Текст книги "Эпоха мобильных телефонов"

Автор книги: Ирина Комарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Да, это ниточка. Точнее, не ниточка пока, а тонкий волосок, самый кончик! И тянуть за него нужно очень осторожно! Гошку бы сюда, вдвоем намного легче такие беседы вести. Грубо давить на Ларикову сейчас нельзя, она может испугаться и наделать глупостей. Свяжется, например, с тем самым сообщником и прикажет ему избавиться от мальчика. Нет, от меня сейчас требуется сочувственное понимание и мягкое убеждение. Скорбно поджав губы, я покачала головой:

– Я очень хочу верить вам, Лена. И надеюсь, что вы действительно говорите правду. Но тогда остается вопрос: где Игорь?

– Игорь, – горько всхлипнула она. – Да если бы я знала, что влипну из-за этого гаденыша в такую историю, близко бы к нему не подошла! А теперь… что мне теперь делать?

– Надо думать, как спасти мальчика, – мягко намекнула я. – Расследовать убийство Кораблевой нас никто не нанимал. Главное сейчас, чтобы Игорь вернулся домой целым и невредимым. Самое главное. Именно от этого будет зависеть все остальное.

Я замолчала и многозначительно уставилась на Ларикову.

Елена вздрогнула и на мгновение закрыла лицо ладонями. Потом с силой потерла щеки и вымученно улыбнулась:

– Устала. И пить хочу. А вы?

– Я тоже, – с готовностью кивнула я.

Напряжение, сгустившееся в комнате, резко ослабело.

– Чай или кофе? – любезно предложила она.

– Не затрудняйтесь, – благовоспитанно попросила я. – Что вы будете, то и я.

– Тогда кофе, – решила Елена и скрылась на кухне.

Ф-фу, наконец-то я получила некоторую свободу действий! Я бесшумно поднялась с кресла и подошла к напольной вазе с искусственными подсолнухами, украшающей угол комнаты. Не знаю, кого благодарить за этот дизайнерский изыск, саму Елену, Сергея или покойного супруга Екатерины Алексеевны, но для моих целей этот шикарный букет подходит просто идеально. Я прикрепила микрофон, замаскировала его широким желтым лепестком и сделала два шага назад. Как я и говорила – идеально. Все, что будет говориться в квартире, я теперь и услышу, и на пленку запишу. Еще один микрофон я прицепила к знакомой сумочке, на случай если мадам Ларикова выйдет из дому.

Я вернула сумочку на столик и тут же снова взяла в руки. В прошлый раз в сумочке лежали водительские права. И если я хочу за Еленой присмотреть, то надо бы облегчить себе будущие труды. На то, чтобы достать права и посмотреть, какая именно машина находится во владении Лариковой Елены Константиновны, у меня ушло не больше десяти секунд. Еще десять секунд на то, чтобы достать сотовый и сделать короткий звонок Нине. Всего пять слов: «позвони мне через пять минут». Выполнив все это, я успела вернуться в кресло, комфортно устроиться в нем и даже сделать несколько пометок в записной книжке, прежде чем в комнату вернулась хозяйка.

Елена, радушно улыбаясь, внесла серебряный поднос, на котором стояли две кофейные чашечки, сахарница и пластиковая упаковочка с порцией сливок. Решительно опустила поднос мне на колени и быстро сняла одну чашку, ту, что стояла справа от сахарницы. Объяснила простодушно:

– Я себе сахар уже положила. А вам не знаю сколько, кладите сами. И сливки, если хотите. Я-то пью черный.

Не могу сказать, что меня обрадовала такая забота. Елена клянется, что никого не убивала, и я ей почти верю, но неприятно, что тяжелый поднос стесняет движения. Конечно, в случае необходимости я его просто сброшу на пол, не побоюсь ковер испортить, но пару секунд на этом движении непременно потеряю.

Я подняла чашку за изящную ручку и притворилась, что сделала глоток. Пить кофе я не собиралась – ни хозяйка, ни способ приготовления доверия у меня не вызывали. Елена, я уверена, причастна к похищению Игоря, да и с убийством Кораблевой не все ясно. Кофе она на кухне одна готовила и чашечку свою сразу схватила, не дав мне возможности выбрать. Сахар она себе, видите ли, уже положила! А мне чего подсыпала?

Вас интересует, почему я сразу от кофе не отказалась, если не собиралась его пить? А как бы я тогда, по-вашему, сумела микрофоны по местам распределить? Мне было нужно, чтобы Елена из комнаты вышла. И теперь я безмятежно нюхала кофе и ждала звонка, который даст мне повод удалиться.

Ниночка не подвела. В тот момент, когда я, изображая неземное блаженство, в третий раз поднесла чашку к губам, у меня в сумочке заверещал телефон. Я охнула, засуетилась, выплеснула значительную часть кофе на поднос и достала телефон.

– Слушаю!

– Ты еще у Лариковой?

– Да, – ответила я ей. Потом добавила, уже для Елены: – Что, прямо сейчас?

– Хочешь красиво уйти? – засмеялась Нина. – Мадам вызывает настолько серьезные подозрения?

– Да. Сию минуту выезжаю.

– Это правильно. Кстати, имей в виду, мы снова в деле. Только что заезжал Лариков, он передумал. Решил, что с нашей подстраховкой вернуть ребенка живым и здоровым больше вероятности.

– Хорошо.

На душе у меня стало намного легче. До сих пор мысль, что мы, хоть и с самыми лучшими намерениями, нарушаем строгий и определенный запрет Сергея, меня немного нервировала. Я убрала телефон в сумочку и виновато улыбнулась:

– Извините, Лена, работа. Начальство срочно вызывает.

– Да-да, конечно. – Она забрала у меня поднос и, поколебавшись, спросила: – Но мы с вами договорились? Вы будете мне помогать?

– Вы поклялись, что не убивали Кораблеву…

– Да не убивала я, не убивала! Ну что мне теперь, землю есть, чтобы поверили? Не убивала, и представления не имею, кто это мог сделать!

– Тогда считайте, что предварительного соглашения мы достигли. Я имею в виду, что если у милиции появятся к вам вопросы, то звоните. Ничего не обещаю, сами понимаете, но помочь постараюсь. Что касается похищения, тут вам только молиться. Если Игорь, целый и невредимый, вернется домой, ваше положение намного упростится. Одним словом, звоните. – Я протянула картонный прямоугольник визитки.

Выйдя из подъезда, я оглядела двор. В документах на машину обозначена вишневая «ауди». Где же она? А, вот, под деревом стоит! Номер совпадает, очень хорошо. Теперь пройти мимо, быстро наклониться, сунуть ладонь под крыло… «Маячок» крепко прилип к теплому металлу. Теперь, куда бы Ларикова ни поехала, я от нее не отстану. Я почти бегом вернулась к нашему «москвичу», прыгнула на сиденье и включила приемник. И сразу услышала раздраженный голос Елены:

– Тебе хорошо говорить, про тебя никто не знает! А надо мной они кружат, как стервятники! Что? Нет, конечно, глупо было бы теперь… а я говорю, глупо! Как он, не просыпался? Откуда я знаю, может, и проголодался! А это ты хорошо придумал. Что? Нет, нет, не вздумай! Ох, просто не знаю. Я так не могу. Сейчас приеду, и мы все обсудим.

Не зря я задержалась, отыскивая машину Елены, – жучок на ее «ауди» мне очень пригодится. Осталось только связаться с офисом, доложить о последних событиях. Я достала телефон:

– Ниночка, Гоша рядом?

– А где ж ему быть, – нервно ответила Нина. – Ты скоро вернешься? У нас новости есть.

– Новости у меня и самой есть, – похвасталась я. – Судя по всему, Ларикова собирается ехать к мальчику.

Нина ахнула и щелкнула рычажком громкой связи. Тут же меня оглушил Гошкин крик:

– Ритка!

– Тише. – Я отодвинула трубку от уха. – Что ты орешь?

– Я? Ору? – удивился напарник, но голос понизил. – Наверное, это связь барахлит. Так что, ты расколола Ларикову?

– Скорее, заставила нервничать. Напугала, нашпиговала микрофонами и ушла. А она сразу позвонила кому-то и сказала, что сейчас приедет. Что надо все обсудить. И я думаю, она собирается именно туда, где сейчас находится Игорь Лариков.

Гошка проворчал что-то невнятное, не мне, а в сторону, и выслушал невнятное ответное ворчание. Потом спросил, не скрывая скепсиса:

– И почему ты так думаешь? Мало ли с кем и что мадамка собирается обсуждать?

– Перед этим Елена спрашивала у собеседника: «Как он, не просыпался?» Конечно, она могла беспокоиться о ручном хомячке, но я думаю, речь шла об Игоре.

Гошка снова заворчал, и на этот раз я поняла, что он просит Нину узнать, кому звонила Ларикова. Потом напарник снова вернулся ко мне:

– Мы тут тоже кое-что выяснили. Точнее, не мы, а Ниночка и компания.

– Какая компания? – не поняла я.

– Телефонная, какая же еще? Помнишь, Ларикова в туалет просилась? Так вот, Нина со своими телефонными дружками наладила прямую связь через Интернет, и знаешь, что выяснила? Аккурат в то время, когда Елена Прекрасная обосновалась в нашем санузле, зафиксирован звонок с ее сотового телефона.

– И номер установили? – Я затаила дыхание.

– Естесстно.

Я очень не люблю, когда Гошка вот так коверкает слова, но на этот раз замечания делать не стала. Не хотела отвлекаться.

– А владельца?

– Опять же естесстно. Некий Вячеслав Иванович Перегудин, тренер по теннису, работает в спортивном клубе «Олимпик». Клуб дорогой, но для здоровья зело полезный. Кстати, именно этот клуб посещает Елена Ларикова.

– Здорово! – выдохнула я. – А как нам узнать… Ой, подожди! Ларикова вышла! Ага, пошла к машине… открывает… садится…

Не прерывая репортажа, я повернула ключ зажигания, и мотор мягко заурчал.

– Ты ее не потеряешь? – встревожился Гоша. – Десятый час, скоро стемнеет.

– Не, я ей «маячок» поставила. Мы выезжаем со двора и двигаемся… куда, интересно?

– Ритка, а знаешь, ты была права. Вы едете к Игорю Ларикову. Нина сейчас выдернула номер телефона, с которым десять минут назад связывалась Елена. Она звонила Перегудину.

– Значит, все сложилось. Слушай, но если это Перегудин звонит Сергею по телефону Татьяны, то убийца он?

– Получается так. Поэтому, когда Ларикова приедет на место, ты держись в сторонке, не высовывайся. И доложись-ка, где сейчас проезжаешь?

Я послушно доложилась и попросила разрешения убрать телефон. Все-таки у меня еще маловато опыта: вести машину и разговаривать по сотовому мне неудобно.

– Ладно, – согласился напарник. – Только каждые десять минут отзванивайся, обозначай свое положение в пространстве. А я сейчас шефу сообщу и за тобой двину.

Через десять минут я уже поняла, куда мы едем, – за город, в район дач. Гошка обрадовался и сообщил, что он от меня не отстанет. Я немного удивилась, но спрашивать ничего не стала. Может, Баринов уже возвращался в офис, когда Гошка ему позвонил. А может, он такси взял. Не важно, как Гоша доберется, главное, чтобы он не задерживался.

Минут через тридцать Ларикова миновала небольшую березовую рощу и въехала в дачный поселок. Я сбавила скорость, а потом и вовсе остановилась. Подумала и отъехала немного назад, под прикрытие рощи. Всю дорогу я старалась держаться от Елены на почтительном расстоянии, и в городе, уверена, она не могла меня заметить. Но на пустой грунтовке, вдоль которой тянутся километры дачных заборов, продолжать преследование было слишком рискованно. Вот и пригодился «маячок», который я прилепила к машине Елены. Зеленый огонек медленно полз по экрану дисплея, а я следила за ним, готовая снова пуститься в погоню, если Ларикова проедет через поселок и двинется дальше. К счастью, Елена остановилась. Затихло урчание мотора ее «ауди», и раздался легкий хлопок – очевидно, Елена вышла из машины и закрыла дверцу. Непонятный шорох, шуршание и громкий, энергичный стук.

– Слава! Открывай!

– Лена?

Мужской голос звучал глухо, очевидно доносился из-за двери.

– А кто же еще? Ну?! Долго мне на крыльце торчать?

– Сейчас, сейчас, – прогудел мужской голос. Слава. Очевидно, это и есть Вячеслав Иванович Перегудин.

Что-то звякнуло, что-то заскрипело, стук каблуков по деревянному полу и мягкий шлепок – очевидно, Елена бросила сумочку на стул. На качестве звука это не сказалось.

– Как он?

– Ты уже спрашивала, – раздраженно ответил Слава. – Что ты так переживаешь за него?

– Не будь идиотом! Это же наш золотой запас! Он в порядке?

– Что ему сделается? Спит.

Снова стук каблуков, скрип двери и тишина. Очевидно, Елена вышла на улицу, а сумочка с микрофоном осталась в помещении.

Я достала сотовый телефон.

– Гоша, я на месте. Дачный поселок «Жемчужина». Игорь здесь, на одном из участков. А я в березовой роще, рядом с поселком.

– Новости есть?

– Ларикова по-прежнему хочет получить выкуп за мальчика.

– Упрямая дамочка.

– Это точно. Да, судя по тому, что сообщника она называет Славой, мы не ошиблись. Очевидно, это Перегудин.

– Прекрасно, – бодро отреагировал Гоша. – Позвони шефу, порадуй «наше все». И не дергайся, жди, мы скоро подъедем.

Интересно, кто это «мы»? Гошка что, Ниночку с места сорвал? И откуда он знает, куда ехать? Я ведь ему никаких подробностей… или на нашей машине тоже «маячок» стоит?

– А ты где сейчас?

– Выезжаю на объездную дорогу.

– Завод недостроенный у тебя справа? – уточнила я, вспомнив мрачные развалины, которые миновала десять минут назад.

– Справа, – подтвердил Гоша.

– Следующий ориентир – столб с указателем. А потом березовая роща. Я в ней.

– Найду, не беспокойся. Сиди в машине, жди, слушай. Если Ларикова приехала к подельнику, значит, будет сейчас с ним разговаривать. У тебя магнитофон работает?

– Ну знаешь! – обиделась я. – Ты еще спроси, не забыла ли я сегодня умыться.

– А ты не забыла? – хохотнул он.

Когда у моего напарника хорошее настроение, он становится просто невыносим. Но я не стала опускаться до пошлой перебранки, а просто прекратила разговор. И набрала номер Баринова.

Александр Сергеевич моему звонку обрадовался. Выслушав доклад, он тоже приказал ждать

Гошу. Еще шеф распорядился активных действий без приказа не начинать и постоянно держать его в курсе событий. И пообещал, что скоро подъедет, вместе с группой Сухарева. Я едва успела закончить разговор с начальством, как снова ожил микрофон.

– Значит, она действительно убита? – Теперь в голосе мужчины слышалось не столько раздражение, сколько усталая покорность. – А я надеялся, что ты ошиблась.

– По-твоему, я не в состоянии отличить живого человека от трупа?

– Но кто это сделал? – продолжал допытываться Слава. – Зачем?

– Откуда я знаю? Кто, зачем, почему? Не я. И надеюсь, не ты.

– С ума сошла? Я вообще ничего не знал, пока ты мне не позвонила! Лена, а кого подозревают?

– Пока подозревают Таниного брата, но кто их знает? Главный сыщик, похоже, на меня нацелился, чем-то я ему не понравилась. Решил, что для меня было выгодно от Тани избавиться. Бред какой-то. Да я вообще покойников боюсь! И надо же было этой скотине все нам испортить! – Я не сразу поняла, что Елена уже говорит об убийце Кораблевой. – Так все было хорошо рассчитано! А теперь неизвестно, как повернется.

– Так, может, бросим это дело? – неуверенно предложил Слава. – Вернем мальчишку по-тихому. А сами уедем.

– С ума сошел? С чем мы уедем, с пустыми чемоданами? Нет, мне нужны деньги. Раз Сергей так любит своего сыночка, пусть раскошеливается! Ты ему второй раз звонил?

– Да. Сказал все, как ты мне написала.

– Хорошо. Сергей, наверное, перепугался до одури.

– Ага. Верещал, что все сделает, только бы мы мальчишку не трогали.

– Кому этот поганец нужен?

Как это я раньше не заметила, насколько у Елены неприятный, визгливый голос? Или это микрофон искажает?

– Значит, осталось забрать деньги так, чтобы Сергей ничего не понял. Кстати, Слава, когда будешь назначать место встречи, скажи, чтобы он взял жену.

– Я ведь уже разрешил ему.

– Сергей не хочет меня брать. Я, конечно, его обработаю, но и ты нажми. Теперь повторяем твою часть. Ты часа через два… нет, лучше через три, позвонишь еще раз, пугнешь. Следующий звонок сделаешь в пять… нет, лучше в полпятого. Прикажешь поехать в круглосуточный супермаркет. У нас недалеко от дома есть такой, «Двадцать пять часов» называется, туда пусть и едет. Я буду с ним, посмотрю, все ли чисто. Если что, дам тебе знать.

– Позвонишь?

– Нет, телеграмму пошлю! Конечно, позвоню, что ж еще? Если не сумею отойти, то, не вынимая телефон из кармана, вызову тебя.

– А сможешь на ощупь?

– Выставлю твой номер заранее. А кнопку вызова нажать я в состоянии и не глядя. Запомни, поступил от меня звонок, даже если я ничего не сказала, а сразу отключилась, значит, около нас крутятся подозрительные люди. Тогда немедленно звони Сергею и пугай его. Пригрози, что, если он не избавится от охраны, ты отрежешь Игорю палец. Или ухо.

– Бр-р-р. Ты что, правда хочешь парнишку порезать?

– С ума сошел? Пригрозить достаточно. Но говори позлее, чтобы Сергея по-настоящему проняло.

– Перепугается до икоты, – заверил ее Вячеслав. – Только мне не нравится твоя идея в кармане на кнопки давить. Лучше я сам тебе позвоню. Если рядом будет тереться кто подозрительный, ты ответишь, скажешь мне, что я ошибся номером. А если все нормально, скажешь, что я не туда попал. Ключевое слово – «ошибка».

После короткой паузы Елена согласилась:

– Так действительно проще. Хорошо. Потом ты позвонишь еще раз и прикажешь Сергею ехать на вокзал и встать около расписания поездов. Пока мы будем там топтаться, я посмотрю, не появится ли кто из супермаркета. Если все будет чисто…

– Да будет чисто, конечно! Твой Сергей лох по жизни, ему никогда тебя не переиграть!

– Ему никогда меня не переиграть потому, что я все продумываю заранее и подстраховываюсь. Так что слушай и запоминай!

– Да запомнил я все уже! Я же не идиот, мне не нужно сто раз одно и то же повторять. Если с вокзала от тебя не будет сигнала тревоги, то я звоню ему снова и назначаю встречу на выезде из города. Там, где начинается трасса на Москву, в строящейся часовне. Кстати, ты когда туда ездила?

– Вчера. Там все, как я говорила, не сомневайся. Часовня в стороне от дороги, и работы сейчас не ведутся. Ты только не заблудись.

– Сказал же тебе, я не идиот. – Голос Славы прозвучал обиженно. – Найду как-нибудь.

– Ой, Славочка, ну ты как ребенок…

Скрипнул отодвигаемый стул, и снова послышались шаги.

– …Слова нельзя сказать, сразу надулся.

Судя по всему, Елена поняла, что перегнула палку, и принялась срочно восстанавливать согласие.

Интересно, скоро ли приедет Гошка? Темнеет уже, на небе первая звездочка появилась. Развернувшись на сиденье, я посмотрела через заднее стекло на дорогу. И увидела медленно приближающийся шикарный черный «форд»-внедорожник. Я равнодушно посмотрела на него – новый русский, приехавший на дачу, меня не интересовал. А Елена продолжала ворковать. Жаль, что прервался инструктаж сообщника, хотелось бы узнать остальные детали плана, но и того, что она успела наговорить, достаточно. Не уверена, что запись, которую я сейчас делала, может служить доказательством в суде, но для того, чтобы склонить Ларикову к добровольному сотрудничеству со следствием, она очень пригодится.

«Форд», двигаясь по следам, оставленным в пыли моим «москвичом», съехал с дороги и мягко остановился, едва не касаясь заднего бампера моей машины. Этого еще не хватало! Я схватилась за телефон:

– Гоша, я отъеду в сторону. Тут какие-то уроды пристраиваются, а мне сейчас не до разборок.

– Почему уроды? – удивился Гоша. – К тебе приехали очень славные ребята, можно сказать, группа поддержки!

– А?

Не самый мудрый ответ, согласна. Но Гошино остроумие часто ставит меня в тупик.

Черная блестящая дверца распахнулась, на дорогу выпрыгнул Гоша. Ничего себе! Где он сподобился такое такси поймать?

– Привет! – Напарник уже стоял около меня. – Хорошие новости есть? Много полезного наша красотка наболтала?

– Достаточно. Сухареву и делать ничего не надо, только дать ей эту пленку прослушать. Игорь здесь, но я не поняла, где точно. Не в дачном домике, а где-то рядом. Елена выходила, чтобы на него посмотреть. Судя по их словам, он спит.

– Пррэлэстно, – промурлыкал Гошка и, оглянувшись, махнул рукой: – Ну что ты застрял? Иди сюда!

Ага, значит, эти апартаменты на колесах арендованы с шофером, очень хорошо. Впрочем, как только я увидела шофера, тут же переменила свое мнение. Ничего хорошего.

Витю Кириллова я узнала, как только он замаячил в зеркале заднего вида, и настроение у меня сразу испортилось. У меня часто портится настроение, когда он рядом.

– Здравствуй, Рита! Не возражаешь, если я присоединюсь к вашей вечеринке?

– Разумеется, не возражаю. – Я немного подумала и сдержанно добавила: – Очень рада.

– А по тебе не скажешь, – ляпнул бестактный Гоша.

– Просто удивлена, – с достоинством парировала я. – Не ожидала Витю увидеть.

– Я сам не ожидал, – примирительно сказал Кириллов. – Заглянул к вам случайно, а оказалось вовремя. Гошка ехать собирался, а я как раз на колесах.

– Да-а, колеса крутые. – Я не поленилась, высунула голову из машины и посмотрела на «форд». – Опять краткосрочная аренда?

– Она самая. – Витя коротко улыбнулся, глаза его блестели в полутьме.

У меня перехватило дыхание, и прежде чем я смогла заговорить, пришлось откашляться.

– Надо понимать, ты уже в курсе дела?

– Ясно, что в курсе, – ворчливо ответил за Кириллова Гошка. – Давай, Витька, забирайся в машину. Проведем совещание. – Он сел на переднее пассажирское сиденье, оставив заднее Кириллову, и с недоумением прислушался к невнятному курлыканью. – Что это они?

– Поссорились, теперь мирятся, – объяснила я.

– Хорошее дело, – одобрил Гоша. – А главное, вовремя. Сможем спокойно поговорить. Вот, смотри, что у нас есть!

На мои колени лег большой, сложенный гармошкой лист кальки. Не разворачивая его целиком, я заглянула наугад в середину и пожала плечами:

– План какой-то. Ну и что?

– Не какой-то, а план именно этого садового кооператива «Жемчужина», балда! – Напарник включил свет в салоне. – Ниночка выяснила, что за Перегудиным здесь числится участок номер двадцать три по улице Зеленой! И все данные по этому участку у тебя в руках!

– Молодец Ниночка! – Я зашелестела калькой. – Вот она, Зеленая, вот дом двенадцать… Надо же, как у них участки ровно нарезаны, аккуратные такие прямоугольнички… Ага, вот и двадцать три. Это сам домик, это сарай, а это что, около забора?

– Удобства, – объяснил Гоша. – Туалет типа «сортир». Не думаю, что мальчишку там поместили.

– Тогда остается сарай. – Я ткнула пальцем в маленький квадратик напротив квадратика побольше, обозначающего собственно дачный домик.

– Согласен. Витя, как думаешь? – Напарник оглянулся.

Кириллов наклонился вперед так, что мои волосы коснулись его щеки. И не спрашивайте, что я почувствовала, все равно не отвечу! Но чертеж у меня на коленях потерял четкость и превратился в бессмысленный набор линий. Несколько секунд я тупо таращилась на кальку. Немного помогло то, что и Витька на мгновение замер, а потом закашлялся. Этот деланый кашель подбодрил меня и вернул в рабочее состояние.

– Я бы тоже сказал сарай. Если, конечно, Перегудин к своему теремку пристроек не наделал.

– Хм… – Гошка потянул из моих рук край кальки, нашел дату. – Девяносто пятый год прошлого тысячелетия? Да, планчик второй свежести, ничего не скажешь. Ладно, на месте сориентируемся.

– Сан Сергеич велел, чтобы никаких активных действий без его команды! – вспомнила я.

– А кто собирается действовать? – искренне удивился Гошка. – Это Сухарев со своими орлами пусть действует, а мы так, сходим погуляем немного. Как мышки: здесь пошуршим, там принюхаемся, сям прислушаемся… техническая разведка, и ничего больше.

– Есть хочу! – Елена Ларикова заговорила так неожиданно и громко, что я вздрогнула. – И ехать пора. Славик, у тебя хоть корочка хлеба найдется, пожевать по дороге?

– Не торопись, поешь нормально. – Голос Перегудина звучал гораздо тише и более расслабленно. – Успеешь своему Сергею голову заморочить. У меня борщ есть, сегодня утром сварил.

– Бо-орщ…

Елена так вкусно протянула это короткое слово, что у меня слюнки потекли. Я, конечно, подкрепилась в офисе бутербродами, но когда это было? Судя по тому, как громко сглотнул Гошка, он тоже не отказался бы от тарелочки горячего борща.

– Хорошо бы они сейчас покушать сели, – тихо пробормотал Витя.

– Составишь мне компанию? – уточнила Ларикова. Очевидно, Перегудин кивнул, потому что она весело скомандовала: – Наливай!

Гошка ухмыльнулся и поднял вверх большой палец.

В этот момент ожил мой сотовый – мелко задрожал в кармане. Я достала телефон, нажала на кнопку.

– Ну?!

Сердитый голос шефа я услышала раньше, чем успела сказать «алло».

– Гоша с Витей здесь.

– И что? Вы там чай пьете или делом занимаетесь?

– Делом, Сан Сергеич, делом.

Гоша отобрал у меня телефон:

– С планом участка сверились, предполагаем, что заложник в сарае. По сведениям Риты, спит.

– А охрана?

– Какая охрана! Ларикова со своим хахалем сидят борщ хлебают. Из них охранники, как из меня китайский император.

– Хорошо. Я еду вместе с группой Сухарева, ждите нас. Если нет опасности для жизни заложника, естественно. И пусть Рита докладывает каждые пять минут.

– Будет исполнено.

Баринов отключился. Я забрала телефон, посмотрела на поселок.

– И что теперь?

Спрашивала я, естественно, у Гоши, но ответил почему-то Кириллов:

– Я думаю, мы можем в поселок въехать. Смотри, недалеко от участка Перегудина трансформаторная будка стоит. – Он еще сильнее наклонился вперед, дотянулся пальцем до плана и указал на заштрихованный квадрат в центре поселка. – А около нее полянка очень удобная, настоящая парковка.

Полянка рядом с трансформаторной будкой действительно была очень удобной. Я остановилась около грязной кирпичной стены, открыла дверцу.

– Пошли? Зеленая улица следующая, я правильно посчитала?

– Правильно. – Гошка открыл бардачок и достал три переговорных устройства. – Разбирайте, ребята.

– Отмычка у тебя с собой? – Витя ловко пристроил на место свой аппарат.

Я последовала его примеру, а Гоша чуть задержался.

– Всегда с собой, – проворчал он.

– Эй, зачем нам отмычки? – встрепенулась я. – Сан Сергеич…

– Не будь такой занудой, Ритка! – перебил меня напарник. – Я понимаю, тяжелое школьное прошлое, педагогические принципы давят и все такое, но меру-то знать надо! Я же говорю, пройдемся по участку, заглянем в сарайчик – проверим, как там пацан. А если мы его случайно с собой захватим, так где же здесь активные действия? – Он выбрался из машины и потянулся. – Витя?

– Здесь я. – Кириллов бесшумно встал рядом. – Рита, остаешься в машине.

– Это почему? – возмутилась я.

Он невозмутимо продолжил:

– Послушаешь эту парочку, нас подстрахуешь, с Сан Сергеичем будешь связь держать.

– Но я…

– Риточка, не надо спорить, – перебил меня Гоша. – Мы с Витькой аккуратненько, потихоньку осмотримся… а ты будешь контролировать процесс со стороны.

– Но я…

– Не надо спорить, – холодно повторил Витя. – Гоша, обычно на таких участках только внешние заборы глухие, а между соседями проволока натянута.

– Колючая? – сердито спросила я.

Кириллов посмотрел на меня так, что я на всякий случай спряталась за спину напарника.

– Нет, простая, тонкая. Еще вопросы есть?

Я молча помотала головой. Вопросы у меня были, но желание задавать их пропало.

– Гоша, мы с тобой через тот участок двинем, видишь? По-моему, через него прямо на место выйдем.

Гошка нырнул в машину, достал с сиденья план, сверился с ним.

– Вы, как всегда, правы, коллега. А судя по тому, как забор перекосился, хозяева здесь лет пять не были. Участок, можно сказать, специально для нас приготовлен.

– Если здесь все верно, – Кириллов тоже склонился над планом, – мы оставим дом в стороне, выйдем прямо к сараю. Забираем мальчишку и возвращаемся. Рита, ты…

– Да помню я, помню! Я на шухере.

– Именно на нем. – Витя поднял голову, коротко сверкнул улыбкой и кивнул Гоше:

– Пошли.

Прежде чем Гоша последовал за ним к щелястому забору, я успела схватить его за рукав:

– А почему вдруг у нас Кириллов командиром стал?

И услышала тихий голос Витьки в своем наушнике:

– Потому что у меня в таких делах опыт больше. А ты что, ревнуешь?

Нет, какой надо быть идиоткой, чтобы забыть про включенное переговорное устройство! Я только булькнула что-то невнятное и очень смущенное, а Гоша хихикнул:

– Это она от зависти. Ей с нами хочется. – Он потрепал меня по голове и голосом доброго дядюшки сказал: – Так и быть. Можешь проводить меня до забора.

Как будто мне его разрешение требовалось!

Очевидно, земля здесь была необычайно плодородная – бурьян, по крайней мере, уродился знатный. Совсем не мелкие Гоша с Витей, сделав два шага, скрылись в нем с головой. Я попробовала проследить за ребятами, но ничего не увидела: они шли словно индейцы в лесу – ни один сорняк не покачнулся.

Я вернулась к машине, послушала немного, как Ларикова с Перегудиным звякают ложками и чавкают. Интересно, это они прилично есть не умеют или просто техническая запись звук усиливает?

В наушнике раздалось невнятное бормотание, и я встрепенулась:

– Что?

– Кроты, – шепотом ответил Гоша. – Понарыли ловушек. Сволочи.

Еще несколько мгновений тишины, потом Витя шепнул:

– Вот окошко. Пригнись, я посмотрю.

– И почему всегда я? – сдавленным голосом пожаловался Гошка. – Почему всегда ты по моей башке в грязных башмаках топчешься?

– Хочешь, я тебе шампунь на день рождения подарю? Ага, вон он, парень! Действительно спит. Надо же, пацан мелкий, а храпит так, что на улице слышно. Но через окошко я не пролезу, слишком маленькое.

– Значит, хватит на этого малька любоваться! Слезай!

– Береги уши… оп!

Я не выдержала:

– Ребята, вы правда нашли мальчика?

Отозвался Гоша:

– Если Ларикова не поставила похищение пасынков на поток, то здесь должен быть именно Игорь. Сейчас мы его достанем.

Несколько секунд тишины, и снова голос Вити:

– Замри. Это еще что такое?

– Ты будешь смеяться, но это сигнализация, – добросовестно объяснил ему Гоша.

– Какого черта они…

В кармане снова завибрировал телефон.

– Я тебя выгоню! – прошипел шеф. – Что происходит?

– Все по плану. Ребята двигаются к дому, но там что-то непонятное. Гошка сказал, сигнализация.

– Какая именно?

– Ё-о-перный театр! – восхищенно пропел Гоша. – Это же надо, из простых консервных банок такую хрень соорудить! Осторожнее!

Кириллов хрипло выругался.

– А ты говорил – не будет колючки, – укорил его Гошка. – Перегудин-то, оказывается, на все руки мастер!

– Ненавижу самодеятельность. Кулибин задрипанный.

– Маргарита!

Это уже был какой-то возмущенный свист.

– Да-да, Сан Сергеич, я здесь. Просто, похоже, Витя на колючую проволоку напоролся.

– Кириллов? – не поверил шеф. – Простую колючку обойти не сумел? Ты, наверное, что-то не поняла.

Я не стала спорить, тихонько стукнула ногтем по микрофону:

– Гоша! Шеф спрашивает, что у вас там?

– Перегудин остряком оказался – минное поле тут устроил. Ничего, сейчас мы дорожку расчистим. У меня маникюрный набор с собой.

– Гоша говорит, что сейчас они подойдут к сараю, – слегка откорректировала я сообщение напарника.

– Хорошо. Мы с Сухаревым уже подъезжаем. Смотрите, чтобы паренька в суматохе никто не зацепил.

– Понятно. – Я кивнула, хотя в этом не было необходимости. – Ребята, вы меня слышите?

– Слышим, не ори. – На этот раз голос Кириллова.