355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Инга Берристер » Позабудь, что было... » Текст книги (страница 8)
Позабудь, что было...
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 16:53

Текст книги "Позабудь, что было..."


Автор книги: Инга Берристер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

– Белое, по счастью, – сообщил он минут через десять, поставив перед Сарой поднос с тарелкой, на которой красовался аппетитный омлет. Джос наполнил бокалы и принес из кухни свой поднос.

– Наверное, после Хотон-хауса эта квартира кажется тебе мышиной норкой, – невесело заметила Сара.

– Она напоминает мне те годы, когда я работал в газете. Поверь, мне доводилось жить в местах и похуже…

– И что же заставило тебя бросить все это – я имею в виду работу репортера?

Словно чувствуя потребность Сары отвлечься от тягостных мыслей, Джос серьезно ответил:

– Устал скитаться. Мне хотелось от жизни большего, чем постоянное пребывание среди незнакомых людей. После нескольких лет подобного существования начинает казаться, что живешь в стеклянной колбе, отгороженный от всего мира.

– И ты променял блестящую карьеру на скромное деревенское бытие. Довольно резкий перепад.

– Быть может… Но именно к этому я и стремился. Мне кажется, у большинства людей в сердце живет затаенная тяга к оседлой жизни, к надежным стенам своего дома.

– Угу… Знаешь, подростком я всегда мечтала поселиться в Хотон-хаусе, – застенчиво призналась Сара. – Я влюбилась в этот дом, когда мне было двенадцать, и с тех пор осталась верной этому чувству. – При этих словах она рассмеялась и увидела, как в глазах Джоса мелькнуло странное выражение.

– И ты во всем так постоянна, Сара? – негромко спросил он. – Уж если отдаешь кому-то свое сердце, то раз и навсегда?

Сара понимала, что Джос поддерживает разговор из вежливости, чтобы помочь ей расслабиться, но все же ответила так серьезно, словно он потребовал ответа:

– Да. Беда в том, что в наши дни большинству людей такая любовь ни к чему – чересчур обременительно, – добавила Сара, мимолетно вспомнив Хелен, которая тоже принадлежит к многотысячной армии разведенных.

Джос не сводил с нее пристального взгляда. Он слишком глубоко проник в мои сокровенные мысли, с испугом подумала Сара. Слишком много узнал обо мне.

– Расскажи мне о своем детстве, – потребовала она. – Где ты родился?

– В Ланкашире, – тотчас ответил Джос. – Мой отец владел там небольшой типографией. Они с матерью переехали жить в Австралию пять лет назад, когда моя сестра вышла замуж за австралийца. Живут теперь в окрестностях Сиднея…

– Ты, должно быть, скучаешь по ним.

Сара вспомнила, как сама тосковала по папе и маме, затем подумала о том, как сильно не хватало бы ей Джейн, если б сестра со своим семейством вздумала переехать куда-то на край света…

– Немного, но ведь существует такая вещь, как самолеты, и кроме того, не забудь, что моя скитальческая жизнь началась за несколько лет до их отъезда. Хочешь еще вина?

– Я уже выпила три бокала, – возразила Сара. По правде говоря, она приятно расслабилась, если не сказать – захмелела.

Джос взглянул на часы.

– Через десять минут по телевизору будет передача, которую я хотел бы посмотреть. Не возражаешь?

– Нет-нет, нисколько. А что за передача?

– Да так, обычное ток-шоу, но там будет интервью с одним американским писателем, который, насколько мне известно, сейчас ищет себе новых издателей в Англии. Генри Блейк – может быть, слышала?

– О да, – кивнула Сара. – Он, кажется, пишет о пирамидах, космосе и пришельцах?

У Джоса чуть заметно в улыбке дрогнули губы.

– Можно сказать и так, – согласился он. – У Блейка множество последователей, он выдвигает в защиту своей теории весьма веские аргументы.

– Так ты веришь в то, что он пишет? – с вызовом осведомилась Сара.

– Этого я не сказал. – Джос поднялся, взял подносы с грязной посудой и скрылся в кухне. Вернулся он через минуту с двумя кружками кофе.

– Ммм, – пробормотала Сара, – как приятно, когда тебя балуют… Ты станешь для кого-то замечательным мужем.

Эти слова вырвались у нее прежде, чем она успела прикусить язык. Казалось бы, что в них такого – на подобный манер Сара могла бы поддразнить любого из своих холостых знакомых, и все же почему-то на сей раз сказанное неловко повисло в воздухе. С чего бы это? Лгунья, мысленно обругала себя Сара, ты же отлично знаешь, в чем дело. Знаешь, кто она – единственная женщина, которую ты согласилась бы видеть женой Джошуа Ховарда…

– Что ж, когда решу жениться, буду знать, к кому обратиться за рекомендацией… А разве твоя сестра не балует тебя, когда ты гостишь у нее? – как ни в чем не бывало спросил Джос и включил телевизор.

– Пытается, – отозвалась Сара, – но без особого успеха, если вспомнить, что у нее трое маленьких детей. Тем более тройняшки. Ее поразило, что Джос слегка побледнел.

– Господи… И часто у вас в роду бывают тройни?

Сара рассмеялась.

– Да нет… Врач предупреждал, что у нее могут родиться двойняшки. Тройня – это уже сверх программы…

Началась передача, и Сара умолкла, с удовольствием ощущая рядом надежное и теплое плечо Джоса. Приятная слабость разлилась по всему телу… Это от вина, сердито подумала Сара. Сейчас закрою глаза… только на минуточку…

8

– Ну же, поднимайся, пора в кровать.

Саре голос Джоса показался каким-то гулким. До чего же неохота двигаться с места… Она теснее прижалась к нему, крепко зажмурившись.

– Сара, да проснись же…

Она нехотя открыла глаза и лишь сейчас осознала, что блаженное, надежно окутавшее ее тепло, исходит от руки Джоса, обнимающей ее плечи. Сара мельком взглянула на часы, стоявшие на телевизоре, и поразилась, обнаружив, что уже минула полночь.

– Что же ты не разбудил меня раньше? – сонно пробормотала она. – Тебе же неудобно так сидеть.

– Мда… Признаюсь честно, перспектива провести ночь на твоей кушетке не слишком заманчива.

Сара не могла видеть лица Джоса, а голос его прозвучал шутливо, не более, но перед ее мысленным взором тотчас вспыхнуло видение той ночи, которую они провели в одной постели, и вдруг до боли захотелось, чтобы это повторилось. Всем сердцем Сара желала вновь очутиться в крепких и надежных объятиях Джоса, нежиться в его тепле, обессилев после бурных ласк; жаждала вновь ощутить, как его пальцы с неистовой страстью впиваются в ее кожу, губы ласкают ее тело… Сара едва слышно застонала и вздрогнула, испугавшись яростной силы своего желания.

– Сара, теперь тебе нечего бояться.

Рука Джоса крепче стиснула ее плечи. Ну конечно, он неверно истолковал причину этой внезапной дрожи. Стыдясь собственной предательской слабости, Сара тесно прильнула к нему и с мольбой прошептала:

– Не уходи…

– Я и не собираюсь. – Джос поднялся и подхватил ее на руки легко, как ребенка.

– Я буду спать в соседней комнате, Сара. Тебе ничто не угрожает.

Он отнес ее в спальню, одной рукой прижимая к себе девушку, другой отдернул покрывало и бережно уложил свою ношу на перину.

– Я не хочу спать одна. Останься со мной, Джос… Пожалуйста…

В темноте, отстраненно подумала Сара, глаза у него светятся. Как у кошки. Всем существом она ощущала близкое, чересчур близкое присутствие Джоса, и ей хотелось протянуть руки, обнять его, привлечь к себе и не отпускать, но Джос уже отстранился, и по его бесстрастному лицу невозможно было понять, о чем он думает.

– Не могу, Сара.

Голос этот, ровный и почти ласковый, отозвался в ней вспышкой жгучего стыда, и Сара отпрянула, съежилась, повернувшись спиной к Джосу, чтобы он не разглядел предательского блеска ее слез.

В минуту слабости она выдала себя, сама попросила его любви, а он отказал, пусть мягко, сдержанно, но отказ есть отказ. Все ее тело ныло от боли и в то же время сгорало от нестерпимого желания. С неимоверным трудом Сара заставила себя не молить его остаться.

– Ты в безопасности, – заверил Джос, словно не понимая, что ее мольба вызвана отнюдь не страхом. – Я буду за дверью, в соседней комнате, и никто сюда не войдет.

Он спасает мое достоинство, с горечью подумала Сара, намеренно сглаживает неловкость ситуации, и все равно ее нестерпимо тянуло вновь и вновь умолять Джоса остаться с ней, ответить ее желанию…

Словно услышав ее мысли, Джос негромко добавил:

– Сара, я не могу спать с тобой в одной постели. Пойми это.

О да, она понимала! Понимала, что, если Джос когда-то и желал ее, теперь это мимолетное чувство сгинуло без следа. Как же ей хотелось крикнуть: «Я люблю тебя! Люблю… Пожалуйста, люби меня…», но Сара слишком хорошо понимала, что этим признанием только ухудшит дело. Джос совсем не злой человек, что бы там она раньше о нем ни думала. Он нежен, заботлив, сострадателен – иначе бы его сейчас здесь не было… Только мне совсем не нужно его сострадание, горестно подумала Сара, слушая, как дверь спальни захлопывается за Джосом. Мне нужна его любовь. Что за изощреннейшая мука – знать, что он спит совсем рядом, за дверью, а я не могу быть с ним… Сара закрыла глаза, чувствуя, как из-под век катятся бессильные слезы. Заснула она очень и очень нескоро.

– Что ж… я рад, что ты выглядишь намного лучше. Надеюсь, и чувствуешь себя соответственно. У нас на этой неделе весьма плотное рабочее расписание, в том числе и поездка в Канн. Мне нужно повидаться с Хелен по поводу ее книги. Выезжаем завтра после обеда.

Сара сидела в кабинете Джоса. Сегодня она появилась в издательстве впервые после вынужденного перерыва в работе, который заставил ее сделать Джос после случая с Дэвидом. Последние четыре дня Сара провела с Джейн и Ралфом, только что вернувшимися с Менорки, и в кои-то веки старшая сестра не надоедала младшей нотациями и щекотливыми расспросами.

Физически Сара чувствовала себя прекрасно, но вот душевно… Одна она знала, как сильно страшила ее сегодняшняя встреча с Джосом. Он говорил, а Сара не спускала с него напряженного взгляда, стараясь уловить на лице собеседника хоть малейший, но бесспорный знак того, что ее присутствие его раздражает. Пока что, впрочем, она ничего такого не заметила, а теперь Джос заговорил о том, что им обоим предстоит деловая поездка в Канн.

Прежде, чем Сара успела вставить хоть слово, Джос продолжал:

– Я распорядился переселить тебя в другой кабинет, дверь в дверь с моим. Во-первых, он попросторней, чем твой прежний чуланчик, а во-вторых, мне куда удобней иметь помощницу под рукой, чем двумя комнатами дальше по коридору.

– Но как же план по любовным романам? – с пересохшим ртом спросила Сара. – Кто будет им заниматься?

– Ты, разумеется, – ответил Джос, слегка нахмурясь. – Мне казалось, мы уже обсудили этот вопрос. Обещаю тебе полную свою поддержку, а кроме того, возьму на себя отношения с авторами…

– А моя секретарша?

– Останется твоей секретаршей. – Джос продолжал хмуриться. – Послушай, Сара, – прибавил он и, встав из-за стола, подошел к ней вплотную, – я-то думал, что мы уже разобрались в том, надо ли считать перемену в твоих обязанностях понижением. Ничего подобного! Напротив, поработав моей помощницей, ты живо убедишься, что круг твоих обязанностей только расширился. У меня, кстати, лежат две рукописи, я хотел бы, чтобы ты прочла их и записала для меня свои замечания. Эти романы, если только мы будем их издавать, предназначены для широкого круга читателей, и меня весьма интересует, что скажет о них женщина. Оба написаны в документальном жанре, один автор – журналист, мой хороший знакомый, другой – бывший политический деятель.

– И что ты думаешь о них? – спросила Сара, взяв со стола рукописи, но Джос лишь покачал головой.

– Нет-нет. Мне нужна твоя точка зрения – независимо от того, что думаю я. Теперь о поездке в Канн, – продолжал он, резко меняя тему. – У Хелен кое-какие трудности с книгой, и она хочет обсудить их со мной. Мне положены несколько дней отдыха, и я решил совместить деловую поездку с визитом к моему другу, который работает над историей своей семьи. Он – владелец небольшого виноградника, который с незапамятных времен принадлежал его роду. Поэтому мы не полетим в Канн, а поедем на машине и по дороге заглянем к нему… Ты плохо переносишь автомобильные путешествия? – обеспокоенно спросил он, увидев, что Сара побелела.

Она лишь качнула головой, не в силах объяснить Джосу, что кровь отхлынула от ее лица из-за одной лишь мысли, что на несколько дней она окажется наедине с ним. Поразительно, подумала с горечью Сара, и как только Джос решился так долго терпеть мое общество, особенно если вспомнить, какие чувства я испытываю к нему? Впрочем, он человек светский и умеет сгладить любую неловкость, какая может возникнуть между нами. Он уже доказал это, когда остался ночевать в квартире Сары. Она вдруг залилась краской, вспомнив, как невозмутимо ее отвергли.

– Сара, ты уверена, что с тобой все в порядке?

Джос коснулся прохладными пальцами ее горячей щеки, и это прикосновение точно обожгло Сару. Она отшатнулась и с удивлением увидела, как потемнели его глаза и сжались губы.

– Все в порядке, – хрипло заверила она и поспешила отвлечь его: – Когда ты хочешь выехать?

– Я заказал билеты на вечерний паром, так что отправляться в путь надо не позднее полудня, если ты успеешь собраться. Надеюсь, поездка займет у нас не больше недели. – Джос опять нахмурился. – Для меня чертовски важно, чтобы Хелен поскорее закончила свою рукопись. Эта книга, бесспорно, должна стать бестселлером, и я хотел бы к Рождеству уже увидеть ее напечатанной.

Интересно, мрачно подумала Сара, вправду ли он озабочен только тем, чтобы книга Хелен поскорее вышла в свет, или куда больше волнует его сама Хелен? Напомнив себе, что ее это ничуть не касается, она продолжала слушать Джоса. Он сообщил, что все формальности, связанные с поездкой, уже улажены, и уточнил только, в порядке ли ее паспорт.

На миг Сара испытала трусливое желание солгать, но ведь эта поездка, что ни говори, входит в ее новые обязанности, а она сейчас не может позволить себе потерять работу.

Остаток дня Сара истратила на изучение почты, накопившейся за время ее отсутствия. С наиболее срочными письмами уже разобрался Джос, и Сара, вместе с Кэти просматривая остальное, досыта наслушалась, как ее секретарша поет дифирамбы профессиональной хватке нового главного редактора.

– Какая ты счастливая, – с неподдельной завистью заметила Кэти, – едешь на юг Франции, да еще с Джосом… Интересно, у него есть кто-нибудь?

Сара промолчала, ниже склонив голову над разбросанными по столу письмами. Она чересчур хорошо знала ответ на этот вопрос, и ее терзала жгучая ревность к белокурой актрисе.

Вечером, вернувшись домой, Сара первым делом позвонила Джейн и сообщила, что уезжает на несколько дней. Затем вытащила чемодан и уложила одежду, которой, как она надеялась, должно было хватить на всю поездку, – главным образом легкие футболки, шорты и юбки. Повинуясь непонятному порыву, Сара прибавила к этому набору платье из набивного шелка, которое выгодно подчеркивало ее тонкую талию и полную грудь, хотя и твердила себе при этом, что поездка исключительно деловая, а Джос наверняка будет занят Хелен и вряд ли заметит, во что одета его помощница.

Затем она уложила портативную пишущую машинку, солидный запас блокнотов и авторучек и заглянула в бумажник, хотя Джос и обещал уладить все финансовые вопросы.

Он еще сказал, что Саре незачем с утра появляться в издательстве – сразу после обеда он сам заедет за ней. Тем не менее Сара решила лечь спать пораньше. С тех пор, как Дэвид напал на нее, она спала плохо, часто просыпалась посреди ночи и потом с большим трудом засыпала.

Нынешняя ночь не стала исключением, и к двум часам Сара все еще лежала без сна, тупо глядя на задернутое занавесками окно и мечтая о том, чтобы рядом оказался Джос. Как ребенок, играющий с опасной игрушкой, она вновь и вновь воскрешала в памяти ночь, которую провела в объятиях Джоса, и мучительное желание пьянило ее при одной мысли о его ласках. Минуло уже четыре часа, когда Сара наконец задремала, а проснулась она в семь, чувствуя себя совершенно разбитой.

Все утро Сара наводила порядок в квартире. Потом вымыла голову, высушила волосы и, повинуясь сумасбродному порыву, покрыла ногти бледно-розовым лаком, под цвет вязаной кофточке, которую решила надеть в дорогу.

Мельком взглянув на свое отражение в зеркале, она лишь сейчас с испугом заметила, что джинсы чересчур откровенно облегают ее ноги и бедра, а вязаная кофточка имеет до неприличия глубокий вырез. На миг Саре до смерти захотелось одеться поскромнее. Лицо ее вспыхнуло при мысли о том, как будет смотреть на нее Джос – она ведь нарочно оделась так, чтобы выглядеть в его глазах как можно привлекательнее. Чепуха, сердито сказала себе Сара, это легкая удобная одежда, не более.

Когда появился Джос, он скользнул по ней совершенно безразличным взглядом. С тем же успехом Сара могла бы обрядиться в брезентовый мешок, а, впрочем, чего еще она ожидала? Разве можно сравнить ее с такой женщиной, как Хелен?

– Что это? – осведомился Джос, поднимая чемоданчик с пишущей машинкой. – Весит целую тонну.

Когда Сара объяснила, он одобрительно кивнул.

– Я собирался взять свою, но заедают клавиши, пришлось отдать в починку. Это все твои вещи?

Сара кивнула. Она собиралась до ухода предложить Джосу чашку кофе, но сейчас он держался так отчужденно, что она отказалась от этой мысли. Как ясно дает он понять, что отныне мы только босс и подчиненная, с болью думала Сара, спускаясь вслед за Джосом к машине. О нет, он безукоризненно вежлив, но при этом воздвигает между ними незримую преграду, как бы предостерегая Сару от попытки зайти чересчур далеко…

Джос умело вел машину, но явно не собирался поддерживать разговор. Ей пришло в голову, что Джоса совсем не радует перспектива совместной поездки, но зачем же, в таком случае, он взял меня с собой? Разве для того, чтобы лишний раз подчеркнуть: между нами нет и не может быть ничего общего. Джос стремился раз и навсегда дать понять мне, что их краткий мимолетный роман невозвратно остался в прошлом. Что ж, я не стану докучать ему, не поставлю в неловкое положение ни его, ни себя… Что-что, а намеки я умею понимать с полуслова.

– Устала?

Они подъезжали к побережью, и последние несколько миль Сара полулежала, откинувшись на спинку сиденья и прикрыв глаза. Так, по крайней мере, она могла бороться с искушением и не смотреть на Джоса. Он сводит меня с ума, отрешенно размышляла она, я могла бы часами просто наблюдать за ним, просто осознавать, что он рядом. Даже с закрытыми глазами она болезненно четко ощущала каждое его движение.

– Не очень. – Сара села прямо и вынудила себя улыбнуться. – Когда отходит паром?

– Примерно через пару часов. Мне кажется, имеет смысл перекусить где-нибудь в Дувре – не думаю, что тебе захочется ужинать на пароме, а едва мы пересечем Ла-Манш, я намерен прибавить ходу, и, предупреждаю, до места мы доедем скорее всего ранним утром.

Сара сдвинула брови – ей не понравилось, что Джосу придется так долго вести машину.

– Что-то не так? – спросил он. Сара объяснила, в чем дело.

– Я могла бы время от времени сменять тебя за рулем.

К некоторому удивлению Сары, Джос охотно согласился. Она почему-то ждала, что он отнесется к ее водительским талантам с обычным для мужчин высокомерием и предпочтет вести машину сам.

Паром без приключений доставил их на материк. Едва покинув Кале, путешественники оказались совершенно одни на пустынном шоссе.

Джос свернул к обочине и остановил машину.

– Твоя очередь садиться за руль, если, конечно, не передумала.

Сара согласно кивнула и перебралась на освободившееся место водителя.

Ралф научил ее водить машину, когда ей исполнилось восемнадцать, а он был терпеливым и требовательным наставником. Сара знала, что она умелый водитель, но все равно немного нервничала.

– Веди машину, а я буду подсказывать дорогу. Часа через два я сменю тебя, идет?

Хотя вначале Сара не слишком уверенно управлялась с большой незнакомой машиной, миль через двадцать она понемногу начала наслаждаться ощущением силы, исходившей от мощного мотора. Джос оказался превосходным лоцманом и вовремя давал ей точные и ясные инструкции.

– Ты давно знаком с человеком, к которому мы едем? – Нелепо, но Сара ощущала неотвязное желание узнать о Джосе как можно больше и копила крупицы этих знаний, словно скупой золото, чтобы перебирать их потом, в те заранее постылые дни, когда Джос навсегда исчезнет из ее жизни.

– Я познакомился с Жаком, когда мы оба работали за рубежом. Подобно мне, он был журналистом. Виноградник принадлежал его старшему брату Рено, который восемь лет назад погиб. Рено был холост, а потому Жак унаследовал виноградник и теперь получает изрядную прибыль.

– И при этом у него еще находится время заниматься семейной историей?

– На самом деле материалы для него собирает Луиза, его жена, но писать книгу будет, конечно, сам Жак. Замок д'Антерр их семья получила в дар от Наполеона; судя по всему, предок Жака, тоже корсиканец, сражался в армии Бонапарта и дослужился до маршальского чина.

– Однако для того, чтобы эта семья получила замок, кто-то должен был его лишиться, – заметила Сара.

– Совершенно верно. Впрочем, это довольно романтическая история. Семейное предание гласит, что все мужчины и женщины рода д'Антерр погибли, но одну девочку спасла и вырастила ее нянька. Когда предок Жака приехал посмотреть на замок, подаренный Бонапартом, он повстречал эту девушку и влюбился в нее, не зная даже, кто она на самом деле.

– Хм… Подозреваю, что этот брак был заключен не столько по любви, сколько из традиционной французской практичности, – сухо отозвалась Сара. – Но история и впрямь недурна.

Она вдруг почувствовала на себе взгляд Джоса.

– Так значит, ты, Сара, не веришь в любовь с первого взгляда?

Язык ее разом прилип к гортани. Что же ответить?

– Полагаю, иногда такое случается, – наконец неохотно признала Сара, от души надеясь, что Джос не поймет, отчего у нее запылало лицо и дрожат руки.

– Но с тобой такого не случалось никогда, верно?

Господи, да что же это Джос измывается надо мной? Он ведь уже наверняка знает, что я влюблена в него по уши! По счастью, отвечать Саре не пришлось: они подъехали к перекрестку, где нужно было сворачивать с шоссе, и пока, сверяясь с картой, уточняли, куда ехать дальше, Джос как будто совершенно забыл, о чем спрашивал. Они остановились и поменялись местами.

Прошло совсем немного времени – сколько именно, Сара не могла бы сказать, – и ее отчаянно потянуло в сон. Просто невозможно было сопротивляться мерному гипнотическому гулу мотора и нестерпимому желанию закрыть глаза.

Сара тем не менее сопротивлялась, но борьба со сном истощила ее силы. Она начала клевать носом, и в конце концов голова ее удобно устроилась на плече Джоса – но Сара уже спала так крепко, что не заметила этого.

– Просыпайся, соня, приехали…

Саре снился чудеснейший в мире сон. Она спала в постели Джоса, и он что-то нежно нашептывал ей на ухо. Сара пошевелилась и протестующе пробормотала что-то, не желая расставаться с такой притягательной грезой.

– Да проснись же, Сара! – Теперь Джос встряхнул ее.

Сара неохотно открыла глаза и заморгала, обнаружив, что по крайней мере часть ее сна была правдой. Нет, она не спала в постели Джоса, но уютно прижалась к нему, положив голову на его плечо. Одной рукой Джос обнимал ее за плечи, другой легонько встряхивал.

– Надо было разбудить меня раньше! – возмутилась она. – Ты, должно быть, устал.

И резко высвободилась, удивившись тому, что губы Джоса недобро сжались. Но прежде чем он успел что-то сказать, дверь дома, перед которым стоял «порше», распахнулась и из нее хлынул поток света. Сара мало что смогла разглядеть, но человек, вышедший им навстречу, был типичным французом. Худощавый, смуглый, с живыми карими глазами, он оглядел Сару с неподдельным и необидным мужским интересом и воскликнул по-английски:

– Джос, дорогой, кто эта очаровательная дама?!

– Руки прочь, Жак, – шутливо проворчал Джос, выбираясь из машины и обнимая друга. – К Саре «вход воспрещен».

– Вот как! – Француз улыбнулся, от чего в уголках его глаз разбежались лучиками тоненькие морщинки.

Джос помог спутнице выбраться из машины. После долгой езды все тело у нее затекло, и она споткнулась, почти упав на Джоса. Сердце Сары забилось быстрее в неистовом восторге, когда крепкие пальцы Джоса обхватили ее талию и горячее дыхание коснулось ее кожи.

– Луиза просила вас простить ее, но она уже легла спать, – сообщил хозяин, провожая их в дом. – Луиза, моя жена, э-э… как это по-английски?.. Носит дитя, – пояснил он Саре, – и в последнее время быстро утомляется.

– Кого вы ждете на этот раз, Жак? Еще одного мальчика?

Они оказались в традиционной французской кухне – огромной, точно бальная зала, и сверкающей чистотой, как операционная. На выскобленном добела столе накрыт нехитрый ужин – хлеб, сыр, вино.

– Нет, у меня уже два сына, и на сей раз я очень хотел бы дочку, и Луиза тоже, хотя мы будем рады тому, кого пошлет нам Господь. Но что же скажешь ты, Джос? – поддразнил Жак друга. – Разве не пора тебе произвести на свет собственных сыновей? Что скажешь, Сара? – со светлой улыбкой обратился он к девушке. – Как думаешь, из Джоса выйдет хороший отец?

Боль раскаленными клещами стиснула сердце Сары, и в ее сознании вспыхнуло непрошеное, мучительное видение: Джос держит на руках младенца, белокурого и красивого, как Хелен. С изумлением она осознала, что в ней самой всколыхнулось острое, древнее как мир желание – родить Джосу сына или дочь; желание настолько сильное, что Сара едва не застонала, отчетливо понимая, что это невозможно. Почему Джос не скажет старому другу, что я всего лишь его помощница – не более? Жак, без сомнения, ошибся, решив, что нас связывают более тесные и интимные отношения.

– Боюсь, Сара очень устала, – после долгой паузы услышала она голос Джоса. – Поездка была долгой.

– О да, конечно! Идемте, Сара, я покажу вам вашу комнату. А ты, Джос… Ты тоже мечтаешь как можно скорее встретиться с Морфеем или предпочтешь разделить со мной поздний ужин и вдоволь поспорить, как в те благословенные дни, когда мы оба охотились за новостями?

– Ужин – это замечательно, – кивнул Джос, – но вначале я принесу наши вещи.

Он ушел и почти сразу вернулся, неся оба чемодана. Как во сне, Сара двинулась вслед за гостеприимным хозяином по бесконечным коридорам замка. Шествие замыкал Джос. Они долго поднимались по лестнице, и наконец Жак остановился перед массивной дверью.

– Мы разместили тебя и Джоса в Башенных Покоях – комнаты, увы, раздельные, и в них нет места для двуспальной кровати, зато из одной комнаты в другую можно пройти через ванную. Это Луиза придумала поселить вас здесь. Она сказала, что вам понравится вид из окна…

Смятенная, с пылающим лицом, Сара ждала, когда Джос объяснит, что они вовсе не любовники, но, к ее немалому удивлению, он просто толкнул плечом дверь, поставил в спальню чемодан и вышел в коридор.

– Приятных снов, Сара, – небрежно сказал он и, мимолетно поцеловав ее в уголок рта, направился к соседней двери. Оставив свой чемодан в комнате, Джос как ни в чем не бывало вслед за Жаком спустился вниз.

Совершенно ошарашенная, Сара шагнула в спальню. Как и говорил Жак, комнатка оказалась невелика, зато Сара с восторгом поняла, что будет ночевать на самой верхушке замковой башни. Вторая дверь вела в ванную, и Сара, заглянув туда, обнаружила в дальней стене еще одну дверь, видимо, в комнату Джоса. Туда Сара заглядывать не стала, а просто заперла дверь со стороны ванной и пустила воду. Она подозревала, что Джос отправится спать еще не скоро, и не боялась, что, даже вернувшись к себе, он побеспокоит ее. Быть может, он не стал поправлять Жака только потому, что не хотел поставить друга в неловкое положение… Да и, в конце концов, они проведут здесь всего одну ночь. Завтра предстоит поездка в Канн, а Сара сильно сомневалась, что в доме Хелен им достанутся смежные комнаты!

– Сара, проснись!

Она лениво открыла глаза, заморгав от яркого утреннего солнца и на несколько секунд совершенно забыла, где находится, блаженно осознав, что смотрит в глаза Джоса.

– Джос… – Сонный голос Сары дышал неприкрытой чувственностью. Радость оттого, что он так близко, совсем рядом, оказалась такой сильной, что Сара и не пыталась ее скрыть.

На нем был только небрежно запахнутый купальный халат, и на миг Саре страстно захотелось потянуться к Джосу, коснуться ладонями смуглой теплой кожи…

– Сара, прошлой ночью ты заперла дверь из моей комнаты в ванную, и я не могу принять душ.

Прозаическая реплика Джоса отрезвила ее с беспощадной быстротой. Сара тотчас отпрянула, ужаснувшись, что едва не выдала себя. Еще мгновение – и она и впрямь коснулась бы его… ласкала…

– Пойду приму душ, – отрывисто бросил Джос, отступая. – Через четверть часа ванная будет в твоем распоряжении. Я подумал, что лучше тебя предупредить.

О да, с болью подумала Сара, он же не хочет, чтобы я случайно вошла туда, пока он принимает душ. И перед глазами ее мелькнуло мучительно манящее видение его обнаженного тела.

Она предпочла подождать полчаса и лишь тогда выбралась из постели и распахнула дверь ванной.

Там уже не было никого, но в воздухе еще стоял резкий запах одеколона, которым пользовался Джос. Тоска с такой силой нахлынула на Сару, что в глазах у нее заблестели бессильные слезы. Она даже не знала, что хуже – быть так близко к Джосу или вовсе не видеться с ним. То и другое оборачивалось для нее изощреннейшей пыткой.

День пролетел быстро, хотя Джоса она почти не видела. Почти весь день он провел с Жаком, а Сару в это время занимала Луиза.

Она была на восьмом месяце беременности и сетовала на то, что летняя жара стала для нее сущим адом. Сара тотчас почувствовала родственную душу в этой хорошенькой улыбчивой брюнетке, и утро, проведенное в компании Луизы, оказалось совсем не тягостным.

– Давно ты знаешь Джоса? – спросила Луиза, когда женщины покончили с обедом.

– Несколько недель, – ответила Сара, виновато подумав, что Луиза считает их близкими людьми, хотя ведь это совсем не так.

– Джос очень привлекательный человек – я всегда так считала, и не только потому, что он красив. Нечасто встретишь англичанина, который был бы истинным романтиком, а Джос, мне кажется, очень романтичен. Вот почему он до сих пор не женился. Как-то он сказал мне, что ищет совершенно особенную женщину, которую полюбит всей душой, и ничто другое его не устроит. Я так рада, что это не Хелен. Джос однажды привозил ее сюда, но она мне не понравилась. Одно время Джос был сильно увлечен ею, но теперь…

Луиза осеклась, явно не желая смутить Сару, но та и не думала смущаться – ведь Луиза ошибается. Джос равнодушен к бедной Саре Френч. А к Хелен?..

Слезы комом подступили к ее горлу. Неужели Джос всей душой любит Хелен? Если и нет, все равно Хелен наверняка желанна ему, чего никак не скажешь о Саре.

Они покинули замок только к концу дня, причем Жак и Луиза хором потребовали, чтобы Джос и Сарой снова навестили их как можно скорее.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю