355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » И Багрянова » Последний Вздох (СИ) » Текст книги (страница 1)
Последний Вздох (СИ)
  • Текст добавлен: 27 апреля 2017, 16:30

Текст книги "Последний Вздох (СИ)"


Автор книги: И Багрянова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Багрянова И Михайлова
Последний Вздох





ГЛАВА 1



– Сэм, немедленно спускайся! – взвизгнул голос ниже этажом, и девушка вскочила с кровати. Моргнув несколько раз, чтобы прояснить зрение, она обвела взглядом свою комнату. «Вернее ее подобие», – фыркнула про себя Саманта. С тех пор, как Эшли и Элли вдруг перестало хватать места на втором этаже их, нужно сказать, довольно просторного дома, мачеха решила снести соседнюю стену, принадлежащую как раз старой милой комнате Сэм, и сделать там дочерям гардеробную, выставив падчерицу на чердак.

– Им ведь нужно где-то хранить свои наряды, – тихо передразнила она Рейчел.

– Сэм! – от нового визга мачехи девушка вздрогнула, а потом закатила глаза. Наверняка ей вновь нужно срочно принести стакан воды или же она забыла, куда дела фен...

– Саманта Сент-Джон, немедленно спускайся, лентяйка! Иначе я сама поднимусь наверх, и тебе же будет хуже! – грозно выкрикнула Рейчел.

Сэм быстро встала на ноги и, накинув майку и легкие брюки, спустилась с чердака по узкой лестнице и прошла к комнате мачехи. Открыв дверь, девушка зашла внутрь, удивленно приподняв брови, поскольку заметила обеих близняшек, стоявших рядом с матерью. Три пары глаз, прищурившись, уставились на Саманту.

«Почему они все встали в такую рань?» – с удивлением подумала она. Ведь будильник еще не прозвенел, а значит, сейчас еще не было и полседьмого утра. Ситуация становилась все непонятнее, поскольку, казалось, они и не собирались ей ничего говорить, молча сверля взглядом. Наконец, Элли, стройная длинноногая блондинка с вечно поджатыми губами, развернулась к матери.

– Как ты себе это представляешь? Да я с ней и рядом стоять ненавижу. Ты только посмотри на нее. Она понятия не имеет, как нужно выглядеть на таких мероприятиях. Уверена, у нее ничего и нет. Как мы можем взять ее с собой? – голубые глаза широко распахнулись, показывая всю степень недоумения юной красавицы.

Стоявшая позади нее Эшли фыркнула, окинув Сэм взглядом с ног до головы.

– Элли права, я побрезгую появиться там с... – она поморщилась, задержавшись взглядом на забавных котятах на майке Сэм, – этим, – девушка тоже уставилась на Рейчел. – Почему мы должны брать ее с собой?

Саманта сглотнула. Да, все как обычно. Есть две красавицы-дочки, в которых Рейчел души не чает, и она – некий довесок, доставшийся им вместе с домом и всем состояние Уильяма Сент-Джона – ее отца, погибшего в автомобильной аварии три года назад, через неделю после совершеннолетия Сэм. В тот день жизнь Саманты кардинально изменилась. До смерти отца она и не подозревала, как ее ненавидят его новая жена и ее дочери. Рейчел тут же уволила нескольких женщин, помогавших им по дому, и скинула все их обязанности на еще не отошедшую от горя девушку. Тогда она была им даже благодарна, поскольку все эти заботы помогали отвлечься, но потом... Они явно перегнули палку.

Все же в Риджтауне было три огромных жирных минуса – мачеха и две ее "милейшие" близняшки. Но уезжать из собственного дома, сжигая за собой все мосты, тоже не казалось приемлемым вариантом. Впрочем, здесь ее удерживало не только это, но и одно обещание...

Рейчел окинула Саманту взглядом, а потом задумчиво посмотрела на своих дочерей, явно размышляя над их словами, но, приняв решение, резко мотнула головой.

– Одни вы туда не пойдете. Я вас слишком хорошо знаю, девочки. Не хватало, чтобы вы там во что-нибудь ввязались, – женщина тяжело вздохнула. – Сэм пойдет с вами, и точка, – Рейчел вновь посмотрела на девушку. – Не уследишь – испытаешь всю силу моего гнева. А злиться я буду очень долго, – словно прошипела она.

Смирившись с тем, что, вероятно, день или вечер пойдут насмарку, Сэм решила уточнить, что же от нее все-таки хотят.

– Куда мне с ними идти? – спросила она и замолчала, ожидая ответа.

Элли и Эшли в каком-то священном ужасе уставилась на нее.

– Она даже не знает, – неверяще протянула последняя, пока ее старшая – на семь минут – сестра, по-видимому, отходила от шока.

– Не знаю что? – вся эта ситуация начала потихоньку раздражать Сэм. Ей не сказали толком ничего, но уже потребовали всего на свете. Может, эта задача вообще окажется ей не под силу. Не говоря о том, что удержать близнецов, которым едва стукнуло восемнадцать, от глупости в принципе было трудновыполнимой задачей. Они все время поступали так, как им того хотелось. И чаще всего это было весьма опрометчиво и необдуманно.

– Сегодня концерт "Last Breath"! – выкрикнула, наконец, Элли, вновь обретя дар речи, а Рейчел лишь хмыкнула.

– Что я вам говорила? Она – идеальный вариант для сопровождения, – а потом обратилась уже к Саманте. – Свободна. У нас много дел. Будешь готова к пяти.

Сэм скрипнула зубами, но сдержалась. Всегда все именно так и выглядит. Отрывистые приказы, будто какой-то собаке. Девушка развернулась, направившись к выходу, но была остановлена еще одним резким замечанием.

– И надень что-то поприличнее. Иначе, на моих девочек будут косо смотреть.

– Конечно, – выдавила из себя Саманта и поспешила покинуть эту ужасную комнату.


*****



Посмотрев на часы, она поняла, что скоро уже нужно спускаться. Бросив еще раз взгляд на свое отражение в зеркале, Сэм усмехнулась. Да, наверное, только она умудрилась остаться бледной в разгар лета и жаркого солнца. Кожа Элли и Эшли давно приобрела красивый золотистый оттенок... но только не ее. Та всегда резко контрастировала с темными, почти черными, немного волнистыми волосами девушки и ее ярко-зелеными глазами. Закусив губу, она еще раз посмотрела на свой наряд. Легкое светло-зеленое платье до колена подчеркивало ее стройную фигуру и глаза.

Вздохнув, Сэм вспомнила слова отца.

– Ты – уникальная, дочка, но никому не должна говорить об этом. И никуда не уезжай из Риджтауна. Это может быть опасно...

Тряхнув головой, девушка прогнала тревожные мысли. Медленно подойдя к комоду, составлявшему практически всю мебель в ее чердачной комнате, она взяла в руки золотистую рамку и мягко улыбнулась смотревшему на нее с фотографии отцу. Палец, едва коснувшись, обрисовал милые сердцу черты. До сих пор было больно, но девушка каждый вечер подходила к рамке. Ей казалось, что, смотря на отца, она понемногу впитывала его силу. Впрочем, все в этом доме производило на нее такое действие. Она выросла здесь, с этим местом связано так много воспоминаний...

– Саманта, – раздался приглушенный крик Рейчел. – Где тебя носит?

Глубоко вздохнув, девушка аккуратно поставила на место фотографию отца и поспешила вниз. Спускаясь по ступенькам на первый этаж, она невозмутимо встретила недовольные взгляды.

– Ну, что? Пойдем? – улыбнулась она сестрам.

– А что это ты такая довольная? – с подозрением спросила Эшли, выгнув бровь. – Ты ведь даже не знаешь эту группу.

– Но почему бы и не порадоваться, если это хоть какое-то развлечение в Риджтауне?

– Ладно, пойдемте, – нетерпеливо проговорила Элли. – Чем быстрее придем на место, тем ближе окажемся к сцене. И я смогу поближе рассмотреть Клайва. Он – такой душка, – она мечтательно закатила глаза.

– Помни, что я тебе говорила, Сэм. Я на тебя рассчитываю, – устав от томных вздохов дочерей, сказала Рейчел и распахнула перед ними дверь. – Повеселитесь, девочки.

– Спасибо, мам, – в унисон пропели близнецы и выскочили на улицу. Сэм вышла следом, гадая, как же должен выглядеть этот Клайв, который произвел на девушек такое впечатление. Наверняка нечто смазливое с широкой белозубой улыбкой.

Пройдя несколько кварталов под возбужденное чириканье сестер, они вышли к старому зданию, в котором выступали все заезжавшие к ним проездом группы, а в остальное время, просторный зал чаще использовался для празднования каких-либо значимых для города событий и устраиваемых время от времени танцев.

У входа уже собралась небольшая толпа, и девушки не сразу смогли войти внутрь. Оказавшись спустя минут десять внутри здания, сестры начали активно пробиваться ближе к сцене, а Сэм чудом не потеряла их из виду, такой из девушек сочился энтузиазм, пока те иногда осторожно, а иногда и не очень, пробирались сквозь толпу.

– Прошу прощения... Извините... Простите, – то и дело произносила Саманта, преследуя двух неугомонных девушек. Наконец, оказавшись рядом с ними, она одарила их тяжелым взглядом, но те ее проигнорировали.

Осмотрев зал, Сэм отметила, что все находятся в каком-то приподнятом настроении. В Риджтауне такое событие было довольно редким явлением, а потому сюда пришли почти все жители города, хоть немного заинтересованные в музыке.

Ожидания, к удивлению девушки, продлилось недолго. Приблизительно через полчаса, когда в зале стало и вовсе не протолкнуться, выключили основной свет. А спустя несколько секунд на сцене ярко вспыхнули прожекторы, освещая в это время будто по мановению волшебной палочки появившуюся на сцене группу. Впрочем, так все выглядело для остальных, но не для Сэм...

К микрофону подошел высокий светловолосый мужчина. У него была приятная спортивная фигура, и, судя по обнаженным рукам, которые не скрывала черная майка, он не брезговал тренировками. Светлые же волосы спадали до плеч, красиво обрамляя приятное лицо. Но то, что ее поразило – это его улыбка, а точнее два блеснувших в свете прожекторов клыка. Брови Сэм удивленно поползли вверх, в то время как зал взорвался криками.

– Клайв, – завопили прямо у нее под ухом сестры, и девушка поморщилась.

– Привет, Риджтаун, – громко проговорил в микрофон мужчина и вновь улыбнулся, услышав гул голосов. – Готовы к рок-н-роллу? – и снова зал заполнили крики восторженных фанатов. – Тогда, поехали. Оторвемся по полной! – выкрикнул он, и сцена ожила. Раздались первые аккорды, и воздух наполнила мелодия. Впрочем, девушка даже не смотрела на остальных парней из группы, все ее внимание было сосредоточено на солисте.

У мужчины оказался сильный чуть хрипловатый голос, и Сэм быстро подпала под его влияние, чувствуя, как ритм проходит сквозь тело. Уже спустя несколько минут она подпевала, как и все в зале. Клайв властвовал на сцене, разбавляя свои песни невероятными трюками. Он просто фантастически двигался, а от сальто толпа буквально взорвалась.

Сэм улыбнулась и вдруг замерла, заметив, как солист "Last Breath" посмотрел прямо на нее и весело подмигнул, вновь возвращаясь к микрофону.

– Он смотрел на тебя? – пытаясь перекричать шум, спросила Эшли у сестры.

– Кажется, нет, – покачала головой Элли, и девушки бросили странный взгляд на Саманту, но та лишь пожала плечами.

Клайв со своей группой выступали несколько часов. Зал ликовал, а девушка все чаще ловила на себе взгляды светловолосого красавца, отчего ей под конец стало даже неудобно, поскольку сестры с каждой минутой становились все раздраженнее. Наконец, когда группа скрылась за кулисами, сестры сорвались с места.

– Пойдем, попробуем прорваться. Я должна с ним поговорить, – потянула Элли сестру за руку, а Сэм поспешила за ними. Совсем скоро девушки оказались в тускло освещенном коридоре.

– Подожди, Эл, – остановилась вдруг Эшли, чем заслужила несколько нелицеприятных эпитетов от таких же спешащих поговорить с группой людей, поскольку те налетали на вставшую посреди коридора девушку. – Хочу промочить горло, а не хрипеть рядом с Клайвом, – улыбнулась она.

– О, я бы тоже не отказалась, – Элли бросила взгляд на Саманту, а потом вновь посмотрела на сестру. – Только давай отойдем в сторону, а то нас снесут.

Рядом оказалась дверь в кладовку и, недолго думая, три девушки быстро зашли внутрь. Комнатка была крошечной, и, судя по приставленным к одной из стен швабрам и ведрам с висящими на них же тряпками, ее использовали для хранения инвентаря.

– Хорошо, что я взяла все с собой, – Эшли достала из сумки литровую бутылку с томатным соком и победно улыбнулась Элли, протягивая ее ей. – Ты – первая.

Девушка приняла сок и, быстро открыв крышку, сделала глоток.

– Спасибо, просто прекрасно, – она хотела было вернуть бутылку сестре, но споткнулась и ухватилась за плечо Сэм, все это время тихо стоявшей рядом. Бутылка наклонилась, выплескивая содержимое на платье вдруг оцепеневшей Саманты. По-видимому, Элли тоже не ожидала этого, поскольку девушка, вместо того чтобы убрать бутылку подальше, на несколько секунд замерла, тем самым позволив соку полностью залить платье Сэм. Девушка отскочила, с ужасом смотря на свою испорченную одежду.

– О Боже, ты выглядишь просто ужасно, – широко раскрыв глаза, произнесла Эшли.

– Прости, – раздался следом виноватый голос Элли. – Я случайно.

Еще раз осмотрев себя, Саманта вздохнула.

– Ладно, ничего. Бывает, – отрывисто сказала она, стараясь не показывать своего разочарования. Ей тоже почему-то хотелось еще раз увидеть того светловолосого солиста, но теперь об этом не могло быть и речи.

– Так, Сэм. Не переживай. Мы сейчас что-нибудь придумаем. Снимай пока свое платье и отдавай нам, а мы сбегаем и найдем тебе что-нибудь, во что можно будет переодеться. В конце концов, наверняка здесь завалялась пара сценических костюмов. Почему бы не заваляться и платью, – произнесла Элли, пожав плечами.

– Да, Сэм. В таком виде и до дома идти неприятно. Снимай, мы добудем что-нибудь, во что можно переодеться, – подхватила Эшли.

Сэм колебалась, но потом, кивнув, потянулась за молнией на спине. Платье отлипло от кожи с противным хлюпаньем, и девушка поморщилась, переступая через ткань.

– Спасибо, девочки. Буду очень благодарна, – тихо проговорила она, рассматривая свое, теперь уже тоже местами красное, нижнее белье.

Эшли забрала ее платье, и сестры быстро вышли за дверь, плотно прикрыв ту за собой. Саманта обхватила себя руками и еще раз осмотрела кладовку. На небольшой тумбочке в углу лежала упаковка с салфетками. Вздохнув с облегчением, Сэм направилась к ним, решив, что к приходу девушек хотя бы не будет такой липкой.

"Надеюсь, они быстро управятся", – подумала она, беря в руки первую салфетку и мысленно ставя себе на заметку занести сюда завтра новую пачку.


*****



Джимм стоял в стороне от отдыхавших участников бэнда, спокойно потягивая пиво из бутылки и в который раз наблюдая сцену «Клайв охмуряет девок». В тесной гримерной собрались пять членов рок-группы, агент, промоутер и три девушки, которых разрешил пропустить за кулисы сам фронтмэн «Last Breath». Молоденькие и ярко накрашенные особы хоть и сидели на разных с Клайвом диванах, но, не переставая, таращились на звезду, каким-то чудом залетевшую в их маленький и серый городок. Они как-то синхронно замирали, когда вокалист начинал говорить.

– Клайв, а это правда, что вы – вампир? – глаза брюнетки жадно пожирали светловолосого красавчика.

Один и тот же вопрос в каждом городе, на каждом концерте. Такой ожидаемый и обычный, что уже перестал раздражать.

– Да, – с ленцой протянул вокалист и чуть улыбнулся, как бы ненароком показывая свои клыки.

Девушки дружно ахнули.

Джимм скрыл кривую ухмылку, вновь прикладывая к губам холодное стекло бутылки, и сделал пару глотков хмельного.

Он ясно увидел вспыхнувшее воспоминание вокалиста: вот он с мрачной улыбкой берет два бокала. Наполняет их вином. Медленно проходит в спальню, где все прямо кричит о его вампирской натуре: красно-черная гамма, бархат и атлас, свечи, сладковатый запах и медленная чувственная музыка. Подает бокал с вином девушке в черных кружевах, а сам мощными глотками осушает свой бокал, притворяясь, будто там настоящая кровь.

Как смешно. Клайв начинал и сам верить в свое вампирское происхождение, уже забывая, что клыки – это лишь удачная работа стоматолога. Джимм теперь почти всегда ловил от того мощные эманации веры в собственную силу и превосходство.

Люди. Если собственная жизнь и ее реалии не устраивали их, им все больше хотелось чего-то иного. Казалось, смертным нравится терять свою суть и жить, подражая другим, чья жизнь казалась им безоблачной и интересной.

На самом же деле, Клайв даже не представлял, какая это мука – быть вампиром. Кому, как не ему, Джимму, было более чем известно, какой ценой дается бессмертие. Впрочем, разубеждать человека в прекрасной иллюзии он не собирался. Ведь на самом деле, парень был талантливым и умным, вот только прикрывал всю свою внутреннюю смуту и терзания вот таким ярким образом.

– Как так получилось? – все наседала на вокалиста брюнетка.

– Кое-что иногда лучше не знать, красавица, – так же протянул Клайв.

Джимму захотелось немного прогуляться. Нечего сидеть в насквозь провонявшем помещении, в котором до сих пор призраками витали обрывки чужих эмоций.

Взяв почти допитую бутылку с собой, он поспешил выйти из гримерной, наглухо "отрезая" себя от мыслей и чувств ее сегодняшних обитателей.

– Джимм, ты куда? – их агент, Ранхуд, говорил с едва различимым акцентом.

На самом деле, мужчина гордился своим происхождением и с удовольствием рассказывал всем историю своего становления на ноги в Америке. Индийский пацан вылез из голодной бедноты чисто на собственных амбициях и удаче. Ранхуд нравился Джимму, поэтому он не имел привычки раздражаться на того.

– Прогуляюсь, не против? – уже у дверей обернулся мужчина.

– Нет, только помни, утром выезжаем в Оустен, – дружелюбная белоснежная улыбка индуса.

Джимм лишь пожал плечами и вышел в коридор.

В этом Риджтауне, кажется, ничего и не было, кроме истории. Старые здания, старые машины, половина населения – старики. Никакого молодежного досуга. Он чувствовал здесь лишь отголоски из прошлого. Концертный зал был примерно годов пятидесятых прошлого столетия. И был самой величественной и центральной постройкой городка. В таких местах, где на протяжении более чем полувека скапливалось много народа, а выступающие на старой сцене люди выкладывали всю свою душу, выворачивались наизнанку, играя, танцуя и распевая песни, бродило невероятно много отзвуков сильных чувств. Некоторые задерживались здесь на десятилетия, а другие готовы были раствориться в миру уже на следующий день.

Джимму казалось, он слышит давно ушедшие голоса, смех и крики радостной толпы. Он любил такие места. Любил прошлое даже больше, чем настоящее.

Закинув голову, он допивал последние капли пива, как вдруг почувствовал "что-то". Сильное, напряженное и светлое. Будто кто-то капнул немного теплого солнечного света в эти мрачные и узкие коридоры.

Мужчина удивленно огляделся и обострил свои чувства, силясь найти манящий источник.

– Ваш басист всегда такой молчаливый и нелюдимый? – услышал он вопрос девушки за дверью и тут же отключился от ее жужжащих и зудящих в голове мыслей.

Фанатки даже не запоминают всех имен участников "Last Breath", для них существует лишь Клайв с его манящей клыкастой улыбкой и телом. Их соло-гитарист Шон редко, но метко завидовал популярности своего коллеги. Многие девушки слушали группу только из-за вокалиста и не слышали смысла их музыки. Современная молодежь, основная ее масса, забыли, что такое душа и настоящий талант. Им подавай красавчиков и красавиц с прекрасными телами, накачивай их ничего не значащими мотивами, глупым текстом, и они будут довольны. Мода. Она превращает индивидуальность в серость, прикрываясь яркими наклейками.

Джимм четко уловил раздражение Шона. Тот не понимал, за каким чудом им приходится кататься по маленьким городам, когда любой концертный зал открыт для их звездных задниц. Он забыл, что такое тур на автобусе. Забыл, с чего все начиналось. Привык к той роскоши, в которой в последнее время купался.

И правильно. Откуда простому смертному знать, что такой долгий и тяжелый тур в поддержку нового альбома заложил в голову Ранхуду именно Джимм.

Спокойный и часто незаметный Джимм Бротт, хороший басист и парень, который не откажет в помощи. За восемь лет существования группы никто так и не заметил, что лицо его никоим образом не стареет, под светом солнца ему становится невыносимо плохо, он мало ест обычную пищу, и то, что его глаза могут гореть всепоглощающим голодом. Настоящий вампир был у них всегда под боком. Этернель, если быть точным. Само общество вечных с неким раздражением переносили то, как их называли смертные.

– Не против моей компании, приятель? – прервал цепочку мыслей Вэнс, их промоутер.

Джимм мотнул головой, хотя с радостью бы отказался. Вечный никак не мог выловить в густоте накопившихся с поколениями эмоций тот самый теплый и спокойный "свет", что привлек его пару минут назад. А промоутер группы только дополнительно заглушал эмоциональный фон своими яркими вспышками внутренней светомузыки. Очень яркая личность. Очень. Даже по его медным взъерошенным волосам с желтыми, будто выгоревшими кончиками, можно было сразу увидеть внутреннюю энергию, а если заглянуть в медовые глаза, то и вовсе увидеть вечное сияние его внутреннего "я". Огонек, одним словом.

– Я не был с вами, когда все начиналось. Пришел уже на все готовенькое. Ранхуд не видит в моей должности смысла, но обязан подчиняться компании. Кажется, мне там не место.

Басист удивился такой откровенности и прущей от мужчины волны печали.

– Не обращай внимания. Ты много полезного сделал для нас. Два последних альбома разошлись миллионами копий с большой твоей помощью, разве нет?

Эмоции сменялись у Вэнса, как у подростка, тот широко улыбнулся, и Джимм ярко ощутил то, как промоутер доволен собой. Пришлось отрезаться от его потоков, чтобы внутренний свет не выжег к чертям все спокойствие.

Тяжело быть телепатом и эмпатом одновременно, иногда с самого начала он даже не мог разобрать, где он сам, а где другие люди. Но клан ценил его и, как ни странно, не наседал с просьбами присутствовать на всех переговорах или мероприятиях. Его тихо-мирно отпустили в плавание по волнам музыкальной индустрии.

– О, мой бог!

Оба мужчины резко повернули головы в сторону другого конца коридора.

Вэнс пытался разглядеть лица в темноте и тут же подумал, что, должно быть, это фанатки, а затем его мысли перешли на недобросовестных секьюрити, которые так просто пропустили этих особ за кулисы. Они явно грозили прервать отдых музыкантов после изматывающего концерта.

Этернель поморщился от мыслей, вьющихся в головах необычайно похожих друг на друга девушек. Близняшки одновременно пытались вспомнить имя вечно угрюмого, по их мнению, басиста, недоумевали, что за красавчик стоит рядом с ним и удивлялись высокому росту участника группы. И еще что-то не очень приятное, будто они только сейчас задумали нечто не совсем пристойное и обидное, только вот в чью сторону было обращено это их поведение, он не мог разобрать. В мыслях дамочек этот человек был замазан темной и противной "кляксой", будто бы они вечно чувствовали к нему отвращение.

– Боже, боже, это же вы! – высоко пискнула одна, крутя в мыслях: "Симпатичный шпалина. Может, я ему понравлюсь? Неплохо бы... Нет! Я здесь ради Клайва!"

– Простите...эм...Джимм! – вторая, что была в бледно-розовом платье, наконец, с облегчением вспомнила простое имя басиста, подбегая за ручку с сестрой. – Мы просто заблудились. Нам и нашей подруге нужна помощь! Пожалуйста, не отказывайте! Больше мы никого здесь не встретили.

Врали и не краснели, ехидно ухмыляясь про себя. Обе кое-как миновали охрану, прятались в бесчисленных закутках, лишь бы работники концертного зала их не увидели, и подслушивали разговоры престарелых уборщиц, пытаясь выведать, где сейчас находится группа.

– Если вам помощь нужна, цыпы, то идите к начальнику охраны. Его зовут Мэтью, – Вэнс натянуто улыбнулся девушкам и потянулся к телефону. – Хотя, я могу его сам вызвать, надо?

Те тут же стушевались.

– Н-но как же так?

– Автограф-сессия была сразу после концерта, дамы. Теперь группа отдыхает и незачем их беспокоить по пустякам, ясно? – Вэнс умудрялся оставаться до ужаса милым.

В эту секунду Джимм вновь уловил то самое солнечное и мягкое, то ли воспоминание, то ли эмоцию, к своему удивлению, в мыслях близняшек. Они знали того, кто мог посылать такие чудесные эманации. Интересно.

– Что случилось? – неожиданно для всех спросил этернель.

Вэнс так и не успел сказать дамочкам, куда им следует идти и поскорее, а те даже не торопились придумывать оправдания, так и застыв с приоткрытыми ртами.

– Э, ну, там подруге...это...

– Не глупи, Джимм, – если бы не уважение, которое испытывал к бас-гитаристу промоутер, то тот наверняка бы закатил глаза, но сдержался. – Пойдем обратно, скоро в отель, а утром нам уезжать.

– Что случилось, девушки? – повторил Джимм свой вопрос, подходя к оцепеневшим сестрам.

Его рост был внушительным. Девчонки доходили ему максимум до груди, равно как и половина группы. Один Клайв мог похвастать тем, что ниже "великана" всего на голову.

Одна из них тут же резко втянула носом воздух и подумала о чем-то совсем пошлом.

«Я ему точно понравилась», – пронеслось у другой в голове.

– Ребят, что происходит? – это Клайв вышел отлить, но наткнулся на интересное столпотворение.

«Божееее!», – унисонный мысленный писк девушек заставил Джимма в который раз поморщиться.

– Да вот, у девушек какая-то проблема, – Вэнсу уже начинало надоедать их общество. – Мэтью хочу вызвать им на помощь.

Этернель не намеривался позволять смертному лишать его возможности узнать кого-то с таким светлым...нечто внутри. Поэтому незамедлительно была послана мощная волна симпатии.

– Или не хочу, – задумчиво произнес Вэнс и подмигнул одной из сестер.

Но те восторженно пялились на своего кумира, кое-как сдерживаясь, чтобы не запрыгать на месте от радости и на какие-то сомнительные потуги молодого промоутера обеим было, мягко говоря, плевать.

Клайв был на грани. Джимм прекрасно чувствовал, как тот истощен эмоционально. Концерт почему-то сильно выжал его.

«К чему мне все это?» – устало думал вокалист, желая просто упасть где-нибудь в темном углу и пролежать там до старости.

В последнее время он слишком сильно подпускал к себе все то, что пропевал на сцене. Он по-настоящему заболел музыкой.

– Надоедливые особы заставляют меня желать смерти, – мрачно взглянул на них Клайв, все продолжая играть дурацкую роль.


*****



«Как, черт подери, так получилось?» – вздохнул Джимм, ощущая вокруг себя толпу народа.

Неведомым образом, не контролируя самого себя, он нечаянно транслировал в голову смертным свое желание пойти за девушками и, наконец, узнать того, кто мог хранить внутри такие теплые ноты.

В итоге с ним вместе шагал весь состав "Last Breath", вместе с Вэнсом и двумя сестрами. Ранхуд остался в гримерной, хотя тоже порывался идти, но у агента возникли срочные дела.

За какую-то долю секунды до того, как девушки, с застывшим на лицах предвкушением, открыли двери какой-то мелкой комнатки, бас-гитарист вдруг отчетливо увидел и почувствовал того, кто находился за дверью. Внутренние тревоги, напряжение, какие-то неудобство и яркий образ Клайва – все, что лежало на поверхности сознания той девушки.

Он видел, как она запоминала не красоту вокалиста, а сверкающие отблески софитов на его светлых волосах, белые, слегка удлиненные клыки, тату на предплечье в красном свете. Как странно четко видела девушка. Кто еще, мать вашу, запоминает какие-то блики и ощущения, упругие звуковые волны, резонирующие во всем теле и "цвет" музыки?

Он хотел капнуть глубже в ее голове, но не успел, дверь распахнулась, и сознание незнакомки перекрылось мощным потоком недоумения, а потом стыда.

Близняшки сдавленно захихикали, а со всех спало некое оцепенение, нечаянно навеянное Джиммом.

С секунду все смотрели на ошарашенную полуголую девушку, и только потом последовала реакция.

– Вэнс, вызывай Мэтью, – бросил Клайв и, более незаинтересованный в окружающем мире, поплелся в сторону сортира, презрительно процедив сквозь зубы: – Имбецилки.

Промоутер быстро набрал номер и отошел. Никто не собирался здесь задерживаться. Группа никак не могла понять, зачем они вообще поперлись за каким-то дурами, тратя личное время.

Начальник охраны появился уже спустя минуту. Крепко сбитый лысый мужчина, облаченный в простую черную футболку, густо краснея за слепоту своих подчиненных, вытащил упирающихся дамочек из комнаты.

– Эй, ты, эксгибиционистка, давай на выход, – гаркнул он густым басом и недобро сверкнул водянистыми глазками.

– Я помогу, – сказал Джимм, протягивая девушке свою легкую куртку.

– Мистер Бротт, не стоит, мы сами...

– Я помогу, – надавил вампир и охранник, нехотя, но послушался.

На самом же деле Джимм был обескуражен тем, что не мог пробиться в глубокую память этой обиженной сестрами девушки. Даже самые поверхностные эмоции будто бы троились, дребезжали в его голове. Прямо как у сородичей, которые точно знали, когда единственный телепат на все кланы пытался проникнуть в их черепушки.

– Как же ты позволила этим дурам так нехорошо с тобой обойтись? – приглушенно спросил Джимм у девушки.

С трудом поборов нервную дрожь, Саманта протянула руку к куртке, тем самым почувствовав себя еще более обнаженной, поскольку до этого она пыталась хоть как-то прикрыться ладонями, а теперь потеряла даже эту ненадежную и, по сути, бесполезную защиту. Быстро накинув на себя легкую ветровку мужчины, Сэм почувствовала, как под его пристальным взглядом к щекам приливает румянец. Девочки выставили ее полной идиоткой перед всей группой "Last Breath", и неудивительно, что мужчины сразу позвали охрану. Однако Саманта совсем не ожидала, что один из них вызовется ей помочь.

– Почему вы так решили? – тихо спросила она, наблюдая, как охранник, вздохнув, уходит прочь дальше по коридору вслед за остальными участниками группы. Ей вдруг стало немного лучше.

Закутавшись в просторную ветровку, доходившую ей, судя по ощущениям, где-то до середины бедра, и оставшись наедине всего лишь с одним мужчиной, а не толпой, Сэм стала понемногу успокаиваться. Она подняла взгляд на своего спасителя и замерла, только сейчас в полной мере осознав его размеры. Как она могла не обратить внимания на этого мужчину, когда он был на сцене? От него исходила такая мощная энергетика... Впрочем, Клайв тогда затмил все ее мысли. Как и, она была в этом уверена, всех остальных, собравшихся в зале. Все же он был невероятно... живой? Да, наверное, так. Он всего себя отдавал музыке, и это подкупало, заставляя вместе с ним прочувствовать всю силу, исходившую от его песен. Однако, увидев Сэм в этой маленькой грязной кладовке, он просто ушел. Девушка мысленно отвесила себе затрещину. Как ей могло хоть на секунду придти в голову, что парень ее заметил? Какая глупость. Он наверняка бросал взгляды на всех девушек в зале. Она лишь была одной из множества.

Ее мысли прервало какое-то странное ощущение. Ну, вот. Опять. Будто в голове завелась мелкая мышь, и пыталась пробраться внутрь своими маленькими лапками. Даже немного щекотно. Саманта чуть заметно тряхнула головой, прогоняя ощущения.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю