Текст книги "Маг 9 (СИ)"

Автор книги: Иннокентий Белов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Говорим друг другу последние слова, тянуть больше нечего. Брат садится на камень, я отдаю ему все его вещи, еще лыжи с палками складываю рядом и связку дров с карабином в чехле. Один Палантир лежит в рюкзаке, пока ему и такого аккумулятора хватит. Если сразу не начнет играть в Нагибатора. Или просто не придется выживать.

Отправляется он на третью по списку планету, где один из Храмов расположен ближе к линии экватора, чем к полюсам.

Последний хлопок по стенке сформировавшейся капсулы и все, я отхожу подальше, смотрю на сам процесс со стороны впервые в жизни.

Капсула долго висит в воздухе и у меня закрадывается сомнение, что ей можно пользоваться в такое зимнее время. Да еще при температуре минус двадцать градусов. Минут десять идет подготовка переноса, а потом она мгновенно исчезает, мигнув пару раз на прощание.

– Удачи, Брат! – прощаюсь я с ним.

Так, теперь придется подождать какое-то время, как я понимаю, поэтому копаю себе узкий проход от основной площадки до ближайшей ели и делаю себе под ее ветками укрытие. Параллельно дороге, которой мы добрались сюда, чтобы оказаться с ней рядом. Нарезаю снег лопатой кирпичами, строю себе укрытие от мороза и наблюдения с воздуха. Не думаю, чтобы нас уже искали на вертолете с тепловизором, однако, делать все равно нечего. Записываю себе на всякий случай место и Храм, куда отправился Брат. Мало ли, ослабею на память с этими перелетами.

Время тянется очень медленно, а я вскоре понял, что капсула вернется не так сразу на исходную позицию,

Чтобы навести кое-какую маскировку и не мерзнуть лишнего, закопал хорошо натоптанную тропу от места, где тогда остановились на снегоходах, до самой капсулы. Закопал и замел веткой ели, чтобы сверху она не бросалась в глаза. С земли опытные люди все разглядят, если вскоре не пойдет снег и не засыплет все наши следы.

Себе устроил узкую щель в снегу, проложив ее из моего укрытия в обход до берега и там уже под берегом. Едва только пропихнуться по очереди с обоими рюкзаками, лыжами и пакетами по колено в снегу. Оставил все добро около самой капсулы, с собой у меня карабин, фузея, Палантиры и лопата, немного еды в пакете. Каждые пятнадцать минут возвращаюсь узеньким проходом к площадке и проверяю магическим взглядом наличие капсулы, однако, ее нет уже четыре часа.

– Скоро появится погоня, – понимаю я.

Доберутся спецслужбы до коттеджа родителей, сделают там обыск, попугают всех как смогут. Соседи расскажут, да и родители тоже, как мы ушли на лыжах по дороге. Меня родители не видели вблизи, однако, Брата точно взглядами провожали, когда он вещи носил. Потом найдут место, где мы ушли в лес и отправят за нами погоню.

Да, трудно будет понять всем этим розыскникам, зачем мы ушли в глухие места, ведь летать мы не умеем, чтобы скрыть свои следы. Даже при полете на реактивном ранце они останутся. Да и лавировать на такой тяге между деревьев в густом лесу – смерти подобно. Будут думать, что мы устроили себе землянку в лесу и собираемся пересидеть какое-то время погоню и дальнейшие поиски.

Ну, пусть думают, разубеждать и давать какие-то подсказки не стану, плохо, что точно найдут один тайник и, возможно, второй с драгоценностями. Да и черт с ним, от этих камней одни проблемы!

Давно уже полностью стемнело в зимнем лесу, приходится постоянно использовать фонарик с ручным приводом. Мы таких по два захватили с собой, не считая еще камни-светильники и другие фонарики на батарейках с запасом.

Темнота в чужом мире – особенно невыносима, да и в лесу она мешает очень.

Рев моторов я услышал еще через два часа, когда с момента отлета Брата прошло уже шесть часов. Снегоходы, я даже знаю, чьи именно, мчатся по нашему хорошо заметному следу. Наверняка, что у родителей забрали.

– Эх, хорошо Брату, уже улетел и ни о чем не беспокоится. А у меня очередные проблемы намечаются, мне еще придется повоевать.

– Два снегохода, значит, четверо догоняющих, – понял я и занял место около площадки, где пропадают наши следы. Карабин я решил поберечь, приклад мне еще пригодится, поэтому срубил себе здоровый дрын заранее и обтесал его для удобного хвата. Времени у меня оказалось много, а теперь еще внутри грызет беспокойство – что делать, если капсула вернется через сутки или даже трое? Как путешественник восстановится на Столе?

Я хорошо готов к жизни в снегу, есть в одном из рюкзаков тонкий тент, чтобы растянуть его и обложить снегом. Могу устроить себе жилище на какое-то время. Можно будет даже костерок развести в укрытии, есть зимний спальник с пенкой, приторочены сейчас к одному из рюкзаков, спиртовая горелка с таблетками, чтобы попить горячего чая или суп сварить. Много калорийной еды.

В общем, в лесу даже на двадцатиградусном морозе я худо-бедно выживу. Намучаюсь изрядно, конечно.

Только, меня же ищут и вскоре займутся этим делом всерьез. Поднимут вертолеты, выгонят на прочесывание срочников из учебок и начнут облаву по всем правилам.

Особенно, когда посланные за нами в погоню пропадут со связи.

А ведь им придется точно пропасть на какое-то время, чтобы не мешать мне готовиться к перелету.

Глава 12

Когда из-за деревьев выскочил первый снегоход с двумя ездоками на нем, я уже затаился в сугробе на пятачке. Накинул на себя невидимость при прямом взгляде и с легкой дрожью от холода и ожидания в руках жду продолжения погони. Луч яркого света скользнул по моей голове и умчался дальше освещать дорогу

Снегоход затормозил, как только водитель разглядел в луче фары, что пробитый путь кончается. Его понесло юзом от резкого торможения, оба молодца оказались прямо передо мной в пределах досягаемости из сугроба. У меня на глазах очки для ночного видения, правда, не на мощном литиевом аккумуляторе, а на самых обычных литиевых батарейках.

Надеюсь, что в отличии от аккумулятора они работать не перестанут при переносе.

Работает они средненько, однако, мне хватает зрения, чтобы уверенно и с толком приложиться по голове пассажира дрыном. И потом сразу же по голове начавшего поворачиваться в мою сторону водителя. Успел среагировать за секунду водитель, шустрый парень оказался, только, соскочить с сидения не успел. Оба валятся со снегохода и замирают, я забираюсь обратно в сугроб и замираю. А следом через пять секунд эту картину освещает фара второго снегохода. Теперь они уже настороже, медленно подъезжают, пытаясь рассмотреть произошедшее. Я накидываю на себя защитный купол, слышу как водитель докладывает куда-то о найденном снегоходе с потерявшими сознание напарниками.

– Больше никого не вижу, – доносится до меня.

– Есть, выполнять, – бодрым голосом рапортует водитель.

Ясно, что с высоким начальством разговаривает. Разыскивает всем срочно понадобившегося Лекаря, которого сами же и упустили, дебилы казенные. Этот же водитель и приходил ко мне сегодня утром, теперь должен не щадя живота своего начальство порадовать поимкой беглеца и его двойника.

Сейчас мне не так близко до пассажиров второго снегохода, однако, больше за ними никого не видно, поэтому придется рискнуть и их устранить на время. Непонятно, на какое именно, значит – лучше надолго и с гарантией.

Что не смогут мне мешать в ожидании возвращения капсулы и моем уходе на другие планы бытия из этого мира.

Я выпрыгиваю из сугроба, на этот звук хрустящего снега и мое движение пассажир в милицейской форме не успел отреагировать должным образом и упал под ударом дубины. Ну, обычный мент в звании капитана к таким разборкам и не должен быть готов.

А вот водитель в шапке-ушанке все успел, и меня заметить, и отскочить с сидения, и вытащить ствол одним движением, и передернуть затвор, и выстрелить один раз сначала мне в ногу.

Что-то видит при свете направленной в сторону фары, спецназер хренов!

Это один из тех ухарей, которые меня в медцентр приходили арестовывать. Хорошо, что купол отвел пулю без всяких болевых ощущений и даже без сильного толчка в упорную ногу. Я смог вторым прыжком подскочить к стрелку на дистанцию удара. Еще две пули успел выпустить ошеломленный мужик уже мне в грудь на автомате, прежде чем толстый конец дрына выбил его из сознания довольно жестко.

Не охренел ли он меня на глушняк валить? Ему что начальством приказано? Холить и лелеять Лекаря! Ну, я так надеюсь! А не холодный труп начальству показать!

Выстрелы в грудь купол уже хорошо почувствовал, такую сильную нагрузку, да и меня чуть не отшатнуло в сторону. Стрелок попал прямо, а не вскользь.

Пришлось бить не жалеючи, кто его знает, на сколько выстрелов в упор рассчитан купол. Поэтому вырубил с гарантией, что скоро не очнется. А, может быть, уже и никогда не придет в себя за такие некрасивые дела.

Ну, реально заслужил!

Вернулся к первому экипажу и снова добавил водителю, этот тоже оказался из утренней группы захвата. Похоже, как не справившихся с арестом Лекаря и проваливших простую операцию их послали искупать вину перед начальством.

Поэтому они догоняют меня на снегоходах без всякого прикрытия и кидаются в бой без разговоров.

Я снова кидаю магический взгляд на место, где должна появиться капсула и ругаюсь про себя:

– Уже шесть часов прошло, да когда же она материализуется? Мне что, тут сутки придется прятаться от служивых?

Делать нечего, я подтаскиваю первыми два самых опасных тела под свет фары работающего по-прежнему головного снегохода. Приготовленными еще тогда для бандитов веревками вяжу им пока руки сзади. Забрал веревки с собой в новую жизнь, поэтому специально недавно сходил к капсуле и достал их из бокового кармана. Обыскивать придется уже потом, когда спеленаю обоих оставшихся бойцов.

Что тогда четыре тела, что тут четыре рыла – мне нет разницы. Быстро и с большим опытом связаны руки у второй пары, потом сразу нейтрализуются ноги. Я возвращаюсь к первой паре, один их жлобов так и не пришел в себя, второй попытался достаточно ловко достать меня ногой из лежачего положения и попал опять по куполу.

Я оглянулся, где мой дрын, не нашел его взглядом и просто вырубил храброго и не сдающегося мужика ударом маны.

Теперь это уже не так важно, такое использование удара воздухом, как то, что я своим телом отбил три пули, выпущенные в упор очень хорошим стрелком.

И даже не кашлянул при этом ни разу.

Сразу сорвал гарнитуру с его башки, оборвал все проводки и выкинул подальше. Правда, выстрелы на том конце уже услышали, теперь точно серьезную тревогу объявят, раз оружие в ход пошло. До этого момента, наверняка, небольшие силы к нашему розыску привлекли, чтобы все кулуарно порешать в узком кругу заинтересованных лиц.

И провал с задержанием всем в будущем конкретно необходимого Лекаря скрыть.

Потом связал ноги оставшимся неудачникам и после этого уже начал продуктивный обыск. У всех нашлось оружие, у мента стандартный «Макаров» с двумя стандартными обоймами, а у остальных троих более солидные пистолеты с длинным стволом и патронов гораздо больше, по четыре—пять магазинов у каждого, а в них по восемнадцать патронов.

Готовы к долгим перестрелкам, а патроны у них в свободном доступе имеются, похоже.

– Черт, я точно не откажусь от таких подарков. Тут у них только патронов около двух с половиной сотен. Мне обязательно в новом мире пригодятся, да и за хлопоты мои с вашими телами придется поделиться, господа хорошие. Все стволы мне брать и не стоит. «Макарова» оставлю хозяину, а один из этих заберу со всеми магазинами в придачу, – негромко я бормочу себе под нос.

Да, пистолеты одного типа, как я могу рассмотреть при свете фар снегоходов.

Разворачиваю оба снегохода задом к моей норе и направляю свет от фар на лежащих рядом с друг другом мужиков.

Стащил их поближе, чтобы могли как-то греть друг друга, одеты они скорее по-городскому, а не для поисков и преследования опаснейших преступников в глубоких снегах Карелии.

Явно, что бросили искупать вину без подготовки и времени на то, чтобы найти подходящую одежду.

Ну, сейчас они точно понимают, что не простого коновала, искусно обманывающего доверчивых больных, они догнали, а матерого убийцу в дорогом бронике, который и спас мне жизнь.

Проходит еще пол часа в непрерывных хлопотах с переносом оружия к моим вещам, пришедшие в себя мужики дружно стонут, что замерзают и просят развязать.

– Может вам еще горячего какао с шоколадом? Очень хорошо выпить на морозе! Сам бы не отказался! Что-то вы не по сезону одеты! Пошли за шерстью да оказались стрижены? – не по месту веселюсь я, спуская свое нервное напряжение от ожидания капсулы.

Однако, делать нечего, одеты товарищи легонько, да и конечности стянуты мной, так и правда до ампутации дело дойдет. Вытаскиваю из своего убежища широкий синтетический тент и расстилаю его на снегу. Перетаскиваю одного за другим мужиков на него и готовлюсь накрыть сверху, как первый жлоб сообщает мне, что его напарник так и не пришел в себя.

Да, не реагирует никак на все эти процессы, досталось ему по башке сильно здорово. Так ведь стрелял уверенно на поражение этот придурок. Хотел все свое и еще гораздо более высокое начальство оставить без надежды на долгую счастливую жизнь и спасение от смертельных болезней.

Почему то мне кажется, что займутся моими делами теперь как следует спецслужбы и быстро поймут, что лечил я по настоящему неизлечимые болезни. Притом солидными коллективами каждый день, а силы моей хватало на очень много невозможных в этом мире деяний.

– Ну, сам виноват. Ему что сказали – взять живым? А он мне в грудь две пули пустил! Приказ не выполнен, виновника под списание, – злорадствую я.

– Развязал бы ты меня, я ему первую помощь окажу, – умоляет меня его напарник.

– А ты что, в чудеса умеешь?

– Нет, но попробую сердце запустить, – начинает разводить меня хитрец.

– Э, лежи сам спокойно, без тебя есть кому полечить. С сердцем у него все нормально, глупая голова только пострадала. Скажи-ка мне, мил человек, чего это вы такие наглые сегодня поутру были? Белены объелись на службе что ли? Как таких дураков при оружии держат только? Жопу начальскую хорошо вылизываете?

Жлоб ничего не отвечает на обидные слова и только ноет, что у товарища трое детей, из них две прелестные дочурки.

– Ничего, жена пенсию хорошую получать будет, – отмахиваюсь я от его стонов.

Развяжи его, так он сразу воевать кинется, голыми руками боевые искусства мне показывать. Не до таких приключений мне сейчас точно.

Однако, подумав как следует, достаю лечащий камень из кармана и сливаю на голову пострадавшего пару процентов маны. Думаю, что хватит столько, чтобы легкую кому преодолеть или что там с ним случилось после моей звездюлины.

Мужик сразу открывает глаза и ошарашенно смотрит на мое лицо, потом дергается и не сразу понимает, что крепко связан.

– Серый! Ты жив? – радуется напарник, – Я уже похоронил тебя!

– Жив! А что случилось? – спрашивает второй жлоб.

– Молчать! Вы у меня пленные, поэтому приказываю помалкивать, – и я легко переваливаю тяжелое тело очнувшегося мужика в середину кучи малой на бок, – Грейте друг друга своими телами, а то сдохнете! И медаль не получите!Прижимайтесь плотнее!

И я накрываю половиной тента узников с головой. И про мою силу необычную доложено тоже будет, как стокилограммовые тела без напряга ворочаю. Впрочем, это они еще в медцентре успели понять перед отлетом в беспамятство.

Понятно, что без моего присмотра они как-то руками или зубами перегрызут или развяжут веревки. Не сразу, но, точно справятся с этим делом. Мне нужно помнить, что весть о засаде ушла куда-то по рации, выстрелы тоже могли услышать, так что скоро тут станет многолюдно на этом берегу.

Есть о чем голову поломать, но, сейчас уже не до этих проблем.

Ведь я уже к своей огромной радости обнаружил, что капсула наконец вернулась на свое место. Бросаю возиться с неудачниками и спешу к ней с остатками вещей, первым делом определяя, сколько в ней осталось энергии.

– Отлично, она не полностью пустая, двадцать или немного больше процентов имеется!

Я сразу же перекачиваю энергию первого Палантира в нее мощным потоком. Через пять минут второй идет в ход, еще такое же время проходит и капсула полностью заряжена, а у меня еще процентов двадцать маны осталось в последнем Источнике.

Ну, зря его у Брата забрал, только, кто же знал, что так выйдет! Что капсула не всю энергию каждый раз расходует.

Теперь буду знать на будущее.

Предчувствие говорит, что мне пора очень торопиться, поэтому я не слушаю крики пленных, которые по долгу службы хотят отвлечь меня от важных дел. Кричат что-то и пытаются развязаться изо всех своих сил, только, не просто это проделать с моими узлами в полной темноте. И здорово замерзшими, затекшими в путах руками, впрочем, еще зубы есть у пленников. Занимаю свое место, обкладываюсь рюкзаками, двумя чехлами с фузеей и карабином, мешками с едой и трофейным оружием, лыжами, лопатой и еще вязанкой дровишек.

Нажимаю маной кнопку запуска на спинке каменного кресла и через минуту оказываюсь в закрытом пространстве. Мое барахло завалило меня со всех сторон, я раскладываю его и распихиваю куда могу. Слава Богу, в этот раз капсула оказалась немного больше прежней, мне это еще при отлете Брата показалось, поэтому я как-то могу дышать и двигать рукой.

Быстро проверяю установки после Брата – третья планета в списке, Храм недалеко от экватора, время здесь не выставляется.

– Все, запомнил! – и я начинаю вводить свои данные.

Потом еще раз их проверяю внимательно, не вижу никаких ошибок и нажимаю третью клавишу.

Пора улететь отсюда!

Капсула так же провисела с десять минут, прежде чем исчезла в полной темноте.

Только, я этого уже не увидел.

Как и то, что за это время кто-то из пленных смог развязаться, справиться железными пальцами и зубами с крепко затянутыми узлами и бросился по моим следам. Только, куда я ушел, они едва могли слышать под тентом при своей возне, поэтому где именно меня искать – большой вопрос.

Бросился только один, второй лежит на тенте и ему по-прежнему плохо, тем более, руки-ноги замерзшие только начали отходить. У первого тоже страшно болят онемевшие руки, но, он мечтает исправить положение, в которое они все так неудачно попали.

Продолжать докладывать по рации уже не может, гарнитуру я закинул далеко в снег, поэтому суетится изо всех сил.

Чтобы как-то исправить то поражение, которое они снова потерпели на этом берегу. И за которое именно их не погладят по головке начальники, особенно за утерю штатного оружия. Ну, он еще не знает, что три пистолета без патронов просто брошены мной под елью, где было устроено мое место ожидания.

Впрочем, выскочив из круга света, он тут же вернулся и направил свет фары вдоль той оставшейся дорожки, которая ведет к моему убежищу.

Только, там ничего не видно, я замел следы напоследок, чтобы найти теперь мой путь, нужны хорошие яркие фонари с собой, а не свет снегохода, который ниже уровня сугробов. Мужик запрыгивает на снегоход, пытается найти мои следы на снегу и не видит ничего. Сидя на снегоходе трудно что-то разглядеть, поэтому он просто катается кругами, постепенно приближаясь к берегу замерзшей реки.

Через несколько минут над берегом зависает вертолет с красными звездами на борту, освещают светом своих прожекторов один замерший снегоход с лежащими людьми около него и один катающийся. Из вертолета на лед реки начинают выпрыгивать молодые солдаты срочной службы с автоматами, все те, кого смогли найти силовые структуры для такой операции поблизости.

Все, подмога пришла, только, злоумышленников с украденным оружием нигде не видно.

Тем более, могучие вихри от вертолета заносят все следы на снегу, а бравые солдатики еще больше их затопчут.

Теперь место нашего отправления из этого мира уже не найти никому.

Глава 13

Пробуждение оказалось непростым, но, без особо неприятных последствий.

Комок подступил к горлу и я, боясь захлебнуться, с трудом приподнялся, опираясь на локоть левой руки. Откинулся, как смог, подальше от места, где оказалось мое тело в момент пробуждения.

Тошнило меня недолго, можно сказать, я просто срыгнул и сплюнул небольшой комок рвоты. И все, следующих позывов не было, что очень меня порадовало.

Выпрямился и попробовал сесть, но в голове зашумело. Только и смог, что не удариться сильно головой, откидываясь обратно в лежачее положение.

В голове не нашлось ни одной мысли, только туман, белая пелена и больше ничего.

От поверхности, на которой лежит мое тело, идет очень приятное тепло, вскоре веки сомкнулись, я крепко уснул.

Приходил в себя я по итогу – целые сутки и еще более, теперь смог с этим точно определиться.

Время заметил не по смене светлых и темных времен суток в Храме, а то часам на руке, которые пережили перемещение и даже сохранили определенный завод пружины. Чему я оказался сильно удивлен.

Старые добрые «Командирские» не подкачали, исправно светящимися стрелками показывают, что время идет, а я все еще лежу на теплой и доброй поверхности.

Удачная идея – купить механические часы и завести их на полную прямо перед перелетом, зато, теперь я знаю, что можно что-то такое с собой прихватить и оно останется в рабочем состоянии, в отличии от электронных гаджетов.

Местный ксерокс старательно копирует даже завод пружинки или еще чего их там двигает.

Сначала я увидел число девять и время – шесть тридцать, умудрился запомнить такие числа, даже сразу смог опознать и часы, и минуты, которые они показывают.

К тому времени, как я поднял голову и скинул ноги вниз, стрелки показывают двенадцать часов дня десятого числа.

Десятого января, как понятно. Ушел я с берега Вуоксы вечером седьмого, пришел в себя утром девятого и полностью оказался готов вставать еще через сутки и шесть часов.

Ага, получается все немного по-другому, чем я раньше думал, но, в тех же примерно временных промежутках.

Первым делом я осознал, что новый Храм такой же большой, как в Сиреневых горах, по размерам они абсолютно идентичны, а ручеек воды так же шумит у меня позади.

Осознание, кто я такой и что здесь делаю – пришло на второй день, только вставать со своего ложа мне очень не хотелось. Поэтому я пролежал больше суток в приятном полусне, получая и усваивая информацию таким очень не напряжным для организма способом. Тут лучше совсем не торопиться, судя по тем же первоисточникам из башен Магов Севера.

Когда пришло время подниматься, я вспомнил – кто я, как попал сюда, зачем попал и что я собираюсь сделать в этом новом мире. Может, даже ничего серьезного не сделаю, это я узнаю со временем. Рано еще нагружать себя какими-то заданиями, если в стране окажется все благополучно, тогда и мне нет смысла нарушать устоявшуюся здесь жизнь.

Упаси Боже жить во времена перемен и устраивать их местным жителям за просто так на самом деле.

Наверху видно, что за пределами Храма – белый день, света хватает, чтобы уверенно передвигаться по самому Храму.

Все здесь мне очень хорошо знакомо, провел в общей сложности не меньше месяца в таком небольшом помещении. Качаю пока несколько раз ручку механического фонарика и оставляю его лежать на столе, потому что распаковывать мое барахло лучше все же при каком-то дополнительном освещении.

В первый раз я попал в Храм полностью подготовленный к такому путешествия, почти десять дней мы с Братом размышляли, чего лучше набрать с собой в дорогу и почти все свои хотелки выполнили. Отлично, что оказалось у нас столько времени и что капсула смогла все сюда перекинуть.

Еще наши неутомимые преследователи подарили мне напоследок почти новый убойный пистолет с кучей патронов. Так что с оружием у меня теперь все достаточно кучеряво, пусть нет Калаша с ящиком патронов, но, где-то на три с половиной сотен выстрелов у меня боезапаса хватает.

Сотня для карабина с какой-никакой оптикой, остальное для этого «Грача», как мне кажется.

Это, если не считать многозарядную фузею, оружие совсем другого технологического уровня.

Была мысль отдать ее Брату, я здорово сначала пожалел, что вторую такую пушку мы оставили закопанной около Храма в Грузии.

С другой стороны, зачем такое оружие носить с собой в современной жизни?

Ладно, что хоть обе космические винтовки в грузинских горах не оставили, была у меня такая идея. Только понимание того, что придется уходить через Вуоксу помогло мне принять правильное решение.

Однако, он сам от нее отказался, пояснив мне, что отправляется не убивать разумных существ и не работать Нагибатором в своем новом мире.

– Хочу попробовать пожить там мирно и спокойно, как обычный путешественник. Без твоих постоянных проблем с насилием и многочисленными смертями. Начну просто лечить людей, этим заработаю себе на хорошую жизнь.

Да, у Брата еще все впереди насчет насилия и смертей, оболочка гуманного человека из нашей реальности еще крепко висит на нем.

Ха, у меня тоже такие мысли были, пока первый дикарь не испугал меня до смерти своим боевым кличем и замахом дубины. Впрочем, уже и про Тонса у меня плохие идеи имелись, чего себя обманывать. Понял только, что не справиться мне с ним, как бы внезапно я не напал на него.

Очень быстро я тогда в такого же дикаря превратился, тут же убивать с удовольствием принялся. Ну, может и без особого удовольствия втыкал копье в тела Крыс, зато, ощущать себя живым и невредимым после схватки было очень прямо прекрасно, это я точно помню.

Ну, посмотрим, как у него такое получится – жить мирно и спокойно. Вполне может и получиться, если там достаточно развитое общество и нет привычки сразу убивать иноземцев. Или хотя бы грабить их на этой третьей планете по списку.

Со своими уровнями магии он выучит местный язык довольно быстро, не придется два месяца на это дело тратить, как мне на стоянке Гильдии. Примерно три-четыре дня для уже уверенного понимания разговорной речи.

Сразу же начал распаковывать рюкзаки, раскладываю два Палантира на Столе, с третьим еще подумаю, что делать. Первым делом налил воды в небольшой, но качественный железный чайник для походов, напился сам и снова наполнив его, поставил на Стол. Потом очередь дошла до камней-светильников и прочего добра.

Пока все заряжается и греется вода, выглянул наружу из Храма.

Когда первый раз открыл Дверь, то не удивился отсутствию растительности и даже как-то понял, что этот Храм расположен на высоте значительно пониже, чем черноземельский. Температура снаружи оказалась около нуля градусов, зато вид открывается еще более величественный и покрытые снежными шапками горы видны совсем рядом.

Хорошо, что я в качественной горнолыжной экипировке, на ногах теплые валенки на резине. Да и в Храме какой-то подогрев имеется, сам Стол, наверно, эту функцию выполняет.

Теперь я могу не тратить ману, используя орлиный взгляд. Ведь купил ударопрочный полевой бинокль с двенадцатикратным увеличением в плотном влагозащищенным чехле. Очень мне такого устройства в прежней жизни не хватало. В Кутаиси тогда тоже не сообразил найти в магазинах или дать заказ Саше, а потом уже и некогда оказалось, удирал постоянно, теряя тапки. В Ленинграде мог спокойно договориться в магазине спорттоваров с той сероглазой симпатичной продавщицей, однако, поленился тогда тащить с собой, думал в Кутаиси выбрать спокойно.

В бинокль видны горные вершины и справа, и слева, покрытые снегом и льдом, дальше они начинают снижаться вправо и остаются непреодолимыми слева. Внизу от моего места, на расстоянии пары километров вижу густой и обширный лес на всем протяжении, сколько я могу рассмотреть. Здесь нет такого постепенного спуска, как в Сиреневых горах, таких понижающихся нагорий, постепенно переходящих в лес. Только гранитные горы всех цветов от коричневых до желто-бежевых пород, которые сразу пропадают на опушке темно-зеленого леса.

Такой, натурально Великий лес, без конца и края по всем направлениям, куда только я могу посмотреть. За спиной у меня высокая скала, уходящая в небо, перед входом совсем маленькая площадка с сильным наклоном от Храма. На ней ничего не спрячешь, все каменные обломки и прочее добро смываются ливнями и сдуваются ветрами вниз.

Да, километра полтора высота, однако, точно это я сказать пока не могу.

В Храме я провел еще один день, занимался уже рутинной бытовухой, заряжал Палантиры, камни-светильники и прочее магическое добро, что подлежит наполнению магической энергией.

Дровишек пока хватает, готовлю себе только чай в легком котелке, кашу не варю, грызу вяленое мясо и разные копченые деликатесы, которыми запасся перед уходом.

Сам проверился у стены, однако, только одну единицу Энергии прокачал, на которую не хватило тогда времени в Грузии. Энергия теперь у меня четвертая, так же как и физическая сила, а вот магия уже шестая после прокачки в башнях на севере.

Я могу отчетливо рассмотреть отвесные спуски, по которым мне придется идти, почти сползать на пятой точке. Понятно, что во время дождя или обильного снегопада подниматься или спускаться не получится, наверняка. Хотя, сейчас тут настоящая зима, но, даже в горах температура вполне терпимая. Подъем займет, пожалуй, не меньше трех часов, а вот со спуском можно и в пару часов уложиться, если не сильно нагружаться.

Но, риска со спуском и подъемом здесь будет побольше, чем на подступах к Храму в Черноземье. Поэтому туда-сюда не набегаешься, придется продумывать, как спустить и укрыть все, что мне потребуется в лесу под скалами.

Основной вопрос возникает с Палантирами, сколько забирать, как заряжать и сколько оставить. В отличии от оружия, я опасаюсь оставлять такие источники силы в Храме, куда может прийти любой, обладающий хоть немного знанием и маной. И очень порадоваться найденному Палантиру и что совсем печально, почти мгновенно стать сильнее меня, если я буду возвращаться сюда с пустым Источником.

Полностью разряженные Источники, спрятанные где-то внизу, не сделают никого сильным, правда, и мне мгновенно тоже не помогут, придется ползти наверх в Храм, чтобы заряжать их.

Но, лучше так, чем рисковать Палантирами кардинально, чтобы потерять их безвозвратно.

Где-то прятать на спуске тоже я не хочу, там я буду на виду у всех, кто может оказаться в лесу или где-то рядом в горах. Да и в местных скалах почти нет подходящих мест с каменной галькой, а те, которые на что-то такое похожи, я не стал проверять, чтобы не терять время.

Спускаться я начал с двумя рюкзаками, и делал это два часа, как я засек по своим наручным часам. Отойдя с километр от резко закончившегося подножия горной породы, нашел укромное местечко, где, кроме каменного крошева имеется еще множество солидных булыжников. Остатки одной из скал в предгорьях, разрушенных временем и богатой растительностью. Будет чем придавить разрытую землю, хотя и так листьев с иголками хватает на земле.