![](/files/books/160/oblozhka-knigi-korol-ponevole-336552.jpg)
Текст книги "Король поневоле"
Автор книги: Глеб Алексушин
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
– Артефакты?
– О, точно, артефакты! А ты знаешь, что это?
– Про артефакты мне мой учитель говорил, что это – любой предмет, сделанный человеком.
– Не, это как-то просто! Маги, ведь, уже рождаются с Силой, но не являются магами, пока их не инициирует этот самый артефакт, которому они поклоняются. Тогда они становятся учениками – то есть, низшего уровня, и начинают заниматься магией. Чем больше они ей занимаются – тем выше поднимаются.
– А высоко ль можно подняться?
– Я слышал, что, кроме учеников, есть ещё пять уровней: подмастерья – неофиты – мастера – магистры – гроссмейстеры.
– Я слышал только про четыре – соврал Влад для поддержания разговора и своей легенды.
Дорога тем временем стала проще: тропки – протоптанней, заметней, лес – менее густым и дремучим.
Встав на обеденную стоянку на небольшой лужайке, они развели аккуратный костёр. Влад, пока его не видел Тóрус, учился пользоваться кремнем и кресалом, начало получаться. Вряд ли их кто увидит – деревья росли густо, а веток, дававших дым, в костёр не клали. На обед, конечно, была жареная свинина – приготовили с помощью изготовленного из веток вертела. Умяв полпоросёнка, они отдохнули, поочерёдно покемарив с полчаса – сказалась полубессонная ночь.
Их совместная тренировка с саблями после небольшого послеобеденного отдыха продолжалась два часа. Влад вовсю тренировал объединение мечного боя этого мира с привычным ему рукопашным боем. Это единение давало прекрасные результаты: Тóрус, входя в привычные связки, проигрывал Владу два боя из трёх, когда тот применял незнакомые мечнику приёмы. Впрочем, мечник радовался, приобретая у Влада новые знания. Оба были довольны общением друг с другом. Похоже, у Влада в этом мире появился первый друг. Надёжный ли? Это покажет время.
После тренировки они шли пешком ещё три часа, после чего встали лагерем на ночь. Дорога почти не изменилась: всё те же лесные тропки. Пока шли, Влад решил аккуратно «прощупать» ещё одну волновавшую его тему:
– Тóрус, а король – точно маг? А то, болтают всякое!
– Точно, Вальд, не сомневайся. Я сам видел, как он стихиями управлял в одной из битв. Не скажу, чтоб у него всё отлично получалось – говорят, вдали от артефактов маги слабеют.
– В смысле – слабеют?
– Ну, он им сил придаёт, без артефакта у них уровень понижается. Наш король – мастер по уровню, когда в столице сидит, а когда уезжает из Áквинума – сразу до неофита опускается. А вот огневик с королём был в команде – тот мастер сам по себе. Такое вытворял на поле боя! До сих пор мне запах горелой плоти вспоминается!
Ужин готовить не было нужды – осталась вторая половина вкусного поросёнка. Костёр и разводить не стали – лишний риск не нужен никогда.
После ужина сил Владу хватило ещё на часовую тренировку с метанием кинжалов, небольшую пробежку и мойку: остановились друзья в знакомом Тóрусу укромном местечке под корягой огромного поваленного дерева в небольшом овражке недалеко от крохотного ручейка. Вот, им Влад и воспользовался. Он не замечал за жителями этого мира особой чистоплотности – мылись они редко. Но, он не собирался опускаться до такого уровня.
Ночёвка прошла спокойно, гостей ночью к ним не было. Дежурили, однако, несмотря на кажущееся спокойствие, по очереди.
Глава четвёртая. Поиски пути
Утро принесло очередную необходимость искать лопухи и использовать их вместо туалетной бумаги. Это стало напрягать Влада – пожалуй, самая неприятная потеря его технологичного мира. Стану заниматься прогрессорством – начну с туалетной бумаги – подумал Влад.
Он, проснувшись раньше напарника, устроил пробежку и физические упражнения. Завтракать и тренироваться не стали – дорога до поселения Тóруса осталась короткая, они затянули пояса, и мечник уверенно повёл напарника по хорошо знакомым тропам, и к полудню они пришли к надёжно укрытой небольшой деревне.
– Тóрус, а название у деревни есть?
– А как же! Тисафюрéд: она располагается на берегу озера Тиса. Но, она скрыта от глаз, к нам попадают только те, кто знает, где мы и кто мы. Ты не решил остаться с нами?
– Спасибо за предложение, я какое-то время побуду у вас, но недолго, и дальше пойду в Ѝстрополь – у меня есть ряд незавершённых дел. Потом, может, и вернусь к Вам.
Здесь жило десятка два друзей местного «Робин Гуда» со своими семьями. Инфраструктура была стандартной: кузнец, шорник, кожевник и тому подобное: друзья Тóруса не были крестьянами.
Деревня «спряталась» от чужих на огромной лесной опушке вдали от проторенных дорог, но недалеко от большого озера, была окружена частоколом из заточенных брёвен диаметром сантиметров по двадцать и высотой метра в два. Четыре башни высотой метра по четыре располагались по углам, пятиметровая пятая шире раза в три угловых башен с воротами размещалась на передней стене. Достаточно стандартная система для его мира – форты Дикого запада Северной Америки или остроги покоряемого Россией Востока. Они доказали свою эффективность в мире Влада, и с успехом доказывали здесь. Только, припозднились они здесь веков на пять.
Внутри периметра стен приютились порядка тридцати крохотных приземистых домов-полуземлянок с дерновыми крышами. К одному из них и направились бывшие беглецы, когда их беспрепятственно и с радостными приветствиями пропустили через ворота узнавшие своего предводителя верные воины. Хотя, собственно, они не знали о его пленении, и не считали его сгинувшим.
– Привет, Тóрус! Вернулся? Надолго?
– Привет, ребята! Вернулся, насколько – пока не понятно, некоторое время здесь побуду.
Приятно было себя ощутить в защищённом и дружелюбном месте, но вид средневекового быта нагнетал на Влада всё большую тоску: никаких дорожных покрытий – тропинки. Топились, судя по всему, домики по-чёрному – не было видно труб. Возле домишек высились остатки истраченных за зиму дровяных поленниц. Возле домов воняли мусорные кучи, жужжали мухи.
Тóрус жил со среднего роста ещё вполне симпатичной милой женщиной. Она сохранила пышные вьющиеся тёмные волосы, и глядела на мир ярко-зелёными насмешливыми глазами. В молодости, чувствуется, была пѝсаной красавицей. То была первая женщина, увиденная Владом в этом мире. Она была в длинном платье до пят из льняной ткани, выкрашенном светло-синим. Рукава и горловины были красиво обшиты кружевами. Поверх платья – передник, на поясе которого висели ключи, половник и кошель. Влад сразу вспомнил фразу из фильма «Водку ключница делала», и умехнулся воспоминаниям. Супруги обнялись, поцеловались:
– Вернулся! Хорошо, я беспокоилась за тебя. А кого это ты привёл?
– Зря волновалась, всё в порядке. Проблемы были, но мы их решили. Вместе с Вальдом. Вальд, это – Тѝльса. Тѝльса, это – Вальд. Он помог мне выбраться из плена, в который мы с ним попали. Поживёт здесь, но недолго – я приглашал в нашу общину, но он собрался в дорогу решать проблемы.
Домик изнутри был мал – одна небольшая комната, посередине – очаг с дырой в потолке над ним. Разговаривая с ними, Тѝльса собирала на занимавший полкомнаты деревянный стол. Они уселись на две грубые некрашеные деревянные скамьи по одну сторону стола. На столе оказались наваристая мясная похлёбка, жареные окорока лесной птицы, ароматная варёная фасоль из зимних запасов, фрукты из домашних заготовок мочёные в собственном соку, ломти ржаного хлеба и кружки с молоком. Была и ядрёная брага, которую выпили за избавление от смерти и плена, за знакомство, за боевое братство.
Ударило в голову нехило: натуральный продукт. Так, надо с этим поосторожнее.
Вскоре подошли двое друзей Тóруса – им сказали о возвращении руководителя охранники врат. Пожилой, но энергичный чернобородый староста деревни Верт, и молодой, резкий, но явно бывалый воин-лучник с длинными, собранными в хвост светлыми волосами Компѝн. Они сидели за столом, слушали про плен и побег Тóруса и Вальда. Верт забеспокоился:
– Тóрус, не будет ли граф преследовать нас здесь?
– Вряд ли, мы очень далеко оторвались, а остальные пленники, оставшиеся у него, не знали об этом месте.
– Правильно я понял – спросил лучник – мертвяки потрепали дружину графа? Это облегчит нам задачу проникновения к нему? Может, пора наняться?
– Может, и пора – протянул Тóрус.
– А что он Вам дался? – спросил Влад.
– Он достал всех в округе – ворует и убивает людей, грабит путников на дорогах, крутит какие-тёмные делишки – темпераментно ответил Компѝн. – Мы решили, что либо он – нас, либо мы – его.
Тóрус подхватил:
– Но, у него по-прежнему больше людей – остаётся человек восемьдесят. Потому я собирал силы – и тот десяток, который меня предал, думал, укрепит нас. Нас сейчас два с половиной десятка человек. Но, против восьми десятков – маловато. Потому я и рассчитывал на тебя. Жаль, что ты не хочешь остаться.
– Я вернусь, сделаю свои дела, и вернусь. У меня счета к графу Рóкару, и к его магу Мýкри.
– Хорошо, Вальд, тебя всегда ждут в Тисафюрéд, дорогу теперь знаешь. Мы продолжим собирать силы и, надеюсь, сумеем через несколько месяцев противостоять графу.
После обеда Влад вооружился столярными и токарными инструментами, дал мечнику пообщаться наедине с супругой, выйдя на воздух, и расположившись за столом на улице под густой кроной большого дерева. По деревне ходили женщины, бегали малочисленные детишки, с любопытством посматривая на нового человека. Он потратил несколько часов, изготовив из двух арбалетов один двойной, о котором мечтал. Механизм с рычагом для натягивания тетивы он переставил с верхней части на бок, соорудив систему переключения на взвод верхней и нижней частей. Остатки второго механизма уложил себе в котомку про запас на случай повреждения первого. Цевьё с прикладом пришлось немного подправить, сотню древков для арбалетных болтов по имевшимся в колчане образцам он вырезал из дерева сам: Тóрус показал ему правильные для этого деревья и кустарники возле деревни. У Влада не было средств для заказов кузнецу, и он решил усилить металлическими элементами свой арбалет позже. Из подаренных ему жил заваленного Тóрусом ранее оленя Влад самостоятельно сплёл запасные тетивы для обеих частей арбалета.
Закончив с арбалетом, Влад не удержался, и показал Тóрусу обновку. Тот долго разглядывал, цокал языком, восхищался. Парню это было очень приятно.
После этого он направился к дому кожевника Ѝгнаса. Мастер оказался седым, в возрасте, высоким, неторопливым и основательным. За железную монету тот создал за пару часов нестандартное защитное снаряжение, которое должно было ему помочь снизить недостатки в фехтовании и защитить от возможных неприятностей. Мастер немного удивился заказу:
– Вальд, ты точно хочешь кожаные наручи, закрывающие верхние части рук? Зачем?
– Мастер, они дополнят доставшуюся мне кожаную броню.
– Они какие-то странные, на чешую похожи, что ли?
– Когда одна пластина кожи накрывает другую, общая толщина увеличивает возможность защиты, но подвижность сохраняется.
– Интересно, надо посмотреть на такое в бою.
Так, прогрессорствовать начал – подумал Влад, но деваться некуда – жить хочется сильно. На ещё одни кожаные наручи в виде запястных браслетов Влад, выйдя от мастера, прикрепил с внутренней стороны медные шипы высотой с сантиметр, которыми можно было с равно хорошими результатами как царапать и ранить противника, так и цепляться при карабкании по вертикальным поверхностям вроде стен и деревьев – не объяснять же мастеру, что именно такими пользовались ниндзя в его родном мире. Эти шипы кинематографисты Земли не показывали, демонстрируя неискушённым зрителям невероятные прыжки японских шпионов на крыши спиной вверх и назад. У японцев такие наручи назывались сюкó.
Когда он вернулся домой к мечнику, Тѝльса обратилась к нему:
– Вальд, большое тебе спасибо за спасение мужа из плена.
– Не стоит благодарности, мы помогали друг другу, и без него у меня ничего не получилось бы.
– Для меня важно, что ты вернул его домой. Я тут в качестве благодарности подсобрала тебя кое-какую чистую одежду.
Вскоре растроганный заботой Тѝльсы переодевшийся Влад с удовольствием рассматривал на себе серую некрашеную холщёвую рубаху под кожаными поручами, очень похожую на древнерусские с длинными рукавами. Широкие и также некрашеные серые холщёвые штаны прикрыли то недоразумение, в котором он увидел себя в этом мире. Их надёжно закрыли сверху также пошитые кожевником кожаные поножи для голеней и икр. К последним тоже крепились медные шипы из арсенала японских ниндзя для опасных ударов ногами и карабканий по деревянным поверхностям. Такие приспособления японцы называли áсико.
Взятую в ходе побега железную саблю убитого зомби рейдера укрыли сделанные из кожи и деревянных планок ножны, которые Влад закрепил на спине, избежав помех при движениях, и защитив спину от рубящих ударов сзади. Эфес сабли высовывался из-за правого плеча, позволяя вытаскивать оружие правой рукой, а при удачном стечении обстоятельств – продолжать это движение сильным рубящим ударом сверху вниз. Он не раз слышал возражения против такого ношения оружия – мол, при изъятии ломаются либо клинок, либо ножны, либо руки. Но, если приподнять другой рукой ножны, сабля выходила без проблем. Куда сложнее становилось вернуть её обратно в ножны. Это только кажется простым делом. Он рассчитывал вскоре этому научиться – делать это придётся после завершения боя, главное – вовремя вынуть!
К ножнам сабли крест-накрест Влад прикрепил за спиной колчан для арбалетных стрел и болтов – чтобы их было удобнее доставать левой рукой. Ремень для ножен спускался с правого плеча до левого бока, украшался большой круглой медной пряжкой, и соединялся с поясом. Мечник, наблюдавший эти приготовления, мотал головой, цокал языком, и не выдержал:
– Ты как будто на войну собираешься, и снаряжение у тебя какое-то странное.
– Так, набрался от разных воинов мало-помалу, мне бы ещё древко!
– Возьми из наших запасов – скажи, я разрешил.
Влад сходил в арсенал деревни, ему вручили древко для пѝлума, о котором он задумался сразу, увидев в этом мире мечников с деревянными щитами. Наконечник к нему кузнец выковал из бронзы за целую железную монету, но пѝлум того стоил. Это похожее на копьё оружие древнеримских легионеров, брошенное в деревянный щит, прочно в нём завязало, и создавало неподъёмную тяжесть для воина со щитом, который был вынужден бросать щит, и оставаться без его защиты. Впрочем, в бою пѝлум мог сыграть роль обычного копья, или шеста с одним острым концом.
– Вальд, держи ещё подарок: видел, что ты ими мастерски пользуешься – Тóрус протянул ему два коротких метательных бронзовых ножа.
– Спасибо, дружище, воистину бесценный подарок.
Влад разместил их в изготовленных кожевником за бронзовую монету ножнах, пристроенных на поясе сзади. Полсотни болтов – стрел для арбалета – стали мощным подспорьем к этому грозному оружию, украсившись купленными у кузнеца медными наконечниками. Верхняя часть арбалета была заряжена обычной стрелой, нижняя – тяжёлым (около полкило) металлическим болтом, оставшимся от прежнего хозяина. В цели одного типа лучше было стрелять стрелами, в другие – болтами.
Приютить на ночь Тóрус Влада не мог – размеры его дома не позволяли, но за железную монету ему удалось получить у гостеприимных хозяев одного из домов деревни побольше размером комнату на ночь, прилично поужинать кашей с мясом, мёдом и маринованными овощами. Спали все на земляном полу, расстелив травяные тюфяки. Из всего денежного запаса остались только пять медных монет, и впереди маячила суровая необходимость обзавестись какими-то деньгами. Правда, со слов Тóруса, принадлежавшие Владу лáфровые наручники стоили очень больших денег. Но, расставаться с такой редкостью не хотелось: бродили у Влада мысли об использовании этих наручников против магов, и он решил пока такую ценность сохранить в своей котомке в тайне от всех.
Утром, позавтракав кашей и квасом на две медных монеты, на оставшиеся три медяка Влад обзавёлся простецкими глиняными миской, кружкой и деревянной ложкой. Всё, пуст, – ни монетки в кошеле.
Тóрус вышел проводить Влада за околицу, и напоследок сказал:
– Запомни, у меня здесь – двадцать опытных воинов, и собираем ещё двадцать новичков. Что-то мне подсказывает, что тебе эти воины могут понадобиться: чувствую я в тебе силу на серьёзные дела, и доверяю тебе. Если понадобимся – шли гонцов, обязательно придём на твой зов. Возьмём по расценкам ниже наёмников – над нами нет толпы нахлебников, которых им приходится кормить.
– Спасибо, Тóрус, ты мне очень помог, и я этого никогда не забуду!
– Я тоже. Ещё увидимся, дружище!
– Думаю, да!
Тепло попрощавшись с Тóрусом, Влад бодро отправился по подсказанной другом малозаметной лесной тропке на запад. Он шагал в кожаных доспехах, с саблей и арбалетом крест на крест за плечами, кинжалом на поясе, двумя метательными ножами за спиной на поясе, держа левой рукой пѝлум на плече. С таким снаряжением и оружием, а не так, как он появился в этом мире, он чувствовал себя намного уверенней. Светило солнышко, пробиваясь сквозь листву, голосили птицы. Настроение было отличным – хотелось дышать полной грудью, петь песни и радоваться жизни.
Через полчаса появился первый предсказанный мечником ориентир: дорожка привела к берегу достаточно быстрой маленькой, но шумно журчащей речушки с прохладной прозрачной водой, от которой исходила манящая свежесть, и Вальд присел отдохнуть и подумать. Мерно прыгала по камешкам вода, создавая спокойное настроение. Он зачерпнул своей новой глиняной кружкой воду из реки, и хотя ледяная вода ломила зубы, с удовольствием напился. На востоке высились горы, в голубом небе медленно ползли белые кучерявые облака.
У него было несколько вариантов действий в ближайшее время: двигаться дальше на запад к Áквинуму (порядка пятидесяти пяти лиг), в банке обзавестись деньгами Вальда, попробовать посетить тронный зал, чтобы активировать там магические способности, потом идти дальше на запад, немного забирая на север – к Ѝстрополю (восемьдесят одна лига по прямой от Áквинума): он обещал вытащившему его в этот мир магу мщение за его погибших родственников, об этом не стоит забывать – свои обещания Влад выполнял неукоснительно. А Вальду он жизнью обязан, и не только своей, а и своих друзей. Да, и теперь ставшие уже его вещами наверняка лишними для него не станут: может, там есть книги по магии, в которой он вообще ничего не понимал, но очень желал разобраться.
Другой вариант предложил ему вчера Тóрус – пойти в Áквинум, наняться там в Легион, и жить дальше профессиональным наёмником. Можно ли доверять суждению Тóруса? Какой тому резон ему советовать что-то неверное? Он явно рассчитывал на Влада в своих рядах. Он, конечно, чётко сформулировал, что его люди бесплатно помогать не будут. Но, Влад, привыкший к рыночным отношениям, куда больше не доверял альтруистам. Кстати, один вариант не отменял другой: всё равно нужно идти в Áквинум. Так что, Влад направится в Áквинум, оттуда – в Ѝстрополь, а там, может, дело и дойдёт до найма в Легион – скорее всего, контора найма в Легион есть и в Ѝстрополе.
Ну, что ж, с ближайшими задачами в своём походе Влад определился, пора в путь!
Он ещё пару часов шагал по утреннему лесу, вдыхая чистейшие запахи, и наслаждаясь изредка прерываемой птичьими трелями тишиной, которая и позволила ему издали услышать далёкие звуки боя.
Глава пятая. Судьбоносная встреча
Приблизительно определив направление на источник шума, бывший спецназовец стремительным, но экономным по расходу сил бéгом направился к месту побоища, и вскоре, не сбив дыхания, издали увидел кровавую и жестокую схватку на дороге у леса. Сбавив скорость, удалось подобраться незаметно: сражение шло в узкой лощине, а тропа вывела Влада на вершину правого её склона, поросшего достаточно густым изрядно пропылившимся кустарником.
Внизу открылась картина маслом, как выражался один из любимых телегероев Влада: отряд из трёх десятков «доблестных» разбойников «героически» напал на богато украшенную большую карету со сломанными осями и колёсами. Её охранял десяток серьёзных воинов с качественным снаряжением и оружием, прикрытых плащами, на которых в алых щитах ярѝлся стоявший на четырёх ногах золотой лев с оскаленной пастью. Вернее, к появлению Влада почти все охранники кареты погибли, но и два десятка головорезов валялись вокруг экипажа. На крыше кареты отважно сражалась с десятком уцелевших разбойников молодая девушка лет пятнадцати-двадцати в красивом с фиолетовым отливом тщательно под неё подогнанном металлическом доспехе со шпагой и дáгой, крутясь изо всех сил, и старясь не допустить никого к себе на крышу. Последний защитник девушки погиб на глазах Влада, сражённый несколькими мечами разбойников одновременно. Брызнула кровь, воин упал на одно колено, потом завалился на бок, хрипя.
Впрочем, разбойников ли? Одеты они были в простую кожаную броню без каких-либо знаков, но она была слишком однотипна для разнородных бродяг, сражались «бандиты» молча, качественно держали строй, и действовали слишком профессионально и слаженно. И десяток убитых явно весьма непростых стражей были доказательством их высокого профессионализма. Пресловутые наёмники Легиона, или ещё какие? В этом предстояло разобраться, но не сейчас – ситуация у девушки была аховая, и продолжала ухудшаться. Её, правда, старались взять в плен живой, иначе она должна была уже давно погибнуть, но вряд ли у её противников большое терпение – сейчас, наверно, попытаются ранить. Доспех, судя по всему, у неё был отличный, но ни один доспех не является абсолютной защитой – как говорится, против лома – нет приёма.
Влад серьёзно задумался, стоит ли ему вообще вмешиваться – он ведь не знает, что происходит: может, нападавшие были в своём праве? Но, тут один из уцелевших нападавших вытащил лук, и начал готовиться к выстрелу. Парень понял, что метавшаяся между девятью противниками явно очень уставшая и обессилевшая девушка не сможет предусмотреть угрозу выстрела, и неминуемо будет ранена в ближайшие минуты, после чего они её схватят. Странно, но даже мысли о том, что надо в новом мире обзаводиться высокородными покровителями – девушка явно не была крестьянкой – у него не промелькнула, хотя была бы вполне логичной. Он просто не принял душой расклад десять мужиков с нехорошими намерениями против одной девушки и, как истинный джентльмен, бросился на помощь. Влад и в своём мире поступал точно так же, за что не раз огребал по полной, но не изменял своим принципам.
Арбалет рывком из-за спины перешёл в боевое положение, после быстрого прицеливания простая стрела с верхнего гнезда с хлопком ушла, и проткнула насквозь шею несостоявшегося стрелка: не зря вчера тренировался в деревне. Тот захрипел, выронил лук, схватился за горло. Кровь толчками начала выходить из раны – не жилец. Болт снизу через две секунды отправился в спину мечнику у переднего колеса правого борта кареты, уверенно взбиравшемуся к девушке. Тот упал, выгнулся дугой и судорожно засучил ногами – судя по всему, агония. Разряженный арбалет, отлично выполнив свою задачу, остался лежать у места стрельбы – потом можно будет за ним вернуться, если будет кому.
Выдёргивая на ходу метательные ножи из ножен, Влад, вводя себя в боевой режим, ринулся вперёд и вниз, проламываясь сквозь кусты, осторожно набирая скорость, и на бегу метнул ножи по очереди. Первый лезвием по рукоять ушёл в спину мечнику у заднего колеса кареты, картинно застывшему, после чего медленно завалившемуся на бок, и оставшемуся лежать без движения, а второй – в бок пытавшемуся залезть на крышу разбойнику. Этот упал с крыши и остался лежать, судорожно пытаясь ползти куда-то – видимо, рана тоже оказалась смертельной. Так, десять минус четверо – осталось шестеро.
Спустившись и приблизившись к золочёной карете, Влад боковым перекатом перевалившись через одного из убитых защитников кареты, вскочил на ноги уже с его отличным металлическим щитом в левой руке, правой взял на изготовку ранее зацепленный за перевязь пѝлум, и изо всех сил метнул его в деревянный щит успевшему развернуться к нему последнему с этой стороны кареты противнику. Тот инстинктивно прикрылся щитом, попытался удержать внезапно неимоверно потяжелевший щит, но ожидаемо не справился с этой задачей, и уронил его: пѝлум выполнил свою задачу. Выхватывая из-за спины саблю, и прикрываясь экспроприированным щитом, Влад обрушился на последнего с правой стороны кареты разбойника.
Девушка, видимо, заметив краем глаза его бурную деятельность, приободрилась, и развернулась полностью на левую сторону, прекратив обращать внимание на правую. Враг с эспадроном недолго продержался против его сабли и щита, и рухнул с раздробленным черепом – кожаный шлем не выдержал подсказанного днём ранее Тóрусом обманного сильного удара.
Влад бросил щит и саблю на землю, быстро вытащил из поверженных противников оба своих метательных ножа, очередным боковым перекатом переместился под карету, стремительно развернулся там благодаря воткнутым в днище шипам сюкó и, лёжа на боку, метнул поочерёдно оба ножа в ноги разным противникам по левую сторону кареты. Два сдавленных вопля подтвердили эффективность его бросков.
Влад с помощью сюкó лихо выкатился обратно на правую сторону кареты, вскочил, схватив отброшенные ранее саблю и щит, вернул саблю в ножны за спину и, уперев ногу в щит ранее поверженного противника, рывком выдернул пѝлум из его щита. С металлическим щитом в левой руке и пѝлумом в правой он резво обогнул с задней стороны карету, где увидел стоявшего на коленях и сидящего на земле раненых его метательными ножами, и трёх целых бойцов, всё пытавшихся добраться до девушки. Упорные! Бандиты уже могли и сбежать – его давно заметили. А они остались!
Вновь метко и сильно брошенный пѝлум лишил щита ближайшего к нему разбойника из здоровых, успевшего повернуться к Владу. Рванув к нему, он выхватил из-за спины саблю, рубанул ей походя стоявшего на коленях раненого – тот со стоном завалился на бок, и обрушился на лишившегося щита врага. Через десяток обоюдных ударов он прикрылся щитом, подловил противника, и воткнул ему саблю в живот. Странно, тот плохо дрался без щита, а классические разбойники (да, и, скорее всего, наёмники) должны были очень неплохо сражаться мечами без щитов. Ох, что-то точно не так было в этих «разбойниках» – Влад в этом убеждался всё более и более, надо будет после боя разобраться с этой непонятностью. Последнего из них надо будет оставить в живых.
Не тратя время на вытаскивание из поверженного врага сабли, он бросил щит, перекатом назад достиг убитого, чуть ранее стоявшего до того на коленях врага, выдернул у него из ноги свой метательный нож, и тут же отправил его в полёт к воину, который теснил девушку, уже забравшись к ней на крышу кареты. Нож вошёл в спину снизу, и разбойник, застыв, и получив дополнительный удар ногой девушки, эффектно рухнул с крыши кареты.
Донельзя уставшая воительница еле-еле отбивалась от последнего здорового противника, забравшегося на козлы кареты, и Влад рванул к сидевшему раненому. Рубанув его по затылку сюкó, он добрался до второго метательного ножа, выдернул его, и метнул в оставшегося в живых противника девушки. Тот успел среагировать на его бросок, и даже отбил нож лезвием меча – классная реакция, но тем самым отвлёкся от девушки, чем она тут же воспользовалась, воткнув ему в горло лезвие шпаги. Заляпывая брызнувшей кровью всё вокруг, бандит рухнул с кареты на землю как сломанная кукла.
Победа! Все противники лежали мёртвыми, или умирали. Жаль, что никого из врагов не осталось в живых: последнего он хотел только ранить, и допросить с пристрастием – уж очень сомнительными были нападавшие.
Девушка устало сползла с крыши кареты, на трясущихся ногах прислонилась к её дверце, сняла шлем, продемонстрировав интересным образом уложенные роскошные пепельные волосы, и восхищённо оглядела поле боя, явно заценив скорость и эффективность его разборки с десятком противников, после чего обратилась к Владу:
– Здравствуйте, смелый рыцарь! Огромное спасибо Вам за совершённый подвиг! Я потрясена Вашим боевым искусством! И даже не описать, насколько Вам благодарна! Я – Лéйси, баронесса ди Трáкос, фрейлина Её Высочества Áмели, принцессы Паннóники, выполняла поручение моей хозяйки, когда на нас вероломно напали. Если бы не Вы…
О, блин – подумал Влад, – сколько же она, видимо, репетировала подобные речи. Какой слог!
Девушка, несмотря на подрастрепавшиеся волосы и сильную усталость, выглядела очаровательно. Она не была того типа, которые обычно нравились Владу – невысокая, стройная. Лицо было овальным, глаза – глубокого серого цвета. Он предпочитал более упитанных, более высоких блондинок. Но, что-то в ней есть, что-то такое, необычное. Таких девушек Влад в своём мире ещё не встречал. Впрочем, он вообще не видел таких мастериц фехтования – не спортсменок-шпажисток, те вряд ли выстоят в таком бою. Кстати, она своей хитро завершённой фразой оставила ему продолжить разговор, изящно намекнув на необходимость представиться в ответ. Нужно было «держать фасон»:
– И Вам – добрый день, красавица! Я крайне огорчён гибелью Ваших спутников, но вмешался сразу, как увидел это безобразие. Меня зовут Вальд Пáрдук, я, если так можно выразиться, странствующий рыцарь. Спасибо за признание моих скромных заслуг, но Вы и сами неплохо держались.
Кстати, в языке, на котором он благодаря магии успешно, не задумываясь ни о чём, говорил, существовали понятия ты и вы. Не так уж сильно его занесло на запад – там такого нет. Он где-то в зоне действия славянских и близких им языков – Восточная Европа, видимо.
Тень непонятного огорчения мелькнула в глазах Лéйси после его слов, но она устало заулыбалась после его похвалы, и спросила:
– Уважаемый рыцарь Вальд, сможете ли Вы помочь мне добраться до Лáрака? Мне одной теперь это сделать вряд ли получится. Что Вы думаете…
И, видя явное замешательство Влада – он не знал, насколько это отклонит его от пути до Áквинума – дополнила вопросом:
– Я сильно расстраиваю своей просьбой Ваши планы? Куда собирались Вы? Просто, после Ваших слов о странствующем рыцаре я подумала…
У неё интересная и милая манера не завершать предложения, подумал Влад. Наверно, неспроста – кто-то ведь её этому обучил? Ох, непроста девочка! С ней надо держать ухо востро – он, кажется, уже попал под её обаяние. Сердцебиение участилось… Так, надо её тормознуть!
– Мне кажется, это довольно далеко от того направления, в котором я двигаюсь. Мне нужно в столицу.
У Лéйси было написано на лице неподдельное огорчение. Но, сдаваться она, похоже, не собиралась: