Текст книги "Папа на Новый Год (СИ)"

Автор книги: Инна Разина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

Глава 8 Герман

Выезжая утром из подземного паркинга, посматриваю по сторонам в надежде увидеть Киру. Я мог бы добросить ее до офиса в благодарность за вчерашний ужин.

Это было очень вкусно, сразу вспомнилось детство, мамина стряпня. Я уже почти забыл, когда в последний раз так уютно чувствовал себя в чужом доме. Настолько, что уходить не хотел. Сидел, общаясь с маленькой соседкой, пока ее строгая мама не намекнула, что мне пора.

О том, что Кира приехала на работу раньше меня, узнаю, как только захожу в кабинет. Почти сразу на пороге появляется она. И с деловым видом кладет мне на стол толстую папку.

А я даже не смотрю на бумаги, потому что залипаю на другом зрелище. Судя по всему, секретарша все-таки выполнила свою работу и донесла мой приказ до сотрудников.

Сегодня на Кире ровно та одежда, которую я представлял. Она, действительно, ей очень идет, удачно подчеркивая все достоинства охрененно женственной фигуры. Мне трудно оторвать от нее взгляд.

– Здесь отчеты о моей работе за последний год, – возвращает меня в реальность женский голос. Непонимающе смотрю на Стрельникову. – Вы вчера говорили, что хотите проверить меня на соответствие должности, – напоминает, воинственно сверкая глазами.

А, да, что-то такое говорил. На самом деле проверять не собирался. Мне хватило отзыва о ее работе от дядьки. Но кстати, это отличный повод познакомиться поближе.

– Отчеты, это хорошо, – киваю строго. – Но я предпочитаю собственные выводы. У вас сегодня запланированы встречи с клиентами?

– Да, в новостройке. Тут недалеко, – произносит Кира с сомнением.

– Отлично. Я бы хотел поприсутствовать. Не возражаете?

Если она и возражает, ей хватает ума вслух этого не произносить. В результате через час на моем внедорожнике мы едем по нужному адресу.

Веду машину и пытаюсь вспомнить, когда меня так сильно волновала близость женщины. Даже глядя в лобовое стекло, невольно отслеживаю каждое ее движение, каждый вдох. От забытых острых ощущений с силой сжимаю руки на руле.

Припарковавшись, шагаем к еще не запущенному в эксплуатацию дому. И только тут осознаю, что со своим приказом я налажал. Моя спутница в растерянности замирает перед огромной лужей из земляной жижи, смешанной со снегом.

Ее сапоги на невысоком каблучке, туго обхватывающие стройные икры, явно не предназначены для таких препятствий. А узкая юбка не позволяет переступить через лужу. И обойти никак. Устройство придомовой территории в самом разгаре. Нормального асфальта еще нет.

Не раздумывая, подхватываю Киру за талию и переношу на чистое место. Но не тороплюсь отпускать. Наши лица сейчас на одном уровне. Мы зависаем, глядя друг другу в глаза.

В ее испуганном взгляде что-то такое, от чего становится трудно дышать. Ощущаю себя подростком с взбунтовавшимися гормонами. Вдыхаю легкий запах ее духов и еще чего-то волнующего кровь, похожего на аромат луговых трав.

Ощутив, как женские ладони упираются в грудь, заставляю себя разжать руки. Следующие полчаса я не столько слежу за общением Киры с клиентами, сколько заново переживаю ощущение ее тела в своих руках.

В отличии от меня, моя спутница ведет себя профессионально, четко отрабатывая встречу. Вот только на меня старательно не смотрит. По дороге в офис сообщаю ей новость, о которой думал все это время:

– Я пересмотрел решение по поводу корпоративного стиля. Оставим светлый верх и темный низ. Но вместо юбок разрешаются брюки и удобная обувь.

– Спасибо, – кивает Кира. И нерешительно добавляет: – Можно еще одну просьбу? У нас с Сергеем Степановичем была договоренность. Он отпускал меня раньше на час, чтобы забрать дочь из сада. Вы не будете возражать?

– Ну что же вы, Кира Леонидовна, – произношу с легкой усмешкой. – Так радели за права матерей-одиночек. Неужели не знаете, что в законодательстве есть специальный пункт для женщин с детьми до 14 лет. А я трудовой кодекс не нарушаю.

– Вы мне эту ошибку будете теперь постоянно вспоминать? – хмурится Кира. – Я ведь уже извинилась.

– Буду иногда, – признаюсь, пряча улыбку. – Мне нравится, как вы смущаетесь.

Кира растерянно замолкает. А потом закатывает глаза и отворачивается к окну, оставшееся время упорно разглядывая пейзаж.

До конца рабочего дня чувствую себя на подъеме. Периодически невольно улыбаюсь, вызывая недоумение у сотрудников. А перед уходом настроение резко падает вниз.

Потому что, подойдя к окну, наблюдаю возмутительную картинку. Кира выходит из здания в сопровождении одного из наших сотрудников. Помню его, проводил с ним беседу. Тоже перспективный кадр.

Вот только этот кадр совершенно неуместно обнимает Киру за талию и целует в висок. А потом сажает в машину, и они отчаливают. До меня почему-то только сейчас доходит: если она не замужем, это не значит, что у нее никого нет.

Оказавшись у себя в квартире, постоянно задаюсь вопросом, у себя Кира или нет? И этот ее, Жуков Егор, с которым она уехала. Тридцать восемь лет, неженат. Ну да, заглянул еще раз в его личное дело.

Невыносимо тянет позвонить в соседскую дверь, проверить. Могу я поинтересоваться, как ведет себя кран, который вчера починил? Чувствуя себя идиотом, выхожу на площадку и слышу из квартиры Киры визгливый мужской вскрик.

Значит, мужик все же здесь. А ребенок? Что там у них случилось? Может, нужна помощь? Но подойти и позвонить не успеваю. Дверь распахивается сама. Из квартиры выскакивает Жуков, взбудораженный и красный. В вытянутой руке держит пальто. И быстрым шагом двигает к лифтам.

За ним спешит раздосадованная Кира. Бросает на меня смущенный взгляд, но не останавливается. В лифтовом холле начинают тихо, но эмоционально бубнить голоса.

Из квартиры напротив осторожно выглядывает Алиса. Замечает меня и улыбается.

– Привет! Что у вас случилось? – спрашиваю у нее.

– Дядя Егор какой-то нервный. Подумаешь, червяков испугался! – пожимает острыми плечиками малышка.

– Червяков? Где он их взял? – недоумеваю я.

– В кармане пальто. Я положила… – с тяжелым вздохом признается девчушка.

– Зачем?

– Мальчишки в саду сказали, это лучший способ. Можно еще жабу или паука. Но я в зоомагазине смотрела. Они очень дорогие. А червяки дешевые. Ими рыбок кормят…

– Лучший способ для чего? – изо всех сил сдерживаю довольную улыбку. Радоваться ее проделке непедагогично, но удержаться невозможно.

– Чтобы больше не приходил, – произносит это мелкое чудо мстительно.

– А почему ты не хочешь, чтобы он приходил? – понимаю, что неправильно расспрашивать ребенка. Но откуда мне еще брать информацию?

– Потому что дядя Егор собирается стать моим папой. Только он не подходит. Я это сразу поняла…

Глава 9 Кира

Если бы я знала, чем закончится знакомство Егора с Алисой, отбросила бы свою идею в тот же миг. Но неожиданная поездка с Ковалем на объект выбивает меня из равновесия.

Его задумчивые взгляды. То, как комфортно ехать с ним в одной машине. Галантный мужской поступок, когда он переносит меня через лужу. Все это производит впечатление. А вдобавок, еще заявление, что ему нравится меня смущать.

Это уже слишком явно похоже флирт. А я не двадцатилетняя свободная девчонка, чтобы на такое вестись. Так что, когда тем же вечером Егор ловит меня после работы и предлагает подвезти домой, решаюсь и приглашаю его на ужин.

Честно говоря, думала, он откажется. Ну или хотя бы потянет время. А я пока морально подготовлюсь, уберусь в квартире, закуплю продукты. Кормить Егора голубцами и супом с лапшой почему-то даже не приходит в голову.

Похоже, перед ним мне хочется выглядеть лучше, чем есть. Взять то же дорогое кружевное белье, которое я в обычной жизни не ношу. А перед начальником притворяться не надо. Он уже видел меня неуравновешенной, смущенной, растрепанной и мокрой, в конце-концов.

На удивление Егор относится к моей идее с энтузиазмом и предлагает не откладывать ужин. А я соглашаюсь. Если начну тянуть, могу передумать. В морозилке завалялись хорошие рыбные стейки. Сделаю к ним быстрый гарнир из овощей и сливочный соус.

Прямо с работы едем в сад за Лисенком. Забирать ее отправляюсь одна. Мне нужно как-то подготовить дочку. Ничего такого ей не говорю. Просто сообщаю, что хочу познакомить ее с моим хорошим другом.

Алиска внимательно слушает, а потом морщит личико и заявляет, что забыла попрощаться с друзьями. Уносится в группу на несколько минут. А когда возвращается обратно, просит по дороге заехать в зоомагазин. Им поставили аквариум с рыбками, надо купить корм.

В машине дочка ведет себя примерно. Хотя свои любимые вопросы с подвохом все же задает. Но как-то быстро успокаивается и отстает от Егора. Я вздыхаю с облегчением, решив, что новый знакомый ей понравился. И в дурацком зоомагазине покупаю не глядя все, что она попросила. Наивная!

Мы даже поужинать не успеваем. Пока я готовлю рыбу с овощами, Егор неловко пытается разговорить дочку. А когда она сообщает, что у нее важные дела, и уносится в детскую, мой гость не скрывает облегчения.

В принципе, этого достаточно. Понимаю, что взаимной симпатии у них с Лисенком не случилось. В груди разливается разочарование. А потом Егор идет в коридор, забрать забытый в кармане пальто мобильник. И дальше раздается панический вопль.

В испуге вбегаю в прихожую и вижу, как наш гость прямо на пол вытряхивает из пальто тот самый злополучный шевелящийся корм для рыб. На перекошенном мужском лице красные пятна, глаза сверкают злостью.

Он явно хочет выругаться, но замечает выглядывающую в коридор довольную мордашку Лисы, сцепляет челюсти и просто уходит. Догоняю его, чтобы извиниться и хоть немного сгладить ущерб.

Оказалось, самое ужасное впереди. Все это представление видит мой босс. Не знаю, за каким чертом именно в это время его вынесло на площадку, но он с удивлением наблюдает, как разъяренный Егор уносится от меня, а я спешу за ним.

Странно, что стыдно мне перед начальником, а не перед Егором. Понимаю, как мерзко обнаружить в кармане червяков. Но он же мужик. Даже я в детстве сама откапывала червей, когда папа брал меня на рыбалку. И спокойно брала их в руки.

На все мои извинения Егор раздраженно машет ладонью и сбегает в подоспевший лифт. Вижу, что ему самому неловко за свою реакцию. Теперь это происшествие будет стоять между нами. Скорее всего, наш необременительный роман на этом закончится.

Возвращаюсь обратно. Коваль все еще стоит на пороге своей квартиры, а из нашей двери выглядывает Алиса. Заметив меня, дочка быстро юркает внутрь. В отличии от нее Герман Викторович даже не думает уходить. Хотя мог бы проявить деликатность.

Судя по насмешливому взгляду, основную причину событий Лиса ему озвучила.   Тяжело вздыхаю и недовольно уточняю:

– Чему вы улыбаетесь?

– Ничему, – едва сдерживая улыбку, отвечает босс. – Просто хочу отметить, что у вас очень милая и сообразительная дочь. И друзья у нее хорошие.

– Вряд ли бы вы это утверждали, если бы она подкинула червяков вам, – замечаю резонно.

– Ну, не вопил бы от страха, точно, – насмешливо произносит мужчина. А я невольно морщусь и качаю головой.

– Хорошо, что это была не мышь. Алиса давно просит у меня животное. Сначала хотела кота. Но я пока не готова еще и за ним ухаживать. Теперь уговаривает меня на мышку. Представляю, как бы отреагировал Егор, если бы обнаружил в кармане мышь.

– Или большого паука, – задумчиво добавляет Коваль. – Знаете, такого мохнатого, размером с ладонь.

– Господи, только не это, – хватаюсь за грудь. – Таких я сама жутко боюсь.

– Может, это не мое дело, – вдруг становится серьезным сосед. – Но не самого удачного папу для малышки вы подобрали. Алисе он не понравился. А вам, как матери, в первую очередь стоит думать об этом.

– Так я и думаю! – заявляю возмущенно. – И вообще, по какому праву вы лезете в мою жизнь?

– По праву друга вашей дочери, – ничуть не смущается босс. – По крайней мере, мне показалось, что мы подружились. Можете снова ругаться, что я лезу не туда, но где отец Алисы?

– Не знаю и знать не хочу.

– Ну вы же поняли, что я имею в виду, – хмурится Коваль. – Почему он вам не помогает?

– Все я поняла, – отзываюсь раздраженно. – Только это не значит, что хочу отвечать, – вздыхаю и всё же добавляю: – Мы развелись. Он ушел и забыл о дочке, просто вычеркнул ее из жизни. Вот вы мне скажите, как мужчины так легко могут отказываться от своих детей?

Герман Викторович неожиданно мрачнеет, словно я затронула больную тему. Он тоже бросил ребенка? В это почему-то трудно поверить. Хотя на самом деле я ничего о нем не знаю.

Если только о том, какие сильные у него руки. Против воли вспоминаю, как у меня перехватило дыхание, когда сегодня утром они сомкнулись на моей талии. И тут же ругаю себя, не стоит о таком вспоминать.

– Ладно, мне пора. Завтра рабочий день, – произношу устало.

– С червяками помочь? – приглядывается ко мне босс.

– Спасибо, сами справимся, – качаю головой и шагаю к своей двери.

– Тогда, спокойной ночи, Кира… Леонидовна… – слышу за спиной чуть хриплый голос. Жутко тянет обернуться, но почему-то пугаюсь и быстро прячусь в квартире.

Глава 10 Герман

На мое пожелание спокойной ночи Кира не отвечает и сбегает к себе. Я тоже возвращаюсь в пустую квартиру, в которой почему-то именно сейчас явно ощущается одиночество. А еще не могу забыть ее слова о том, что мужчины легко отказываются от детей.

Я ведь тоже, пусть не отказался, но не стал бороться за сына. Конечно, он уже давно не ребенок и сам решил остаться с матерью. Но и я обиделся на него, вместо того, чтобы поговорить по душам.

В мрачных раздумьях слоняюсь по гостиной. А потом беру в руки телефон. В Италии на два часа меньше, чем у нас. Нормальное время для звонка.

Последний наш разговор с Артуром закончился не слишком хорошо. Но я должен быть мудрее восемнадцатилетнего парня и первым сделать шаг навстречу. Даже если он опять меня не услышит.

На удивление, сын сразу отвечает. Не бесится, не ёрничает, даже рассказывает, что у него происходит. Пусть не вдается в подробности, но все равно радует, что мы нормально общаемся.

Уже в конце разговора чувствую какую-то заминку, словно Артур хочет что-то сказать. Жду, надеясь, что он решится. Но сын все же передумывает и прощается.

Утром специально собираюсь пораньше и прислушиваюсь к звукам на площадке. Если я правильно понял, вчера Кира приехала домой на машине друга. Значит, ее авто осталось у офиса. Тогда на чем она повезет дочку в сад?

Как только слышу за дверью голоса, накидываю пальто, хватаю ключи от машины и выхожу из квартиры. Здороваемся. Малышка в смешной шапочке с помпонами и яркой курточке поглядывает на меня с любопытством. А Кира с явным смущением.

Не тяну и сразу предлагаю подбросить их в сад, а потом Киру на работу. Она растерянно хмурится и собирается отказаться. Вот только решение за нее принимает Алиса.

Подходит ко мне и неожиданно берет за руку. От этого наивного детского доверия и ощущения теплой ладошки в своей руке вдруг перехватывает горло. Кира замирает и смотрит на нас со странной тоской в глазах. Потом отводит взгляд и согласно кивает.

Устроившись на заднем сиденье машины, девчушка достает демонстрирует мне маленькую стеклянную баночку. А в ней тот самый самый шевелящийся корм для рыб, которым эта хитрюга отвадила вчера ухажера своей мамы.

Подмигнув ей, поворачиваю голову и сталкиваюсь с гневным взглядом Киры. Она явно дает понять, чтобы я не смел шутить на эту тему. Ладно, не буду ее смущать.

Пока едем, болтаю с Алисой. Девчушка рассказывает о подготовке к новогоднему утреннику.

– И кем ты собираешься быть: снежинкой или феей? – улыбаюсь невольно. Невозможно не ответить на ее детскую непосредственность.

– Нет, не снежинкой, – решительно качает она головой, от чего помпоны на шапочке смешно подпрыгивают. – Принцессой Мулан. Только мне нужен меч. А мама не хочет покупать, – вздыхает печально.

– Я купила, – отзывается Кира.

– Мамочка, ты купила игрушечный. А мне нужен настоящий, – заявляет этот чертенок в юбке.

– Ну конечно, настоящего меча нам только и не хватает, – закатывает глаза моя соседка. А я молчу. У меня как раз есть сувенирный меч, очень похожий на настоящий. Я мог бы подарить его малышке. Но во-первых, это опасно. А во-вторых, нельзя подрывать авторитет мамы в глазах ребенка.

Да, благодарность Алисы таким жестом легко завоевать, а мне важно добиться доверия Киры. Кстати вопрос, зачем мне это доверие нужно? Не знаю, но хочу…

Оставив ребенка в саду, уже вдвоем катим в офис. Несколько раз ловлю на себе настороженный взгляд Киры, не выдерживаю, и уточняю с усмешкой:

– Почему вы так кровожадно на меня смотрите, будто придумываете, что мне оторвать?

– Вы ведь не станете покупать ей меч? – подозрительно интересуется она, попадая прямо в точку. – Герман Викторович, если вас посетила такая идея, прошу, не делайте этого.

– Почему вы так решили? – сдерживаю улыбку.

– У вас слишком выразительно сверкнули глаза, когда Алиса заговорила о мече. А потом вы задумались.

– Была такая идея, но я ее отверг, – признаюсь честно и слышу облеченный выдох. – Только взамен у меня тоже будет просьба. Точнее, две. Когда мы наедине, называйте меня по имени. А вторая… я бы, действительно, хотел сделать Алисе подарок на Новый год. Но только с вашего разрешения. Обещайте подумать. И дать совет. Я как-то не очень разбираюсь, чем сейчас интересуются пятилетние девочки. Ну, кроме принцессы Мулан.

Кира со странным напряжением вглядывается в мое лицо. А потом, к моему удовольствию, кивает. Еще какое-то время мы едем в тишине. И дальше я говорю:

– Вы вчера спрашивали, почему мужики оставляют своих детей. – моя спутница удивленно поворачивается ко мне, а я продолжаю: – Бывает, что так складываются обстоятельства. Вроде и не собирался, но… – неожиданно рассказываю ей о событиях своей жизни. Переезде в Италию, измене жены, разводе и оставшемся с отчимом сыне.

Я еще никому об этом не говорил в таких подробностях. Ни друзьям, ни даже родителям. Просто сообщил, что мы с Ларой обоюдно решили расстаться. А у сына в Европе будет больше возможностей. Если мои что-то подозревали, расспрашивать не стали. Хотя огорчились, что с внуком теперь неизвестно когда увидятся.

А вот Кире рассказываю правду. Ей почему-то легко изливать душу. Она не перебивает, не охает, не дает ненужные советы. Но от ее молчаливой поддержки, как ни странно, становится легче.

– Вы все же не бросайте попытки наладить с сыном контакт, – глухо произносит в конце. – Это очень важно. Если не сейчас, потом он обязательно оценит.

Дальше едем молча. Офис встречает нас украшенной искусственной елкой и развешанными по стенам гирляндами. Кира уходит к себе, а секретарша с тревогой поглядывает на меня, опасается реакции на свою самодеятельность.

Но мне все нравится. Праздничный антураж очень кстати. К счастью, все сделано стильно, без вульгарности. Вот может же, когда захочет. А еще у меня отличное настроение.

Перед тем, как выйти из машины, Кира меня удивила. Взглянула с сомнением и сообщила:

– У меня есть предложения по развитию агентства. Я показывала их Сергею Степановичу. Он сказал, что посмотрит, но не успел. Если хотите, могу показать вам. – и смущенно замолчала.

Я заверил, что очень хочу. И вот теперь жду. Понятно, что дядька просто не решился на перемены. Он сам признался мне, когда уговаривал взять руководство агентством на себя, что все эти нововведения его пугают. А меня, наоборот, воодушевляют.

Через несколько минут на корпоративную почту приходит письмо от Киры. Изучаю ее предложения и не могу не отметить, что они очень толковые. А еще помню ее разговор с клиентами в новостройке.

Хотя тогда я слушал вполуха, успел отметить, что она не фальшивила, а искренне интересовалась нуждами покупателей. Задавала правильные вопросы и грамотно показывала им плюсы нового жилья. Вот поэтому у нее так много успешных кейсов и благодарностей.

Кира красивая и очень женственная. Но еще честная и надежная. Такая никогда не станет делать подлости за спиной. Не опустится до лжи и измены. Интересно, откуда у меня такие мысли? Я что, реально думаю о повторном браке? Ответ всплывает в голове сам собой. Почему нет?

Вот только проходит несколько дней, пока я раздумываю, как лучше пригласить мою сотрудницу на свидание, с удовлетворением отмечая, что Егор Жуков к ней больше не приближается. А очередным вечером вижу, как ее встречает после работы незнакомый мужик.

Глава 11 Кира

Возможно, в некоторых мужчинах есть какой-то дефект. У них не срабатывает инстинкт отцовства. У моего бывшего точно. Зато у других забота о потомстве в крови.

Никак не могу забыть, как бережно Герман держал Лисенка за руку. С какой добротой смотрел на нее. И с искренним интересом слушал ее рассказы. А как сильно он переживает о размолвке с собственным сыном.

Честно говоря, не ожидала, что босс поделится со мной настолько личным. Вряд ли ему было приятно говорить об измене жены и о том, что в этой некрасивой истории сын поддержал мать, а не отца.

Вообще мне трудно представить, что Коваля можно бросить. Он же такой… в нем в избытке настоящей мужской харизмы. Вот вроде бы мы с ним не сильно ладим, но каждый раз удивляюсь, почему мне спокойно рядом с этим мужчиной? Как так получается?

И в офисе у нас все устаканилось. Никаких радикальных изменений босс не совершал. Радует, что он не начал рубить сгоряча. Ломать все, что было при прошлом начальнике. А сначала старается разобраться и выявить тонкие места.

Проникнувшись его подходом и все еще испытывая стыд, что была несправедлива к нему, даже решаюсь помочь и отсылаю Герману Викторовичу свои предложения по развитию агентства.

А потом мы вместе обсуждаем их у него в кабинете. Спокойно и обстоятельно, а главное, сходясь по большинству пунктов. Мне нравится общаться с боссом. Сразу видно, что в работе он ас и обладает огромным опытом.

При этом иногда я ловлю в мужском взгляде искорки восхищения. Если конечно мне не чудится. А еще радует, что сейчас начальник больше смотрит мне в глаза, чем ниже. И признает мой профессионализм.

Вроде бы никаких особенных причин у меня нет, но в последние дни я чаще улыбаюсь и вообще нахожусь в приподнятом настроении. Как будто моя душа наконец-то высвободилась из плена прошлого.

И только я это осознаю, как то самое прошлое самым отвратительным образом напоминает о себе. Начинается все с простого телефонного звонка с незнакомого номера, который застает меня в обеденный перерыв.

– Слушаю, – отвечаю рассеянно, пытаясь расплатиться за еду в кафе рядом с нашим офисом. И едва не роняю карточку, услышав в трубке голос бывшего мужа. Похоже, он сменил номер. Этого я не знаю.

– Здравствуй, Кира, – произносит он. А у меня внутри все сжимается. Даже слышать его неприятно.

– Что тебе нужно, Слава? – не трачу время на приветствия. И желать ему здравствовать не хочу. Вот такая я злопамятная. Особенно, к тем, кто сделал больно моему ребенку.

– Поговорить, – слышу в ответ. – Я могу сегодня вечером заехать к тебе домой?

– Нет, – отвечаю резко, пытаясь понять, знает ли он мой нынешний адрес. Вроде бы не должен. После того, как я сменила дочке фамилию, мы с бывшим больше не общались. И конечно я не сообщала ему, что переехала. – Нам нечего обсуждать.

– Разве? А нашу дочь? – говорит он то, что меня реально пугает. Ладони потеют, сердце начинает стучать быстрее. – В общем, не телефонный разговор. Я хочу встретиться. Сама выбирай, где. Могу на нейтральной территории, могу подъехать к вам.

– Подъезжай в пять тридцать к офису. У меня будет полчаса. Это максимум, что я могу тебе выделить, – выбираю лучшее из двух зол. Не потому что хочу с ним общаться. Мне надо понять, что Слава задумал.

– Ты же все еще в «Новом адресе»? – уточняет бывший.

– Да, там.

– Хорошо, я буду.

Едва досидев до нужного времени, отпрашиваюсь у начальства и выхожу на улицу, втайне надеясь, что Слава не придет. Но он уже ждет меня у крыльца.

Настороженно присматриваемся друг к другу. Бывший муж не сильно изменился. Разве что взгляд стал жестче и появилось несколько морщин на лбу.

– Тут вроде бы где-то рядом было кафе, – произносит он. – Посидим там?

– Нет, – качаю головой, кутаясь в пуховик. На улице вообще-то мороз. – Я не пойду с тобой в кафе. Говори, что хотел.

– Тут холодно. Давай тогда посидим в машине, – кивает на припаркованный недалеко внедорожник. Его я тоже не помню. И в чужую машину не хочу.

– Только если в моей. В твою не сяду, – заявляю твердо. Вячеслав недовольно морщится, но соглашается. Веду его на стоянку, садимся в мою машину, включаю прогрев. Поворачиваюсь к бывшему и тороплю его: – Слушаю тебя. У меня действительно мало времени.

– Тебе надо за Алисой? – присматривается ко мне Слава. Не отвечаю. Не хочу давать ему никакую информацию о Лисенке. Итак все время думаю о том, что он уже знает. – Она в саду? Почему ты молчишь? – в мужском тоне прорезаются нотки раздражения. Но он его быстро прячет.

– Просто не понимаю, какая тебе разница? Все эти годы ты прекрасно жил без нас. К чему сейчас этот фальшивый интерес?

– Почему фальшивый? – мрачнеет он. – Мне на самом деле интересно.

– Слав, давай ближе к делу, – не впечатляюсь я.

– А я как раз ближе, Кира, – бывший отводит взгляд и замолкает. Держит театральную паузу и наконец произносит: – Я тут внезапно понял, что был не прав. Как-то вдруг осознал, что где-то в этом городе живет моя дочь. А я ее три года не видел.

– Четыре, – мрачно усмехаюсь я.

– Вот именно. В общем, я бы хотел все исправить. Увидеть Алису, стать ей настоящим отцом. Уверен, у меня получится, если ты дашь мне шанс.

– Нет! – вырывается у меня раньше, чем мозг обрабатывает информацию. – Никаких шансов, Слав. Ребенок не игрушка. Захотел – приласкал, захотел – выбросил. Ты ушел, когда дочке был всего год. И больше ее не видел. Не понимаешь, что Алиса тебя вообще не помнит?

– Что ты ей сказала? Про меня? – уточняет он глухо.

– Что папа не может жить с нами. Но у меня умный ребенок. Она даже в пять лет все про тебя поняла. И больше не спрашивает.

На какие-то секунды в мужском взгляде мелькает что-то живое, человеческое. Но также быстро исчезает. Вячеслав шумно выдыхает и произносит:

– Меня не лишали родительских прав. Я имею право видеть дочь. Не хотел действовать через суд. Думал, смогу договориться с тобой.

– Мы не договоримся, Слава, – решительно качаю головой. – А суд… Что ты на нем скажешь? Поменять фамилию ребенку согласился добровольно. Алименты четыре года не платил. В жизни дочери не участвовал. Чем суд тебе поможет? Только тем, что окончательно лишит любых прав? Я ведь молча сидеть не буду, сразу подам встречный иск.

– И все же так у меня появится шанс, – упрямо заявляет бывший. – Прошу тебя, подумай, что лучше для ребенка. Уверен, я смогу стать нормальным отцом. Исправлю ошибки. Я не бомж, не алкаш, нормально зарабатываю. Нет причин лишать меня прав. Но будет лучше, если мы сами решим этот вопрос. Позвоню тебе завтра.

Вячеслав выбирается из машины, а я блокирую двери и думаю о том, что тут что-то не сходится. Не мог бывший так неожиданно воспылать чувствами к брошенной дочери. Здесь явно другая причина. Но как мне ее узнать?