Текст книги "Описание Западной Сибири"

Автор книги: Ипполит Завалишин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

Въ разрядѣ инородцевъ кочующихъ, Киргизы обѣихъ степныхъ областей, стоятъ на несравненно высшей степени, нежели другія племена сибирскія. Этому развитію способствуетъ исламизмъ, который всѣ они исповѣдуютъ, и непрерывныя связи ихъ съ русскими. Киргизовъ считается нынѣ въ сибирскомъ вѣдомствѣ 527,716 д. о. п. Исключительное занятіе ихъ – обширное скотоводство. Хлѣбопашествомъ же они вовсе не занимаются. Кожи, сало, овчины, армяки верблюжьи, кошмы и т. п, вымѣниваются ими на красный товаръ. желѣзныя и кожевенный издѣлія, а частью и на хлѣбъ. Скота, барановъ и лошадей, продаютъ они тоже очень много. Жилыхъ домовъ у нихъ еще очень мало, но примѣръ русскихъ заселеній въ степи уже начинаетъ дѣйствовать на нихъ благотворно. Кромѣ Киргизовъ считаются кочевыми инородцами, такъ называемые «Захребетные татары», обложенные ясакомъ вмѣсто подушной подати и Калмыки въ Томской губерніи; Дзюнгары, монгольское племя, кочующее въ юговосточной части этой же губернiи у предгорій Алтая, и Буруты или Дикокаменные Киргизы, живущіе въ предгоріяхъ Небеснаго хребта, на южной границѣ Семипалатинской области, и часть которыхъ вступила недавно въ подданство Россіи. Число кочевыхъ Татаръ и Калмыковъ полагается въ 9909 душ. муж. пола. Они кочуютъ полѣсамъ и степямъ, хлѣба не сѣютъ, но держатъ много скота особенно Калмыки.

Бродячіе инородцы въ Западной Сибири – Остяки и Самоѣды. Ихъ считается нынѣ 11,814 мужчинъ и 10,341 женщина. До 6,000 д. о. п. остяцкаго народа уже крещены, остальные же и всѣ Самоѣды доселѣ идолопоклонники. Остяки слѣдуютъ шаманскому ученію, а Самоѣды благотворятъ солнце, горы, огромныя деревья и бѣлаго медвѣдя. Бродятъ они по тундрамъ, прибрежьямъ Ледовитаго океана, Остяки, срубая деревянныя юрты, съ чуваломъ и нарами, что они переняли у Татаръ, а Самоѣды, обитая въ «чумахъ» – шалашахъ изъ оленьихъ шкуръ, натянутыхъ на деревянный переплетъ. Стада оленей – единственное средство ихъ существованія; – съ ними бродятъ они по пустынямъ крайняго сѣвера, занимаясь звѣроловствомъ, рыболовствомъ, сборомъ пуха и проч. Управляются родовыми князьцами и старшинами и находятся исключительно на крайнемъ сѣверѣ между предгоріями Урала и притоками Енисея.

Мы съ намѣреніемъ начинаемъ говорить о ссыльныхъ, послѣ инородцевъ всѣхъ наименованій и послѣ разсмотрѣнія всѣхъ русскихъ сословій сибирскаго края, ибо ссыльные не составляютъ ни сословія, ни племени. Они по прекрасному выраженію Пушкина «смѣсь одеждъ и лицъ, племенъ, нарѣчій, состояній, изъ хатъ, изъ келій, изъ темницъ» собранные сюда всепоглощающимъ водоворотомъ Сибири, этого Дантова «Ада», надъ которымъ та же надпись и для столь многихъ: «las оgnі sрегаnzа, ѵоі сh’оntгаtе!» Да, но слову великаго пѣвца «божественной комедіи^» точно, почти всѣ они должны оставлять надежду, переступая за роковую грань Сибири. Но страшный призракъ ссылки, облеченный въ такія ложныя о немъ понятія и въ Россіи и въ Европѣ, не носитъ на себѣ печати того строгаго безпристрастія, которьмъ мыслители и публицисты добросовестные обязаны и въ отношении русскаго правительства и въ отношеніи русскаго общества. Начать съ того, что ссылка вь Сибирь – наказаніе не сплошь да рядомъ прилагаемое, какъ это обыкновенно представляютъ за границей. Изъ оффиціальныхъ свѣдѣній, обнародованныхъ 31 мая 1858 года, управлявшимъ «Приказомъ о Ссыльных», который спеціально завѣдуетъ ссылкой и ссыльными цѣлой Сибири (кромѣ лицъ политическихъ, которымъ однако ведется общій учетъ со всѣми), мимо рукъ котораго не можетъ никто пройдти въ ссылку и коего исключительная служебная обязанность вести самый тщательный «ежедневный учетъ» всѣмъ ссыльнымъ со всего государства въ Сибирь поступающимъ. Число всѣхъ лицъ, сосланныхъ въ Сибирь, съ 1 января 1823 года (т. е. со времени введенія въ дѣйствіе Сибирскаго учрежденія, которое положило прочныя начала строгому порядку и отчетности по этой важной части администраціи въ Сибирскомъ краѣ) и по 1-е января 1858 года, въ теченіи полныхъ 35 лѣтъ (продолжительность времени очень значительная), простирается только до 238,489 мужчинъ и 42,844 женщины. Съ ними пришло въ Сибирь по доброй волѣ на основаніи предоставленнаго на это, въ нѣкоторыхъ случаяхъ, закономъ права, мужей, женъ и дѣтей обоего пола 23,285. Стало быть всѣхъ лицъ и сосланныхъ, и пришедшихъ съ ними по доброй воле» въ Сибирь, было только въ общемъ итогѣ 304,618, что раздѣливъ на 35 дѣтъ, даетъ ежегодную ссылку и добровольный приходъ за ссыльными въ Сибирь только въ количествъ 8,703 д. о. п. То есть на населеніе всей имперіи, Польши и Финдляндіи (ибо Поляковъ и Финновъ тоже ссылаютъ вь Сибирь) со включеніемъ арміи и флотовъ (изъ коихъ иногда поступаютъ въ ссылку), простирающееся нынѣ до 73,000,000, приходится только 1 на 9000 д. о. п. Но и эта цифра, какъ она не учетлива, еще не настоящая абсолютно, потому что въ прежнія времена, когда не было установлено клеймить бродягъ, они бѣгали толпами въ Россію и возвращались въ ссылку подъ другими именами, когда въ сущности это было одни и тѣ же люди; да и нынѣ бродяжничаютъ много изъ привиллегированныхъ сословій, т. е. изъ такихъ ссыльныхъ, которые не бывъ наказаны тѣлесно при первой подсудности, пользуются этимъ, чтобы бѣжать и по поимкѣ называются произвольно, какъ хотятъ. Такъ что изъ итога 304,618 л. о. и. исключивъ добровольно прошедшихъ 23,285 л. о. п., которые и въ Сибири пользуются полной свободой дѣйствій и всѣмі правами своего состоянія, и равнымъ образомъ исключивъ вѣрныхъ 100,000 человѣкъ въ теченіи 35 льтъ бѣгавшихъ и снова возвращаемыхъ въ Сибирь за бродяжество (что составитъ менѣе 3000 въ годъ, цифра очень малая если сообразить огромные побѣги съ рудниковъ, заводовъ, съ поселенія), то останется приблизительно вѣрный итогъ 181,333 л. о. п., что раздѣливъ на 35 лѣтъ, дастъ по 5180 л. о. п. въ годъ, или по 1 ссыльному на 13,847 жит. о. и. населенія всего государства, полагая его приблизительно нынѣ 73 милліона. Что мы говорили сейчасъ о всѣхъ ссыльныхъ вообще (никого и ни по какимъ дѣламъ не исключая), то съ тѣмъ же чувствомъ добросовѣстности и правдивости, слѣдуетъ раскрыть Европѣ и Россіи и о ссылкѣ политической, о которой такъ много кричитъ Европа и толкуетъ про себя Россія. Предъ священнѣйшимъ коронованіемъ государя императора Александра Николаевича, то есть къ 26 августа 1856 года всѣхъ лицъ, состоявшихъ подъ надзоромъ государственной и простой полицій, на пространствъ всего государства, а именно не только находившихся въ ссылкѣ въ Сибири, но и размѣщенныхъ на жительстве внутри Россіи, было только 11,142 человека. – Въ начале 1856 года говоритъ Министръ внутреннихъ делъ, въ отчете своемъ за 1856 годъ, подъ надзоромъ полиціи находилось 10839 человекъ (дворянъ и чиновниковъ 2,939; купцовъ, мещанъ и другихъ званій 7,529; кавказскихъ горцевъ 371), изъ которыхъ не более 900 были по судебнымь приговорамъ лишены всехъ, или некоторыхъ правъ состоянія. Большая часть изъ нихъ состояла подъ надзоромъ долгое время и постоянно одобрялась въ поведеніи. Въ день священнаго коронованія Государя императора, 3927 лицъ освобождены изъ-подъ надзора полиціи Освобожденіе 5032 лица, отданныхъ подъ надзоръ по судебнымъ приговорамъ, предоставлено губернскимъ начальствамъ. За темъ къ 1-му января 1857 года, осталось состоящихъ подъ надзоромъ 1,878 лицъ. Независимо отъ сего по Высочайшимъ повелѣніямъ, отмененъ надзоръ за отставными оберъ-офицерами, поселившимися въ Западномъ крае и за бывшими воспитанниками Виленской медико-хирургической академіи. Офицеровъ избавлено было отъ надзора 224, медиковъ 79.»

И такъ на пространстве всего государства состояло подъ надзоромъ Полиціи по разнымъ политическимъ и гражданско-судньмъ последствіямъ, всего только 11,142 человека, на населеніе въ 73 милліона, т. е. 1 изъ 6500 д. о. п. Пропорція конечно ничтожная, если сообразимъ, что изъ этого числа 11,142 человекъ, состояло подъ надзоромъ полиціи только 900 человекъ, лишённныхъ или всехъ правъ, или части правъ и преимуществъ состоянія, и что по русскимъ законамъ потеря правъ состоянія съ отдачей подъ надзоръ полиціи, можетъ быть назначаема и не по однимъ деламъ политическимъ и не всегда съ непременной ссылкой въ Сибирь. И такъ, строгая истина заставляетъ сознаться, что и понятія о русской политической ссылке были преувеличены, тоже безъ всякаго основанія и безъ всякой справедливости.

Политическіе ссыльные пользовались прежде, пользуются и донынѣ всѣми возможными облегченіями. Имъ только не даютъ права разъезда внѣ мѣста ихъ жительства; по эта предосторожность, вызванная силою обстоятельству всюду въ дѣйствіи и за границей. Въ Сибири нѣтъ Шпильберга, Ламбессы, Майоты, БотаниБея. Политические ссыльные, числящіеся въ каторжной работѣ, нигде не употребляются для этой работы и живутъ на свободе. Числящіеся же на поселеніи получаютъ ежегодно отъ правительства пособіе денежное, до 114 р. сер. въ годъ и по 15 десятинъ на душу пахатной земли и покосовъ, если хотятъ заниматься хозяйствомъ. Съ 1826 года, когда по мятежу 14 декабря 1825 года, были сосланы въ Сибирь лица сужденныя верховнымъ уголовнымъ судомъ, и по настоящее время (1860 годъ) все политическіе ссыльные, отъ трехъ, последовательно бывшихъ въ теченіи этихъ 34 летъ шефовъ жандармовъ, – графа Бенкендорфа, князя Орлова и князя Долгорукова, пользовались и пользуются доныне самымъ благороднымъ, самымъ великодушнымъ вниманіемъ, и все, что только могли они делать для ихъ облегченія, делалось и делается доселе. Вотъ строгая правда. И что можетъ быть достойнее правительства просвещеннаго, скажите?

Ссыльные въ Сибири делятся на каторжныхъ, поселенцевъ, водворенныхъ рабочихъ и ссылаемыхъ на житье. Каторжной работы нынѣ три вида: крепостная (самая тяжкая, потому что она соединена съ тюрьмой и военной дисциплиной), рудничная (исключительно въ Нерчинскихъ рудникахъ, за Байкаломъ), и заводская (на казенныхъ винокуренныхъ и соловаренныхъ заводахъ), Поселенцы или приписываются къ деревнямъ старожиловъ, или составляютъ новыя селенія. При хорошемъ поведеніи они могутъ выходить чрезъ 10 лѣтъ въ крестьяне и мѣщане. Оба разряда, каторжные и поселенцы (до перехода этихъ послѣднихъ въ свободное состояніе, городское или сельское) «умираютъ политически», при самой ссылкѣ, т. е. теряютъ всѣ права состоянія и семейныя. Водворенные рабочіе (видъ поселенія безъ потери правъ) послѣ 3¹/₂ лѣтъ добропорядочнаго житья могутъ перечисляться въ мѣщане и крестьяне, и даже выѣзжать въ Россію, кромѣ жительства въ той губерніи изъ которой сосланы. Наконецъ ссылаются на житье, съ временнымъ заключеніемъ, или безъ онаго, лица разныхъ званій и по разнороднымъ легкимъ наказаніямъ, удаляются помѣщиками и обществами за дурное поведеніе, правительствомъ и административнымъ порядкомъ, судебными приговорами. Безсрочная каторжная работа налагается только за тягчайшія уголовный преступлснія и замѣняетъ въ Россіи смертную казнь. Высшій же срокъ каторжной работы, но преступленіямъ уголовнымъ, вообще 20 лѣтъ въ крѣпостяхъ или рудникахъ. Въ гражданской каторжной работѣ въ рудникахъ и на заводахъ каторжные сперва «испытываются», потомъ, но удостовѣреніи въ ихъ добромъ поведеніи, пользуются свободой и правомъ домообзаведенія. Въ Нерчинскихъ рудникахъ и на сибирскихъ винокуренныхъ и соловаренныхъ заводахъ, есть много каторжныхъ торгующихъ и съ порядочными капиталами. Дѣти ихъ пользуются уже всѣми правами свободнаго состоянія и есть примѣры, что они не только выходили по коронной службѣ въ чиновники, но торгуя и записавшись въ купцы, дѣлались милліонерами. Таковъ забайкальскій торговый домъ Кандинскихъ родоначальникъ котораго Петръ Кандинскій былъ сосланъ изъ русскихъ крестьянъ въ каторжную работу въ Нерчинскіе рудники, женился тамъ, принялся торговать сперва коробочно, а дети его, Хрисанфъ и Алексей, сдѣлались коммерціи – советниками, почетными гражданами и имеютъ теперь до 7 милліоновъ оборотнаго капитала. Въ заключеніе замѣтимъ еще, что ни одно великое событіе въ государстве, въ теченіи этихъ 34 лѣтъ, съ 1825 по 1860 годъ, не прошло, чтобы и простые ссыльные не воспользовались милостями Государей, прощеніемъ и смягченіемъ участи, даже возвращеніемъ на родину, не говоря уже о многочисленныхъ милостяхъ, оказанныхъ ссыльнымъ политическимъ. Въ 1826 году восшествіе на престолъ императора Николая Павловича и его коронованіе (манифесты 1 января и 22 августа); въ 1837 году – путешествіе въ Сибирь, въ 1841 году – восшествіе на престолъ, а въ 1856 году – коронованіе нынѣ царствующаго Государя Императора (высочайшiй указъ 22 іюля 1837 года, манифесты 17 апреля 1841 года, 27 марта 1855 годаи 26 августа 1856года) – были ознаменованы тоже для Сибири и ея ссыльныхъ разнаго рода льготами, милосердіемъ и забвеніемъ ирошедшаго для многпхъ! Скажемъ опять, что же можетъ быть достойнее? И это ли та страшная Сибирь, которую евронейскіе публицисты и самая Россія представляютъ до сихъ поръ «міромъ тѣней», обителью скорби и плача, какимъ то пустыннымъ враемъ, создаинымъ только для вѣчныхъ мученій ссылки?

Сибирь была издревле известна русскому народу. Еще первый русскій лѣтописецъ, преподобный Несторъ, (инокъ знаменитой Кіево-Печерской лавры, жившій во второй половинѣ XI столѣтія) въ своей «повести временныхъ лѣтъ» передавалъ своимъ современникамъ темныя преданія старины и о далекой Сибири. «Се же хощу сказати, говоритъ онъ, – «яже прежде сихъ лѣтъ четырехъ сказа ми Гуро Тогоровичъ Новогородецъ, послалъ отрока своего въ Печеру, людіе же суть дань дающе Новугороду, и пришедъ отрокъ мой къ нимъ, оттуда иде въ Югру; Югра же суть языкъ нѣмъ и сосѣдятъ съ самоядью, на полуночныхъ странахъ». Первый походъ Новогородцевъ въ Югру, подъ предводительствомъ Умбата, относится къ 1030 году. Въ 1093 году,Зыряне, но словамъ лѣтописца, «прорубили оконце» въ Сибирь, т. е. прорубили просѣку лѣсомъ чрезъ Уральскій хребетъ до Оби и проложили себѣ путь отъ рѣки Вогулки до рѣки Сосвы. Съ развитіемъ вольности и могущества великаго Новогорода, а именно въ ХПІ столѣтіи, толпы отважныхъ Новогородцевъ устремились въ Біармію (нынѣ Пермскую губернію) искать добычи: драгоцѣнныхъ мѣховъ и закамскаго серебра. Вятка была населена выходцами Новогородскими. Тайна могущества, богатства и торговли Новогорда никогда не была понята и оцѣнена нашими историками, даже Карамзинымъ. Новогородъ былъ посредникомъ между Сибирью и Европой. Изъ Приуралья и Зауралья онъ доставалъ пушнину, серебро, золото, мѣдь и съ огромными выгодами сбывалъ это тогдашней Европѣ, еще невѣжественной и бѣдной. Лишь сѣверная торговля подняла и Новогородъ и Ганзу. Съ открытіемъ Америки торговля нашла мѣха, серебро, золото въ болѣе доступныхъ ей странахъ и сѣверный край упалъ, обѣднѣлъ и обезлюдѣлъ. Іоаннъ III, безсмертный собиратель земли русской, четыреста лѣть тому назадъ (въ 1462 году) свыше дарованный Россіи, чтобы указать ей пути величія и наступательнаго движенія впередъ: и къ берегамъ Дуная и въ пустыни Сибирскія, – въ 1465 году (стало быть лишь чрезъ 3 года послѣ своего воцаренія) уже обратилъ прозорливый взглядъ свой на Приуральскія страны и послалъ устюжанина Василія Скробу, съ охочими людьми, воевать Югорскую землю. Въ 1483 году рать великокняжеская, подъ предводительствомъ князя Ѳедора Курбскаго и Ивана Тропина, двинулась 9 мая изъ Устюга на Пермь, въ землю Вогуловъ, дошла до устья рѣки Пелыма, впадающей въ Тавду (гдѣ нынѣ историческій Пелымъ, мѣсто заточенія герцога Бирона и Фельдмаршала Миниха) и Тавдой, а потомъ Тоболомъ, проникла въ Иртышъ и Обь и разгромила всѣ племена, населявшія тогда эти пустыни. Доказательство, что уже въ концѣ XV столѣтія, Западная Сибирь была извѣстна МосквѢ, еще за 100 лѣтъ до Ермака. Въ числѣ покоренныхъ тогда племенъ находимъ Вогуловъ, Татаръ, Остяковъ и Самоѣдовъ, доселѣ, чрезъ 400 лѣтъ, на тѣхъ же мѣстахъ обитающихъ. Вогулы, Остяки и Самоѣды – племена финскія, оттѣсненныя на крайній сѣверъ, при наступательномъ движеніи Монголовъ изъ глубины средне-азійскихъ пустынь въ Россію и Европу, – были тогда уже данниками Татаръ, но и Татары, нѣкогда поработившіе Россію и угрожавшіе Европѣ,были тогда уже только тѣнью воиновъ Тамерлана и Чингизъ – Хана. Еще существовали татарскія царства въ Астрахани, въ Казани, даже въ Сибири, куда ханы Казанскіе простерли постепенно свои завоеванія и гдѣ создалось ханство Туранское и Сибирское; по это уже была тѣнь нѣкогда грозныхъ ордъ Батыя. Въ 1499 году Іоаннъ III предпринялъ опять походъ на Сибирь. Рать его, подъ предводительствомъ князя Семена Оедоровича Курбскаго и князя Петра Ушатаго, двинулась тоже изъ Устюга 21 ноября; 17 дней переходила «каменный поясъя», т. е. Уральскія горы, достигла Ляпина, остяцкаго городка, (нынѣ село Ляпинское, въ Кондинскомъ отдѣленіи Березовскаго округа) и завоевала всю землю Югорскую и Обдорскую. Съ того времени внесены въ царскій титулъ названія князя Югорскаго, Обдорскаго и Кондійскаго. Нѣтъ сомнѣнія, что настойчивый Іоаннъ III, покорившій Новогородъ и Псковъ, не отсталъ бы и отъ покоренія Сибири, но со смертію его великая государственная мысль эта пріостановилась. Разгромъ Новогорода при Іоаннѣ IV, смуты междуцарствія и укрѣпленіе крестьянъ за помѣщиками, способствовали быстрому заселенію Приуралья, гдѣ «именитые люди» Строгановы уже во времена Іоанна IV завели соляныя варницы по Камѣ и Чусовой, строили укрѣпленные городки, торговали, а иногда и воевали съ дикими сосѣдями, но русскіе все-таки не проникали еще за хребетъ Уральскій, чтобы за нимъ селиться. Игра случая развила и привела въ исполненіе великую государственную мысль Іоанна III. Въ 1581 году, стало быть ровно 100 лѣтъ спустя послѣ похода князя Ѳедора Курбскаго, производившіе разбои по Волгѣ, донскіе бѣглецы, вытѣсненные изъ приволжскихъ странъ царскими воеводами, бросились вверхъ по Камѣ къ предѣламъ Пермскимъ и, вспомоществуемые дальновидными Строгановыми, пустились воевать Сибирь. Атаманъ этихъ удальцовъ, Василій ТимофѢевъ, но прозвищу Ермакъ, (что означало у волжскихъ разбойниковъ и у запорожцевъ днѣпровскихъ «кашеварный котелъ» братскую связь артели) поднялся по рѣкамъ Чусовой и Тагилю въ рѣку Туру, покорилъ окрестныхъ Вогуловъ и Татаръ, разбилъ 26 октября 1581 года сибирскаго хана Кучума и взялъ его городъ Искеръ въ 19 верстахъ отъ нынѣшняго Тобольска. Подобно Кортецу и Пизарро, онъ понялъ необходимость опереться на свое отечество, воззвалъ къ царю, и Іоаннъ ІУ поспѣшилъ подкрѣпить отважнаго витязя дружиной стрѣльцовъ московскихъ, подъ предводительствомъ воеводы князя Болховскаго. Ермакъ погибъ въ ночной битвѣ съ Татарами 5 августа 1584 года, но русскіе не покинули уже Сибирь, какъ во времена двукратныхъ походовъ при Іоаннѣ III. Москва поняла, что пришло время, и по теченію рѣкъ, шагъ за шагомъ, русскіе пришлецы (какъ нѣкогда предки ихъ Норманны) начали углубляться въ Сибирь и покорять всѣ окрестныя племена, строя, гдѣ того требовали военныя соображенія, укрѣпленные рубленные деревянные городки или острожки, собирая ясакъ, или дань пушнымъ звѣремъ, и съ оружіемъ въ рукахъ, чрезъ мѣну и куплю, знакомясь все болѣе и болѣе съ туземцами и пріобрѣтая полезный свѣдѣнія о дальнѣйшихъ путяхъ своихъ. Не то ли же самое видимъ мы и нынѣ, чрезъ 300 лѣтъ, на берегахъ Или и Амура?

И какъ древніе Норманны оставались въ Европѣ, а потомъ остались и въ России, входя на морскихъ ладьяхъ въ устья рѣкъ, поднимаясь по нпмъ, укрѣпляя стратегическіе пункты и упрочивая въ нихъ осѣдлостью осадки своего племени. – такъ и русскіе, не только въ тѣ отдаленныя времена, но и донынѣ продолжають, шагъ за шагомъ, свое наступательное движете въ глубину этой дряхлой Азіи, ждущей животворящаго духа христіанства и цивилизаціи, чтобы достигнуть можетъ быть такого развитія, какого никогда не достигала и не достигнетъ Европа. Чрезвычайно любопытно это постепенное завоевание Сибири. Первое русское заселеніе въ Сибири – это нынѣшняя богатая и торговая Тюмень, основанная въ 1585 году, вскорѣ послѣ смерти доблестнаго Ермака, погибшаго въ ночной битвѣ съ Татарами 5 августа 1584 года. Основателями ея были царскіе воеводы Василій Сукинъ и Иванъ Мясной. Они соорудили въ Тюмени и первую въ Сибири церковь, во имя Рождества Богородицы. Въ 1587 году основанъ Тобольскъ письменнымъ головой Данилой Чулковымъ; въ 1592 году – Пелымъ, въ землѣ Вогуловъ, воеводой княземъ Петромъ Горчаковымъ; въ 1593 году – Березовъ и Обдорскъ, воеводой Никифоромъ Траханіотовымъ, и Сургутъ, княземъ Ѳедоромъ Варятинскимъ; въ 1594 году – Тара, воеводой княземъ Андреемъ Елецкимъ; въ 1595 году – Нарымъ, уже въ предѣлахъ нынѣшней Томской губерніи; въ 1600 году – Туринскъ, воеводой Иваномъ Лихаревымъ-, въ 1611 году – Томскъ; въ 1618году – Енисейскъ; въ 1626 году – Красноярскъ; въ 1635 году – Иркутскѣ въ 1656 году – Нерчинскь и Албазинъ на Амурѣ, воеводой Аѳанасіемъ Пашковымъ. Такимъ образомъ, въ 71 годъ русскіе завоевали всю иынѣшнюю Сибирь, отъ предгорій Уральскихъ до Амура, укрепились въ ней, дали ей русскую вѣру, русскій языкъ, русскіе законы, русскіе обычаи, создали ее на страшномъ пространстве 7000 верстъ именно такою, какою мы ее и донынѣ видимъ. Явленіе безпримѣрное въ исторіи человечества, доказывающее зависящее отъ провиденія, мировое назначеніе Россіи въ странахъ азійскихъ!

На юге поступательное движеніе русскаго племени выполняетъ другую задачу – обладаніе Средней Азіей. Въ 1618 году основанъ Кузнецкъ, уже у предгорій Алтая, т. е. 7 летъ спустя основанія Томска. Въ 1653 году послѣ многолетней и трудной борьбы съ воинственными ордами калмыцкими и киргизскими – Курганъ; въ 1659 году – Ялуторовскъ въ 1670 году – Ишимъ, куда переносится немедленно и военная линія изъ Кургана и съ рѣки Тобола на реку Ишимъ; въ 1709 году – Бійскъ, у окраины Киргизской степи; въ 1713 году – Колывань, для упроченія Барабы; въ 1716 году – Омску нынешній стратегическій и административный центръ всей Западной Сибири; въ 1750 году – Петропавловскъ куда опять переносится военная линія изъ Ишима на самую окраину Киргизской степи и проводится граница отъ Сибирскаго редута (у нынешней Оренбургской губерніи) до Омска на пространствѣ 537 верстъ; въ 1757 году – Семипалатинскъ у уклоненія Иртыша, въ Киргизскую степь; въ 1789 году – Усть-Каменогорскъ въ 1791 году – Бухтарминскъ и такимъ образомъ Ишимско-Иртышская линія охватываетъ все пространство отъ предгорій Урала до Западнаго Китая. Въ 1799 году русскіе переходятъ чрезъ Беринговъ проливу ступаютъ на материкъ Америки и учреждаютъ Россійско-Американскую Компанію. Между тѣмъ Сибирь населяется, Нерчинскіе и Алтайскіе заводы даютъ обильно серебро; въ Киргизской степи линія углубляется къ югу, строятся казачьи станицы и етепныя укрѣпленія, учреждается въ Омскѣ Пограничная Коммиссія, для управленія Киргизскими ордами, русскіе орлы уже появляются въ виду Западнаго Китая, Коканда, Хивы и Бухаріи. Въ 1854 году открываются въ самой степи Сибирскихъ Киргизовъ двѣ области: Семипалатинская и Сибирскихъ Киргизовъ, а центры окружныхъ приказовъ переименовываются въ города. Копалъ, – дотолѣ станица сибирскаго линейнаго казачьяго войска, благодаря политической дальновидности бывшаго генералъ-губернатора Западной Сибири, дѣлается значительнымъ военнымъ и торговымъ городомъ, будущимъ центромъ стратегическо-поступательнаго движенія русскаго племени въ самую глубь средней Азіи. 13 мая 1857 года открывается въ Копалѣ окружный Приказъ Военно копальскаго округа, 619 верстъ южнѣе Семипалатинска, въ Семирѣчинскомъ краѣ. Въ 1859 году открывается еще южнѣе военный округъ Алатавскій, въ богатомъ Заилійскомъ краѣ, – этой Италіи Западной Сибири, у самыхъ воротъ вглубь Китая. Здѣсь городъ Алматы, или укрѣпленіе Вѣрное, уже 300 верстъ еще южнѣе Копала; значитъ поступательное движеніе Россіи въ глубину Средней Азіи уже ушло на 1000 почти верстъ отъ Семипалатинска. А между тѣмъ на другой оконечности Сибири, графъ Муравьевъ Амурскій тоже заселяетъ берега Амура отъ Нерчинскаго завода до Восточнаго океана; открываются и тамъ двѣ новыхъ области Амурская и Приморская, воздвигаются города Благовѣщенскъ, Софійскъ, Николаевскъ (всѣ по теченію Амура, а послѣдній при впаденіи его въ Восточный океанъ); и наконецъ, трактатомъ, заключеннымъ съ Китаемъ въ Тянь-Цзанѣ 1 іюня 1858 года, – православію, русской цивилизаціи и торговлѣ, открыта эта громадная и уже распадающаяся имперія, съ 175,000,000 язнѣженныхъ ея жителей, – добыча верная, предназначенная совершить всемирный переворотъ въ политике и выдвинуть на арену международныхъ соперничествъ и бореній такой Римъ, какого не достигалъ древній и не чаяла донынѣ Европа.

И благодаря великимъ государственнымъ дѣятелямъ, съ геніальнаго прозренія въ даль Іоанна III, до геніальнаго прозрѣнія въ даль Государя Императора Александра Николаевича, благодаря усиліямъ умныхъ правителей Сибири, войска и народа русскаго, благодаря терпѣливому, но настойчивому духу Россіи, ибо подобньмъ лишь духомъ созидаются великіе народы и великіе люди – она пришла теперь къ разрешенію трехсотъ летней задачи: «какую пользу можетъ принести ей далекая Сибирь? Флагъ съ Андреевскимъ крестомъ уже развевается въ гаваняхъ ея на Восточномъ океанѣ; изъ Николаевска – еще съ терпѣніемъ, еще съ настойчивостью, можно будетъ сдѣлать Севастополь для Индіи, Китая и всего крайняго Востока, можно будетъ иметь и морскія колоніи, сделаться, какъ Англія и Франція, первостепенной морской державой! А двуглавый русскій орелъ на знаменахъ Россіи уже расправляетъ свои широкія крылья на берегахъ Или, въ виду Средней Азіи и англійскихъ аванпостовъ въ Индостане... Пусть Европа прочтетъ эти строки! Она еще не знала, что дѣлаютъ русскіе въ этой далекой и страшной Сибири; она еще не понимала, что ей готовится на этомъ громадномъ полѣ битвъ... Узнаетъ и... призадумается!

Управленіе Сибирью шло тоже рука объ руку съ этимъ просвещающимъ и просвещающимся движеніемъ впередъ. Съ Іоанна IV до Петра Великаго развивавшіеся постепенно города сибирскіе были вверяемы воеводамъ и здесь къ чести государственнаго ума и прозорливости нашихъ древнихъ царей, слѣдуетъ заметить, – воеводамъ, изъ знатнейшихъ родовъ. Нѣтъ въ Россіи почти ни одного княжескаго или извѣстнаго дворянскаго дома, который бы не далъ Сибири не только главныхъ воеводъ, правителей края, сидѣвшихъ въ Тобольскѣ, тогдашнемъ центрѣ военномъ, гражданскомъ духовномъ и политическомъ по и воеводъ въ самые маленькіе городки отъ Тюмени до Амура. Мы привелп несколько именъ завоевателей еще до Ермака; а потомъ и строителей городовъ, пѣстуновъ раздавшейся гражданственности сибирской. Уже въ тѣ начальные времена сибирской исторіи встрѣчаемъ мы здесь князей Курбскихъ (Ѳедора и Семена), Волховскаго, Елецкаго, Барятинскаго, Горчакова; дворянъ Траханіотова, Сукина, Мяснаго, Лихарева. Въ 1590 году, стало быть только 5 лѣтъ послѣ основанія перваго города въ Сибири, Тюмени, и на третій годъ по основаніи Тобольска, царь Ѳедоръ Іоанновичъ, уже назначаетъ перваго главнаго воеводу Сибирскаго края, боярина князя Владиміра Васильевича Кольцова-Мосальскаго. Съ этого времени и до начала ХVШ столѣтія Сибирь управляется исключительно древними княжескими и дворянскими родами. Приведемъ имена нѣкоторыхъ изъ этихъ правителей, которымъ сибирскій лѣтописецъ отдаетъ преимущество и хвалу за ихъ «боярское сердце». Въ этой прекрасной и выразительной хвалѣ заключалось тогда все: щедрость, великодушие, просвѣщеніе, сила души и воля! И для потомства, – вспомнивъ тѣ трудныѣ времена, когда точно были надобны и умъ государственный, и большая дѣятельность, чтобы создать изъ Сибири подобіе Россіи; дать ей города, соборы, крѣпости, войско, законы, общежитіе, обители въ подражаніе славньмъ обителямъ русскимъ, даже кремли и св. Софіи, чтобы связать душу и мысль Сибири съ Кремлемъ московскимъ св. Софіями Новогорода, Кіева, Византіи, – для потомства должно воскресить имена этихъ главныхъ деятелей, представителей родословнаго русскаго дворянства, которое создало и продолжаетъ созидать Россію умомъ, мечемъ, крестомъ, закономъ, даже самоотверженными жертвами, когда онѣ необходимы; которое дало Россіи Казань, Астрахань, Сибирь, Крымъ, Кавказъ, Литву, Польшу, Финляндію, добровольно отказалось нынѣ отъ вѣковыхъ правъ; которое было всегда впереди, въ челѣ прогресса и новыхъ идей для націи и есть донынѣ благороднейшее достояніе Россіи и ея судебъ историческихъ!

1587 годъ. Бояринъ, князь Владиміръ Алексѣевичъ Кольцовъ-Мосальскій

1592 – Князь Иванъ Петровичъ Лобановъ-Ростовскій.

1594 – Князь Меркурій Александровичъ Щербатовъ.

Князь Александръ Алексаидровичъ Волконскій.

1598 – Иванъ Ивановичъ Внуковъ.

1606 – Князь Романъ Ѳедоровичъ Троекуровъ.

1609 – Князь Иванъ Михайловичъ Кафтыревъ-Ростовскій.

1622 – Бояринъ Матвѣй Михайловичъ Годуновъ.

1624 – Князь Юрій Яншѣевичъ Сулешевъ-Черкасскій.

1636 – Стольникъ, князь Мпхаилъ Михайловичъ Темпикъ-Ростовскій.

Андрей Васильевичъ Волынскій.

1639 – Князь Петръ Ивановичъ Пронскій.

1646 – Князь Григорій Семеновичъ Куракинъ.

Князь Михаилъ Семеновичъ Гагаринъ.

1648 – Бояринъ Иванъ Ивановнчъ Салтыковъ.

1650 – Стольникъ Василій Борисовпчъ Шереметевъ.

1652 – Стольникъ князь Василій Ивановичъ Хилковъ.

Ефимъ Ѳедоровичъ Болтинъ.

1665 годъ. Князь Алексѣй Андреевичъ Голицынъ. Григорій Ѳедоровичъ Бутурлинъ .

1667 – Бояринъ, князь Петръ Семеновичъ Прозоровскій.

Стольникъ, князь Борисъ Александровичъ Солнцевъ-Засѣкинъ.

1668 – Стольникъ Петръ Ивановича Годуновъ.

1672 – Бояринъ, князь Иванъ Борисовичъ Рѣпнинъ.

1676 – Бояринъ, Петръ Михайловичъ Салтыковъ.

Стольникъ Петръ Петровичъ Салтыковъ. Иванъ Федоровичъ Пушкинъ.

1679 – Бояринъ Петръ Васильевичъ Меньшой – Шереметевъ.

Стольникъ Иванъ Ивановичъ Глѣбовъ.

1630 – Бояринъ Алексѣй Петровичъ Головинъ.

Стольникъ Богданъ Дмитріевичъ Глѣбовъ.

1681 – Стольникъ Алексѣй Семеновичъ Шеинъ.

Стольникъ Михаилъ Васильевичъ Приклонскій.

1689 – Бояринъ, князь Алекеѣй Андреевичъ Голицынъ.

1702 – Бояринъ, князь Михаилъ Яковлевичъ Черкасскій.

Стольникъ, князь Алексѣй Михайловичъ Черкасскій.

и 1711 – Стольникъ Иванъ Ѳомичъ Бибиковъ.

Это лишь «главные воеводы» съ «товарищи», сидѣвшіе въ «царствующемъ градѣ Тобольскѣ, какъ онъ названъ въ надписи на посохѣ, врученномъ 8 сентября 1621 года, святѣйшимъ патріархомъ Филаретомъ Никитичемъ Романовымъ, первому архіепископу сибирскому Кипріану при хиротонисаніи его въ Московскомъ Успенскомъ соборѣ. Но и во всей Сибири до начала же ХѴIII столѣтія, отъ Тюмени, гдѣ воеводой Григоріемъ Баратынскимъ построена въ началѣ XVI столѣтія крѣпость для отраженія хищныхъ Ногайцевъ и Калмыковъ, до Албазина, гдѣ въ 1685 году геройски защищался отъ многочисленной китайской арміи воевода Василій Телбухинъ, – знаменитые княжескіе и дворянскіе роды вмѣняли себѣ въ честь и въ славу идти служить въ далекую Сибирь, часто подвергаясь лишеніямъ голода, холода и даже смерти среди этихъ снѣжныхъ пустынь и дремучихъ урмановъ! Но любовь къ отечеству, желаніе упрочить ему страну богатую, полную государственной будущности, руководили ими. Они не ошиблись!