355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Игорь Попов » Буря в пустыне » Текст книги (страница 2)
Буря в пустыне
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 13:54

Текст книги "Буря в пустыне"


Автор книги: Игорь Попов



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Пауза доброй воли

Закон возмездия – вечный, установленный природой порядок. Чаша весов не может опуститься, чтобы другая не поднялась – так и политическое равновесие: оно не может быть нарушено, права народов, права всего человечества не могут быть попраны…

И. Г. ГЕРДЕР,
немецкий философ и историк XVIII века

После принятия Советом Безопасности ООН резолюции 678 весь мир с надеждой и тревогой ожидал признаков того, что иракские войска начинают выводиться из Кувейта. Политическая и дипломатическая активность разных стран была направлена на обеспечение этой цели.

Однако дальнейшие события показали, что Ирак по-прежнему глух к призывам проявить добрую волю: он упорно продолжал наращивать группировку своих войск на границе с Саудовской Аравией. Согласно американским данным, к началу января 1991 года туда было стянуто 510 тыс. солдат, 4 тыс. танков, 2,5 тыс. БТР и БМП, свыше 2,7 тыс. артиллерийских орудий. А по сообщениям из Багдада, число иракских воинов в этом районе доходило до 750 тыс. человек.

Теперь уже ни у кого не оставалось сомнения, что вразумить Хуссейна может только военный отпор. И многонациональные силы, костяк которых составляли войска США, развернули подготовку к военным действиям – операцию «Щит пустыни».

Переброска из США и Европы огромного количества войск, тяжелой боевой техники и вооружения осуществлялась морским и воздушным путями. Необходимо было сосредоточить на театре военных действий (ТВД) значительные запасы материально-технического имущества, горюче-смазочных материалов, боеприпасов. С прибывающими войсками активно проводились тренировки и учебные занятия с учетом особенностей действий в пустыне.

Выполнение операции «Щит пустыни» было сопряжено с огромными трудностями и для людей, и для военной техники. На этом этапе главными врагами стали невыносимая жара и всепроникающий песок. Днем танки и боевые машины накалялись так, что войти в них было невозможно. Много хлопот при обслуживании и эксплуатации техники доставляли ветер и песок. Основной танк американской армии М-1 с газотурбинной двигательной установкой в условиях пустыни проявил не только высокие боевые качества, но и недостатки. Уже через 80 км пробега топливные баки опорожнялись на 60 %, таким образом, расход топлива в три раза превышал нормативный. Экипажам танков М-1 приходилось ежедневно чистить воздушные фильтры газотурбинных двигателей, хотя по инструкции такая операция должна проводиться лишь один раз в месяц.

Песок оказывал свое разрушающее воздействие на лопасти винтов вертолетов, на двигатели самолетов, вызывая их быстрый износ. В это время выявилось преимущество самолетов палубной авиации, которые были оснащены специальными уплотнителями, защищавшими жизненно важные блоки не только от соленой воды, но и от песка.

Сложные природно-климатические условия ТВД негативно отражались и на моральном состоянии американских военнослужащих. О нем можно судить по словам сержанта 1-го класса Р. Хока из 69-го бронетанкового полка: «Мы хотим лишь одного – задать кому-нибудь жару и скорее вернуться домой».

В боевой подготовке личного состава многонациональных сил особо учитывалась возможность применения Ираком химического и биологического оружия. Каждый солдат по два часа в сутки проводил в противогазе, независимо от того, отдыхал он или нес службу. Военнослужащим были сделаны профилактические прививки, прежде всего против сибирской язвы, так как Пентагон считал, что именно эта бактерия могла быть применена Багдадом в первую очередь.

На начало января 1991 года группировка американских войск в регионе насчитывала уже 325 тыс. человек. На ее вооружении находилось более 1 тыс. танков, 2 тыс. БТР и БМП и 1,5 тыс. вертолетов. Воды Персидского залива бороздили 50 американских боевых кораблей, на борту которых находилось 400 ядерных боеприпасов.

Одновременно с наращиванием войск в зоне Персидского залива американцы развернули широкомасштабную «психологическую войну» против Ирака. Помимо сил и средств Пентагона по ведению так называемых специальных операций, к ней подключились средства массовой информации, исследовательские центры, разведывательные органы, военная служба по связям с населением, прозванная полицией мыслей.

Одним из главных направлений «психологической войны» стало введение Ирака в заблуждение относительно военных возможностей США и союзников, их готовности начать боевые действия. В печать «просачивались» мнения и оценки авторитетных политических деятелей и военных специалистов, в которых утверждалось, что многонациональные силы будут готовы к ведению войны с Ираком лишь к началу марта. Так, 19 декабря 1990 года заместитель командующего американскими войсками в Персидском заливе генерал-лейтенант Г. Уоллер в своем интервью журналистам заявил, что «американские войска не будут в состоянии полной готовности для начала военных действий против Ирака к 15 января 1991 года».

Как показал дальнейший ход событий, такая целенаправленная пропагандистская кампания возымела успех. Начало военных действий оказалось полностью неожиданным для Саддама Хуссейна и его окружения.

Со второй половины декабря шансов на мирное урегулирование кризиса в Персидском заливе практически уже не оставалось. В своих выступлениях в Багдаде, в интервью журналистам С. Хуссейн заявлял о неизменности политики Ирака в отношении Кувейта, об отказе вывести войска с территории этой страны. Более того, иракский лидер предупредил, что в случае войны Тель-Авив станет первой целью иракских войск, даже если Израиль не будет участвовать в военных действиях против Ирака. Таким образом, учитывая устойчивые антиизраильские настроения в арабском мире, Саддам Хуссейн пытался завоевать союзников среди арабских стран.

Накануне праздника Рождества министр обороны США Р. Чейни побывал в районе Ближнего Востока. В своих выступлениях он предостерег С. Хуссейна от применения оружия массового уничтожения, заявив, что «ответ США будет иметь потрясающую разрушительную силу». Ответ на предупреждение Р. Чейни прозвучал на следующий день в речи иракского министра обороны С. Аббаса. Он заявил, что войска его страны располагают необходимым оружием, чтобы «земля горела под ногами солдат многонациональных сил».

Последняя акция на пути мирного решения кризиса в регионе была предпринята по инициативе США 9 января 1991 года. В Женеве состоялась встреча госсекретаря США Дж. Бейкера и министра иностранных дел Ирака Т. Азиза, в ходе которой иракской стороне было передано письмо президента США Дж. Буша с требованием покинуть территорию Кувейта до 15 января. Прочитав письмо, Т. Азиз заявил: «Прошу меня извинить, но принять письмо я не могу. Оно написано на языке, который неприменим в общении между главами государств».

Шесть часов длились переговоры, но результат был нулевой – каждая сторона осталась при своем мнении. Сам Дж. Буш охарактеризовал этот шаг как «последнюю попытку пройти еще одну милю во имя мира». Иначе была воспринята эта акция иракской делегацией. Принимавший участие в женевской встрече брат Саддама Хуссейна – Барзан Такрити – позвонил в Багдад и сказал: «Американцы не хотят воевать. Они хотят „заболтать“ дело. Они слабы». Иракский лидер поверил своему брату, это стало одной из самых крупных его ошибок.

Между тем в отличие от противной стороны американские специалисты самым тщательным образом анализировали внутреннюю обстановку в Ираке и боеспособность его вооруженных сил. В результате они пришли к выводу, что одним из «слабых мест» Саддама Хуссейна являлось его недоверие к собственным офицерам. Страх перед возможным военным переворотом побуждал иракского диктатора прибегать к широким репрессивным действиям в армии, особенно в военно-воздушных силах. И это не удивительно, все ранее происходившие в стране перевороты начинались с авиационных ударов по резиденциям вождей.

В январе 1989 года был раскрыт заговор офицеров ВВС, «намеревавшихся во время парада разбомбить трибуну, на которой должен был находиться Саддам Хуссейн». А после окончания войны с Ираном под предлогом ликвидации заговоров в вооруженных силах были казнены десятки иракских генералов и старших офицеров. В ноябре 1990 года «исчез» начальник генерального штаба иракских вооруженных сил генерал-лейтенант Н. Хасраджи, несогласный с политикой С. Хуссейна по отношению к Кувейту.

Поэтому вполне понятно, что особое внимание Хуссейн уделял политическому контролю над армией, который вели три организации: управление общей разведки, военное бюро партии Баас и военная разведка. Личная преданность диктатору являлась главным условием продвижения по службе офицерского состава, большую часть которого представляли выходцы из районов проживания суннитского меньшинства, особенно из Такрита, родного города Хуссейна.

Наиболее боеспособной и преданной режиму частью вооруженных сил Ирака являлась Республиканская гвардия, насчитывавшая по разным оценкам 100–150 тыс. человек. Девять дивизий Республиканской гвардии имели на вооружении лучшие образцы закупленной Ираком в разных странах боевой техники: советские танки Т-72, южноафриканские гаубицы Г-5, советские средства ПВО. Военнослужащие этих соединений получали двойные оклады денежного содержания и пользовались множеством льгот и преимуществ. Они были хорошо подготовлены и вполне могли оказать эффективное сопротивление многонациональным силам в наземных боевых действиях.

В иракской армии постоянно велась мощная идеологическая обработка военнослужащих с целью укрепить их веру в свои силы и в способность противостоять американским войскам в вооруженном столкновении. Характерно в этом отношении выступление Саддама Хуссейна в начале января 1991 года, буквально накануне войны: «Американцы придут сюда, чтобы продемонстрировать акробатические трюки, подобные тем, что показывают в фильмах о Рэмбо. Но здесь они столкнутся в реальной обстановке с народом, который будет сражаться с ними. Мы – народ, который имеет восьмилетний опыт ведения войны, опыт боевых действий». Накануне истечения срока ультиматума Совета Безопасности ООН С. Хуссейн посетил части иракской армии, развернутые на границе с Саудовской Аравией, и заявил о «Полной уверенности в победе».

Из Багдада доходили сообщения о намерении Ирака в случае войны «нанести удары с воздуха по определенным объектам в районе Персидского залива и Ближнего Востока, а также других районах земного шара». Эскадрильи иракских бомбардировщиков с экипажами из числа смертников были приведены в полную боевую готовность.

На что надеялся Саддам Хуссейн, с порога отвергая любые попытки найти политическое решение кризиса в Персидском заливе? До последнего момента он верил, что удастся создать антиамериканскую, антиизраильскую коалиции арабских государств под лозунгом джихада. К тому же он явно недооценивал силы, возможности и решимость многонациональных вооруженных сил, а вот боеспособность своей армия бесспорно переоценил. Саддам Хуссейн, чей военный опыт базировался на многолетней позиционной ирано-иракской войне, продолжал мыслить категориями прошлого: у кого больше танков, кто имеет больше самолетов. Он не учел, что в лице многонациональных сил имеет совсем иного противника, способного вести боевые действия по последнему слову военной науки. Все это в конечном счете обусловило военный разгром Ирака.

15 января 1991 года стал последним мирным днем в регионе Персидского залива. Ирак не выполнил требования резолюции Совета Безопасности ООН 678, применение силы в отношении него становилось законным.

Две мощные противоборствующие силы замерли, готовые по сигналу начать боевые действия. 680-тысячным многонациональным силам, из которых 415 тыс. являлись американскими военнослужащими, противостояли 545 тыс. иракских солдат. Весь мир находился в тревожном ожидании. Война была неизбежна, вопрос заключался только в том, когда грянут первые залпы. Решение должен был принять президент США Дж. Буш.

15 января 1991 года в 11.00 после совещания со своими советниками в Овальном кабинете Белого дома Дж. Буш подписал директиву, санкционирующую удар по Ираку в 2.30 ночи 17 января, «если на последней минуте не будет дипломатического прорыва».

В конце следующего дня конгресс США и послы союзных государств узнали о принятом решении. Одним из последних проинформированных был Советский Союз. Госсекретарь США Дж. Бейкер позвонил в Москву новому советскому министру иностранных дел А. Бессмертных примерно за час до нанесения удара. Немедленно это известие было доведено до Президента СССР М. С. Горбачева.

Советский лидер позвонил американскому президенту и предложил предпринять дополнительные шаги – через прямой контакт с Саддамом Хуссейном добиться безотлагательного объявления им о выводе войск из Кувейта. Дж. Буш не возражал против этой инициативы. Подготовленное от имени М. Горбачева послание было немедленно передано в Багдад, а советский посол получил задачу передать его Саддаму Хуссейну.

Однако эти действия были напрасными. Советский посол не смог получить доступ к президенту Ирака и был вынужден передать послание министру иностранных дел страны Т. Азизу, уже находясь в бункере, когда удар стал реальностью.

Война началась.

Воздушная война

…Наступление наземных вооруженных сил сделается наиболее обычным и простым следствием деятельности воздушного флота, направленного на разрушение экономической мощи противника и, следовательно, его способности к сопротивлению.

СЕРРИНЬИ, французский генерал, 1920 г

17 января в полночь по Гринвичу, а по багдадскому времени около 3 часов ночи военная машина многонациональных сил была приведена в действие. Мощным авиационным и ракетным ударам подверглись иракские военные и экономические объекты, узлы коммуникации, центры по производству ядерного, химического и биологического оружия, пусковые установки ракет класса «земля-земля». Операция «Щит пустыни» переросла в операцию «Буря в пустыне».

Как и в какой последовательности наносились авиационно-ракетные удары по Ираку и оккупированному им Кувейту?

По сообщениям американских источников, первый удар многонациональных сил авиации производился в два эшелона. Крылатые ракеты морского базирования «Томагавк» были запущены с американских боевых кораблей в Персидском заливе с дальности 1100 км. Главными целями для 14 ракет стали ядерные химические и бактериологические центры Ирака. Одновременно с ними взмыли в воздух 27 новых истребителей-невидимок Ф-117, созданных на основе технологии «Стелс». Взлетев с авиационных баз в Саудовской Аравии, они нанесли удары по пунктам управления иракской армии и по предполагаемым позициям иракских ракет «Скад». Вслед за этим бомбардировщики с больших высот и дальних дистанций ударили крылатыми ракетами по артиллерийским и ракетным средствам ПВО Ирака, его аэродромам, истребителям-перехватчикам ВВС.

Во втором эшелоне первого авиационно-ракетного удара приняли участие бомбардировщики и истребители-бомбардировщики многонациональных ВВС. Воспользовавшись тем, что американцы «расчистили» путь, они с малых высот нанесли прицельные бомбовые и ракетные удары по важнейшим, заранее намеченным целям на территории Ирака и Кувейта.

В ответ Ирак привел в полную готовность всю свою систему ПВО: активно заработали радиолокационные станции (РЛС), а зенитная артиллерия открыла заградительный огонь над Багдадом, хотя в небе над столицей американских самолетов еще не было.

На первом этапе военных действий важную роль сыграли средства радиоэлектронной борьбы многонациональных сил. Оснащенные аппаратурой радиоэлектронного противодействия 20 специальных самолетов обеспечивали подавление иракских РЛС ПВО. По сообщениям иностранной прессы, разработанный французскими специалистами компьютерный «вирус» был внедрен в сети иракских РЛС французского производства и вывел их из строя.

Любопытно, что комплекс мероприятий американской стороны по радиоэлектронному подавлению системы ПВО Ирака предусматривал и противодействие американским зенитным ракетам «Хок», захваченным иракской армией в Кувейте. В связи с этим журнал «Ю. С. Ньюс Энд Уорлд Рипорт» в одном из своих номеров писал: «Одна из причин задержки на 5,5 месяца военных действий США против Ирака заключалась в том, что в США пытались найти пути электронного подавления американских зенитных ракет „Хок“… Судя по тому, что иракцы не выпустили ни одной ракеты „Хок“ по союзной авиации, американцам удалось справиться с задачей подавления своих же электронных систем». Такое суждение о сроках начала войны против Ирака далеко не бесспорно, хотя и оригинально.

Насколько неожиданным был «сценарий» первого удара по Ираку? Как ни удивительно, американцы не делали секрета из того, каким образом они намерены воевать в зоне Персидского залива. В прессе широко комментировались планы военного командования многонациональных сил начать боевые действия против Ирака с «воздушной войны», а затем, надежно подавив позиции иракской армии на всей глубине, предпринять наземные операции.

За несколько дней до войны в американской прессе появилась статья о недостатках иракской системы ПВО. По разведывательным данным США, Ирак имел 700 комплексов зенитных управляемых ракет (ЗУР) и 300 истребителей-перехватчиков, не считая средств войсковой ПВО. Радиолокационные комплексы и радиоэлектронное оборудование были в разное время закуплены во Франции, СССР и Китае. Американские специалисты пришли к выводу, что самое слабое звено иракской системы ПВО – чрезвычайная централизация управления, что исключало самостоятельные действия отдельных ее элементов. Именно этим недостатком американцы и решили воспользоваться, уничтожение центров управления иракской системы ПВО гарантировало выведение ее из строя. Через три дня они претворили эти планы в реальность.

Вокруг дня «К» – первого дня войны многонациональных сил против Ирака – до сих пор сохраняется много тайн. Ведь иракское руководство знало, что после 15 января война могла начаться в любую минуту. Почему же, имея в запасе достаточно времени для подготовки к военным действиям и обладая немалым для обороны военным потенциалом, Ирак практически не оказал никакого противодействия авиации США и их союзников? Как получилось, что перед лицом многонациональных сил он оказался «ослепленным и оглушенным»? Даже канал специальной связи Саддама Хуссейна почти сразу был выведен из строя. Одной беспечностью и особенностями характера иракского лидера объяснить неподготовленность к войне с США, конечно же, нельзя. Также ошибочно приписывать успехи союзников одному лишь техническому и технологическому превосходству американской стороны.

Трудно найти рациональное объяснение и тому, почему истребительная авиация Ирака не была направлена на перехват самолетов многонациональных сил. Только 15 самолетов поднялись в воздух, а ведь иракские ВВС имели достаточно таких первоклассных истребителей, как МиГ-25, МиГ-29 советского производства и французские «Мираж» Ф-1.

К вечеру первого дня войны авиация союзников совершила 1300 самолето-вылетов, при этом потери составили всего 2 самолета. К исходу четвертых суток войны, 20 января, авиация многонациональных сил совершила 4 тыс. самолето-вылетов, потеряв в общей сложности 10 самолетов, из которых 6 – американских.

Каковы же были результаты ударов авиации США и их союзников в первые дни боевых действий? Поначалу казалось, что они принесли Ираку столь сильный урон, что тот уже не сможет оказывать сопротивления. Согласно сообщениям печати тех дней почти 80 % всех самолето-вылетов были успешными: уничтожено 50 % иракской авиации, 30 военных аэродромов, все ракетные базы, выведены из строя 4 ядерных реактора и повреждены объекты по производству химического и биологического оружия. Однако вскоре фанфары смолкли, и в американской прессе появились заявления о том, что «большая часть иракских ВВС избежала уничтожения». Назывались даже новые оценки потерь ВВС Ирака – менее 10 %. Через неделю после начала войны начальник оперативного управления комитета начальников штабов вооруженных сил США генерал-лейтенант Т. Келли признал, что «некоторые из атакованных самолетами целей на деле оказались лишь макетами иракских военных объектов».

Между тем Ирак давал свою версию развития боевых действий. По информации Багдада, иракская система ПВО сбила 160 самолетов США и их союзников. Сообщая заведомо ложные данные о потерях многонациональных сил, иракское руководство пыталось укрепить моральный дух своих солдат и населения.

В ночь с 17 на 18 января Ирак нанес удар по Израилю ракетами «Скад» класса «земля – земля», тем самым выполнив свою угрозу в отношении этого государства. В последующие дни ракетные удары со стороны Ирака наносились не только по Израилю, но и по Саудовской Аравии. Мобильные пусковые ракетные установки, передвигаясь от укрытия к укрытию, постоянно меняли позиции, поэтому воздушной разведке обнаружить их было очень трудно. Не случайно для уничтожения ракетного потенциала Ирака авиация многонациональных сил совершила в общей сложности 1,5 тыс. самолето-вылетов, однако угрозу ракетных ударов по Израилю и Саудовской Аравии устранить окончательно так и не удалось. За первую неделю войны Ирак выпустил 25 ракет, за вторую – 18 и за первую половину третьей недели – 4.

Что представляли собой иракские «Скады»?

Ракета «Скад-Б» – это модернизированный вариант советской жидкостной ракеты Р-300, принятой на вооружение в нашей армии еще в 1962 году. Эти ракеты были созданы советскими специалистами на основе технологии фашистских ракет «Фау-2» и предназначались для поражения целей на дальности до 300 км. Вес фугасной боеголовки – 700 кг. В начале 80-х годов в СССР на вооружение были приняты новые ракеты Р-400 (по западной классификации СС-23), а партию Р-300 – по разным оценкам, 500–800 единиц – Советский Союз продал Ираку. На их базе при научной и технической помощи Великобритании, Франции, Германии, Италии и Бразилии (но не СССР!) Ирак создал ракеты «Аль-Хуссейн» с дальностью пуска 625 км и «Аль-Аббас» с дальностью 870 км. Теперь новые иракские ракеты могли поражать цели практически в любой точке Ближнего Востока, правда, точность попадания значительно снизилась: круговое вероятное отклонение составило 1,5–2 км. Из-за большой разрушительной силы при низком технологическом уровне западные специалисты метко окрестили эти иракские ракеты «опасными динозаврами».

Наиболее эффективными в борьбе с ракетами «Скад» оказались новые американские мобильные зенитно-ракетные комплексы «Пэтриот», размещенные в Израиле и Саудовской Аравии еще в декабре 1990 года. Они представляли собой самое современное средство борьбы с воздушными целями на дальности до 100 км и на высотах в диапазоне от 1,5 до 30 км. Вероятность поражения целей достигала: по самолетам – 90 %; по ракетам противника – 25 %. К тому же американцы с помощью космических средств разведки и управления получили возможность заранее – за целых 5 минут – подавать в систему управления комплексов «Пэтриот» информацию о запуске иракских ракет.

Военное командование Ирака, безусловно, знало о том, что «Скады» по своим характеристикам не способны успешно преодолевать противовоздушную оборону, обеспечиваемую американскими «Пэтриотами». Тем не менее оно приняло решение о ракетных ударах по Израилю и Саудовской Аравии. Каковы же были мотивы иракской стороны?

В этом шаге Саддама Хуссейна отчетливо прослеживается политическая подоплека. Ракетными ударами он пытался спровоцировать Израиль на вступление в войну, тем самым добиться резких изменений в расстановке сил в арабском мире, объединив его под лозунгом борьбы с «неверными» – американцами и израильтянами. Ракетные удары несли еще и мощный психологический «заряд»: с одной стороны, население Израиля и Саудовской Аравии находилось под постоянной угрозой применения ракет «Скад» в химическом снаряжении, а с другой – эти действия должны были воодушевить население Ирака и армию на продолжение борьбы.

В целом же Ирак оказался практически незащищенным от авиации многонациональных сил. Вся страна превратись в, огромный полигон по испытанию новейших образцов вооружения и техники. К числу таких новинок относились различные образцы бомб «СМАРТ» с лазерными, инфракрасными или телевизионными системами самонаведения, обеспечивающими точность попадания в несколько сантиметров. По сообщениям американских источников, эти бомбы способны поражать даже «точечные» цели – вентиляционные колодцы подземных укрытий иракской армии.

В Персидском заливе успешно применялись предназначенные для истребителей новые американские инфракрасные прицелы, усиливающие силу света звезд в 25 тыс. раз. Такие приборы, установленные на истребителе Ф-15Е, позволяют пилоту даже в полной темноте видеть цели на дальности до 11 км и атаковать на малых высотах без использования бортовой РЛС, то есть не демаскируя себя ее работой.

Некоторые новинки задействовали в «воздушной войне» против Ирака и союзники США по коалиции. Так, английские ВВС с самолетов «Торнадо» сбрасывали кассетные бомбы «Джей-Пи-233», предназначенные специально для выведения из строя взлетно-посадочных полос на аэродромах противника. Эти бомбы снаряжены 30 взрывными элементами большой мощности, разрушающими бетонные полосы, и 215 противопехотными минами замедленного действия, затрудняющими ремонт взлетно-посадочных полос силами инженерных подразделений.

По оценкам западных специалистов, применение различных образцов нового, особенно «высокоточного», оружия позволило уменьшить число жертв со стороны гражданского населения, избежать лишних разрушений, а также добиться значительной экономии боеприпасов.

Действительно, если в годы второй мировой войны лишь 3 % бомб, сброшенных союзниками на Германию, попадали в цель, то в Ираке этот показатель достиг 30 %. В идеальных же условиях полигонных испытаний эффективность ударов американских «сверхточных» бомб равна 80–90 %. Несмотря на высокую стоимость этого оружия, его применение было сочтено целесообразным, особенно по таким целям, как танки. По мнению американских военных специалистов, ущерб, наносимый им, значительно превосходит его стоимость.

Конечно, как и у всякого оружия, у «сверхточных» бомб имеются слабые места. Эффективность их ударов могут снизить элементарные средства маскировки. Этим воспользовалась иракская армия. В частности, она широко применяла макеты боевой техники и вооружения итальянского производства. В результате многие удары авиации многонациональных сил, особенно на первом этапе войны, пришлись фактически по пустому месту. Кроме того, под камуфляжные сети иракцы помещали алюминиевые листы, что искажало работу радиолокационных станций американских самолетов. Нередко специально разведенные под металлическими плитами костры головки инфракрасного наведения «сверхточного» оружия принимали за работающие танковые двигатели. С целью недопущения контроля за результатами бомбометания иракцы широко пользовались дымами или рисовали темные пятна с неровными краями на взлетно-посадочных полосах, имитируя воронки от разрывов бомб. В результате введенная в заблуждение разведка ВВС США доносила об уничтожении иракских аэродромов.

Во время воздушной войны иракские войска принимали все возможные меры, чтобы сохранить силы и средства для неизбежного наземного столкновения. С этой целью соединения и части иракской армии, все глубже и глубже закапываясь в землю, продолжали совершенствовать инженерное оборудование местности.

Что же представляли собой оборонительные сооружения и укрытия иракцев?

Наиболее распространенным было глубоко заземленное бетонное укрытие с помещениями для хранения оружия, запасов пропитания и воды, а также приготовления пищи. Расположенное на глубине 15 метров, такое сооружение способно выдержать взрыв 10-мегатонной атомной бомбы, что равносильно землетрясению в 7–8 баллов по шкале Рихтера. Укрыться в нем могли больше тысячи человек. Трудно сказать точно, сколько имелось таких бункеров. Известно только, что в 1986 году в Ирак из стран Западной Европы поступило большое количество деталей и блоков, достаточных для создания 40 подобных сооружений. Как правило, они предназначались для Республиканской гвардии.

По оценкам специалистов, уничтожить эти подземные комплексы силами авиации было практически невозможно. Единственными целями для «сверхточных» бомб являлись лишь вентиляционные шахты и колодцы. Вот почему интенсивная авиационная «обработка» позиций иракской Республиканской гвардии не привела к ожидаемым результатам и Саддаму Хуссейну удалось сохранить свои основные отборные войска.

И все же силы противостоящих сторон были явно неравнозначны. Авиация США безраздельно господствовала в воздухе. Иракские ВВС не смогли оказать ей достойное сопротивление.

С этим периодом войны связана еще одна тайна Саддама Хуссейна. Ежедневно лучшие боевые самолеты ВВС Ирака – МиГ-29, Су-24, «Мираж» Ф-1 – и транспортные самолеты небольшими партиями улетали в соседний Иран. По данным американской разведки, за месяц воздушной войны в соседнее государство перелетело примерно 147 иракских самолетов. Хотел ли С. Хуссейн таким образом сохранить ядро своих ВВС на будущее? Было ли достигнуто специальное соглашение между Багдадом и Тегераном по этому вопросу? Ответов пока нет. Впоследствии Тегеран объявил перелетевшие самолеты, чья стоимость составляла 2,5 млрд. долларов, «частичной выплатой репараций общим объемом 900 млрд. долларов за ущерб, понесенный Ираном за 8 лет ирано-иракской войны».

Анализируя эти факты, западная военная печать с тревогой сообщала, что перелетевшие иракские самолеты увеличили численность ВВС Ирана на 66 %. Однако в действительности иракские самолеты советского и французского производства не представляли ценности для Ирана, имеющего на вооружении американские истребители. К тому же у него нет соответствующих запасных частей, подготовленного летного и технического персонала для обслуживания перелетевших самолетов. Оказавшиеся на территории Ирана иракские истребители были брошены, практически без присмотра, под открытым небом, где их разрушали солнце, ветер и песок.

Однако вернемся вновь к жарким январским дням. Основную мощь своего удара авиация многонациональных сил обрушила по сухопутной группировке Ирака, дислоцированной на границе с Саудовской Аравией. Бомбардировщики и тактические истребители ВВС США и их союзников, американская палубная авиация уничтожали танки, артиллерию противника, пункты управления, склады и другие объекты тыла сухопутных войск.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю