Текст книги "Облом нечаянно нагрянет"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– А мне нельзя с вами пойти туда? – спросила девушка, указав в сторону внутреннего помещения лечебницы.

– Нет, – коротко бросил управляющий и захлопнул дверь перед самым носом Марины.

Она растерянно оглянулась по сторонам и присела на скамейку, которая стояла здесь же, рядом со входом.

– Никуда я без Максима не пойду, – упрямо буркнула она и, облокотившись о стену, решила ждать, пока все не закончится и она лично не убедится, что с ее подопечным все в порядке.

13

– Александр Ефимович, вам Евгений звонит. Соединить? – спросила Елена у шефа, заглянув к нему в кабинет.

– Да, да, соедините, – кивнул головой мужчина и, поспешно схватив телефонную трубку, поднес ее к уху: – Слушаю тебя, Женя. Чем ты меня можешь порадовать?

– Александр Ефимович, тут такое дело… даже и не знаю, как вам сказать, – замялся молодой человек.

– Хватит мямлить, говори как есть, – строго приказал Кравцов.

– Дом, в котором проживал Максим в последнее время, сегодня ночью расстреляли. Дом той молодой женщины, про которую я вам говорил, – Светланы Баевой.

– Что значит – расстреляли?

– Я пока не смог все выяснить детально. Знаю только, что ночью было совершено нападение на дом Баевой.

– Так выясни! – рявкнул в трубку Кравцов. – Что там было? Кто совершил нападение? Есть ли жертвы? И самое главное – где мой сын и что с ним? Ты хорошо меня понял, Евгений?

– Да, Александр Ефимович, я все понял. Вы мне только времени дайте чуть больше, чем три часа, – осторожно попросил парень.

– Действуй, в твоем распоряжении сутки. Сейчас я позвоню начальнику службы безопасности, он даст тебе своих ребят.

– Не нужно, Александр Ефимович, я и со своими справлюсь. О результатах вам сообщить на мобильный телефон?

– Нет, я пока все время буду здесь, в своем кабинете.

– Вы же собирались сегодня улетать…

– А теперь не собираюсь! Ты очень много задаешь вопросов, Евгений. Я же русским языком сказал, что буду здесь. Что тебя еще интересует?

– Ничего, Александр Ефимович. Вы не переживайте, мы найдем Максима. Если его в том доме не оказалось, значит, он жив, а это главное… во всяком случае, я на это очень надеюсь.

– Все, Женя, давай действуй – и помни, что в твоем распоряжении всего лишь сутки, – оборвал Кравцов разговор и повесил трубку.

Он запустил обе руки в волосы и простонал:

– Господи, только не допусти, чтобы с моим сыном случилось что-нибудь страшное!

Перед его внутренним взором вдруг всплыли события последних дней, когда его сын проживал еще вместе с ним…

– Максим, прошло больше двух лет, как ты приехал из Англии. Ты устроился в какую-то совершенно не внушающую доверия компанию и работаешь там. Ответь мне, почему?

– Что – почему, отец? Ты меня хочешь спросить, почему я работаю? – усмехнулся молодой человек. – Я тебе отвечу. Все очень просто: я работаю потому, что не собираюсь быть нахлебником у богатенького родителя, то бишь у тебя. Я понятно объясняю?

– Нет, меня интересует совсем не это, – сморщился Александр Ефимович. – Я рад, что ты не бездельник. Человек должен работать, для этого ты и учился, и я горжусь тем, что мой сын трудится. Я хочу знать, почему ты работаешь именно в этой компании, почему не захотел идти ко мне? Я ведь предложил тебе хорошие условия, неплохую зарплату, во всяком случае, превышающую ту, которую получаешь сейчас ты, в несколько раз.

– Отец, если мне не изменяет память, мы с тобой уже обсуждали эту тему, и не раз. Я не хочу, чтобы обо мне говорили как о приложении к господину Кравцову, то бишь к тебе. Я не хочу быть папенькиным сынком – и никогда им не буду.

– Напрасно ты так говоришь, Максим. Я тоже не хочу, чтобы о тебе так думали. Но согласись, что это вполне нормальная ситуация, когда сын работает в компании отца и набирается опыта. Ведь когда-нибудь тебе придется заменить меня и сесть в мое кресло. Тебе это в голову приходило?

– Ты еще и сам достаточно молодой, так что торопиться мне ни к чему. Вот когда ты почувствуешь, что из тебя скоро песок посыплется, тогда и научишь меня всему, что умеешь сам, – засмеялся Максим. – Я очень прошу тебя, отец, дай мне жить своей жизнью. Ну не хочу я пока работать у тебя! Не хо-чу, – раздельно повторил Максим. – Можешь ты меня понять?

– Могу ли я тебя понять? Не знаю, сын, – пожал Кравцов плечами. – Мне моя компания не с неба свалилась, тебе это прекрасно известно. В ней – все мое умение, весь мой опыт, все мое здоровье, да и все деньги, наконец. Естественно, я не хочу, чтобы она досталась кому-то другому, если вдруг со мной что-то случится. Нет, завещание, естественно, будет на тебя, ты же мой единственный сын. Но ведь ты даже не знаешь принципа работы моей компании. Поверь мне, что все это далеко не так просто, как может показаться. Здесь задействованы не только большие деньги, но еще и политика страны. Я отвечаю не только за людей, которые на меня работают, но и за многое другое. Пройдет не один день, месяц, год, когда ты сможешь полностью постигнуть все секреты ведения дел компании. Вот почему я хочу, чтобы ты уже сейчас начал работать у меня. Ты же прекрасно понимаешь, что со мной всякое может случиться. Зачем же рисковать, Максим?

– Что это ты хоронишь себя раньше времени? Живи, радуйся и руководи. А меня оставь пока в покое, – не сдался Кравцов-младший. – Хотя бы еще на пару лет.

– Ты не прав, – снова не согласился с сыном Кравцов-старший. – Я не смог дать тебе в детстве того, что обязан был дать, – внимания, и хочу сейчас хоть немного восполнить тот пробел. Здесь мы будем часто встречаться, а это значит, и общаться тоже. Я хочу восполнить пробел, – вновь повторил мужчина и с надеждой посмотрел на сына.

– К сожалению, ты уже никогда не сможешь его восполнить, хотя бы по той простой причине, что я больше не ребенок, который очень нуждался в тебе. Как говорится, поезд ушел, дорогой отец, и вернуть прошлое уже нет возможности. Не переживай, я не в обиде, – горько усмехнулся молодой человек. – Да и поздно уже говорить об этом, повторюсь: поезд давно укатил в прошлое.

– Максим, ты знаешь, что у меня есть давний друг, Сергей Иванович, – переменил Кравцов тему. – Я пригласил его на свой день рождения.

– Да на здоровье, – пожал Максим плечами. – Почему ты вдруг говоришь мне об этом? День рождения твой, а не мой, поэтому ты можешь приглашать на него кого угодно и в любом количестве.

– Ты не дослушал меня. Что за манера перебивать старших? – нахмурился мужчина.

– Прошу прощения, я тебя дослушиваю, – немного насмешливо проговорил Максим и картинно расшаркался перед отцом.

– Не паясничай, тебе это совсем не к лицу. О чем это я хотел тебе сказать? Ах да. Я пригласил Сергея с его женой и дочерью, и у меня к тебе есть одна просьба.

– Я весь внимание, папа, – все еще продолжая веселиться и гримасничать, проговорил молодой человек.

– Я хочу, чтобы ты присутствовал на вечере с самого начала и встречал гостей вместе со мной.

– О господи, отец, зачем тебе это понадобилось? Ты же прекрасно знаешь, что я терпеть не могу все эти китайские церемонии, меня от них тошнит. Я, естественно, приду к тебе на торжество, но чуть позже, когда все уже будут немного навеселе. Поболтаюсь минут тридцать и удалюсь по-английски, не прощаясь. После этого никто не посмеет сказать, что твой сын – плохой отпрыск и не почтил тебя своим присутствием в столь знаменательный день.

– Ты меня не понял, Максим, все прекрасно знают, какой ты сын. На этом торжестве я хочу познакомить тебя с Тиной.

– С кем?

– С Тиной, дочерью моего друга.

– Зачем?

– Чтобы ты присмотрелся к ней.

– Зачем? – еще настойчивее спросил Максим.

– Тебе пора жениться.

– Что-о-о?! – округлил глаза молодой человек. – Что мне пора?! Надеюсь, ты шутишь?!

– Нет, мой дорогой, отнюдь, я и не думал шутить. Прекрати сейчас же делать такие удивленные глаза! Пора бы уже и образумиться, – прикрикнул Кравцов на сына, увидев, что Максим продолжает на него таращиться как на ненормального. – Тебе скоро двадцать девять лет, не мальчик уже, между прочим. В твоем возрасте я уже давно был женат и имел пятилетнего сына – тебя я имею в виду.

– Ну ты даешь, отец, – растерянно проговорил Максим. – Предположим, что ты прав и мне пора обзаводиться семьей. Но при чем здесь какая-то Тина, которую я никогда в глаза не видел? Или ты считаешь, что я настолько неспособный и беспомощный, что не смогу себе сам найти женщину, на которой я захотел бы жениться?

– Эта женщина должна быть из нашего круга.

– Кому должна?

– Не понял, – удивленно вскинул брови Александр Ефимович.

– Я спрашиваю – кому и что должна моя будущая жена? Почему ты считаешь, что она должна быть из вашего круга? – напирал на отца Максим, злясь все больше и больше.

– Из нашего, – терпеливо повторил Кравцов. – И Тина – очень хорошая кандидатура для этого. Она прекрасно воспитана, имеет хорошее образование, достаточно симпатична.

– Вот сам и женись на ней, – брякнул парень и уставился на отца насмешливым взглядом. – А я женюсь на той женщине, которую полюблю, и буду мечтать о том, чтобы она родила мне детей. И совсем неважно, из какого круга или квадрата она будет!

– Ты не прав, Макс. Наше положение обязывает нас быть очень осмотрительными в выборе. Я согласен, что это некоторым образом… напрягает, но что же делать? – развел он руками. – Сергей очень хочет, чтобы мы с ним породнились. Его дочь прекрасно подойдет для тебя.

– Я тебе уже сказал: женись на ней сам, вот и станете роднее некуда, ты ведь тоже не женат, – засмеялся Максим. – И давай прекратим этот разговор раз и навсегда.

– Максим, я всегда считался с твоими желаниями, пора бы и тебе посчитаться с моими, ведь я твой отец!

– Я свое слово сказал, и по-другому не будет, – упрямо сдвинув брови, проговорил молодой человек. – Мне совсем без надобности какая-то Тина. И если бы ты, папа, уделял мне в свое время достаточно внимания, то лучше знал бы мой характер. И, зная его, понял бы сейчас, что спорить со мной совершенно бесполезно: я никогда не меняю своих решений и принципов.

– Но я тебя прошу просто пока познакомиться с ней. Может же случиться так, что она тебе понравится и ты захочешь сделать ее своей женой? – не хотел отступать мужчина. – Ты ведь ее даже не видел!

– Судя по твоему лицу, отец, мне никогда в жизни этого не захочется, – сморщился Максим. – Давай прекратим этот разговор, иначе ты вообще меня не увидишь на своем дне рождения.

– Ты не посмеешь так поступить со мной!

– Прости, я погорячился. Я приду чуть позже, чтобы поздравить тебя, – миролюбиво проговорил Максим. – Но… не более того, – не забыл добавить он.

Кравцов тогда сделал вид, что он уступил Максиму, в душе надеясь, что у него все же получится свести сына с дочерью своего друга.

Максим, как он и говорил, появился на торжестве, когда с начала вечера прошло уже больше четырех часов. Он подошел к отцу, вручил ему подарок и выпил вместе с ним бокал шампанского. Когда Александр Ефимович хотел представить сына своему другу и его семье, Максима уже и след простыл. Ему было очень неудобно перед Сергеем, и он виновато извинился.

– Молодежь, что с них взять? – развел он руками, не глядя в глаза другу.

Сильно тогда разозлился Кравцов на сына, и утром следующего дня между ними произошла очень серьезная ссора. Отец наговорил Максиму много грубостей, причем совершенно несправедливых, а в ответ получил лишь долгий взгляд, в котором читались боль, упрек и затаенная обида. Этот взгляд напомнил отцу тот взгляд одинокого и брошенного ребенка, которым смотрел на него Максим, когда Кравцов отправлял сына в закрытую школу, после того как умерла мать мальчика.

А потом, после этой ссоры, Максим ушел из дома – и больше не возвращался. Он даже не звонил отцу. Правда, Александр Ефимович знал о каждом его шаге. Но почти десять дней назад его люди сообщили, что потеряли Максима из виду. Тогда Кравцов подключил к поискам свою «разведку», и только сегодня ему сообщили, что его сын нашелся в доме какой-то Баевой Светланы. А минуту назад – очередная новость. Дом этот расстрелян, и пока неизвестно, что же случилось с его обитателями…

14

Марина просидела на лавочке уже больше часа, а Владимир с Максимом все еще не вышли из лечебницы.

«Почему так долго? – нервно потирая ладонь о ладонь, думала девушка. – Может, что-то случилось?»

Она встала с лавочки и подергала дверь. К ее удивлению и радости, она тут же поддалась, и Марина ужом проскользнула внутрь. Осторожно пройдя по длинному коридору, она увидела, что одна из дверей приоткрыта. Марина подошла к ней и прислушалась.

– Такие вот дела, Володя, – услышала девушка слабый голос Максима.

– Дела как сажа бела, – хмыкнул мужчина. – Я, когда тебя увидел сегодня, почему-то так и подумал.

– Что же ты подумал?

– Что ты в историю какую-нибудь попал, ковбой, – снова усмехнулся управляющий. – Иначе зачем бы ты прикатил сюда, когда все быльем поросло? Да еще с такой симпатичной девчонкой приехал!

– Может, ты и прав, – вздохнул Максим. – В принципе, я из-за нее сюда и приехал. За себя я совсем не боюсь, а она ни за что может пострадать.

– Любишь? – озорно подмигнул Владимир и посмотрел на парня веселыми глазами.

– Кого? – так и вскинулся тот.

– Ну не меня же! Ее, кого же еще? – хохотнул мужчина.

– Мы просто друзья, – буркнул парень. – И она через три недели выходит замуж, – как-то совсем невесело добавил он.

– Я гляжу, тебе не очень-то это по нраву, ковбой? – снова усмехнулся мужчина. – Давай-ка, пора вставать и перебираться в дом, – тут же переменил он тему разговора. – Потом будешь горевать.

– С чего это ты взял, что я горюю? – снова нахохлился парень.

– У тебя это на лбу написано, ковбой, и не нужно меня убеждать в обратном. Я мужик опытный в таких делах. Слава богу, сорок второй год на свете живу! Давай-ка я тебе помогу подняться, небось там твоя Марина заждалась уже нас. Не так сильно сейчас болит? – заботливо поинтересовался он.

– Нет, почти совсем не болит, – ответил Максим. – Даже удивительно, я уже к ней, к боли-то, как к родной, привык, – кисло улыбнулся он.

– Это заморозка еще не отошла. К боли привыкать нельзя, неправильно это. Я тебе укол обезболивающий чуть позже сделаю, когда заморозка совсем отойдет. Времени не очень много осталось, так что давай быстрее в дом перебираться. Я тебя там на постели устрою. Жена сегодня борщ варит, поешь заодно. Девчонку твою наверняка уже накормила, она у меня хлебосольная хозяюшка.

– Давно ты ее сюда привез? Ты вроде говорил, что жена у матери своей живет, пока ты здесь деньги зарабатываешь?

– Три месяца уже как сюда перебралась моя Катюша. Плохо мне здесь без нее было, аж сердце ныло. Ну, хозяйка посмотрела, посмотрела на меня и сама предложила привезти жену. Она нам две комнаты в доме выделила. Хорошая баба Надежда Юрьевна! Не жалеешь, что расстался с ней, ковбой?

– «Не жалей, что было. Не гадай, что будет. Береги, что есть», – процитировал Максим и кисло усмехнулся. – Я ее буду всегда вспоминать с благодарностью… но, к сожалению, не более того.

– Ясное дело, ведь она старше тебя лет… на несколько, – хмыкнул Владимир. – Нам, мужикам, всегда кто посвежее нравится. Вон моя супруга – аж на десять лет меня моложе. Уж как я ее обхаживал в свое время, как обхаживал! – крякнул он, потирая рукой подбородок и пряча улыбку.

– Дело совсем не в этом. Если человека любишь, возраст не имеет никакого значения. Надежда старше меня всего на пять лет, и это совсем незаметно, сам знаешь. Просто она уж слишком… как бы это правильно сказать? – задумался Максим.

– Слишком сильная, деловая и независимая женщина, – подсказал Владимир.

– Вот-вот, в самую точку попал, – тут же согласился Максим. – Правда, она никогда не подчеркивала это по отношению ко мне, но я же прекрасно понимал, что пройдет время, и характер этой женщины все равно проявится в полной мере. Я никогда не позволил бы, чтобы мной помыкали, а это означает, что наши отношения рано или поздно потерпели бы крах. Поэтому я и решил, что разумнее уйти, когда боль от разлуки еще не будет такой сильной. Сделал я это до того, пока ее душа не прикипела ко мне окончательно, а к этому все и шло. Я не хочу скрывать: эта женщина очень мне нравилась, но долго это продолжаться не могло. Она, умница, поняла меня правильно, и мы остались с ней добрыми, хорошими друзьями.

– Сразу видно, что молод ты еще, ковбой, и не знаешь истинного бабского нутра, – проворчал Владимир и начал помогать Максиму подняться. – Для баб сделать вид, что они все понимают и принимают как есть, – что нам с тобой пивка попить, а в душе она наверняка обиду затаила. Даже и не знаю, что будет, когда она приедет и увидит тебя здесь, да еще с соперницей!

– Неужели прогонит? – усмехнулся Максим. – Не думаю, Надя не тот человек. И потом, Марина никакая не соперница. Я же русским языком тебе сказал, что мы просто друзья и она собирается замуж.

– Все они «не те» человеки, – вновь проворчал Владимир. – Ладно, ковбой, не будем гадать, что да как. Приедет хозяйка, вот и увидим, кто здесь друг, а кто соперница. Сейчас не нужно об этом думать.

– Марина мне просто друг, – упрямо повторил Максим.

– Я смотрю, дружеский ты слишком, ковбой, особенно к женскому полу, – хохотнул Владимир. – Как бы эти подружки в один прекрасный момент не оторвали тебе я… гм, это самое место!

– С Мариной у меня ничего не было, ей-богу, – размашисто перекрестился молодой человек.

– Какие твои годы! – засмеялся Владимир. – Пошли-ка потихоньку, а то скоро заморозка начнет отходить, – переменил он тему разговора.

Марина увидела в щелку, что Максим уже встал с кушетки с помощью управляющего, и опрометью бросилась бежать по коридору, чтобы успеть выскочить на улицу, пока ее не застукали на месте преступления. Она снова уселась на лавочку рядом с дверью и задумалась: «Всегда считала, что подслушивать – это очень непорядочно, но теперь убедилась, что сие может быть делом достаточно полезным и занимательным! Выходит, Максим был в определенных отношениях с хозяйкой конефермы? И она старше, чем он? – Девушка тряхнула головой, освобождаясь от навязчивых мыслей. – Какое, собственно, мне дело до их отношений и вообще до этой женщины? И до этого ненормального Макса мне тоже нет никакого дела! И вообще, зачем он меня сюда притащил? Прямо сейчас же скажу ему, что поеду к своему отцу, а он пусть здесь остается… и дожидается свою знакомую… то есть подругу».

В это время дверь открылась, вышли Максим с Владимиром. Мужчина поддерживал раненого. Когда он увидел Марину на лавочке, то крайне удивился.

– А ты чего здесь сидишь, почему в дом не пошла? – спросил он.

– Неудобно как-то, – пожала девушка плечами. – Вот, решила вас здесь дождаться. И вы знаете, я думаю, что мне лучше домой поехать. Отец там, наверное, волнуется. Максим пусть под вашим присмотром здесь останется, думаю, что теперь он в надежных руках, а мне пора, – скороговоркой заговорила она и вскочила со скамейки, намереваясь идти к машине.

– Стой! – прикрикнул на нее Максим. – Я смотрю, у тебя с головой проблемы? – прищурившись, спросил он.

Марина даже раскрыла рот от такой вопиющей наглости.

– Ты, ты… тебе кто дал право разговаривать со мной в подобном тоне? – заикаясь от возмущения, еле выговорила она.

– Поставь глаза на место и марш в дом, – совершенно не обратив внимания на возмущение девушки, рявкнул Максим. – Скажи спасибо, что у меня сейчас не настолько много сил, чтобы положить тебя поперек колена и устроить воспитательную экзекуцию! Нет, вы только посмотрите на нее – домой она собралась! Жить надоело? Решила поиграться в «авось повезет»?

– По какому праву ты так со мной разговариваешь?! – тоже закричала Марина и топнула от злости ногой. – Что ты о себе возомнил, черт тебя побери? Ни во что я играться не собираюсь! Мой отец не даст меня в обиду, он не позволит, чтобы в меня кто-то там стрелял!

– Я же не специально, Марина, – виновато буркнул Максим.

– Связалась с тобой на свою голову, – не останавливаясь и не слушая, неслась дальше девушка, возмущенно сверкая глазами. – Оставь меня в покое и не смей на меня кричать! – надрывалась она, уже готовая броситься в драку.

– Не валяй дурака, Марина, тебе нельзя сейчас возвращаться домой. Они теперь знают, что я каким-то образом связан с тобой, и могут пойти на крайние меры, – хмуро проговорил Максим.

– Кто – они? Кто?! – снова закричала девушка. – Я убегаю вместе с тобой из дома сломя голову – неизвестно от кого! А когда прошу тебя объяснить мне, кто это и что вообще все это значит, ты отмалчиваешься! Я тебя привезла сюда, ты здесь у друзей, насколько я понимаю? Что тебе еще от меня нужно?

– Мне от тебя ничего не нужно. Мне нужно, чтобы ты была в безопасности, только и всего, – ответил молодой человек. – Не стоит уезжать, очень тебя прошу – останься. Хотя бы на сегодня, – попросил он.

Владимир, наблюдавший эту сцену, вдруг лукаво улыбнулся и сказал:

– Ребята, а давайте-ка мы с вами все же пройдем сначала в дом, отведаем борща моей ненаглядной супруги, а потом уж вы без свидетелей будете решать свои проблемы. Хотите, словами, хотите, кулаками – как вам больше нравится!

Марина неуверенно посмотрела на управляющего и, увидев его открытую улыбку, тоже улыбнулась и кивнула в знак согласия.

– Хорошо, пойдемте, я ужасно голодна, если уж быть до конца честной. Но потом я все равно уеду, что бы ты мне ни говорил, и ничто меня здесь не удержит, – упрямо произнесла она, обращаясь уже к Максу.