Текст книги "Глоточек свеженького яда"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 8

Почти в то же самое время в кабинет к следователю Казакову Андрею Владимировичу заглянул его сослуживец и друг Сергей.

– Слушай, на тебя повесили дело Горина? Везет же тебе с этой семейкой, как утопленнику, – захихикал капитан и тут же подавился собственным смехом, встретившись со злым взглядом друга. – Да ладно тебе, не обижайся, я же не с подколкой, а совсем даже наоборот, по-дружески, – виновато заглядывая в глаза Андрея, промямлил парень.

– Ты уже пятый за сегодняшний день «по-дружески», – процедил Андрей сквозь зубы и схватился за пачку с сигаретами. – Пойдем покурим, – предложил он Сергею и встал из-за стола. Уже стоя в коридоре, он проворчал: – Братец еще с утра все нервы мне вымотал, а теперь вот и вы все, как сговорились.

– Какой братец, чей? – не понял Сергей.

– Кирилла Горина, чей же еще? У меня, как тебе известно, братьев отродясь не было. Единственный я у мамочки, – развел майор руками.

– А что ему надо?

– Что обычно родственникам надо? Не знаешь разве? Чтобы я как можно быстрее поймал преступника. Мне бы еще подсказали, где его ловить, я бы благодарность объявил, с занесением в личное дело, – усмехнулся Андрей и жадно затянулся сигаретой. – Чтоб им всем пусто было!

– Там вроде ясно все: кроме бабы кто ж до такого додумается? – подсказал капитан.

– В том-то все и дело. Удавка на причинном месте, клофелин в крови. Естественно, только у бабы такое могло в мозгах разродиться. А знаешь, сколько этих баб у покойника перебывало? Вагон и еще с десяток маленьких тележек. Я пока всех разыщу, успею на пенсию уйти по возрастной категории, – сплюнул Андрей. – А родственники этого, с яйцами, насели так, что караул. Чтоб им пусто было, – еще раз повторил он и закатил глаза под лоб. – Мне уже сверху звонили, просили проявить служебное рвение и поторопиться с расследованием. А я что, господь бог? Или у меня волшебная палочка есть? Которой стоит только махнуть – и вот вам, пожалуйста, получите преступника на блюдечке с голубой каемочкой! Да у меня даже щуки нет, которая все Емелины желания исполняла, – все больше и больше распалялся Казаков, возмущенно вращая глазами. – У меня, кроме своей собственной головы и ног – тоже, кстати, собственных, – ничего нет. Дали студента – учи уму-разуму, майор, подрастающие кадры. Вот тебе и вся подмога, а его еще самого за ручку водить надо, хоть и толковый парень, ничего не могу сказать. Никаких тебе улик на месте преступления, никаких отпечатков, все стерто, зацепок нет… – вздохнул Андрей. – Кроме того, что это могла сделать женщина. Завтра поеду в казино, буду просматривать видеозапись внутреннего наблюдения. Может быть, там смогу что-то зацепить. Заставить бы их самих в дерьме копаться, не давили бы тогда!

– Это ты о чем, Андрюш? – не понял Сергей.

– О начальстве, о ком же еще?

– Успокойся ты, начальство – на то оно и начальство, чтобы приказывать. Что им еще остается делать? – пожал капитан плечами, с сочувствием глядя на друга. – Да-а, не повезло тебе, скажу откровенно.

Андрей выбросил недокуренную сигарету в урну и пошел в свой кабинет, не переставая ворчать:

– Вы бы, родственнички дорогие, так суетились, когда целая семья – под корень! Что-то не очень вы тогда рвение к этому делу проявляли, быстренько всех в крематорий отправили, а дело – на полочку. Еще бы, будете вы суетиться, когда такие бабки в наследство остались. Зато теперь они слишком возмущены!

– Андрюш, а версия хоть есть какая-нибудь? – поинтересовался Сергей, пропустив мимо ушей ворчание друга.

– Ровно столько, сколько этих самых баб, – пробубнил следователь и скрылся в своем кабинете.

Чуть меньше года тому назад майору Казакову «посчастливилось» заниматься делом о похищении с целью выкупа дочери крупного магната, Горина Валерия Николаевича, и последующей гибелью его самого. Много было в том деле белых пятен, которые так и остались белыми. Жена Горина покончила жизнь самоубийством, как только узнала, что мужа убили, а на его тело бросили фотографию обгоревшего трупа их дочери. У Андрея много тогда было версий по этому поводу. Ведь трупа девушки так никто и не видел, лишь фотографию, на которой лица вообще невозможно было рассмотреть, но мать узнала ее платье. Оно было дорогим – эксклюзивный экземпляр, купленный из коллекции летнего сезона известного кутюрье. Второго такого быть не могло, – это был штучный вариант, поэтому мать даже не сомневалась, что на фотографии – ее дочь, Анжелика Горина. Еще был перстенек, который она тоже узнала. В тот же день она написала записку, что в дальнейшей жизни не видит смысла и что на этот поступок она идет без принуждения и по собственной воле. Сев в свою машину, женщина разогналась и на всей скорости полетела с обрыва. Машина, естественно, взорвалась, и нашли потом только обгоревшие останки.

Как же тогда переживал Андрей, что не смог, вернее, не успел предотвратить несчастье! Как только он увидел фотографию Анжелики, его сразу же насторожил тот факт, что сам труп обгорел практически до основания, а платье, по какой-то совершенно непонятной причине, осталось целым, лишь местами обгорелым, ну и грязным, естественно. Он тут же стал звонить несчастной женщине, чтобы сказать ей о своих сомнениях. Что он пришел к выводу: на фото – совсем не Анжелика, но… он опоздал. Телефон не отвечал, а потом ему доложили о случившемся самоубийстве. Родственники не очень-то настаивали на завершении следствия, поэтому пришлось его отложить до лучших времен по настоятельному требованию высших инстанций. В отделе тогда очень много накопилось дел, которые требовали немедленного расследования, и майору ничего не оставалось делать, как подчиниться. Да он и сам тогда прекрасно понимал, что на него свалился, как они это называют, «висяк». Никаких тебе улик, никаких свидетелей, ничего, кроме трех трупов. Вернее, двух реальных трупов и одного – на фотографии. Тот, третий, так и не нашли. Как удалось майору выяснить в ходе следствия, за девушку похитители потребовали огромную сумму: миллион долларов. Когда отец повез деньги в назначенное место и в назначенное время, его убили выстрелом в голову, а деньги забрали. На грудь покойного они бросили фотографию, на которой был запечатлен обгоревший труп его дочери. Друг Горина, Константин Самойлов, сам пришел тогда к майору Казакову: он был единственным человеком, которому рассказал о похищении Валерий Николаевич.

– Я просил его пойти в милицию, – рассказывал Константин. – Но он не захотел рисковать: похитители предупредили, что если они заметят подвох, то сразу же убьют Анжелику. Он даже от меня скрыл место и время встречи, иначе я бы смог хоть как-то подстраховать его. Я до сих пор не могу себе простить, что не проследил за ним тогда, – сетовал мужчина.

– Как вы думаете, кому может быть выгодна смерть вашего друга? – задал тогда вопрос Казаков.

– Очень многим, – пожал Константин плечами. – Родственникам, например. Я всегда недолюбливал брата Валеры, скользкий он какой-то и завистливый. Я, видите ли, психоаналитик, поэтому очень часто могу сказать о человеке практически все, пообщавшись с ним совсем немного. С Виктором я не любил общаться, потому что он всегда выдавал желаемое за действительное.

– Это как же понимать? – не понял Казаков.

– А здесь и понимать нечего, – улыбнулся Константин. – Он старался навязать мне свою дружбу и постоянно прикидывался «своим в доску». Но я прекрасно видел, что это совсем не так, и держал его на расстоянии: очень не люблю людей в «маске». Я даже Валере говорил об этом, но он лишь отмахивался от меня. И, как видно, зря: мне почему-то кажется, что без Виктора и его сыновей здесь не обошлось. Но утверждать, конечно, не стану, не хочу брать греха на душу, – приложив обе руки к груди, проговорил Самойлов. – Вы спросили – я сказал свое мнение, но оно может быть и ошибочно.

– Родственники, говорите? – задумчиво сказал майор. – Все, конечно, может быть, только здесь нестыковка получается. Они же не могли знать заранее, что Елена покончит жизнь самоубийством? А это самоубийство, – нет никаких сомнений; записку писала она, – это подтвердила графологическая экспертиза. Наследницей всего капитала осталась бы она после смерти мужа и дочери.

– Кто теперь знает, что они знали, а чего не знали? – сердито высказался Самойлов. – Может, они потом и ее планировали убрать? Но опять же, майор, не нужно мои слова брать за основу, это мое сугубо личное мнение. Вернее, даже не мнение, а мысли, можно сказать ничем не обоснованные. Просто я всегда недолюбливал Виктора, я уже вам об этом сказал. Вот отсюда, наверное, и такие нехорошие мысли о нем. Так сказать, предвзятое отношение.

– Ну а кроме родственников кто мог желать смерти Горина, как вы думаете? – спросил майор.

– Конкуренты, естественно, – пожал плечами Константин. – Сейчас это сплошь и рядом.

– А компаньоны у Горина были?

– Конечно, были, но это не тот вариант, поверьте мне, – отрицательно покачал головой мужчина. – Один был его лучшим другом, мы все вместе в Афганистане служили. Второй вообще не здесь живет.

– Вы знаете, в моей работе такие бывали случаи, в которые просто поверить невозможно. Родной отец с сыном из-за денег расправился, а вы говорите – друг, – заметил Андрей. – Деньги – такая штука… – вздохнул он. – Очень страшное влияние они на людей оказывают.

– Нет, говорю же, здесь совсем не тот случай, – упрямо повторил Константин. – Валера Сашку от смерти спас, когда мы служили, и тот его братом своим считал. И его тогда не было в Москве, когда все случилось, он едва на похороны успел прилететь. Мне кажется, если бы Саша был здесь, вместе мы бы сумели предотвратить несчастье. Ай, да что теперь об этом говорить! – обреченно махнул он рукой. – Знать бы, где упасть, соломки подстелил бы. Нет, майор, еще раз повторю с полной уверенностью и ответственностью: Александр Холодов здесь ни при чем.

– Ну, хорошо, хорошо, оставим пока Александра Холодова, – согласился майор. – А второй? Что вы можете сказать о втором компаньоне?

– Думаю, второму это тоже не нужно: он живет во Франции, а отсюда получает только дивиденды. Кто же будет убивать курицу, которая несет золотые яйца? Он прекрасно понимал, что, если с Валерой что-то случится, он лишится и того, что имеет. Здесь он появлялся раз в году, на совете директоров, остальное время проводил в Париже, у него там тоже неплохой бизнес. У него всего девятнадцать процентов акций, и даже после смерти Горина ему ничего не светило, ведь у того множество родственников, прямых и законных наследников. Нет, майор, партнеры по бизнесу исключаются, а вот конкуренты – это вполне может быть.

Следствие тогда было приостановлено по ряду причин.

И вот теперь на столе у майора снова лежит дело об убийстве. И фигурирует в нем опять та же фамилия: Горин. Только это уже сын того самого Виктора, младшего брата Валерия Горина, о котором так нелестно отзывался Самойлов Константин.

– Чтоб вас черти разорвали, – проворчал Андрей. – Как же я не люблю, когда ко мне в производство попадают вот такие семейки, у которых в мозгах прочно сидит убеждение, что все продается и соответственно все покупается, – вспоминал он наглое, сытое лицо младшего брата погибшего Кирилла Горина, Игоря.

Тот буквально прокрутил дырку на стуле, пока сидел на нем и без остановки говорил:

– Ты, майор, давай не филонь, поработай мозгами хорошенько, а я в долгу не останусь, ты только найди убийцу брата и мне его отдай!

Как же возмутило Андрея поведение наглеца! Он даже начал считать до десяти, чтобы не встать и не заехать братцу убиенного прямо по физиономии. Он еле-еле сдержался, но сказать все же сказал:

– Теперь послушайте меня, Игорь Викторович, и по возможности внимательно. Во-первых, в этом кабинете не принято тыкать хозяину оного. А во-вторых, ловить, а потом отдавать преступников родственникам у нас тоже не принято. Для этого существует правосудие. Ну и, наконец, в-третьих: за свою работу я с родственников мзду не беру. Я и так ее делаю отлично. А теперь извините, у меня уйма работы, и мне совершенно некогда. Если понадобитесь, я вас вызову повесткой или позвоню.

Игорь встал со стула и посмотрел на майора прищуренными глазами.

– Я тебе свое слово сказал, майор: найдешь убийцу – хорошие бабки получишь, а не найдешь – пеняй на себя, – с вызовом проговорил он и, резко развернувшись, вышел из кабинета, не забыв хлопнуть дверью.

Майор тряхнул головой, чтобы избавиться от неприятных воспоминаний, и неохотно погрузился в изучение бумаг, поступивших по этому делу. Некоторое время спустя он поднял телефонную трубку и набрал номер архива.

– Людочка, привет, моя хорошая, Казаков беспокоит. Узнала? Это радует, значит, не все еще потеряно, – засмеялся майор. – Как тебе там живется-можется?.. Я рад за тебя. У меня к тебе просьба. Найди мне, пожалуйста, дело об убийстве Горина. Помнишь, оно еще с похищением его дочери было связано?.. Дело под №… Сейчас принесешь? Очень хорошо, спасибо, Людок, с меня кило конфет «Мишка на Севере». Жду!

Андрей положил трубку и запустил обе пятерни в волосы.

– Что меня насторожило в этом убийстве? – пытался понять майор. – Что же меня в нем насторожило? – Он вдруг вздрогнул, задев шишку на голове, и сморщился от боли. – Черт возьми, еще болит, оказывается!

Воспоминание о том, как он заработал эту шишку на свою голову, вызвала на его лице улыбку.

– Когда она меня поцеловала, у меня сердце прямо к горлу подскочило. А какой от нее шел запах, это же прямо наваждение какое-то! Никогда не предполагал, что женщина может источать такой аромат. А ведь у меня их было достаточно, – во всяком случае, вспомнить есть кого. Может, она только приснилась мне? Хотя те пятьсот долларов вполне реальны, до сих пор лежат в моем кармане. Интересно, кто она такая? Гоняет на мотоцикле, как очумелая. А какие у нее глаза! Боже мой, какие у нее глаза, – вздохнул Андрей и, прикрыв веки, прошептал: – Как два глубоких озера! Я бы не отказался в этих озерах утонуть. Жаль, что я не увидел всего лица, наверняка она красавица. Только у настоящей красавицы могут быть такие голубые глаза. Она так быстро натянула на себя этот дурацкий шлем, что я ничего не успел рассмотреть. Только сверкающая голубизна в прорези шлема. Неужели в жизни такое бывает? Только глаза и запах. – И Андрей мечтательно прикрыл глаза. – О чем, черт тебя побери, ты думаешь? – одернул сам себя майор. – Тебе сейчас нужно думать, как расхлебаться с этим делом об убийстве еще одного Горина, а уж потом и о бабах можешь мечтать, – пробормотал он. – Хотя если разобраться, то одно другому совершенно не должно мешать, – снова вступил майор в спор со своим «я». – Работа – на рабочем месте, это понятно, а прекрасная половина человечества – в более подходящих условиях. Нет, ее нельзя назвать бабой, – опять поплыл по течению приятных воспоминаний Андрей. – Она – женщина, в настоящем понимании этого слова. Только настоящая женщина может иметь такой одурманивающий запах. – При этих мыслях мужчина втянул воздух носом и блаженно улыбнулся. Спуститься на землю его заставил стук в дверь. – Да-да, войдите, – моментально приняв позу делового человека, крикнул майор и уткнулся в бумаги, лежавшие у него на столе.

* * *

Анжелика ехала в электричке за город и молила Бога о том, чтобы ей сейчас повезло. В поселке, недалеко от станции, располагалась летняя дача ее бывшего друга-рокера. Она не раз бывала с ним там и знала, что осенью и зимой поселок практически пустует. На машине девушка ехать не решилась, так как боялась, что ее могут увидеть и запомнить номера. В сарае Алексей держал свой старый мотоцикл. Но девушку интересовал сейчас не сам мотоцикл, а его номера. Еще тогда, когда они дружили с Алексеем, он сделал себе фальшивые номера, чтобы в случае чего его не смогли бы по ним найти. Для чего ему это было нужно, Анжелика не знала и никогда этим не интересовалась. Потом парень купил себе новый мотоцикл, а старый поставил в сарае на даче. Три дня назад Лика купила себе хорошенькую «Хонду» и оставила ее на платной стоянке. Для осуществления дальнейшего плана ей нужен был именно мотоцикл. Машина для такого дела была слишком заметной, и ее не так легко спрятать, как двухколесный агрегат. Да и не только в этом дело: номера нужно было срочно поменять еще и по другой причине. Когда Анжелика прочитала статью в газете, ей стало интересно, кто же ведет дело об этом убийстве. Она попросила Марину, чтобы та разузнала у Вячеслава об этом человеке, то есть о следователе.

– И как ты себе это представляешь? – удивилась девушка. – Славка меня спросит, для чего мне это нужно, и что я должна буду отвечать?

– Мариш, ну придумай что-нибудь, ты же умница! Не обязательно делать это через Вячеслава, у тебя же полно друзей, – не сдавалась Лика.

– Тебе-то это зачем нужно? – прищурившись, поинтересовалась Марина.

– Начальство нужно знать в лицо, – засмеялась девушка, а потом твердо добавила: – Мне это необходимо знать: он тоже на данный момент мой враг.

– Какой же он враг? Он всего лишь следователь, который занимается делом об убийстве, – удивленно произнесла Марина.

– Вот именно, об убийстве, которого я не совершала! Я тоже хочу знать, кто же это сделал, – упрямо проговорила Лика.

– Ага, прийти к следователю и поинтересоваться, – прищурилась Марина. – А он так тебе все и выложит – за твои неповторимые глаза. Я от тебя балдею, подруга! – захохотала она.

– Нет, ты неправильно меня поняла, – сморщилась девушка. – Просто я хочу знать, кто ведет следствие, вот и все.

– Зачем?

– На всякий случай, – неопределенно ответила Лика. – Мало ли что может случиться.

– Я тебя совершенно не понимаю.

– Что ты ко мне пристаешь? Я и сама пока ничего не понимаю, но очень хочу понять.

– И для этого тебе понадобились координаты следователя?

– Точно. Хочу с ним познакомиться, – лукаво улыбнулась Лика.

– Познакомиться? У тебя что же, совсем крыша поехала?! – ахнула Марина. – А если он тебя узнает? Во всех газетах были твои фотографии, когда все случилось.

– Подумаешь, – беспечно пожала девушка плечами. – Я что-нибудь придумаю, чтобы он меня не узнал.

– Да, подруга, я смотрю, тебя без пол-литра хрен поймешь, – вздохнула Марина. – Ладно, попробую для тебя узнать, что смогу.

Через два дня Марина протянула Лике листок, где были написаны данные следователя, который вел дело Гориных. Там даже стоял его домашний адрес и номер телефона.

– Строен, высок, светлые волосы и карие глаза. Очень спортивен, увлекается горными лыжами и альпинизмом, – давала дополнительные данные Марина. – Говорят, чертовски привлекателен и очень умен, – хитро улыбалась девушка. – Смотри, не влюбись.

– Мне это не грозит, – буркнула Анжелика, внимательно читая запись на листке. – И то, что он чертовски умен, меня совсем не волнует. Ладно, завтра посмотрим, насколько ты действительно привлекателен и спортивен, господин Казаков Андрей Владимирович, – тихо проговорила Лика, читая и запоминая домашний адрес, по которому проживал майор.

Лика предприняла опасный маневр и заявилась по этому адресу, представившись агитатором, благо скоро предстояли выборы. Естественно, она изменила внешность, но, как выяснилось, старалась она напрасно. Дома оказалась только мать следователя, поэтому увидеть его Лика не смогла. Сидя в кухне за столом, Лика незаметно прикрепила крохотный «жучок» под столешницей и тут же засобиралась уходить. Конечно же, она не рассчитывала на стопроцентную удачу, но надеялась на то, что хоть что-то сможет услышать. Телефонный разговор, например, или вдруг кто-то из сослуживцев придет к нему домой, и они будут говорить именно о преступлении. Конечно, если бы удалось прикрепить «жучок» в кабинете следователя, это было бы большой удачей, но так как сделать этого Лика не могла, то она сделала хоть что-то. Затею с тем, чтобы увидеть Андрея, она тоже не оставила и разузнала у его матери, когда он возвращается с работы.

Поздно вечером того же дня девушка подъехала на мотоцикле к дому и, остановившись во дворе, приготовилась ждать. Откуда ни возьмись, появилась целая компания подростков, окружив мотоцикл Анжелики. Она слишком поздно натянула на голову шлем, поэтому ребята увидели, что на мотоцикле – девушка с длинными волосами.

– Классная машинка, дай прокатиться, – начали они приставать к Анжелике. Она попробовала отделаться шуткой, но ничего из этого не получилось. Когда один из тинейджеров протянул руку, чтобы стянуть с головы Лики шлем, та начала сопротивляться, и завязалась потасовка. Она оцарапала ему лицо, заехала ногой по колену, чтобы не дать тому открыть ее лицо. Другие ребята прыгали вокруг них и, улюлюкая, смеялись. В это время во двор вошел высокий мужчина и, увидев, что происходит, крикнул:

– А ну, прекратите немедленно! Это что еще за дела? Почему затеяли драку?

– Атас, ребята, это мент, я его знаю! – крикнул один из парней, и компания рассыпалась в разные стороны как горох.

Анжелика тут же завела мотоцикл и прямо с места рванула с такой скоростью, что переднее колесо приподнялось над землей. Мужчина прыгнул ей наперерез, и она, не ожидая такого выпада, не сумела затормозить и основательно задела его. Он отлетел на несколько метров в сторону и упал на асфальт, раскинув руки. Как же она тогда испугалась! Подбежала к нему, а он лежит с закрытыми глазами. Лика начала хлопать его по щекам, беспрерывно бормоча:

– Ой, мамочки, кажется, я его убила! Эй, очнись, очень тебя прошу, ну, пожалуйста. Открой глаза, скажи хоть что-нибудь! Господи, я этого не переживу, только этого мне сейчас и не хватало. Ну почему ты прыгнул мне под колеса? Зачем ты это сделал? Открой глаза, очень тебя прошу, – продолжала она причитать над распростертым на асфальте телом, то и дело шмыгая носом.

Слезы ужаса уже катились у нее по щекам, и она даже не пыталась их остановить, продолжая приводить парня в чувство. Она даже попыталась сделать ему искусственное дыхание, и вот тогда он пошевелился. Когда парень наконец открыл глаза, она так обрадовалась, что даже поцеловала его от восторга.

– Слава тебе господи, живой! – обрадованно вскрикнула Анжелика. – Тебе до дома далеко идти? – обратилась она к пострадавшему на «ты», будто знала его тысячу лет. Она тут же натянула на голову шлем, чтобы тот не увидел ее лица.

– Уже пришел, – простонал парень и поморщился. – Я вот в этом доме живу, в тридцать пятой квартире. Что же это ты так гоняешь? Так не долго и угробить человека, – улыбнулся он и снова сморщился, схватившись за голову.

В это время на первом этаже дома в окне вспыхнул яркий свет, и парень замер, как громом пораженный, уставившись на девушку. Лика поправила шлем на голове и уставилась на него широко раскрытыми глазами, которые сверкали в открытом пространстве шлема.

– Сам дойдешь? – спросила она, пристально разглядывая его лицо. Она уже сообразила, что это и есть тот самый Андрей Казаков, следователь по особо важным делам, как только он назвал номер своей квартиры. – Может, тебе помочь или сам дойдешь? – повторила она вопрос.

– Постараюсь, – ответил тот и начал подниматься.

– Тебя как зовут? – на всякий случай спросила Лика, чтобы подтвердить свою догадку.

– Андрей. А тебя как? – ответил и одновременно спросил мужчина и снова сморщился, ощупывая руками голову.

Лика проигнорировала вопрос и ничего не ответила. Удостоверившись, что с ним все в порядке, Лика быстро вытащила из кармана пятьсот долларов и сунула ему в руку: – Прости, Андрей, я не хотела задеть тебя. Надеюсь, этого хватит, если возникнут проблемы со здоровьем, – быстро пробормотала девушка обалдевшему мужчине и, вскочив на мотоцикл, растворилась в темноте.

Она очень надеялась на то, что он не разглядел номер, но быть в этом полностью уверенной не могла.

– Если бы я знала, что так случится и он некоторое время будет лежать передо мной совершенно беспомощным, я бы не стала тратить драгоценный «жучок» и оставлять его в квартире, а прикрепила бы его куда-нибудь ему на одежду. Например, на воротник пиджака или куртки. Ладно, что теперь говорить о том, чего не случилось, – вздохнула Анжелика. – Будем довольствоваться тем, что имеем. А он ничего, и правда симпатичный, – улыбнулась девушка и еще прибавила скорость, которая и так уже была почти «сверхзвуковой».

Сейчас, когда она ехала в электричке, ей вспомнился тот случай, и она улыбнулась:

– А парень-то как хорош, прямо Аполлон! Глаза – умереть и не воскреснуть, а губы мягкие и теплые. Жаль, что это именно он, Андрей Казаков: будь иначе, я бы запросто смогла в него влюбиться, – пробормотала девушка и усмехнулась своим мыслям. – Кажется, ты начинаешь делать успехи, подруга, и потихоньку вписываться в окружающее пространство, раз на мужчин стала заглядываться. Выкинь из головы и забудь, хотя бы на то время, пока будешь заниматься делом. Не до мужчин сейчас, совсем не до них. Перед тобой совершенно иные задачи, которые ты должна решить в кратчайшие сроки. А главное – не попасться этому парню до того, как успеешь их решить. Благо ты теперь знаешь его в лицо и уже ни с кем не перепутаешь. Но что уж греха таить, ведь тебе очень бы хотелось увидеть его снова, только совсем при других обстоятельствах. Все, Лика, выкинь пока эти глупости из головы, – сама себя одернула девушка, и мысли потекли в нужном ей русле.

Для того чтобы быть меньше видимой и узнаваемой, вместе с мотоциклом девушка приобрела шлем с пластиковым прозрачным забралом и кожаные брюки с перчатками. Куртка у нее уже была – она ее купила еще тогда, когда они с Мариной ездили на рынок. Те вещи, которые она прихватила из своей бывшей спальни в загородном доме, были рассчитаны на более теплое время года, поэтому пришлось приобретать все новое. Оставалось еще купить кое-что, но это «кое-что» практически и было самым главным. Лика планировала завтра посвятить этому свой день, вот для этого она и торопилась сейчас на дачу Алексея, чтобы не откладывать дело в долгий ящик. Девушка вышла из электрички почти в полном одиночестве, не считая подвыпившего мужичка, который поспешил в противоположную сторону от поселка, куда направлялась Анжелика. Она неторопливой походкой пошла в нужном ей направлении и минут через десять приостановилась у домика, который ее интересовал. Сразу было видно, что дом пустовал. Соседние дома тоже смотрели на нее пустыми, безлюдными окнами. Ни над одной из крыш не вился приветливый синий дымок, как это обычно бывает в деревнях. Здесь же был стопроцентный дачный поселок, и домики стояли летние, не пригодные к проживанию в холодное время года. Лишь на краю поселка стояло каменное строение с большой трубой на крыше, из которого шел дым. Там жили дачные сторожа.

Лика осторожно приоткрыла калитку и шмыгнула на участок из шести соток. Немногочисленные фруктовые деревца стояли голыми, поэтому совершенно не скрывали девушку.

– Если вдруг меня увидят, скажу, что ищу Алексея, а назовусь Екатериной, у него до меня была такая девушка, – успокоила сама себя Анжелика и вошла на крыльцо. Пошарив немного рукой в потайном месте, где обычно был спрятан ключ, Лика облегченно вздохнула, нащупав холодный кусочек металла. – Ничего не изменилось, – усмехнулась она и, открыв дверь, вошла в дом.

По краешку, чтобы не оставалось следов на пыльном полу, девушка буквально ужом, по стеночке, пробралась к кухне и, протянув руку, сняла с гвоздика ключ от сарая, где должен был стоять мотоцикл.

– Только бы он был на месте, – молилась девушка, открывая амбарный замок, который висел на дверях сарая. Дверь открылась со страшным скрипом, и Лика сморщила лицо, как от вкуса кислого лимона. – Мамочки, еще не хватало, чтобы меня здесь застукали и объявили воровкой, – пробормотала она.

Она проскользнула в темное помещение и, прикрыв дверь, включила фонарик. Мотоцикла в сарае не оказалось, и Лика застонала от разочарования.

– Кажется, у меня пошла полоса неудач, – проворчала девушка и начала освещать все уголки пыльного помещения. – Нет, я ошиблась, ничего подобного не произошло, – улыбнулась Лика, когда увидела, как лучик света от фонаря выхватил белевший в углу предмет с буквами и цифрами. – Вот ты где, мой дорогой, мой ненаглядный МН – 256!

Лика буквально на цыпочках пробралась к мотоциклу и сняла с него табличку с номером. Она засунула металлические пластины в спортивную сумку и осторожно выглянула за дверь. В округе, обозреваемой взглядом, не наблюдалось никакого движения, и Лика, быстренько закрыв дверь сарая, побежала к дому. Тем же манером, что и в первый раз, девушка по стеночке добралась до кухни и повесила ключ на прежнее место. Все эти действия Лика проделывала в кожаных перчатках, чтобы не оставить своих отпечатков. Когда она увидела, что на пыльном полу все же отпечаталась подошва ее ботинка, она взяла домотканый коврик, который лежал у порога, и тщательно протерла весь путь, который она проделала в доме.

– Береженого бог бережет, – благоразумно решила Анжелика и, закрыв дом, бодрым шагом пошла к платформе. – Хорошо, что еще не выпал снег, а то пришлось бы заметать за собой следы еловой лапой, – подумала Лика и сплюнула. – Как в кино, мать твою! Хорошо, что я люблю смотреть и читать детективы, это мне сейчас здорово помогает. Вот уж никогда не думала, что такое может случиться в реальной жизни, да еще лично со мной, – горько усмехнулась девушка. – Хорошо бы проснуться и понять, что все мне приснилось. За это я бы сейчас полжизни отдала, – вздохнула она, продолжая свой путь к платформе.