Текст книги "Последний рубеж (СИ)"

Автор книги: Инна Ласточка

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)

– Нин, – Ричард подвёл Антона к Нине, она склонила голову и, помедлив, обернулась. – Это мой двоюродный брат, я тебе говорил.

Лучистый взгляд Нины встретился с взглядом Антона, и она вдруг изменилась в лице.

– Это мой кулон, – уверенно произнесла она. – Верни его!

* * *

Время замедлилось, сжалось и смазалось, будто не корабль, а он сам – Лар – оказался в экзо-пространстве. Он едва понимал, что делает, неспособный справиться со своей человеческой природой, когда влетел на мостик, упал на колени рядом с Марго и положил ладонь на её сердце. Оно не билось, пульса не было. Но его другая природа, та, всемогущая и нестабильная, природа флёрсарин знала, что ещё ничего не кончено, и она, как бы ни было это странно, откликалась на его эмоции гораздо сильнее и страдало сильнее его человеческого воплощения. Не только Лар-человек терял сейчас свою возлюбленную, но и Лар-флёрсарин.

Как поздно приходят к нам важные осознания, как жестоко обходится с нами жизнь, когда мы отказываемся от её даров, не замечаем их. Лар обнял Марго, прижал её к себе и стал укачивать, как ребёнка, сидя на полу, прижимая ладонь к её сердцу.

– Компьютер, тут есть медицинская капсула? – услышал он голос Ричарда совсем рядом.

– Есть, – ответил за компьютер Си Мусс, – я уже запустил подготовку… если после такого можно выжить.

Лар вынул стабилизатор, положил его рядом и склонился к уху Марго.

– Не уходи, – прошептал он, – вернись! Если ты уйдёшь, я не справлюсь. Как на Реге, помнишь? Я не смогу без тебя… Звезда моя, мы должны друг другу целую вечность…

По полу пополз туман, и снова прозвучал голос Ричарда.

– Отойдите в сторону… он сделает всё сам.

Си Мусс согласно хрюкнул в ответ, и силуэт его утонул в клубах заполнившего мостик тумана.

* * *

Один только взгляд на кулон, и в сознании Нины стали восстанавливаться детали – причины тревоги теперь казались настолько очевидны, что она едва ли понимала, как могла обо всём забыть. Как могла настолько забыть себя и потерять связь с реальностью. Что-то пошло не так у Кристины и Бобби, раз она – Нина – видит столь реалистичный сон. Все эти люди, всё это вокруг – ненастоящее. Нина должна была разрушить иллюзию и сделать это прямо сейчас, не сомневаясь, не откладывая. Кто знает, как именно влияет на мозг эта система, этот проклятый вирус. Но ни одна система не работает идеально, и эта ошиблась тоже – это её кулон, не Антона, это кулон её отца и должен быть на её шее. Она сжала кулаки, и сердце невольно ёкнуло – сегодня она видела родителей в последний раз, последний раз говорила с ними. Только вот всё это иллюзии, их давно нет. Очень давно. А этого всего вообще никогда не было. Никогда. Нина прерывисто вздохнула. Она должна была сделать это не ради себя. Ради него. Ради того, чья иллюзия сейчас стояла перед ней с её кулоном на шее.

– Это мой кулон, – уверенно произнесла Нина. – Верни его! – она без сомнений потянулась к кулону, Антон рефлекторно отшатнулся, встречая её взгляд. Нина сделала шаг к нему и снова протянула руку.

Ричард хотел возмутиться, но Нина не слушала его – интуиция подсказывала ей, что нужно исправить ошибку системы, а ошибкой был кулон. Ошибкой системы и их спасением. Антон выставил правую руку перед собой, закрывая грудь, но Нина предвидела это, и вместо кулона, схватила его за запястье. Его рефлексы должны были сработать, система опиралась на них и даже в иллюзию не могла принести информацию извне – Нина снова угадала. Он профессионально освободил руку из захвата, только Нина тоже была профессионалом, и легко перехватила инициативу снова. Между ними завязалась короткая потасовка, на которую Ричард никак не отреагировал. Не попытался их остановить или спасти невесту. Это лишь поддержало и мотивировало Нину. Они иллюзии. Все они иллюзии.

Антон блокировал удары и любые попытки добраться до кулона, но Нина хорошо его знала. Их тренировки не прошли даром. Одна подсечка, один ложный удар, и вот палец цепляется за цепочку, Антон пытается сбросить её руку, но слишком поздно – цепочка рвётся, и всё вокруг рассыпается синими пикселями.

* * *

Сердце Марго слабо забилось в груди, ресницы вздрогнули, но больше она никаких признаков жизни не подала, и даже когда Лар вернулся в прежнюю форму и убрал стабилизатор в карман, она осталась в том же состоянии.

– Что вы там про медкапсулу? – спросил он, подбирая её на руки. – Куда нести?

Си Мусс жестом указал в сторону коридора. Пока Ричард с другими пленниками выносили трупы и зачищали последствия боя, Си Мусс провожал Тиану в медицинский отсек и исследовал корабль, поэтому без труда и коротким путём провёл Лара к Тиане, а потом отправился помогать Ричарду, решив, что тут справятся и без него. Вот только Лар оказался в полном замешательстве. Отсек действительно был похож на медицинский отсек человеческих кораблей, но создан он был явно не для того, чтобы их лечить. Лар изумлённо и одновременно недовольно взглянул на Тиану, которая сидела на покрытой мшистым наростом кушетке и тряслась.

– Что это такое?

– Тиана пожала плечами и проговорила, всхлипывая.

– Рич… то есть Ричард и этот… иссинианец всё перенастроили тут, – она указала на большую прозрачную полусферу с зеленоватым налётом на серебристых деталях. – Но мне страшно. Я лучше не буду.

– Тебе и не надо, это для неё, – бросил Лар и обошёл полусферу по кругу, снова потыкал какие-то кнопки, разобрал отчёт с небольшой панели, и произнёс, – система… насколько безопасна медицинская капсула… эээ, – он нагнулся, чтобы разглядеть номер, – Б сто двенадцать для человеческого вида?

По отсеку разнеслось шипение, и медицинская система совершенно неестественно то ли прокашляла, то ли прокряхтела ответ.

– Функции нестабильны. Повторите номер капсулы…

– Б сто двенадцать.

– Капсула Б сто двенадцать безопасна для вида Человек, Исса, Эллейн, Ригель, Ауро, – выдала система и голос её сменился неразборчивым шипением.

Лар вздохнул.

– Ладно, – он с сомнением посмотрел на мерцающую сенсорную панель и поудобнее перехватив Марго, нажал значок активации. Полусфера скрипнула и медленно поднялась.

Внутри оказалась на удивление стерильная лежанка из белой кожи, пахнущая лекарствами, и чистые приборы. Лар одобрительно качнул головой и уложил туда Марго, поправил ей волосы, а потом закрыл капсулу и включил режим общего экстренного восстановления. Характерный скрип и щелчок будто отняли его последние силы, и Лар замер, как голограмма бортовой системы, которой забыли поставить дальнейшие задачи. Он смотрел и смотрел сквозь прозрачный корпус полсферы на силуэт Марго, погружённый в собственные мысли. Из головы не шёл вопрос, почему она? Почему именно с ней? Лар не замечал времени, не считал часов, не видел, как очарованно смотрела на него Тиана, как пришёл Си Мусс и стал перевязывать её раны, как явился Ричард.

– Послушай… – Ричард подошёл сзади и по-дружески коснулся его плеча, остановив этим бесконечный бег времени и пространства, будто только что вылил на Лара ведро ледяной воды. – Благодаря тебе она в порядке, у нас есть другие проблемы.

Ричард понятия не имел, какую бурю вызвал в душе Лара этими действиями, и не ожидал, что тот в следующий же миг обернётся и с размаху ударит его кулаком в нос. По-человечески. Просто и точно.

– Ты с ума сошёл? – гнусаво возмутился Ричард, хватаясь за нос, и получил удар в живот.

– У тебя всегда есть другие проблемы, да? И никогда не волнуют те, кто рядом, и что с ними будет! – выкрикнул Лар ему в лицо.

Ричард ощутил зарождающуюся в сердце ярость, хотел сдержаться, но не смог. Подставлять левую щёку, когда ударили по правой, он не собирался – перехватил руку Лара, заломил её ему за спину и прижал его к стене. Как человек Лар не уступал Ричарду по силе, но и не превосходил, а свою вторую природу, Рич отчего-то это точно знал, не станет использовать против него.

– А тебя что, кто-то волнует? – почти прорычал Ричард Лару на ухо. – Только она! Потому что ты её хочешь.

Си Мусс то ли охнул, то ли хрюкнул, но разнимать их не решился – последствия удара головой ещё сказывались на его состоянии. Лар вывернулся. Пара ловких движений, и вот уже Ричард прижат к стене.

– Я её люблю. Это большая разница. Странно, что ты – человек! Не понимаешь этого.

– Сделайте что-нибудь, Си Мусс! – взмолилась Тиана. Её до сих пор трясло, растрёпанные волосы, размазанная по лицу туш, засохшая кровь на губе – в ней теперь мало было от той светской львицы, зато во взгляде больше не искрилась наивность. Лишь боль. Лишь страстное желание выжить и вернуться домой.

Си Мусс развёл руками, как бы говоря: «а что я могу?». Ричард снова перехватил инициативу и в который раз получил по лицу, а потом ещё и ещё. Четвёртый удар Лара остановил компьютер.

– Внимание! – произнёс он, мгновенно решая все их разногласия. – Сбой варп-двигателя. Точка выхода из экзо-пространства через десять секунд.

Лар отпустил Ричарда, поднял взгляд и выругался.

– Какая, к чёрту, точка выхода?

* * *

Его словно выдернуло из сна. Только что он был офицером-лётчиком, отдыхающим в увольнении с семьёй, а теперь осознал, насколько глупо было в это поверить. Всё вокруг посыпалось синими мелкими кубиками-пикселями – кубики заполнили пространство, стали хаотично перемещаться и менять всё вокруг. Кубиками стало всё. Всё. Кроме неё. Вот только в ней и была проблема. Кулон на её шее блеснул серебром, когда она замахнулась и ударила его кулаком в нос – Антон опешил. Не ожидавший, что бой продолжится, он едва успел увернуться от второго удара, на третий перехватил её руку и вместо того, чтобы ответить, притянул к себе и обнял. Нина попыталась вырваться, и Антону вдруг вспомнился тот момент, когда она так же вырывалась, увидев сон про Флёрсарин и Александру. Так же не понимала, где находится и кто перед ней.

– Мы должны друг другу целую вечность, – слова, сказанные ей тогда, безотчётно сорвались с его губ. От неловкости и от того, как замерла Нина, он ослабил хватку и тихо добавил. – Это я. Всё хорошо. Это правда я. Настоящий…

Глава 7. Переписать невозможное

– Время вышло, советник, – произнёс голос Адама из динамиков устройства связи. – Специалисты по взлому прибудут не раньше, чем через четверть часа. Они очень далеко. Лифты ещё неактивны.

Гидеон бросил косой взгляд на До Хань Линя. Они пытались открыть дверь кабинета Адмирала уже битые десять минут, но всё безрезультатно. Казалось, следовало бы просто выломать её, но их двоих было недостаточно, чтобы открыть адмиральский кабинет – тут не хватило бы и фотонной торпеды.

– Газ ещё там, Адам? – обратился До Хань Линь, упорно подбирая код.

– Система показывает, что да. И… – Адам на той стороне замялся.

– Что? Адмирал жива?

– Пока да, но состояние нестабильно. Системы показывает низкий уровень активности. Просто…

– Что? – не выдержал Гидеон. – Что там ещё?

– Адмирал не одна. С ней советники.

Гидеон и До Хань Линь снова встретились взглядами, на этот раз по-настоящему напуганными. Они помнили, что Терри и Диамант находятся на станции, но даже не думали с ними связываться, свято веря, что те способны постоять за себя.

– Какого чёрта они там делают? – воскликнул Гидеон.

– Не знаю, когда я последний раз слышал о них, они были на другом конце станции, – помедлив ответил Адам. – Судя по данным с компьютера, они отдали всю положенную защиту, включая капсулы кислорода, Адмиралу Картер, поэтому их стало видно с устройств простого слежения. Их биосигнатуры проявлены, но неактивны.

Гидеон втянул носом воздух, и провёл ладонью по лицу, слегка надавив на глаза и потерев их пальцами.

– Убирайте газ оттуда к чёртовой матери! – выдохнул он.

– Гидеон, – До Хань Линь бросил на него взгляд, – как ты предлагаешь им это сделать?

– Советник… – проговорил голос Адама в устройство связи и затих. Ему нечего было на это ответить.

* * *

Захваченный пленниками корабль Юмаради выкинуло из экзо-пространства и закрутило так, что стало не до внутренних распрей: Си Мусса и Тиану бросило на пол и прижало к стене, Лар отпустил Ричарда, и тот, попав под влияние гравитации, а точнее под почти полное её отсутствие, отлетел в Си Мусса, едва успев выставить руки, чтобы не столкнуться с ним лбом. Судя по всему, во всех отсеках происходило то же самое. Лар закрыл глаза и полностью погрузился в ощущения: его внутренний взор побежал по системам корабля, проводке, корпусу, обшивке – повсеместные сбои, более или менее работоспособными остались только жизнеобеспечение и кое-какие навыки бортового компьютера. Лар выругался совершенно по-человечески, а потом вышел в центр медицинского отсека – каменная глыба в центре урагана, точка спокойствия в окружающем хаосе – он проверил стабилизатор, снова убрал его в карман и раскинул руки в стороны, обращаясь туманом, а затем и своим вторым воплощением. Рубины глаз сверкнули алым, когда от его рук потянулись нити чёрной космически-звёздной энергии, опутывая корабль. Минута, две, три – и вот бешенное вращение прекратилось, режим повышенной защиты отключился, бортовая система вышла из экстренного состояния.

Си Мусса стошнило, сразу после того, как они с Тианой рухнули на пол. Тиана потеряла сознание, и только Ричард, относительно легко переживший эту мини-катастрофу, перевернулся на спину, помассировал виски и попытался подняться на ноги. Но не смог. Корабль тряхнуло, и Ричард снова оказался на полу.

– Попадание торпеды класса С в отсек сброса мусора, – сообщил компьютер, – активирую щиты.

Лар принял человеческую форму и снова выругался.

– Отсюда компьютер не станет отвечать. Я на мостик… – он бросил взгляд на Тиану, – а вы помогите тут друг другу и кто-то должен остаться следить за капсулой с Марго… – он откашлялся, – с Маргаритой.

Си Мусс поднял руку, едва находя в себе силы ответить.

– Я останусь.

Ричард снова встал и отряхнулся.

– А я с тобой. Разговор есть.

* * *

– Антон, – Нина перестала вырываться и, когда он ослабил хватку, развернулась в его руках, заглянула в глаза. Слёзы потекли по щекам, пеленой застилая всё вокруг, черты лица Антона смазались, и она потянулась к ним рукой, чтобы ощущать его, чтобы чувствовать, что он всё ещё здесь. – Ты тоже был там?

Антон шумно сглотнул. Он тоже плакал и ничего не мог с этим поделать.

– Был, – его хриплый дрожащий голос отозвался в сердце Нины глухой и долгой болью, но она не сразу поняла почему.

«Был». Он там был. У Нины внутри всё перевернулось и стало жечь, будто кто-то поместил в её солнечное сплетение раскалённый кусок металла. Антон был там. Его семья была жива, вся его семья. Они все там состарились, все были вместе. На Земле.

– Боже… – Нина впервые произнесла это слово, хотя не верила в бога и не считала, что в призыве к нему есть какой-то прок. – Они были живы… там… – её голос стал почти неслышен, губы едва двигались. – Твоя семья.

Антон качнул головой и вдруг притянул её к себе, обнимая до дрожи, и Нина ответила ему тем же. Его плечи вздрагивали, рыдания беззвучно рвались из груди, но Нина не отходила, не двигалась и ни на миг не ослабила объятий. Ей самой было тяжело понимать, что она видела своих родителей живыми, говорила с ними, была счастлива с ними… вот только Нина своих родителей не помнила, она их почти не знала. А Антон помнил. И знал.

Кубики-пиксели перемещались вокруг них со звуком песка в песочных часах – голубые и синие, они были размером примерно десять на десять сантиметров, синхронные, точно стайка морских рыбок, и бесконечно непостижимые, как сам океан. Нина не знала, сколько они простояли так, пока Антон, наконец, не отстранился от неё.

– Прости, – он отвернулся и вытер рукавом заплаканное лицо.

– Нет, – Нина обняла его сзади и прижалась щекой к спине. – Это очень тяжело… очень. Я с трудом представляю, как ты это пережил, что ты чувствуешь, как… – она не смогла договорить, голос перестал слушаться.

Он горько усмехнулся, но всё равно почувствовал себя лучше от её слов и смог взять себя в руки настолько, чтобы осмотреться и оценить ситуацию.

– Где мы?

Нина разжала кольцо объятий, но не отстранилась совсем, а взяла Антона за руку, и он благодарно сжал её руку в ответ. Синие пиксели-кубики двигались вокруг них, казалось, хаотичными волнами, будто бы они попали за игровое поле в какой-нибудь онлайн-игре.

– Смотри, – Антон повёл свободной рукой в сторону самой близкой волны, и волна отступила ровно настолько и с той же скоростью, с которой он сделал движение. – Это система. Мы кажется… – он посмотрел на Нину, и она закончила его мысль.

– Внутри Мари?

Антон кивнул.

– Очень на то похоже. Давай попробуем пойти вперёд?

Нина неопределённо качнула головой, скорее соглашаясь, чем отрицая его слова, и они не сговариваясь сделали шаг вперёд. Кубики-пиксели отпрянули от них, несколько раз поменяли оттенки синего, и вдруг расступились, открывая пиксельный проход в неизвестность – точно волны для Моисея в библейской притче.

– Похоже, нам предлагают пройти дальше… – констатировал факт Антон.

– Есть ли у нас выбор? – заметила Нина. – Хотя всё это похоже на какой-то бред.

* * *

Секунды набатом тикали в голове Гидеона – казалось, не было ни выхода, ни решения.

– Может, у вас есть ещё какое-то особое оружие, советник Линь? Проходить сквозь стены не умеете?

В глазах До Хань Линя мелькнул лукавый огонёк.

– Если б даже умел, как бы я пронёс кого-то с собой? Они-то не умеют… – он хмыкнул. – Кроме шуток. Никто не умеет. Это невозможно, наука и технологии пока не нашли способ проходить сквозь твёрдые предметы.

– Ну варп-то они изобрели, транспортеры те же… – Гидеон оборвал себя на полуслове и отпрянул от двери. Меч До Хань Линя раскрылся, а сам советник занял боевую стойку.

Под дверью что-то копошилось – не живое, плоское и круглое, похожее на памятный медальон. Оба советника могли бы поклясться, что оно вышло сквозь дверь, однако прямо сейчас выглядело вполне реальным и осязаемым. Медальон расправил маленькие лапки и посеменил по полу, Гидеон присмотрелся к его серебристо-металлической поверхности.

– Назад! – выкрикнул он. – Схватил До Хань Линя за запястье и потащил к противоположной стене.

– Что? – не понял советник Линь, но получил в ответ лишь однозначный жест наблюдать, не отвлекаясь.

Медальон прополз от одного края двери к другому, потом вернулся на середину и замер ровно в месте соединения створок, убрал лапки и щёлкнул. В этот же миг его верхняя часть раскрылась, выпуская несколько красных, а затем белых металлических лепестков, образуя нечто вроде примулы в расцветке ягодного мороженного.

– Что это такое? – наконец, выдохнул До Хань Линь.

– Похоже, решение нашей проблемы, – ответил Гидеон, вздыхая почти с облегчением. – Символ хранителей знака КРИ.

– Кого?

Гидеон бросил взгляд на До Хань Линя и отмахнулся.

– Долгая история. Если будет возможность, поделюсь…

Конец его фразы потонул в громком хрусте, который просто не могла издавать такая маленькая вещь, и всё же это была она. Лепестки стали множится – ряд белых, ряд красных, ряд белых, ряд красных – и выпрыгивать по одному, а затем просачиваться в плотное соединение створок двери и исчезать там. До Хань Линь хмурился, наблюдая за всем этим, и всё больше занимал позицию обороны, Гидеон не двигался и, кажется, вовсе не предчувствовал опасности.

– Гидеон! – До Хань Линь дёрнул его на себя, с точностью повторяя недавний жест самого Гидеона, и бросил меч остриём в пол так, что тот встал чётко перед ними. Рукоять меча сверкнула, раскрылась, и распахнула зеленовато-синее защитное поле аккурат в тот момент, когда лепестки, окончательно занявшие свою позицию, взорвались.

Вспышка, огонь и последующий за ними грохот врезались в защитное поле, которое однако не удержало взрывную волну – она ударила в грудь советникам и толкнула их в стену коридора. Стена прогнулась, треснула и обвалилась, открывая огромное пространство станции, простирающееся на много километров вниз. До Хань Линь ловко развернулся, удерживаясь на самом краю, а Гидеон пошатнулся, взмахнул руками и ухнул спиной вниз.

* * *

На мостике оказалось пусто. Лар решил, что люди и иссинианцы ушли в целях собственной безопасности, но, когда подошёл Ричард, и они вместе разобрались со схемой корабля, оказалось, что все ушли обсуждать что-то в кают-компанию, и там в самый разгар встречи заклинило двери. Кто-то даже отправлял голосовой запрос в медотсек, сначала, чтобы пригласить Ричарда и Си Мусса с собой, а потом, звал на помощь – но компьютер эту информацию не обработал или обработал не до конца. Навигация по-прежнему оставалась неактивна, как и отклик компьютера – узнать от него можно было только общую информацию с открытых баз данных и уточнить состояние корабля.

– Где мы? – Ричард опёрся руками о панель управления и заглянул в смотровое стекло, за которым раскрылась космическая бездна. Никаких объектов рядом не было видно.

Лар сделал то же самое.

– Я не чувствую ничего, и не вижу. Откуда же тогда торпеда?

Они переглянулись. Корабль, остановленный после бешенного вращения, ещё совершал медленные обороты вокруг своей оси, двигаясь против часовой стрелки. Лар не смог бы определить, где они находятся, даже если бы хотел, Ричард тем более, но вот угол обзора изменился, корабль повернулся ещё, и прямо перед ними выплыла сверкающая сфера с внутренней круговой гравитацией – хрустальный подарочный шар, и одно из самых защищённых мест в известных галактиках.

– Разубеди меня, Нейтан, – произнёс Лар.

Ричард покачал головой.

– Быть не может. Невозможно оказаться рядом с ним случайно…

– Возгорание в кухонном блоке, – встрял компьютер.

Лар выругался.

– Компьютер, остановить пожар, – приказал Ричард, тоном, к которому привык ещё на «Ястребе», – вывести изображение объекта прямо по курсу.

– Активирована система устранения пожаров, – ответил компьютер, – второе действие недоступно.

– Хотя бы скажи, что это за объект? – проворчал Лар.

– Компьютер, определить объект можно? – уточнил Ричард.

– Аббревиатура ИЛЛАРИОН. Доступ запрещён.

– Хорошо, – Ричард похлопал ладонью по панели и оттолкнулся от неё. – Компьютер, а можешь замедлить или остановить вращение корабля так, чтобы «Илларион» оставался в поле зрения?

– Да. Выполняю.

Лар встретил взгляд Ричарда и театрально похлопал в ладоши.

– И что?

– Ничего хорошего, – Ричард вернулся к смотровому стеклу. – Ты ничего не заметил? Посмотри на сферу!

Лар обвёл взглядом «Илларион», пожал плечами, но вдруг втянул носом воздух и замер. Внутри то и дело поблёскивали красные огоньки, была полностью активирована система обороны и сняты все защитные механизмы.

– Они отключили защиту?

Ричард задумчиво поджал губы и, помедлив, покачал головой.

– Понятия не имею. Компьютер, доложи о состоянии объекта «Илларион». Что с ним происходит?

Вместо компьютера прозвучала фоновая радиация, и только после этого компьютер соизволил ответить.

– На станции введено военное положение, станция готовится к боевым действиям, предположительно к прыжку и атаке на одну из планет галактического Союза Млечного пути. Полные данные недоступны. Полный ответ на запрос невозможен.

Ричард переглянулся с Ларом и хотел спросить ещё, но компьютер перебил его, дополняя информацию.

– Наше появление не осталось незамеченным. На нас направлены торпеды класса С. Предупреждающее попадание было сделано, до следующего выстрела две минуты.

Ричард тяжело вздохнул и сел в одно из кресел пилотов, Лар обратился к компьютеру.

– Компьютер, на сколько хватит наших щитов?

– На три точных попадания.

Ричард всплеснул руками и приложил ладонь ко лбу.

– На три попадания.

Лар только усмехнулся.

– Всю энергию на щиты, компьютер, – сказал он, – а мы попробуем открыть дверь в кают-компанию.

* * *

Пиксельный коридор петлял перед Ниной и Антоном и в конце концов вывел их на нечто похожее на скалу над огромным ровным полем. На поле что-то происходило: сначала им показалось, что это просто хаотичное перемещение пикселей, но затем стало ясно, что в этом есть некая система, – прямо на их глазах на пиксельном поле разворачивалась схватка двух человекоподобных фигур. Они меняли состояние: могли рассыпаться кубиками, ускользать, точно песок из горсти, и снова возвращались к человеческим образам. У одной из фигур были сломанные белые пиксели – в этих местах она оставалась статичной и с трудом меняла форму.

– Это Мари, – произнёс Антон.

Нина посмотрела на него.

– Ты уверен, что это не иллюзия? Уверен, что мы не в таком же сне, как до этого?

Антон покачал головой.

– Без всяких сомнений, это Мари. Мы внутри системы.

Стоило ему договорить фразу, как «скала» под ними обрушилась водопадом пикселей – Антон и Нина скатились по ней, как по склону, с которого только что сошла лавина, и оказались прямо перед дерущимися фигурами. Фигуры на мгновение застыли, а потом переглянулись. Та, что была с белыми пикселями, и которую Антон назвал Мари – казалась напуганной, вторая – злой. Нина подумала, что это очень похоже на старые игры, когда компьютеры находились на заре своего развития, а земляне едва узнали, что такое космос вообще.

– Помнишь занятия у мастера Тиссоная? – отвлечённо произнёс Антон. В отличие от Нины он смотрел в самую суть проблемы и потому предугадал следующие события на несколько секунд раньше, чем они случились.

Нина посмотрела на него и вздрогнула, когда он скомандовал:

– В боевую позицию, быстро!

Они стали спиной к спине и тут же оказались в окружении волны пикселей – она прошла перед ними, отрезая на время их от двух пиксельно-человеческих фигур, потом разделилась на две части и, осыпавшись синими фрагментами, оставила Нине и Антону по одному противнику. Далеко не сразу стало ясно, что программа предлагает им их самих – Нине точную копию Нины, Антону – точную копию его самого. Если Антон был прав, и они действительно находились в системе, им светило полное поражение. Нина с ужасом подумала об этом и о том, что система использует все знания МАРИ о них, чтобы уничтожить саму суть их существования. Без дополнительных пояснений и обсуждений было понятно, что бой предстоит тяжёлый. Антон нашёл руку Нины и кратко сжал её.

– У нас чипы, – тихо произнёс он, – программа будет предсказывать каждое наше действие, если вообще собирается вступать с нами в бой.

– Она собирается нас убить, а не вступать в бой, – ответила Нина.

– Согласен. И ей это удастся, если мы будем так стоять. Действуй непредсказуемо, действуй, не думая.

Нина вздохнула.

– Свои советы себе посоветуй, – она взглянула на другую себя, на рыжие волосы, неприятно-ледяной свет синих глаз и вдруг поняла. – Ты думаешь о том же, о чём и я?

Антон улыбнулся уголком губ.

– Проверим, – шепнул он.

Пиксели перестали двигаться, фигура МАРИ и её врага застыли в нескольких шагах от Нины и Антона, другие Нина и Антон встали в боевую стойку, сосредоточенные, не живые. Что-то хрустнуло, сдвинулся кубик рядом с ногой Антона, и программа атаковала МАРИ, набросилась на неё с жестокостью хищника. Созданные ей двойники последовали её примеру. Антон снова коснулся руки Нины, и они одновременно сделали шаг в разные стороны, как в танце, и поменялись врагами, успевая отбить первые удары пиксельных кулаков.

Время зашло на новый круг.

* * *

Сердце упало вниз, руки схватили воздух, и обломанный край пола, на котором он ещё мгновение назад стоял, пролетел перед глазами. Сверху послышался крик До Хань Линя, металлический скрежет и звук, напоминающий взмахи крыльев огромной птицы, а затем его обхватили за талию – рывок, и их на неопределённое время закрутило по инерции, до головокружения и кровавых пятен в глазах. Но вскоре вращение прекратилось. До Хань Линь держался одной рукой за металлический тонкий трос, а другой подхватил Гидеона, он будто бы мог управлять воздухом, взаимодействовать с ним, как с твёрдым веществом. Только теперь, в плотной сцепке с До Хань Линем, Гидеон узнал, как на самом деле это ощущается, как это – быть мастером боевых искусств. Хотя Гидеон называл бы это – мастером боевых стихий.

Наверху что-то щёлкнуло, и трос начал втягиваться, поднимая за собой и советников. До Хань Линь помог Гидеону забраться обратно на этаж, вынул из пола меч и открепил маленький металлический коробок с кончиком торчащего из него троса. Гидеон покачал головой и усмехнулся.

– Воистину… как это происходит? Каждый раз я узнаю что-то новое о советнике, с которым рука об руку прошёл от начала своей работы в Совете «Авроры». Мы ведь вместе вступили на пост?

До Хань Линь кивнул и улыбнулся улыбкой человека, взгляд которого только что обратился к приятным воспоминаниям.

– Моё оружие завязано на древнем мастерстве, на духовной энергии… Делиться этими знаниями запрещено. Было запрещено до смерти моего отца, но в эти дни таких как я осталось немного, молодые же всё чаще избирают более лёгкий путь.

– Духовная энергия очень похожа на магию, – сказал Гидеон, – по крайней мере для меня это выглядит так.

– Я так и знал, – До Хань Линь вздохнул. – Это первая мысль, которая приходит людям в голову, когда такие как я рассказывают о своём мастерстве. Поэтому «Аврора» никогда не будет использовать технологии, которую использую я, и никогда не даст этому массовое освещение.

– Прошу прощения, – виновато произнёс Гидеон, – и спасибо, – их взгляды пересеклись и мгновенно изменились. Благоприятные чувства, ещё мгновение назад сиявшие в глубине их глаз обратились испугом. Они забыли нечто важное, и забыли настолько, будто что-то намеренно отвлекало их. Оба обернулись к кабинету адмирала и замерли.

Дверь перед ними больше не была дверью, вместо неё образовалась дыра с рваными вывернутыми краями, от лепестков не осталось и следа, а то, что совсем недавно советники определили как медальон, оказалось впечатано в пол до такой степени, что слилось с ним. По другую сторону дыры стоял густой туман, медленно покидавший пределы кабинета.

– Назад! – воскликнул Гидеон.

– Советники! – окликнул кто-то со стороны лестницы, и оба, не сговариваясь, вздрогнули.

К ним на подмогу, запыхавшийся, бежал Адам с двумя масками и каким-то устройством, похожим на трубу с контейнером, наперевес. За ним по пятам шли с десяток ригелианцев. Гидеон не ожидал их увидеть: о том, что команды крейсеров спустятся и будут помогать на базе, речи не шло, а для прибытия техников было слишком рано. Он думал об этом, надевая маску и хотел было обсудить этот момент, когда Адам выдал:

– Лагости Аки здесь, и он ждёт вас, – он убедился, что советники надели защитные маски и устало обвёл взглядом бывшую дверь. – Чёрт возьми! Что вы тут делали?

У Гидеона забивалось сердце от нехорошей догадки – всё, что они пережили в последний час, ощущалось каким-то развлечением. Он не волновался, не переживал, не торопился, когда узнал, что время адмирала истекло, и до маски вообще не беспокоился о состоянии Диамант и Терри. Ему не нужно было спрашивать, чтобы узнать, что До Хань Линь сейчас чувствует то же самое.