Текст книги "Неожиданное приглашение"

Автор книги: Хлоя Бивен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Глава пятая

Линда с интересом наблюдала за меняющимся ландшафтом. Чужие, непривычные пейзажи, угнетавшие девушку в первые дни, теперь стали ближе, теплее. И она больше не ощущала себя чужестранкой в незнакомом краю.

Из глубин подсознания возник образ бабушки. Рыжие кудри трепал свежий морской ветер, юбка раздувалась как парус. Женщина с бледным измученным лицом напряженно всматривалась в серо-зеленые волны. Этот четкий образ буквально преследовал. Так же, как дом. Дом призраков Стоящий на скале, сейчас он казался созданным причудой воображения.

Линда сердито фыркнула и заставила себя вернуться в настоящее. Филипп мрачен, полон раздумий. Молчит. Лицо застыло как мраморный барельеф, золотистые глаза щурятся от солнца.

Девушка бросила в сторону Уорнера обиженный взгляд. Тот как будто почувствовал ее настроение.

– Давай заключим перемирие, прежде чем встретим Роберта, – холодно предложил он. – Мальчику не понравится, если за ним приедут два каменных столба.

– Извини, что вмешалась в твои дела. Это больше не повторится.

– Будем считать, я тебе поверил. – Сквозь деланное равнодушие проглядывала насмешка. – Воспользуемся случаем и выпьем кофе в ближайшей деревушке. Филипп притормозил возле небольшой старинной гостиницы, фасад которой оживляли темные просмоленные бочонки с яркими весенними цветами.

– Подозрительное место, – отважилась Линда поделиться своим впечатлением. Ее спутник откровенно расхохотался.

– Тем не менее довольно приличное, – успокоил он. – В давние дни люди обходили его стороной, но сейчас здесь безопасно. Будь уверена.

– Контрабандисты?-В широко раскрытых глазах девушки застыло ожидание чего-то необычного, таинственного.

– Хозяин может много о них порассказать. Репутация злачного местечка привлекает туристов и владелец гостиницы всячески поддерживает ее. Его заведение расположено как раз на трассе, по которой контрабандисты уносили от побережья свой незаконный товар. Так что эти истории смахивают на правду.

– Не может быть?! – Фиалковые глаза девушки округлились в изумлении. Филипп приобнял ее за плечи и повел к крыльцу.

– Ты готова поверить всему, что окутано романтическим ореолом.

Уорнер взял девушку за руку. Придется войти в гостиницу и выпить обещанный кофе. Снова он над ней подшучивает. Это же ясно, как день. Горячий темперамент Линды требовал принять бой. Однако прикосновение сильной теплой руки к ее ладони действовало расслабляюще. Девушка взглянула на их сцепленные руки и почувствовала, как ее щеки начинают пламенеть.

Руки Дэйва никогда не дарили такого ощущения защищенности, какое она испытывала сейчас. Прикосновение Филиппа пробудило неведомый ранее сумасшедший импульс-сжать пальцами его ладонь и увидеть улыбку на его губах. Искушение успешно было преодолено. Как странно отзывается в ней его близость! Оказывается, она уже успела привязаться к этому неординарному человеку. Стоит ли удивляться, что даже такая женщина, как Мэдж, готова стать его рабой.

Как и было обещано, их встретил сам хозяин, и пока они пили кофе, тот потчевал гостей историями из далекого прошлого. Кровавые и совершенно невероятные, они так увлекли, что девушка забыла обо всем на свете. Лишь насмешливый взгляд Филиппа немного отрезвил ее.

– Кажется, настроение улучшилось?-повеселев заметил он, когда они вышли на солнечный свет. – Хорошо, что мы здесь остановились.

– Добрая половина этих историй-чистая выдумка, – уверенно заявила Линда. – Но такого великолепного рассказчика я прежде не встречала. Его истории, да еще в таком исполнении, доставили мне огромное удовольствие.

– Напомни мне об этом перед сном, пожалуйста, -протянул Уорнер. – Я буду укладывать тебя в постель и рассказывать сказочки.

– От твоих историй у меня пробегает мороз по коже, – заявила девушка, с трудом преодолевая желание взбунтоваться против этого отвратительного насмешливо-покровительственного тона.

Филипп наигранно вздохнул.

– Как ужасно, -произнес он с театральным пафосом.-Только начну думать, что нравлюсь, как вдруг вижу: все, что я делаю, заставляет тебя дрожать от страха.

– Я имею в виду твои чертовы романы… Я хочу сказать, книги… то есть…-Линда не нашла нужного слова и взглянула на него. Филипп стоял, придерживая для нее открытую дверцу, и улыбался. Девушка покраснела до корней волос и скрылась в салоне машины. Снова проигран очередной раунд словесного боя.

– Наверное, будет лучше, если я помолчу, – пробормотала она.

– Во всяком случае-безопаснее, -дружески согласился он.-Хотя не слишком весело. Думаю тебе предстоит стать героиней моей следующей книги.

Только этого еще не хватало! Его героини ведут себя порой довольно рискованно.

– Я недостаточно интересна, чтобы стать персонажем твоих писаний, – фыркнула Линда. Филипп быстро взглянул на нее.

– Ну я бы не был так категоричен. По-своему ты очень даже интересна.

Всю оставшуюся дорогу Филипп не сказал ни слова. Линда тоже. Она пыталась вникнуть в только что услышанное, но безуспешно. Девушка по – прежнему была далека от разгадки и в тот момент, когда они подъехали к высоким каменным стенам. – Мы на месте, -тихо сообщил Уорнер. – Это школа Роберта. – Он свернул в сторону железных ворот. При виде огромного здания, просматривающегося сквозь деревья большого парка, у девушки от тоскливого сочувствия к неизвестному ей маленькому человечку засосало под ложечкой. Несомненно, в прошлом этот величественный дом принадлежал какому-нибудь аристократу. Теперь же сам вид и атмосфера ассоциировались только со школой. Гбы Линды непроизвольно сжались.

Не то, чтобы это здание напоминало ее школу, в которой прошло столько лет, наполненных обидой и одиночеством. Спокойствие, царящее вокруг, роскошный парк, богатый дом-все это могло соответствовать только дорогой закрытой школе. Но будь она хоть двадцать раз дорогой, это в принципе ничего не меняет-здесь все равно дети лишены родительской ласки и внимания. Сердце Линды обливалось кровью, когда она представляла себе мальчика, который не по своей воле повторяет ее судьбу. Как мог Филипп оставить его здесь?

– Ну? Что ты думаешь о школе?-Мужчина смотрел внимательно, явно желая угадать ее реакцию.

– Большая, -спокойно заметила девушка. Как бы то ни было, она уже на стороне Роберта, даже если он окажется маленьким озлобившимся существом.

– И это все, что ты можешь сказать? – В голосе, которым были сказаны эти слова, угадывалось раздражение.

– Да, это все, что я могу сказать! – в сердцах воскликнула Линда.

Ну и пусть он снова раздражается и дуется. Зато она не покривила душой. Когда они въехали на автостоянку возле школы, Филипп вышел и прислонился к машине, не обращая на спутницу никакого внимания. Вероятно, ему не разрешалось входить в здание, кроме как в специально отведенные дни. Это так типично для интерната. Роберт, должно быть, замкнутый и раздражительный ребенок. Линда и сама могла быть точно такой же, если бы не ее вечная готовность к мятежу и непокорности.

Как только ученики вышли на улицу и побежали к автостоянке, Линда открыла дверь и вышла из машины, чтобы встать рядом с Филиппом. Если возвращение Роберта домой вдруг окажется для мальчика разочарованием, в этом уж точно не будет ее вины. Уорнер продолжал игнорировать ее присутствие, и так длилось до тех пор, пока мальчик с изумительными белокурыми волосами не показался из-за угла.

Ребенок улыбнулся, в его взгляде промелькнуло любопытство. И наконец он понял, что Линда тоже приехала его встречать.

– Роберт, -тихо произнес Филипп. Девушка ошеломленно покачала головой. Господи, бедное дитя! Тоже мне – встреча отца с сыном! Она взглянула на Филиппа, затем на Роберта, пытаясь уловить хоть какое-нибудь сходство. Невероятно – они ни капли не похожи.

– Какие… какие чудесные волосы, -с запинкой выговорила Линда. Есть надежда, что Филипп отменил свой бойкот.

– В точности как у его матери, – в голосе отца звучала нежность. – Доминик, как ты, наверное, помнишь, была блондинкой.

Линда помнила. Она помнила все слишком хорошо и наконец поняла, почему Роберта отправили в школу. Уорнер по-прежнему очень сильно любит свою покойную жену. Настолько сильно, что не в силах перенести присутствие в доме сына, как две капли воды похожего на мать. Рана слишком глубока и еще не затянулась. Поэтому Роберту и пришлось уехать.

Линда почувствовала себя подавленной и удрученной. На душе было прескверно. Девушка смотрела на мальчика, а видела Доминик Уорнер. Но как только сын Филиппа подошел поближе, стало ясно, что это веселый, открытый, искренний человечек, который явно соскучился по отцу. Но в глазах Роберта можно было прочитать не только радость от долгожданной встречи. В них нашли свое место и тоска и затаенная обида. А как же иначе? Это непременная печать ребенка, лишенного нормального детства.

Да какое имеет значение, как Филипп относится к Доминик? Та мертва. А Роберт жив и вынужден страдать неизвестно за что. Надо положить этому конец. Линда уже и рот открыла, но тут сильная мужская рука словно стальные наручники сдавила ее запястье.

– Подумай, как ты должна встретить своего младшего кузена, мисс Бекли, – холодно предостерег Уорнер.

– Он мне не… Я не!.. – в смятении начала было Линда, но еще сильней стала хватка его пальцев. Голос звучал тихо и ровно: – Запомни, твое присутствие ничего не должно изменить в его жизни. Только попробуй вмешаться.

Линда вырвала свою руку и, энергично потирая ее, раздраженно фыркнула. Неплохо с его стороны-лишний раз напомнить свои условия. Она взглянула на мужчину, но получила в ответ лишь приподнятую черную боль да ледяной взгляд. Затем его глаза вернулись к Роберту. Мальчик спешил, подгоняемый крайним любопытством.

– Ты Линда!-заявил он, его яркие голубые глаза изучали ее лицо и волосы. – Ты приехала погостить к нам. Папа написал мне, поэтому я не удивился. Ты красивая. Твои волосы похожи на огонь.

– Возможно, они и сделаны из огня, – насмешливо пробормотал Филипп. – А теперь поехали, – громко добавил он.

Линда взяла себя в руки и приветливо улыбнулась малышу.

– Я пересяду на заднее сиденье, – предложила она. – Тогда ты сможешь сесть рядом с папой и…

– О, мне нравится сидеть сзади, – серьезно ответил мальчик.-Там больше места, чтобы поиграть.

– Святая правда, -сухо подтвердил Филипп. – Простите, юная леди, но вам придется потерпеть меня еще немного. – Он открыл перед девушкой дверь. Недобрая усмешка застыла на его губах, суровый предостерегающий взгляд не давал возможности ответить на вызов. Ну что ж. вероятно, в колоде мистера писателя больше козырей, чем она думала. Кто бы мог подумать что он переписывается с сыном?

Роберт перекинулся с отцом парой фраз и уткнулся в комиксы. Он ничего не сказал, пока они мчались по дороге к дому. Казалось, в поведении мальчика не было ничего необычного, вот только не было и особых проявлений близости между отцом и сыном. Выражение глаз мальчика, не давало Линде покоя. Она знала, что не ошиблась ребенок чувствует себя несчастным. И нечего мудрить здесь над разгадкой: причина тому – школа Наконец мальчик отложил комиксы и наклонился вперед, чтобы привлечь внимание отца.

– Мы заедем куда-нибудь перекусить?

– Разве я осмелюсь поступить иначе? Перекусить так перекусить. Хотя Салли испекла тебе любимые пирожки, как только узнала о твоем приезде. Ладно, я не возражаю, если мы слегка заморим червячка. Остановимся где обычно, хорошо?

– Хорошо, – Роберт окину лея назад и улыбнулся.

Сколько интересного можно узнать за одну поездку. Теперь понятно, почему присутствие молоденькой гостьи в Доме привидений раздражает Мэдж. Ей не нужны дополнительные помехи. И без того до сих пор все ее стрелы летели мимо. Сердце Уорнера по-прежнему принадлежит покойной жене. Линда вздохнула и посмотрела в окно.

– Выше нос! Что это за вздохи?-тихо спросил Филипп. – Мы с Робертом обещаем не быть тебе в тягость. А если ты будешь хорошо себя вести, я разрешу тебе поиграть с ним, когда мы остановимся перекусить.

– Я не ребенок, Филипп, -серьезно сказала девушка, глядя на его надменный профиль. – Я давно выросла.

– Знаю. Твой чудный хрипловатый голос постоянно напоминает мне об этом.-Золотистый взгляд скользнул по ее лицу. – Наверное, я просто прирожденный мучитель.

Машина остановилась возле небольшого загородного дома. На вид-обыкновенный коттедж, но по ряду признаков можно было угадать, что это – кафе, где подают чай, булочки с джемом и сандвичи. Отчего же Роберт вдруг так оживился?

Все стало ясно, когда мальчик выпрыгнул из машины и открыл для нее дверь.

– Пошли, Линда, – нетерпеливо подгонял он. – Это отличное место. Я хочу показать тебе кое-что.

Мальчик схватил ее за руку и потащил из машины. Она с опаской посмотрела на Филиппа. Тот наблюдал за ними, улыбаясь.

– Веселитесь, дети, – насмешливо разрешил он.-Я закажу чай и булочки, когда вы наиграетесь.

– Не обращай внимания, – посоветовал девушке Роберт, ведя ее вдоль высокой живой изгороди, отмечающей границы парка. – Папа любит дразнить. Это значит, что ты ему нравишься. Если нет, он не станет дразнить. Он может быть очень противным, когда захочет.

– Даже с тобой? – осторожно полюбопытствовала Линда.

Мальчик рассмеялся.

– Конечно нет! Он же мой папа. Хотя я тоже не всегда могу поступать по-своему, – тихо добавил он, погрустнев на минутку. Линда отметила это про себя. Легко понять, чего хочет Роберт и в чем ему отказано. Он хочет жить дома, а ответ всегда отрицательный. Ну, это мы еще посмотрим!

То, что увидела Линда, когда они обогнули изгородь, выветрило грустные мысли из ее головы. Она словно попала в сказочное царство, где чувствовала себя Гулливером в стране лилипутов. – Это миниатюрный город. Я мог бы провести здесь целый день. Это моя любимая остановка, -радостно объяснил Роберт.

Ну надо же! Церковь как настоящая, дома, речушка и дорога-все как на самом деле. Искусно выполненная имитация городка прошлого столетия. Вскоре они ползали на четвереньках, заглядывая в дома. Из стенда, стоящего на миниатюрной площади, девушка узнала, что город построен прадедушкой нынешнего хозяина. Он трудился над ним двадцать лет, что не удивило ее, поскольку все вокруг – от красной черепицы на крышах до часов с боем на церковной башне-было точной уменьшенной копией города.

– Здесь не хватает только людей, -сказал Роберт. – Я всегда представляю себе, как гуляю по улицам города, захожу в дома, в магазины.

По-моему, никто не знает, существовал ли такой город на самом деле, или его выдумали. Когда мы с папой путешествуем, то всегда сравниваем другие города с этим, но пока еще не нашли похожего. Однажды нам показалось, что мы нашли что – то очень похожее, но все равно не тот-нет замка.

– Разве папа гуляет здесь с тобой?-спросила Линда. Мальчик взглянул на нее как-то очень по-взрослому, почти с жалостью, словно девушка сморозила что-то уж очень глупое.

– Конечно, – серьезно ответил ребенок и смущенно полюбопытствовал: – А тебе нравится мой папа?

– Он… он очень добр ко мне.-Линда ушла от прямого ответа. Непонятное волнение охватило ее. – Он разрешил мне остаться до сентября.

Нравится ли ей Филипп? Еще как нравится! Отрицать это просто бессмысленно.

– А потом что?-спросил Роберт, сидя на корточках и внимательно, снизу вверх, глядя на нее.

– Э… потом я уеду учиться, -неуверенно начала Линда. – Когда я была… была помоложе, то пошла работать, а не учиться. Теперь я хочу поступить в университет. Занятия начнутся в сентябре.

– Не могу представить, что кто-то добровольно хочет учиться, – пробормотал Роберт. – Там же будут тобой командовать.

– Только не мной! – многозначительно заявила девушка. В его ясных голубых глазенках снова засветилась улыбка.

– Надеюсь, что нет. – Мальчик повернул голову и стал беззастенчиво разглядывать гостью. – у тебя почти что красные волосы. В доме есть большая картина, похожая на тебя. Правда, я не знаю, где она сейчас.

– Портрет?-заинтересовалась Линда. Должно быть, это портрет папиной мамы. Вот бы взглянуть на женщину, на которую она так похожа.

Мальчик кивнул.

– Я помню, он висел в доме еще до того, как меня отправили в школу. – Роберт насупился, и сразу захотелось хоть как-то развеселить его.

– Давай поищем картину, – заговорщически предложила Линда. Мальчик сразу же заинтересовался.

– Хорошо! Мы это сделаем в день, когда пойдет дождь, -согласился он. – Мы будем искать ее на чердаке вечером в дождливую погоду, прямо как в книгах. Давай заключим договор.

Они серьезно пожали друг другу руки. А когда Линда подняла голову, то увидела, что Филипп наблюдает за ними. Выражение его лица понять было невозможно.

– Чай готов, -провозгласил он.

Линда поднялась, стряхнула травинки, прилипшие к джинсам. Роберт вприпрыжку помчался вперед.

– Что вы задумали? – осторожно поинтересовался Филипп.

– Ничего!-Девушка посмотрела на него широко раскрытыми невинными глазами. Мужчина недоверчиво скользнул взглядом по ее лицу, и в очередной раз его губы скривились в усмешке. Он взял Линду за руку. Хорошо, что хоть перестал на нее глазеть.

– За тобой трудно уследить. Тебе не кажется, что ты требуешь слишком много внимания?

– У тебя достаточно других дел, Филипп.

Освободи себя хотя бы от контроля за мной, быстро нашлась с ответом Линда.

Мужская рука крепко сжала ее пальцы. А в голосе угадывалась улыбчивая снисходительность.

– Поверь мне, я пытаюсь не обращать на тебя внимания, но ничего не получается. И хотел бы, да не могу! Должно быть, во всем виноваты твои огненные волосы – я как тот мотылек, который инстинктивно летит к пламени.

– Я не понимаю, что ты хочешь этим сказать, – твердо заявила девушка. Знал бы этот человек, как тяжело ей далась эта твердость. Предательская дрожь прошла по всему телу.

– Это потому, что ты слишком молода, чтобы понять меня, – ответил Филипп и театрально вздохнул. – Что мне теперь делать-один с двумя детьми на руках?

– Прекрати! – закричала Линда, в ее глазах сверкнула едва ли не ярость. А тот неожиданно своей рукой мягко прикоснулся к ее пылающему гневом лицу и нежно провел пальцами по щеке.

– Я пытаюсь, поверь. Но ты даже представить себе не можешь, как это трудно, – прошептал он.

Неожиданный доверительный тон смущал больше, чем привычная резкость. Девушка обрадовалась, когда они наконец подошли к кафе, где их нетерпеливо ждал Роберт. Что хотел сказать ей этот непредсказуемый человек? Как растолковать его признание? Хотя одно Линда поняла: ей нравятся прикосновения Филиппа. Пожалуй, именно сейчас следует серьезно задуматься о возвращении в Бирмингем.

– Ты что-то побледнела, Линда, – заметил Роберт, искоса поглядывая на девушку.

– Э… значит, совесть у меня нечиста, – нашлась она. Мальчик улыбнулся, поняв, что с ним шутят, и вбежал в кафе. Линда вознамерилась последовать за ним, однако Уорнер задержал ее. Он запустил пальцы в короткие рыжие кудри.

– Неужели? Насчет совести-это правда? – хмуро поинтересовался мужчина.

– Господи! Конечно же нет!-Линда попыталась вырваться, но тщетно – цепкие пальцы продолжали держать ее.

– Тогда с чего бы эта бледность? – Он откинул голову девушки назад и взглянул сверху вниз на ее лицо. Их взгляды встретились. Ах, какие же все-таки у него прекрасные глаза! Даже в гневе они хороши. Сверкающее золото, сокровище инков… А смуглое его лицо – отчужденное, худощавое, красивое лицо аскета!-Линда! – На этот раз в тоне угадывалось предостережение. Да, она забылась и выдала себя собственным взглядом. Так нельзя смотреть на мужчину! Тот все заметил, все разгадал, отсюда и этот резкий тон.

Линда ринулась было в полумрак кафе, но прежде чем она подошла к Роберту, пальцы Филиппа вновь сомкнулись на ее руке.

Как было бы хорошо сейчас снова услышать насмешку в его голосе. Но нет, совсем другим тоном он проговорил: – Ты в порядке, Линда? Она кивнула, послав ему слабую улыбку. Теперь уж точно спасти ее может только срочное возвращение в Бирмингем. Но, во-первых, у нее нет денег. Во-вторых, если она уедет, то не сможет претворить в жизнь один очень важный проект. А Роберт – стоящее вложение душевного капитала.

Через несколько дней Линда поняла, что поладить с Робертом очень легко. Его присутствие оказало ей неоценимую услугу. Начать с того, что теперь не было возможности оставаться наедине с хозяином дома. Обед подавали раньше, а мальчику разрешали ложиться попозже. Ребенок стал оживленным, разговорчивым, веселым, так что, по всей видимости, был счастлив. Однако иногда в его ясных голубых глазенках угадывалась прежняя печаль.

– В школе тебя зовут Роберт?-однажды спросила его девушка. Они гуляли в саду.

– Только учителя. Ребята зовут меня Робби • – во всяком случае, мои друзья. А ребята постарше – Уорнер.

Линда усмехнулась. Как все это знакомо!

– Хочешь, я буду звать тебя Робби?-спросила она. Мальчик посмотрел на нее с улыбкой.

– Хочу. Папа всегда зовет меня Робертом, а мне больше нравится просто Робби. Если ты станешь называть меня так, может, и он передумает.

Вечером позвонила Эмили и сообщила потрясающую новость.

– Мы решили пожениться в конце месяца, – заявила она. – Клайв может получить работу в больнице на севере, и было бы глупо откладывать свадьбу. Основная мебель у нас уже есть, на остальное подкопим, когда поженимся.

– Это же в конце следующей недели! – ошеломленно вскричала Линда. – Я по-прежнему подружка невесты?

– Конечно. Твое платье почти готово. Надеюсь, ты не набрала в весе на деревенских булочках? Я отдала те мерки, которые мы сняли еще до твоего отъезда.

– Не беспокойся, я в него влезу. Проблема в другом-как уехать отсюда, – озабоченно проговорила Линда.

Проблем, собственно, больше: первая-как вернуться в Бирмингем и вторая-где остановиться там.

– А что, если тебе приехать вместе с Уорнером?-предложила Эмили.-Умираю, как хочу посмотреть на него.

– Он очень занят, – последовал быстрый ответ. – Мистер Уорнер сейчас работает над новой книгой.-Я приеду поездом. У меня пока есть кое-какие сбережения. – Они на самом деле, есть, но очень скудные. Положив трубку телефона, Линда задумалась. Не замечая ничего вокруг, девушка пересекла холл и чуть не налетела на Филиппа.

– Что-нибудь случилось? Она быстро затрясла головой.

– Ничего. Звонила Эмили. Она выходит замуж раньше, чем ожидалось. А я-подружка невесты. Мне придется поехать в Бирмингем. Свадьба состоится в-конце следующей недели. – Филипп продолжал молча смотреть на нее. – Э… мое платье уже готово.

– Пойдем в кабинет, -спокойно приказал он.-Мне следовало сделать кое-что сразу же, как ты приехала, но то одно, то другое-и эта мысль выскочила у меня из головы.

– Какая мысль?-Линда нерешительно остановилась в дверном проеме, пока хозяин шел к своему столу.

– Заходи. Я не кусаюсь. – Он выразительно посмотрел на девушку. Та прошла вперед с явной неохотой. Его кабинет-святая святых, место, где он создает свои книги. Владение писателя, куда посторонним вход воспрещен.

Сейчас он смотрел на нее, проявляя явное нетерпение.

– Будь добра, перестань так пугаться! – в высказанной просьбе прозвучали раздраженные нотки. – Как же ты умеешь все усложнять! При взгляде на тебя можно подумать, что я пригласил человека, чтобы учинить ему разнос. А хотел я тебя видеть вот для чего: я собирался открыть на твое имя банковский счет ко дню твоего приезда. Но уж извини, за делами как-то забыл об этом.

– У меня есть банковский счет, спасибо, -с несколько чопорными интонациями в голосе сказала девушка. Ни в коем случае нельзя позволять Уорнеру давать ей деньги. И так-то тяжело сознавать себя приживалкой, пользующейся барской милостью. Нет, нет, не хватало еще жить на его подаяние. Этого ни в коем случае допустить нельзя!

– Есть свой счет? Прекрасно, -сухо выразил свое одобрение Уорнер. – А теперь ответь, много ли на нем денег?

– Достаточно.-Линда избегала его взгляда, а когда молчание затянулось, пробормотала: – Это очень благородно с твоей стороны поинтересоваться… побеспокоиться, но…

– Тебе никогда не приходило в голову, что во всех случаях жизни можно быть просто любезной?-холодно спросил Филипп. – Странная манера всегда делать из мухи слона. Ординарное событие превращается тобой в явление века. Мы оба прекрасно знаем, что если бы ситуация не была такой безнадежной, ты ни за что на свете не приехала бы сюда. Так? Если бы ты могла позаботиться о себе самостоятельно, то осталась бы в Бирмингеме и сняла бы другую квартиру. Нетрудно сообразить, что ты не сделала этого из-за отсутствия денег. Я же предлагаю тебе финансовую поддержку.

– Нет! – Линда твердо взглянула на мужчину.-Ты приютил меня здесь против своей воли. Я ведь для тебя посторонний человек, даже не родственница. Мне хватит того, что я имею, и…

– А как ты собираешься добраться до Бирмингема? И где будешь жить до свадьбы? Остановишься у своего парня? Вряд ли ты способна решиться на подобное, иначе ты не приехала бы сюда.

– Он просил моей руки, – с вызовом в голосе заявила Линда. Черная бровь Уорнера скептически поползла вверх.

– И что же ты? Видимо, посчитала положительный ответ слишком большой платой за возможность как-то дотянуть до сентября?

– Я сама решаю, что мне делать со своей жизнью. Я собираюсь учиться, а… а замужество пока не входит в мои планы.

Линда направилась к двери, спасаясь от дальнейших расспросов. Ее начинала трясти нервная дрожь, слезы подступили к глазам. Попробуй тут оставаться любезной! Ей всегда приходилось самой бороться за место под солнцем. И тут уж не до светских манер Ггава шестая Уорнер настиг ее у самой двери. Вспышка раздражения у него, похоже, погасла.

– Ну хорошо, Линда. Я все понимаю, но все-таки постарайся не упрямиться. Давай на время оставим вопрос о деньгах.

– Спасибо, -только и сумела ответить девушка Филипп схватил ее за плечи и повернул лицом к себе.

– Я отвезу тебя в город. Мне так или иначе надо поехать туда, я возьму тебя с собой. Что молчишь? Судя по всему, ты и сейчас ищешь ловушки, для тебя специально расставленные? Если ничего не обнаружишь, то позволь мне сопровождать тебя в этой поездке.

– Мне нужно успеть туда до свадьбы, чтобы примерить платье. А еще мне придется решить, что делать дальше, – с волнением добавила Линда.

– Нет проблем. Мы забросим Роберта в школу и сразу же поедем.

В среду? Как, оказывается, все просто. Только где же ей там, в Бирмингеме, остановиться? Впрочем, об этом пусть беспокоится Эмили.

– Хорошо, хорошо, спасибо.

Филипп продолжал смотреть на девушку сверху вниз, а его длинные пальцы медленно скользнули по ее худеньким плечам. Он делал это почти бессознательно. Все то же теплое, странно волнующее чувство охватило Линду. Она опустила глаза и вновь ощутила холодок, побежавший по спине при звуках его низкого голоса.

– В тебе столько таинственности, – мягко проговорил мужчина. – С тобой никогда не знаешь, что произойдет в следующий момент.

– Пока ты все про меня не выяснил, я, пожалуй, пойду, – отозвалась девушка. Пальцы Филиппа на мгновение замерли, а потом он вдруг опустил руки и открыл перед гостьей дверь.

– Я выясню. Во всяком случае, попытаюсь узнать, кто ты. Или источник света, освещающий тьму, или же источник постоянного раздражения? Но кем бы ты ни была, ты обрушилась на этот дом словно удар молнии и внесла смятение в мою жизнь и душу.

Линда поспешила выйти из комнаты. Что он имел в виду?

Все случилось гораздо раньше, чем Линда могла даже предположить. На следующее утро она обнаружила Роберта, совершенно несчастного и потерянного. Изрядно помучившись, девушка выяснила наконец, в чем дело: мальчик не хотел возвращаться в школу.

– Почему?-осторожно поинтересовалась Линда. Мысль о том, как разозлится Филипп, узнав о ее новом вторжении в его личную жизнь, заставила подавить в себе желание сделать заявление типа «я так и думала!».

– У меня плохо получаются упражнения по физкультуре, -признался Роберт.

– Они не получаются у большинства людей, -убедительно заявила девушка. – Зато у них получается что-нибудь другое.

– И у меня тоже, – уныло пробормотал мальчик.-У меня здорово идет рисование, и я ничего не имею против физкультуры. Я делаю что могу.

– Ну вот видишь!-Линда действительно обрадовалась, поздравляя себя с успешным ведением беседы. Главное-логика и здравый смысл.

– Делал, пока не появился мистер Купер. – Голос мальчика звучал едва слышно. – Сделаешь что-то не так, и он начинает кричать на всю площадку.

Учитель называется! Имеет дело с сиротой, потерявшим мать, и такое себе позволяет!

– Может быть, он боится, что ученики его не услышат? Учителя физкультуры вообще не умеют тихо разговаривать. Такие уж они…

– Но он кричит на меня, – возмутился Роберт.-Я чувствую себя тупицей.

Это была более чем убедительная причина, чтобы заставить Уорнера перевести сына в школу поближе к дому.

– А давно у вас этот учитель?-осторожно поинтересовалась Линда.

– Три недели.

– Ну, тогда он просто хочет показать, как хорошо знает свой предмет, -успокоила девушка.-Дай ему время, Робби. Вполне вероятно, что он окажется отличным парнем.

– Может быть, – Роберт шмыгнул носом и отвернулся. – Пойдем вниз, на пляж. Запустим воздушного змея, хорошо?

Вообще-то она планировала немного поработать над книгами. Но идея замечательная. Не оставлять же Робби сейчас одного! Ведь мальчик так ей верит. Интересно, почему он не рассказал обо всем отцу?

Все, казалось бы, сделала правильно. Откуда же тогда это чувство вины? Уже давно закончился обед. Робби отправился спать. А она продолжает мучиться безотчетными тревожными раздумьями.

Какая беспокойная ночь! По радио обещали дождь еще с утра, но только сейчас, когда сгустились мрачные сумерки и подул холодный пронизывающий ветер, с неба хлынула водяная лавина. Струи выбивали по оконным карнизам оглушительный ритмичный стук.

Заниматься учебой при таком шуме совершенно немыслимо. Невозможно сосредоточиться, когда вокруг бушует стихия. К тому же эти мысли о несчастном маленьком мальчике… Тогда уж лучше спуститься в гостиную. Филипп, наверное, работает в своем кабинете. Что тебе важнее. – мысленно спросила Линда: единственный ребенок или очередная книга?

После приезда сына Филипп совсем замкнулся в себе. Почему? Напрашивалось такое объяснение: Робби-живое напоминание о Доминик, и его образ возвращает боль былой утраты. Но ведь дело касается судьбы маленького мальчика.

Он такой ранимый.

Линда вздохнула и уткнулась лицом в мягкую обивку кушетки. Лучше бы было вообще никогда не приезжать сюда. Отныне она уже никогда не сможет забыть дом на берегу и Филиппа Уорнера.

Послышался легкий шорох, девушка резко подняла голову и встретилась глазами с хозяином дома. Он стоял в дверном проеме на пороге своего кабинета.