Текст книги "Камень черной души (СИ)"
Автор книги: Ирина Зайцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 19 страниц)
– Да уж. Ценный подарок миру. – Я и так милостью Пресветлой прячу свои возможности, так они еще ценнее стали. И ведь найдется какой-нибудь желающий заполучить меня, как ценный приз. Кто знает, может еще такие умельцы, как Каррона, по миру бродят. Я и так силу Даров скрываю, чтобы не вызвать ненужной зависти а с ней и потребности получить меня и использовать своих целях.
– Зато теперь сможешь помочь Надин. И пройти сквозь купол защиты. Шансы-то выросли, не заметила?
– Заметила, – отмахнулась от него, заинтригованная прозвучавшей фразой. – Ты сказал «драконов». Они есть в этом мире? Почему же тогда их много лет никто не видел? Я всегда считала, что они всего лишь красивая легенда.
– Не может быть! Хотя… Каррона тоже ни разу не упомянула о них. Я после установления купола от мира отрезан. До ее появления здесь вообще был почти в анабиозе. Жаль, если так. Мир много потерял. Хотя более надменных существ трудно представить. Некоторые особо высокомерные считали себя ровней богам. Доигрались, значит. Печально.
– И что все были такие?
– Высокомерные? Большинство. Да и трудно удержаться на равных с теми, кто живет в сотни раз меньше тебя, не имеет магии, зависит от милости природы.
– Это ты сейчас о людях? Разве они не были магами?
– Нет. Маги – потомки драконов и людей, полукровки, рожденные человеческой женщиной от связи с драконом. Прости за такие подробности. Но не в браке. Дракон женился один раз при условии, что найдет свою половинку души, истинную пару. Только тогда рождался чистокровный дракон, когда брак был принят Вершителем. Даже, если мать была простым человеком.
– Бедные драконы. Жить тысячи лет, встретить одну жену на всю жизнь, человека, который проживет рядом в лучшем случае лет семьдесят, да и то глубокой старухой. А потом? А как же – жили и умерли в один день?
– Да, истинные пары чаще всего умирали в один день. Только Вершитель не просто соединял пары, он объединял жизни. Жены драконов могли прожить рядом с мужем срок, отведенный дракону.
– Жить тысячу лет?
– Да, но заметь, в любви и согласии.
– Даже не знаю, что сказать. Здорово, наверное. Только как-то… Это же сколько всего происходит в мире за такой срок! Странно как-то.
Глава 42
Выбор Надин
Вчерашний разговор с Реусом никак не выходил из головы. Предложенный им ритуал освобождения души Надин был по механизму исполнения весьма простым. Но… Нужны были два исполнителя. И целитель. Реус опять в помощники не годился. Сложности стали проявляться сразу, как попыталась построить план действий. Проблем у девушки было три: магическое истощение с частичным разрушением каналов, душа, которая стремиться покинуть тело и уйти за грань, и блокирующие браслеты, из-за которых лечение было зря потраченными силами и которые мешали установить контакт душ. Снять браслеты. Риск большой упустить душу. Придется выходить к грани. Нужен якорь. Сильный. Не для меня. Для Надин. Такой, чтобы она захотела жить. И захотела жить сильно. Время у грани течет по-другому. Не успею задержать душу в пути и убедить вернуться, придется уходить ни с чем. Надин останется в Запретном городе навсегда. Родные ее даже похоронить не смогут, как должно. Если увлекусь и брошусь следом за грань, хоронить наши трупы будет просто некому. Более опытный маг Смерти мог ходить и за грань, но с подстраховкой живого мага рядом в момент ритуала. С обретение дара равновесия магия смерти у меня есть и не слабая. Но это все равно не мой вариант. Ни опыта. Ни напарника.
Другого якоря, кроме образа Анри у меня не вырисовывалось. Надин его любила. Вот только винила в их ссоре себя и была не уверена в его чувстве к ней после этой ссоры. Сомнение. Тот маленький червячок с острыми зубками. Он грызет больно, проделывая дырки в граните уверенности. Но я уже знаю, что скажу ей. Знаю, как поступить. Можно начинать.
Ее браслеты, как и мои, рассыпались пылью. Рвавшаяся из их оков душа замерла на несколько секунд. Я успевала. Иллюзия Анри стояла рядом. Эта иллюзия остановила ее.
– Надин, посмотри на меня. Ты меня не знаешь, но знаешь его?
– Знаю. Почему он здесь? Он умер? – она заговорила со мной. Это была половина победы. Теперь не останавливаться.
– Нет. С ним все в порядке. Это фантом. Не спеши уходить. Он любит тебя по-прежнему, но ему нужна твоя помощь.
– Она тоже говорила, что нужна моя помощь. Не верю.
– Постой! Хочешь увидеть его? Как он там без тебя.
– Как?
– Можешь заглянуть в мою память. Я впущу. Словам ты не поверишь, а увиденному? Я покажу сама. Это важно для тебя, Надин. Ну же. Решайся. Уйти за грань ты всегда успеешь, а обратной дороги нет, Надин.
Она скользнула ко мне. Ощущение не из приятных. Но то, что нужно я приготовила.
Раненый Анри в нашей повозке.
Встреча в приемной у кабинета ректора.
Разговор у общежития, его слова: «А знаешь, мне как-то тепло и уютно рядом с тобой. Как… Извини. Я пойду». Крупным планом его глаза, полные боли и отчаяния. Как быстро ушел прочь.
Его признание: «Год назад я познакомился с девушкой, которую полюбил всем сердцем. Наше чувство было взаимным. Родители не препятствовали нашим отношениям. Но что-то пошло не так, она как-то вдруг изменилась, я перестал ее узнавать, стала настаивать на свадьбе. Соглашалась даже на близость до свадьбы. Мы впервые поссорились. Извини, что я рассказываю тебе это. Ссоры стали чаще. Наконец, я не выдержал, сказал, что нам стоит расстаться на время. Через несколько дней она пропала. Ее ищут, результата пока нет. Но меня словно заморозили.» – Которое я успела оборвать на полуслове.
Одинокая фигура среди веселья на карнавале. Потом его горькое признание про династический брак.
– Это правда? Про брак? – она снова здесь.
– Да. Но помолвка отложена по просьбу отца невесты.
– А кто невеста?
– Я. Но любит он тебя. А я. Я люблю другие глаза, Надин. Карие.
– А его смогла бы полюбить?
– Как друга, как брата. Да. Так люблю уже давно. Не задумываясь, отдам за него все, что у меня есть. Но в роли его невесты я себя не представляю. Извини. Знать, что тот, кто рядом любит другую, больно. А рядом с ним можешь быть ты. Вернись, Надин. Ты поправишься, и мы еще поговорим. Потом выберемся отсюда, и Анри сам расскажет тебе, как ему жилось без тебя. И пусть только попробует тебя обидеть! Вернись. Не для меня. Не для себя. Для него.
Надин молчала. Наше время заканчивалось. Грань уже маячила впереди. Она медленно подняла глаза.
– Я верю тебе. И пусть я снова ошибусь. Но я возвращаюсь.
Полувдох-полувсхлип раздался рядом. По бледному лицу от глаза к виску медленно текла первая живая слезинка.
Что там у нас с верой в чудо? Счет меняется. В нашу пользу!
Что с резервом? Терпимо. Собираемся с силами. Целитель из меня еще с меньшим опытом. Но выбирать не из кого. А вот магическая лихорадка нам не нужна.
– Реус, ты говорил, сразу зелье подашь? Давай. – Медленно, капля по капле, вынуждая глотать. Знаю, гадость. Благо, пока вкуса ты чувствовать не можешь. Вот завтра, боюсь, такое пить откажешься. А надо.
– Устала, Риша?
– Бывало и похуже, сам знаешь. Прорвемся.
– Сканируешь? Тут могу помочь. Центральные каналы почти не пострадали. Восстанови сначала вот эти три узла. – Ох ты, действительно, главная опасность тут. А я хотела начать с другого. Фатально бы не навредила, но последствия пришлось бы разгребать дольше.
– Спасибо, Реус. – Аккуратно начала расправлять покоробленную стенку первого канала. Торопиться нельзя. Но и откладывать тоже. Пока Надин не пришла полностью в себя болевой порог высокий. Можно не бояться шока. – Реус, предупреди, когда поймешь, что Надин начинает чувствовать боль. Или откроет глаза. Так меньше буду отвлекаться.
Вот и с третьим узлом разобралась. Надо бы резерв запустить. Насухо работать было плохо. Слабый поток магии сам расправлял бы каналы. От меня дальше требовалась бы только коррекция. Можно попробовать влить каплю своей. Только вот какую. Ошибка в выборе стихии могла стать фатальной. А я не знала ничего о даре Надин. Было что-то, что цеплялось, но только догадки.
Чуть слышный стон.
– Риша, Надин очнулась.
– Вовремя, Реус. Как никогда вовремя. – Взгляд Надин метался по потолку. Наклонилась к ней. – Надин, ты меня слышишь? Мигни, если слышишь. – Ресницы дрогнули и медленно сошлись. – Посмотри на меня. Мне очень, очень нужно знать твою стихию. Мигни, если поняла. – Не вода, не воздух, не земля, не огонь. – Ты не стихийник? Целитель? Управляешь животными? Менталист? И родственная стихия вода? Потерпи чуток. Сейчас будет легче.
Капля за каплей водная стихия наполняла каналы, расправляя их и растекаясь по телу. Достаточно. Больше опасно.
– Лучше, Надин? Молчи. Сейчас нужно выпить лекарство и бульон. Невкусно, знаю, но надо. И спать. Все разговоры оставим на завтра.
– Риша, там я твой обед принес. Тебе тоже спать. И не спорь. Я разбужу, если что. Ты справилась. Молодец. Поняла уже, что за дар получила?
– Я что? Вот так могу все? Все, чему ведающие учатся годы?
– Не все, Риша. Но многое. И не только потому, что получила этот дар. Я не знаю, каким чудом ты выжила в ту ночь. Сквозь тебя прошел магический поток такой силы, что был ощутим физически. Он перенес тебя туда, где тебя нашли. А вот Каррона не выдержала. Ее тело порвало и сожгло в пепел. Теперь понимаешь, почему я верю в тебя? Спи, чудо этого мира. Чуду тоже надо отдыхать.
Глава 43
Нить путеводная
Утром Надин стало лучше. Лихорадки удалось избежать. Но о том, чтобы встать с постели речи еще не было. Зато вернулась способность говорить. Мне Реус тоже рекомендовал постельный режим, но готовая еда в кладовой закончилась. Пришлось спускаться на кухню. Там все было по-прежнему. Вот интересно, пока Каррона пытала меня голодным подвалом и вырезала прямо по живому телу руны заклятий, она не ела ничего? Или успевала бывать где-то, где подают готовую еду? Тогда почему мы не сможем выйти этим путем?
– Реус, а Каррона как выходила через купол?
– Не знаю. Я задавался этим вопросом еще тогда, но отследить ее маневры мне так и не удалось.
– А продукты здесь откуда?
– Так был большой город, жили люди. А в замке всегда были запасы на случай длительной осады. Заклинания стазиса. Они останавливают течение времени в кладовой. И продукты остаются всегда свежими. Хозяин этого замка умел замыкать формулы стазиса на себя. Они практически не требуют дополнительного вливания силы.
– Тысячи лет? – Я что, жарю яичницу из яиц, которым тысяча лет? А они словно вчера из-под курицы. – А эти яйца точно куриные?
– Куриные, можешь не сомневаться. И молоко от коровы. И мясо всегда запасали наисвежайшее. Там запасов для вас двоих еще лет на пятьдесят хватит. Потом можно начинать экономить.
– Прости, Реус, как это для тебя ни печально, остаться мы здесь не можем. – Мне вдруг стало грустно.
– Загрустила чего? Дом вспомнила? Или из-за меня? Обо мне не печалься. Духи-хранители по определению не скучают от одиночества. Если рядом нет живого хозяина, мы просто спим. Ты же не скучаешь, пока спишь?
– Я буду вспоминать о тебе. Теперь не забуду.
– Спасибо, добрая ты душа. Вспоминай, если хочешь. Только вот что, пока не забыл. Рассказывать о том, что здесь видела, никому не надо. Многие тайны здесь скрыты. Не все на пользу миру. Большинство во вред. Помнить будете обе, а вот рассказать не сможете. И ни один ментал не считает. Туман увидит и все.
– А ведь это и хорошо. Я сама хотела просить Надин, не рассказывать никому, кто ей помог выжить и как. Только не знала как. А тут и обижать недоверием ее не придется.
– Так, заболтались мы. Пошли кормить твою Надин. И отвары возьми. Себе тоже.
Последующие два дня мы ели, спали, снова ели, болтали обо всем подряд, и снова спали. Надин осторожно стала вставать. Видно было, что она порывается меня о чем-то спросить, но все время останавливается на полуслове. Мои вопросы тоже ждали своего времени.
На кухне я появлялась без Надин. Так далеко она еще не рисковала путешествовать. Реус пользовался этим временем, чтобы подготовить меня к тому, что нас ждет у купола. Что за куполом, ему известно не было. Вот и сегодня он сетовал, что купол может оказаться намного дальше. Серый туман возле него сбивал с прямого пути. В нем можно было кружить, словно в глухом лесу. Только опытный путник в лесу может ориентироваться по приметам, а в тумане примет никаких. Сплошное серое марево. Вдруг он замолчал, внимательно меня рассматривая.
– Риша, перейди на сканирующее зрение. Какие нити есть вокруг тебя?
– Несколько остаточных связей обращения к дарам. Вроде все. А нет. Вот эта отличается постоянным направлением. Она тянется до стены. В одну точку к горизонту.
– Именно, в одну точку, но далекую. Раньше ее не замечала?
– Да я раньше и не обращала внимания ни на какие нити. Есть и есть. Неудобств не причиняют. На попытки вмешательства не похожи.
– Есть у меня одна мысль, надо проверить. После обеда, зайди в библиотеку. Давай помогу стол накрыть. – Оба подноса опять летели впереди меня в комнату. Пришлось бежать догонять. Периодически проверяла нить. Та не исчезала. Не теряла цвета. И, как бы я не повернулась, словно стрелка компаса, неотрывно показывала одно направление. Так, что в нетерпении получить ответ, пообедала я быстрее обычного. Оставив Надин с ее десертом наедине, побежала в библиотеку.
– Риша, иди на балкон, я тебя здесь жду.
– Я думала, ты мне книгу какую приготовил.
– Книгу приготовил, если захочешь, но там не совсем то, просто очень похоже. Нить видишь?
– Да, я пока шла до комнаты, а потом сюда…Очень похоже на стрелку компаса. Ты думаешь…
– Что ее можно использовать как ориентир. – Продолжил он мою мысль. – Видишь, даже сквозь туман она видна прямой, неискривленной?
– Еще один плюс к шансу на чудо? Короче путь, больше сил на его завершение? А книга?
– Там речь о драконах. Но ты не дракон. Да и сама говорила, что они просто легенда. Книга на древнем языке. Есть сложности с толкованием некоторых слов. Будешь смотреть? Там о связи истинных пар у драконов. Что-то связанное с поиском по крови. Если я правильно истолковал. Может быть, у Ведающих есть нечто похожее, и тебя ищут родные. И это их путеводная нить. В любом случае она уходит за купол. И ты права со своим шансом на чудо.
– Реус, а она не может пропасть? Может быть нам стоит торопиться?
– Может ты и права. Решим завтра утром. Надин все еще слаба. А идти далеко.
С утра начали сборы в дорогу. Часть продуктов упаковали плотно в полотняный мешок, и Реус обещал перед выходом забросить их насколько возможно далеко прямо по курсу движения, чтобы облегчить ношу. Он же настоял взять чистую воду. На мое утверждение, что дар воды у меня никто не отнял, резонно парировал, что рядом с куполом может быть любая аномалия, а без воды человек долго не живет. Жажда придет раньше, чем голод, потому что продукты все вялено-сушеные для облегчения веса и обеспечения «непротухаемости». После обеда Надин отправили набираться сил. А мы снова проговаривали и репетировали мои действия у купола. Три секунды. На большее, по мнению Реуса, моего резерва не хватит. На счет раз рассечь купол, на два – раздвинуть на достаточную ширину, на три успеть выйти и сразу отпустить края разреза. Если с раз-два я справлялась, то при отпускании краев меня всегда било по спине. Изрезав так еще пару портьер, решили, что лучше прыгать или вываливаться и сразу откатываться от полотна. Получилось лучше. Раза с десятого. А будет еще Надин. Но ведь мы ждем чуда?
Спала я крепко. Ничего так хорошо не помогает от бессонницы при волнении, как хорошая физическая нагрузка. Реус вчера отпустил меня, когда все поучилось десять раз подряд.
Встали затемно. Собрались быстро. Плотно позавтракали. У меня за спиной рюкзак с обедом. Фляжки с водой у каждой своя. Надин выглядела неплохо, но я видела, что в этот путь ей еще идти рановато. Вот только выбора не было. Риск потери направляющей нити был. И насколько он был велик, мы не знали наверняка.
Где-то через час мы сделали привал. Надин слабела с каждой минутой, и ей нужен был отдых. Над нашими головами низко пролетел обещанный Реусом груз. Примерно через час придется тащить и его. А до тумана, который с балкона, казалось, стелился совсем рядом, еще идти и идти. Достала стаканы. Плеснула отвар, восстанавливающий силы, разбавила водой, собранной из воздуха. Дар слушался. Флягу открывать не пришлось. Отбавили из рюкзака по бутерброду. Не сказать, что сильно облегчили ношу, но силы еще понадобятся.
Следующий привал устроили, когда обнаружили груз. Несмотря на то, что снова отбавили провизии, рюкзак заметно потяжелел. Но он наш плюс к шансу на чудо. Надин все еще шла самостоятельно, мужественно борясь со слабостью. Наконец, впереди заклубился туман. Вот протяни руку и коснешься его. Плотное серое облако вблизи имело четкую границу. И пугало своей непроницаемостью. Решили, что отдохнем сейчас. В тумане может не быть такой возможности. Как мы были правы…
Проблемы начались почти сразу. Туман был далеко не прост. Густой до осязаемости. Практически непрозрачный. Чтобы не потерять друг друга из виду, пришлось крепко держаться за руки. Не сбиться с направления помогала только нить-компас. Надеялись только, что на пути не окажется ни поваленных деревьев, ни ям. Через некоторое время почувствовала, как по руке к Надин уходит сила. Нет, сознательно она не тянула. Но ее аура до конца не восстановлена, а по разрывам туман вытягивал силу из нее. И добрался уже до жизненных сил, а вот на их восстановление и тянуло силы из меня. Резерв постепенно пустел. Еще час такого оттока и наши шансы упадут до нуля.
К счастью, дошли быстрее. В тумане едва не воткнулись в защиту. Если бы не следила за нитью сканирующим зрением, не заметила бы его.
– Дошли. Надин, как договаривались. Встаешь сбоку, обнимаешь меня крепко. На счет один – готовишься к шагу вперед, на два шагаешь так широко, как сможешь и сразу падаешь.
Раз! Разрез замерцал алым цветом. Отлично, пройдем. Раздвигаю! Два! Резко бросаю корпус вперед, утягивая за собой Надин. На наше счастье разрыв купола сходится медленнее, чем портьера. Успеваем откатиться. Вижу, как срастаются края. Чувствую, как саднит ладони. Резерв почти пуст. А купол продолжает тянуть силу на себя.
Надин лежит рядом. А котомка с провизией осталась по ту сторону. Ну да, на плечах мешала наклоняться, руки были заняты. Надин отдавать было бессмысленно, боялась, что ее просто перевесит обратно. А пнуть ногой просто забыла в спешке. Сил на третью секунду не хватило бы.
– Надин, ты как? – молчит. Надеюсь, жива. Надо встать и поднять ее. Не отойдем, купол нас высушит не хуже голодного подвала, если не быстрее. Но сил не осталось. Ни резерва, ни связи с Даром. Остатки жизненной энергии тихо оставляют тело. А надо еще скрыть ауру. Надо. Скрыть. Никто не должен знать. Ну что же ты, дракон? Там во сне, ты всегда успевал забрать меня из лап смерти. Найди свою айлине, дракон.
Глава 44
Дракон. Возрождение надежды.
Высокий мужчина размашистым уверенным шагом двигался по коридору и его шаги гулким эхом разносились по самым отдаленным его уголкам. Седина, разбавившая некогда черные, как смоль, волосы, не делала его стариком, хотя он уже давно перестал считать свои годы. Особенности расы и регулярные тренировки сделали его тело совершенным, и возраст был над ним не властен. Правильные черты лица и отсутствие каких либо морщинок на нем говорили скорее о молодости, нежели о зрелости. И только взгляд темных, как глубокий омут, глаз выдавал, заглянувшему в них, обретенную за годы жизни мудрость.
Лишь на мгновение он замер у двери, словно прислушиваясь, и тут же резко дернул ее на себя.
В комнате было мрачно. Нет, шторы не были задернуты. И день уже вступил в свои права. Было светло. Это ощущение создавала ссутулившаяся фигура у окна.
– Тебя не было на тренировке. Ты не спустился к завтраку. Что происходит, Сайрон? – голос мужчины был скорее встревоженным.
Фигура у окна не пошевелилась, словно каменное изваяние. Мужчина подошел ближе и развернул стоящего у окна лицом к себе. С тем же успехом он мог передвигать тряпичную куклу. Казалось, жизнь покинула это тело. Пустой взгляд смотрел мимо. Краски ушли с лица, словно их смыло.
– Смотри мне в глаза, – движение глаз не сразу стало ответом на его слова. Глаза молодого человека были обращены к мужчине, но смотрели мимо, в никуда. В них не было ничего кроме боли и отчаяния.
– Что? Не молчи, – встряхнул его за плечи.
– Я ее больше не чувствую. Вообще. Все мои попытки отыскать ее в этом мире пошли прахом. Ты же помнишь, что я мог приходить в ее сны, даже мог чувствовать ее настроение в течение дня. Сегодня ничего, как обрезало.
– И как долго?
– Всю ночь и по сей момент. – Тот, кого мужчина назвал Сайроном, снова обреченно отвернулся к окну. – Сначала я думал, что ей снова не спиться, но не ощутил даже отголоска ее эмоций. С ней что-то случилось, Хранитель. Боюсь… – Сайрон замолчал, не в силах озвучить свои страхи. Теперь они не были страхом за себя, он беспокоился только о ней. Его айлине. Почти год прошло с того дня, как он увидел ее и сбежал, проявив малодушие. Но сегодня понял, что согласен потерять все, кроме нее. И пусть она будет так же далека, лишь бы жила.
Скоро год, как Сайрон живет в замке на плато драконов. В замке предков, некогда принадлежавшем его роду, роду Моригорн, великому роду летающих огненных драконов.
Скоро год, как Хранитель вернул его в привычную ипостась человека, научил контролировать оборот. Теперь он может оборачиваться по желанию, но пока только здесь, на плато. К великому разочарованию, только здесь магия драконов полностью ему подвластна.
Скоро год, как тоска гложет его сердце. Такой длинный год, но все произошло, словно бы час назад. Поляна. Найденка. Оборот. Ее испуг. Утраченная навсегда надежда на счастье и на избавление от проклятья всего рода.
Силы иссякли раньше, чем Сайрон достиг гор. Все-таки, он молод для дракона, и плохо еще управляется с крыльями. Да и отдыха после первого полета, где он держался в воздухе на голом энтузиазме и эйфории вырвавшегося на свободу дракона, было явно недостаточно для дальнейшего длительного полета. Пришлось сделать привал. Хорошо понимая, что не взлетит, если останется голодным, снова поймал оленя. Сейчас он уже не терял контроля над драконом и, не желая снова испытать отвращение, все же смог освежевать тушу.
За время перелета горячность его поостыла. Он решил, что не стоит проявлять слабость, что нужно искать другой выход. У него есть в запасе год-полтора жизни до того, как боль разлуки начнет медленно убивать его. Есть один шанс из миллиона, что Долина драконов из детских сказок существует. Ведь многое из того, что происходит с ним, раньше тоже воспринималось как легенда или сказка. Он даст себе этот год, обыщет горы. И если уже тоска станет невыносимой, не станет ждать смерти, поднимется в последний раз в небо. А пока нужно бы снова обернуться человеком. Но он остановил себя. Горы, вот они. Надо облететь их. Два дня на поиск Долины. Потом попытаться найти ту поляну. И тогда уже оборот. Нельзя терять надежду. От его решения зависит не только его судьба.
С этой мыслью Дракон уснул. Снилась ему Найденка. Девушка шла по лесу. Солнце играло ее волосами красного золота. Она протянула руку к ягодке на ветке у тропки. На запястье ее сверкнул браслет. Сайрон увидел его отчетливо. Браслет в виде ящерки из белого металла. Глазки-изумруды сверкнули на солнце, и эта ящерка подмигнула ему. Странный сон, может, он принесет удачу.
Сайрон проснулся полностью отдохнувшим, и сил хватило достигнуть гор. Он дождался рассвета. Начал набирать высоту решив покружить в поисках легендарной Долины драконов. Горы с высоты были великолепны. Намного прекраснее, чем в снах. И чем дальше он летел, чем выше поднимался, тем больше осознавал, что медленная смерть без любимой его не устроит. Когда Сайрон понял, что силы почти иссякли, и выше он не поднимется, он снова смалодушничал. Забыв обо всем, что решил вчера, перед тем, как сложить крылья, последний раз с тоской посмотрел на горы. В этот самый момент он услышал зов. Не звук, не крик. Именно ЗОВ. Где-то на грани сознания некто призывал его плавно спускаться. Сам не осознавая, по какой причине, дракон снова расправил почти сложенные крылья и начал снижаться. И уже через несколько мгновений Сайрон увидел Замок на горном плато.
Приземлившись на площадке перед замком дракон, неуклюже переставляя дрожащие от напряжения лапы, приблизился к воротам. Из ворот навстречу вышел рослый, крепкий мужчина. На вид возраста его отца, только совершенно седой. Ничуть не смутившись, что перед ним дракон, мужчина подошел ближе, что-то гортанно крикнул. Сайрон не разобрал слов, но внезапно сознание поплыло, и свет померк.
Очнулся он уже человеком на кровати, заботливо укрытый одеялом. Рядом в кресле сидел тот самый седой мужчина.
– Лежи, все хорошо. Ты первый дракон за более чем три тысячи лет в этих горах кроме меня. Будем знакомиться. Я Хранитель рода Моригорн, великого рода летающих огненных драконов. Можешь так и называть меня Хранитель. Как твое имя?
– Сайрон. Сайрон Моригорн. Но как? Три тысячи лет?
– Драконы живут и дольше. Или ты этого не знал?
– Да, в легендах говорится, что драконы живут более пяти тысяч лет, но проклятье забрало у нас бессмертие. И возможность обрести крылья. Мне повезло найти пару, поэтому проснулся мой дракон, и я смог обернуться. Но обратный оборот был невозможен, потому что моя пара никогда не примет меня, даже если я смогу ее вновь найти. Она просто человек, без доли магии. Она не говорит, а, значит, не сможет позвать меня для обратного оборота. И как я появлюсь перед ней драконом? Я уже ее испугал до полусмерти. А теперь я смог обратиться и снова я человек. Как?
– Здесь на плато действует заклинание обратного оборота, замок оборудован для жизни в человеческой ипостаси. Я им воспользовался. Все остальное мы обсудим, когда ты приведешь себя в порядок, и мы пообедаем. Ванна за той дверью. Когда будешь готов, спускайся вниз. Лестницу увидишь сразу, как покинешь комнату, справа от двери. Там я тебя встречу, – он встал и вышел из комнаты.
Все еще не осознавая, что происходит, Сайрон, двигаясь, как механическая кукла, встал с постели, прошел в ванную. Конечно, в доме отца он привык к комфорту, но масштаб увиденного все же смог поразить. Сверкающая белизна, чистая, горячая в меру вода, ароматное мыло. Да и размеры ванны – в ней мог бы разместиться даже дракон.
Вода всегда успокаивала Сайрона, приводила мысли в порядок. А теплая ванна еще и расслабляла. Хотелось понежиться в ароматной пене, но Сайрон не любил, чтобы его ждали. Чистая одежда нашлась на постели, Хранитель позаботился об удобствах для гостя. Пока спускался по лестнице в просторный холл, думал, с чего лучше начать разговор. Но Хранитель видимо давно готовился к такой ситуации, потому что сразу перешел к сути.
– С твоих слов я понял, что драконы стали простыми смертными. И все знания и традиции утрачены.
– Проклятье Черной Ведьмы действует до сих пор. Раз в сто лет рождается избранный. Но никому еще не удалось выполнить условие снятия проклятья.
– Условие – рождение ребенка у пары истинных?
– Или если в паре окажется два дракона. Это еще более невероятно.
– В этом ты прав. Уже в моей молодости рождение драконицы было скорее исключением из правила. Тогда уже ходила легенда, что вернуть былое величие драконов может только появление радужной драконицы. Владеющей даром жизни и смерти одновременно. Без вмешательства Вершителя судеб такое невозможно. А драконы посчитали, что они не только выше людей, но и выше богов. Вершитель отвернулся от нас. Храм заброшен и разрушается.
– Значит, у нас нет шансов?
– У нас с тобой есть год. Столько дракон может безболезненно находиться вдали от своей айлине. Я научу тебя всему, что знаю и умею сам. Все это время ты должен убеждать и себя и меня, что выход есть. И активно его искать. А сейчас ешь. Потом очень подробно расскажешь мне все, что касается твоей пары. Вплоть до снов и фантазий. Все мелочи.
После завтрака мы удобно устроились в гостиной.
– Из всего, что я услышал, важным мне показались два момента – загоревшееся от пламени дракона дерево и браслет на руке твоей Найденки. Белая саламандра, говоришь? Сон не так прост. Этот браслет может стать якорем в ее поиске. Неспроста она снилась тебе так реалистично. И да, не факт, что ее испугал именно дракон. Может, просто застеснялась незнакомого человека. С девушками такое случается. Дополнительно сразу будешь осваивать технику поиска по якорю. Если он есть в реальности, за пару месяцев ты научишься ее видеть со стороны. Потом попадать в ее сны. Потом чувствовать, что с ней происходит. Установится связь пары.
– И это реально?
– Более чем. Теперь все зависит только от тебя. Ничему нельзя научить насильно. Мотив я тебе дал – научишься всему, найдешь свою пару, победишь проклятье. Библиотека в твоем полном распоряжении, я тоже. Начнем, или будешь дальше сидеть и жалеть себя?
И они начали. Сайрону казалось, что он учится даже во сне и во время еды. Голова пухла от обилия информации. Но уже через пару месяцев эта информация стала укладываться по полочкам и ящичкам с быстрым доступом к каждому. Он начал ориентироваться в ней, как в собственной комнате. На самокопание времени не оставалось.
– На сегодня все. Осталась медитация. Расслабься. – Сайрон привычно прикрыл глаза. И увидел ее. Она сидела над книгой. Поглаживая пальцем голову белой саламандры, обвившейся вокруг ее запястья. Мужчине показалось, что чувствовал прикосновение этого пальчика к своей щеке. Резко открыл глаза. На сон это похоже не было. Значит, получилось. Якорь действительно есть. Сердце заколотилось, а ноги ослабели настолько, что не смог встать. Иначе побежал бы хвалиться к учителю. Пришел в себя не сразу. Настрой был сбит. Но он уже знал, что нужно делать дальше. От медитации к медитации все увереннее находил свою Найденку. Теперь он мог почувствовать ее практически в любое время. Знал, когда она грустит, когда радуется. Отгонял от нее кошмары, которые преследовали ее по ночам. Странно, она боялась большой птицы, но не боялась огромного дракона. Уютно сворачивалась клубочком в огромных когтях дракона. Послушно засыпала среди цветов на поляне возле гор, укрытая его плащом.
