Текст книги "Чумовая ночь под Рождество"

Автор книги: Ирина Хрусталева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– В ванную комнату Бобрика тащи, будем нашего алкоголика в холодной воде купать, вот и получится – помойка.

– Так бы сразу и объяснила, вместо того чтобы оскорблять, – обиженно проворчал Валерий. – Я совсем не тупой, просто медленно соображаю.

Он еще раз посмотрел на торчащую из-под кровати руку «йога», бесцеремонно задвинул ее ногой обратно и, подхватив Ивана Ивановича, понес его в ванную.

ГЛАВА 11

– Эй, Валера, ты куда побежал-то? – спохватилась Маргарита, но было уже поздно, тот ее не слышал, а на всех парах летел за нашатырным спиртом. – Ведь его раздеть нужно, – растерянно добавила она, глядя на Бобрикова в костюме пана Головы.

– Не парься, мы его сами разоблачим, – отмахнулась Наталья и начала прямо со штанов.

– Ты чего делаешь? – опешила Маргарита.

– Как «чего»? Раздеваю, – пожала плечами Наталья. – Не в одежде же его мочить?

– Ты собралась его мочить? – хихикнула Рита.

– Не придирайся к словам, я совсем другое имела в виду. Хватит нам и одного трупа под кроватью. Чего стоишь, помогай снимать костюм.

– Неудобно как-то, – заколебалась Маргарита.

– Неудобно на потолке спать, а здесь все удобно. Одежда, между прочим, не его собственная, а казенная. Мы и так с тобой уже два мосфильмовских костюма уделали, давай до кучи и третий угробим, представляю, какое нам за это спасибо скажут.

– Ты права, – нехотя согласилась Маргарита и начала помогать ей. Через пять минут Бобриков был раздет до трусов, но признаков жизни так и не подавал. Наташа уже протянула руку, чтобы открыть кран с холодной водой, но в это время резко распахнулась дверь. На пороге ванной возникла монументальная фигура все той же Софьи Адамовны с дежурным доктором, болтавшимся за ее спиной. Он, похоже, пребывал в наипрекраснейшем праздничном настроении, чего нельзя было сказать о мадам Бобриковой.

– Да что же это здесь творится? – не своим голосом завизжала она, когда увидела раздетого до трусов супруга все с теми же голыми девицами. – Это не пансионат, а дом терпимости. Доктор, вы видите? Вы будете моим свидетелем. Я этого так не оставлю! Я вашу «малину» быстро прикрою!

– Прошу прощения, мадам, а в чем, собственно, дело?! – спросил вхлам пьяный эскулап, пытаясь сфокусировать глаза на весьма выдающейся груди Натальи.

– Как это в чем дело? Разве вы не видите? – снова заорала Софья Адамовна. – Вы только посмотрите на них.

– Смотрю, – кивнул тот. – О-оч-ч-чень внимательно.

– Они же голые.

– Да ну? – удивился врач и прищурил один глаз. – И правда! А какие симпатичные, – прищелкнул он языком. – А вы кто? Вы их мамочка? Сколько?

– Какая еще мамочка? – возмутилась Бобрикова.

– Ну-ну, не притворяйтесь, будто сами не знаете, кто такая мамочка у симпатичных девочек, – хихикнул эскулап. – Так сколько?

– Что сколько?

– Ну, это самое... сколько мани-мани берете? – показал доктор на пальцах.

– За что?

– За час!

Маргарита с Наташей едва сдержались, чтобы не расхохотаться. Доктор был в пансионате новеньким и дежурил лишь во второй раз, поэтому не успел познакомиться со всеми сотрудниками и не знал их в лицо. По нему было видно, что этой ночью времени он даром не терял и очень весело встретил Рождество, причем явно не одним бокалом шампанского.

– Да вы пьяны, – ахнула Софья Адамовна.

– Кто? Я? Да ни боже мой, – замахал руками эскулап.

– Можно подумать, что она этого не заметила, когда тащила его сюда, – фыркнула Наталья.

– Она настолько зла, что у нее в глазах померкло, поэтому и не заметила состояния нашего доктора, – хихикнула Маргарита.

– Немедленно убирайтесь отсюда! Шагом марш! Я завтра же приму меры, чтобы вас на пушечный выстрел не подпускали к больным, – командирским тоном орала на врача Бобрикова.

– А кто здесь больной? Вы? – спросил эскулап. – Ик, пардон, мадам. На что жалуетесь? По-моему, что-то с печенью? У вас в глазах желчь плещется, а это очень опасно, ик, пардон.

– Пошел вон, пока я не вызвала охрану, – коброй зашипела Бобрикова. – И вы убирайтесь, – перевела она хищный взгляд на девиц.

– Мы не можем покинуть номер, – ответила Маргарита. – И не надо на нас кричать, мы не сделали ничего плохого, а даже наоборот. Валера за нашатырным спиртом пошел, чтобы Ивана Ивановича в чувство привести.

– А я говорю, вон отсюда! – закричала Бобрикова и затопала ногами. – Ишь, благодетельницы какие нашлись! Я как-нибудь сама со своим мужем разберусь, без вашего участия.

Она бросилась к ванне, где лежал ее супруг и, злорадно улыбаясь, начала откручивать кран с холодной водой.

– Посмей мне только не проснуться, утоплю, как Герасим Муму. А как только проснешься, вот тогда... я не знаю, что с тобой сделаю, – злобно шептала она. – Вы еще здесь? Я же сказала, убирайтесь, – бросила она девушкам через плечо.

– Хорошо, мы уйдем, только как бы вам потом пожалеть не пришлось, – усмехнулась Маргарита. – Наташа, пошли отсюда.

– Что, прямо вот так? – развела та руками, показывая на свое нагое тело.

– Прямо так! Нам с тобой стесняться нечего, а кому не нравится, пусть не смотрят. Вперед!

– А как же тот, что под кр...

– А по барабану, – резко перебила ее Рита. – Пусть теперь сами разбираются со всем этим дерьмом.

– Ты в этом уверена?

– На все сто!

– Тогда пошли! А что мы в самом деле – не люди, что ли? Все празднуют, а мы, как две дуры, возимся здесь со всякими... короче, идем-ка, подруга, тяпнем по рюмашке, и по мужикам, – захохотала Наталья.

– Хабалки, – прошипела Софья Адамовна. – Погодите, дайте только утру наступить, я вам здесь всем покажу, где раки зимуют.

– Не надорвись, – хмыкнула Маргарита, выходя из ванной комнаты и резко захлопывая за собой дверь.

– Ну, я тоже пойду, раз моя помощь никому не нужна, – пробормотал эскулап, направляясь к выходу. – И зачем, спрашивается, эта толстая и горластая тетка вытащила меня из ресторана? Мы так мило сидели в теплой компании, разговаривали, кушали, выпивали, рассказывали анекдоты и смеялись, и тут появляется она... сваливается, как снег на голову, такая вся странная, возбужденная. Ей нужно пить успокоительное, это я как врач говорю. С праздником вас милые дамы, вы очень красивые, я пошел, ик, пардон!

– Ну что, Марго, будем ждать Валерку или тоже пойдем? – засмеялась Наталья, глядя на дверь, за которой скрылся доктор.

– Если через пять минут его не будет, сами в раздевалку пойдем, – ответила та.

– А если нас кто-нибудь увидит в таком виде?

– Да пусть хоть ослепнут! – взорвалась Маргарита. – Мне уже вся эта канитель порядком надоела, не ночь, а черт знает что.

– Да уж, чумовая ночка получилась, ничего не скажешь, – засмеялась Наталья. – И заметь, она еще не кончилась, а наоборот, в самом разгаре.

– Боюсь, что если и дальше так пойдет, до утра я вряд ли дотяну. Скончаюсь от передозировки адреналина, – усмехнулась Маргарита. – Мне срочно нужно чего-нибудь выпить, чтобы хоть немного расслабиться.

– Вот, я принес нашатырь, – выдохнул Валерий, врываясь в номер.

– Спасибо большое, конечно, но нашатырь я не пью, – засмеялась Рита. – Предпочитаю что-то более традиционное.

– Тебе никто и не предлагает, я его для Бобрика принес, – отмахнулся Валерий, даже не сообразив, к чему это она сказала. – А вот ваша одежда, я в раздевалку забежал.

– Ну, слава тебе, господи, наконец-то, – облегченно вздохнула Наталья. – А то я уж думала, что так и придется в костюме Евы ходить до самого утра.

– А что, неплохой костюмчик, между прочим, – весело засмеялся Валерий и зацокал языком. – Вам с Марго ну очень идет.

– Кто бы спорил? – хмыкнула Наташа, нетерпеливо вытаскивая веши из сумки. – Я бы и дальше в этом костюмчике ходила, да что-то стало холодать. Чего уставился, как баран на новые ворота? Никогда не видел голых баб? Отвернись!

– Ну ты даешь, – усмехнулся Валерий. – Сколько времени здесь передо мной щеголяла с голым задом, а теперь «отвернись».

– Ща договоришься, кому сказано, отвернись! – прикрикнула Наташа, натягивая на себя трусики. Только она собралась надеть и все остальное, как дверь номера внезапно открылась и...

Наташа замерла с открытым ртом, пару раз хлопнула глазами, а потом удивленно пролепетала:

– Костик? А что ты здесь делаешь?

– Я что делаю? – прищурился тот. – Это я у тебя должен спросить: – Дорогая, что ты здесь делаешь, да еще в таком виде?

– Как это «что»? Я тут работаю, – окончательно растерялась Наташа.

– Да ну? – округлил глаза Костя. – И давно ты таким вот образом подрабатываешь? Ты меня уверяла, что служишь официанткой в ресторане, а не «ночной бабочкой» в номерах.

– Константин, что ты себе позволяешь? – возмутилась Наталья. – Это совсем не то, что ты думаешь. Просто мы с Марго в такую историю влипли, что... Короче, наша одежда пришла в негодность, и нам пришлось ее застирать, а переодеться было не во что. Вот, Валера только что принес наши вещи из раздевалки. Наш директор напился до чертиков, и мы с Марго вынуждены были увести его из ресторана, чтобы его никто не видел. Сегодня у нас гостит советник мэра города с супругой, и если бы... Костя, ты что, не веришь мне? – спросила она, увидев, что он практически ее не слушает. – По-моему, я никогда не давала тебе повода для недоверия. Ты же меня прекрасно знаешь.

– Теперь я в этом сильно сомневаюсь.

– Ты это серьезно сейчас сказал? – вскинула брови Наташа. – За два года, что мы с тобой вместе, я не заслужила твоего доверия? Ну, Заварзин, ты меня разочаровал.

– А уж как ты меня разочаровала, Кашина, словами и не передать! – парировал тот.

– Ребята, давайте жить дружно, – влезла в их диалог Маргарита. – Вы сейчас ссоритесь на пустом месте, ей-богу. Костя, поверь мне, Наташа сказала тебе чистую правду, мы попали с ней в совершенно дурацкую ситуацию. Здесь никакими такими делами, о которых ты подумал, и не пахнет.

– А вот это уже мне решать, пахнет или не пахнет.

– Ты не прав сейчас, Костя, очень не прав.

– Марго, что ты его уговариваешь? – взвилась Наталья, нервно натягивая на себя брюки. – Много чести оправдываться. Если не верит – значит, не любит, а если не любит, на хрена мне такой друг сдался?! Слушай, а как ты узнал, что я именно в этом номере? – спохватилась она. – И вообще, ты же сказал, что на Рождество поедешь к своим родителям.

– Да вот хотел сделать тебе сюрприз, Только вижу, что напрасно старался, – с сарказмом ответил тот.

– Ну почему же? Сюрприз получился что надо. Я совсем не ожидала тебя здесь увидеть, да еще в такое время, – хмуро бросила Наташа.

– Понятное дело, что не ожидала, – усмехнулся Константин. – А я, дурак, не верил, что ты... Прощай!

– Постой! – крикнула Наталья. – Ну-ка повтори, что ты сказал.

– Прощай!

– Нет, перед этим что ты сказал? Кому и чему ты не верил? Тебе что-то про меня говорили? Кто и что?

– Теперь это не имеет никакого значения.

– Для тебя, возможно, и не имеет, а вот мне очень бы хотелось знать, кто же это так сильно меня «любит», – ехидно усмехнулась Наташа. – Валер, это случайно не ты настучал?

– Я? – откровенно удивился тот. – Как тебе не стыдно, Натали, так обо мне думать? Мы хоть и знакомы с твоим Константином, даже выпивали пару раз, но разве я похож на стукача? – заметно обиделся он.

– Вроде не похож, только кто ж вас, мужиков, разберет, чем вы там внутри себя дышите?! – проворчала та.

– Очень интересно, – усмехнулся Константин, с ехидным превосходством глядя на Наташу.

– И что же тебе интересно? – спросила она.

– Правду говорят, что на воре шапка горит.

– А каком смысле?

– Да в самом прямом! Почему ты вдруг спросила у Валерия – не он ли на тебя настучал? Нет-нет, можешь не отвечать, все и так ясно, – остановил он ее, когда она уже было открыла рот, чтобы ему ответить. – Если бы ты была честна передо мной, то не задала бы такого вопроса. Это может означать лишь одно – есть о чем стучать.

– Ты неправильно все понял... а впрочем, чего это я перед тобой оправдываюсь? Кажется, попрощались уже, вот и двигай отсюда на все четыре стороны, – фыркнула Наталья. – Давно нужно было расставить все точки над «i», а я все чего-то ждала, дура набитая.

– Ты действительно хочешь, чтобы я ушел?

– Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше для нас обоих. Нечего строить воздушные замки, когда те давно сгорели.

– Ты не права, Наташа, я...

– Аа-а-а, еще один сутенер явился? – злорадно усмехнулась Софья Адамовна, выплывая из ванной комнаты. – Я немедленно звоню в полицию, пусть они накроют ваш вертеп раз и навсегда.

Константин, увидев перед собой «атомный ледокол», готовый смести на своем пути все, поспешно ретировался.

– Не надо в полицию! – почти одновременно закричали подруги.

– Что, испугались, профурсетки? – грозно сдвинула брови жена Бобрика.

– Нам как раз бояться нечего, а вот репутации вашего супруга вы можете сильно навредить, – убежденно и твердо ответила Маргарита, смело выступив вперед. – Сначала разберитесь в ситуации спокойно, без этих ваших нервных выпадов, а уж потом и решайте, звонить вам куда-то или повременить.

Мадам Бобрикова приготовилась было дать отпор наглой официантке, но не стала этого делать. Она сдвинула кустистые брови к переносице и начала тщательно переваривать полученную информацию.

ГЛАВА 12

Девушки с Валерием пришли в комнату отдыха уже одетые и согревшиеся, чтобы поговорить и все обсудить в спокойной обстановке.

– Ну, девчонки, давайте рассказывайте, – поторопил он подруг, нетерпеливо ерзая в кресле. – Вы меня очень сильно заинтриговали.

– Ой, Валера, об этом даже говорить страшно, – прошептала Наталья. – Но тебе, я думаю, можно сказать. Только умоляю, никому, как и договаривались.

– Наталья, Рита, вы что, первый год меня знаете? Чтоб я сдох! – очень убедительно поклялся молодой человек.

– Марго, давай лучше ты будешь рассказывать, ведь ты первая все увидела, – сказала Наташа, и та согласилась, но сначала задала ей провокационный вопрос: – Ты что, действительно решила расстаться с Костиком? Почему ты его прогнала?

– Давно об этом мечтала, только никак подходящего повода не могла найти, – хихикнула Наталья.

– Ты мне вроде говорила, что у вас полное взаимопонимание.

– Взаимопонимание было только в самом начале нашего сумасшедшего романа, а потом все куда-то уплыло, исчезло и растворилось, – развела Наташа руками. – Как там говорят? «Прошла любовь, завяли помидоры».

– Странно, что ты мне ничего не говорила, – удивилась Маргарита. – Ты перестала мне доверять?

– Не говори ерунды, – сморщила носик Наталья. – Если честно, то мне стыдно было признаться, что все давно не так, как хотелось бы. У Костика больше его работа на уме, а я так, вроде транзитной остановки. Появится пару раз в месяц и считает, что осчастливил меня по самые уши. Когда я стала ему об этом говорить, отношения испортились окончательно, он, видишь ли, терпеть не может, когда на него давят и к чему-то принуждают.

– Ясно, что дело темное. А почему ты спросила у Валерки, не он ли на тебя настучал? – хитро прищурилась Маргарита. – Может быть, Костик прав? А ну колись! У тебя появился свеженький воздыхатель, а я про это снова ничего не знаю?

– И ты туда же? Марго, давай я тебе потом все подробно расскажу, сейчас не до того, – отмахнулась Наташа. – Да и Валерке нечего уши греть, когда у нас, у девушек, идет разговор на интимные темы.

– Действительно, Рит, сейчас совсем не до лирики, мне эти ваши бабьи заморочки как-то совсем неинтересны, лучше вернемся к насущным проблемам, – поддержал Наталью Валерий. – Давай рассказывай, я весь внимание.

– Ты помнишь руку из шестого номера? – спросила у него Маргарита.

– В смысле? Ты о чем?

– Ну, я имею в виду ту руку, что выглядывала из-под кровати? Ты помнишь ее?

– Еще бы мне не помнить, —хмыкнул Валерий. – Если честно, то я от неожиданности чуть не обос... короче, испугался здорово! – откровенно признался он.

– Как я тебя понимаю! – вздохнула Маргарита. – Видел бы ты меня в тот момент, когда я обнаружила хозяина этой руки.

– Ну и что все это значит? Чья конечность? – нетерпеливо спросил Валерий. – Не тяни, рассказывай.

– Эта рука принадлежит мертвому человеку.

– Иди ты! – охнул молодой человек. – И как она туда попала?

– Кто?

– Не кто, а что! Я спрашиваю, как рука попала под кровать?

– Вместе с хозяином, как же еще? – ответила Рита, удивленно глядя на администратора. – Валер, ты хоть понял, что я сказала?

– Конечно, понял, я же не идиот, – вспылил тот. – Рука, что я видел, принадлежит мертвому человеку. Вот я и спросил, как она... Ой, мать твою, мертвому??? – ошарашенно повторил Валерий и уставился на Маргариту вытаращенными глазами.

– Ну, наконец-то дошло! – всплеснула руками Наталья. – Ты и правда идиот.

– Попрошу без оскорблений, – обиделся Валера. – Рит, ты это серьезно?

– Нет, пошутила, – ехидно прищурилась она. – Ты разве не знал, что я еще в цирке подрабатываю? Клоуном, блин.

– Что-то мне поплохело, – сморщился Валерий, и девушки заметили, как он побледнел.

– Валер, может быть, тебе водички принести? – заботливо поинтересовалась Наташа.

– Нет, не надо, сейчас все пройдет. У меня иногда так бывает от какой-нибудь неожиданности или испуга. Когда в школе учился, меня мать даже к врачу водила. Тот меня обследовал почти по полной программе. Оказывается, это у меня от повышенного выброса адреналина бывает.Ладно, не обращайте внимания, все нормально. Давай лучше дальше рассказывай, – обратился он к Маргарите. – Как мертвый человек попал в шестой номер, да еще под кровать?

– Очень просто, в этом номере произошло убийство.

– Почему убийство? Когда? Он разве не сам умер?

– Ты помнишь, я у тебя брала запасной ключ как раз от «шестерки»?

– Ну, конечно, помню, ты еще сказала, что постоялец этого номера не пришел на праздник и тебя послал Бобрик проверить, не случилось ли чего.

– Совершенно верно, наш директор как в воду глядел, там случилось настоящее убийство.

– И кого убили?

– Я точно не знаю, но мне кажется, того человека, что поселился в этом номере. Кого же еще-то?

– Логично! И все же мне совершенно непонятно, почему ты решила, что это убийство? Ведь он мог и сам умереть от сердечного приступа, например, – повторил Валерий.

– Так у него же дырка от пули между глаз, я сама видела.

– А ты ничего не перепутала?

– Валер, я очень похожа на идиотку? – прищурилась Маргарита.

– Да нет, не очень, – вздохнул тот. – Ну мало ли, вдруг ошиблась?

– Ничего она не ошиблась, я его тоже видела. До конца жизни теперь не забуду, как он с кровати свалился и своими стеклянными глазами на меня уставился, бр-р, – передернулась Наташа.

– Что значит – свалился и уставился? – удивленно переспросил Валерий. – Он же мертвый, а покойники, как известно, спокойно себя ведут, никуда не сваливаются и ни на кого не уставливаются, устанавливаются... короче, не смотрят мертвые, я хотел сказать.

– Это с какой стороны посмотреть, – тяжко вздохнула Наталья. – Наш пострел – везде поспел.

– Ну и дела! – нахмурился Валерий. – А вы уверены, что это постоялец из шестого номера?

– Я тебе уже сказала, что не знаю точно, но предполагаю, что это он, – напомнила Маргарита. – Кто еще там может быть?

– Как он выглядит?

– Ужасно, – передернулась Наташа. – Как покойник!

– Я не об этом! Внешность у него какая?

– Ты совсем, что ли? – взвилась Наташа и покрутила пальцем у виска. – Меня всю наизнанку вывернуло, а он про какую-то внешность спрашивает. Тебе зачем это понадобилось?

– Ну, чтобы мысленно портрет нарисовать. Так значит, не можете его внешность описать?

– А чего ее описывать? Если тебе это очень нужно, сходи сам в «шестерку» да посмотри, – не без ехидства предложила Наталья.

– Рост средний, волосы темные, на лбу залысины, – начала перечислять Маргарита. – Глаза карие, ресницы пушистые, на подбородке ямочка. Костюм темно-синего цвета, в серебристую полоску, рубашка бледно-голубая, галстук отсутствует.

– Ничего себе, – ахнула Наталья. – Я в шоке! Это когда же ты все рассмотреть успела?

– Когда под кровать его запихивала, – пожала плечами Рита.

– А глаза?

– Что «глаза»?

– Откуда про цвет узнала?

– Теперь я от тебя в шоке, подруга, – усмехнулась Рита. – Ты забыла, что у него глаза открыты?

– Забыла, – сморщила Наталья нос. – После такого потрясения и свой день рождения забудешь.

– А ведь я, между прочим, его тоже видел, правда, он тогда еще живым был, – сообщил Валерий. – Вот когда, Рит, ты сейчас его внешность описывала, он у меня прямо перед глазами встал.

– И когда это было? Я имею в виду, в котором часу ты его видел?

– Да перед самым началом вечеринки. Он спустился со второго этажа, но ключ не сдал, вышел на крыльцо. Я еще удивился тогда, что он в одном костюме на улицу пошел, холодно ведь. Через пять или семь минут он вернулся, а потом-потом я пошел в зал, чтобы выпить вместе со всеми шампанского, и больше его не видел.

– Как ты уже знаешь, я его нашла в третьем часу ночи, а вот когда его убили, сказать сложно.

– Ну и дела, – снова пробормотал Валерий, задумчиво почесывая затылок. – Не так уж и сложно, если хорошенько подумать. Получается, его убили как раз в тот промежуток времени, пока меня не было на ресепшене.

– Почему ты так решил?

– Потому что после того, как я его видел в последний раз, мимо меня никто не проходил.

Убийца мог пройти незамеченным только тогда, когда меня не было.

– И как долго ты отсутствовал?

– Часа полтора или два, – вздохнул Валерий. – А чего ты так на меня смотришь? – спросил он у Натальи. – У всех праздник, а я что, не человек?! И потом, ночью никто не звонит, ключи от номеров тоже никому не нужны, потому что все гости в ресторане пьянствуют. И что мне на ресепшене делать? Сидеть и в потолок плевать?

– Успокойся, мне перпендикулярно, чем ты занимался, а вот следователь наверняка заинтересуется, – ответила Наталья. – Почему ты вдруг отсутствовал на посту именно тогда, когда произошло убийство?

– И что ты хочешь этим сказать? – откровенно заволновался Валера.

– Я ничего, а вот следователь...

– Так, стоп, – резко остановил ее Валерий. – Не дави мне на психику, и без того тошно. Что ты можешь предложить конкретно?

– А с чего ты решил, что я собираюсь что-то предлагать?

– Но ведь этот вопрос мы не можем оставить открытым?

– Не можем!

– Вот! Что и следовало доказать! Нужно решать, вызывать нам полицию или...

– Или, – резко перебила Валерия Маргарита. – Сначала пусть Бобрик придет в себя, и тогда все решения лягут на его плечи. Пусть сам решает, вызывать полицию, КГБ, ФСБ, ЦРУ или самого президента. Я лично не собираюсь ничего предпринимать, у меня своих проблем выше крыши. Еще не хватало на свою шею преступление повесить. – Марго, ты чего несешь-то? – засмеялась Наташа. – С чего ты взяла, что на тебя повесят это преступление?

– А с того, что там кругом мои отпечатки пальцев – это раз. Я не вызвала сразу полицию, а чего-то ждала – это два. И вообще я первая наткнулась на труп – это три, а потом еще и запихнула его под кровать. Короче говоря, вырисовывается весьма непривлекательная математическая формула – четыре ноль не в мою пользу. Как минимум припишут соучастие, а это лет эдак на восемь потянет.

– Бред какой-то, – фыркнула Наталья. – Ты, Назарова, очень много детективов читаешь, вот что я тебе скажу. Вместо того чтобы заниматься таким полезным спортом, как йога, ты всякой ерундой занимаешься.

– Мне самой решать, чем заниматься, – огрызнулась та. – А ты вообще...

– Так, девчонки, стоп! – прикрикнул на подруг Валерий, резко прерывая их спор. – Рит, ты сама подумай, какая разница, кто вызовет полицию, мы или Бобрик? Если взять в расчет твои рассуждения, то ты так или иначе попадешь в подозреваемые номер один, независимо от того, кто позвонит.

– А ведь я хотела сразу вызвать полицию, но Бобрик очень просил подождать до утра, – вздохнула Маргарита. – Зачем я его послушала? – всхлипнула она. – Что теперь делать?

– Прекрати сырость разводить, лучше давай думать, как из этого положения выкрутиться, – строго сказал Валерий.

– Тебе легко говорить, «давай думать», – проныла Маргарита. – А что здесь можно придумать, когда труп вон под кроватью лежит? Что мне говорить, когда меня спросят, зачем я его туда засунула? Может, предложишь рассказать про мадам Бобрикову, как она нас застала голыми в номере со своим пьяным мужем?

– А зачем говорить, что это ты труп засунула под кровать? Мы вполне можем сказать, что он там так и лежал, – выдвинул свою идею Валерий.

– Да? И ты считаешь, что этот трюк у нас пройдет?

– Почему нет?

– Ну, я не знаю, – пожала Маргарита плечами. – У них же там экспертизы всякие, они могут все вычислить по каким-нибудь признакам. Потом, когда поймут, что я соврала, привяжутся так, что не отмоешься.

– Это уж точно! Отмываться придется уже не восемь лет, а все двадцать как минимум, – вздохнула Наталья.

– Ну, спасибо, поддержала, – проворчала Маргарита, с упреком глядя на нее. – Я не собираюсь отвечать за то, чего не делала, понятно?

– А кто спорит-то? Я просто так ляпнула, не подумав, извини, – потупилась Наталья. – Валер, ты-то чего молчишь? Придумай что-нибудь, ты же мужик.

– Мне кажется, что в первую очередь нам нужно как следует обыскать номер, – выдвинул свою версию тот. – Вдруг мы найдем там какие-нибудь неопровержимые улики против убийцы? Какую-нибудь вещь или волос? На худой конец, даже окурок подойдет.

– Да уж, окурок – это было бы круто! – усмехнулась Наталья. – Да еще если учесть, что сейчас каждый второй человек на планете курящий. Долго же придется его искать по окурку.

– Не ерничай над тем, чего не понимаешь, – огрызнулся Валерий. – На окурке всегда остаются частички слюны. Говорят, что сейчас по слюне так же, как по отпечаткам пальцев, запросто можно найти человека.

– Это если его данные имеются в криминальной базе, – не уступила Наталья. – А если он никогда не привлекался, не состоял, не имел, не сидел и так далее?

– Ты думаешь, что дилетант вот так запросто возьмёт и убьет человека?

– Почему нет? Можно подумать, что таких случаев мало, – фыркнула Наташа.

– Но только не наш, – заметил Валерий. – Со слов Риты, мужчина застрелен прямо в лоб.

– И что?

– Случайно оказаться в номере с пистолетом,а потом профессионально всадить пулю прямо между глаз – это совсем не похоже на дилетанта. Отсюда вывод – преступник профи, и он заранее приготовил и принес оружие в номер. И это может означать только одно – убийство было запланированным.

– Логично! – нехотя согласилась Наталья. – Вот только странно, что выстрела никто не слышал.

– А кто его мог слышать, когда все на празднике были? Там же музыка вовсю гремела, захочешь, ничего не услышишь, – высказал свою версию Валерий.

– Марго, а ты что можешь сказать на сей счет?

– А что здесь можно сказать? Я полностью солидарна с Валерой и насчет музыки, и насчет номера.

– Вот мы и пришли к согласию, – обрадовался тот. – Нам нужно срочно обыскать номер.

– Как мы его обыщем, если там сейчас мадам Бобрикова сидит и бдит за своим благоверным?

– Да уж, это засада, – согласился Валерий. – Единственная надежда, что она не станет заглядывать под кровать. Нужно срочно придумать, как ее оттуда выкурить.

–Как?

– Я знаю, – отозвалась Наталья. – Надо попросить кого-нибудь из отдыхающих, чтобы он пришел туда и сказал, что этот номер им забронирован и он просит немедленно его освободить.

– Не хватало еще и отдыхающих в эту авантюру втягивать, – нахмурилась Маргарита. – Ты хоть соображаешь, чем это пахнет?

– А что же тогда делать? Она так и будет там сидеть до тех пор, пока ее разлюбезный Бобрик в себя не придет, а это может случиться только к утру.

– Послушайте, девчонки, а ведь убийца не мог без меня выйти из этого корпуса, – спохватился Валерий. – Ключи от главного и запасного выходов в моем кармане лежат, а чтобы попасть к служебному выходу, нужно пройти через кухню. Не думаю, что он настолько дурак, что рисковал пойти этим путем. Там полно народу, и кто-нибудь обязательно обратил бы на постороннего человека внимание.

– И что ты хочешь этим сказать? – насторожилась Наталья.

– Только то, что он до сих пор здесь.

– Как «здесь»? – ахнула она, подскочила с кресла, точно укушенная, и начала затравленно оглядываться по сторонам.

– Да успокойся ты, – сморщилась Маргарита. – Никакого убийцы здесь нет, он уже давно тю-тю, навострил лыжи.

– Почему ты так в этом уверена?

– Потому что вы забыли про окно. Когда я вошла в номер, рама была открыта, и этот факт может говорить только об одном – преступник выпрыгнул именно в окно.

– Со второго этажа?

– Ну и что? Не так уж это и высоко, и потом, под окнами сугробы, они мягкие. А еще у меня есть подозрение, что сделал он это, когда я стучала в дверь номера и пыталась докричаться до постояльца.

– Кошмар какой! – ахнула Наталья. – Представляешь, что он мог с тобой сделать, если бы это оказался не второй, а пятый этаж и прыгать было некуда?

– Представляю, – кисло улыбнулась Маргарита. – Сейчас я бы не сидела здесь с вами и не разговаривала, а лежала бы рядом с тем, что под кроватью.

– Да уж дела творятся в нашем королевстве, хоть садись и криминальный роман пиши, – присвистнул Валерий. – Как преступник мог выйти, я уже понял, а вот как он вошел – это вопрос. Ведь до начала вечеринки я вообще никуда не отлучался, потому что то и дело подходили отдыхающие и сдавали мне ключи от своих номеров.

– Преступник мог приехать сюда заранее, – озвучила свою версию Маргарита. – Тебе же прекрасно известно, что к нашим постояльцам очень часто приезжают гости.

– Но гости обычно регистрируются в журнале, – напомнил Валерий.

– Не все и не всегда, и ты об этом очень хорошо знаешь.

– Да, ты, наверное, права, – нехотя согласился молодой человек. – Немного халатно мы к этому относимся, тут, как говорится, добавить нечего. Но теперь-то уж мимо меня ни одна мышь не проскочит, это точно.

– Пока гром не грянет, мужик не перекрестится, – хмыкнула Наталья. – Об этом раньше нужно было думать, а не когда уже все случилось.

– Ну и что мне теперь прикажешь делать? – взвился Валерий. – Возьми и удави меня за это. Можно подумать, что только я один такой. Попробуй уследи за всеми, кто приходит, кто уходит. Сама знаешь, что у нас проходной двор. Даже постояльцы не всегда ключи от номеров сдают, хотя прекрасно знают правила, а уж про гостей и говорить нечего – чешут мимо нас, как к себе домой.

– Да мне-то что? – фыркнула девушка. – Я к тебе претензий не предъявляю, а вот когда начнется следствие, тут уж извини, как ты будешь объяснять данный факт, это тебе решать.

– Валер, а ведь ты попадаешь в подозреваемые номер два, сразу же после меня, – засмеялась Маргарита.

– Это еще почему? – удивился тот. – С какой стати?

– А с такой! Тебя не оказалось на рабочем месте именно в тот момент, когда было совершено убийство – это раз. У тебя в журнале почему-то отсутствует запись о госте, который приезжал к постояльцу из шестого номера – это два.