советы умеет давать, на большее он не способен.

– Но почему же, – попыталась я его защитить, – он нам помогал по твоей просьбе.

– Надо же, – съязвил Андрей, – большой труд с бабами таскаться, да, наверное, за счастье почитал.

– Знаешь, – обиделась я, – мы тебя не просили его к нашим персонам приставлять и без него неплохо справлялись.

– А я и не спорю, – ответил он, – ладно, прости, я не хотел.

Я улыбнулась и погладила его по щеке. Конечно, у брата просто сдали нервы.

– Да, кстати, с документами всё в порядке? – шепотом спросил он.

– Можешь не волноваться, – также шёпотом ответила я, – они в надёжном месте.

– Может, теперь назовешь, где это ваше надёжное место? – попросил брат.

– Пожалуйста, в обшивке дивана, что в нашей курилке стоит.

Андрей даже подпрыгнул на месте и, заикаясь, переспросил:

– Г-где? Где?

Я поджала губы и ответила, как когда-то в детстве:

– В Караганде. Между прочим, самое надёжное место, никто не догадывается даже, что в диване что-то спрятано. Гораздо лучше твоего тайника. Если бы мы ночью тогда не забрали папочку, то ты бы её больше никогда не увидел, а так… Лежит себе спокойненько, никому в глаза не бросается.

Андрей не выдержал и расхохотался:

– Ну, вы даёте, девчонки. Да, на такое способны только женщины с их куриными мозгами, мужики до такого не додумаются.

– Да, – гордо ответила я, – мужики с их аналитическим умом предпочитают ящики столов с двойным дном. Можешь идти и проверить: папочка на месте, а где твой пресловутый ящик, а? Где? Что-то с ним, бедненьким, случилось? Неужели восстановлению не подлежит?

– Ладно, ладно, сдаюсь, – ответил брат. – Говоришь, лежит спокойненько? – я кивнула, а он продолжил: – Ну, и пусть тогда лежит. Мне эта папочка в ближайшие дни, ой, как понадобится. Вот завершу здесь свои дела и в командировку поеду. Фирму я им не отдам, не для того столько сил и здоровья потратил, чтобы им отдать.