![](/files/books/160/oblozhka-knigi-korol-ponevole-336552.jpg)
Текст книги "Король поневоле"
Автор книги: Глеб Алексушин
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)
Глеб Алексушин
Король поневоле
Если в жарком бою испытал, что почём,
Значит, нужные книги ты в детстве читал
В.С. Высоцкий
Пролог
На фоне раннего майского сумрачного рассвета, невероятно красивого на Дальнем Востоке, группа сотрудников Росгвардии в чёрных комбинезонах с надписями ОМОН на спинах, бронежилетах и шлем-сферах, с помощью ручного тарана вышибла входную дверь в одном из больших домов в удалённом пригороде Владивостока. Первый из стоявших в цепочке офицеров рванул внутрь с воронёным пистолетом-пулемётом «Клин» в руках.
Взяв на себя левый сектор обстрела, крепкий широкоплечий боец стремительно сместился вперёд и влево, освобождая место следующему члену группы, тут же сориентировавшемуся на правый сектор. Отряд из семи бойцов растёкся по просторному холлу, направляясь в разные двери. Сопротивления в прокуренных комнатах почти не было: большинство боевиков были под кайфом, в обнимку с проститутками, или просто дрыхли. Где-то играла приглушённая музыка, где-то – гундел телевизор. Казалось, всё привычно и управляемо. За спецназовцами в дом вбегали сотрудники полиции, скручивавшие обнаруженных «клиентов».
Первый ворвавшийся в здание офицер, стремительно продвигаясь вглубь особняка, проник в одну из дальних комнат, где неожиданно увидел немолодого бородатого боевика в потёртом НАТОвском камуфляже, сидевшего за монитором охранной системы и угрюмо смотревшего на него. Судя по всему, тот наблюдал по камерам на компьютере начало штурма, и успел приготовиться к визиту непрошеных гостей: в правой руке у него был направленный на силовика потрёпанный автомат АКС-74У, а в другой – сотовый телефон, над которым боевик держал готовый опуститься большой палец. В глазах бородача плескалась отчаянная ненависть и мрачная решимость готового к смерти самоубийцы. Он не видел за матовым полупрозрачным забралом шлема-сферы глаз спецназовца, в которых застыло понимание неизбежности смерти – миг – и оба, не тратясь на дешёвые реплики, нажали на курки своего оружия.
«Клин» дёрнулся, отправив в полёт первую из тридцати имевшихся в магазине девятимиллиметровых пуль со стальным грибовидным наконечником. За ней в первую же секунду одна за другой вылетели ещё двенадцать «подруг». Звуки были не сильно громкие: шум скрадывал фирменный глушитель.
«Калаш» загрохотал раскатисто, отправив первые пули от 5,45 миллиметровых патронов в спецназовца. Скорострельность автомата была ниже «клиновской»: за секунду – только две пули, но их будет больше, а их пробивающая способность существенно превышает ту, что у «Клина». Да, и на таком расстоянии она может пробить броник силовика.
Одновременно с началом стрельбы из автомата палец на другой руке бородатого боевика в камуфляже нажал на кнопку телефона, и по его электрическим цепям прошла команда на подрыв зарядов, установленных в заминированном доме.
Внезапно время замерло, первые осколки от взрывов и летящие пули буквально зависли в полёте возле целей. Воздух рывком сгустился до состояния вязкого клея – и офицер, потеряв возможность двигаться, неожиданно внутри себя услышал чуть хрипловатый взволнованный мужской голос, чем-то неуловимо похожий на его собственный:
– Слушай меня внимательно! Меня зовут Вальд Пáрдук из Паннóники, я – маг из иного, но похожего на твой мира. Мы связаны с тобой сходством судеб в наших мирах, мы – как один и тот же человек, будь он результатом схожего развития в том и этом мирах. Потому я могу к тебе обратиться, а ты можешь меня услышать. Как тебя зовут?
Может, спецназовец и не поверил бы прозвучавшему внутри него голосу, но возле него висели осколки и пули из калаша, и поверить очень хотелось: время ведь остановилось из-за этого голоса? Он также мысленно ответил незримому собеседнику:
– Влад, старший лейтенант Владимир Бáрсин. А ты можешь изменить ситуацию, в которую я попал?
– А что у тебя происходит?
– Я – защитник правопорядка, мы пытались задержать банду убийц, но один из них взорвал заложенные заранее бомбы. Теперь погибну я и мои друзья. Ты что-нибудь можешь сделать?
– Скорее всего, да. Я мог бы активировать магический щит или, ещё лучше: немного вернуть время назад, и всё сделать правильно, чтобы эти твои бомбы вообще не были взорваны. В моём мире магия с возвратом во времени не сработает, но в твоё тело из-за большого расстояния между нами я могу переместиться грáдий на двести раньше.
– Грáдия – это сколько? И при твоём перемещении в моё тело что произойдёт с моим разумом?
– Если ты переместишься в моё тело, я – перемещусь в твоё. Ты окажешься также на двести грáдий раньше (одна грáдия составляет один удар сердца), и, возможно, сумеешь решить мою проблему. Я тоже оказался в смертельной опасности, и сам выбраться из беды не смогу. Меня убивает ментальный маг: на мне – противомагические кандалы, и я не могу ему сопротивляться. Он меня выпьет досуха, заберёт всю мою Силу, из-за чего я умру. Если ты окажешься на моём месте (а ты – однозначно, маг, только пока не инициированный), тебе нечего будет терять: Сила у тебя пока спрятана очень глубоко внутри, до неё просто так не доберёшься, и ты не умрёшь. Просто упадёшь без сил, тебя, скорее всего, оставят в живых, и у тебя появится надежда спастись. Дальше всё зависит от тебя. Раз ты – воин, думаю – справишься. Ну, спасём друг друга и своих друзей, обменявшись разумами?
– А есть варианты? Сейчас мы оба погибнем, а так у обоих появляется шанс!
– Ну, что ж, тогда приготовься: нет лишнего времени на разговоры – у меня всё меньше сил, а без них я не смогу осуществить перенос, тем более – с нужным временным смещением. Только знай: обратный перенос невозможен, это – дорога в один конец. Даже общаться больше не сможем. Семьи у меня нет, родителей убили. Виновника я не нашёл, и прошу тебя попробовать найти его или их. Расскажи мне про свою семью. И последнее: захочешь стать магом – доберись до тронного зала королевского замка Áквинума, я именно там прошёл инициацию. Никаких специальных умений для этого не нужно, просто войди в зал, тронный артефакт всё сделает сам, следуй его линиям и своим ощущениям. Ну, говори, и давай меняться: мои силы на исходе.
– Мне – двадцать четыре, у меня нет жены или девушки на данный момент, детей также нет, мои родители погибли в автокатастрофе несколько лет назад. Попроси моих друзей показать тебе мою квартиру – придумай повод, и обратись к майору Евстигнееву – седой мужик с одной звездой на погоне – с сообщением о бомбах у боевиков, операцию перестроят, и вы не пострадаете. В моей квартире в нижнем ящике стола – папка с документами, паролями и деньгами. Успехов!
– И тебе! Мне – двадцать два, у меня места проживания нет, вернее, было раньше, но я его лишился. Все мои вещи – у трактирщика Орта в заведении «Обломок кораблекрушения» в Ѝстрополе. Деньги хранятся в Королевском банке Паннóники на моём счету, пароль Орéлла. Приготовься, будут неприятные ощущения. Ну, начали!
Старшего лейтенанта Росгвардии Владимира Бáрсина по кличке «Барс» скрутило водоворотом искрящейся энергии, сдавливая и стискивая. Возникло ощущение, когда протискиваешься в узком месте пещеры, а стены – всё ближе, и продолжают сближаться. От возраставшего со всех сторон давления Влад начал задыхаться, пытаясь судорожно вобрать в себя отсутствующий воздух, сознание постепенно меркло и, наконец, отключилось совсем.
Глава первая. В плену
Когда сознание вернулось, вокруг вместо родного и привычного Владивостока и высокого трёхэтажного дома с боевиками шумел лес, сквозь прогалы в котором с трудом пробивались неспешно мерцавшее зеркало неширокой реки и высокие зелёные горы. Хороший такой был лес, настоящий, не из мира Влада пригородные растущие рядками рощицы, а высоченные вековечные деревья с густыми тёмно-зелёными кронами и светло-коричневыми стволами с обхватом в метр-полтора. Дул слабый ветерок, приятно пахло весенней свежестью и прелой листвой, но вместо созерцания Влад пытался надышаться. Когда испуг от удушения прошёл, он попробовал ощутить своё новое тело.
Оно было заметно чужим – не лучше и не хуже в целом, просто другим: ростом он оказался сантиметров на пять выше, чем в своём мире, но, в отличие от постоянно развиваемой в качалке и на тренировках атлетической фигуры, здесь оказался просто крепким худощавым высоким парнем. Ничего, мускулатура – дело наживное. Осмотреть лицо снаружи не получалось, да, и сейчас не до того.
На Владе из одежды были только короткие – до колен – светло-серые подштанники из грубой натуральной ткани – судя по всему, льна. Запястья были скованы спереди серебристыми наручниками, на ногах над лодыжками были из того же материала кандалы, и они соединялись цепочками из такого же металла между собой, и с ошейником.
Напротив сидевшего на пятой точке на жёсткой тёмно-зелёной траве Влада стоял возле ствола огромного дерева высокий черноволосый толстый мужик в длинном, ниспадающим до ступней голубом одеянии, похожем на женское платье или церковное одеяние. От него исходили волны ужаса, который проникал в душу, и только многочисленные тренировки по противостоянию панике дали Владу возможность не пустить этот ужас в себя. Мужик щерил в недовольной гримасе рябое лицо, и сосредоточенно смотрел рыбьими глазками на сжимаемую в пухлой унизанной перстнями руке небольшую синюю плоскую хрустальную семиконечную звезду, матово пульсирующую светло-голубыми отблесками. Он продолжал ранее начатый разговор скучным невыразительным голосом, с пренебрежением прорывавшимся сквозь толстые губы:
– Ну, что, Вальд, подумал? Время на размышление истекло. Совсем. Что же ты решил – сохранить себе свою никчёмную жизнь, подчинившись мне, или глупо умереть, показывая свой бестолковый норов?
Влад прекрасно понял всё сказанное, несмотря на то, что говорил маг точно не по-русски. Впрочем, он понимал и Вальда, обратившегося к нему ранее. Похоже, к новому телу бесплатно прилагался и родной язык. Пока неизвестно, знал ли Вальд другие языки. Это была приятная новость: ещё не хватало проблем с общением: убьют раньше, чем научишься говорить!
Судя по всему, Вальд отказался подчиниться этому типу в голубом, и Влад ответил в духе заданного вопроса:
– Да, пошёл ты…
Подумано было по-русски, однако, речевой аппарат его нового тела автоматически перестроил всё сказанное на чужой язык, на котором был задан вопрос.
Маг в голубом грустно вздохнул, на его безволосом лице промелькнула презрительная гримаса, и он провёл рукой над звездой. Влада скрутила дикая боль во всём теле, он со стоном завалился на бок и задёргался в конвульсиях. Было такое ощущение, что каждый внутренний орган выжимают, как раньше хозяйки отжимали мокрое бельё. Влад, стиснув зубы, терпел дикую боль, размышляя, как будет убивать этого толстого мага.
Через несколько секунд маг остановил экзекуцию, парня отпустило, он лежал, не в силах пошевелиться. Маг удивлённо подошёл и посмотрел в лицо Владу – эмоции впервые появились на его лице:
– А где твоя Сила? Я ничего не чувствую, в меня не влилось ни капли – такое впечатление, что ты вообще сейчас не маг! Но, такого не может быть! Ещё час назад ты отбивался от меня магическими заклинаниями, у тебя был дар, а сейчас – его нет, а ты – жив. Первый раз с таким сталкиваюсь! Ну-ка, поведай, куда спрятал Силу? Знаешь какое-то тайное заклинание?
– Понятия не имею, о чём ты! Силы я тоже в себе не чувствую, но списал это на твою волшбу.
– Я здесь ни при чём! Сейчас, погоди, я применю к тебе заклинание правды, и ты всё расскажешь.
Влад испугался, что толстый маг сумеет добраться до истины, но сделать ничего не мог, а тот продолжил свои пассы над звездой, и вскоре Влад почувствовал сильнейшее желание поделиться с этим замечательным человеком всеми своими тайнами. Слава Богу, что он не спрашивал об этих тайнах!
– Куда дел Силу?
Влад, почти не контролируя себя, честно ответил:
– Никуда я её не девал!
И ведь не соврал нисколько! Влад где-то глубоко внутри начал понимать – что происходит, немного возвращая контроль над своим разумом, начав понимать, как выбраться из этой ситуации. Трудно ли натасканному на психологии сотруднику органов правопорядка двадцать первого века справиться с таким примитивным детектором лжи?! Главное – думать правильно!
– Ты – маг?
– Нет (это Влад про себя).
– Ты был магом?
– Да! (это Влад про Вальда, которым он теперь является).
– Ты потерял Силу?
– Да! (это Влад про перенос Вальда в свой мир).
– Как?
– Не знаю! (Влад ничего пока не понимал в магии, всё искренне – ни слова вранья!).
Внезапно мага окликнул вскоре вышедший из-за деревьев в сектор зрения Вальда степенный седовласый воин в металлическом доспехе:
– Господин Мýкри! Вас попросил срочно присоединиться к нему господин граф.
Гримаса недовольства появилась на лице мага, её сменило размышление, досада, и он ответил:
– Хорошо, сейчас. Мне пока всё равно непонятно, что с ним делать. Распорядись, чтобы Вальда посадили в клетку, и смотрели бы за ним в оба глаза. Лафровые оковы с рук пока не снимать! Кормить, не бить!
– Будет исполнено, господин Мýкри! – с лёгким поклоном и чувством собственного достоинства неторопливо сказал воин.
Маг торопливо удалился, а Влад воспрял духом – его убийство откладывается на неопределённое время – и принялся рассматривать оставшегося рядом воина: средний рост, мощное телосложение, чешуйчатая кольчуга из необычного металла с синеватым отливом, длинный полуторный меч на перевязи на левом боку, и короткий кинжал на поясе на правом боку, алый плащ поверх кольчуги с гербом – золотым щитом, на котором сидел мастерски выполненный матёрый чёрный волк, щеря зубы в злобном оскале. Шлема на воине не было. На его щеке «красовался» застарелый старый косой шрам от середины щеки до самого вытянутого подбородка. Такие шрамы часто захватывают внимание наблюдателя, отвлекая от всего остального.
– Как тебя зовут? – обратился Влад к воину.
Тот и бровью не повёл, не ответил, спокойно подошёл, молча и быстро снял цепочки между руками и ногами, расковал ножные кандалы, помог встать с травы Владу со скованными руками, и потащил его – видимо, в сторону лагеря: оттуда доносились вкусные запахи еды, звон оружия и снаряжения, стук кузнечного молота о наковальню, ржание лошадей. Впрочем, лошадей ли? Настолько ли их миры близки, чтобы животные были одинаковыми?
При выходе на большую, окружённую высокими деревьями поляну Влад внимательно огляделся: серо-зелёные квадратные тканевые шатры воинов справа (на первый взгляд, для полсотни человек), слева – походная коновязь, у которой около десяти вороных лошадей – именно лошадей, точно (это значит, что четыре десятка воинов – пехота?), и клетки для пленников. Клетки были из толстых деревянных брусьев, скреплённых между собой грубыми металлическими гвоздями – похоже, бронзовыми. Всего пленников вместе с Владом было десять, они по двое размещались на четырёхколесных повозках. Ох, ё! На осях повозок не было подшипников – колёса одевались прямо на смазанную дёгтем деревянную ось. Повозок с клетками было пять, а ещё с десяток деревянных телег – под поклажей. Впряжённые в повозки кони щипали травку рядом. Куда он попал? Что за примитивизм вещей!
Влад со всё углублявшейся тоской осознал простую истину: он – в средневековье. Не в том романтическом, которым восхищаются любители фэнтези, а в настоящем глухом средневековье со всеми его возможными «прелестями» – кострами для еретиков, к коим его запросто оттащут, скажи он что не то, с отсутствием туалетов и огнестрельного оружия, транспорта, компьютеров и демократии. Впрочем, последнему он был только рад – ну, не нравилась ему демократия. На чём основывалось предположение о средневековье: вокруг все были пешком или на лошадях, никаких асфальтовых дорог, транспортных средств, люди в кожаных и металлических доспехах, из оружия – только колюще-рубящее, и луки с арбалетами. Ну, и клетки с пленниками. Впрочем, выбирать не приходилось: жив – и ладно!
Лагерь спешно сворачивали: шатры уже почти все собрали, костры потушили, некоторые воины доедали что-то из котлов. Видимо, переданный Мýкри призыв графа касался всех. Так, что есть для анализа: здесь есть графы, а с ними – феодально-вассальные отношения, и маг подчиняется графу. Надо выстроить всю систему отношений вокруг, чтобы легче вжиться в это общество.
В одной из клеток полулежал только один пленник, и туда, открыв дверцу, воин впихнул Влада, закрыв дверь за ним на замок. Седой воин, вынув из замка длинный металлический витиеватый ключ, передал его рыжему вихрастому и конопатому охраннику с дебильным взглядом – Влад смотрел за «путешествием» ключа в оба глаза: новый владелец заискивающе кивнул седому, повесил его к себе в связку на пояс к другим таким же. Узел, которым он завязал всю связку, был очень примитивным. Стоило попробовать… Воин со шрамом повторил рыжему распоряжения мага относительно Влада, и с достоинством удалился. Главный здесь? Десятник, пятидесятник, сотник? Или сержант, лейтенант, капитан? Непонятно пока. Вскоре отряд тронулся в дорогу.
В начавшемся движении вначале была некоторая сутолока, но постепенно она успокоилась, и всё вошло в размеренный ритм движения: впереди колонны – десяток всадников (в общении между собой и в обращении к ним звучало слово, которое мозг Влада и память Вальда переводили как рыцарь), по флангам – пешие дозоры – каждый из десятка воинов-рейдеров в кожаной броне, в хвосте колонны – два десятка пеших бойцов-латников, в середине – пятнадцать телег с поклажей, интендантским добром и клетками с пленниками. Всё – аккуратно, добротно, спокойно и уверенно. Седого он увидел на коне, что-то неторопливо объяснявшего внимательно слушавшим его всадникам. Похоже, Влад оказался прав: он – пятидесятник, главный здесь. По спинам рыцарей и латников струились алые плащи с уже виденным им ранее волком. То был, судя по всему, герб их графа. Если есть гербы, должны быть и турниры?
Непростые будут противники – Влад видел средневековое, но качественное оружие, накачанные фигуры бойцов, неплохую для этих условий экипировку и беспросветную обречённость на лицах пленников. Судя по всему, то была графская дружина – личные верные воины феодала. Вряд ли вся, но на него хватит. Подкупить их, скорее всего, очень непросто, да и, собственно, нечем. Драться – не вариант: оковы, клетка и отсутствие оружия не дадут этого сделать. Да, и куда ему одному против такого количества! У них были луки и арбалеты – истыкают стрелами и болтами, как ёжика. Да, уж, печально! Ну, не с пулями и осколками в груди и в сожжённом взрывом доме Владивостока – и то хлеб. Кстати, Влад нормально понимал всех говоривших вокруг него – надо было это использовать, и обзавестись сторонниками, выяснить у них про окружающий мир, теперь уже и его мир. Навсегда… От Вальда он знал только, что эта страна – Паннóника.
Вскоре удалось завязать разговор с соседом-пленником – невысоким, сухопарым, жилистым мужичком с небольшой аккуратной бородкой, со слегка вьющимися светло-русыми волосами и уверенными цепкими светло-серыми глазами. Он был одет в мужицкую некрашеную холщовую одёжу: штаны и рубаху. Тот, поймав взгляд Влада, прикоснулся правой рукой к груди и представился:
– Тóрус.
Влад решил, что это – стандартная форма приветствия в этом мире, и сделал аналогичный жест:
– Вальд.
Прокатило, тот удовлетворённо кивнул. Продолжил под мерзкий скрип плохо смазанных тележных колёс выяснять информацию про окружающий мир:
– А что за граф нас захватил?
– Не знаешь? Рóкар Фáркас ти Дебрéц, это – его дружина и обоз, я у него в лесах с друзьями наводил порядок, а то он грабил тут всех, паскуда! Вот, я и перехватывал его добро и раздавал его бедным.
Так, приставка «ти», видимо, здесь означает графа. А Тóрус, видать, типичный благородный разбойник – что-то вроде местного Робин Гуда: грабь богатых, помогай бедным! Небось, родом из обедневших дворян, как и неизвестный, наверное, здесь шéрвудский стрелок? Интересно, Дебрéц – это фамилия, или, как у феодалов в его мире, название замка? Надо только грамотно вопрос задать:
– Тóрус, а куда мы направляемся?
– Как, куда? В Дебрéц, конечно!
Так, понятно – название родового замка или населённого пункта вокруг него, классика жанра! Кстати, название чем-то неуловимо знакомо. Кажется, в его мире был город Дебрецен? Где-то в Европе? Никак не вспоминалось, Влад отложил усилия по воспоминаниям на потом: сейчас были более насущные проблемы.
– А ты хорошо владеешь оружием?
– Ну, я – мечник.
– Так, что ж дал себя схватить?
– Заметь, Вальд, я тебя о том же не спрашиваю! Знаю, что против мага-ментала, по сути, устоять невозможно – скорее, сам себе глотку перережешь. А меня мои «друзья» сдали. Вон, сидят теперь, уроды, в соседних клетках.
Так, а маги тут, значит, разные! Надо будет про это выяснить поподробнее. Но, сейчас нужно готовить побег, и нужнее определиться с географией – самая важная на ближайшее время задача.
– А далеко ль отсюда до замка графа?
– Сам не можешь определиться? Маг так сильно прошёлся по разуму твоему? Бедняга! До Дебрéца – тридцать шесть с половиной лиг. Графу принадлежит приличный кусок земли к востоку от Áквинума.
Áквинум Вальд называл столицей Паннóники. Что-то знакомое прозвучало в этом слове, но воспоминаний не хватило. Латинское что-то? Колония Древнего Рима? Ладно, ясно, что Европа. Ехать такими темпами в замок около двух суток – (память Вальда подсказала, что лига равна двум километрам). Оттуда сбежать будет куда сложнее: охрана там сильнее. Граф с десятком рыцарей и личным магом Мýкри срочно умчался туда, вызванный каким-то спешным сообщением. Кстати, а сколько вообще у этого Рóкара людей?
– Тóрус, а почему нас сопровождает только пять десятков стражников? Разве у графа их не больше?
– Ну, любому графу в Паннóнике положена дружина из ста человек. Но, не будет же он, опасаясь хаугватéки йóгвита, оставлять замок без защиты? Как обычно, половину оставил защищать свою нору, половину – отправил разбоем заниматься.
Так, у графов дружины по сто человек. А что там за термин, который не перевёлся, и, значит, отсутствовал в понятиях его мира?
– Хаугватéки йóгвита?
– Ну да, спор за зáмок. Не знаешь, что ли? Дворянские разборки, не все о них знают. Любой именитый дворянин может захватить замок другого. Ему нужно продержаться там сутки, подняв на флагштоке своё знамя. Получится – станет новым владельцем замка. Вот тебе и хаугватéки йóгвита!
– Это только для графов?
– Не, и для баронов, и для герцогов. Также и в отношениях с другими государствами – захватишь столицу другого государства, остальные признают это, если продержишься там сутки с флагом на ветру.
– А я могу?
– Что – можешь?
– Ну, зáмок захватить?
– А ты – именитый дворянин?
Чёрт, как ответить? Скорее всего, под именитыми понимается феодальная лестница – бароны внизу, графы – над ними, выше – герцоги, самый высокий – король. Что-то Влад не помнил, чтобы Вальд называл себя ти или ещё какой приставкой. Видать, не дворянин вообще. Ну, не именитый точно!
– Нет!
– Ну, значит, не можешь.
Да, это всё интересно, и даже полезно знать. Знамя, видимо, основной символ дворянина. Но, сейчас главное сбежать – это самое важное!