Текст книги "Осторожно: блондинка!"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 13

Девушки подошли к дому и увидели, что машина стоит на прежнем месте. Каково же было их удивление, когда они увидели молодого человека, который только что приобрел в магазине женские прокладки. Он спокойненько сидел в машине на месте водителя и курил.

– Во, прикол, – удивилась Наталья. – Он что, долетел сюда на истребителе?

Девушки недоуменно огляделись и, увидели, что их парень с прокладками медленно идет чуть поодаль от них. Ошарашенные этим зрелищем подруги переводили взгляд с одного на другого… И вдруг Наташа захохотала.

– Ты чего смеешься как ненормальная? – шикнула на нее Лариса.

– Посмотри на них, двое из ларца одинаковы с лица. На каждую по одному. Слушай, Лар, а давай их в гости пригласим. Посидим, выпьем, повеселимся!

– Хватит прикалываться, тебе бы только похохмить, – одернула подругу Наташа. – Давай, пошустрей передвигай ногами.

Девушки вошли в подъезд, и Лариса нажала на кнопку лифта.

– Ларис, ну и к какому же ты пришла выводу? – поинтересовалась Наташа.

– Вывод напрашивается сам собой, к нему и приходить было не нужно. Понятно как дважды два, что за мной следят. Вот если бы еще узнать, с какой целью, было бы совсем хорошо.

– Давай спросим, че бояться-то?

– Ума у тебя, как у курицы на насесте. Так они тебе все и выложили, держи карман шире. Пошлют куда подальше и будут правы.

– Интересное дело, они самым наглым образом вторгаются в твою частную жизнь. А ты, значит, должна сидеть и молчать, так, что ли?

– Что значит вторгаются? Пока что они никуда не вторгались, а то, что стоят у дома, это еще ни о чем не говорит.

– Да-а-а, подруга, тебя и в самом деле не поймешь, прав Владимир. Только что сама говорила: за тобой установили наблюдение. И как прикажешь это называть? Разве слежка не является вторжением в частную жизнь человека?

– Помолчи хоть минутку, а? И без тебя голова кругом. Пока что они мне совсем не мешают. Вот как только начнут мешать, тогда другое дело. Сейчас мне просто любопытно, кто установил слежку.

– Интересно, как ты собираешься это узнать, если спрашивать у парней не хочешь?

– Не знаю, – пожала Лариса плечами. – Может, сами как-нибудь себя выдадут?

Двери лифта открылись на десятом этаже, и девушки подошли к своей квартире.

Лариса сделала Наташе знак рукой, чтобы она замолчала и стояла на месте. Подруга остановилась как вкопанная, удивленно глядя на Ларису. Тем временем Лариса тщательно осмотрела замок двери и когда убедилась, что все в порядке, облегченно вздохнула и открыла дверь.

– Что это ты делала? – полюбопытствовала Наташа.

– Смотрела, на месте ли меточка: я свой волос оставила. Если бы в квартиру кто-то входил, пока нас не было, то волос бы упал.

– Когда же ты успела? Я ничего не заметила.

– Ты, моя милая, настолько была поглощена поисками в зеркале своего отсутствующего лица, что ничего вокруг не видела, – засмеялась Лариса.

Девушки разложили на полках холодильника все, что купили, и сели за стол попить чайку. Вдруг Лариса, сорвавшись с места, побежала в комнату. Она включила автоответчик, чтобы прослушать запись, если таковая имелась. Да, ей кто-то звонил, но сообщение не оставил. Наташа вошла в комнату вслед за подругой и остановилась у двери, привалившись к косяку.

– Ну что, никто не позвонил?

– Звонили, только ничего не стали говорить. Наверное, это те люди, которые похитили Сергея. Наташ, как думаешь, они позвонят снова?

– Не переживай, позвонят. Двести пятьдесят тысяч зеленых на дороге не валяются. Не думаю, что они вот так, за здорово живешь, откажутся от них. Мы что же, зря с тобой столько пыхтели, чтобы дензнаки изобразить?

– Да не в этом дело, ты же понимаешь. Подумают, что я специально ушла. Ведь меня предупреждали, чтобы я ждала звонка. Такие люди не любят, когда ими пренебрегают.

– Откуда ты знаешь, что они любят, а чего не любят? – фыркнула Наташа.

– Книги читаю, телевизор смотрю, газетки регулярно просматриваю, не то что некоторые, – и Лариса многозначительно посмотрела на подругу.

Наташа, пожав плечами, парировала:

– Мне, верно, больше нечего делать, как тратить драгоценное время на чтение книг. Хотя иногда беру в руки какой-нибудь детективчик или любовный романчик… Годы, они как вода утекают, не успеешь оглянуться, и уже на пенсии носки вяжешь. Мне уже скоро двадцать семь, а я еще ни разу замужем не была. Вон у меня в салоне одна парикмахерша, Маринка Гарина. Прямо не баба, а пожизненная невеста. Четыре раза побывала замужем, а старше меня всего на три года. Вот это я понимаю, можно сказать, жизнь прожита не зря, и на старости лет не будет стыдно за бесцельно прожитые годы.

– Замуж – не напасть, как бы замужем не пропасть, – тяжело вздохнула Лариса.

– Что ты имеешь в виду?

– А то. Я когда замуж выходила, разве думала, что в такую историю угожу из-за своего замужества?

– Ну, моя милая, в наше время от такого никто не застрахован. Особенно если дело имеешь с бизнесом. Я вон тоже свое дело имею, и наезжали на меня, и грабили даже, а ничего – работаю.

– Не нужно путать божий дар с яичницей. Здесь же совсем другое дело. Если бы моего Ефимова просто грабанули, я бы даже и ох не сказала. А тут угрожают моему отцу! И вообще, я пришла к выводу, что ничего хорошего замужество не дает. Ведь если разобраться и посчитать, то получается, что замужество погубило больше женщин, чем голод, война и все стихийные бедствия, вместе взятые.

В это время зазвонил телефон, и Лариса поспешно схватила трубку.

– Да, да, я слушаю, – торопливо заговорила девушка.

– Что же это вы, Лариса Петровна? Договорились, что вы будете ждать нашего звонка, а сами из дома ушли?

– Не умирать же мне с голоду? Просто сходила в магазин за продуктами, – возмущенно проговорила Лариса.

– Ладно, на первый раз прощаем, – снисходительно усмехнулся мужчина.

– А вы что же, собираетесь еще кого-то у меня похитить? – съязвила девушка.

– Не понял, – пробормотал мужчина.

– Ну вы сейчас сказали, что на первый раз меня прощаете. Вот я и интересуюсь, когда будет второй?

– Все шутите, Лариса Петровна? Вижу, веселая вы женщина.

– А так жить легче, когда с юмором, – усмехнулась Лариса.

– Жить с юмором будете потом, а сейчас перейдем к нашему делу. Вы собрали нужную сумму?

– Пока только половину, мне необходимо еще дня три, как минимум.

– Двух дней вполне достаточно. Завтра никуда не уходите, я буду звонить вам во второй половине дня.

– Постойте, не вешайте трубку, – закричала Лариса. – Дайте мне поговорить с мужем, я хочу убедиться в том, что он еще жив.

– Не волнуйтесь, жив ваш муж, ничего с ним пока не случилось.

– Я должна убедиться в этом! – упрямо повторила Лариса.

– Ну хорошо, хорошо. Он позвонит вам в течение получаса. – И абонент отключился.

Девушка положила трубку и, глядя на подругу, задумчиво проговорила:

– В течение получаса должен позвонить Сергей.

– Что ты ему хочешь сказать? – спросила Наташа.

– Что он скотина, – зло выпалила Лариса. – С какой стати я должна вылезать из кожи вон, чтобы выкупить этого кобеля? Пусть бы его любовница и волновалась на этот счет.

– Ты вроде мне рассказывала, что ее того… – округлила глаза Наташа.

– Того, того, не смотри на меня, как на ненормальную. Это я так про любовницу сказала, просто от злости уже сама не знаю, что говорю. Просто готова рвать и метать.

– Это в тебе сейчас говорит женское самолюбие, – со знанием дела заключила Наташа.

– Да при чем здесь мое самолюбие? Злость сейчас во мне говорит. И не просто говорит, а орет благим матом. Наташ, мы прожили четыре года, вроде ничего прожили. Все, конечно, было: и ссоры, и примирения, но я ему верила. Никогда не слушала, что говорит про него мой отец. Он с самого начала почему-то невзлюбил Сергея. А на поверку оказалось, что папа во всем прав. Во всем, во всем. Отец как будто видел Сергея насквозь и заранее просчитывал все его шаги. Я еще вчера отцу все рассказала, ну про любовницу. Было так стыдно за то, что не слушала его. Я бы, конечно, не стала пока рассказывать, но он Володю в ванной застукал…

– Голого? – захохотала Наташа.

– Нет, не голого, но сути это не изменило. Ты же знаешь моего отца, его провести – легче повеситься. Ой, если бы ты видела эту картину, уписаться можно. Папа открывает дверь в ванную, а там сыщик поспешно пуговки на рубашке застегивает.

– Слушай, Ларис, так ты с ним переспала, что ли? – потирая ручки и, сощурив глазки, спросила Наташа.

– Да, переспала, – вздохнула Лариса. – Но я здесь ни при чем, это из-за «трупа», который сбежал. Я так перепугалась, что даже не соображала, что делаю. Можно сказать, временное помутнение рассудка.

– Ха, ха, ха! Ну подружка, ты даешь. Я бы тоже не отказалась с этим мальчиком разум потерять на пару ночек, – вовсю веселилась Наташа. – Что же это ты даже не поделилась с подругой такой радостью?

– Да ну тебя, Наташка, хватит надо мной смеяться. Я что, не такая, как все?

– Дурочка, я же не смеюсь, а наоборот, радуюсь за тебя. Я тебе давно говорила, чтобы ты рот не разевала, а брала от жизни все.

– Я не для этого замуж выходила, – проворчала Лариса.

– А для чего, собственно, ты это сделала? Детей ты не нарожала, насколько мне известно. Видишь ли, твой Ефимов считает это преждевременным.

– На разные там фуршеты и презентации ты с ним не ходишь, да и от любви к нему не умираешь. Да и не богат твой Сергей, если ты, конечно, не врала. Вот и ответь мне, пожалуйста, зачем ты вышла за него замуж?

– Четыре года назад мне показалось, что я его люблю.

– А теперь не кажется?

– Теперь мне ничего не кажется. Теперь я точно знаю, что не люблю.

– Ларка, расскажи, как все было с детективом? – усаживаясь в кресло и задорно блестя глазками, проговорила Наташа.

– Что тебе рассказать? Ты что, не знаешь, как это бывает?

– Я прекрасно знаю, как все бывает, но у всех по-разному. Мне интересно, как было у тебя.

– Очень просто, – сказала Лариса, а потом хитро улыбнулась. – Вру я все, не просто было, а волшебно. Он в постели прямо ураган, не то что Ефимов. У моего все с толком, с чувством, с расстановкой, и практически по расписанию, как поезда на вокзале. Строго по графику и по одному тому же пути. А Володя, он совсем другой, разнообразный, что ли? Ну, в общем, интересный… и горячий.

– Настоящий полковник? Ха, ха, ха! – веселилась Наташа.

– Во-во, в точку попала. – Лариса присоединилась к веселью подруги.

Девушки прождали до часа ночи, но Сергей так и не позвонил.

– Интересно, почему он не позвонил, может, его уже грохнули? – задумчиво проговорила Лариса.

– Не пори ерунды, не позвонил сегодня, значит, позвонит завтра. Давай спать ложиться, нужно будет пораньше встать, чтобы доделать доллары. Завтра воскресенье, нужно все успеть, а то в понедельник укачу на работу и тогда все, до субботы ты меня не увидишь.

– Ты же сказала, что будешь у меня пока жить.

– Ну да, буду, только я же вечером поздно прихожу, не до баксов тогда уже.

Зазвонил телефон, и девушки одновременно посмотрели на часы.

– Интересно, кто это в такое время.

– Быстрее бери трубку, может, это Сергей.

Лариса схватила телефон и напряженно спросила:

– Алло, кто это?

– Привет, что это с тобой? Ни разу сегодня не позвонила? Я уж подумал, не случилось ли чего.

– Володя, – промурлыкала Лариса. – Неужели ты обо мне беспокоишься?

– Вот еще, – фыркнул детектив. – Просто будет обидно, если что случится. Столько с тобой нервов потрачено, а нервные клетки, как известно, не восстанавливаются.

– Причина только в этом? – продолжала веселиться девушка.

– Угомонись, только в этом и ни в чем другом, – разочаровал Владимир. – Ты сегодня, надеюсь, меня не разбудишь среди ночи: караул, убивают, приходи и спи на моем горбатом диване?

– Нет, будить не буду, а приглашаю прямо сейчас приехать и спать на моем горбатом диване.

В трубке воцарилась тишина, а потом послышалось невнятное бормотание.

– Переведи, что ты сейчас там пробубнил, и желательно по-русски, – хихикнула Лариса.

– Ничего, если бы я знал, что последует за моим звонком, я бы вообще не позвонил.

– Ну и иди к черту, – зло прошипела девушка и бросила трубку. – Ну и наглец, – задумалась Лариса и забегала по комнате.

– Что с тобой? – спросила Наташа.

– Ничего со мной. Слушай, Наташ, вот ответь мне на вопрос. Как может мужчина так нагло вести себя с женщиной, с которой еще вчера был так нежен в постели?

– Это защитная реакция, броня, одним словом.

– Что ты имеешь в виду?

– Нравишься ты ему, подруга, боится влюбиться без памяти, поэтому и ведет себя как придурок.

– Ты так думаешь?

– Не-а, я не думаю, я знаю, по психологии проходили.

Через некоторое время раздался звонок в дверь, и девушки испуганно переглянулись.

– Кого это принесло среди ночи? – зашептала Наташа, испуганно вращая глазами.

– Не знаю, пойду тихонько посмотрю, – тоже шепотом ответила Лариса и на цыпочках пошла к двери.

Она заглянула в глазок, и ее лицо озарила радостная улыбка. Лариса тут же распахнула дверь. На пороге стоял Владимир.

– Откуда ты, интересно, так быстро? Телефонная трубка еще не успела остыть…

– А я из машины тебе звонил, которая уже стояла у твоего подъезда, – спокойно сказал Владимир и как ни в чем не бывало шагнул в квартиру. – Надеюсь, меня здесь накормят?

Глава 14

Утром раздался звонок в дверь, и Лариса простонала:

– Господи, не дом, а проходной двор.

Она поднялась и, накинув халат, поплелась в прихожую. Заглянув в глазок, девушка увидела своего отца и, радостно улыбаясь, распахнула дверь.

– Папочка, привет, дорогой. Ты уже прилетел?

– Как видишь, прилетел. Из аэропорта прямо к тебе. Ну выкладывай, о чем таком срочном ты хотела со мной поговорить.

– Что, прямо у порога начинать? Проходи, я сейчас завтрак приготовлю, вот и поговорим.

– Вообще-то я не голоден, если только кофе выпью. С вашего позволения, принцесса, я помою сначала руки, или у тебя опять там кто-нибудь «слесарит»? – улыбнулся Петр Васильевич, показывая хитрыми глазами в сторону ванной комнаты.

Лариса потерла нос, вспомнив, что в зале на диване расположился Владимир.

– Нет, в ванной никого нет, он спит в комнате, – виновато промямлила девушка.

– Лара, я же тебе сказал русским языком, что развод должен быть цивилизованным. Почему ты не слушаешь, что тебе говорит отец?

– Пап, я тебя всегда слушаю, но сейчас это совсем не то, о чем ты подумал. Просто я Володю сама попросила у меня переночевать, потому что мне страшно. Тем более я с ним не одна. Наташа тоже здесь ночует.

– С каких это пор ты боишься ночевать одна в своем собственном доме? – удивился Петр Васильевич.

– С тех самых, как услышала по телевизору ужасные новости, ну с кладбища, – выкрутилась Лариса.

– А тебе-то, интересно, с какой стати бояться? – нахмурился Петр Васильевич.

– Папа, но это же твой сотрудник, а я твоя дочь, мало ли? – и девушка неопределенно пожала плечами. – Я, между прочим, за тебя испугалась, а не за себя. Ну а что ночевать побоялась одна, так это просто сработал инстинкт самосохранения. Не более того, – продолжала самозабвенно заливать Лариса.

Она не хотела пока все рассказывать отцу, а решила подождать. Может, действительно афера с «куклой», придуманная Наташей, пройдет, и тогда не нужно будет впутывать в это дело отца.

– Папа, а парень, которого убили, он кем у тебя работал? – поторопилась Лариса переменить тему, чтобы отец не заострил своего внимания на ее страхах.

– Компьютерный гений, можно сказать, самородок. Я таких специалистов еще не встречал. Вся информация о компании через него проходила. Представляешь, он доступ так кодировал, что ни один хакер не мог взломать, хотя очень многие и не раз пытались, – пробормотал Петр Васильевич и тяжело вздохнул.

– Ну и как думаешь, за что его могли убить?

– Не знаю пока. Однако предполагаю, что убийство связано именно с этим, то есть с информацией о компании. Некоторые мои конкуренты многое бы отдали за такого рода сведения. А может, и ошибаюсь. Чужая душа – потемки. Кто его знает, чем он занимался в свободное от работы время?

– Ну а если вдруг такая информация все же попадет в чужие руки, что тогда? – забеспокоилась Лариса, и ее мысли заработали в усиленном режиме.

– Тогда, дочь, будет не очень хорошо, а вернее, совсем нехорошо.

– Скажи, пап, а много информации может поместиться, например, на одной дискете?

– С чего вдруг такое любопытство? Если я не ошибаюсь, тебя при виде компьютера всегда начинало тошнить. И вдруг сейчас такие слова в твоем лексиконе, – удивился Петр Васильевич.

– Просто интересно, – пожала Лариса плечами.

– Того, что может поместиться на одной дискете, вполне достаточно, чтобы пустить меня по миру. Все зависит от того, какие сведения она содержит, – спокойно ответил отец.

– Да, пап, это действительно серьезно, – взволнованно проговорила Лариса, а про себя подумала: «Только бы этого не случилось. Ведь пропал же у меня из сумочки конверт с дискетой. Где же я могла его потерять? А если его украли? Тогда кто?»

В это время в кухню вплыла сонная Наталья и, увидев отца подруги, зачирикала:

– Ой, Петр Васильевич, с приездом. Вот поселилась на время у Ларки, она меня уговорила. Говорит, что боится одна ночевать.

Петр Васильевич повернулся к дочери и удивленно приподнял брови.

– Послушай, дорогая, а что, твоего благоверного до сих пор нет дома? Я сразу и не сообразил, когда ты сказала, что боишься одна ночевать.

– Нет, пап, нету.

– И что же, не позвонил, ничего не сказал, где он обитает?

– Нет, не звонил. Я думаю, что он меня, наверное, бросил и ушел к другой женщине, – не моргнув глазом, ляпнула Лариса.

– Не пори ерунды, дорогуша. О таких вещах мужчина объявляет сразу.

– Это мужчины объявляют, а Ефимов к этой категории не относится. Он же самый настоящий трус, проще говоря – баба, – фыркнула Лариса и многозначительно закатила глазки.

– Четыре года назад ты по-другому пела, моя милая, – с сарказмом заметил Петр Васильевич.

– Это было давно и неправда, – тут же парировала дочь.

– Ладно, Лариса, если у тебя больше ничего срочного, кроме того, что ты мне сказала, тогда я поеду. Сама понимаешь, нужно во всем разобраться, пока еще по горячим следам. Очень мне хочется узнать, кто стоит за этим убийством, – Петр Васильевич болезненно поморщился.

– Налей-ка мне воды в стакан, – и он вытащил из нагрудного кармана таблетки.

– Что с тобой, пап, ты заболел? – забеспокоилась Лариса.

– Нет, просто очень устал, сердце что-то щемит, – спокойно проговорил мужчина, принимая из рук дочери стакан с водой. Он запил таблетку и только поднялся со стула, как в дверном проеме показался Владимир с полотенцем на шее. Молодой человек замер, когда увидел отца Ларисы, а она недовольно проворчала:

– Во, нарисовался, захочешь, не сотрешь. Только тебя здесь и не хватало.

Наташа, видно, решив, что пора выручать подругу, подлетела к Владимиру и, чмокнув его в щеку, прочирикала:

– Ты уже встал, милый? А это Ларин папа, Петр Васильевич.

Детектив уставился на Наталью, как на ненормальную, а Петр Васильевич только крякнул и покачал головой.

– Да, молодой человек, вижу, вы времени даром не теряете, – заметил он.

Потом, повернувшись к дочери, махнул ей рукой:

– Пойдем, проводишь меня до дверей.

– А как же кофе, пап?

– Не до него мне сейчас, ехать нужно.

Когда они подошли к входным дверям, Петр Васильевич внимательно посмотрел в глаза своей дочери и сказал:

– Лариса, ты достаточно взрослый человек и способна трезво оценивать свои поступки. Я, может быть, немного консервативен, извини, так уж меня воспитали твои дед с бабкой. Ты считаешь меня занудой, но я просто не могу уйти, ничего тебе не сказав. Может, это очень современно, чтобы один мужчина сразу с двумя девушками, ну ты понимаешь, но мне это не нравится.

Лариса напряженно сморщила лоб, соображая, о чем ведет речь ее отец, а когда наконец до нее дошел смысл сказанного, ее глаза округлились до размера летающих тарелок.

– Ну папа, ты даешь, – только и смогла она выдохнуть. – Неужели не сообразил, что Наташка решила мне «медвежью услугу» оказать? И вообще, мы все спали в разных комнатах.

– Извини, если обидел, – смущенно хмыкнул отец и открыл дверь. – Звони, если что, мой мобильный все время включен, – напомнил Петр Васильевич и, чмокнув Ларису в лоб, прошел к лифту, по обе стороны которого переминались с ноги на ногу два «шкафа», отдаленно смахивающие на людей.

Лариса закрыла дверь и, кипя праведным гневом, понеслась на кухню. Она влетела туда, точно ведьма на помеле, и тут же с порога заорала:

– Наташ, ты что, вообще с головой не дружишь? Я же тебе рассказывала, что отец уже видел Володю. В ванной у меня его застукал. Ты знаешь, что он подумал после твоего сегодняшнего спектакля? Что у нас здесь групповуха.

– Чего? Ха-ха-ха! – захохотала Наталья. – Ой не могу, групповуха! Слушай, а ведь это идея, может, попробуем? – продолжала заливаться веселым смехом Наташа. – Володь, ты как, не против? Я лично за, ни разу еще не пробовала.

Детектив сплюнул себе под ноги и проворчал:

– Не квартира, а дурдом, ей-богу. Во что я только не вляпывался за время нашего с тобой знакомства? И вот приехали – за извращенца меня приняли! – и он бросил негодующий взгляд на Ларису.

Лариса, в свою очередь, уперев руки в бока, ехидно улыбалась и шипела, словно змея, готовая смертельно укусить намеченную жертву.

– Не смей называть мою квартиру дурдомом. Я разве виновата, что так все закрутилось? А ты, между прочим, мужчина и должен помогать, а не ныть. Или я ошибаюсь по поводу мужчины?

– С какой такой стати я должен тебе помогать? Ты мне что, сестра, жена или родственница?

– Я твоя клиентка, – заявила Лариса и, гордо вскинув голову, нагло посмотрела на сыщика.

– С каких это пор? – прищурился Владимир. – Я тебе ведь ясно дал понять, что не собираюсь браться за твое дело.

– Ты мне ясно ничего не сказал. Ты говорил, что, наверное, не взялся бы. Конкретного же «нет» я от тебя не слышала, – не сдавалась девушка.

– Если считаешь, что я все же взялся за твое дело, то почему скрываешь важные факты? – взревел детектив.

– Это какие? – невинно захлопала Лариса ресницами.

– А такие, дорогуша. Ты с подружкой решила поиграть в крутых фальшивомонетчиков?

– Откуда ты знаешь? – ахнула Лара.

– От верблюда. На то я и детектив, чтобы все знать, – отрезал Владимир и уселся за стол. – Следы преступления нужно хорошенько скрывать, а у вас на столе все, как на ладони. Тоже мне, конспираторы! А сейчас – кофе мне, пожалуйста, да покрепче, – нагло улыбнувшись, проговорил сыщик.

– Что это ты здесь раскомандовался? – взъершилась Лариса, пытаясь скрыть растерянность от слов Владимира. Ведь они с Наташей в самом деле даже не удосужились все убрать в кабинете. Думали, что сегодня продолжат работу…

– Я могу и уйти, – продолжая ехидно ухмыляться, ответил Владимир.

– Послушайте, друзья мои, – попробовала разрядить обстановку Наташа. – Не нужно ссориться. Сейчас у тебя, Ларка, ситуация, при которой негоже лезть в бутылку. Две головы, конечно, очень хорошо, но, думаю, третья, да еще такая умная, как у Володи, нам не помешает, – и Наталья одарила детектива восхищенным взглядом.

– Нечего мне глазки строить да дифирамбы петь, – фыркнул сыщик. – Я, конечно, не Эркюль Пуаро, но что не дурак, это абсолютно точно. Давайте выкладывайте, что надумали? Зачем бумагу переводите на фальшивые доллары?

Подруги переглянулись, и Наташа утвердительно кивнула. Лариса нехотя начала говорить:

– Володь, ты же понимаешь, что мне негде взять четверть миллиона? А Наташа придумала сделать «куклу» и всучить похитителям. Они Ефимова отпустят, и пусть тогда сам он с этой галиматьей разбирается.

– Да-а-а, бабы, они и в Африке бабы, – вздохнул Владимир и с сочувствием поглядел на Ларису. – Лариса, неужели ты такая глупая девочка? Неужели не понимаешь последствий вашей легкомысленной задумки? За липовые фантики, которые ты хочешь всучить бандитам, они тебя из-под земли достанут и за ноги подвесят.

– Руки у них коротки! Потом уже поздно будет ими махать. Пусть Ефимова подвешивают, только не за ноги, а за другое место. А я попрошу отца, чтобы он на время меня отправил за границу. Побуду там, пока здесь все успокоится.

– Не голова, а Государственная Дума, – вздохнул детектив.

– Володя, хватит загадками говорить. Что же прикажешь мне делать? – вспыхнула девушка.

– Пока эти люди будут гулять на свободе, тебе всегда будет грозить опасность.

– И что ты предлагаешь?

– Нужно постараться взять их с поличным.

– В милицию, что ли, идти?

– Пока не стоит. Нужно дождаться, какой преступники предложат способ передачи денег. В зависимости от этого и решать, что делать дальше.

– Все это, конечно, замечательно, и я с тобой почти согласна. Но вот что прикажешь делать с тем фактом, что на меня ведется настоящая охота. Меня просто пытаются убить!

– Про это я как-то забыл, – почесал сыщик затылок.

– Ничего себе! – подпрыгнула на стуле Лариса. – О самом главном он и забыл. Ты что, совсем обо мне не беспокоишься?

– Остынь, ради бога! Конечно, беспокоюсь, – замахал Владимир рукой. Однако даже невооруженным взглядом было видно, что мысли его в эту минуту находились где-то далеко.

– Володя, не пытайся меня убедить, что сейчас думаешь именно обо мне. У тебя взгляд пойманной камбалы.

Сыщик, словно очнувшись, глупо улыбнулся Ларисе и спросил:

– А какой у камбалы взгляд?

– Обреченный, – вздохнула девушка. – Как считаешь, смогу я выбраться из этой истории живой и невредимой?

– Трудно сказать, – задумчиво проговорил мужчина.

– Тогда напьюсь перед смертью, чтобы ничего не помнить, – ляпнула Лариса и решительно направилась к бару с крепкими спиртными напитками.

Владимир, вскочив со стула как ужаленный, ринулся в комнату за девушкой.

– Только не это, – попытался он ее остановить. – Я не желаю с тобой иметь дело, когда ты пьяна.

– Это почему? – Лариса прищурилась.

– Потому что в состоянии алкогольного опьянения ты совершенно неуправляема, в этом совсем недавно я имел счастье убедиться.

– Очень-то не переживай, она и трезвая неуправляема, – засмеялась Наташа, входя в комнату следом за детективом.

– Все равно не стоит в такой ответственный момент терять над собой контроль. Давайте лучше подумаем, что будем делать дальше.

– А что дальше? Нужно засучивать рукава, доделывать баксы. Когда приготовим четверть миллиона, тогда и будем думать, что делать дальше.

– Лариса права, – поддакнула Наташа. – Нужно, чтобы эти деньги уже лежали наготове. Вдруг бандиты, поменяв свои планы, позвонят уже сегодня? Лариса просила у них еще три дня сроку, но они дали только два. Значит, завтра нужно отдавать…

– А что ты им сказала по поводу денег? – спросил Владимир у Ларисы.

– Что собрала только половину.

– Напрасно, нужно было говорить, что у тебя пока еще ничего нет.

– Почему?

– Ты же говорила с домашнего телефона?

– А с какого же? Они же мне сюда звонят, а не на деревню дедушке. Володь, что задаешь глупые вопросы? Объясни, к чему ты клонишь?

Детектив, ни слова не говоря, взял в руки телефонный аппарат и стал тщательно его обследовать.

– Дай мне отвертку, – бросил он Ларисе.

– Зачем?

– Много будешь знать, бессонница замучает, – отрезал мужчина. – Тащи отвертку и не задавай вопросов.

– Подумаешь, – фыркнула девушка и пошла за отверткой.

– Володя, думаешь, в телефоне что-то есть? – осторожно поинтересовалась Наташа.

– Не знаю пока, сейчас посмотрим.

Лариса принесла отвертку и протянула ее Владимиру. Сыщик принялся развинчивать аппарат, но в эту самую минуту телефон затрезвонил. От неожиданности мужчина чуть было его не выронил. Лариса подхватила трубку и поднесла ее к уху.

– Алло, кто это? – осторожно спросила она.

– Ларочка, девочка моя, что же ты мне не звонишь уже три дня? Нехорошо забывать маму.

– Мамочка, привет дорогая. Извини ради бога, закрутилась совсем, даже некогда было позвонить, – затараторила Лариса, закатив глаза.

– Интересно, чем это ты настолько занята, что не нашла пяти минут, чтобы набрать мой номер телефона? Ну да ладно, не буду тебя ругать, все равно это совершенно бессмысленно. Я тебе сообщу новость, просто закачаешься.

– Что за новость, мам? Я смотрю, у тебя голосок так и щебечет. Что-то случилось?

– Да, моя девочка, случилось. Помнишь, я тебе рассказывала, что встретила свою первую любовь, ну еще с института?

– Ну помню. И что? – не моргнув глазом, соврала Лариса и сморщила лобик, силясь вспомнить, когда это ее мать сообщала ей столь «сногсшибательную» новость.

– Так вот, он недавно овдовел, – радостно поведала Виктория Николаевна.

– Ну, мамуля, ты даешь, – выдохнула Лариса. – Чему же ты так радуешься?

– Неужели не понимаешь? Нет, я, конечно, скорблю. Жаль, что такая еще не старая женщина скончалась. Я, естественно, выразила искреннее соболезнование Константину. Но, видишь ли, дорогая, теперь нет самого главного препятствия, чтобы нам воссоединиться.

– Господи, мама, – раздраженно проговорила Лариса. – По-моему, на почве климакса ты растеряла последние остатки совести.

– Подумаешь, – фыркнула Виктория Николаевна. – Я вполне эмансипированная женщина и четко усвоила, что иметь совесть в наше время – это немодно и несовременно.

– Он что же, сделал тебе предложение? – совсем упавшим голосом поинтересовалась Лариса.

– Нет, конечно. Пока нет. Нужно же соблюсти правила приличия, выдержать траурное время. Ну а потом, я надеюсь, что он непременно это сделает.

– Теперь я знаю, почему тебя бросил мой отец, – вздохнула Лариса.

– Ничего ты не знаешь, дурочка. И вообще, это не он меня бросил, а я решила расстаться с ним, потому что, кроме работы, ему ничего не было нужно. К тому же он очень хотел сына, а я не могла ему его дать. После тебя я сделала аборт и больше не могла иметь детей. Он встретил в то время молодую женщину, и я решила, что обязана предоставить ему свободу и дать шанс иметь наследника. Кто же думал, что она бесплодна? Тогда никому не было дела до моих чувств и ощущений, и никто, кроме меня, не знает, что мне пришлось пережить. Почему же сейчас я должна испытывать угрызения совести и тем более чего-то стыдиться? Я уже не юная девица, у которой все впереди. Мне уже пора подумать о том, чтобы не остаться на старости лет в полном одиночестве.

– Ты никогда не рассказывала мне об этом, – удивленно проговорила Лариса.

– А ты и не спрашивала, – отрезала женщина. – Ты всегда росла, как сорняк у дороги, совершенно самостоятельно. Тебя никогда не волновали проблемы матери, ты думала исключительно только о своих, которые, кстати, решать в большинстве случаев приходилось мне или отцу.

– Послушай мама, что это с тобой сегодня? С какой стати ты вдруг решила сейчас вылить на меня ушат дерьма?

– А потому, моя милая дочь, что мне до боли в сердце стало обидно. У твоей матери не далее как вчера был день рождения, а ты даже не соизволила мне позвонить. Я уже не говорю о каких-то там подарках…