Текст книги "Будуар мадам Холмс"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Глава 9

– Разрешите войти, товарищ полковник? – спросил капитан Трофимов, осторожно заглядывая в дверь кабинета Шарова.

– Проходи, Володя, – кивнул тот.

Владимир присел у стола полковника и вопросительно посмотрел на него:

– Вы хотели меня видеть? Я только что приехал, и мне передали…

– Вот что, капитан, мне недавно звонила Анастасия, – перебил его Шаров. – Просила посодействовать с билетом для Свиридова Сергея, он не может улететь в Москву. Новый год скоро, с билетами проблемы, а они с Дроновым были друзьями. Сергей должен быть на похоронах.

– Вы хотите, чтобы я пробил для Свиридова билет?

– Нет, этот вопрос я решу сам, для тебя у меня имеется другое задание.

– Какое, Иван Петрович?

– Настя до сих пор сидит в квартире у Валерии и, как я понял, не высовывает оттуда носа. Мало того, она даже не подходит к домашнему телефону, а отвечает только на звонки своего мобильного. Ты понимаешь, о чем это говорит?

– И о чем же? – насторожился Трофимов.

– Не догадываешься?

– Девушка чего-то боится.

– Скорее не чего-то, а кого-то, – поправил Владимира Шаров. – И тебе, капитан, следует выяснить, кого именно.

– И как я должен это сделать?

– Это твои проблемы. Или ты – неопытный стажер? – строго спросил полковник. – Крути, верти, как хочешь, но чтобы через сутки я был в курсе всех тайн наших загадочных и непредсказуемых девиц. Я уверен, что Валерия давно в курсе того, что происходит на самом деле, и наверняка уже лезет своим носом во все дырки. Дронов был другом Сергея и Насти, и я даю рубль за сто: что-то не так с убийством Игоря. Эта рыжая бестия, Анастасия, наверняка что-то знает и не хочет говорить, или боится. Отправляйся на квартиру Валерии и делай что хочешь, но вытаскивай из Насти правду.

– А вы уверены, что все именно так, Иван Петрович? – осторожно спросил Владимир.

– Моя интуиция никогда меня не подводила. Лишь один раз в жизни я не прислушался к ней, и в результате проглядел болезнь своей жены, – хмуро произнес тот. – Я чувствовал, что она обманывает меня, когда говорит, что все в порядке, и я, дурак, поверил, не вник в свои ощущения. В результате время было упущено, и, когда я чуть ли не насильно потащил ее к врачу, было уже поздно. С тех пор я никогда не игнорирую того, что чувствую. Когда я разговаривал с Анастасией, ей достаточно было проронить одно лишь неосторожное слово, и я сразу понял, что она страшно напугана. Если она боится подходить к домашнему телефону, значит, ей уже кто-то звонил, и этот кто-то знает, что она сидит у Валерии.

– Логично, – согласился с полковником Владимир.

– Нам нужно выяснить, кто именно звонил, а главное – по какой причине. Тебе все ясно, капитан?

– Так точно, – отрапортовал тот, поспешно вскочив со стула. – Разрешите выполнять?

– Действуй, Володя, – кивнул Шаров. – Только очень тебя прошу: не поддавайся на их авантюрные чары. Тебе прекрасно известно, как Валерия умеет прикинуться бедной овечкой или белой и пушистой кошечкой. Не верь ни единому слову, действуй напролом… но по обстоятельствам: постарайся их не спугнуть. Очень надеюсь на Свиридова, он обязательно должен что-то знать либо о делах Дронова, либо о проблемах Анастасии. Уж ему-то она наверняка все выложит, хотя… кто их поймет, этих женщин! Короче, выполняй задание, капитан, послезавтра отчитаешься о проделанной работе. Рапорт должен лежать у меня на столе, – быстро закруглил разговор полковник.

– Разрешите идти?

– Иди, капитан, и… в общем, с богом, – буркнул Шаров.

Трофимов вышел из кабинета полковника и задумчиво почесал в затылке.

– Ну и дела, – проворчал он. – Как, интересно, мне вытаскивать из Насти правду? Не клещами же? Ладно, как велел Дед, будем действовать по обстоятельствам, а там – как карта ляжет, – вспомнил он любимую присказку Валерии.

Владимир вышел из управления и направился к трамвайной остановке. Морозный ветер хлестал в лицо, забрасывая его снегом.

– Лерка права: не бережет Дед ценные кадры, – поежился он. – Мог бы, между прочим, и машину предложить, чтобы я мог доехать до места, все равно она сейчас во дворе стоит без дела.

Через двадцать минут Владимир подъехал к дому Леры. Если бы он задержался еще минут на пять, то поцеловался бы с закрытой дверью пустой квартиры. Девушки вместе с сибиряком Анатолием уже садились в Танину машину, чтобы ехать к родителям Валерии.

– И куда это мы намылились? – строго спросил капитан, бросая недружелюбные взгляды на незнакомого здоровяка.

– О, Володя, привет. Ты откуда? – удивленно спросила Настя.

– От верблюда. Куда собрались, спрашиваю?

– В гости к родителям Валерки, – ответила за Настю Татьяна. – Только сначала Анатолия к Насте в квартиру завезем. Хочешь с нами? Или тебе, как всегда, некогда?

– Ошибаешься, у меня как раз вагон свободного времени, – капитан залез в машину. – В гости к Ирине Михайловне я люблю заглядывать, она до ужаса вкусно готовит!

– У вас, мужиков, только одно на уме: вкусно поесть, сладко поспать, ну и… это самое, – хихикнула Настя.

– А у вас вообще пусто на уме, потому что ума-то и нет, – не остался в долгу Трофимов.

– А вот здесь ты не прав, – возразила Анастасия. – Хочешь анекдот, как раз в тему?

– Нет.

– Залетает случайно в голову к мужику женская мысль, – начала рассказывать Настя, проигнорировав решительное «нет» капитана. – Смотрит – пусто, вообще никого нет. Не поймет, в чем дело. Видит, одна-единственная мыслишка все же показалась, она к ней, спрашивает: «А почему так пусто? Где все остальные?» Та ей отвечает: «Летим и мы быстрее, остальные уже внизу!»

– Ха-ха-ха, – залилась смехом Татьяна. – Прикольный анекдот, главное – верный. Нужно будет Санину рассказать.

– Давайте, давайте, хайте мужиков, – проворчал Владимир. – Только что вы будете делать, если нас не будет?

– Володя, что с тобой? – спросила Настя, толкнув его в бок. – Никак, ты юмор перестал понимать? Я же не спорю, что вы – наши защитники, и нам без вас – никуда. Мир, Трофимов? – спросила она и протянула ему мизинчик.

– Мир, мир, – кивнул тот. – А Валерия тоже у родителей? – спросил он.

– Нет, она сказала, что позже приедет, – ответила Настя.

– А где она?

– Не знаю, – пожала девушка плечами. – По каким-то своим делам поехала.

– Опять дела, – вздохнул капитан. – Она же вроде бы еще в отпуске?

– А при чем здесь ее работа? Мало, что ли, у женщины может быть дел? – дернула Настя плечом. – В конце концов, она не только детектив, а еще и молодая девушка. Может у нее быть личная жизнь?

– Это у кого? У Валерки, что ли? – хмыкнул Владимир. – По-моему, она в принципе не знает, что это такое. Сколько лет за ней хожу, а она всеми правдами и неправдами отбрыкивается от своего женского предназначения.

– Ну, ты, Трофимов, и зануда, – протянула Настя. – Если она отказывает во взаимности тебе, это не говорит о том, что Лера отвергает всех подряд. Или ты считаешь, что лучше тебя никого и быть не может?

– Не груби, женщина, я и обидеться могу.

– На здоровье, – фыркнула Настя. – Говорят, на обиженных воду возят, а из тебя отменный водовоз получится.

– Ребята, хватит ругаться, – вмешалась Таня. – Что это вы ни с того ни с сего взъелись друг на друга?

– Мы и не ругаемся, это у нас разминка такая с Володькой, – возразила Настя. – В тренажерный зал нет времени сходить, вот мы и устраиваем словесные баталии – тренировки для языка. Мне полезно как журналисту, а капитану Трофимову – как оперу, чтобы мог допросы без запинок проводить.

– Ой, а вы из милиции? – встрепенулся Анатолий, до этого не проронивший ни слова. – Вот хорошо-то как! Мне с вами посоветоваться надо.

– А что у вас случилось?

– У меня брат пропал в вашем городе, в Москве, я имею в виду. Сами-то мы из-под Иркутска. Там село такое есть, Медведевка называется, мы оттуда родом. Год тому назад мой брат сюда уехал на заработки, а пять месяцев тому – пропал. И зачем ему эти заработки понадобились, ума не приложу? – вздохнул сибиряк. – У нас всего вдоволь. И хозяйство свое, и охота отменная, и рыбалка знатная – ешь, не хочу, хоть рыбу, хоть мясо. Опять же, пушнина в охотничий сезон. И белка, и лиса, а иной раз соболя или песца можно подстрелить, если повезет.

– Не напоминайте мне про песца! – простонала Анастасия. – Меня сразу тошнить начинает.

– Что так? – усмехнулся Владимир.

– Как это – что? А, ну да, – спохватилась Настя, поняв, что болтает лишнее. – Давно мечтаю шубу песцовую купить, но понимаю, что не смогу. От этого злюсь до такой степени, что тошнить начинает, – выкрутилась она.

– А говоришь, что у мужиков на уме только поесть да поспать, – напомнил капитан. – А у вас, у женщин, на уме одно барахло и украшения.

– Мы еще и детей рожать умеем, – с сарказмом заметила Настя.

– То-то, я смотрю, у тебя семеро по лавкам, – не остался в долгу Трофимов.

– Какие мои годы? Еще успею и семерых на лавки посадить, и даже десятерых.

– Ну, так вы дальше-то послушайте, о чем я рассказываю, товарищ капитан, – вклинился в их спор Анатолий.

– Да-да, я вас слушаю.

– Вот я и говорю: зачем они ему, заработки эти, понадобились? С голоду, чай, не помирали. В каком-никаком, а в достатке жили. Нет, ему Москву подавай, городским захотелось стать, культуры набраться! Вот и набрался культуры, только неизвестно теперь – где он, мать его в коленку! – в сердцах воскликнул здоровяк. – Где мне теперь искать его, непутевого? Куда бечь? Кого о помощи просить? Вот я и приехал к Валерии вашей, к детективу, значит, чтобы нашла она моего брата.

– А где он жил в Москве? – спросил Владимир.

– Да у бабы какой-то комнату снимал, у женщины, черт бы ее побрал, – недовольно проворчал Анатолий, сделав ударение на слове «женщина».

– А по какому адресу?

– Если б я знал, по какому адресу, я б его за волосенки оттуда выволок да мордой по земле провез до самого дома, – сердито произнес Анатолий. – В том-то вся и загвоздка, что не знаю я никакого адреса, и где искать Григория – без понятия.

– Ну, может, он говорил в каком месте дом стоит? Что-то рядом было? Строение какое-нибудь или еще что-нибудь приметное? – спросил Владимир.

– Точно, – оживился Анатолий. – Гришка говорил, что из окна его комнаты магазин виден огромный, прямо через дорогу.

– Как называется магазин?

– Не помню.

– Супермаркет?

– Не.

– Гипермаркет?

– Да нет, – сморщился Анатолий. – Чудное такое название. О, вспомнил: «Ушан», – радостно сообщил он.

– «Ашан», – поправила его Настя.

– Да какая разница? – отмахнулся сибиряк. – А что, правда, есть такой магазин?

– И не один, – вздохнул Трофимов. – Таких магазинов – целая сеть по Москве, нужно по карте посмотреть, сколько именно. И около каждого жилых домов немерено. Поди найди, в котором из них твой брат жил. Чтобы все обойти… да-а, брат, задачка, – пробормотал он, задумчиво потирая подбородок.

– А что же мне теперь делать? Вся надежда у меня на Валерию, да вот, может, и вы поможете – милиция. Я без брата отсюда не уеду, меня мать на порог без Гришки не пустит. Скажет – какой же ты глава семьи, если ничего не можешь? У нас отец-то погиб пять лет тому назад, в тайге сгинул. Может, медведь его поломал, может, волки загрызли, только мы его так и не нашли. Так что я теперь в доме за старшего и без брата вернуться не могу, позора тогда не оберусь.

– Ладно, приедет Валерия, мы этот вопрос вместе с ней обговорим, – пообещал капитан. – Сделаем что сможем. «Ашан»… негусто, но хоть что-то, все не чистое поле.

– Анатолий, мы на месте, – проговорила Татьяна, подъехав к дому Насти. Та вытащила ключи из кармана и подала их сибиряку.

– Квартира тридцать четыре, на пятом этаже. Располагайся и чувствуй себя как дома. Чистое постельное белье и полотенца найдешь в шкафу, в холодильнике продукты, в общем, разберешься. Вот здесь я написала тебе номер своего мобильного, если что-то будет непонятно, звони, – подала она ему листок из записной книжки, на котором быстро начеркала набор цифр.

– Спасибо тебе, птаха, век не забуду, – добродушно пробасил Анатолий.

– Вот прицепился со своей птахой! Ну, какая я тебе птаха, Анатолий? – Настя погрозила ему пальцем.

– Птаха и есть. Я, как к себе в поселок вернусь, сразу посылку соберу. А песцов я для тебя специально настреляю, а еще лучше – соболя. И тогда будешь в соболиной шубе щеголять.

– Спасибо, – засмеялась Настя. – Иди, Толя, отдыхай, если что, звони.

– Да, счас искупаюсь и спать завалюсь, устал я в вашей Москве, – вздохнул тот. – Суета такая, аж голова кругом, непривычные мы к такому гомону да беготне. Спасибо еще раз, пошел я.

– Завтра Валерия с тобой созвонится, и вы обсудите твою проблему, – напомнила Настя.

– Пошел я, – повторил сибиряк. – До свиданьица, Таня, всего доброго, товарищ капитан, – попрощался он, вылез из машины и пошел к подъезду, переваливаясь, как медведь.

– До чего же он большой, – засмеялась Татьяна. – Настоящий сибирский мишка!

Она завела мотор, вырулила на проезжую часть дороги и направилась в сторону дома Протасовых-старших. Через пятнадцать минут они уже въезжали во двор.

– Вот и сюда доехали, – весело проговорила Татьяна. – Вылезаем.

Компания из трех человек вышла из машины и гуськом прошествовала к подъезду дома.

– Ой, а вон Катя с собакой гуляет, – заметила Настя. – Катюша, привет, – махнула она девушке рукой.

– Привет! – отозвалась Катя. – А Ирина Михайловна вас ждет, блинчики с мясом приготовила. Мы тоже с Графом домой идем, нагулялись. Целый час уже на улице морозимся.

Все вместе они поднялись в квартиру. Дверь открыл Алексей Дмитриевич, отец Леры.

– Милости просим к нашему шалашу, – гостеприимно пригласил он. – Мы вас уже ждем, Валерия позвонила, предупредила, что вы приедете. Настя, ты к нам с ночевкой?

– Ага, – кивнула та и начала снимать сапоги.

– Володя, ты тоже у нас останешься? – спросил у капитана отец Леры.

– Нет, я только Леру дождусь, кое-какие вопросы с ней перетру и поеду домой.

– Танюша, а ты?

– Я тоже домой, только немного посижу, – ответила та, стягивая куртку. – Не могу сразу уехать, не попробовав ваших знаменитых блинчиков, Катюшка сказала, что они уже готовы. Ой, у меня уже слюнки потекли!

В это время щенок, на чью шерсть налипли большие комья снега, начал интенсивно встряхиваться, и мокрый снег ошметками полетел именно в Татьяну. Та от неожиданности завизжала как ужаленная и, посмотрев на пса уничтожающим взглядом, закричала:

– Ну, мать твою, охламон ушастый, сейчас я из тебя бутерброд сделаю!

Граф сообразил, что на него готовится покушение, опрометью бросился в комнату и залез под диван. Татьяна кинулась его ловить и, поскользнувшись на растаявшем снегу, растянулась на полу во весь рост.

– Ну, ё-мое! – взвыла она. – Этот ушастый изверг решил доконать меня окончательно! Берегись, шельма, попробуй только высунуть нос из-под этого дивана, и я тебя сразу четвертую… а нос откушу!

Графинчик выглядывал из-под дивана, и его лапа лежала на носу, прикрывая его. Настя, наблюдавшая эту картину, расхохоталась:

– Таня, ты только посмотри, он нос лапой прикрывает! Ой, не могу, вот умора! – она сложилась пополам. – Представляешь, он понимает, что ты говоришь!

– Он бы еще понимал, как нужно себя вести в приличном обществе, – проворчала Таня, тоже невольно улыбаясь. – Вот и сиди там, а вылезешь, я приведу приговор в исполнение.

В это время в комнату вошла Катя и, увидев щенка под диваном, усмехнулась:

– Опять вы ссоритесь? Таня, попробуй его приласкать – хоть разок, он тогда не будет тебя донимать, вот увидишь. Он же очень добрый и умный, просто ты всегда ругаешься на него, вот он и злится в ответ.

– Скажите, пожалуйста, какие мы злопамятные, – хмыкнула Таня. – Я ведь только угрожаю, а сама ни разу даже пальцем его не тронула.

– Ага, забыла, как полотенцем его огрела, когда он у тебя из рук бутерброд с колбасой вырвал? – напомнила Катя.

– Нечего воровством заниматься, если ему это позволять, он совсем распояшется.

– Но он же ни с кем больше так себя не ведет, только с тобой.

– Ну ладно, попробую пойти на мировую, а то он действительно когда-нибудь меня угробит. Граф, иди сюда, – Таня позвала щенка, присев перед диваном на корточки. Тот недоверчиво смотрел на нее, сверкая черными глазками.

– Ну, иди, иди, не трону, честное слово, – ласково проговорила Татьяна.

Щенок начал потихоньку выползать из своего убежища, но делал он это очень осторожно, оставляя себе путь к отступлению. Таня протянула руку и погладила по голове.

– Давай мириться, Графинчик, я совсем не злая тетка, честное слово.

Щенок вскочил и, подпрыгнув, лизнул девушку в лицо.

– Ну, вот и хорошо, – облегченно вздохнула Катя. – А то ваши баталии мне уже порядком надоели. Граф, ты у меня просто молодец и поступил сейчас как настоящий представитель мужского сословия. Пошли кушать.

Тот со всех ног бросился в кухню, Катя поспешила за ним.

– Ну, вот и помирились, – хмыкнула Таня. – Только надолго ли?

* * *

– Дед, а у меня для тебя сюрприз, – прокричал Илья, входя в комнату и ведя за руку Валерию. – Как ты посмотришь на то, что эта красавица на время заменит твою любимую Маргариту?

– Где моя пицца? – вместо ответа ворчливо спросил тот.

– Ой, дед, прости, дорогой, я заболтался и забыл. Вот голова садовая! Я прямо сейчас поеду и привезу ее. Валерия, ты не хочешь со мной прокатиться до пиццерии? – спросил он. – Здесь недалеко, на машине за пятнадцать минут обернемся.

– Ну, что ж, поехали прокатимся, – согласилась та.

– Тогда вперед! Дедуля, жди, мы скоро вернемся. Кстати, я не спросил, тебе какую пиццу взять?

– «Американку».

– О’кей, будет тебе «Американка», мы пошли.

Илья взял Валерию за руку и повел к лестнице. Та осторожно высвободила руку и засмеялась:

– Илья, что ты меня, как ребенка, за руку водишь?

– Боюсь даже на минуту отпустить, вдруг сбежишь, – ответил тот. – Где я тогда буду тебя искать? Разве можно упускать свое счастье, когда оно само на голову свалилось?

– Мне интересно: ты всегда такой или только со мной? – спросила Лера, внимательно вглядываясь в лицо молодого человека.

– Какой это такой?

– Балагур, балабол и весельчак.

– А разве плохо быть весельчаком?

– Все хорошо в меру, – неопределенно ответила Лера.

– Если тебе не нравится, я могу вообще не улыбаться, а ходить вот так, – он скорчил страшно сердитую физиономию.

– Нет, с тобой и правда невозможно говорить серьезно, – махнула Валерия рукой. – Пошли, Илья Викторович пиццу ждет.

Они вышли из дома, сели в машину Ильи, которая стояла во дворе, и охранник тут же услужливо открыл ворота.

Когда они выехали на проезжую часть, Валерия посмотрела на свой автомобиль, который оставила у обочины.

– У вас здесь машины не угоняют? – спросила она.

– Кто же на такое осмелится в таком поселке, как наш? – усмехнулся Илья. – Здесь на каждый дом по несколько охранников, и гаражи у всех имеются. А почему ты вдруг об этом спросила?

– За свою машину волнуюсь, она уже несколько часов на улице стоит, как сирота казанская, – пояснила Валерия. – Разве ты ее не видел?

– Это твоя машина? Извини, не знал, а то бы позаботился о ней. Я с утра по делам уезжал, нужно было кое-какие проблемы решить. К сожалению, не получилось, поэтому, когда возвращался, по сторонам не смотрел. Ничего, когда мы вернемся, во двор ее загоним, – пообещал Илья.

– Теперь уже не стоит этого делать, я скоро домой поеду, – возразила Валерия.

– А ты разве не останешься? Вроде мы уже договорились?

– Это мы с тобой договорились, а Илья Викторович пока своего согласия не давал, – заметила Лера. – И потом, не могу же я без вещей, без средств личной гигиены здесь оставаться. Нет, мне нужно домой, а завтра с утра я приеду. Ты, кстати, в котором часу должен уехать?

– Мой рейс в одиннадцать тридцать, значит, из дома я должен выйти в районе семи тридцати.

– В семь утра я приеду, – пообещала Лера.

– Может, все же останешься на ночь? Представляешь, в какую рань тебе нужно будет вставать, чтобы вернуться к семи утра?

– Ничего страшного, я привычная. Мне не впервой вставать так рано.

До пиццерии они действительно доехали очень быстро, минут за семь-восемь, но там пришлось немного задержаться – подождать, пока приготовят заказ. Но уже через полчаса они входили в комнату старика с горячей пиццей в руках.

– Вот твоя «Американка», дед, горяченькая, – улыбнулся Илья. – Я положу тебе на тарелку пару кусков и чайник поставлю. И мы с Валерией заодно по кусочку съедим с тобой за компанию.

– Ой, я не буду, – отказалась та. – У меня еще обед не переварился.

– Ну, тогда и я не буду. Дед, ты рассмотрел мое рационализаторское предложение? – обратился он к старику.

– По поводу? – спросил тот, с удовольствием откусывая кусок пиццы.

– По поводу того, что, пока меня не будет эти три дня, с тобой посидит Валерия вместо Риты.

– А она согласна?

– Главное, чтобы ты был согласен, а с ней я уже договорился.

– У меня, между прочим, тоже язык имеется, – вклинилась в разговор Лера. – Разговариваете так, словно меня здесь и нет вовсе.

– Извините, Валерия Алексеевна, это я виноват, – проговорил старик. – Свой вопрос я должен был адресовать вам лично, а не спрашивать у внука. Почему вы вдруг согласились остаться со мной? Вроде мы с вами не очень-то поладили с самого начала. Или мне показалось? – спросил он, глядя на девушку хитроватым взглядом.

– Вам показалось, Илья Викторович, – кивнула Лера.

– Хорошо, коли так. Ваша комната будет напротив моей, рядом с той, которую занимает Маргарита. Бедная девочка, как она там? – тяжело вздохнул старик, вспомнив о своей подружке. – В вашей комнате имеется все необходимое, отдельная ванная комната, персональный туалет. Илья, перенеси туда телефонный аппарат из комнаты Риты, – обратился он к внуку. – Это внутренний телефон, по которому я могу вас побеспокоить в любое время дня и ночи, – объяснил он. – Я весьма капризный старик, а иногда и грубый. Очень не люблю, когда со мной спорят, прошу это учесть.

– Хорошо, я учту, Илья Викторович, – Лера потерла нос, чтобы старик не заметил ее улыбку.

– Сегодня в той комнате переночую я, а завтра в семь утра приедет Валерия, – сказал Илья. – А сейчас мы тебя оставим, дед, если ты не возражаешь.

Молодые люди вышли из комнаты старика и вернулись к Илье.

– Ну что, гулять пойдем или здесь останемся? – спросил он.

– А как же уши? – засмеялась Валерия.

– Да бог с ними, с ушами, – отмахнулся молодой человек.

– Как скажешь, мне без разницы.

– Ну что ж, тогда остаемся, на улице все же холодновато, – он передернул плечами. – А здесь, посмотри – как уютно трещит огонь в камине. Я очень люблю сидеть в кресле и смотреть на огонь, это здорово успокаивает. А ты?

– В моей двухкомнатной квартире камин не предусмотрен, – засмеялась девушка. – А в загородном доме я побоялась его делать.

– Почему?

– Я там редко бываю, особенно зимой.

– И что?

– Соседи рассказывали, что зимой в дома часто залезают бездомные… бомжи, одним словом. Они люди пьющие, разжигают огонь, а потом возникает пожар, так уже два дома сгорело. Я по случаю там участок купила, поселок уже был заселен. Когда строила свой дом, услышала эти рассказы и отказалась от камина, – объяснила Лера.

– Понятно. Итак, Валерия Алексеевна, расскажите мне о себе, – вернулся Илья к прерванной теме.

– Мне кажется, мы договорились с тобой, что сначала ты мне все расскажешь? – напомнила та.

– А почему не ты? Разве тебе нечего мне рассказать? Мне все интересно о тебе знать.

– Будем спорить?

– Нет, кинем жребий, – предложил Илья и уже полез в карман за монеткой, как зазвонил его мобильный телефон. Посмотрев на дисплей, он извинился перед Лерой и вышел из комнаты. Пока его не было, она подошла к камину и вгляделась в портрет женщины, которая так странно была похожа на нее.

– Бывает же такое, – прошептала девушка. – Много раз слышала о двойниках, но столкнуться пришлось впервые.

– Извини, ради бога, но, похоже, что поговорить нам с тобой сегодня не судьба, мне срочно нужно уехать, – взволнованно произнес Илья, возвращаясь в комнату. – Давай я отвезу тебя домой, а завтра, как мы договорились, ты вернешься. А может, все же останешься? Мы бы тогда смогли с тобой возобновить интересную беседу ночью.

– Ночью нужно спать, – заметила Лера. – Отвозить меня не надо, я на машине.

– А, ну да, я забыл. Тогда пошли провожу тебя до машины. Прости, мне, честное слово, очень быстро нужно попасть в одно место, как говорится, время – деньги, – развел он руками.

– Пошли, только сначала я зайду к Илье Викторовичу, попрощаюсь.

Когда Лера садилась в машину, она обратила внимание на окно второго этажа: там стоял мужчина и курил у раскрытой форточки. Она невольно посмотрела на большую голубую ель, в ветвях которой Настя устраивала свою засаду.

«Похоже, это то самое окно, и мужчина наверняка тот же, – подумала она. – Интересно, кто это? Дядя Коля или еще кто-то? Жаль, что я не обладаю зрением орла, а то бы разглядела. А так далековато будет, без бинокля не обойтись».

Валерия нажала на педаль газа, и машина мягко тронулась с места.

«Как странно все получилось, – подумала она. – Ехала сегодня на удачу, а вышло… И это совпадение с Ильей! Ведь только сегодня утром я обнаружила его записку, о которой и думать забыла, и вдруг… как снег на голову. Прямо мистика какая-то, – тряхнула Лера головой. – А может, это знак? И само провидение позаботилось о том, чтобы я смогла разоблачить преступников? Только мне почему-то страшно не хочется, чтобы этим преступником оказался Илья», – тяжело вздохнула она.