355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Игорь Данилевский » История России » Текст книги (страница 13)
История России
  • Текст добавлен: 14 сентября 2016, 23:26

Текст книги "История России"


Автор книги: Игорь Данилевский


Соавторы: Б. Земцов,Александр Шубин

Жанр:

   

История


сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]

30 июня 1767 г. состоялось торжественное открытие Уложенной комиссии. Однако иллюзии Екатерины с течением времени таяли. Императрица увидела, что подавляющее большинство дворян стоит на откровенно консервативных позициях, что никакие преобразования им не нужны, а не считаться с дворянством она не могла. Попытка смягчения крепостных порядков грозила обернуться потерей трона. В декабре 1768 г. под предлогом начавшейся войны с Турцией комиссия была распущена.

Столкнувшись с невозможностью решить проблему социальных преобразований с этой стороны, Екатерина пошла путем правовой регламентации деятельности государственных органов, поощрения частной инициативы в экономике и культуре, распространения грамотности и просвещения. Она никогда не предпринимала шагов по ограничению собственной власти, тем не менее ее абсолютизм действительно был просвещенным и либеральным. Нет оснований говорить о лицемерии Екатерины, о ее желании выглядеть в глазах русского общества и Европы лучше, чем она была на самом деле. Разумеется, в условиях отсутствия сколь-нибудь значительной социально-политической поддержки «просвещенный абсолютизм» Екатерины II не мог быть последовательным.

До XVII в. общественно-политическая мысль, восприятие разными социальными слоями государственного и политического устройства являлись естественным результатом социально-экономических процессов, протекавших в России: социальные слои и группы зависели от власти и видели в ней своего защитника, что порождало монархические идеи. Политическая критика существовала лишь в виде литературных произведений и прибауток скоморохов, в которых высмеивались приказные служащие, воеводы и бояре. Те же, кто писал о деяниях царей, – И. Т. Посошков (1652–1726), Ф. Прокопович (1681–1736), В. Н. Татищев (1686–1750) – оценивали их с нескрываемым восторгом и восхищением. Они просто не видели в действиях власти каких-либо недостатков.

Начавшаяся в эпоху Петра Великого европеизация дворянского быта сопровождалась распространением в России идей европейского Просвещения. В Россию они начали проникать в середине XVIII в. Их сторонниками были директор Петербургской Академии наук Е. Р. Дашкова, канцлер А. А. Безбородко, историк И. Н. Болтин, дипломаты И. И. Панин и Д. А. Голицын, граф Н. И. Панин, писатели А. П. Сумароков, М. М. Херасков, Д. И. Фонвизин, А. Н. Радищев, публицист Н. И. Новиков, переводчики С. Е. Десницын, А. Я. Поленов, философы Я. П. Козельский, Д. С. Аничков и, конечно, сама императрица Екатерина II.

Н. И. Новиков (1744–1818) родился в семье состоятельного помещика. В 1755–1760 гг. учился в дворянской гимназии при Московском университете. Службу в Измайловском полку в Петербурге начал в начале 1762 г., а уже через пол год а вместе с другими офицерами оказался участником дворцового переворота, закончившегося воцарением Екатерины II. В свободное время юноша мог посещать литературные вечера Екатерины в Эрмитаже. В 1768 г. на свои средства Новиков издал сонет и переводы французских авторов. В 1769 г. он подает в отставку и решает послужить родине на новом поприще.

В 1769 г. императрица задумала улучшить общественные нравы с помощью журналистики. Секретарь Екатерины Г. В. Козицкий начал выпускать сатирический журнал «Всякая всячина». Петербургским литераторам идея понравилась, и к концу года выходило уже семь журналов. Однако критика пороков общества быстро переросла рамки сатиры в «улыбательном духе» и приняла политическую форму. Особенно яркие и полемически острые статьи стали появляться в журнале Новикова «Трутень».

Между тем Екатерина быстро потеряла интерес к публицистике. Уже в 1770 г. «Всякая всячина» прекратила существование. Под давлением власти закрылся и «Трутень». Н. И. Новиков наладил выпуск нового журнала «Пустомеля». На страницах своих изданий он первым в русской истории обратил внимание на аморальность крепостного права и показал, что крестьяне – тоже люди.

Императрица к тому времени уже накопила определенный государственный опыт, чего журналист был лишен. Она осознавала, насколько сложно проводить либеральные преобразования в России, и не наказала своего молодого единомышленника за дерзкие статьи 1769–1770 гг.

В 1778 г. друзья предложили Н. И. Новикову переехать в Москву и стать руководителем типографии Московского университета. Неутомимый просветитель согласился и очень быстро превратился в видного книгоиздателя. Он придал невиданный ранее размах издательскому делу и книжной торговле. В 1788 г. его типография выпускала 41 % всей книжной продукции страны. Издавались произведения В. Шекспира, М. Сервантеса, П. О. Бомарше, Вольтера, Д. Дидро, Д. И. Фонвизина и А. П. Сумарокова. Одновременно Н. И. Новиков являлся редактором газеты «Московские ведомости». За короткий срок число ее подписчиков выросло с 800 до 4 тыс. человек, а ведь газета продавалась и в розницу.

К середине 80-х гг. критика сама по себе, без предложения конкретных путей решения социальных проблем, стала все больше раздражать Екатерину. Она давно знала, что доказать помещикам аморальность крепостничества, перевоспитать их практически невозможно. Московский же издатель оставался в плену идеалистических представлений Просвещения. Отношение императрицы к нему изменилось. Она распорядилась провести проверку издательской деятельности Н. И. Новикова. Благодаря покровительству наследника-цесаревича Павла Петровича, канцлера А. А. Безбородко и поэта Г. Р. Державина, занимавшего тогда высокие административные должности, Новикову удалось избежать наказания. Однако в конце 80-х гг. он позволил себе несколько резких статей в адрес Екатерины. На этот раз даже покровители не смогли его спасти. В 1792 г. Екатерина приказала заключить Новикова в Шлиссельбургскую крепость на 15 лет. Через четыре года императрица скончалась. Узник был освобожден, но вернуться к общественной деятельности уже не смог.

Такой же печальной оказалась и судьба А. Н. Радищева (1749–1802). В 1790 г. он опубликовал необычайно страстное произведение – «Путешествие из Петербурга в Москву».

Екатерину возмутила не критика автором крепостного права. Она и сама в начале царствования стремилась облегчить жизнь помещичьих крестьян, но к концу правления ясно осознавала, что любая преобразовательная деятельность всегда ограничена существующими в обществе обычаями. 30-летний опыт царствования показал ей, сколь сложен социальный организм России. Екатерина признавала необходимость развития, но лишь эволюционным путем. Радищев выступал за радикальный слом существующего строя с помощью силы. «Если мы будем менять все то, что создано и устроено в мире вследствие долгого опыта и согласно требованиям всего прошлого, а не слепому произволу, – написала императрица на полях книги А. Н. Радищева, – это поведет только к ухудшению, потому что “лучшее” – враг существующего “хорошего”. И потому лучше придерживаться того, что известно, чем открывать пути всему неизвестному». Эта же мысль доминировала в приговоре, вынесенном Радищеву: «Книга разрушает покой общественный, умаляет должное к властям уважение, стремится к тому, чтобы провести в народе негодование против начальников». За издание «Путешествия…» Радищев в 1790 г. был осужден на смертную казнь, замененную ссылкой в Сибирь.

С другой стороны, просветительская политика Екатерины не могла не вызвать отторжения в дворянской среде. Ее критиками были писатель А. П. Сумароков, поэт Г. Р. Державин. Наиболее активным противником стал князь М. М. Щербатов (1733–1790).

Будущий историк, публицист, академик родился в семье петровского генерала и получил блестящее образование. С детства он знал немецкий и французский, позднее выучил итальянский, шведский и польский языки. В его библиотеке насчитывалось 15 тыс. томов по разным отраслям знаний. Однако он не только не увлекся либеральными идеями, а стал их самым квалифицированным на то время критиком.

М. М. Щербатов может показаться ретроградом и реакционером. Например, князь был решительным противником отмены крепостного права, не мог примириться с падением роли знати и выдвижением безродной бюрократии. Вместе с тем сегодня в его трудах можно увидеть то, что он сформулировал не совсем четко. Щербатов пытался доказать, что основные трудности России лежат не в политической сфере, а в природно-климатической среде. По его мнению, производительность труда в сельском хозяйстве катастрофически низка именно из-за короткого лета и плохих почв. Отмена же крепостного права неизбежно приведет к бегству населения в города, где жизнь и труд были более легкими. Такая ситуация делала необходимым наличие самодержавного государства, социальной опорой которого должно оставаться дворянство.

§ 3. СОЦИАЛЬНЫЕ ПРОЦЕССЫ

Основным содержанием рассматриваемого периода стало обретение дворянами и горожанами гражданских прав.

Обретение гражданских прав дворянами.Первым условием, позволившим дворянству выйти из-под власти государства, явилось значительное улучшение внешнеполитической обстановки. Если раньше речь шла о физическом выживании и сохранении государства, то теперь, во второй трети XVIII в., войны проходили в основном на территории врага.

Вторым условием стали династические споры, возникавшие после смерти очередного монарха. Каждая из сторон пыталась заручиться поддержкой дворян, что способствовало улучшению их положения в целом.

После первого удачного дворцового переворота его организатор А. Д. Меншиков осыпал гвардию разными знаками внимания. Это коснулось также армейских офицеров и рядовых из дворян: в 1727 г. две трети из них были отпущены в краткосрочный отпуск, хотя и без жалованья.

С 1727 по 1730 г. на престоле находился Петр II. За ним стояла ничем не обязанная дворянству аристократия. Поэтому дворянство в это царствование ничего не получило.

Изменения в положении дворян начались в царствование Анны Иоанновны. Перед возведением Анны на престол аристократия попыталась ограничить власть императрицы, но в дело вмешалось среднее дворянство. Анна помнила это и хотя не сразу, но отблагодарила дворян.

Во-первых, возобновилась раздача земли дворянам, причем земля отдавалась им в полную собственность. При этом в 1731 г. был отменен указ Петра I «О единонаследии». Таким образом, было окончательно ликвидировано различие между вотчиной и поместьем.

Во-вторых, дворяне получили некоторые послабления по службе:

♦ в 1732 г. был открыт четырехклассный Сухопутный шляхетский корпус на 200 человек, выпускники которого поступали на службу уже офицерами;

♦ поскольку кадетские корпуса не могли вместить всех недорослей, правительство в 1737 г. разрешило им обучаться в школах или дома; по достижении 12, 16 и 20 лет следовало сдать экзамены и получить офицерский чин (правда, не выдержавших второй экзамен отдавали в матросы);

♦ службу разрешалось начинать не с 15, а с 20 лет;

♦ в 1736 г. «для лучшего содержания шляхетских домов и деревень» срок службы был ограничен 25 годами, а при наличии в семье нескольких сыновей один из них мог остаться дома для ведения хозяйства.

Однако для принципиального изменения положения дворянства время еще не пришло – власть отстаивала прежде всего интересы государства, системы в целом. Например, помещик нес ответственность за уплату его крестьянами налогов. С 1731 г. за недоимки крестьян помещиков сажали в тюрьму.

Личность дворянина по-прежнему была беззащитна. За малейшее подозрение в неуважении к императрице или ее фавориту Э. И. Бирону людей бросали в подвалы Тайной канцелярии.

В царствование Елизаветы Петровны дворяне обрели новые экономические льготы, в частности:

♦ ради сохранения помещиками рабочих рук в 1742 г. императрица подписала указ, по которому крестьянам было запрещено добровольно записываться в солдаты;

♦ указы 1743, 1746 и 1758 гг. запретили лицам недворянского происхождения приобретать земли и крепостных;

♦ был снижен размер подушной подати, которая разоряла крестьян и помещиков;

♦ дворяне получили право продажи крестьян;

♦ в 1760 г. они получили также право ссылать в Сибирь наиболее опасных крепостных с зачетом этих людей в рекруты.

Что касается льгот по несению службы, то правительство их не предоставляло, но смотрело сквозь пальцы на то, что служилое сословие недобросовестно относилось к своим обязанностям.

Полное освобождение от обязательной службы произошло в короткое царствование Петра III. 18 февраля 1762 г. он подписал манифест «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству». Отныне дворянин мог оставить службу в любое время, кроме военного. Ему разрешалось выезжать за границу и даже поступать там на службу. Единственной сословной обязанностью оставалось получение образования. Этим манифестом дворянство окончательно превращалось из служилого в привилегированное сословие. Фактически манифест положил начало новому этапу в истории дворянства.

В 1766 г. дворянство получило некоторые элементы самоуправления на уездном уровне. С 1775 г. дворяне каждой губернии составляли дворянское общество. Его высшим органом стало дворянское собрание. Дворяне каждого уезда на собраниях выбирали по одному депутату, а уже те определяли, кому быть предводителем губернского дворянского собрания. Эти собрания вели родословные книги (куда заносились сведения о рождении, кончине или другие изменения в дворянских семьях), имели возможности подачи жалобы губернскому начальству, министрам, а в особых случаях – и императору, создавали пансионы-приюты (интернаты) и другие учебные заведения для дворянских детей, учреждали пособия для дворян-студентов и т. д.

Наконец, в апреле 1785 г. Екатерина подписала «Грамоту на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» (более известную под именем «Жалованная грамота дворянству»). Это был свод прав и привилегий, полученных дворянством в течение XVIII в. Грамота состояла из преамбулы и 92 статей. Наиболее важными были следующие привилегии дворян:

♦ освобождение от телесных наказаний;

♦ право на проведение любых имущественных операций;

♦ освобождение от личных податей;

♦ право на создание уездных и губернских дворянских обществ для обсуждения местных корпоративных проблем;

♦ создание сословной судебной системы;

♦ в случае совершения преступления дворянин мог лишиться дворянского достоинства только по решению Сената и с согласия императора.

Однако, добившись гражданских прав, дворянство не превратилось в силу, оказывающую влияние на политику правительства.

Основной причиной такой политической пассивности была бедность основной массы дворян. Большинство не имело шансов не только улучшить свое положение, но даже сохранить его. На Западе существовало право майората, когда родовое имение доставалось в наследство только одному, старшему сыну. В 1714 г. Петр I попытался пойти по этому пути и принял соответствующий указ, но в 1730 г. дворянство добилось его отмены. В результате родовые имения продолжали постоянно дробиться, редкое поместье оставалось в руках одной семьи дольше трех-четырех поколений.

Немаловажной причиной отсутствия у дворян политических амбиций являлся принцип комплектования этого слоя. Поскольку государству постоянно не хватало чиновников, дорогу на государственную службу пришлось открыть представителям других сословий. Петр I в 1722 г. издал Табель о рангах, в соответствии с которой все чиновники и офицеры получали право личного дворянства. Такие дворяне составляли приблизительно треть от общего числа дворян и помещиками не являлись. Они целиком зависели от государства, и ни о какой политической оппозиции с их стороны и речи быть не могло.

В стране имелся узкий слой баснословно богатых дворян. Их политическая индифферентность определялась расположением земельных владений. Земли раздавались по мере включения в состав России новых территорий. Например, с 1703 по 1740 г. в районе Финского залива было роздано почти 1 млн десятин. Новые массовые раздачи последовали после присоединения Крыма и Новороссии в последней четверти XVIII в. В результате крупные состояния представляли собой совокупность рассеянных по стране имений. Например, земли Шереметевых в XVIII в. находились в 17 губерниях, земли Воронцовых – в 16. Если, например, в Англии лендлорд имел в графстве родовое поместье и там же он становился высшим должностным лицом (на службе государства), то в России высшим должностным лицом всегда являлся губернатор, для которого основными были интересы государства. При столкновении интересов местных дворян и государства губернатор никогда не вставал на сторону дворян. В лучшем случае он мог выступить ходатаем перед вышестоящими органами.

Наделение дворян максимальным объемом прав с теоретической точки зрения означало возвращение общества к феодализму, то есть к ситуации, которая исключала развитие общества.

Обретение гражданских прав горожанами.В Европе новым социальным слоем, возглавившим борьбу за общество, построенное на иных, нежели феодализм, основах, стала буржуазия. Именно этому слою абсолютные монархии в Европе в течение XV–XVI вв. оказывали поддержку. В России же в конце XVIII в. буржуазия только зарождалась.

В апреле 1785 г. Екатериной II была подписана «Грамота на права и выгоды городам Российской империи» (именуемая обычно «Жалованной грамотой городам»). По задачам и составу статей грамоту можно назвать как городской, так и сословной реформой городского населения.

Все горожане обретали единый сословный статус – мещане, который делился на шесть разрядов: домовладельцы, купцы трех гильдий, цеховые ремесленники, все иногородние и иностранцы, именитые граждане и посадские.

В соответствии с грамотой в городах раз в три года созывалось собрание «градского общества», в которое входили наиболее состоятельные горожане. Постоянно действующим городским органом была «общая градская дума», включающая городского голову и шесть гласных. Судебными выборными учреждениями в городах являлись магистраты. В обязанности городских органов самоуправления входило развитие социальной инфраструктуры, городской торговли и обеспечение порядка.

Мещане получали личные и имущественные права. К личным правам относились права на охрану чести и достоинства, личности и жизни, на смену места жительства, на выезд и т. д. К имущественным – права на наследование и приобретение любого вида собственности, на занятие промыслами и ведение торговли и др. Принадлежность к этому сословию становилась наследственной, а лишение сословных прав происходило в судебном порядке (в случае совершения уголовного преступления).

Судебная система в городе также становилась сословной.

В определенной мере мещане получали систему самоуправления:

♦ раз в три года проводились собрания «градского общества», где выбирались городской голова, бургомистр, заседатели магистрата и совестного суда;

♦ общая городская дума собиралась несколько раз в год, ее члены избирались каждым из шести разрядов городских жителей;

♦ шестигласная дума – постоянно действующий орган управления, состоявший из городского головы (председателя) и шести гласных (депутатов – по одному от каждого городского разряда);

♦ магистраты – постоянно действующий орган, избиравшийся собранием «городского общества».

Однако система городского самоуправления возникла не как результат социально-экономических потребностей самих горожан, а как реформа «сверху». Власть не спешила изменять принципы взаимоотношения с горожанами: городские думы находились под жестким контролем со стороны губернской и уездной администраций. Для возникновения реальной системы городского самоуправления требовался иной уровень экономических возможностей горожан, их финансовая независимость от государства. В социально-политическом смысле жители городов должны были представлять собой единое целое с ясно осознанными общими целями. В действительности же этому препятствовала политика власти в отношении дворян, в соответствии с которой в социальной сфере всеми гражданскими и экономическими правами наделялось лишь дворянство.

Полученные мещанами права являлись не результатом их борьбы, а следствием политики «просвещенного абсолютизма». У власти были свои цели: с одной стороны, она стремилась активизировать деятельность горожан в интересах развития экономики, но с другой – ограничивала их активность в интересах казны.

Новые социальные отношения формировались при численности населения города 20–30 тыс. жителей. Между тем к концу XVIII в. в Санкт-Петербурге проживало 250 тыс. человек, в Москве – 200 тыс., в Казани и Риге – по 30 тыс., в Ярославле – 25, в Туле, Тобольске – по 20 тыс., в Калуге, Киеве, Воронеже, Орле, Иркутске – по 15 тыс. В подавляющем числе случаев количество жителей редко превышало несколько тысяч.

Духовенство.В отношении этого сословия государство проводило все ту же политику жесткого контроля с одновременным предоставлением ему определенных привилегий. С одной стороны, в 1764 г. правительство Екатерины II осуществило секуляризацию церковных земель: у церкви было изъято свыше 800 тыс. крепостных душ и огромное количество земельных владений. К тому же лицам податных сословий было запрещено вступать в духовное звание. С другой стороны, в 1737 г. детям духовенства было разрешено вместо себя выставлять рекрутов, а в 1769 г. была ужесточена ответственность за обиды, нанесенные священникам и монахам. Наконец, в 1776 г. Синод запретил применять телесные наказания в отношении священников.

Многое для церкви сделал император Павел I. Он увеличил штатные оклады духовенству, принял меры по обеспечению вдов и сирот духовного звания, увеличил ассигнования на духовные школы. Однако это была его личная политика. О взаимоотношениях равных политических субъектов – государя и церкви – речь не шла.

Крестьянство.Крестьяне составляли основную часть населения страны, поэтому не случайно с 1725 по 1801 г. было принято 2253 нормативно-правовых акта в отношении этого сословия.

Крестьяне в этот период подразделялись на государственных и крепостных.

Крестьяне первой группы делились на собственно государственных и посессионных (от лат. possessio – «владение»), закрепленных за мануфактурами.

Государственные крестьяне имели право на защиту в суде, на владение землей и движимым имуществом, на переход в другое сословие, на смену места жительства. К концу века их численность составляла около 40 % от общего числа сельского населения. Группа посессионных крестьян возникла в 1721 г. и состояла из государственных крестьян, прикреплявшихся к частным предприятиям. Вместо несения государственных повинностей они несколько месяцев в году работали на мануфактурах.

Крепостные крестьяне делились на помещичьих, дворцовых и монастырских.

Помещичьи крестьяне именно в этот период превратились в полностью бесправный слой. В соответствии с Соборным уложением 1649 г. крестьяне обладали определенными правами. Так, закон охранял их жизнь и собственность, они являлись субъектами права, их промысловая и хозяйственная деятельность не ограничивалась. Да и зависимость от помещиков была не столько личной, сколько экономической. Однако по мере обретения дворянами личных и экономических свобод положение крестьян стало ухудшаться: в 1724 г. они лишились возможности уходить на заработки без разрешения помещика, в 1731 г. – брать подряды и откупа, в 1741 г. – приносить присягу при престолонаследии (отныне за них это делал помещик). Указ 1760 г. предоставил помещикам право ссылать крестьян в Сибирь, в 1767 г. им было запрещено подавать жалобы на своих помещиков.

Дворцовые крестьяне (с 1797 г. их стали называть удельными) принадлежали императорской фамилии. Их положение было несколько лучше, чем помещичьих.

Монастырские крестьяне принадлежали церкви. В 1764 г. в ходе проведения секуляризации государство отобрало у церкви около 2 млн крепостных. Они стали называться «экономическими». В 1786 г. эти крестьяне были переведены на положение государственных.

Как сословие крестьяне всех групп имели право найма работников, право заниматься торговлей и кустарными промыслами, выставлять нанятых вместо себя в рекруты.

В царствование Екатерины II на правительственном уровне впервые возник вопрос о целесообразности сохранения крепостного права, основной причиной чего послужило распространение европейской гуманистической культуры. Это с неизбежностью переводило проблему освобождения крестьян из политико-организационной сферы в плоскость общественных дискуссий.

Близкие ко двору А. П. Сумароков, Н. И. Новиков, П. И. Панин, государственный деятель, историк и писатель И. П. Елагин, депутаты Уложенной комиссии И. Чупронов, Г. С. Коробьин, Я. П. Козельский, А. Алейников, А. И. Маслов вели критику крепостничества с моральных позиций. Они предлагали запретить продажу крестьян поодиночке (продавать только семьями), установить надзор губернаторов над жестокими помещиками и другие меры. Дипломат Д. А. Голицын, профессор Московского университета С. Е. Десницкий указывали на экономическую неэффективность крепостного права.

Екатерина II на протяжении всей жизни оставалась противницей крепостного права. При этом она ясно осознавала, что одного ее желания для радикального изменения всей социальной системы страны недостаточно, что дворянство категорически против этой отмены. Поэтому она начала действовать обходными путями. Императрица всерьез занялась просвещением дворянства, запретила свободным людям и вольноотпущенникам вступать в крепостную зависимость. Для вновь учрежденных городов правительство выкупало крепостных крестьян и обращало их в горожан, дети крестьян, принятые в воспитательные дома на государственное попечение, становились свободными.

Восстание Е. И. Пугачева.С обретением дворянами разного рода льгот росли и их запросы. Удовлетворить их можно было только путем усиления эксплуатации крепостных крестьян. Поэтому на протяжении XVIII в. уровень социального напряжения постоянно рос. Наиболее активные крепостные бежали на окраины империи, населенные казаками. Это были районы, в которых крепостного права никогда не было, а управление было почти демократическим, по крайней мере казацкая верхушка обладала определенной самостоятельностью и за каждый свой шаг перед правительством не отчитывалась. Попытка правительства лишить казачество ряда привилегий привела к одному из самых значительных социальных движений в истории России: казацкому восстанию под предводительством Емельяна Пугачева, к которому примкнули крепостные и приписные крестьяне Урала, а также многочисленные отряды башкир, татар, мордвы, чувашей, казахов, удмуртов и калмыков, недовольных национальной политикой Екатерины II.

Война развернулась на огромной территории, население которой составляло около 250 тыс. человек. Непосредственно в боях принимало участие до 60 тыс. человек. Кроме того, на охваченной восстанием территории, полыхали самостоятельные очаги, не связанные организационно с движением армии Е. И. Пугачева.

В движении Е. И. Пугачева выделяют три этапа.

1. Сентябрь 1773 – апрель 1774 г. (боевые действия проходили на землях яицких казаков, составлявших в этот период основную часть восставших: осада Оренбурга, успешные действия под Уфой, Екатеринбургом, Челябинском, поражение у Татищевой крепости).

2. Май – июль 1774 г. (большинство в армии восставших в этот период составляли «работные люди» горных заводов Урала и башкиры: успешные действия на Урале, взятие Казани, тяжелое поражение, нанесенное генералом Михельсоном).

3. Июль – сентябрь 1774 г. (война разворачивается в помещичьих районах Поволжья: взятие Саранска, Пензы, Саратова, осада Царицына и поражение, нанесенное восставшим армией А. В. Суворова).

Для власти восстание под руководством Е. И. Пугачева не представляло серьезной угрозы. Бунтовщики стремились к физическому уничтожению дворян, отмене крепостного права, рекрутчины, установлению свободы исповедания старой веры. При этом восстание не было направлено против основ системы. Жесточайшим образом расправляясь с местной администрацией и не успевшими скрыться помещиками, участники восстания сохраняли наивно-монархические иллюзии. Зная это, Е. И. Пугачев назвался Петром III и именно таким образом смог собрать под свои знамена десятки тысяч человек. В этой ситуации радикальных изменений в отношениях между обществом и властью произойти не могло. Крепостническая эксплуатация не ослабла.

Поэтому принятые властью решения способствовали лишь предотвращению появления подобных движений в будущем.

Во-первых, восстание показало слабость административного управления на окраинах империи. Для его укрепления уже в 1775 г. была проведена губернская реформа, в результате которой на месте 20 губерний было создано 50.

Во-вторых, было ликвидировано казачье самоуправление на Дону, упразднена Запорожская Сечь. Казачьи войска стали в ускоренном темпе переводиться на положение армейских подразделений. С этой же целью казачьи офицеры стали активно наделяться статусом дворян со всеми вытекающими сословными льготами.

В-третьих, была ускорена русско-помещичья колонизация Башкирии и Заволжья вообще. С другой стороны, татарские и башкирские князья и мурзы обрели статус российского дворянства.

§ 4. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

В конечном счете качественные изменения любой социальной системы определяются развитием экономики. Исторические процессы, вызванные иными причинами (характером монарха, придворными интригами, осложнением внешнеполитической ситуации и т. д.), принципиально повлиять на развитие истории не могут.

С природно-климатической точки зрения в XVIII в. продолжался малый ледниковый период, что исключало какое-либо развитие основы отечественной экономики – сельского хозяйства. Хотя Степная Украина, Нижнее и Среднее Поволжье вошли в состав России в XVI–XVII вв., эти территории до конца XVIII в. не осваивались из-за постоянной угрозы со стороны крымских татар. Земли южнее Тамбова, Воронежа и Симбирска крестьяне считали чужыми. В старых же нечерноземных губерниях земля была полностью истощена еще в предшествующие столетия. Сельское хозяйство там держалось лишь на масштабных вырубках лесов. В течение XVIII–XIX вв. площадь лесов сократилась в два раза, что в будущем неизбежно вело к аграрным кризисам.

Производительность сельского труда оставалась настолько низкой, что крестьяне с трудом могли прокормить горожан, которые на рубеже XVIII–XIX вв. составляли лишь 4 % общей массы населения. При этом многие жители городов имели сады и огороды.

Число мануфактур увеличилось с 200 в 20-е гг. XVIII в. до 1200 в 90-е гг. По форме собственности они делились на казенные (государственные), посессионные, вотчинные и крестьянские. Исторически прогрессивными были только крестьянские, функционировавшие на основе капиталистических принципов производства. Однако на социально-экономические процессы крестьянские мануфактуры влияния, конечно, не оказывали.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю